История третья. Воин

* * *

Выскочив на улицу, первым делом я с облегчением заметил, что рядом с постоялым двором, в котором мы остановились, никого не было. Это означало, что непосредственно за наши жизни беспокоиться не стоило. Однако в этом странном и неправильном городе стоило держать ухо востро и нос по ветру, а не то сожрут так же быстро, как неосмотрительного зайца, забредшего в Паучьи Степи — место обитания арайне. Пришлось отойти к стене и, держась её, выйти из переулка. Народу оказалось не так уж много, просто все, кто имелся, орали, как умалишённые, потрясая руками, кидаясь камнями или гнилыми фруктами.

А их мишенями были очень потрёпанного вида люди, закованные в цепи, которых вели куда-то к центру города.

Хорошо, предположим, шайку бандитов поймали живьём и теперь ведут на публичную казнь. Тогда почему здесь так мало стражи и так много женщин в странных фиалковых робах с замысловатыми чепчиками на головах? У каждой из них на одежде была вышита эмблема, в которой я с немалой долей удивления признал слегка изменённую печать Источника Магии. Оригинальное начертание состояло из линий, пересечениями образующих кособокий треугольник, заключённый в два кольца. В их вариации треугольник был меньше и ровнее, колец оказалось больше и некоторые опорные символы выглядели немного иначе. Обычная печать служила для хранения небольшого запаса силы в фигуре, наподобие ловушек или заклинаний слежения. Что значила подобная вариация оставалась только догадываться. Возможно, что и ничего.

Пока я разглядывал странных конвоиров, позвякивающая кандалами процессия из дюжины несчастных успела меня миновать. Наверно правильным поступком было бы вернуться обратно и сообщить девчонкам об увиденном зрелище. Наверно Марсель, знакомый с местными обычаями, всё бы мне рассказал и события пошли бы по совершенно иному руслу.

Но я как всегда подумал местом, весьма далёким от головы, и всегда готовым принять на себя очередную долю неприятностей (как будто не хватало и тех, что имеется).

Как несложно догадаться из вышесказанного, поколебавшись пару секунд на месте, я отправился следом за странным конвоем. Далеко уйти мне, правда, не дали. Стоило покинуть полутьму переулка и сделать три десятка шагов, как на плечо легла тяжёлая рука в кожаной перчатке с обрезанными пальцами.

— Мэтр Эрик, я полагаю? — спросил меня молодой лучник с проницательными светлыми глазами, короткими жёлтыми волосами и приятными чертами лица. — Мне очень жаль, но вам придётся пройти со мной.

— Зачем? — вопрос, само собой, был риторическим. Я его задал, чтобы успеть оценить обстановку.

Их оказалось трое, все одного возраста со мной и они явно делали это с неохотой. Двое других стояли по бокам, сжимая в руках амулеты. До чёртиков не хотелось узнавать, что за заклинание в них сокрыто.

— Вы проникли в город без прохождения досмотра, уплаты пошлины, а так же оказали сопротивление страже. Мне бы очень не хотелось прибегать к насилию, — говорил вполне искренне. А ещё в нём не чувствовалось той гнильцы, которой отдаёт каждый второй в этом городе. По крайней мере, у меня не возникало желания раскроить ему голову.

— Должно быть это какая-то ошибка, — я скорчил невинно-недоумевающую физиономию. Судя по реакции страдников — получилось не ахти, но качество моего блефа сейчас не играло роли. — У меня есть эта ваша бумажка!

С этими словами я извлёк из кармана поддельный пропуск и протянул главному. Он принял его с непроницаемо-серьёзным лицом и принялся изучать. Через пару секунд уголки губ парня изогнулись в понимающей улыбке.

— Значит… — протянул он, закончив читать.

— Значит Тарвас ошибся. Наверно он и его люди пропустили по стаканчику с утра и без разговоров напали на невиновного человек, — поддержал своего командира прилизанный брюнет с выбитым передним зубом и только-только намечающимися усами на верхней губе. — Да, Нестор?

— В точку, Луис, — согласился молодой стражник. А затем наклонился ко мне и быстро зашептал.

— В этом городе творится нечто тёмное мэтр. Те люди, которых сейчас ведут в кандалах, лишь утверждали, что Орден нас всех отправит прямиком в лапы братьев. К сожалению, всё, чем я вам могу помочь — это дать пару суток времени. После этого на вас начнут серьёзную охоту, и если вы не покинете Альт, то неприятностей не избежать.

Шепнул и тут же отстранился, сделав вид, что отдавал мне обратно пропуск. Я несколько секунд ошеломлённо стоял без движения, а затем, когда разум усвоил полученную информацию, коротко кивнул, глядя ему в глаза. Затем тройка молодых мужчин развернулась и отправилась по своим делам, не проронив больше ни слова. Я же проследовал за процессией, успевшей прилично отдалиться от меня. Благо улица была прямая и широкая, так что потерять их из вида мне не грозило.

Идти пришлось недолго, буквально спустя пять минут несчастные узники, а следом за ними и ваш покорный слуга, оказались на большой площади. Вне всяких сомнений это была главная площадь Альта. В центре стоял мраморный фонтан со статуей, изображающей какого-то героя на крылатом коне, застывшего в чрезмерно пафосной триумфальной позе. Не хватало только кучи изрубленных в салат противников. А рядом с этой безвкусной скульптурой находились куда менее радующие взгляд предметы (это притом, что и сама статуя-то не ахти). Там имелась деревянная виселица, стол для четвертования, старая, добрая плаха и несколько позорных столбов. Именно к этому маленькому раю для палачей и повели пленных. Вокруг тут же образовалось стремительно растущее кольцо из зевак, решивших развлечься, наблюдая за казнью. Я же не спешил приближаться, пока что стараясь не попадаться никому на глаза.

На небольшой подиум взошла пожилая женщина, одетая не как все остальные. На ней было иссиня-чёрное платье с юбкой до земли с золотой, более искусной вышивкой и нелепый чепчик на голове. Она начала быстро и сухо зачитывать что-то с листа пергамента. Пришлось подойти чуть ближе, иначе до меня не долетали даже отголоски произносимых слов.

— …Виновными в том, что клевещут на всеми нами любимый горд Альт. Наказанием за этот вандалистский акт, будут сутки, проведённые на позорном столбе, плюс по пять ударов плетей каждому. Командир, — обратилась женщина к стоящему поблизости гвардейцу. — Прошу вас, приведите приговор в исполнение.

Первым к лобному месту повели трясущегося от страха старика с длинной седой бородой и редкими, спутанными волосами. Он попытался сопротивляться, но тут же последовал удар кольчужной перчаткой в солнечное сплетение и бедняга обмяк, повиснув на руках мужчин. С него сняли цепи, поставили лицом к деревянному столбу, высотой около восьми локтей, заставив обхватить его, и связали обычной верёвкой запястья. Затем сорвали лохмотья, в которые узник был одет, и один из мужчин взялся за кнут.

Я отвернулся. Никогда не любил смотреть за казнями. А это ещё хуже. Людские страдания, даже когда ты за ними просто наблюдаешь, остаются тёмным осадком в душе, прокладывая дорогу для куда худших вещей.

Раздался свист и щелчок, а следом за ними сдавленный вскрик.

Я поморщился, как от зубной боли. Пожалуй, стоило возвращаться. Здесь мне никому не помочь.

Но всё же какая-то сила заставила меня задержаться и подождать ещё немного, несмотря на то, что разворачивающееся на площади действо было мне откровенно противно.

После пяти назначенных ударов, я пересилил себя и повернулся. Бедняга повис на верёвках, что-то неслышно бормоча — со своего места мне было видно лишь то, как шевелились его губы. Остальных же уже расставляли у свободных мест. Но тут случилось то, что потрясло меня до глубины души.

Люди не удовлетворились кровавой расправой, а ведь палач рассёк плоть до костей, так что оставалось большим вопросом, выживет ли старик вообще. Несколько стоящих впереди мужчин подхватили булыжники с мостовой и принялись кидать их в беспомощного человека. Примерно десятый по счёту угодил ему прямо в голову, раскроив череп.

Меня передёрнуло от отвращения.

Дальше всё шло по одной и той же схеме — происходили пять взмахов хлыста, а затем узников добивали камнями. На девятом покойнике во мне будто что-то сломалось. В глазах повисла кровавая пелена, в глотке клокотала звериная ярость, а кулаки сжались так, что костяшки пальцев побелели. К тому моменту, как я прорвался сквозь толпу, ещё один несчастный отправился в бездну. Далее на очереди были: смуглая, чернявая цыганка лет двадцати от роду и дородный мужчина, одетый в утеплённый кафтан, которые обычно носят в Фаранде. Скорее всего — торговец.

Всё следующее случилось очень быстро. Я в три скачка оказался рядом с палачом и без замаха ударил ему прямо между глаз. Потом пнул под колено, заставив рухнуть на землю, и добавил носком ботинка в грудь. Парень, не ожидавший ничего подобного, не оказал никакого сопротивления и рухнул навзничь, захлебнувший хлынувшей их носа кровью. Тут же на меня накинулись двое невесть откуда появившихся стражников. Первый пырнул узким стилетом в печень, намереваясь убить без разговоров. Второй же постарался обездвижить, вцепившись в отворот рубахи. Пришлось изловчиться, чтобы мои внутренности не увидели дневной свет. Я отпрянул назад, утягивая за собой второго и одновременно уходя от смертельного жала. Трюк удался даже лучше, чем планировалось — схвативший меня потерял равновесие и начал заваливаться вперёд, подставляясь под удар. Острие скользнуло ему по лицу, оставив длинный порез от виска и до подбородка. Воспользовавшись заминкой, я огляделся по сторонам.

Ко мне бежали ещё трое, но до того, как они приблизятся на опасное расстояние, у меня было ещё около дюжины секунд. Толпа восторженно наблюдала за захватывающим зрелищем, столь внезапно свалившимся на неё.

Всё, дальше считать ворон не стоило — мой оппонент отошёл от потрясения и двинулся на меня с явным намерением засадить в мою тушку три дюйма закалённой стали. К счастью, он явно не совсем понимал, с кем имеет дело. У всех при всех различиях тёмных магов между собой у всех у нас есть одна общая черта: у нас ЧЕРТОВСКИ хорошая реакция! В нашем ремесле если ты недостаточно быстр — то твоя карьера закончится чрезвычайно скоро и крайне печально. Поэтому когда он вновь попытался достать меня, теперь уже метя в горло, я перехватил его руку и сделал бросок через бедро. От удара о камень парень потерял сознание.

В следующую секунду я уже развернулся, готовясь встречать новых гостей, но это было без надобности. Их остановила выскочившая из давки парочка мужчин и, судя по увиденному, в помощи нежданные союзники не нуждались. Ещё бы, один из них был по габаритам сравним с медведем. Мне оставалось только взять стилет у бессознательного противника и пойти освободить осуждённых.

Всё это время за нами с помоста наблюдала женщина в фиолетовой робе, недовольно поджимая тонкие губы и морща лоб. Но не было похоже, чтобы она или её подруги собирались вмешиваться в начавшийся беспорядок. В её глазах читались лишь негодование и гнев.

Первым я освободил мужчину, одним движением перерезав пеньковую верёвку. Тот пробормотал благодарности и тут же скрылся, будто его и не было. Затем направился к девушке и тут услышал шаги. Ещё до того, как я успел поднять глаза и рассмотреть своих внезапных помощников, у меня вырвался давно накипевший вопрос:

— Кто стоит за всем этим бардаком!?

* * *

Пересказ событий в моём исполнении занял не так много времени, но пришлось всё время следить за своим языком, дабы не сболтнуть лишнего. Пусть Певец и Тевталь мои коллеги, даже друзья, им не стоит влезать в ту кашу, что я заварил, взяв в спутницы столь экзотических существ. К тому же мне не без оснований стоило волноваться за жизнь Тии.

— Ясно, — односложно заявил Кристиан, когда я умолк. — Мы с Диком уже здесь какое-то время, но ничего достоверно выяснить не удалось. Такие казни в Альте — частое явление. А блуд, пьянство, коррупция и убийства стали тут нормой уже давно.

— Это началось, случайно, не полтора месяца назад? — я поспешил проверить свою догадку, но маг лишь пожал плечами, показывая, что не имеет понятия.

— Нет, — вступил в разговор, отмалчивавшийся доселе Марсель. Парень стал объектом интереса Риппи и Атрамы и неуютно ёрзал на своём месте под их любопытными взглядами. — Орден появился примерно восемь лет назад и неуклонно набирал силу, проникая в сердца людей. Поначалу были те, кто пытался бороться, тайно вызывались маги, даже ваши коллеги, мэтр Эрик, проверяли их, но всё тщетно.

— А откуда же тогда они появились? — обескуражено воздохнул я, радуясь, что хоть здешние неприятности никак не связаны с глупым поступком Джерихо.

Все недоумевающе переглянулись (от моего внимания не укрылось, что сирена и слизень воспользовались заминкой и придвинулись к парню на дюйм ближе). Слово вновь взял на себя племянник Тии.

— Раньше тут была обычная часовня Всеединых. В Альте всегда бОльшим влиянием обладал Конклав, поэтому она ничего особого из себя не представляла и даже располагалась не на Мосту. Но девять лет назад случилось событие, которое всё поменяло. В начале по городу прокатилась волна зверских убийств. Все жертвы были состоятельными мужчинами, многие даже с титулами. Всех находили поутру обезображенными почти до неузнаваемости. У некоторых были съедены внутренние органы или конечности…

Тия на глазах стала зеленее салатного листа. Мне показалось, что её вот-вот вывернет наизнанку. Впрочем, ничего удивительного. Я искренне сочувствовал жертве козней тёмных братьев.

— …Убийцу так и не нашли, — тем временем продолжал Марсель. — Не знаю, кто это был, но человеком его назвать точно нельзя. Я видел его первую жертву — жениха моей тёти. Ему ещё повезло, графу Тайтвуду 'всего лишь' разорвали глотку.

— Тёти? — вопросительно изогнул бровь Певец.

— Да, мои родители погибли, когда мне ещё и годика не было. Попали в засаду грабителей. Поэтому воспитывала меня тётя. Её звали Варетия. Баронесса Варетия Дольтсей.

Уже начавшие откровенно скучать Атрама и Риппи, а так же внимательно слушавшая Сания одновременно перевели свои потрясённые взгляды на Тию, у которой на лице было написано, что она хотела провалиться сквозь землю. Естественно эта мизансцена не осталась незамеченной, но Марсель лишь недоумевающе похлопал глазами, а Кристиан как-то странно хмыкнул, но дальше расспрашивать не стал.

— Убийства продолжались почти год с разной периодичностью, — прокашлявшись, вернулся к основной теме парень. — А затем резко прекратились. Стража даже не решилась объявить о поимке, а глава городского совета и словом не обмолвился. Эта тварь будто в воздухе растворилась.

— Тварь? — вновь заинтересовался мой коллега. Они с Диком быстро обменялись шепотками и гигант сдвинул кустистые брови. — Ты так уверен, что это был не человек?

— Мне попадались в руки книги о разных существах. Я думаю, что это был монстр или демон.

— С чего же так? Не стоит недооценивать людскую жестокость, — скептически улыбнулся Крист, недвусмысленно намекая на сегодняшнюю казнь.

— Вы, конечно, правы, мэтр…

— Я ещё аспирант, — кисло поправил его Певец. То-то он меня постоянно таким завистливым взглядом обжигает. Опять, сам того нехотя, я его обошёл, став магистром раньше.

— Да, сеньор Кристиан, но человек не смог бы настолько хорошо прятаться и заметать следы.

— Неужели никто не пригласил наших коллег или монстрологов? — изумился Дик. Его этот разговор тоже начал утомлять. Он не любил точить лясы подолгу, а предпочитал идти сразу напролом. Однако сейчас Тевталь полностью отдал роль переговорщика своему другу.

— Были тёмные маги и даже, вроде как, что-то почуяли. Ещё какого-то пожилого травника вместо монстроведов приглашали, но он ничего не успел сделать — на следующий день после его появления всё прекратилось, — настало время нам с Тией многозначительно переглянуться. Значит, Аркавий вытащил её, буквально, за мгновение до того, как капкан бы захлопнулся. — Всех подробностей я не знаю — мне тогда было лет девять.

— Ладно, — я решил вмешаться. Ни Кристиан, ни Дик — не глупцы. Если продолжить ворошить прошлое, то по реакции суккубы не сложно догадаться, что она как-то в этом замешана. Тия совершенно не способна сохранять хорошую мину при плохой игре. А о том, что случится после, лучше даже не думать. — С убийцей всё ясно. А каким боком к этому относится ваш треклятый Орден?

— Не знаю, связаны они или нет, но впервые о нём услышали спустя три месяца, после исчезновения той твари. В местной часовне Всеединых одна из убогих, которым давали там приют, внезапно стала слышать глас богов. Была большая неразбериха, приезжали высшие чины Церкви, но обмана не обнаружили. А говорила провидица очень странные вещи, не слишком соответствующие тому, что завещали нам Всеединые. Она утверждала, что мы, люди, должны следовать своим желаниям, брать от жизни всё и не сдерживать никаких эмоций. Мол, даже Каэлерис была блудницей и не знала имени отца Лейрис. Доторис часто убивал в припадках гнева. И так далее…

— Вот те раз, — присвистнул Дик.

— Угу, — согласно кивнул Марсель. — Многим, а особенно самой Церкви, такое не понравилось. А что самое смешное, провидица была права во многом и её слова скорее являлись альтернативной трактовкой канонов, нежели ересью. Поэтому самозваный Орден не смогли сокрушить в зародыше, а затем он со скоростью снежного кома стал набирать влияние в городе. Что странно, за пределы Альта эти учения не пошли. Да и послушницы со своей наставницей не особо стремились покидать наши гостеприимные стены, ограничившись лишь тем, что взяли в ежовые рукавицы стражу, весь городской совет во главе с мэром, местную штаб квартиру магов и пинками выставили всех представителей Церкви. И вот уже более трёх лет прошло, с тех пор, как жемчужина севера превратилась в гнездо порока и разврата.

Мы все замолчали, размышляя над предоставленной информацией. И тут я вспомнил об одной странности, замеченной ещё при первой встрече со своими друзьями.

— А где ваше оружие, амулеты и доспехи? Дик ты без своего чудовищного панциря выглядишь так непривычно. Если бы не борода, я бы тебя не узнал!

— Всё забрали при входе! — злобно рыкнул гигант, громыхнув по столу огромным кулаком. — Мы и глазом моргнуть не успели, как нас окружили, а затем не выпускали до тех пор, пока не обыскали с ног до головы. Разве что в задницу не полезли! Собственно это единственная причина, которая держит нас в этом пакостном местечке — нам отказываются выдавать вещи обратно.

Всё же то, что Тия провела нас через заднюю калитку, имело свои плюсы. По крайней мере, я сохранил амулеты и клинок. Без них мне пришлось бы очень туго.

— А телепат в городе есть? — спросил я Марселя. Тот отрицательно помотал головой.

— Сейчас в Альте кроме вас магов нет — все сбежали подальше от Ордена, — прекрасно! Столько трудов, а току ноль! Напомню, нашей основной целью здесь было доложить о произошедшем в Медине и послать весточку мастеру Клауду.

— Кстати, а почему ты всё ещё тут? Мне казалось Тия должна была ответить на все твои вопросы. Что там с этим обручем? — как бы невзначай поинтересовался я, состроив озабоченную физиономию. На самом деле внутри меня всё было на взводе, как натянутая тетива лука.

— А… да, — парень показался мне совершенно разочарованным. — Ваша спутница была очень добра и рассказала мне свою историю. А этот обруч вне всяких сомнений принадлежал когда-то моей тёте. Но сеньорита воительница говорит, что приобрела его у торговца краденным где-то в Аркеополе. Думаю, когда накоплю достаточно денег — отправлюсь туда и продолжу поиски. Вряд ли с тётей Варетией случилось что-то хорошее, раз она рассталась с этой вещью. Обруч для неё многое значил, и она не снимала его даже когда шла мыться.

М-да, очень жаль, что придётся отправлять мальчишку по ложному следу, но раз такого решение Тии, то так оно и будет. Боюсь, ему никогда не удастся узнать правду о судьбе, постигшей его единственную родственницу. Кажется, я не раз говорил, что Каэлерис — та ещё затейница, чтоб ей пусто было.

— Эрик, — внезапный оклик от Певца вырвал меня из задумчивого оцепенения.

— Да?

— Каковы твои мысли насчёт ситуации в городе? Не почувствовал ли ты что-нибудь странное? Ведь из всего нашего выпуска ты наиболее чувствителен к эманациям тёмной магии.

Я отрицательно помотал головой. Не представляю, какая чертовщина тут твориться, но к братьям Лордам она не относится никоим образом.

— Саилкшим трапрукоифус ммм-ммм… — а это, как несложно догадаться, Риппи. Девочка, ни с того ни с сего, заговорила на своём родном наречии, но сидящая рядом Сания быстро заставила её замолчать, закрыв рот ладонью.

— Она с юга… — ответил я на вопросительные взгляды присутствующих. — Иногда забывается.

— Я считаю, что если есть нечто, влияющее на город — то оно находится в соборе Ордена, — парень это сказал с таким видом, будто поделился самой сокровенной тайной на свете. Впрочем, мысль и правда здравая.

— Замечательно! И? — ядом в голосе Кристиана можно было отправить в Бездну всех остроухих Аэллэйна. — Неужели ты предполагаешь, что мы с мечами наперевес бросимся туда, плевком снесём ворота, а затем заставим всех ползать на коленях и молить о пощаде?

Маресль осёкся. Похоже, нечто подобное он и ожидал после своей гениальной фразы.

— Позволь разрушить твои радужные иллюзии парень. Мы — не герои на белых конях. У нас есть своя работа и, увы, в данном случае нам не с чего предполагать, что замешаны тёмные братья, — рассудительным тоном пробасил Дик, опуская свою лапищу на плечо Певца. Тот продолжал метать взглядом молнии, но дальше ёрничать не стал. — Если бы ты мог раздобыть нам прямые или хотя бы косвенные доказательства их влияния на Альт, то тогда был бы совсем другой разговор.

— Ты сдурел!? У нас даже оружия нет! — не удержался Кристиан.

— Я уверен, что доказательства есть! Но они там, в стенах собора! — не сдавался Марсель.

— И стоит нам попросить, они нам там всё покажут и даже красную бархатную дорожку постелят!? — сарказм всегда был сильной стороной Певца. — Они мага на арбалетный выстрел к своему святая святых не подпустят!

Я задумался, не слушая вновь разгоревшуюся словесную перепалку. Всё самое полезное уже было сказано. Однако никаких дельных идей на ум не приходило. Как можно проникнуть туда, где тебе не рады? Это тебе не обычный дом, где можно было бы взломать замок и прокрасться под покровом ночи. Там же наверняка всегда кто-нибудь есть, даже когда весь город спит.

— Во имя Всеединых, прекратите, от вас уже голова болит! — внезапно рявкнула Тия. У неё сегодня по-настоящему тяжёлый день.

— Что… ты… сказала? — медленно повторил я, боясь спугнуть внезапную догадку. Мысль была безумная и очень рисковая, но могло сработать!!!

Демоница посмотрела на меня с не совсем понятной смесью эмоций, но скорее всего этот взгляд означал: «а ты что, глухой?».

— Марсель, они же всё ещё следуют завету четверых!?

— Да, но…

— А они проводят свадьбы!?

* * *

Для Изольды сегодня всё шло как обычно. Скука смертная торчать весь день на входе собора, в который никто не приходит. С тех пор, как провидица захворала, сестра-настоятельница перестала устраивать проповеди. Теперь её больше интересовала политика и соблюдения законов в городе. Впрочем, дела у Ордена и без всякого вмешательства шли неплохо. Многие местные стремились отдать своих дочерей сюда для получения бесплатного образования и просто неплохих перспектив. Сама же Изольда оказалась тут из-за семейных неприятностей и вот уже полтора года с искренним рвением служила Всеединым верой и правдой. Не всё ей нравилось, особенно многочисленные казни, но лучшего всё равно не предвиделось. После того, как отец вышвырнул её из дома, науськиваемый несостоявшемся любовником (она отказала ему, и неблагодарный урод пустил слух о том, что девушка давно уже не девственница и переспала, чуть ли не с половиной Альта), её выбор стал крайне ограничен: либо улица, либо служение богам. Изольда выбрала второе.

Однако вечером случилось нечто из ряда вон выходящее. Прибежал запыхавшийся молодой и весьма симпатичный парень с кучерявыми чёрными волосами. За руку он вёл девушку, по самую макушку закутанную в плащ с капюшоном, да так, что ни единого клочка кожи не было видно. Так вот, этот странный посетитель очень настойчиво стал упрашивать привратницу провести свадебную церемонию. Это было нечто новое. Их тут не проводили с момента основания Ордена.

Изольда долго отпиралась и ссылалась на то, что сестре-настоятельнице не придутся по нраву посторонние в соборе. Но незнакомец оказался крайне настырен и после получаса препирательств и различных доводов, большинство из которых показались послушнице надуманными, она всё-таки сдалась. Сыграла так же свою роль и парочка серебряников, нашедших приют в потайном кармашке просторного рукава робы.

Парень неимоверно обрадовался и, пообещав скоро вернуться, и тут же куда-то пропал, оставив свою невесту ждать у дверей.

Юная особа неловко переминалась с ноги на ногу, не зная, как себя вести. Это было очень мило. Самой Изольде было уже двадцать три, и она по праву считала себя взрослой. Стоявшему здесь существу, судя по росту и миниатюрному телосложению, можно было дать не более шестнадцати. Поразмышляв немного, привратница решила взять на себя инициативу в знакомстве.

— Не хочешь пройти внутрь? Мне нужно будет переодеться перед церемонией, да и тебе тоже.

Та молча кивнула.