–
–
–
–
–
–
–
Мише 5 лет, разговор с папой.
–
–
–
–
–
7 лет
–
–
–
Пришел из гостей.
–
10 лет
Пишет изложение:
А.Ш.: У Миши обширное образование – он «окончил» три средние школы. Постоянно приносил какие-то страшные записи учителей в дневнике, взрывал унитазы. Юный химик! Нас непрерывно вызывали к директору, но ходить туда и краснеть приходилось в основном жене. А переводил его из школы в школу, конечно, я.
Обычно в таких случаях родители нудят: «А вот папа в твоем возрасте…» Я тогда понял – ничего нельзя хранить. Когда в очередной раз мой сын прослушал тираду на тему «Вот твой папа, а ты…», он набрел на мои чудом сохранившиеся дневники и понял, что у него наследственный порок. Более того, по сравнению со мной он еще отличник. На этом все воспитание закончилось. Так что архивы нужно сжигать!
Н.Б.: В первый класс Миша пошел в школу около Никитских Ворот, в Леонтьевском переулке, потом мы переехали в высотку на Котельнической набережной и перевели его в школу около моей работы. Я завозила его утром, после обеда он в продленке ждал моего возвращения с работы. А окончил он знаменитую школу Леонида Мильграма, которую посоветовали Гердты, – там училась их Катя. С Катей Миша дружит лет с пяти-шести. Как-то Катя заболела, не ходила в школу, и Миша поехал ее навестить. Я дала ему деньги на какой-нибудь сладкий подарок, а он почему-то купил ей карпов и умудрился довезти их живыми. Гердты выпустили карпов в ванну, и несколько дней никто не мог помыться.
А.Ш.: По словам Мишки, в десятом классе он получил от меня на день рождения самый неожиданный подарок – блок сигарет и зажигалку. Причем до этого его гоняли и ругали, если застукают с сигаретой, и после этого продолжали гонять. Мишка считает, что у меня просто не было под рукой другого подарка.
Н.Б.: А мне Миша, уже будучи студентом Щукинского училища, однажды на 8 Марта подарил двух цыплят. У меня с цыплятами были связаны не лучшие воспоминания.
Как-то бабушка купила 20 цыплят. Мой папа установил лампу с синим светом, чтобы цыплятам было тепло, и мы накрыли их старой скатертью с бахромой. Проснулись как-то утром, а из двадцати цыплят пять висят – повесились на бахроме, заглотив ее. Остальные тоже дохли, хотя ухаживали за ними лучшим образом. В итоге из двадцати летом на дачу выехали не больше четырех.
Поэтому когда Миша принес цыплят, я пришла в ужас и сказала: «Уноси куда хочешь». А куда ему идти с ними? Он отнес их в училище, и потом каждый раз, приходя в буфет, давал лишних 20 копеек, чтобы буфетчица от его имени накормила цыплят крутыми яйцами.
Цыплята выросли, стали ходить по училищу. Как-то я туда пришла и увидела, как в перерыве студенты бегут с этажа на этаж, а между ними бегут по лестнице две здоровенные курицы – грязные, жилистые, с мускулистыми ногами. И никто не обращает на них внимания.
Это надо же! У нас в семье цыплята жили в идеальных условиях: бабушка читала книги по выращиванию кур, папа сооружал специальные приспособления, но те дохли, а в условиях училища вымахали две огромные курицы.
Однажды мне позвонила из училища заведующая библиотекой, которая находилась рядом с буфетом, и пожаловалась: «У нас сегодня был субботник, все уже давно ушли, а у меня еще столько работы – Мишины куры все изгадили». И я предложила ей забрать кур – она, как выяснилось, жила за городом. Сама она не решалась это сделать без разрешения Миши – думала, что куры в училище для чего-то очень нужны.
А.Ш.: Миша, мне кажется, не очень похож на меня. Но, видимо, другим так не кажется. Как-то я с дачи заехал в городе Истра в магазин купить батарейку. Там стояло море телевизоров, и все они в этот момент показывали Мишкину программу «Хочу знать». Я стою у прилавка, ко мне подходит какая-то дама и говорит: «Ой, я прямо умираю – вы прямо и в телевизоре, и здесь. Дайте автограф».
Дети не понимают родителей – это данность. Но это не конфликт. Конфликт в нежелании понимать, что тебя не понимают. Время идет, нравы и приоритеты меняются, товары тоже. Если я когда-то брал лучшую по тем временам туристическую палатку и мы отправлялись куда-нибудь под Астрахань удить рыбу, то у компании сына другие общие чаяния. Эта компания – Антон Табаков, владелец сети ресторанов, Денис Евстигнеев, продюсер, и Сергей Урсуляк, кинорежиссер… Они уже летают в Австрию кататься с гор.
С внуками еще острее, чем с детьми. Внуки ждут, когда я позвоню и в очередной раз поною. В чем задача деда? Все время ныть: «А это зачем? А это куда?» Ты слышишь на том конце трубки вздох. Но сам-то чувствуешь себя исполнившим свой долг. И у них перерыв до следующего нытья.
Как ни странно, моя внучка – абсолютный слепок с моей мамы: внешне и немножко даже внутренне. Моя невестка – Татьяна Павловна Морозова. И вот чтобы от Татьяны Павловны Морозовой родилась Раиса Самойловна, моя мама… Мистика!
Когда внучку спросили: «Какие у тебя отношения с дедушкой?» – она сказала: «Ну какие могут быть отношения, если он меня в общем-то содержит». – «А какие отношения в быту?» – «Не знаю, он, когда приходит, сразу спит».
Однажды внучка собиралась ко мне прийти, но пришла не как внучка, а как дистрибьютор косметической компании. Я думал, с ума сойду. Привезла каталог продукции. Я ей говорю: «Крем для снятия грима». Она отмечает. «Щетка для чистки пяток типа пемзы». Она опять отмечает. И говорит: «Еще давай, а то скидку не получишь». Взяла 500 рублей и уехала. Потом привезла заказ и новые каталоги. Я подумал: «Слава богу, хоть один человек в семье будет иметь интеллигентную профессию». К сожалению, ее торговая карьера не удалась и она стала искусствоведом.
Внуки взрослые – Андрею за 30, Саше – за 25. Сейчас не я их воспитываю, а они меня. Я должен быть все время в напряжении, чтобы их не подвести, не расстроить и неправильно себя не повести.
Старший внук Андрей преподает в МГУ на юридическом факультете, кандидат наук, поэтому в детстве никаких глупостей не говорил. Говорили остальные. А у Наталии Николаевны все глупости записаны.
Н.Б.: Из моих записей – что говорила маленькая Саша.
Наш кокер-спаниель Сандрик едет с дачи в Москву жениться.
5-летняя Саша удивляется:
–
–
–
5-летняя Саша ходит в бассейн.
–
–
–
Я 8-летней Саше:
–
Саша радостно:
–
Мы сидим с Сашей, она читает вслух Пушкина:
–
–
–
Звонит 8-летняя Саша:
–
–
–
Звонит в другой раз:
–
–
–
А.Ш.: Но вообще-то дети и внуки – хорошие. Даже иногда трогательные. Как-то мы были на Валдае, в 400 километрах от Москвы. У меня – день рождения. Все звонят, поздравляют, но приехать не могут. У Андрюши – лекции, Миша на съемке, Саша сторожит собак на подмосковной даче. И вдруг часов в семь к дому отдыха на Валдае подъезжает машина, и все они вылезают с подарками. Нет, неплохие дети.
Н.Б.: День рождения у Александра Анатольевича – в середине лета, 19 июля. До Ильи Пророка, когда по всем законам и канонам должна быть гроза (она и бывает), – ровно две недели, но это не мешает грозе всегда быть и 19 июля.
На протяжении многих лет повторялось одно и то же: на даче в прекрасную погоду мы собираемся отмечать рождение, накрываем столы в саду, и тут, в самый последний момент, вспоминаем про грозу и начинаем перетаскивать все в дом. Природа нас не обманывает: гремит гром, сверкает молния, льет дождь.
Году в 1954-м или 1955-м Александр Анатольевич 19 июля был в отъезде, и мы дачной компанией решили не нарушать традицию и отметить его день рождения. Собрались у нас, на стол поставили его фотографию (мы тогда не знали, что так поступают на поминках). Произносили тосты, чокались с ним. Поскольку, естественно, была сильная гроза, в разгар веселья отключили свет. Но вечер продолжился и в темноте. Причем к нам присоединился Святослав Теофилович Рихтер, который жил напротив. Он пришел со свечками, закусками и шикарной бутылкой вина и очень хвалил нас за то, что мы справляем день рождения друга даже в его отсутствие.
Так как не только у Александра Анатольевича, но и у Миши день рождения летом, я решила построить в саду беседку. Пришлось строить на 50 человек, с мангалом и главное – делать большой вынос крыши, чтобы дождь никого не заливал. Теперь дождь хлещет, но ни одна капля до нас не долетает.
Самый поразительный день рождения был в Америке, куда нас пригласили на 60-летие Александра Анатольевича. Мы ехали в Лас-Вегас на машине – 500 км по выжженной пустыне штата Невада. На следующий день все должны были собраться в ресторане одного из казино. Днем мы легли поспать. Просыпаемся – за окном темно. Мы решили, что проспали, вскакиваем, выглядываем в окно, а там в буквальном смысле светопреставление: гром, молния, летают афишные столбы, высоченные пальмы ветром пригибает к земле, и – дождь стеной. В Лас-Вегасе такого не было никогда. Нам стали звонить американские друзья, удивленные происходящим, и только мы ничему не удивлялись: ведь это был день рождения Александра Анатольевича! Когда через два дня мы возвращались в Лос-Анджелес, пустыню было не узнать – там, где не росло ни одной травинки, все зеленело. Даже выросли какие-то кактусы и кусты. Как же они были рады: они дождались! Дождались от слова «дождь».
А.Ш.: Я горд, что смог озеленить предместье Лас-Вегаса, мне не жалко. Но были времена, когда таких финансовых возможностей не имелось.
Лично я к вещам отношусь абсолютно умозрительно. Я имею в виду моду и их количество на теле и в доме.