Магия в крови. Свет чужих галактик

– Технология денег стоит, а магию можно бесплатно творить, если ты маг. Цена одного синг-контейнера составляет шесть-семь тысяч расчетных частиц, а хватает его примерно на цикл-полтора. К тому же для технологии всегда нужен источник энергии, а магия – она везде. Опять же если ты маг. Ты же видел поле и должен понимать, что энергии там – сколько хочешь, и, чтобы качать ее, нужно всего лишь иметь дар. Есть дар – есть каналы, есть каналы – тренируйся и повышай магический уровень, повысил до предела – твори практически что хочешь.

– Неплохая перспектива, – мечтательно улыбнулся я, но быстро посерьезнел. – И все-таки было бы неплохо иметь какой-нибудь бластер на поясе или меч, как у джедаев…

– Кто такие джедаи? – не понял искин, и я торопливо объяснил.

– Хм, – протянул он, выслушав мой рассказ, и у меня сложилось такое ощущение, что он задумался. Я даже представил, как его несуществующий лоб покрылся бороздками морщин. – А ведь в пятой галактике есть что-то похожее. Называют они себя – воины шитари. Тоже с мечами, только не совсем обычными. По сути, есть только такая же рукоять, как у мечей твоих джедаев, но сам клинок… это даже не клинок, а заклинание. На ручке стоит небольшой генератор, который шитари активирует непосредственно перед боем, тем самым открывая канал к магическому полю. Потом он в воздухе рисует рукоятью определенный знак, и появляется клинок-заклинание. Быть он может каким угодно – длинным и тонким, широким с расходящимися в разные стороны иглами, может быть магической плетью или вообще чем-то похожим на огромную, но очень легкую секиру; это же не железо, а всего лишь магический сгусток. Ученики шитари умеют создавать не менее пяти-шести клинков-заклинаний, а мастера – до двадцати. Причем чем сильнее шитари, тем неожиданней может оказаться форма клинка-заклинания. Великому Гууру доводилось видеть, как один шитари сражался с десятью противниками, и его клинок представлял собой четыре быстро вращающихся круглые пилы. После боя вместо десятка безумцев, рискнувших выйти против шитари, великий Гуур насчитал тридцать два куска окровавленного мяса.

– Круто, – искренне восхитился я, уже представляя себя как минимум перспективным учеником шитари. В моей ладони рукоять, я рисую ею знак в воздухе, и вот у меня клинок в виде крутящихся пил… Ладно, мечтать не вредно. Нужно заняться утренними процедурами. Надо, надо умываться по утрам и вечерам…

Но, не успев полностью подняться, я смущенно замер. Там, в низу моего живота, сейчас был тоже своего рода клинок.

– Кхм… – Я аккуратно присел и попытался отвлечься, но мозг, а может быть, и не мозг отвлекаться не хотел, а даже наоборот… – А этот чудо-агрегат может сделать, кхм, землянку?.. Не в смысле – яму, накрытую бревнами, а в смысле – женщину.

– А зачем тебе? – глупо спросил искин, и я, не зная, что ответить, просто развел руками и выдал свое твердое:

– Хочу.

– А-а, понятно, – протянул голос спустя несколько секунд обдумывания моего ответа. – Ты имеешь в виду живую?

– Ну-у, знаешь, – хохотнул я, – никогда не замечал за собой склонности к некрофилии. Конечно, живую! Параметры такие – рост метр семьдесят примерно, вес пятьдесят два – пятьдесят пять, лицо правильной формы, красивые глаза, желательно серо-зеленые, носик прямой небольшой, губки пухленькие, грудь… ну, скажем, второй размер с такими небольшими розовыми сосочками, форма правильная, в смысле, чтобы в стороны сильно не торчали и не висели, как уши спаниеля. Округленькие такие и высокие. Я про грудки сейчас. Теперь про остальное. Попка изящная, талия чтоб была не больше шестидесяти пяти сантиметров… так, что еще… А-а, пупок чтобы не торчал наружу… Ну и сама эта… ну ты понял, про что я, тоже розовенькая, не люблю темные…

Остановил меня дикий гогот искина, и я недовольно нахмурился.

– Что такое? – спросил возмущенно, и тот перестал смеяться.

– У меня есть кое-какая информация по вашему миру, но насчет ваших самок, увы… Поэтому я не совсем представляю то, что ты описал. Хотя нет, представляю. Чем-то напоминает джериек. Этих я видел пару раз на своем борту.

– Джерийки? – переспросил я. – А это кто такие?

– Джерийки – раса третьего поколения, живут в седьмой галактике Союза, развиты не очень сильно, владеют тремя планетами, имеют магические способности, но какие-то странные… – искин осекся. – Впрочем, эта информация для тебя пока закрыта. Давай, приводи себя в порядок – и бегом в пилотский отсек. Великий Гуур уже приказал тебе явиться.

– Черт, – ругнулся я и медленно поднялся. Вроде мой «меч» слегка расслабился, так что не особенно видно.

Я подошел к чудо-агрегату и, покопавшись в меню, нашел средства гигиены. Так: мыло, зубная паста, щетка, полотенце, что еще? А да, тазик с водой, температура градусов сорок-сорок пять. Чего еще? Вроде все. Так, прангаршуур – это вроде полотенце на ваннирском, дуурга – это точно щетка; смешно, что я это знаю, хоть и не учил.

Через пару минут все необходимые принадлежности были передо мной, и я удивленно взирал на них. Нет, ну надо же! Это же мечта любого нормального человека – вот оно, все что хочешь, только ткни пальцем. Что-то не верится даже… Должен быть какой-то подвох, иначе как же так?

– Послушай, – обратился я к искину, закончив с чисткой зубов и наслаждаясь мятным вкусом во рту. – Ну если этот агрегат может сделать любую вещь, то зачем вообще… В смысле – зачем вообще нужно что-то другое? Зачем нам лететь за вашим рунитом? Давайте сделаем его в этом агрегате.

– Глупец, – презрительно бросил искин, и мне вспомнился Шерхан из мультика про Маугли. Я даже стал ожидать, что голос продолжит чем-то вроде: «Кто же устоит против стада буйволов…» – но, само собой, услышал другое. – Все, что производит этот агрегат, распадается на элементарные частицы по истечении половины микроцикла. Ты представляешь, сколько энергии заключено в связях между частицами?

– Примерно представляю, – зло буркнул я, но искин не обратил на мое бурчание никакого внимания.

– Разумеется, этот агрегат не имеет в своем распоряжении столько же, и поэтому он использует так называемую псевдоэнергию, изобретенную очень давно вархарнами. По количеству эргов в каждую секунду времени она равна настоящей, но на отрезке в половину микроцикла это значение стремится к нулю. Могу дать тебе формулу, если хочешь изучить этот вопрос глубже.

– Нет, не нужно, – отмахнулся я. У меня и с земной-то физикой не очень дружеские отношения были, не хватало еще вархарновской себе голову забивать. – Я примерно понял. Так что насчет женщины-землянки? Ну или джерийки этой твоей. Как раз нормально – на полмикроцикла. Можно постоянно новую делать с разными параметрами. Нет, то, что я тебе описал, – это мой идеал, но иногда ведь и идеалы приедаются…

– Ты думаешь, почему я поинтересовался в прошлый раз – живую или нет?

– Нельзя? – почувствовав интуицией засаду, выдохнул я и не ошибся.

Искин мне кратенько рассказал о какой-то там жизненной основе, которую до сих пор не смогла отыскать ни одна раса, населяющая пространство Союза. Вот вроде не раз лепили как надо, создавали «один в один» клетку, и вроде та двигается, питается и даже размножается, но вот только неживая все равно. Нет той самой жизненной основы в ней.

– У нас тоже какие-то коациновые капли делали, – вспомнил я о где-то прочитанном. – Те тоже двигались вроде, питались, по-моему, а вот насчет размножения – не помню.

– Да не может быть, – не поверил искин. – У вас же закрытая раса четвертого поколения. Вы же варвары.

– Сам ты Пентиум-один, – обиделся я. – Нет, даже не Пентиум, ты Спектрум, блин. Сколько можно оскорблять мою расу?

– Извини, – неожиданно выдал голос, и я ошеломленно застыл над тазиком, держа в ладонях пригоршню воды.

Ну надо же. А отношения у меня здесь налаживаются. Нет, конечно, задаваться не стоит, в любой момент мне могут дать почувствовать, что я тут на правах раба, а точнее – вообще без прав. Но все равно. Извинение этого надменного разума космического корабля среднего класса дорогого стоит. Значит, пристыдил я его и уважать заставил. Неплохо, неплохо.

Минут через двадцать, чистый и довольный, я самолично зашагал по коридорам в пилотский отсек. Дроид в этот раз не пришел, что сначала удивило, а потом насторожило. Наверняка Гуур хочет меня проверить. Вдруг я попытаюсь как-то навредить, сломать какую-нибудь хрень или, может, просто плюнуть во что-нибудь, думая, что меня не видят.

Я покрутил головой в поисках камер, но тут же бросил эту затею. Если они тут и есть, то, скорее всего, такие наномелкие, что фиг их разглядишь.

Освещение в пилотском отсеке было слабым. Гуур сидел в своем кресле и смотрел на стену с мониторами. Работали примерно половина из них, и на каждом одно и то же – черная пустота с редкими точечками звезд. Глупо, конечно, делать выводы, я видел изображение на этих мониторах всего два раза, но тем не менее внутри появилось подозрение, что мы довольно далеко от какой бы там ни было звезды. Наверное, дрейфуем в чем-то вроде межзвездного пространства. Если вообще не в межгалактическом…

– Итак, продолжим, – не отрываясь от мониторов, прервал мои размышления Гуур. – Подойди ближе. Перед тем как снова погрузиться в магическое поле, ты должен увидеть сферу.

– Какую сферу? – на всякий случай поинтересовался я.

– Защитную. Первый суб-символ, треть заряда, – проговорил мой бледнолицый хозяин, и я краем глаза заметил дроида, который суетился в правом углу, что-то набирая своей рукой-шлангом на панели. – «Странник», приготовься показывать поле с запущенных зондов. Подойди ближе, Мак, и смотри внимательно.

Я сократил расстояние между собой и стеной мониторов на две трети и застыл, глядя на экраны. На них пока было все то же.

– Шестой, готово?

– Да, великий Гуур. Включать сферу?

– Включай.

– Есть. Отсчет: три секунды. Три, две, одна…

Я увидел, как почти на всех мониторах резко сменилась картинка, и удивленно распахнул глаза. Передо мной был «Странник» во всей своей красе, а вокруг него огромным коконом подрагивала серебристая, едва различимая пленка.

Сам корабль особыми изысками не отличался, но все же в нем была какая-то минималистская красота. Длинный угловатый корпус темного цвета с несколькими башенками и люками; носовая часть – уже и еще более угловатая, даже есть в ней что-то брутальное, словно четко очерченные скулы на волевом лице; в кормовой части – пара больших соединенных между собой металлических колец с какими-то грозными на вид орудиями на них.

А вот с полем было не очень понятно. Вроде и видно его, но в то же время так призрачно, что больше похоже на искажения монитора.

– Поле сейчас слабое, – начал объяснять Гуур и ткнул пальцем в один из экранов. – Вот здесь видно лучше всего. Сильно вытянутый эллипсоид, но у тебя такой сначала не получится. Скорее всего, выйдет правильная сфера. Но для начала и это будет неплохо. Видишь на корме кольца, а на них Н-орудия и двигатели? Это самая важная часть «Странника», старайся сразу же давать больше магической энергии на ту часть сферы, которая будет прикрывать корму. Запоминаешь, Мак? Запоминай. И хорошо запоминай. Я повторять не буду. А теперь – давай быстро в кресло и сливайся с магическим полем. Только теперь не расслабляйся, а контролируй свое состояние. Понял?

Я кивнул и быстро зашагал в сторону кресла, передумав пока спрашивать о чипе против радиации. Что-то у Гуура к концу его речи голос стал какой-то холодноватый. Ну да ладно, позже поинтересуюсь.

Усевшись, я дождался, пока на голову налезет шлем, и уже спокойней, чем в первый раз, слился с магическим полем. Оно было такое же – бездонный океан прозрачной субстанции. Снова появилось ощущение покоя и абсолютного уюта, но в этот раз я попробовал не дать ему зайти за определенную черту. Я сосредоточился на своем разуме и поставил барьер для чувств, вспомнив отношения со своей бывшей девушкой. После расставания с ней я стал учиться контролировать свои эмоции, и у меня вроде даже получалось. Не знаю, хорошо ли это было или плохо, но снова испытывать боль от того, что тебя бросает любимая, я не хотел и потому с каждым днем все больше и больше брал контроль над чувствами. Когда встречу ту самую единственную, тогда и отпущу их с поводков.

Вот и сейчас я включил это свое умение, и у меня получилось очень легко установить те границы ощущения уюта, которые меня устраивали. Еще чуть-чуть – и я начну растворяться в нем, погружаться полностью, а так – нормально: я управляю уютом, а не он мною.

Разобравшись с этим, я медленно оглядел поле и попробовал воздействовать на него мыслями, хотя не совсем понимал, как это сделать. Ладно, попробуем просто представить сферу.

Я сосредоточился на необходимой форме заклинания и подождал немного. Ничего не произошло. Хотя нет, поле, находившееся непосредственно вокруг меня, легонько колыхнулось и, как мне показалось, слегка изменило цвет. Точнее, не цвет, а плотность, отчего вместо прозрачного стало слегка серебристым. Так, не айс, конечно, но какое-то движение все-таки есть. Попробуем еще раз.

Я вновь представил сферу, поле заколыхалось, прямо передо мной прошла даже целая волна, и я от неожиданности потерял образ. Фух. Ну вот же Гуур, не додумался вести записи моего предшественника с самого начала; сейчас бы легче было. А вообще… может, сказать, что у меня ничего не получилось?.. Нет, домой он меня назад не повезет, это точно. Скорее всего, просто выкачает из меня всю кровь, а тело выбросит в открытый космос. Да и что там – дома? Опять обычное серое существование?

Я отбросил мысли о возвращении и сосредоточился на поле. Лучше здесь добиться всего, стать сильным магом, достичь уровня этих родонтинов. А потом уже… потом уже можно и вернуться на Землю. Вот тогда уже со своими умениями там смогу сделать многое и добиться, чего захочу. Ладно, что-то я отвлекся.

Как же создать эту сферу? Так, опять представляю ее: поле колышется; и что дальше? Как накачать эту магическую энергию, которая вокруг меня, в образ, который у меня в голове? Где эти чертовы каналы? Что-то я их не чувствую. Нужно, наверное, сначала почувствовать их.

Я стал с помощью внутренних ощущений искать, где они вообще, эти каналы. Пошарил в районе пресловутого третьего глаза и непосредственно в мозгу – вроде нету, проверил в области сердца и солнечного сплетения – тоже ничего. Может, в печени? Там же кровь производится… блин, что-то я туплю. Каналы должны быть непосредственно в крови. Хм. Вот так задача. А как почувствовать что-то такое, в чем даже нервных окончаний нет? И даже не только нервных окончаний, но и самих нервных клеток типа аксонов. Но мозг же я все равно как-то представляю. Или, точнее, у меня же есть образ некоего пространства, в котором, типа, витают мысли. Как там оно – калий и магний вроде же? Калий – значит, импульс прошел, магний – импульс не прошел. Или наоборот… Что-то я не о том. Нужно думать о крови. А начать – с пульсации. Я же ее чувствую. И температуру повышенную чувствую…

Так, ладно, пульсация. Раз-два-три… Нет, не считать нужно, а просто чувствовать. И вообще все математическое нужно из головы выбросить, оставить только образы. Как-то же наши предки мыслили только образами: вот жертва, вот я – охотник, вот копье, летит, попало, жратва… Нет, все равно слова… Нужно полностью отбросить слова.

Я расслабил мысли, если так можно это назвать – отбросил их, и в мозгу осталась пустота. Черная и ждущая наполнения чем-нибудь. И тогда я представил свой кровоток. Красный, горячий, бежит, словно подземная река, по пещерам моих артерий и вен. Я стал погружаться в этот образ все глубже и глубже, услышал даже, как шумит этот поток субстанции, несущей жизнь и смерть – кислород по артериям и углекислый газ по венам. Стал сосредотачиваться на отдельных участках, менять свое место в этом потоке и даже выходить из него и смотреть со стороны. Вот я несусь на бешеной скорости по аорте, вот неспешно плыву по венам, а вот застыл в капилляре. Вышел из потока, посмотрел со стороны, как он проносится мимо меня горячей красной рекой, и снова несусь вместе с ним по какой-то артерии. Так, теперь нужно искать каналы. Ага, вот вроде что-то интересное. Какая-то прозрачная губчатая трубка, выгнута… А если описать точнее – один конец растворен в крови, его вообще не видно, просто губчатая трубка как бы исчезает, но я отчетливо ощущаю, что она там есть. Прямо внутри красного потока. А второй конец, изгибаясь, уходит вверх, точно так же растворяясь в магическом поле. Угу, вот еще два канала на запястьях и один канал, побольше, в районе печени, а в аорте, как ни странно, нет. Может, просто там самому потом открыть нужно? Ладно, пока ничего такого делать не буду, тем более что не знаю как. Посмотрим вены. Хм, тут тоже пара каналов, в ногах, где икры. Если представить образно, то я похож на Человека-паука, который висит на паутинах, выходящих из запястий и икр. Только прицеплен я концами тех паутин к магическому полю, а не к стенам зданий.

Хорошо, здесь разобрался вроде, теперь – сфера. Точнее – сфера. Буду уже сам для себя мысленно выделять названия заклинаний, чтобы потом автоматически реагировать на них. Пусть их названия у меня даже в образе будут отличаться от других слов: может, потом понадобятся для быстрого плете… Нет, плетут галаасы, а я – визуализирую… Нет, сложно. Я – образую заклинания. Так вроде нормально.

Сфера. Образ создан, теперь попробуем наполнить. Где там каналы? Ага, по тем, что на запястьях, поток идет, но слабый, в печени вообще никакого движения, а вот по тем, что у икр, наоборот – в обратную сторону Сила уходит. Тоже слабо очень, но уходит. Значит, в поле есть ненужные побочные составляющие, получается? Ну вроде как парафин при добыче нефти? Ладно, потом с этим разберусь. Сейчас нужно увеличить поступающие потоки и направить Силу в образ. Так, попробую шевельнуть эти губчатые трубки… Черт! Твою мать, горячо же… Кайф!

Едва я привел каналы в легкое движение, как по ним в меня просто хлынул напор Силы, словно пожарная пена из брандспойта. На несколько мгновений опешив от такого поворота событий и разомлев от приятного, схожего с оргазмом ощущения, я все же смог взять себя в руки и стал судорожно направлять эту хлынувшую Силу в представленную сферу, но сделать это было совсем непросто. Сила была дикой, она просто неслась сквозь меня и выходила через каналы в ногах, и я рискнул. Каким-то невероятным усилием воли я перекрыл их и тут же увидел, как магический поток хлынул в образ заклинания…

Глава 7

Следующие шестьдесят микроциклов, что по привычному земному пониманию составляло месяц, ничего особенного не происходило. Я занимался магией и спал, спал и занимался магией, а в перерывах между этим поглощал информацию. Хотя поглощал – это громко сказано, просто читал файлы. Поглощать – это, наверное, уже потом, когда меня модифицируют, а пока все дело ограничилось вживлением того самого отремонтированного чипа против радиации.

В магии тоже особых достижений не наблюдалось. Я научился создавать лишь слабенькую сферу и еще примерно на пятнадцатый «день» сделал свой первый небольшой фаербол, разнеся им половину своей каюты. После этого меня вызвали на ковер, шандарахнули один раз из ручки и отвели в специальный отсек, на одной из стен которого имелись поглотители магической Силы. Здесь уже я мог учиться управлять фаерболом, не опасаясь разнести все к чертовой матери. Поглотители были мощными, и мой маленький серебряный шарик Силы разрушался, не долетая до них метра три-четыре.

А на тридцать первый «день» на одном из мониторов в пилотском отсеке показалась зеленая точка. Так совпало, что в тот момент я находился именно там и описывал Гууру свое очередное погружение в магическое поле и работу с ним. Первым точку заметил, разумеется, сам «Странник» и тут же оповестил:

– В зоне предельного распознавания неизвестный корабль. Основные данные через сорок секунд.

Гуур резко развернул свое кресло и уставился на монитор с пульсирующей точкой.

– Отцы карахетов! – ругнулся он и, слегка помрачнев, выдохнул: – Мы в самой заднице третьей Галактики, откуда здесь корабль? Корабль боевой?

– Идет сбор информации, великий Гуур, – ответил искин, и ваннир снова выдал какое-то местное ругательство, потом бросил взгляд на дроида:

– Готовь треть заряда на защитное поле…

– Может, я попробую? – непонятно зачем ляпнул я, и Гуур, уставившись на меня, почти презрительно хмыкнул:

– Хорошей атаки ты не выдержишь. Если это военный фрегат, то…

– Великий Гуур, есть общая информация. Легкий грузовой корабль типа «Нантра».

– Кангийцы, что ли? – спросил Гуур, продолжая смотреть на меня, и я по инерции пожал плечами. Да мне-то откуда знать? Первый раз слышу и про «Нантру», и про ваших кангийцев…

– Эти корабли используют не только кангийцы, – осторожно продолжил искин, но Гуур прервал его:

– Я знаю. Вот только не пойму, что тут делать кому-то, кроме кангийцев? Это они. Наверное, везут шамрановый корень на какую-нибудь станцию.

– Что за кангийцы и что за шамрановый корень? – не выдержав, спросил я, но Гуур не удостоил меня ответом.

– Какое вооружение на корабле? – задал он вопрос искину, и тот выдал, что данная информация пока недоступна.

– Активизировать заряд? – подал голос Шестой, и Гуур помахал рукой:

– Нет, подожди.

Я бросил на него внимательный взгляд и увидел случившиеся с моим боссом перемены. Мрачности на бледном лице не было и в помине, зато на нем явно читались азарт и волнение. Он хлопнул в ладоши и отдал приказ дроиду, а я понял, что сейчас мы будем «грабить корованы».

– Магического защитного поля не нужно, ставь обычные силовые. Атака – пятая часть заряда, суб-символ восемь. Только не хвати через край, как в прошлый раз. Нам нужно повредить носовую часть корабля, а не разнести его вдребезги. «Странник», подготавливай пять боевых дроидов. Нет, давай восемь. Шестой – как активизируешь заряд, принеси Маку и мне скафандры.

О как! Я невольно покрылся мурашками и тяжело проглотил слюну. Мы что, попремся на чужой корабль? Так там же могут быть плохие инопланетяне с какими-нибудь лазерами или бластерами, если они вообще не обладают магическим даром. Да и я, сказать откровенно, как-то не собирался в ближайшее время лезть в открытый космос.

– А кангийцы владеют магией? – спросил на всякий случай, и в этот раз Гуур соблаговолил ответить:

– Нет. Не переживай, кангийцы – раса третьего поколения, по сравнению с нами они просто варвары. Нам главное сейчас – не разнести их суденышко на много маленьких составляющих. Ты знаешь, сколько стоит один варгас шамранового корня?

Для меня этот вопрос был чисто риторическим, и потому я просто развел руками. Ну откуда мне знать? Зато стало понятно, что за корень. Наркота, видимо, какая-нибудь. Хотя возможно, что я ошибаюсь и это просто приправа или важный ингредиент для магических зелий. Но в любом случае – защищать свой товар владельцы будут. Хорошо еще хоть, у нас имеются какие-то там боевые дроиды…

– Есть полная информация, – прервал мои размышления искин. – На корабле установлен гипердвигатель четвертого класса, два резервных шестого класса, из вооружения – две легкие ионные пушки и одна средняя турболазерная. Возможны скрытые орудия. Курс корабля алнат шестьдесят два, вис четыре. Скорость – двадцать шесть рэсов в час. Из силовых полей возможно поле SR-110.

– Отлично! – Гуур снова хлопнул в ладоши. – Что с боевыми дроидами?

– Активированы. Выход в космос через две минуты.

– Так, дай расстояние прохождения.

– Четыре микрорэса.

– Они нас не засекли?

– Вряд ли. Курс и скорость не меняют.

– Ваши скафандры, – прозвучал прямо за моей спиной голос Шестого, и я, вздрогнув, обернулся.

Дроид был похож на портного, который вынес показать свои изделия покупателю. На высоко поднятых шлангах-руках он держал два черного цвета скафандра, которые были больше похожи на снаряжение аквалангиста. Кроме верхней части, конечно. Там был крутой шлем пилота какого-нибудь истребителя пятого класса, с большим зеркальным забралом, двумя выпуклыми черными сферами на уровне висков и с еще кучей устрашающе выглядящих наворотов.

– Одень его, – коротко приказал дроиду Гуур и вновь уставился на мониторы. – «Странник», следи за зарядом. Как только расстояние до корабля будет двенадцать микрорэсов, активируй. Ну что, Шестой, – снова обратился он к дроиду, который уже напяливал на меня скафандр, а точнее, обволакивал меня им, разделив его без всяких молний пополам, – вспомним веселые времена?

И не знаю, как Шестому, а мне от этого вопроса стало не очень весело. Заделываться космическим пиратом, так же как и выходить в открытый космос, я тоже не собирался. Но кто у меня тут вообще интересуется, чем я собирался заниматься, а чем – нет?

Зеленая точка на мониторе чуть увеличилась, где-то над головой послышалось приглушенное шипение, как я понял потом – это открывались шлюзы, и на мониторе появились восемь красных точек. Гуур вскочил со своего кресла и вытянул длинные руки вперед. Шестой тут же наскоро закончил с моей экипировкой и бросился одевать шефа.

– А на меня нормально хоть надел? – спросил я у дроида, хотя ответа даже не ожидал и, в общем-то, не дождался.

Повертел торсом, пошевелил руками. Сидит-то хорошо, как под заказ сшитый, но что-то никакого доверия не вызывает. Жидковат все же для скафандра, в котором можно безбоязненно шагнуть в черное бездонное пространство, где температура уж точно куда ниже, чем у нас на Южном полюсе, а про уровень радиации и говорить не хочется.