Помоги проекту - поделись книгой:
Переулок – узкая щелка между домами, через которую перекинуты арки, как бы не позволяющие домам упасть друг на друга. Толстые стены строений возведены в эпоху поздней готики, и это чувствуется, несмотря на позднейшие добавления. Рядом – Флейшмаркт – «Мясной рынок», тоже очень старая улица. На углу Грихенгассе и Флейшмаркт – знаменитый «Греческий кабачок», существующий с XV века. Если двигаться по направлению к собору св. Стефана, вскоре попадешь в Хейлигенкрейцхоф – ансамбль зданий братства Святого Креста, в основном поздних, XVIII века, но с остатками средневековой старины; одна из его сторон выходит на Шёнлатернгассе («Переулок прекрасного фонаря»), получивший свое название от дома под девизом «К прекрасному фонарю». Средневековые дома – и гостиницы, и лавки, и просто дома бюргеров – назывались обычно по какому-либо помещенному на них рельефу, железной вывеске или другой примете; историки Вены знают очень многие традиционные названия домов в старой части города. Изредка этот знак, примета дома, сохраняется и в наше время. В том же Шёнлатернгассе одно из зданий, чьи стены восходят к XIII веку, именуется «Домом василиска». Предание гласит, что однажды при рытье колодца там обнаружили чудовищного зверя-василиска. С этой легендой связано странное скульптурное изображение, напоминающее птицу, которое выставлено в нише дома. Еще ближе к собору – Бекерштрассе («Улица пекарей»), Вольцайле («Шерстяной ряд»). Эти названия, старинный вид домов, маленькие магазинчики, ажурные железные вывески, висящие то тут, то там под прямым углом к дому, пробуждают исторические ассоциации. Жизнь множества поколений добрых бюргеров Вены, ремесленников и купцов как будто еще продолжается здесь. К югу от собора – самая маленькая площадь «Внутреннего города» – Францисканерплац с церковью, построенный в 1387 году на месте «Дома кающихся грешниц» и перестроенный в начале XVII века с использованием готических форм; посреди площади – «Фонтан Моисея» (1798, скульптор Иоганн Мартин Фишер). От нее отходит Бальгассе – извилистый, довольно темный переулок, сохранивший средневековый колорит. Двигаясь к западу, мы попадаем на площадь Нейер-Маркт («Новый рынок»), где раньше был хлебный рынок, а также устраивались празднества. Теперешний вид площади характерен уже для другой эпохи.
Нейер-Маркт – на границе района, примыкающего к ансамблю Хофбурга. От Хофбурга, находящегося на краю «Внутреннего города», в его глубину, к Грабену, уводят расположенные параллельно улочки – Шпигельгассе, Доротеергассе, Габсбургергассе, Кольмаркт («Капустный рынок»); последняя из них – самая короткая и самая известная. На ней издавна помещаются наиболее респектабельные магазины и торговые фирмы. Кольмаркт также весьма оживленная туристская трасса – по ней от Грабена попадаешь прямо к воротам Хофбурга.
Если на венских улицах можно живо почувствовать средневековье, то памятников Ренессанса почти не найдешь. Части зданий в Хофбурге, о которых пойдет речь, портал Сальваторенкапелле начала XVI века, несколько внутренних двориков с лоджиями- самый известный из них на Бекерштрассе – вот почти и все, что связано с архитектурой Возрождения. Между тем культура Ренессанса была не чужда Вене. Здесь побывали многие знаменитые гуманисты, начиная еще с Энеа Сильвио Пикколомини. Император Максимилиан I приглашал ко двору видных деятелей северного Возрождения. Среди других могут быть названы Конрад Цельтис, основавший в конце XV века научное общество, Ульрих фон Гуттен, Парацельс, Кеплер, Ганс Сакс (известно его «Похвальное слово Вене»). В 1498 году Максимилиан учредил придворную музыкальную капеллу. В Вене работали прославленные скульпторы и живописцы – Кранах, Витц Ствош, Шпрангер, Руланд Фрюауф. С 1482 года здесь стали печатать книги. В начале XVI столетия были положены основы коллекциям Габсбургов, прежде всего библиотеке (1526) и кунсткамере.
Культура Ренессанса благодаря внешним обстоятельствам отразилась на облике города гораздо меньше, чем могла бы. В XVI веке, когда Габсбурги оказались во главе огромной империи, их великодержавная политика возвысила роль Австрии. Но мирному развитию строительства время не способствовало. Уже в первой трети века угроза турецкого нашествия стала реальной. В сентябре – октябре 1529 года Вена выдержала месячную осаду; турецкая армия более чем десятикратно превосходила своей численностью силы защитников города. Гарнизон во главе с графом Сальмом, венские бюргеры и крестьяне ближайшей округи держались стойко и храбро; в конце концов турки ушли. Вене, однако, был нанесен огромный урон. По словам современника, «все предместья, немногим уступавшие по величине самому городу, были разрушены и сожжены, чтобы враг не мог ими воспользоваться, а может быть, и для того, чтобы сузить линию обороны. К тому же вся страна вокруг была выжжена врагом». Так как осада показала, что город был слабо укреплен, в 1531-1566 годах были возведены новые стены и мощные земляные укрепления, срытые лишь после 1857 года.
В XVI и XVII веках приходилось постоянно опасаться турецкой армии; кроме того, положение осложнялось крестьянской войной, религиозной борьбой сил реформации и контрреформации. В XVII столетии особенно ожесточенным было наступление контрреформации. В 1627 году были изгнаны все протестантские учителя и проповедники. Эпоха благоприятствовала церковному строительству; именно тогда на венских улицах стали появляться первые церкви в стиле барокко, господствовавшем в соседней Италии. Во время Тридцатилетней войны к Зене дважды подходили шведские войска. Во второй половине XVII века Вена была поражена тягчайшими бедствиями. Чума 1679 года унесла много тысяч жизней. «Целый месяц в Вене и вокруг Вены не было видно ничего, кроме того, что несли мертвых, везли мертвых, волокли мертвых, погребали мертвых»,- горестно восклицал знаменитый проповедник Абрахам а Санкта-Клара. Едва город оправился, он вновь оказался в опасности. В 1683 году Вену осадила большая турецкая армия. Ценой тяжелейших жертв австрийская столица выдержала осаду и была спасена подоспевшими на помощь войсками польского короля, Баденского маркграфа и герцога Лотарингского. Как и в 1529 году, были уничтожены все предместья, сильно разрушен обстрелом сам город, жители которого были уже на грани голодной смерти.
Для всей жизни Австрии, а в особенности для развития Вены снятие осады стало началом нового этапа. Восстановление после разрухи шло уже под знаком всеобщего обновления. Были проведены экономические преобразования, укрепилась политическая мощь правителей Австрии. Ее столица быстро меняла свой облик.
Хофбург и архитектура барокко во «Внутреннем городе»
Хофбург
В последние годы XVII и первые десятилетия XVIII века на венских улицах шла работа, воздвигались новые, переделывались обветшалые, разрушенные дома и дворцы. Именно тогда была расширена и в основном приобрела свой теперешний вид императорская резиденция – Хофбург, называемый также просто Бургом.
Хофбург и ныне служит правительственной резиденцией, но частично его помещения стали музейными. Довольно запутанный по планировке, разбросанный, состоящий из нескольких внутренних площадей и дворов, замкнутых зданиями, и нескольких площадей, открытых с одной или двух сторон, ансамбль Хофбурга занимает особое место в истории венской архитектуры. В нем как бы воплотилась связь ее главных эпох: с барочными зданиями, определяющими общее впечатление, в нем соседствуют и остатки средневековых и сооружения второй половины XIX века.
В источниках Бург упоминается с XIII века. Леопольд VI Бабенберг около 1221 года стал строить себе новый замок – видимо, на месте нынешнего Хофбурга. О жилом корпусе с мощной угловой башней говорят тексты 1277 года. Два столетия спустя, как свидетельствуют описания, Бург был настоящей крепостью.
Порой она служила своим владельцам для защиты от их подданных. Так, в 1462 году здесь выдержал тяжелую осаду германский император Фридрих III (чья гробница находится в соборе св. Стефана): против него восстал город, поддержавший его брата и соперника в борьбе за власть эрцгерцога Альбрехта.
Древний крепостной характер Хофбурга угадывается не только из описания. Самая старая часть Бурга-Швейцерхоф – «Швейцарский двор» (название идет от времен Марии-Терезии, когда там размещалась швейцарская гвардия – личная охрана императрицы). Здание, выходящее на этот двор – Старый Хофбург,- было начато постройкой еще при Оттокаре I! в XIII веке. В 1449 году в нем была сооружена капелла – в готических формах (она отчасти сохранилась; здесь поет знаменитый венский хор мальчиков). Правители Австрии не всегда жили в Хофбурге, но после первой турецкой осады Фердинанд I сделал его своей резиденцией; к этому времени относится перестройка дворца в духе Ренессанса. От нее до наших дней дошло немногое, но среди немногого самый интересный ренессансный памятник Вены. Это ведущие в Швейцерхоф «Швейцарские ворота» (1552). Они воспроизводят классический тип парадной арки, пришедший в итальянское искусство Возрождения из Древнего Рима. Круглая арка врезана в четырехугольник, обрамленный полуколоннами с простыми капителями. Сдержанные формы обогащены ритмом горизонтальных выпуклых полос, проходящих по колоннам и стенам за ними. Красноватый мрамор дает богатство оттенков. Впечатление тяжелой пышности усугубляет карниз, поддержанный изгибающимися консолями, между которыми позолоченные рельефы, и большой золоченый герб наверху посередине. Арку ворот внутри украшают фрески. Но назначение ворот – отнюдь не только парадное или декоративное. По бокам арки два круглых отверстия, в которые вставлены шары: сюда прикрепляли цепи подъемного моста. Великолепные ворота вели в настоящую крепость. Ныне в старом Бурге помещаются Камеры светских и духовных ценностей – замечательный музей, где хранятся многие образцы ювелирного искусства прошедших веков. Среди них – корона, держава и другие реликвии. Священной Римской империи германской нации, сокровища Габсбургов. Выставлены здесь также коронационные мантии императоров, парадные одеяния духовенства, церемониальные одежды ордена Золотого Руна.
Швейцарские ворота выходят на Иннерер-Бургхоф («Внутренний двор Бурга»), или, как его еще называют, площадь Ин-ден- Бург («В Бурге»), Со стороны бывших городских стен двор этот замкнут длинным корпусом – так называемым Леопольдовским, начатым постройкой во второй половине XVI века и переделанным через сто лет при Леопольде I. Реставрацией дворца после пожара 1668 года руководил итальянец Карлоне. Оба фасада Леопольдовского корпуса тянутся ровными линиями, плоскость стены расчленена лишь рядами окон; пилястры между ними едва намечены, центр слабо подчеркнут балконом; лишь лепные маски под карнизом украшают здание. Среди внутренних покоев следует отметить отделанный в начале XIX века Церемониальный зал.
Против Швейцерхофа находится дворец Амалии (по имени вдовы императора Иосифа I). Его начали строить после 1575 года, но в XVII столетии сильно переделали. Темно-серый каменный дворец прост, даже несколько архаичен. Основной элемент оформления фасада – руст. Во дворце Амалии рустом облицованы не только нижний, цокольный этаж, но и обрамление арки центрального входа и простенки между окнами. Своеобразие зданию придают и часы в центре наверху – под карнизом солнечные, над ним обычные – и башенка, попавшая сюда как будто с церковной колокольни или с верхушки провинциальной ратуши. Легкой старомодностью дворца Амалии подчеркнут солидный возраст всего ансамбля.
Площадь Ин-ден-Бург в прежние времена играла важную роль в городской жизни. На ней устраивали турниры; здесь происходил и публичный суд. Перед дворцами маршировали в параде войска. Для всего этого хватало места – площадь была застроена с трех сторон. Замкнуть ее с четвертой стороны решили только в первой трети XVIII века.
Если английский путешественник еще в 1668 году писал, что «Императорская резиденция в высшей мере превосходна, великолепно и роскошно сооружена», то в новую эпоху это великолепие, видимо, казалось уже скудным. Карл VI (1711-1740) предпринял в Хофбурге широко задуманное новое строительство.
К участию в работах были привлечены лучшие архитекторы. Среди них в первую очередь следует назвать двух достойных друг друга соперников в споре за первенство среди австрийских зодчих – Иоганна Бернгарда Фишера фон Эрлаха и Иоганна Лукаса фон Хильдебрандта, к рассказу о которых еще предстоит возвратиться. Вместе с Фишером работал также его сын и продолжатель его дела Йозеф Эммануэль Фишер фон Эрлах, мастер и сам по себе значительный.
И Фишер-старший и Хильдебрандт в молодости провели немало лет в Италии, отлично знали не только итальянское зодчество, но и архитектуру других стран, в частности Франции. Им были хорошо знакомы лучшие образцы архитектуры барокко- стиля, который тогда еще господствовал во многих европейских странах. Рожденный в послеренессансной Италии, отрицающий ясную, спокойную логику конструкций эпохи Возрождения, этот стиль с его смелыми пространственными решениями, повышенной динамичностью, сильной пластикой, обильным декором наилучшим образом подходил для создания парадных ансамблей. Барочные здания строились в Вене начиная с первой трети XVII века, но лишь на рубеже следующего столетия, когда архитектурные работы приобрели доселе невиданный размах, принципы стиля могли найти наиболее полное воплощение.
Хофбург. Площадь Ин-ден-Бург. Дворец Амалии
Переосмысляя итальянские и французские влияния, австрийские зодчие в первую очередь Фишер и Хильдебрандт – создали собственный вариант барокко.
Своеобразие его определишь не сразу, оно складывается из деталей, из оттенков, из взаимодействия зданий с окружающей средой. Явно преобладает светское строительство, характерные стилевые формы применяются умеренно, порой сглаживаются резкие контрасты, достигается – насколько это возможно в барокко – некоторая уравновешенность. Порой при всей торжественной величавости архитектуры в ней ясно чувствуется патрициански-бюргерский дух (его отчасти можно уловить даже в ансамбле Хофбурга).
Представление о венской архитектуре эпохи барокко и об индивидуальностях ее создателей дают многочисленные сохранившиеся памятники, и прежде всего дворцы Бурга. В первую очередь стали возводить корпус, замкнувший площадь Ин-ден- Бург. В 1723 году Хильдебрандт писал, что он намерен начать «целый корпус при Императорском дворе, в котором помещались бы придворная судебная палата, квартира государственного вице-канцлера и Государственный придворный совет со всеми канцеляриями». Через три года, когда здание уже было сильно продвинуто, Карл VI предложил передать ведение строительства Йозефу Эммануэлю Фишеру (сыну), который в 1726-1730 годах окончил его, сохранив сделанное предшественником.
Государственная канцелярия, где и в наше время размещаются правительственные учреждения,- собственно, целый комплекс зданий с внутренними домами, и Хильдебрандту кроме общего замысла принадлежит целиком один из фасадов, выходящий на Шауфлергассе. Основной же парадный фасад, обращенный к площади Ин-ден-Бург, строил Фишер-младший. Архитектор следует образцам тогда уже укоренившегося в Вене стиля барокко в его официально-монументальном варианте. Схема деления фасада типична для барочного дворца: облицованные рустом нижние два этажа – как бы цоколь, на нем – средняя, главная часть – парадные покои (тоже два этажа, объединенные ордером) и наверху, под крышей,- еще полуэтаж. Все три части отделены друг от друга горизонтальными тягами, которые подчеркивают протяженность фасада. Ей противостоит встречное движение вверх: вертикальны оси окон, вертикальны пилястры. Это не классическое соотношение опоры и несомого, а столкновение разнонаправленных стремлений, отличительная черта архитектуры барокко. Ритм горизонталей и вертикалей был бы несколько суховат, однако не он один определяет пространственное и пластическое решение фасада. Стена тянется почти ровной линией, но в середине и по бокам образует едва заметные выступы-ризалиты; их выделяют арки порталов, балконы, пышные обрамления центральных окон, аттики со статуями и гербами, наконец, мраморные группы на тему подвигов Геракла, изваянные Лоренцо Маттиелли, которые фланкируют боковые ворота. Скульптура подчеркнуто динамична, пластические детали объемны. Великолепием украшений уравновешено известное однообразие архитектурной композиции, облик дворца соответствует его назначению, он воплощает идею государственной представительности.
Если бы все выходящие на площадь фасады повторяли или варьировали фасад Канцелярии, как предполагалось по проекту, возможно, что впечатление холодноватой парадности было бы более полным. У ансамбля в его нынешнем виде, однако, все преимущества сложившегося постепенно, естественно сросшегося.
Фасад Канцелярии торжествен, более скромный дворец Амалии утверждает подлинность, старинность всего места, а «Швейцарские ворота» как бы напоминают о великих традициях Ренессанса.
Памятник императору Францу I подчеркивает центр площади и дает нужный акцент, хотя сам по себе не так уж хорош. Исполненный в 1846 году П. Маркези в ложноклассическом стиле, он тяжел и перегружен, особенно в нижней части.
По другую сторону от старого ядра Хофбурга примерно в это же время создавалась еще одна площадь – Йозефсплатц (получившая свое имя от памятника, поставленного позднее). Здесь возвели здание Придворной библиотеки (1723-1735), на месте, где некогда проходил ров, окружавший Бург, а в XVI веке был увеселительный сад и манеж. Иоганн Бернгард Фишер не поместил проект Библиотеки в свой труд «Историческая архитектура», куда включил свои осуществленные и неосуществленные замыслы. Однако его сын, который с самого начала руководил постройкой, всегда утверждал, что он лишь исполнитель, но не автор этого архитектурного сооружения. Фишер-отец умер в год начала строительства; видимо, сын внес в первоначальную идею кое-что свое. Вопрос об авторстве до сих пор остается открытым, хотя исследователи приводят убедительные аналогии с бесспорными произведениями старшего Фишера.
В Библиотеке проглядывают даже какие-то свойства классицистической архитектуры – четкое членение здания, простота форм, некоторая плоскостность декора стен. Но понимание пластики архитектурного образа здесь вполне барочное и более оригинальное, чем в замысле здания Канцелярии. Если там доминирующим впечатлением была протяженность великолепного архитектурного сооружения, здесь им становится контраст и живое взаимодействие форм. Здание делится на три части – две боковые, симметричные, с едва выступающими ризалитами и центральную, сильно выдвинутую вперед; их относительная самостоятельность подчеркивается тем, что каждая покрыта отдельной крышей. Вместе с тем они связаны в единое целое – не только потому, что композиция всех трех ризалитов примерно одинакова, но и потому, что архитектор повторяет детали, усиливающие динамическое начало; так, арка верхнего центрального окна каждого ризалита как бы прорывает карниз, нарушает четкую горизонталь.
Средний павильон наиболее сложен по плану. Передняя его сторона – плоский фасад (две пары пилястров по бокам от средней оси), а боковые изгибаются, следуя форме внутреннего помещения – овального зала. Ясно выражено контрастное соотношение стены и верхней части здания: рисунок белой стены строг и легок, ионические пилястры – плоские и гладкие, но над простым по форме карнизом вздымается тяжелый аттик, на нем – массивная скульптурная группа – квадрига Аполлона, фоном ей служит шестигранный купол с высокими овальными боковыми окнами и трехъярусной крышей. Чуть суховатое, графичное оформление стены Библиотеки не нарушает ее пластическую мощь, но вносит оттенок холодноватой величавой сдержанности.
Пластическое начало обнаружилось бы еще сильнее, если бы были поставлены предполагавшиеся первоначально скульптурные группы по бокам центральной арки. Облик здания несколько искажен тем, что обе боковые крыши, ранее самостоятельные, слиты с кровлями пристроенных позже корпусов. Два флигеля предполагались и по замыслу Фишера-младшего, но в несколько ином виде; в осуществлении их принимал участие архитектор Пакасси (1767-1773). Эти корпуса повторяют мотивы здания Библиотеки, но более сухо и монотонно. В одном из них, обращенном к внутренней части Бурга,- классицистический Парадный зал архитектора Жадо. Против Библиотеки на площади стоит дворец Паллавичини, выстроенный архитектором-классицистом Хоэнбергом во второй половине XVIII века.
С торжественной строгостью архитектуры хорошо согласуется и памятник в центре площади – бронзовая конная статуя императора Иосифа II работы Цаунера, поставленная в 1806 году. Это – подражание классическим образцам, умелое и сдержанное по форме и силуэту, без лишних украшений; постамент тоже простой, прямоугольный.
В здании бывшей Придворной, ныне Национальной, библиотеки и по наши дни помещается крупнейшее книгохранилище Австрии. Оно накапливалось веками, начиная с личного собрания книг и рукописей Габсбургов, существовавшего уже в XVI веке; влилась сюда и библиотека принца Евгения Савойского и музыкальная библиотека Фуггеров. Теперь здесь огромный отдел рукописей, где хранится около 35 тысяч манускриптов с VIII по XVI век, десятки тысяч автографов, тысячи инкунабул, происходящих из множества стран. Уникальное собрание нот, коллекция папирусов, карты, портреты – не говоря уже о колоссальном книжном фонде – таковы богатства венской Библиотеки, которой давно тесно в ее прекрасном здании.
Интерьер Библиотеки, всем великолепием своего убранства являющий полную противоположность лаконичной ясности отделки наружной стены, сам по себе – музей архитектуры и де' коративной живописи барокко. Его первоначальный вид был слегка изменен в 1763-1769 годах, когда Пакасси пришлось укрепить осевшие опоры; после 1945 года поврежденное во время войны здание долго реставрировали.
Национальная библиотека – единственное в своем роде здание: во всю длину ее двух верхних этажей тянется колоссальный Парадный зал. В плане он состоит из двух вытянутых прямоугольников и овала между ними; в середине каждой из боковых частей две коринфские колонны поддерживают своды. В центральное помещение – Купольный зал – ведут большие арки. Спаренные пилястры коринфского ордера тянутся по стенам до высоты второго этажа; они служат опорой карнизу, на котором покоится обегающая все изгибы зала галерея с массивной балюстрадой.
Белизна колонн, пилястров и мраморных статуй, золото капителей, красноватый мрамор балюстрады и некоторых других каменных деталей, красное дерево мебели- эта красочная гамма делается особенно теплой и звучной в светлом Купольном зале, где падающие через овальные окна лучи заставляют гореть теплые, золотистые оттенки живописного декора. Вся роспись Библиотеки, в которой, по мысли автора программы поэта Карла фон Альбрехта, различные исторические и аллегорические сцены должны были прославлять Карла VI, исполнена известным венским живописцем-декоратором Даниэлем Граном в 1730 году. Интерьер Библиотеки, особенно Купольный зал, внушает зрителю то особое ощущение пространства, которого так умело добивалась барочная архитектура. Вокруг человека, стоящего посреди зала,- пышные, перегруженные формы, и чем они тяжелее, тем сильнее действуют их бесконечные повороты, изгибы, нагромождения. Реальная декорировка стены столь живописна и причудлива, что почти поддаешься эффекту пространственной росписи, как бы продолжающей, расширяющей помещение: там те же консоли, балюстрады, орнаменты… А за ними, над ними раскрываются небеса. Всеми средствами архитектуры, пластики и живописи создано впечатление живой динамики пространства.
Здание Библиотеки, и особенно Парадный зал, где такая чудесная акустика, что можно устраивать концерты (здесь когда- то дирижировал Моцарт),-художественно наиболее совершенная часть Хофбурга. Однако для полноты представления об ансамбле следует упомянуть еще несколько зданий.
Хофбургу в настоящее время принадлежит здание Конюшен (Штальбург), связанное внутренним переходом с одним из корпусов, выходящих на Йозефсплатц. Здание Конюшен, первоначально бывшее за стенами Бурга, строилось в XVI веке (окончено в 1558 г.). Оно представляет собой замкнутый четырехугольник вокруг внутреннего типично ренессансного двора: по всем трем этажам вокруг него идут галереи, поддержанные легкими аркадами. Нет украшений, все предельно просто, но очень красивы пропорции широких полуциркульных арок, которые без усилия несут перекрытия и бегут по фасадам дворика ровной стройной чередой.
Вначале служившее резиденцией сына императора, здание затем использовалось для разных целей; еще в XVI веке нижний этаж был оборудован под конюшни. В XVII-XVIII веках несколько залов второго этажа занимала картинная галерея Габсбургов, к концу XVIII века переведенная в Бельведер и составившая ядро Музея истории искусств. Недавно в этих залах вновь расположилась «Новая галерея», куда входят произведения европейских живописцев XIX века, принадлежащие Музею истории искусств.
Устройство конюшен было важным делом для австрийского двора. Еще в XVI веке в Австрии была выведена особая, так называемая «испанская» порода лошадей (скрестили арабскую и андалузскую породу) и стало развиваться и совершенствоваться мастерство верховой езды (первоначально – для военных целей). До нашего времени оно дошло в виде виртуозного «конного балета», который исполняют белоснежные лошади «испанской» породы, управляемые наездниками в традиционной красной форме. Для нужд «Испанской школы верховой езды» во время расширения Хофбурга при Карле VI было предназначено место, примыкающее к уже упомянутому корпусу на Йозефсплатц. Йозеф Эммануэль Фишер возвел тут здание – часть нынешнего Микаэлертракт, в котором помещается знаменитый зал для представлений Школы. Это обширное помещение (55 м длины, 18 м ширины и 17 м высоты) классично по форме – четырехугольник партера, окруженный высоко приподнятой галереей с местами для зрителей; ее колоннада несет балкон верхнего яруса. В зале в былые времена происходили праздники, концерты (Бетховен дирижировал во время Венского конгресса); в 1848 году здесь состоялось первое заседание австрийского парламента. С середины XIX века залу было возвращено его первоначальное назначение, и до сих пор в нем демонстрируется единственное в своем роде традиционное искусство верховой езды.
Поделиться книгой: