Альда

Альда с помощью Леоры сбросила сапоги и принялась стягивать костюм.

— Ничего себе! — высказалась Леора, осматривая пострадавший бок. — Кто это тебя так?

— Волки, кто же еще.

Алекс, услышав за волков, мигом забыл про недосказанную сказку, переключившись на новую тему.

— Мама, а волки, они большие?

— Большие. Больше тебя, спи, давай.

— Они тебя что, по земле таскали? — недоверчиво спросила Леора. — Следов зубов не наблюдается.

— Мне еще только зубов не хватало, — проворчала Альда, пододвинув к себе поднос с ужином. — Сбил меня этот мерзавец с ног и лук сломал. Пришлось его кончить кинжалом. Повезло еще, что там мох и не так твердо.

— А сколько всего их было? — спросила Лани.

— Десяток я убила, и еще двое удрали. Послушайте, имейте совесть! Дайте поесть.

Некоторое время она, борясь со сном, сосредоточенно жевала хлеб и ветчину. Закончив, откинула одеяло, поставила пустой поднос на прикроватный шкафчик и завалилась спать.

Девушки, укутав мальчика одеялом и погасив масляную лампу, потихоньку вышли.

Утром Альда чувствовала себя почти нормально. Немного болела рука, а синяк начал желтеть. Хуже всего было то, что желтизна начала расползаться по всему телу. Даже шея и нижняя часть лица отчетливо отсвечивали желтым.

— Красавица, — констатировала девушка, осмотрев себя в зеркало. — Сегодня точно буду иметь большой успех. Ну и ладно, не сидеть же из-за этого в комнате. Когда еще эта гадость пройдет.

Одев, умыв и причесав Алекса, она наскоро привела в порядок себя и вместе с сыном двинулась в трапезную.

Как всегда в последнее время они вошли в зал одними из последних. Не поднимая глаз, чувствуя спиной многочисленные взгляды присутствующих, она прошла на свое место, усадила сына и села сама.

— Здравствуй, Альда, — поздоровался Джок. — Как самочувствие? Вчера ты выглядела очень уставшей. И еще этот ушиб.

— Здравствуйте, Джок. Все нормально, за исключением цвета кожи. Когда шла сюда, посмотрела в зеркало. Половина лица было желтым как спелая тыква. Как сейчас?

— Сейчас вы вся такая, но вас это не очень портит. В вашем возрасте такие вещи проходят быстро. Зато слава остается. О ваших десяти хвостах уже слагают легенды. Вы вчера встретили патруль?

— Было такое, а что?

— Вы и раньше в армии герцога обладали не меньшей популярностью, чем он сам. Теперь же все опять говорят только о вас и о вашей охоте на волков. Знаете, как вас там прозвали? Нет? Альда неистовая. А барсы[10] сейчас срочно ищут волчий хвост, чтобы в вашу честь закрепить его на знамени полка.

— Хорошо, хоть бешеной не назвали. Взрослые мужчины, а ведут себя, как мальчишки. Пусть себе хоть все эти хвосты забирают.

— Я скажу, — серьезно кивнул головой Джок. — Ладно, давайте есть. Сегодня у нас оленина.

— А я так и не нашла ни одного оленя, — вздохнула Альда.

— Так вы на оленей охотились, не на волков? — удивился Джок.

— Я что, по-вашему, ненормальная? Это не я на них, это они на меня охотились. А оленей там, похоже, не было.

— Здесь их уже давно всех выбили. За оленями ездят гораздо дальше. До хороших мест охоты надо ехать два дня. Там в лесу для ночлега даже несколько домиков стоят. Вам надо было просто справиться у местных.

— В следующий раз обязательно, — пообещала девушка, впиваясь зубами в необыкновенно вкусную и нежную оленину.

В этот раз она тоже поела раньше многих и поднялась из-за стола. При дворе герцога, к счастью, не придерживались правила, по которому покидать стол можно было только после того, как это сделал хозяин имения.

— Мне надо с вами поговорить, Альда. Вы уделите мне немного своего времени? — спросил Джок.

— Могли бы и не спрашивать. Для вас мне ничего не жалко, тем более времени, которого у меня здесь предостаточно.

— Тогда давайте договоримся, где и когда. Вы не против прогуляться по двору? Дождя пока нет и вроде не предвидится, да и ветер стих.

— С удовольствием. Только отведу Алекса, возьму куртку, которую надо вернуть Амели, и навещу отца.

— Значит, примерно через пару свечей я вас жду. Только оденьтесь потеплее.

Отец приходу Альды очень обрадовался. Он сидел на кровати и поднялся ей навстречу, успев сделать несколько шагов.

— Вижу, что ты здесь уже бегаешь, — обнимая его, сказала дочь. — Пойдем, присядем.

— Ты чего это вся желтая? Мне вчера сказали, что ты была на охоте и вернулась с добычей. Что хоть подстрелила?

— За неимением оленей пришлось застрелить десяток волков. Точнее, застрелила я девять, а десятого порезала на ремни твоим кинжалом. Этот паршивец поломал мне лук, который ты подарил. Теперь все только и делают, что судачат о твоей дочери, особенно солдаты и офицеры герцога.

— Ты шутишь?

— Немного. А что еще остается делать после того, как сделаешь глупость? Вчера я крепко влипла, думала, что уже не выкручусь. А желтизна от ушиба.

Отец крепко прижал ее к себе, и они некоторое время сидели молча.

Джок ждал Альду во дворе, запахнувшись в теплый шерстяной плащ. Капюшон он не надел, и свежий ветер трепал жесткий ежик его начинающих седеть волос.

— Пришлось надеть отцову куртку, — извиняющимся тоном сказала девушка. — Свою я вчера так замарала, что пришлось выбросить. Я похожа на пугало?

— Вы прекрасны, и любая одежда вам к лицу. И не надо смущаться: я вам в отцы гожусь. Давайте пройдемся, когда я иду, легче думается. Я хочу с вами поговорить о том, о чем редко говорят с девушками вашего возраста. Начать придется издалека. Отец говорил с вами когда-нибудь о расстановке сил в королевстве?

— Таких разговоров у нас не было.

— Этого следовало ожидать. Обычно о таких вещах говорят с наследником. Тогда я вкратце заполню этот пробел. Дело в том, Альда, что у нас, как и в большинстве стран, в высшем дворянстве существует несколько группировок, которые имеют интересы, порой отличающиеся весьма сильно. Его величество представляет лишь одну из таких группировок и всей полнотой власти не обладает. Это вынуждает его искать союзников и бороться с врагами. В обычное время такое положение достаточно неприятно, но терпимо. Но в критические моменты для королевства это может быть гибельно. А у нас все это еще сильно усугубилось тем, что отец Андре умер слишком рано и не успел должным образом подготовить сына к правлению. Королю пришлось учиться на своих собственных ошибках. А за ошибки всегда приходиться платить, а за ошибки королей — тем более. Все это привело к тому, что когда в королевство вторгся сильный враг, мы оказались на грани поражения. И несомненно, проиграли бы, если бы не герцог. Я не буду сейчас вдаваться в подробности, просто поверьте, что это так и есть. За помощь короне в подавлении мятежа и в борьбе с вторжением войск Мехала король и сделал Серга герцогом этой провинции. Но он в королевстве человек новый, молодой, и к тому же холостой. Я не буду вам говорить, каким объектом влияния на герцога может стать его жена, сами должны понимать. В столице разгорелись нешуточные страсти по поводу поиска претенденток на эту роль. Чтобы задавить эту возню и помочь герцогу, в наш замок и привезли Леору. Сделал это герцог Аленар Лантар, как и сам Серг, сторонник партии короля. О себе она тебе, должно быть, рассказывала. Их помолвка была чисто формальной, хотя они нравились друг другу и одно время были близки. А теперь я тебе расскажу о том, что пока мало кому известно. Причина разрыва помолвки с Леорой заключается в том, что герцог был вынужден по политическим мотивам пойти на помолвку с сестрой короля.

— Тогда с какой стати она меня приревновала к герцогу?

— Кто поймет влюбленную женщину? Да и помолвка это еще не свадьба. Мало ли что еще может случиться! И если вы с герцогом…

— Да не нужен мне ваш герцог!

— Давай ты не будешь торопиться, а дослушаешь меня внимательно. Ты знаешь, что красива?

— Знаю, конечно. Но какое это имеет значение?

— Самое прямое. Ты знаешь, что красива, тебе об этом говорили неоднократно. Но ты не понимаешь, насколько ты красива. Женская красота — это страшная сила, и по-настоящему ее может оценить только мужчина. А знаешь почему? Да потому, что она действует на него, минуя разум, бьет по самой его сути. Ни один мужчина, исключая стариков, не может не реагировать на красивую девушку. Если она глупа или развратна, то можно найти в себе силы не поддаться магии красоты. Но если она умна и обладает многими достоинствами, то устоять почти невозможно. Защитой может послужить другая любовь, иногда долг или преклонный возраст. Так вот ты как раз из таких. Для того чтобы вырастить вкусный и красивый плод садовнику требуется годы ухаживать за растением, поливать, удобрять его и защищать от сорняков. Так и у людей. Мало родить ребенка. Лишь правильное воспитание и неустанная забота способны привести к появлению такого чуда, как ты. Я знаю, что ты росла без матери, и в том, что ты такая, большая заслуга отца. Красотой человека наделяют боги, все остальное в нем воспитывают другие, или же это он делает сам. Если бы ты знала, сколько я видел красивых женщин, которые, в сущности, ничем не отличались от тех же куриц.

— Все это может быть и правильно, но какое это имеет отношение ко мне?

— Ты все уже прекрасно поняла, просто не хочешь признать очевидные факты. При дворе герцога появляется ослепительно красивая молодая девушка, умная, волевая, смелая, способная на самопожертвование ради дорогих для нее людей. Поверь, такое сочетание качеств — величайшая редкость, и цениться всеми без исключения мужчинами. А на молодых юношей такие, как ты, действуют как удар грома.

— Вы хотите сказать, что герцог…

— Герцог в этом смысле ничем не отличается от твоего лейтенанта.

— Этот лейтенант скорее ваш, чем мой, и я его воспринимаю только как друга. Но, если все так и есть, то мне поведение герцога тем более непонятно.

— Чтобы понять, надо лишь лучше его знать. У него уже были любимые женщины, но все они погибли. Сейчас тот, кто в этом был повинен, наказан, и опасности вроде нет, но у него остаются обязательства перед принцессой. Конечно, мужчина всегда может разорвать помолвку, но в его случае это чревато большими неприятностями для его новой избранницы. Он просто боится, Альда! Боится за тебя и боится своей любви, поэтому защищается, как может. А его еще тяготит низкий рост.

— Вот уж глупости! Это для вас красота главное, женщины в мужчинах ценят другие качества.

— Настоящие женщины. Многочисленные поклонницы нашего Джолина с тобой вряд ли согласились бы.

— И что теперь делать? Ну не люблю я герцога! И рост здесь ни при чем.

— Вот тебе и ответ. Он на тебя запал, но не чувствует с твоей стороны никакого к себе интереса, как к мужчине. Не слишком высоко оценивая свои внешние данные и, понимая, что для тебя его герцогство мало что значит, он не решается бороться за твою любовь и начинает спешно возводить между собой и тобой барьер, чем обижает тебя до глубины души, поскольку его мотивы тебе непонятны. Ответь, он тебе неприятен?

— Я его как человека почти совсем не знаю. Как он мне может нравиться или нет? Как герцогу я ему благодарна за все, что он сделал для меня и для отца. А если он и дальше будет так прятаться от тех, кто вызывает в нем чувства, но не выказывает в ответ своих, то рано или поздно столкнется с какой-нибудь стервой, которая его раскусит и использует в своих интересах. Но мне все это неинтересно. Я на его внимание не претендую, а вскоре с отцом вообще отсюда уеду. Может быть, тогда все вернется к тому, что было до нашего появления.

— Иногда твой ум меня поражает. Если не видеть твоего лица, можно подумать, что говорит женщина в летах, а не четырнадцатилетняя девушка.

— Мне почти четырнадцать с половиной!

— А иногда, вот как сейчас, ты рассуждаешь как ребенок. В реке нельзя дважды войти в одну и ту же воду. Поверь мне, ничего не вернется.

— Давайте возвращаться, а то я что-то замерзла. Спасибо за разъяснение, но понимание происходящего не добавило мне счастья.

— А я тебе счастья не обещал. За счастье человек должен бороться сам. А знание причин и мотивов поступков людей, от которых ты зависишь, может и не добавить счастья, но бывает очень полезным.

После злосчастной охоты отношения с Лани заметно улучшились. Она охотно общалась с Альдой, время от времени забегала к ней поболтать или повозиться с Алексом, даже опять приглашала к себе. Но этим приглашением Альда воспользовалась только один раз, когда зашла взять почитать книгу. Сегодня книга была дочитана, и девушка решила ее вернуть. Был уже поздний вечер, но Альда знала, что герцогиня ложится поздно.

Еще только свернув в ту часть замка, которую занимали герцог и его сестра, девушка услышала необычную чарующую музыку, и мужской голос, который пел под нее песню на незнакомом языке. Альда подошла ближе к покоям герцога, чтобы лучше слышать, и застыла, долго слушая и музыку, и певца. Сколько песен герцога она тогда прослушала, девушка потом так и не могла вспомнить. Хорошо еще, что за все то время, пока она столбом стояла в коридоре, никто не прошел мимо. Когда все закончилось, она развернулась и пошла к себе. В душе почему-то осталось щемящее чувство тоски и ощущение потери чего-то важного и дорогого.

— Этот герцог, наверное, просто колдун, — думала она. — И песни у него такие же. Ну не любит она его. Тогда почему все с ним связанное так сильно ее задевает и мешает спокойно жить? Нет, отсюда нужно уезжать, и побыстрей, тем более что отец уже ходит по лазарету почти нормально и на днях хотел переехать в свою комнату. А по утрам уже слегка подмораживало, так что и дорога не должна быть такой трудной.

На следующий день Лани выглядела грустной и на вопрос Альды в чем дело ответила:

— Брат выйдет в поход уже через несколько дней. И это не на день-два, а надолго. Сатхемцы здорово воюют, так что все может случиться. А я его смерти просто не переживу.

— Зачем себя расстраивать заранее? Когда твой брат воевал с мятежниками, он их победил так быстро малыми силами, что у нас многие в такое просто не поверили. Я говорила с Арденом, который рассказывал о своем полке и обо всей армии в целом. По его словам, теперешняя армия по своим возможностям многократно превосходит ту, что была тогда. А врать мне ему никакого смысла не было.

— Может быть и так, — вздохнула Лани. — Но мне все равно за него страшно.

— Я с отцом и Алексом тоже через два-три дня уеду.

— Тебе-то куда так спешить? И отец еще не долечился, и на дорогах грязь еще не промерзла. Тебя отсюда гонят? Или мы чем обидели? Или ты, как и мой брат, считаешь, что бегство отсюда может что-то решить?

— Это ты о чем? — стараясь не смотреть на сестру герцога, спросила Альда.

— Сама знаешь о чем! Вы меня все еще считаете ребенком, а сами что творите? Хотя, если так хочешь уехать, насильно тебя никто держать не будет.

На следующий день после этого разговора отец покинул лазарет и почти самостоятельно в сопровождении дочери перебрался в свою комнату. Помощь ему потребовалась только для того, чтобы подняться по лестнице.

— Ничего, — слегка задыхаясь после подъема, сказал Буше. — Еще пару дней, и я тут буду козлом скакать.

Комната отцу очень понравилась.

— Даже жаль, что и пожить-то в ней толком не придется.

Вечером к нему неожиданно зашел сам герцог.

— Вижу, что вы устроились, — сказал он. — И уже почти поправились. Когда собираетесь в путь?

— Я думал дня через три-четыре, но дочь торопит. Так что, наверное, послезавтра после завтрака и поедем.

— Ну что же, через пару дней после вас выйдем и мы. Вам приготовят экипаж, и барон Лишней обеспечит охраной. Когда обустроитесь и поправитесь окончательно, я серьезно рассчитываю на вашу помощь в деле подготовки своих людей.

— Приложу все усилия, милорд.

Герцог кивнул, попрощался и ушел.

Наутро отец самостоятельно добрался до трапезного зала и завтракал рядом с дочерью и Алексом. Но подобные походы с преодолением лестницы были ему пока в тягость, так что обедал он в своей комнате.

— Вы все-таки уезжаете, — с сожалением в голосе сказал Альде Джок на следующий день за завтраком. — Жаль, мне будет вас не хватать. Я надеялся, что вы задержитесь до холодов, а то и перезимуете во дворце. На днях герцог уходит в поход вместе со многими здесь присутствующими, а тут еще ваш отъезд. Лани будет скучно и одиноко. Но я вас понимаю. Охрана для вас будет готова. Возможно, если позволят дела, я вас навещу и посмотрю, как вы там устроились. Я обещал проверить конюха и слово сдержал. Похоже, он ни в чем не виноват, и постарался кто-то из слуг. В любом случае инициатива исходила от старого барона, и с его смертью опасность для Алекса исчезла. Вас, Альда, я попрошу после завтрака пройти ко мне, хочется сделать вам на прощанье подарок.

Подарком оказался небольшой легкий меч в богато изукрашенных ножнах. Альда взяла в руки меч и, потянув за рукоятку, наполовину выдвинула его из ножен.

— Это очень хорошая сталь, — сказал стоящий рядом Джок. — Пробовать на остроту не советую: порежете пальцы. Пока ваш отец не научил вас им пользоваться, будьте осторожны. Очень советую при отъезде нацепить его на пояс и начать путь верхом. Потом можете пересесть к отцу в экипаж.

— Это вы к чему? — с подозрением спросила девушка.

— Вообще-то это сюрприз, но так и быть, скажу. Барсы решили устроить для своего кумира торжественные проводы. Не удивлюсь, если вы удостоитесь воинских почестей. Ваши хвосты уже висят на их знамени. Вам тоже не стоит удивляться. Эти ребята очень ценят личное мужество и верность долгу, а вы этими качествами одарены в избытке и не раз это доказали. А еще вы очень красивая, хрупкая и молодая девушка, так что не удивлюсь, если окажется, что как минимум половина этих оболтусов в вас влюблена. Их командир попросил у герцога разрешения на это мероприятие и, естественно, получил. Но места там мало, так что это только для барсов. Остальные теперь им желчно завидуют.

— Мальчишки, — улыбнулась Альда. — И что должна делать я?

— Если они обнажат оружие, обнажи в ответ свой меч. Только потом вставляй его в ножны аккуратно, не порежься. У себя немного потренируйся.

— Мама, можно я понесу меч? — спросил до того молчавший Алекс.

— Неси, но не смей вытаскивать.

Прощание с обитателями замка состоялось на следующий день сразу после завтрака. Особенно много внимания досталось Альде, к которой почти все присутствующие относились с симпатией. Лани даже всплакнула и клятвенно обещала приехать, как только дороги очистят от разбойников, и ей это позволят. Джок обнял ее на прощанье и поцеловал в висок, а герцог застегнул на руке тонкий золотой браслет и ушел, не сказав ни слова. Во дворе их уже ждал экипаж, запряженный четверкой лошадей и десяток конной стражи. Слуги быстро погрузили багаж и помогли забраться отцу. Альда взяла за повод Бри и взметнулась в седло. Проехав парк, кортеж через распахнутые гвардейцами ворота выехал из дворца. Всадники разделились: пятеро выехали впереди экипажа, пятеро замыкали движение. При подъезде к воинским лагерям стало видно выстроившихся вдоль дороги в колонну в три ряда солдат и офицеров. Когда Альда, которая выехала вперед, поравнялась с первыми рядами, стоявшие впереди солдат офицеры обнажили мечи, а солдаты поддержали их оглушающим воинским кличем. В ответ Альда выхватила свой клинок, высоко вздев его над головой и вызвав еще больше приветственных криков. Подержав меч с минуту, она небрежным движение бросила его в ножны. Двухчасовая тренировка не прошла даром и, она не опозорилась: меч легко вошел в ножны, а солдаты опять заорали в совершенном восторге. Две сотни шагов воинского строя проехали быстро. Вскоре девушка спешилась и отдала повод Бри одному из верховых. Пошитый для нее шерстяной плащ все-таки был слабой заменой утраченной куртке, и Альда решила проделать большую часть пути в экипаже.