Помоги проекту - поделись книгой:
Компьютерра
15.07.2013 - 21.07.2013
Колонка
Голубятня: Капуста цивилизации
Киносуббота на Голубятне отдана последнему из вышедших на экран фильму Романа Поланского «Резня» (Carnage, 2011). Жанр у фильма необычный — драма и комедия в одном флаконе, а сам фильм говорит о личности режиссёра больше, чем всё остальное его творческое наследие. Как вы понимаете, пройти мимо такого явления было очень сложно. Хотя бы для того, чтобы определиться с отношением к Роману Поланскому, очень в моем случае неоднозначным.
Начну как раз с самого Раймунда Романа Либлинга — «одного из крупнейших кинематографистов послевоенного времени», как о нем пишут в энциклопедиях. Либлинг (Поляньский — это псевдоним) родился в Париже в 1933 году, а в 1936 его родители зачем-то вернулись обратно в Польшу, где в скором времени сгинули в концлагерях (мать погибла в Освенциме, отец выжил в Маутхаузене).
От войны у Раймунда осталось лишь одно травматическое воспоминание: как немецкие солдаты использовали его в качестве мишени на стрельбах. Немцы были плохими стрелками, поэтому Раумунд Либлинг пережил жуткие эксперименты, а после войны нашел своего отца, поступил в техникум, играл в варшавском театре юного зрителя, в 1955 году снялся у Анджея Вайды («Поколение»), поступил в киношколу и ы 1957-м снял свой первый фильм (короткометражка в духе horror movies).
В 1959 году он женился на актрисе Барбаре Квятковской, в 1962-м развелся. В 1968 году женился на американской звезде Шерон Тэйт и переехал на ПМЖ в Соединённые Штаты. Тогда же Раймунд Либлинг (к тому времени давно уже на американский лад — Роман Полански) снял совершенно шедевральную и мгновенно ставшую культовой картину «Ребёнок Розмари».
В 1969 году случилась катастрофа: беременную жену Поланского Шерон Тэйт вместе с тремя гостями дома зарезали убийцы из «Семьи» маньяка Чарльза Мэнсона. Полагаю, режиссёр не оправился от этого потрясения и поныне. По крайней мере травматический надрыв присутствует в каждой его картине (включая последнюю — «Резню»).
В 1977 году Поланского обвинили в принуждении к оральному и анальному сексу Саманты Гейли, 13-летней фотомодели, которая ела шоколад, пила шампанское и поглощала метаквалон в доме Джека Николсона. Поланский с версией принуждения не согласился категорически, однако признал себя виновным в сексуальных отношениях с малолетней и даже прошёл трёхмесячное психиатрическое обследование/лечение в тюремной больнице.
Кончилось дело тем, что 12 июля 2010 года Швейцария послала американскую Фемиду к чёрту, отказала в запросе на экстрадицию и освободила Поланского из-под домашнего ареста. Американская Фемида обиженно фыркнула (апелляционный суд Лос-Анджелеса отказался закрывать дело, а губернатор Калифорнии, бывший коллега по ремеслу Арнольд Шварценеггер отказался подписывать помилование), однако никаких санкций в адрес Швейцарии выписывать не стала. Что само по себе странно, если вспомнить, какими обширными рычагами для выкручивания рук альпийским гномам располагает Америка, если уж ей удалось уничтожить основу основ швейцарского реноме — банковскую тайну, заставив все швейцарские банки стучать на своих клиентов и выдавать дяде Сэму налоговых беглецов списками.
Забавно, что еще в 90-х Роман Полански перед Самантой Гейли очень сильно извинился и даже выплатил ей много-много денег, поэтому сама жертва орально-анального секса на режиссёра зла давно не держит.
Роман Полански — это гениальный певец людских патологий. Режиссёр, который борется с надрывами и извращениями сначала в самом себе, а затем и в окружающем мире. Из этого вовсе не следует, что эти надрывы и извращения окружающему миру имманенты: просто Полански мажет этот мир привычными красками, чтобы избежать саднящего чувства одиночества (трудно жить с мыслью, что ты один урод, всегда хочется верить, что уроды и все окружающие).
Фильм «Резня» — это блестящий бурлеск на сквозную тему творчества Поланского: ту самую «нашу уродливость под слоем лака». Цивилизация для режиссёра — это капуста. Стоит отшелушить один за другим слои наносного приличия, вежливости, культуры, интеллигентности, как мы непременно доберёмся до основы основ человеческой личности — того самого рептилианского Id, мерзкой слизи, сублимированной тысячелетиями мимикрии.
Материал для фильма Роман Полански подобрал достойный — пьесу Ясмины Резы, еще одного персонажа, потревоженного биографией. Французская актриса театра и кино, драматург и прозаик, чьи пьесы ставят в десятках театров по всему миру, родилась в семье персидского еврея российского происхождения, который бежал из Москвы во Францию после Октябрьской революции. Мама Ясмины Резы была скрипачкой из Будапешта, бежавшей из Венгрии сразу после прихода к власти кровавого убийцы Матьяша Ракоши (урождённого Розенфельда) в 1949 году. (И правильно, надо сказать, сделала, потому что в 1956 году по всей Венгрии прокатился грандиозный еврейский погром, который советская пресса предусмотрительно обозвала «антикоммунистическим восстанием».)
Смотришь фильм — и прямо-таки физически ощущаешь триумф и наслаждение режиссёра, которому благодаря врожденной гениальности и таланту удаётся с художественной убедительностью протолкнуть в мир свой излюбленный тезис: человек — существо мерзкое, и мы все тоже мерзкие!
Садомазохизм, конечно, ещё тот (как и всегда у Поланского), но зрелище завораживающее.
P. S. В 2013 году Роман Полански решил больше не ходить вокруг да около и снял фильм «La Vénus à la fourrure» («Венера в мехах», премьера пройдет 13 ноября) — экранизацию одноименного романа Леопольда Риттера фон Захер-Мазоха, который наряду с Донасьеном Альфонсом Франсуа де Садом разделяет венец главного извращенца европейской цивилизации.
Марисса, Yahoo! и чудо acqhire
Ровно год назад компанию Yahoo! возглавила 38-летняя Марисса Майер. Ранее госпожа Майер 13 лет трудилась в Google, пройдя путь от рядового инженера (правда, зачисленного в штат под номером 20!) до вице-президента.
Появление Мариссы Майер в Yahoo! я воспринял скептически. Разумеется, в своей оценке я не был одинок: мало кто из аналитиков Уолл-стрит верил в успех технотронной девушки на посту, для которого приоритетными являются чисто деловая хватка и стратегическое бизнес-мышление, а не углубленные познания в искусственном интеллекте. (Для справки: выпускница Стэнфордского университета Марисса Майер специализировалась на символьных системах и писала диплом по AI.)
Я пристально наблюдал за судьбой Yahoo! начиная с 2008 года, когда вокруг компании завязалась грандиозная схватка между маленьким китайцем Джерри Янгом (отцом Yahoo!), Microsoft и пираньей Карлом Иканом (историю я описал в «Бизнес-журнале» — «Born to be sold», затем дополнил в «КТ» в «Микрояхе»), и в конце концов пришел к выводу, что Yahoo! не сумеет выжить в самостоятельном противостоянии с Google и Facebook, а потому обречена рано или поздно на поглощение.
Опять же я не оказался одинок в своей оценке: трейдерский мейнстрим делал ставку на ликвидацию Yahoo!, называя бедолагу не иначе как «dead company walking» («идет корпоративный покойник» — перифраз тюремного клича «dead man walking», которым сопровождают передвижения по коридору осужденных на смертную казнь). Марисса Майер заняла кресло президента и исполнительного директора Yahoo! и сразу же стала делать странные вещи: во-первых, ликвидировала систему дистанционной занятости, потребовав в ультимативно-приказной форме от всех сотрудников физического присутствия в офисе. Во-вторых, ввела бесплатные обеды. В плане стратегической декларативности новый президент анонсировала курс на завоевание мобильных систем. Все три инициативы смотрелись по меньшей мере банально, по большей — эксцентрично.
И вот прошел год. Несколько дней назад Yahoo! отчиталась об очередных квартальных успехах, и цифры, обнародованные в Q-10, просто снесли голову: десятки новых продуктов, десятки поглощений, чистая прибыль — $331 млн, что в сравнении с показателем того же периода за прошлый год (как раз до прихода Мариссы Майер 16 июля 2012-го) — $227 млн — составляет рост на 46%! В расчете на акцию увеличение чистой прибыли составило вообще 67% (с 18 центов до 30).
В пресс-релизе, приуроченном к обнародованию отчетности за второй квартал, завершившийся 30 июня 2013 года, Майер с гордостью констатировала: «Наш бизнес демонстрирует стабильность, и мы запустили больше продуктов, чем когда бы то ни было, — по одному каждую неделю».
Тому, что сотворила Марисса Майер, я могу найти только одно название — чудо. Отсюда и реакция рынка на годичную активность нового президента:
От 15 долларов до 30 за 12 месяцев — о таком плавном, стабильном и безоговорочном удвоении капитала можно только мечтать.
Восторги восторгами, но всё-таки хотелось бы понять: что такого невероятного сделала Марисса Майер, что Yahoo! под ее руководством за кратчайшие сроки превратилась из дышащего на ладан задохлика в компанию со стабильно развивающимся и крепким бизнесом? Наверняка же поразительные результаты достигнуты не бесплатными обедами и не принуждением к офисному сидению.
Ключ к разгадке успеха Майер кроется в ставке на агрессивное поглощение перспективных стартапов и маленьких ИТ-компаний. Под руководством Мариссы Yahoo! купила за 12 месяцев (только вдумайтесь в эту цифру) 19 бизнесов! Причём два последних поглощения пришлись на два дня после обнародования квартального отчета: 17 июля Yahoo! анонсировала покупку никому не известного стартапа Admovate, занимающегося разработкой мобильных рекламных технологий, а 18 июля приобрела пекинский стартап Ztelic, разработавший программный продукт для анализа и мониторинга активности в социальных сетях.
Недалеко ушла и Ztelic — компания, учреждённая Хао Жэнем, бывшим руководителем R&D лаборатории Yahoo! в Китае. В Ztelic трудятся аж 8 софтверных инженеров.
Такими же карликами были и стартапы, поглощенные Yahoo! чуть ранее под руководством Мариссы Майер. Xobni, GoPollGo, Astrid — имена, которые никому ничего не говорили. Зато теперь будут говорить, можете не сомневаться. Потому что Yahoo! реализует головокружительный манёвр, обладающий потенциалом превратить компанию через два–три года в лидера всего ИТ-рынка.
Да-да, я нисколько не преувеличиваю: если Yahoo! под эгидой Мариссы Майер удастся реализовать задуманное, в блеске грядущих достижений померкнут и Google, и Facebook.
Как я уже сказал, Майер с первого дня анонсировала курс на завоевание компанией мобильных систем. Go mobile звучит, конечно, ярко, но на абстрактном уровне — бессмысленно. Мало ли кто лез в мобильные системы последние 10 лет… Экспансия Yahoo!, однако, если судить по конкретным поглощениям, весьма и весьма точечная: компания Майер пытается занять ключевые позиции на самом горячем участке — в мобильной рекламе.
Дело в том, что ситуация, сложившаяся сегодня на мобильных платформах в плане монетизации, просто аховая. Онлайн-трафик, проходящий через смартфоны и планшеты, уже обошел стационарные платформы (десктопы и ноутбуки), а в ближайшее время вообще уйдет в отрыв. Однако до сих пор не существует реальной надежной и полноценной схемы для монетизации этого трафика. Равно как нет и эффективной монетизации контента, поступающего на мобильные устройства.
Yahoo! авральными темпами скупает стартапы, которые занимаются разработкой решений именно в сфере мобильного маркетинга. Насколько велика ценность существующего продукта Ztelic или Admovate? Думаю, что ни насколько. Продукты как продукты, каковых на рынке — тысячи и, может быть, десятки тысяч. Главное — совсем другое: Иными словами, Марисса Майер нашла самый экономичный, агрессивный и ускоренный путь для формирования в недрах доверенной ей компании совершенно нового направления, которое позволит Yahoo! завоевать ИТ-рынок будущего. Результаты потрясают: за 12 месяцев подразделения компании, связанные с разработками в области мобильных технологий, увеличились в 6 раз и сегодня насчитывают уже несколько сотен инженеров. Ай да Марисса, ай да финская барышня! Yahoo! покупает не продукты, а сложившиеся компактные команды софтверных инженеров! Крутейшая тактика, получившая название acqhire (сложение слов «acquisition» — приобретение и «hire» — наём). «Вместо того чтобы нанимать сотрудников, мы покупаем целиком компании — ради их талантов и опыта», — порадовал журналистов откровением Кен Голдман, финансовый директор Yahoo!.
Заметки о протозвёздах и планетах (I)
В июле 2013 года в немецком городе Гейдельберге прошла 6-я конференция «Протозвёзды и планеты» (PPVI) — самый крупный всемирный форум специалистов по означенной теме. За неделю сделано около сорока обзорных докладов и представлено больше шестисот стендовых. Первая половина конференции формально посвящена протозвёздам, вторая — протопланетам, однако на самом деле круг вопросов вынужденно оказывается более широким, ибо ситуация не только по сравнению с PPI, но и по сравнению с PPV изменилась очень сильно. Я не хочу сказать, что представления о формировании звёзд и планет кардинально пересматриваются каждые несколько лет, но как со стороны теории, так и со стороны наблюдений происходят серьёзные уточнения.
Главными событиями последних лет, безусловно, являются результаты работы «Спитцера» и «Гершеля». В частности, два этих инструмента позволили поставить на фактическую основу мысль, которая постепенно вырисовывалась на протяжении десятилетия: ни образование звёзд, ни образование планет не являются изолированными процессами. Иными словами, особенности планетной системы определяются предшествующей эволюцией протозвезды, эволюция протозвезды зависит от свойств родительского газопылевого облака, а облик родительского облака формируется в результате действия процессов, охватывающих значительную часть или даже всю межзвёздную среду галактики.
Поэтому на конференции PPVI гораздо больше внимания по сравнению с PPV было уделено не только индивидуальным протозвёздам и планетам, но и общей картине, в частности ответу на вопрос, почему вообще происходит звездообразование (ЗО) и почему оно может не происходить. Даже в наших близких окрестностях, например, мы видим такие разные области звездообразования, как облака в Тельце и Орионе. В первом случае наблюдается вялотекущее рождение звёзд малой массы, находящихся относительно далеко друг от друга. Во второй области рождаются не только маломассивные звёзды, но и те, что по массе в десятки раз превосходят Солнце, причём не поодиночке, а в скоплениях. И это далеко не предельные случаи. На небе можно увидеть облака, в которых ЗО вообще практически нет, несмотря на наличие исходного сырья (газа), а также области, где рождение звёзд происходит с интенсивностью, далеко превосходящей Орион.
Процесс звездообразования, особенно на больших расстояниях, выдаёт себя мощным инфракрасным излучением пыли, разогретой молодыми звёздами. Поэтому большой статистический материал о рождении звёзд накоплен в последние годы именно благодаря инструментам инфракрасного диапазона. И из этого материала вытекает, что необходимым условием для ЗО является, во-первых, наличие
В образовании звёзд просматривается определённая структура. Одной из характерных черт распределения вещества в молекулярных облаках, определённого при помощи «Гершеля», является иерархическая волокнистая структура. Именно в этих волокнах и формируются звёзды, причём тоже не во всех. Среди них, как и глобально среди облаков, выделяются «фертильные» и «стерильные» волокна. В целом возникает вывод о том, что ЗО является двухэтапным (как минимум) процессом: сначала в облаке формируются волокна, а потом в результате фрагментации волокон появляются протозвёздные сгустки.
Такая волокнистая структура, в общем-то, ожидаема. В последние годы популярна турбулентная модель звездообразования, согласно которой звёзды рождаются в местах столкновения турбулентных течений. В численных моделях турбулентных молекулярных облаков волокна образуются без проблем — правда, пока свойства (в том числе статистические) модельных протозвёзд в этих моделях не слишком сходятся с наблюдениями. В частности, реальный процесс ЗО очень неэффективен; в типичном молекулярном облаке в звёзды переходит от силы 5% массы, тогда как обычные турбулентные расчёты дают эффективность, измеряемую десятками процентов.
Чтобы решить эту проблему, в модели нужно вводить дополнительную физику. На докладах PPVI интересно было видеть, как в расчёты звездообразования постепенно возвращается магнитное поле. Оно доминировало в качестве дирижёра ЗО в моделях, существовавших до конца 1990-х годов, но потом его вытеснила турбулентность — до такой степени, что всего несколько лет назад широко принималась возможность полностью пренебрегать магнитным полем в областях ЗО. Ан нет, нельзя: магнитное поле всё-таки оказывается важным фактором подавления звездообразования, так что его необходимо учитывать, как бы это ни усложняло жизнь теоретикам.
Впрочем, это не самое страшное из необходимых усовершенствований численных моделей областей ЗО. Есть и более сложный фактор — feedback, обратная связь. Фрагментация вещества молекулярного облака приводит к появлению новых звёзд; энергетика этих звёзд начинает оказывать обратное влияние на эволюцию облака. Одним из элементов обратной связи, возможно, являются джеты — выбросы вещества из протозвёзд, точнее, из их окрестностей. Когда протозвезда ещё добирает на себя остатки протозвёздного вещества, его часть почему-то (вероятно, тут тоже не обходится без магнитного поля) не падает на протозвезду, а, наоборот, улетает от неё, фокусируясь в узкие струи, основание которых измеряется десятками астрономических единиц (если не меньше), а длина составляет иногда десятки тысяч астрономических единиц. Включить этот процесс в модель молекулярного облака очень сложно из-за громадной разницы пространственных масштабов.
Тем не менее учёт обратной связи стал важным новым трендом в моделях областей ЗО. Дело в том, что джеты выносят обратно в облако значительную кинетическую энергию, которая может, например, играть важную роль в поддержании турбулентности. Кроме того, энергию в облако возвращают и другие факторы — скажем, мощное излучение молодых звёзд и звёздный ветер. Их совокупным действием также объясняется низкая эффективность звездообразования: первые же родившиеся в облаке звёзды нагревают его и развеивают в окружающем пространстве.
Впрочем, энергетическое воздействие молодых звёзд необязательно препятствует ЗО; оно может и способствовать ему. Если, например, излучение массивной звезды сожмёт окружающее вещество до плотности выше критической, в этом веществе может начаться вторичное,
Большие трудности и по сей день связаны с попытками описать и пронаблюдать сокровенный момент превращения газопылевого сгустка молекулярного облака в индивидуальную звезду. Здесь наблюдается интересная ситуация. Обилие планетных систем говорит о том, что образование звезды практически неминуемо сопровождается появлением околозвёздного диска. Так вот, оказывается, что добавление в модель ЗО магнитного поля подавляет не только образование «лишних» звёзд. Оно также мешает формироваться дискам. И что с этим делать, пока не ясно. Убираем магнитное поле — получаем слишком много звёзд. Добавляем магнитное поле — получаем слишком мало планет. Впрочем, нужно признать, что расчёты ЗО с необходимым уровнем физического наполнения находятся пока в самом начале пути.
Ещё один вопрос, который пока остаётся без внятного ответа, — это природа распределения звёзд по массам. Она оказывается удивительно универсальной: наблюдения старых и молодых звёзд в нашей Галактике, наблюдения звёзд в других галактиках — всё говорит о том, что рождающиеся звёзды всегда и везде распределены по массам примерно одинаково. Это очень странно — с учётом различий в химическом составе, в плотности газа, даже ещё и возможной двухэтапности… Как Природа умудряется в этих условиях по всей Вселенной изготавливать звёзды в одинаковых массовых пропорциях, пока не ясно.
Вначале я не совсем честно писал о конференции в прошедшем времени. На самом деле я пишу это, когда она ещё не завершилась. Колокол зовёт на новые доклады, так что про остальное напишу позже!
С божьей помощью вопрос о свободе слова и самовыражения в Интернете окончательно снят
12 июня 2013 года была поставлена окончательная точка в продолжительной конфронтации французских властей и Twitter: американская компания сдалась и передала всю информацию, которую из нее на протяжении полутора лет пытались выдавить европейские неоинквизиторы.
Поражение Twitter, однако, является не частным эпизодом в беспощадной войне за Интернет, которую ведут с наивными романтиками-либертарианцами власти «Нового Китая» (достойное прозвище для старушки Европы, дающей сегодня любому фору по части репрессивности в духовном и интеллектуальном отношении), а историческим водоразделом, который впредь будет четко определять, где заканчиваются иллюзии виртуальной вольности и вступают в силу локальные юрисдикции риаллафа.
Суть коллизии заключалась в следующем. В 2011 году французский сегмент социальной сети охватила очередная волна антисемитизма (который во Франции — как и во всей Европе — не заканчивался никогда и нигде за все две тысячи лет существования этого континента). Под двумя хештегами — #UnBonJuif (один хороший еврей) и #UnJuifMort (один мертвый еврей) — стали публиковаться твиты, которые местные еврейские общины сочли оскорбительными и антисемитскими.
Общины подали в суд, основываясь на том, что во Франции законодательно запрещены отрицание Холокоста, а также любые формы «hate speach» — выступлений, возбуждающих расовую ненависть.
Поделиться книгой: