Помоги проекту - поделись книгой:
Следующая веха в истории науки о Сотворении была поставлена в начале 1980-х годов, когда Уэнделл Бёрд (р. 1954), директор Института креационных исследований, выдвинул вместе с Полом Эллуэнгером, президентом организации «Citizens for Fairness in Education, CFE» (Граждане за справедливое образование), теорию самозарождения. Суть ее в том, что новые организмы не развились из старых, а появились в мире сразу и вдруг: только что не было такого существа, как лягушка, а в следующий момент она уже есть. Трудно представить, как подобную «теорию» можно считать научной: невероятность подобного события — первый довод, который возникает против нее (если, конечно, не принимать во внимание, что такие отрасли науки, как квантовая физика, постоянно имеют дело с невероятными событиями); но что гораздо более важно — то, что предлагаемый в ней сценарий напрямую противоречит всем свидетельствам, представляемым палеонтологией, среди которых имеются и переходные формы. (Обычный маневр креационистов — заявить, будто о существовании переходных форм ничего не известно[18] Они указывают на то, что не существует «связующего звена» между организмом А и организмом В. Когда появляется организм С, который идеально подходит на эту роль, креационисты жалуются, что не существует переходных форм от А к С или даже от С к В, и т. д.) Претензии Бёрда и Эллуэнгера на научность своей гипотезы основываются, по-видимому, исключительно на том, что они старательно избегают упоминания о Божественном вмешательстве: просто «самозарождение», и все.
Проводя свою кампанию, эти двое также воззвали к новой великой концепции «справедливости»: если дарвиновскую теорию эволюции нужно обязательно преподавать в школах, то справедливость требует, чтобы преподавали и их теорию самозарождения. Довод о «справедливости», конечно, весьма сомнителен, поскольку подразумевает, что обе теории одинаково ценны. На поверку же одна из них является краеугольным камнем современной биологии, увязывая друг с другом бесконечное множество фактов, которые до нее в лучшем случае были малопонятны, и за полтора столетия выдержала бесконечное количество проверок, а вторая — непроверенная, неподтвержденная гипотеза людей того сорта, которые сначала режут, а потом отмеряют. Если следовать этой концепции «справедливости», то в скором времени окажется, что все идиотские и/или религиозные объяснения жизни, Вселенной и всего сущего должны преподаваться в школах. Кто-то считает, что Луна сделана из зеленого сыра? Хорошо, включим это в программу! Тем не менее в спорах неоднократно поднимался вопрос о равно сомнительной гипотезе разумного замысла; в этом отношении наиболее известно заявление президента Джорджа У. Буша (р. 1946) в 2002 году.
Конечно, попытки представить фундаменталистский креационизм как научную гипотезу начались задолго до 1980-х годов. Пожалуй, проиллюстрировать наиболее частые «научные» креационистские доводы против дарвиновской теории эволюции можно следующим небольшим отрывком из книги Уильяма А. Уильямса «The Evolution Of Man Scientifically Disproved» (Научное опровержение эволюции человека), вышедшей в 1928 году (Часть первая: «The Evolution of the Human Body Mathematically Disproved» (Математическое опровержение эволюции человеческого тела):
Население земного шара, согласно результатам берлинской переписи населения 1922 года, составляет 1 804 187 ООО человек. Человеческая раса должна была бы удвоиться 30,75 раз, чтобы составить такое число. Результат можно несколько уточнить, выполнив следующие вычисления.
Перед первым удвоением должно было существовать два человеческих существа; перед вторым — 4; перед третьим — 8; перед четвертым — 16; перед десятым — 1024; перед двенадцатым — 1 048 576; перед тридцатым — 1 073 741 824, а перед тридцать первым — 2 147 483 648. Другими словами, если мы возведем два в тридцатую степень, получим 1 073 741 824; два в тридцать первой степени будет 2 147 483 648. Так что даже школьнику понятно: чтобы получить современную численность населения земного шара, исходное количество людей нужно умножить на два более тридцати раз, но меньше, чем тридцать один раз. Применив логарифм, получим 30,75 раза. Сделав поправку на естественную смерть, войны, катастрофы и гибель по любым причинам, мы получим текущее население земного шара, удвоив численность человеческой расы 30,75 раза.
А согласно хронологии [Уильяма] Гэйлса, основанной на тексте Септуагинты[19], со времени потопа минуло 5177 лет, то есть 5177 лет со времени, когда осталось всего два предка человечества — Ной и его жена. Поделив 5177 на 30,75, выясним, что потребуется в среднем 168,3 года для того, чтобы человеческая раса, удваивая свое количество, достигла современной численности. Это обоснованный средний период времени.
Более того, это наглядно подтверждается численностью евреев, потомков Иакова. По Моррису, со времени женитьбы Иакова прошло 3850 лет.
Тем же методом, указанным выше, рассчитываем, что евреи, численность которых, по еврейскому альманаху, в 1922 году составляла 15 393 815 человек, должны были удвоить свое количество 23,8758 раза — то есть один раз в 161,251 года. Следовательно, численность всей человеческой расы в среднем удваивалась раз в 168,3 года, а численность евреев — раз в 161,251 года. Какое совпадение! Мы не ожидали, что цифры совпадут в точности, и не удивились бы, если бы один период оказался вдвое больше другого. Но их соответствие полностью увязывает возраст человеческой расы и еврейского народа, сведения о котором со времен Ветхого Завета собирали самые опытные хронологи. Если бы человеческой расе было 2 000 000 лет, то период удвоения составил бы 65 040 лет, или в 402 раза больше для евреев, что, конечно, немыслимо.
Можно считать, что последнее воплощение креационизма, теория разумного замысла, берет свое начало от книги «Darwin on Trial» (Дарвин под судом), написанной в 1991 году Филиппом Джонсоном (р. 1940), бывшим юристом, возрожденным в христианской вере. Он нападал не столько на эволюцию как таковую, сколько на усиливающуюся секуляризацию американского общества, в которой он, конечно, винил школьное образование; преподавание эволюции — вот на что он целился. В книге Джонсон самодовольно (и к вящему удовольствию сотен тысяч научно не подкованных читателей) доказывал, что теория эволюции путем естественного отбора, как и всякая другая, сама по себе не научна, а религиозна, просто она отрицает сверхъестественное. Нельзя сказать, будто он не верил в то, что эволюция действительно происходила: он готов был признать саму эволюцию, но не лежащий в ее основе принцип естественного отбора, то есть принцип случайности. Эволюция, сказал он, происходила под руководством Бога. Хотя, как мы убедились, этой идее уже века, это был хороший трамплин для движения теории разумного замысла. Как и в случае с наукой о Сотворении, основу теории разумного замысла составляют лишь атаки на предполагаемые недостатки теории Дарвина, а не продвижение собственной научной альтернативы. Одним из ее (псевдо)научных постулатов является положение о «неупрощаемой сложности».
Основное положение теории разумного замысла на самом деле родилось задолго до Джонсона. Великий физик и химик Роберт Бойль (1627–1691), более всего известный открытием закона Бойля, связанного с поведением газов, утверждал почти то же самое в своей книге «Origin of Forms and Qualities» (Происхождение форм и качеств) в 1666 году: Вселенная — это машина, которую создал Бог. Более значительным предшественником современных сторонников теории разумного замысла был английский зоолог Сент-Джордж Джексон Майварт (1827–1900), который в книгах «On the Genesis of Species» (К вопросу о происхождении видов) (1871) и «Man and Apes» (Человек и приматы) (1873) признавал саму эволюцию, но не механизм естественного отбора. Будучи ревностным католиком, Майварт сумел объединить доказательства эволюции и свои религиозные убеждения, допуская, что эволюционные приспособления, скорее всего, были задуманы и управлялись Богом. Его мнение основывалось на заблуждении, которое часто предлагают и современные сторонники теории разумного замысла как якобы серьезное доказательство своих заявлений: любое приспособление не становилось фактором выживания, пока не закреплялось окончательно, так что его нужно было создать — а кто еще мог это сделать, как не Бог? Доводы, выдвигаемые Майвартом в пользу этой схемы, были достаточно весомы, так что Дарвину в последних изданиях работы «Происхождение видов» (1859) пришлось ввести особый раздел, в котором они опровергались.
Майварт был отнюдь не единственным, кто уперся в вопрос существования души. Как минимум еще одним был Альфред Рассел Уоллес, утверждавший, что человеческий разум не может объясняться одним лишь естественным отбором, а следовательно, его должен был изобрести Бог. Из заметных американских эволюционистов примерно то же говорил Джордж Фредерик Райт (1838–1921). Сомнения Уоллеса и Райта основывались на том факте, что в то время никто не мог сказать, чем же на самом деле является человеческое сознание. Было понятно, что оно располагается в мозге, но его нельзя было отнести просто к функции мозга. Это непонимание возникло не только потому, что «изобретение» нейрологии было вопросом далекого будущего; на самом деле причина заключается в том, что лишь в последние несколько лет мы приблизились к некоторому пониманию физической основы человеческого сознания и создавшего его эволюционного процесса.
Положение о «неупрощаемой сложности», являющееся основной гипотезой сторонников теории разумного замысла, заключается в том, что определенные биологические компоненты не имеют смысла как случайно развившиеся структуры: пока они окончательно не займут своего места в сложной структуре, они бесполезны; следовательно, намерение должно существовать до того, как они начнут развиваться. Это намерение сторонники теории разумного замысла приписывают Создателю, которого они, пытаясь включить теорию разумного замысла в американскую школьную программу, избегают называть Богом: ведь если гипотеза религиозна по своей сути, то ее преподавание в рамках школьной программы запрещено существующим законодательством, отделяющим Церковь от государства.
В качестве аналогии сторонники теории разумного замысла часто приводят мышеловку. Простейшая мышеловка состоит из куска дерева, крючка из крепкой проволоки, мощной пружины, еще одного отрезка крепкой проволоки, который будет держать крючок, пока ловушка не захлопнется, и т. д. Пока мышеловка разобрана, ни у одного из этих предметов нет назначения: все они созданы специально, чтобы собрать из них ловушку. В этих умозаключениях нет понимания того, что структуры могут быть созданы для одной цели (или просто могут быть случайным мусором, в функции которого не входило сначала потеряться, чтобы затем быть найденным и приспособленным для мышеловки) и применяться с иной целью. В обычном гараже всегда найдутся мотки крепкой проволоки, пружины, деревяшки и прочее, и ни один из этих предметов не предназначался изначально для мышеловки. Если объединить их с бесчисленным количеством обломков, создав некий технологический аналог первобытного океана, время от времени оказывать на них какие-то тектонические или иные внешние воздействия, довольно долго выжидать, то в конце концов появится мышеловка, а также бесчисленное множество других структур, более или менее полезных. Какие-то из этих структур могут оказаться лучшей или, по крайней мере, иначе сконструированной мышеловкой, чем те, какие мы можем придумать. На самом деле, если вы хотите именно традиционную мышеловку, то вам придется ждать куда дольше, чем если бы вас устроило любое средство для борьбы с мышами. Чтобы появилось самое первое полезное средство, ждать придется еще меньше — какая-нибудь польза да будет от появляющихся вещей. Другими словами, одного взгляда на традиционную мышеловку после ее создания достаточно, чтобы понять, что шансы на ее случайное появление ничтожно малы: уточняя конструкцию мышеловки, вы снижаете шансы на ее появление.
Эти иллюстрации, конечно же, были почерпнуты из «библии» движения разумного замысла — книги Майкла Бихи (р. 1952) «Darwin's Black Box: The Biochemical Challenge to Evolution» (Черный ящик Дарвина: биохимия бросает вызов эволюции) (1996). Как ученый-биохимик (он был профессором биохимии в Лехайском университете, штат Пенсильвания) Бихи спорил, основывая свои доводы на том, что бесчисленные биологические структуры «неупрощаемо сложны»: как и отдельные части мышеловки, они функционируют только при наличии всех составных частей.
Основная проблема движения разумного замысла заключается в том, что его намерения выходят далеко за рамки чистой науки; фактически это политическое движение. Основным автором кампании за теорию разумного замысла является явно правый Институт развития личности (Дискавери), основанный в 1996 году. Хотя креационисты и сторонники теории разумного замысла могут высмеять эти слова как паранойю рационалистов или теорию заговора, факт остается фактом: существует стратегический документ, известный как «Wedge», который в конце 1990-х годов был составлен, вне всяких сомнений, креационистами из громко именуемого Центра обновления науки и культуры под эгидой Института Дискавери. Во введении к нему говорится:
Предположение, что человеческие существа были созданы по образу и подобию Бога, — это основополагающий принцип, на котором держится западная цивилизация. Его влияние частично, если не полностью, отражается в величайших западных достижениях, включая представительную демократию, права человека, свободу предпринимательства и развитие искусства и науки.
Немногим больше века назад эта революционная идея подверглась массовой атаке интеллектуалов, тянущихся к открытиям современной науки. Развенчивая традиционные концепции как Бога, так и человека, мыслители типа Чарльза Дарвина, Карла Маркса и Зигмунда Фрейда изобразили людей не как нравственные и духовные существа, а как животных или машины, которые населяют вселенную, управляемую совершенно безличными силами, и поведение и сами мысли которых продиктованы законами биологии, химии и окружающей среды. Эта материалистическая концепция реальности в конце концов поразила почти каждую область нашей культуры — от политики и экономики до литературы и искусства.
Культурные последствия этого материалистического триумфа были сокрушающими. Материалисты отвергли существование объективных нравственных стандартов, заявив, что наши поведение и убеждения продиктованы средой. Такая нравственная относительность была безропотно принята большинством общественных наук и все еще лежит в основе современной экономики, политической науки, психологии и социологии.
Материалисты также подорвали идею личной ответственности, допустив, что мысли и поведение человека обусловлены природой человека и окружающей средой. Результат заметен по современному подходу к уголовному праву, по ответственности производителей за качество товаров и по благополучию людей. В материалистической схеме мироздания каждый есть жертва, и никого нельзя привлечь к ответственности за совершенные им действия.
Наконец материализм стал рассадником вирулентных штаммов утопий. Полагая, что применив научное знание, они могут создать идеальное общество, материалисты-реформаторы отстояли принудительные правительственные программы, давая ложные обещания устроить рай на земле.
Центр обновления науки и культуры Института развития личности не преследует никакой иной цели, кроме опровержения материализма и его культурного наследия…
То, что ученые и рационалисты, конечно же, будут возражать против плана по упразднению правды, неудивительно; также неудивительно, что любого верящего в демократию и свободу мысли известие о таком плане должно устрашить; несомненно также, что многих христианских богословов ужасает этот план — не с научной, а с теологической точки зрения. В конце 2005 года движение разумного замысла повлияло на один из наиболее религиозных американских университетов — Южную баптистскую теологическую семинарию в Луисвилле, штат Кентукки, которая создала Научно-теологический центр, чтобы способствовать продвижению идей проповедника теории разумного замысла — Уильяма Дембски (р. 1960). Это произошло после того, как он ушел из Бейлора, баптистского университета в Техасе, — отчасти из-за того, что некоторые преподаватели в Бейлоре были против преподавания там теории разумного замысла. Другие христианские университеты, если вообще включают теорию разумного замысла в учебный план, делают это лишь в историческом, социологическом или философском контексте: они отрицают ее как науку, поскольку преподаватели не впечатлены претензиями теории разумного замысла на научность и в любом случае считают, что в целом между дарвинизмом и их верой серьезных разногласий нет.
На рубеже XX и XXI веков Фонд Темплтона, цель которого — финансировать конференции и курсы по обсуждению теории разумного замысла, предложил сторонникам этой теории подать заявки на грант по исследовательским проектам, которые мог бы профинансировать фонд Но, как сообщил старший вице-президент фонда Чарльз Л. Харпер, «заявок нам так и не подали». Уж если даже сами сторонники теории разумного замысла не способны придумать какую-нибудь область исследования, в которой они могли бы проверить свои гипотезы, то это лишний раз подтверждает, что их претензии на научность ничем не обоснованы. А может быть, они просто не заинтересованы в экспериментах и исследованиях, признавая принципы теории разумного замысла как догмат, который не нуждается в таких условностях, как доказательство? Но это весьма похоже на религиозное убеждение.
Один из критических доводов против дарвиновской теории эволюции, выдвигаемый сторонниками теории разумного замысла (и ортодоксальными христианами), заключается в следующем: если эволюция путем естественного отбора является реальностью, почему мы не видим никаких доказательств эволюционных изменений, происходящих вокруг нас? Но на самом деле таких доказательств очень много (исходные наблюдения Дарвина на Галапагосских островах выявили действие эволюции за относительно короткий период, и именно это в первую очередь подтолкнуло его к тому, чтобы вывести свою теорию), но каждый раз, когда этот довод приводится креационистам, они поднимают планку: этой информации для них недостаточно.
Попытки поменяться местами с креационистами и сторонниками теории разумного замысла и попросить их представить реальные доказательства их гипотез предпринимаются слишком редко. В конце концов, если новые органы или виды появились в готовом виде, то они должны и сейчас появляться на свет из ниоткуда.
Где же они?
Судебное решение по известному иску в Дувре (штат Пенсильвания) в 2005 году, провозглашенному «новым иском против Скоупса», относительно того, следует ли уделять внимание теории разумного замысла (а может, и преподавать ее) в школах Дувра или же нет, стало триумфом разума. Окружной судья США Джон Э. Джонс III, издав судебное решение на 139 страницах 20 декабря 2005 года, успешно обличил теорию разумного замысла как псевдонауку. Он особенно подчеркнул, что не считает, будто теорию разумного замысла нельзя обсуждать в школах вообще, но даже несмотря на то, что ее сторонники «в своих академических начинаниях ведомы честными намерениями и искренней верой», «сегодня мы выносим решение, что неконституционно преподавать теорию разумного замысла в качестве альтернативы теории эволюции в рамках программы средней школы». И кроме того, «члены совета, которые голосовали за политику проведения теории разумного замысла, сослужили гражданам Дувра плохую службу».
Судья Джонс довольно резко высказался также о том, что бесчестно представлять религиозную в своей основе схему якобы в научном свете: «Мы считаем, что светские цели, провозглашенные большинством членов попечительского совета школ, являются лишь предлогом для истинной цели совета, которая заключается во внедрении религии в общешкольную программу… Нелепо, что некоторые из этих людей, которые так решительно и гордо расхваливают свои религиозные убеждения на публике, лгут снова и снова, заметая следы и маскируя истинную цель, которую преследует политика теории разумного замысла».
Научная правда — это не то, что может или должно определяться решением суда: реальность не повинуется законам суда с тех пор, как появилось демократическое голосование. В то же время нельзя не признать, что дуврский иск сделал гораздо больше, чем просто урегулировал конкретное судебное разбирательство: он сильно поколебал принципы теории разумного замысла, и к тому же публично.
Конечно, это не остановило другие попечительские школьные советы США в их планах по включению теории разумного замысла в учебные программы, и в начале 2006 года сенаторы Юты пытались законодательно ввести в школах штата преподавание детям «нескольких» теорий происхождения жизни. 24 января передовая статья в газете «The Daily Herald» штата Юта, высмеивая предлагаемые меры, равно как и очередную попытку принудительно ввести преподавание религии в школе, едко подытожила:
В большинстве своем, однако, мы верим, что это лишь пустая трата времени. Нашим законодателям следовало бы потратить отпущенные им в Капитолии дни на то, что действительно важно для Юты.
В 1743 году французский натуралист Бенуа де Майе (1656–1738) предположил, что споры жизни были принесены на Землю из космоса; они попали в океаны и естественным образом превратились в рыб, а затем в амфибий, рептилий и млекопитающих. Но лишь в 1908 году гипотеза панспермии впервые была четко сформулирована Сванте Аррениусом (1859–1927) в книге «Worlds in the Making» («Образование миров») (1906). Он считал, что во Вселенной существует бесконечное количество спор: они как бы плавают в космосе, переносимые от звезды к звезде под давлением света.
Это предположение отнюдь не было таким уж нелепым. Было известно, что споры могут выживать как при чрезвычайно высоких температурах, так и в условиях вакуума, сохраняя свою способность к репродукции до тех пор, пока условия окружающей среды не становятся более мягкими. Однако позднее люди узнали, насколько сильны в космосе рентгеновские лучи, и потому споры не смогли бы сохраниться, если бы только не были чрезвычайно хорошо защищены. Более того, это предположение не решало проблемы происхождения жизни на Земле. Легко поверить, что жизнь на Земле появилась, когда на нее попали споры из космоса, но откуда взялись сами споры? Выдвигались все более обоснованные модели ранних этапов развития жизни на Земле, и теория панспермии быстро теряла популярность.
Позднее, однако, Фред Хойл (1915–2001) и Чандра Викрамасингх (р. 1939) предложили интересный вариант гипотезы панспермии. Уже некоторое время известно, что газообразные туманности содержат органические молекулы: например, в одной туманности есть спиртовой эквивалент достаточно чистого виски, чтобы заполнить полую Землю 1000 раз (уникальное подтверждение того, что космические расы существуют!). Но спектроскопический анализ, похоже, доказал, что в этих межзвездных облаках существуют и более сложные органические молекулы — полисахариды. Поскольку целлюлоза является одним из полисахаридов, это совершенно потрясающая информация.
Дальнейшие исследования состава межзвездных облаков газа и пыли (туманностей) и происходящих в них процессов также оказались многообещающими. Астрономы смогли доказать, что для туманности обычны молекулы, которые называются поли-циклическими ароматическими углеводородами (ПАУ). Эти невероятно устойчивые молекулы широко распространены также у нас на Земле — например в автомобильных выхлопах. Совсем недавно их обнаружили не только в туманностях, но и в открытом космосе. Астроном Адольф Уитт из Толедского университета скрупулезно составлял каталоги ПАУ, имеющихся в туманностях и открытом космосе, и обнаружил весьма сложные молекулы, такие как антрацен и пирен. Гипотеза заключается в том, что меньшие, менее устойчивые органические молекулы, из которых состоит туманность, скрываются от возможного разрушительного излучения среды, встраиваясь в более устойчивые сложные молекулы, которые могут сохраниться, даже если попадут в открытый космос.
Некоторые физики, например Луис Алламандола, воссоздали содержимое и условия межзвездной туманности в вакуумных камерах с целью спрогнозировать, какие иные органические вещества могут существовать в ней в действительности. Первым любопытным открытием было то, что в подобных условиях при воздействии на «туманность» ультрафиолетовым излучением (которого, конечно, достаточно в космосе) в частицах льда происходят фотохимические реакции. В ходе этих реакций простые молекулы (наподобие молекул воды, аммиака, метанола и угарного газа) могут превратиться в более сложные вещества, которые формируют тонкие защитные мембраны, напоминающие клеточные, и те, возможно, защищают находящиеся в них более уязвимые молекулы. В своей искусственной туманности исследователи также создали аминокислоты, а аминокислоты — это строительный материал белков.
Возможно, самое любопытное из всех открытий Алламандолы и его команды заключается в том, что если они заменяли один атом углерода в ПАУ атомом азота (а это часто происходит в природе), то конечный продукт запущенной таким образом химической реакции во многом походил на разновидность звена ДНК или РНК. Полученные из космоса спектры очень походили на спектры вариантов азотсодержащих соединений.
Некоторые метеориты содержат нечто, напоминающее рудиментарные клетки палеонтологических находок; и эти метеориты, как полагают, появились в результате дробления кометного ядра. Поскольку кометы прибывают из межзвездного пространства, их состав может отражать состав газообразной туманности; более того, вещества, выявленные во внешней части комет, сопоставимы с кометным ядром, содержащим сложные органические молекулы, в частности полисахариды. К этому можно добавить, что внутренняя часть ядра кометы, возможно, весьма удобное место, подходящее для биохимических реакций, и вполне вероятно, что семена жизни, если не примитивные ее формы, могли появиться таким образом. При столкновении комет с первобытной Землей высвобождалось содержащееся в них органическое вещество, и так зародилась земная жизнь. (Более поздние прохождения Земли через хвосты комет, как заявили Хойл и Викрамасингх, приводили к эпидемиям.)
В интервью, которое Чандра Викрамасингх переслал на сайт Space.com в 2000 году по электронной почте, он описал схему этого явления:
В 2004 году группа ученых из Вашингтонского университета в Сент-Луисе и Ливерморской национальной лаборатории имени Лоуренса в Калифорнии под руководством Кристин Флосс исследовала частицы пыли, собранные NASA в стратосфере, и обнаружила органическое вещество, возраст которого был явно больше возраста Солнечной системы. Почти наверняка это вещество сформировалось в межзвездной туманности. В момент написания этой книги проводится анализ пыли, собранной NASA в хвосте кометы «Уайлд-2», в надежде найти аналогичные первобытные органические вещества и там — а может быть, и совсем другую-непривычную органику. Маленькие частицы кометного вещества постоянно попадают на поверхность Земли из атмосферы.
Даже если идея живых микробов, которые способны выжить в долгом путешествии от одной звезды к другой, окажется несостоятельной, то что можно сказать насчет перемещений камней между Землей и ее (относительно) близким соседом — Марсом? Конечно, на Земле можно найти какие-то марсианские камни, отколотые от поверхности красной планеты ударившими по ней метеоритами или после грандиозного вулканического извержения и в итоге попавшие сюда. Хотя обратный процесс более сложен (гравитация нашей планеты больше, так что и воздействие должно быть сильнее, и каменные фрагменты должны перемещаться от Солнца, а не к нему), представляется несомненным, что по крайней мере некоторая часть земного вещества попала сюда с Марса. Если на Марсе обнаружится микробная жизнь, в первую очередь нужно будет убедиться, что у нее не земное происхождение.
Однако сейчас наибольший интерес вызывает именно сценарий «от Марса к Земле». Имеются указания на то, что на заре Солнечной системы на Марсе была более благоприятная для происхождения жизни среда, чем на Земле: будучи планетой меньшего размера, Марс охладился раньше Земли. Также известно, что в геологической истории Марса была по меньшей мере одна стадия, когда он был более теплым и влажным и, таким образом, более подходил для роли обители жизни. Возможно, что жизнь на Земле появилась не самостоятельно, а зародилась на Марсе и затем переместилась сюда в виде метеоритов, зараженных микробами. Возможно, мы ищем ключи к загадке о происхождении жизни и о ранних этапах ее развития не на той планете.
Идея того, что жизнь была принесена на Землю в виде микробов вместе с метеоритами или кометами, получила дальнейшее развитие благодаря красному дождю в Коттаяме. Рано утром 25 июля 2001 года в небе над окрестностями города Коттаяма на юго-западной оконечности Индии раздался громоподобный треск. Через несколько часов пошел красный дождь. В течение следующих двух месяцев поступали многочисленные сообщения: иногда это был красный ливень, иногда красный дождь внутри обычного дождя; иногда это был дождь просто слегка красного цвета, а иногда он был кроваво-красным. Физики Годфри Луис и Сантош Кумар из Университета Махатмы Ганди в Коттаяме весьма заинтересовались этим явлением, взяли пробы красного дождя и исследовали их под микроскопом, пытаясь выяснить, в чем причина красного цвета.
В ходе исследований открылся поразительный факт. Красная примесь в дожде состояла из чего-то похожего на биологические клетки, в которых не было ни ядра, ни ДНК. Оба физика предположили, что исходным «раскатом грома» был на самом деле взрыв большого метеора высоко над землей; их предположение логично и в целом принимается как наиболее вероятное объяснение. Менее распространена гипотеза, что красные органические тела в дождевой воде являются микробами, находящимися внутри метеора и в результате взрыва рассеявшимися во всей местной атмосфере, включая дождевые облака. И эта идея того, что вещество рассеялось в результате взрыва, не противоречит логике; оспаривается лишь версия, что клеткообразные структуры совершенно чужды Земле.
Во время написания данной книги эти тела дополнительно изучались на предмет возможного содержания ДНК, которую не заметили Луис и Кумар в процессе своих исследований. Если ДНК будет обнаружена, то это может указывать на земное происхождение этих структур, хотя и этот факт вряд ли полностью объяснит происходящее.
Главная предлагаемая гипотеза земного происхождения «клеток» кажется столь же невозможной, как и теория внеземного зарождения: что метеорит взорвался в середине птичьей стаи или стаи летучих мышей, буквально раздробив несчастных животных. Структуры явно напоминают красные кровяные тельца, но они не живут в воде долго, если только содержание соли в воде не очень близко к внутриклеточному ее содержанию. Достоверные сообщения о красных дождях поступали еще около двух месяцев, так что красные кровяные тельца являются сомнительными кандидатами на эту роль.
Но вызывает удивление и еще кое-что. Луис пытался вывести микробов в ряде питательных сред и открыл, что они размножаются асексуальным путем — бинарным делением, как и одноклеточные организмы… но у них это происходит при температуре 300 °C! Это настолько ни на что не похоже, что, как говорит Луис, они с Кумаром не осмелились включить это в свои отчеты о красном дожде, боясь, что их сразу отклонят. Если результат удастся воспроизвести, то гипотеза внеземного происхождения будет почти доказана.
Возможны несколько последствий этих направлений исследования. Хотя невозможно рассуждать о том, способна ли сама по себе жизнь (например простой вирус или бактерия) зародиться в межзвездной туманности, вполне очевидно, что так называемый строительный материал жизни может и что так оно и было. Попадание этого материала на молодую Землю должно было стать толчком для начала развития жизни; этим может объясняться тот факт, почему прошло (относительно) недолгое время между тем, как наша планета стала обитаемой, и происхождением первых самовоспроизводящихся клеток. Но если это произошло на Земле благодаря вездесущим сформированным в космосе органическим молекулам, то оно неизбежно должно было произойти на всех или почти всех других потенциально пригодных для жизни планетах. А это подразумевает, что жизнь может быть гораздо более распространенным явлением во Вселенной, чем мы привыкли полагать, и что это, конечно, означало бы победу гипотезы Сванте Аррениуса.
Некоторые считают, что следующей стадией человеческой эволюции являются… дети индиго. Детей индиго можно отличить от обычных по высокому уровню IQ, безошибочной интуиции, высокой самооценке… и в большой степени рассеянному вниманию, если только это не настоящий синдром дефицита внимания. Да, и еще у них аура выраженного ярко-синего цвета, поэтому их так и назвали.
Феномен детей индиго был впервые замечен в 1970-х годах Нэнси Энн Тэпп, парапсихологом из Сан-Диего, и в 1999 году стал темой для книги Ли Кэрролла и Джен Тоубер «The Indigo Children: The New Kids Have Arrived» (Дети индиго: новые дети уже пришли), которая, говорят, в начале 2006 года разошлась в США тиражом свыше полумиллиона экземпляров — преимущественно среди родителей, чьи дети страдают чем-то, сильно напоминающим синдром дефицита внимания. И обладают аурой цвета индиго.
Документальный фильм «Indigo Evolution» (Эволюция индиго) вышел в 2006 году.
Дорин Верче, бывший психотерапевт и автор книг «The Light-worker's Way: Awakening your Spiritual Power to Know and Heal» (Путь светоносцев: как пробудить свою духовную силу для знания и исцеления) (1997), «The Саге and Feeding of Indigo Children» («Забота о детях индиго») (2001) и «Goddesses and Angels» (Богини и ангелы) (2005), говорила: «Они неустанно очищают Землю от социальных болезней и коррупции и способствуют честности. Другие поколения пытались это сделать, но потом потеряли к этому интерес. Это поколение не потеряет интереса, если только мы не подсадим его на риталин.
Но подождите! Даже дети индиго не так продвинуты в эволюционном плане, как персонажи книги Верче «The Crystal Children» («Кристальные дети»), вышедшей в 2003 году. У кристальных детей нет симптомов, очень похожих на синдром дефицита внимания; на самом деле невежественным родителям стоило бы обеспокоиться тем, что их кристальные дети, мягко выражаясь, отстают в развитии. Однако эти дети очень любят природу: «Дорин однажды увидела, как кристальный ребенок шел от дерева к дереву и каждое крепко обнимал».
ГЛАВА 4
Пришельцы среди нас
В 1609 году Галилео Галилей (1564–1642) направил свой примитивный телескоп в сторону Луны и сразу же понял, что это целый мир.
С того момента и начались всеобщие грандиозные дискуссии между теми, кто был убежден, что во всех других мирах должны существовать цивилизованные обитатели, и теми, кто откровенно сомневался: самые яростные споры о множественности обитаемых миров велись в религиозных кругах. О рвении сторонников этой идеи можно судить по тому факту, что и Доминик Араго (1786–1853), и Уильям Гершель (1738–1822) придерживались того мнения, что якобы само Солнце было домом для цивилизованной жизни. Еще в 1950-х годах русский технический журнал «Вопросы философии» предоставил «доказательство», что каждая планета во Вселенной обитаема: этого требовал диалектический материализм.
Споры продолжались долго. Сейчас лишь единицы считают, что во Вселенной нет других разумных и технологически развитых форм жизни. Но такая позиция далека от точки зрения многочисленных дилетантов в науке, которые все еще склоняются к мнению, что если мир есть, то в нем обязательно кто-нибудь живет.
Роберт Годдард (1882–1945), американский «отец ракетостроения» (его русским соперником был Константин Циолковский (1987–1935), сомневался в нашумевшей теории обитаемости Марса (и это похвально). Однако он был совершенно убежден, что у других звезд есть планеты и что на некоторых из них существует разумная жизнь. Но здесь воображение, очевидно, покидало его, и, пускаясь в рассуждения о том, какими странными могут быть существа со звезд, он мог сказать лишь следующее: «Вполне вероятно, что это могут быть похожие на нас человеческие существа, возможно, в странных костюмах и со столь же странными манерами».
Загадочный наскальный рисунок в Тассили, Сахара.
Христиан Пойгенс (1629–1695) считал, что наличие четырех лун у Юпитера (тогда были известны лишь четыре луны, открытые Галилеем) свидетельствует об огромных поставках пеньки на Юпитер. Его теория была рождена модой на поиск признаков разумного замысла во всех частях Вселенной. Ясно, что единственным назначением земной Луны было помогать навигации. Поскольку у Юпитера четыре луны, а не одна, это должно было означать, что там много моряков, а значит, много лодок. А раз много парусов, должно быть много веревок, которыми паруса поднимали и опускали. А чтобы сделать много веревок, нужно… много пеньки.
Обратил на себя внимание и далекий Плутон. Астрономы давно пришли к выводу, что Плутон, вероятно, — одно из самых безжизненных мест в Солнечной системе, но некоторые уфологи считают, что это не так. Планета согрета светом, химически образующимся в атмосфере (неясно, почему атмосфера не замерзла и не превратилась в твердь), и на нем есть обитатели, которые во многом похожи на нас, только страдают половыми извращениями. Интригует, что те же уфологи забывали упомянуть о довольно большой луне (спутнике) Плутона, Хароне, пока астрономы не обнаружили ее в 1978 году, и его двух меньших по размеру лунах, открытых в 2005 году. Сценарий, в котором инопланетяне не владеют астрономической информацией, пока она не станет известной человеческим ученым, повторяется снова и снова.
Наука ПВР (поиска внеземного разума, который обычно использует для связи радиоволны) относительно молода и родилась лишь во второй половине XX века. До сих пор этим ученым не удалось засечь радиосигналы от цивилизаций из других солнечных систем, но вряд ли можно ожидать, что это произойдет так быстро. Бесконечное количество звезд ждет своей очереди, когда на них наведут большие радиотелескопы (а время их использования стоит дорого), и каждый раз, наводя телескоп на звезду, радиоастрономы имеют чрезвычайно малые шансы, что мы случайно посмотрим на звезды как раз в тот момент, когда они будут отсылать сигнал в нашем направлении. Возможно, результативнее было бы искать вместо этого побочные эффекты их развитой технологии: межзвездные средства передвижения, например, можно обнаружить со значительного расстояния. Однако этот метод еще только зарождается.
Некоторые из теоретиков-любителей, конечно, немного забежали вперед. Нам рассказывали, что два русских астронома, Валентина Журавлева и Генрих Альтов, полагали, будто на Земле в 1882, 1894 и 1908 годах были получены радиосообщения со звезды 61-Сигни; затем они предположили, что второе из этих посланий было ответом на взрыв Кракатау в 1883 году: обитатели 61-Сигни, естественно, подумали, что взрыв был примитивным ответом Земли на их первое сообщение. Поскольку радиоастрономия появилась только в 1932 году, это заявление выглядит сомнительным и кажется еще более недостоверным, если учесть, что начало ему положила книга У.Р. Дрейка «Gods or Spacemen» («Боги или космонавты») (1964), и в особенности потому, что его авторы избегают радиоастрономического момента: создается впечатление, что оба астронома не вполне уверены, был ли этот сигнал радио или лазерным. Последний вариант, конечно, выпадает из исторического контекста: кто бы на Земле сумел засечь лазерный сигнал в 1882, 1894 или 1908 годах?
Основные тезисы гипотезы о древних астронавтах звучат так.
В далеком прошлом Землю посещали пришельцы из космоса; первобытные человеческие культуры сочли тех пришельцев богами, а их развитую технологию — чудом. Истории о «божественных» свершениях передавались из уст в уста, поэтому в процессе пересказа они были сильно искажены; целеустремленный исследователь сможет разобраться в этих разрозненных легендах и точно доказать, что пришельцы действительно жили среди людей.
Литературы о древних астронавтах очень много, и ее количество быстро увеличилось за последние двадцать лет после публикации в 1969 году на английском языке книги Эриха фон Дэникена «Chariots of the Gods?» («Колесницы богов?»). Проанализировать весь набор «свидетельств» фон Дэникена в данной книге невозможно, поскольку даже поверхностный их обзор занял бы еще одну книгу. И в самом деле, несколько книг посвящены именно этому вопросу; наиболее известна, из них, пожалуй, книга Рональда Стори «The Space-Gods Revealed» (Разоблачение космических богов) (1976).
Фон Дэникен далеко ушел от первых сторонников идеи о древних астронавтах. Одним из его предшественников был У.Р. Дрейк, книга которого «Gods or Spacemen» (Боги или космонавты) (1964) относится к самым неправдоподобным из когда-либо издававшихся. В ней Дрейк пытается буквально истолковать некоторые мифические сражения между богами Сатурном, Юпитером, Ураном и т. д. Он предполагает, что если, скажем, древние упоминали бога Юпитера, они на самом деле говорили об обитателях планеты Юпитер. Он ступает на еще более зыбкую почву, когда развивает этот довод, говоря о чем-то с Урана. Допуская, что Уран был открыт (или «заново открыт», как он считает) лишь в 1781 году, он тем не менее убежден, что древние эту планету знали — в то время, когда, возможно, планеты располагались вокруг Солнца теснее. Это рассуждение кажется довольно логичным… пока вы не вспоминаете, что название «Уран» планета получила только при ее «повторном открытии» сэром Уильямом Гершелем в 1781 году. Сам Гершель хотел назвать планету Георгиум Сидус.
Инопланетяне захватили Землю в доисторические времена с помощью «ужасного звездного (!) и ядерного оружия». Дрейк указывает на любопытную вероятность того, что пояса Ван Аллена могут быть радиоактивными обломками, оставшимися после той древней ядерной войны.
Еще одним «дофондэникеновским» теоретиком был Десмонд Лесли (1921–2001), который в 1953 году в соавторстве с Джорджем Адамски (1891–1965) выпустил бестселлер «Flying Saucers Have Landed» (Летающие тарелки приземлились). Он сказал, что астронавты прибыли с Венеры в 18 617 841 г. до н. э. в день, который он установил, расшифровав древние таблички браминов». Поскольку человеческой расе в лучшем случае 4 миллиона лет, трудно понять, откуда взялась эта дата у браминов: кто же ее мог записать?
Сам фон Дэникен, по всей видимости, полагает, что если одна теория достаточно убедительна, то три разные теории вместе будут более чем убедительными. Взять хотя бы вопрос о предках человека. В «Колесницах богов?» он говорит, что мы произошли от скрещивания гоминидов и пришельцев; генетическая неправдоподобность этого налицо[20]. Возможно, поскольку фон Дэникен и сам об этом думал, в книге «Gods from Outer Space» (Боги из космоса) (1970) он сообщает, что пришельцы вместо этого просто изменили «генетический код» человека, сделав наших предков умнее. А в «Gold of the Gods» («Золоте богов») (1973) описывается еще одна версия. Инопланетяне скрылись на Земле от другой группы пришельцев. «Наши» пришельцы спрятались в гигантской системе туннелей, которую все еще можно отыскать (если вы Эрих фон Дэникен) под Эквадором и Перу, и хитро разместили на Пятой планете (см. стр. 80) разное оборудование, чтобы обмануть противника. Враждебные орды пришельцев-захватчиков, попавшись на эту уловку, разнесли Пятую планету на мелкие кусочки и продолжили свой путь. После этого «наши» пришельцы вылезли на поверхность Земли (на них были дыхательные аппараты, что запечатлено на многих древних рисунках) и заинтересовались ужимками полуразумных приматов, эволюцию которых они ускорили из филантропических соображений.
Фон Дэникен лично побывал в туннелях, в которых прятались инопланетяне, в сопровождении одного лишь Хуана Морица; там он увидел прекрасные золотые предметы быта и тому подобные вещи. Увы, позднее Мориц заявил, что он в такой экспедиции с фон Дэникеном не был, и тот был вынужден немного подкорректировать свою информацию, утверждая, что в действительности все было так: а) он на самом деле был в пещерах вместе с Морицем, но не в главной части; б) он не был в пещерах, а просто немного «приукрасил» свой рассказ, чтобы было интереснее. Последнее замечание подсказывает ортодоксальным ученым прекрасную возможность, которую они слишком часто игнорируют.
Фон Дэникен много чего может поведать нам о пришельцах и древних египтянах. Например, мумифицирование — это типичная «сверхнаука», которую, как следовало ожидать, пришельцы передали аборигенам: они запланировали вернуться через несколько тысячелетий, чтобы оживить мумифицированные трупы. Процесс мумифицирования включал извлечение из трупа мозга — это, несомненно, приведет к различным осложнениям в ходе любого оживления.
Пришельцы также научили египтян строить пирамиды, безвозмездно помогая им своими «сверхтехнологиями». Их помощь сыграла важную роль, как говорит фон Дэникен, потому что египтяне не знали веревки (на самом деле веревки у них были) и дерева (лес поставлялся в изобилии); им не хватало еды, чтобы прокормить всех рабов (невзирая на то, что Египет был житницей древнего мира), и не было средств, чтобы вырезать «кирпичи» из цельной породы (порода была известняковая, и используемые египтянами инструменты были просто сделаны из более твердого камня; на самом деле в некоторых карьерах даже остались следы орудий). Фон Дэникен, желая произвести эффект, вопрошает: как могли древние египтяне научиться решать такие архитектурно сложные задачи, как строительство пирамид? Может, им помогли пришельцы со своей математикой? Поскольку, говорит фон Дэникен, если умножить высоту пирамиды Хеопса на один миллиард, то получится примерно 158 миллионов километров, а это очень близко к точному расстоянию от Земли до Солнца — 150 миллионов километров. Конечно, уверяет он, это не может быть простым совпадением!
Кеннет Л. Федер в своей книге «Frauds, Myths, and Mysteries» (Обманы, тайны и мифы), посвященной исследованию археологической псевдонауки, третье издание которой вышло в 1999 году, предлагает свое объяснение, почему кажется, что на многих из демонстрируемых фон Дэникеном иллюстрациях вроде бы при-ведены свидетельства о древних технологиях и/или астронавтах, хотя они расплывчаты до тех пор, пока их не разъяснит фон Дэникен. Федер описывает этот процесс как эффект «чернильного пятна» (научное название этого эффекта — парейдолия). Знаменитый тест Роршаха заключается в том, что человеку показывают чернильное пятно любой формы и спрашивают, что он там видит, и таким образом выясняют, что происходит у человека в сознании. Все мы проходим в некотором роде через этот процесс, когда например смотрим на облака и «видим» в них лошадей или замки. Как указывает Федер, мы уже знаем, что происходит в мозгу фон Дэникена: неудивительно, что он видит доказательства существования древних астронавтов каждый раз, как его взгляд падает на изображение, смысл которого неочевиден.
На протяжении всей книги фон Дэникен терзает читателей маленькими любопытными побочными гипотезами. Он многое выжимает из известного видения Иезекииля (см. стр. 231), которое, очевидно, было примитивной попыткой описать космический корабль или, по словам бывшего инженера NASA Джозефа Блумрича (1913–2002) в книге «The Spaceships of Ezekiel» (Космические корабли Иезекииля) (1974), разновидность вертолета, оборудованного четырьмя роторами. Фон Дэникен предполагает, что даже Сатана — пришелец с другой планеты. Другие писатели тоже размышляли на библейские темы. Среди них был Герхард Р. Штайнхаузер, автор книги «Jesus Christ, Heir to the Astronauts» (Иисус Христос, наследник астронавтов), которая была переведена на английский язык в 1974 году.
Еще одним явлением, возбудившим сторонников теории о древних астронавтах, были таинственные линии в пустыне Наска в Перу. Нам говорят, что это взлетные полосы международного или даже межпланетного аэропорта. Если не принимать во внимание, что на всех уважающих себя НЛО установлены средства вертикального взлета и посадки, и если бы их колеса не должны были увязнуть в мягкой почве этих «взлетных полос», трудно представить, какого рода древние летчики использовали этот «аэропорт». «Взлетные полосы» расположены совсем не так, как можно было бы ожидать, а в форме животных, птиц и геометрических фигур. А где же другие аэропорты пришельцев? Один аэропорт сам по себе не так много значит.
Когда эти доводы стали достоянием общественности, сторонники теории о древних астронавтах отступили к тому, что лучше всего назвать планом Б. Рисунки, образованные линиями в пустыне Наска, полностью были видны лишь с воздуха, так что доисторическим коренным американцам должна была потребоваться помощь пришельцев как для того, чтобы воплотить свои замыслы, так и для того, чтобы оценить результаты своих трудов.
Члены организации под названием «International Explorers Society» (Международное общество исследователей) заинтересовались этой проблемой и высказали предположение: что, если индейцы из Наска изобрели воздушный шар, поднимавшийся вверх от горячего воздуха? В 1975 году два члена общества пролетели на высоте примерно в 180 метров над равниной Наска на шаре, сооруженном из материалов, которые, как известно, были у древних насканцев. Высота была достаточной, чтобы линии рисунков были видны; эксперимент, конечно, не доказывал, что древние делали то же самое, но он, безусловно, опровергал любые доводы, что они не могли этого сделать. Кроме того, даже если насканцы не знали, как летать над равниной, есть ли причина предполагать, что они не могли выработать наземный способ создания огромных рисунков? Было найдено то, что совершенно точно является остатками моделей рисунков, так что кажется правдоподобным, что древние работали именно по ним. Но почему же насканцы размахнулись на такие масштабы рисунков, которые сами не могли увидеть? По одним рассуждениям, они это сделали по религиозным причинам: для них было неважно, что они так и не смогут по достоинству оценить собственную работу, потому что она выполнялась для богов — небо в конце концов было их традиционным обиталищем. Другое предположение заключается в том, что линии представляли собой колоссальный календарь-обсерваторию (наподобие Стоунхенджа) огромного масштаба, увековечившего его.
Еще одно важнейшее доказательство из копилки теорий о древних астронавтах — карта Пири-реиса, датированная 1513 годом и найденная в 1929 году в Стамбуле. На первый взгляд кажется, что на ней изображена береговая линия Антарктики — а континентальная суша побережья Антарктики на сегодняшний день полностью скрыта под снегом и льдом. О карте подробно рассказывал Чарльз Хэпгуд (1904–1982) в книге «Maps of the Ancient Sea Kings» (Карты древних морских королей) (1966); он предположил, что могла существовать очень древняя морская культура, и лодки ее представителей периодически плавали вдоль берегов Антарктики во времена, когда там еще не было льда. Как информация от них дошла до Пири-реиса, жившего в XVI веке, не особенно ясно, но, возможно, в этом предположении Хэпгуда есть смысл.
С точки зрения многих сторонников теории о древних астронавтах, карта была впервые составлена десятки миллионов лет назад и показывает Антарктическое побережье в точности в таком виде, в каком оно было открыто совсем недавно. Прямые сравнения карты Пири-реиса с современным изображением подлинного Антарктического побережья доказывают полную ошибочность этой теории. Возможно, инопланетяне были просто плохими картографами, поскольку на карте Пири-реиса есть и такие ошибки, как оконечность Южной Америки, соединенная с Антарктикой, и две реки Амазонки вместо одной. Заявление, что они составили карту прямо с воздуха 70 миллионов лет назад, когда динозавры еще ходили по Земле, опровергается тем фактом, что в середине Тихого океана не нарисована Индия, а именно там в то время располагался этот субконтинент.
В общем, очень похоже, что Пири-реис составлял карту на основе ряда источников, подгоняя карту там, где данные были противоречивыми. Какая-то часть полученной им информации была вполне достоверна, какая-то — совершенно ошибочна. Не столь уж невероятной представляется возможность того, что уже в 1513 году европейские исследователи Южной Америки открыли, что к югу лежит огромный материк и что их картографы просто провели извилистую линию по карте, чтобы его обозначить: в истории картографии есть множество примеров, когда составители карт таким образом обозначали места, о которых они ничего не знали, кроме того, что они расположены где-то в том направлении.
Прежде чем закрыть этот вопрос, следует заметить, что в книге «The Morning of the Magicians» («Утро магов») в 1960 году Луи Повель и Жак Бержье сообщили, что Пири-реис сам передал свою карту в Библиотеку Конгресса США.
Поразительную гипотезу выдвинули Крейг и Эрик Умланд в своей книге «Mystery of the Ancients» (Загадка древности) в 1974 году. Они считали, что древние майя изначально были исследователями из другой Солнечной системы. Их основная база располагалась на Пятой планете (см. стр. 80), но когда та взорвалась, им пришлось поселиться на Земле — хотя и не раньше, чем они добрались до ядра Луны. Причина, по которой колонизаторы-майя основали базу посреди южноамериканских джунглей, заключалась в том, что они не хотели чем-нибудь заразиться от отвратительных Homo sapiens: их организм не справился бы с вирусами и бактериями наших предков. Это вызывает некоторое недоумение. Даже если им удалось полностью изолироваться от контакта с нашими предками, они все равно не смогли бы остаться неуязвимыми для бесчисленного множества других микробов, обитающих в джунглях. В любом случае, как сообщают Умланды, майя, несмотря на предосторожности, естественным образом заразились венерическими болезнями (эта проблема, между прочим, не помешала богам вступать в «межрасовые связи» у фон Дэникена).
Следующий момент, вызывающий удивление: почему такие сверхсложные существа, как путешествующие в космосе майя, не отказывают себе в удовлетворении таких варварских привычек, как регулярное человеческое жертвоприношение? Умланды дают очевидный ответ: это были не человеческие жертвоприношения, а всего лишь вскрытия, а примитивные люди, которые их наблюдали, совершенно не поняли разницы (возможно, потому, что довольно странно быть вскрытым заживо). Майя (конечно же!) делали все эти вскрытия, чтобы попытаться что-то сделать с венерическим заболеванием, распространившимся среди них.
Что до их обычая грубо вырывать сердце из груди живого человека, то это еще одно действие, которое, К прискорбию, было понято неверно: они просто совершали операции по пересадке сердца.
Еще одна сомнительность гипотезы Умландов связана со временем: в частности, они очень изящно обошлись с датами. Как вам это: «Почему майя выбрали антарктическую часть континента Гондваны в качестве основной базы, мы, возможно, никогда не узнаем. Но эта ошибка дорого им обошлась. С 40 000 000 лет назад и до начала ледникового периода условия на полюсе постоянно ухудшались». Что ж, может быть, это не так уж глупо: майя целых 35 миллионов лет или даже больше наслаждались относительным покоем, прежде чем им пришлось сняться с места.
Крушение воздушного корабля: набросок очевидца, 1896–1897.
Еще одно свидетельство того, что майя достигали неизмеримых высот в поисках тяжелых металлов, представлено в геологическом контексте: «Понятно, что дрейфующие континенты затрудняли попытки майя прорыть туннель через внешнюю кору Земли и мантию с целью достижения расплавленного ядра». Представьте себе: майя только-только установят буровую вышку, как рядом немедленно появляется дрейфующий континент и все портит.
В своей книге «The Mayan Factor: Path Beyond Technology» («Фактор майя: внетехнологический путь») (1987) Хозе Аргуэльес сообщает дополнительную информацию о майя. Майя пришли с планеты, расположенной около звезды Арктур. Они прибыли сюда не в космических кораблях, а передав ДНК в закодированной форме. Они закрепились в ольмеках, научив их такому искусству, как письмо, которое с тех пор стало известно всему человечеству. Когда майя совершат свой второй визит на Землю (предполагаемое время прибытия — 21 декабря 2012 года), произойдет какое-то невероятное духовное изменение реальности, а наш вид совершит эволюционный скачок и никогда уже не станет прежним, или что-то вроде того. Тем временем для многих людей чрезвычайно важно пойти к святым местам в выходные дни 16–17 августа 1987 года; это «гармоничное единение» покажет пришельцам, что мы готовы к их прибытию. Конечно, если пришельцам не удастся прибыть на Землю 21 декабря 2012 года, Аргуэльес всегда может сказать, что мы сами виноваты: слишком мало людей последовали его призыву участвовать в «гармоничном единении».
Поделиться книгой: