Заговор носферату

— В этом городе вести расходятся быстро, — уклончиво ответил Пес.

Что правда, то правда. Уверен, сейчас в половине кабаков и притонов Блистательного и Проклятого делают ставки на то, выйдет ли Выродок-Слотер из Квартала Склепов на своих ногах, или же его вынесут ими вперед? Ну и злорадствуют, конечно, как без этого! Пусть Древняя Кровь грызется с кровью мертвой, глядишь, и той, и другой в мире поубавится, отчего только воздух чище станет.

— Что ж, раз извещены, значит, я могу без долгих расшаркиваний пройти. Меня там, — я кивнул на приоткрытый зев ворот, — ждут.

— Лорд Слотер, в мои полномочия не входит пытаться вас задержать, — медленно проговорил Пес Правосудия. — Но я должен предупредить: если внутри начнется заваруха, вам нечего рассчитывать на нашу помощь! Квартал Склепов пользуется определенной автономией в решении внутренних проблем.

— Вы забавны, офицер! — рассмеялся я, оставляя его за спиной. — С каких это пор Выродку приходится надеяться на помощь смертных?!

Толстые доски моста тягуче застонали под моим весом. Подошвы тяжеленных ботинок, подбитых медными гвоздями с широкими шляпками, глухо впечатывали шаги в деревянный настил. Самому мне хотелось думать, будто приближаясь к Кварталу, я выгляжу достаточно внушительно. Однако, по мере того, как перед глазами вырастали высокие стены, из-за пик которых уже выглядывали бледные лица, в душе росло ощущение тревоги и опасности.

Несмотря на необычное происхождение; несмотря на темную и грозную мощь Клана, невидимо присутствующую за спиной; несмотря, наконец, на собственную репутацию, над которой пришлось потрудиться, я умею бояться. Страх — чувство, которое прекрасно знакомо любому Слотеру. Только безумец его не ведает, да и то, потому что боится позволить себе испугаться. Намереваясь войти среди ночи в обитель, содержащую пару тысяч кровожадных тварей, мурашки бегущие по спине, ощутил бы даже безумец.

— Надо же! Ты и в самом деле пришел. И даже один, без родственничков! — удивленно прогнусил неприятный и хорошо знакомый мне голос. — Очень храбро, но совсем не разумно. Особенно для тебя, Сет Ублюдок Слотер.

Кровь и пепел!

Из-за ворот навстречу легкой, пританцовывающей походкой двигался Ирвин Коу по прозвищу Два Кнута — собственной малоприятной персоной. Смертоносные, усаженные металлическими бляшками бичи, свитые в кольца, покачивались на бедрах вампирского Ликвидатора.

* * *

У Клана Слотеров, равно как и у трех прочих семей Древней Крови, есть свой Палач — жуткий и неумолимый. Нашего зовут Дредд Слотер. Безмолвный, как призрак, и страшный в своих красных с черным одеждах, точно вспышка адского пламени, он приходит, направляемый рукой Патриарха Эторна, и забирает жизни тех, кто рискнул вызвать гнев и недовольство Клана. И ни оружие, ни магия не способны остановить Палача.

Даже я не рискну встать на пути у Дредда, когда он целеустремленно шагает к тому, кто намечен ему в жертву.

У вампиров есть свой Палач. И я не льщу себе надеждой, что он слишком уж уступает Дредду. Вот он! Ирвин Коу, Два Кнута, вампирский Ликвидатор. Убийца, стоящий на страже интересов целого племени прирожденных убийц. А вдобавок еще и просто, по натуре своей, жутко неприятный тип.

Бароны использовали его для поддержания порядка и дисциплины среди младших киндредов. Иногда кому-то из носферату случается впасть в немилость, ослушаться порядков, заведенных в Квартале Склепов, нарушить строгую иерархию, выстроенную неумершими — и тогда требуется публичная экзекуция. Жестокая, беспощадная и достаточно долгая, дабы все могли проникнуться тяжестью наказания.

Многие полагают, будто того, кто уже разок умер трудно чем-либо напугать. Ну, кроме, разве что, смерти повторной. Ирвин Коу умел доказать, что эти многие заблуждаются…

Обезображенные клочья плоти, истерзанной и иссеченной до самых костей — вот на что походили провинившиеся вампиры, на которых Ликвидатору указывали холодные руки баронов.

Ммм… говорил ли я, что меня лично Коу ненавидит самой лютой ненавистью?

За несколько шагов до ворот, я остановился и, демонстративно вынув из-за пояса кол, принялся ковырять его кончиком в зубах. Привкус дерева казался противно-кислым.

— А, это ты… Еще бегаешь, Коу? Как Скрижали? Не жмут? Подгнивать еще не начал?

Вампир оскалился, демонстрируя внушительный арсенал тонких и острых клыков.

Коу не из высших носферату, он из так называемых «потрошителей» — жестоких вампиров, которые отличаются невероятной силой и проворством даже среди себе подобных. Они питаются, не прокусывая аккуратно вены на шее жертвы, но выдирая из ее горла клочья мяса, чтобы затем лакать кровь, фонтаном бьющую из раны.

— Если мне не изменяет память, последний раз добрую половину зубов я высадил тебе вот этим? — левой рукой я вытянул из-за спины «единорог» и показал его рукоять Ликвидатору. — Вижу, ты успел вырастить новые? Похвально. Можем повторить.

— Ах ты, ск-котина!

Обуреваемый яростью Коу положил ладони на длинные рукояти бичей, плотно обмотанные полосками кожи. Несмотря на кажущуюся простоту, я знал, насколько это страшное оружие в умелых руках. Удар с оттягом, посланный широким замахом, рассекает плоть до самой кости не хуже сабли. Точность и мастерство иных умельцев в обращении с бичом позволяет им гасить огоньки на свечах, не задевая последних. Этого достигают годами практики.

Коу совершенствовал свое смертоносное искусство, по меньшей мере, лет двести.

Мне лично доводилось видеть, как одним щелчком любого бича из своей смертоносной пары, с любой руки, Коу вырывал у человека (или вампира) глаз с расстояния в пятнадцать футов, не повредив веко.

И это еще не самое жуткое, что Ликвидатор умел вытворять со своими любимцами. Полоски кожи на обмотку рукояти, к примеру, он высек из тела живого смертного ими же.

Два Кнута был опаснее ядовитой змеи с отрубленным кончиком хвоста. Даром что яд не тек с его клыков.

Вот только обнаруживать перед потрошителем не то, что страх, хотя бы уважительное опасение я не собирался. Много чести.

— Может, не будешь ломать комедию, Коу? — презрительно бросил я. — У меня встреча с баронами, а тебя отправили всего лишь встретить почетного гостя. Так что брось скалиться и хвататься за кнуты. Мы оба знаем, что до приказа старших ты их в ход не пустишь. И это, кстати, полезно в первую очередь для твоего здоровья. Так что захлопни пасть и веди… привратник!

В последнюю фразу я вложил весь отмеренный мне жизнью сарказм.

Физиономия потрошителя исказилась от бешенства. На молочно-белых клыках даже запузырилась пена.

— Когда-нибудь я вырежу тебе сердце Сет Слотер. — пролаял он. — И буду жрать его, капая кровью на твои стекленеющие глаза.

— Ага, мечтал евнух потомство завести, — откликнулся я. — Веди!

— Я проведу. Только прежде, чем ступить в нашу юдоль, запомни: в эти ворота легко зайти, но куда как труднее будет выйти! Я лично об этом позабочусь!

— Ты утомляешь меня, лакей. Веди, к кому велено!

Шипя от ярости, Коу скользнул за ворота.

Когда-нибудь он действительно попытается убить меня. В третий, если даже не в четвертый раз. Пока же этого не разрешает Некромейстер Алан, не желающий вступать на тропу войны с Древней Кровью. Вампиры — могущественные создания, но до мощи Кланов им все-таки далеко.

Утешаясь этой мыслью, я шагнул за ворота, и сразу же почувствовал себя кроликом, по глупости своей выскочившим на поляну, где прилегла отдохнуть оголодавшая волчья стая. От пронизывающих со всех сторон взглядов, посланных парами угольно-красных глаз, вспыхнувшими тут и там, точно огоньки на болоте, у меня зачесалась кожа под плащом и колетом. Нет, правда, зачесалась!

Вокруг стояла тишина, однако Квартал мгновенно наполнился скрытым движением. В ночной темноте, лишь изредка расцвеченной пятнами фонарей и факелов, бесшумно крались изящные и гибкие силуэты. Черные на фоне темноты, они казались вырезанными из кусков антрацита. Иногда кто-то из носферату подходил поближе, и его мертвенно-белое лицо с глубоко залегшими под глазами тенями и пунцовым ртом, кривящимся в голодной ухмылке, выплывало из мрака, подобной дохлой рыбе. То тут, то там угадывался влажный блеск клыков.

Квартал Склепов играл свою любимую пантомиму ужасов, тщась напугать незваного гостя.

Шагая рядом с Коу, отстав на полшага, я поводил по сторонам тяжелым угрюмым взглядом, готовый принять любой вызов, который мне осмелятся бросить. Носферату знают, что случись драка, мне — как и обещал Коу — будет не выбраться из Квартала. Но знают они и еще кое-что. Прежде, чем я упаду, кому-то придется стать первым. А за ним и вторым, и третьим, и так далее… Слотеры предпочитают уходить на тот свет в многочисленной компании. Поэтому голодные, ненавидящие взгляды прожигали мою спину, но стоило мне перехватить хоть один, как раскаленные уголья глаз, горящих во тьме, немедленно подергивались пеплом.

Территория, отведенная королем Максимилианом под обитание носферату, не отличалась большим простором. По правде сказать, вампирское гетто и на полноценный городской квартал не тянуло. И то сказать, много ли места требуется существам, половина жизни которых проходит в гробу?

Вместо домов вокруг громоздились траурные стелы, тяжеленные могильные плиты и величественные массивы склепов. Иные из легализовавшихся вампиров, переселившись в Квартал, переносили сюда захоронения, в которых обитали прежде. В воздухе стоял тяжелый кладбищенский дух — запах прелой листвы и сырой земли. Отступившись от вампиров (до поры до времени) смерть не позволяет окончательно порвать с собой, поэтому нежити настоятельно нуждаются в ее эманациях, источаемых старыми, выкопанными из могил гробами и землей с погоста.

Жизнь в смерти вообще накладывает много ограничений и обязательств — от питания и вплоть до манеры одеваться.

— Ты убил моего брата, Сет Слотер! Я напомню тебе этот должок на обратном пути! — выкрикнул кто-то из темноты.

Шипение сразу нескольких глоток вторило расхрабрившемуся вампиру.

Я остановился и, прищурившись, уставился туда, откуда предположительно прилетела угроза.

— Может быть, ты выйдешь сюда и покажешь личико, кровосос? Чтобы, когда придет время отдавать должок, я не обознался?

— Вся ваша Древняя Кровь не имеет здесь власти! Это Квартал Склепов!

— Причем тут вся Древняя Кровь, крысеныш? — насмешливо бросил я. — Здесь только я. Подойти и спроси с меня!

— Заткнитесь все! — рявкнул Ирвин Коу, сопровождая свои слова оглушительным ударом бича: как будто пистолет хлопнул. — Желающие пустить ему вонючую кровь, занимайте очередь за мной!

Два Кнута повернул свою гнусную физиономию в мою сторону.

— А уж я жду не дождусь, чтобы с тобой скорее закончил Кроуфорд. Тогда мы порезвимся, Ублюдок!

— Скорей бы уж, малыш. Я обещаю, что заколочу обе твои плеточки тебе же поглубже, — пообещал я. — Одну в пасть, а другую в задницу!

В голове же у меня в этот момент крутились совсем другие мысли.

Кровь и пепел!

Коу сказал: «дождусь, чтобы с тобой закончил Кроуфорд». Это значит, что вместо встречи со всеми четырьмя вампирскими баронами (а желательно и с Некромейстером Аланом), мне придется иметь дело только с одним. И, что всего хуже, — с самым молодым бароном, самым взбалмошным, самым неуправляемым и совершенно нетерпимым к смертным. Раньше мы уже сталкивались с Алистером Кроуфордом. Получилось — к взаимному неудовольствию друг другом. А, следовательно, с надеждами на проводы из Квартала Склепов добром следует попрощаться.

В нашу последнюю встречу я продырявил вампирскому барону брюхо и повышибал половину зубов Ликвидатору. Мудрено ли, что парочка ко мне неровно дышит?

Что ж, оставалось держать марку и разыграть последнюю козырную карту, которая у меня еще оставалось. Против численного преимущества и исключительно враждебного окружения я ставил репутацию Сета Ублюдка Слотера. Выродка, который выходит победителем из любой заварухи. Хотя, сказать по правде, понятия не имею, как удастся выкрутиться на сей раз…

Четырехэтажный особняк Некромейстера Алана, единоправного хозяина Квартала Склепов, находился в дальнем конце гетто. К нему же лепились и башни прочих вампирских баронов. Однако Ирвин Коу вел меня вовсе не туда.

Мы пробирались меж громоздящихся тут и там надгробий и могильных плит, забирая все дальше влево — равно далеко и от ворот, ведущих в гетто (и из него), и от резиденции Некромейстера. Пылающих в темноте глаз стало чуть поменьше, зато те, что продолжали гореть и следить за мной, сделались наглее. Я чувствовал, как они буравят меня насквозь, уже не столько изучая, сколько присматриваясь и прицениваясь к броску. Пару раз мне показалось, что я слышу, как кто-то, крадущийся параллельно нам с Коу, волочит по земле что-то большое, но при этом легкое, подметающее сухие листья и клочья мусора.

Неужели хотят набросить сеть?

Алистер Кроуфорд, как я погляжу, готовился к встрече с Выродком всем тщанием.

Что ж, здесь есть свой положительный момент. Раз сеть, значит, собираются брать живым. Тут я некстати вспомнил Роберта Дрейдлока, и всякое желание считать момент положительным пропало.

— Коу? — дрогнувшим голосом окликнул я.

— Неужели все-таки страшно, Ублюдок? — ухмыльнулся тот, на ходу поворачиваясь ко мне.

— Страшно… — признался я — … страшно хочется дать тебе в зубы!

Последние слова еще слетали с моих губ, а Ирвин Коу по прозвищу Два Кнута, вампирский Ликвидатор уже шарахнулся назад, выпучив глаза и прижимая руки к разбитому рту. С сухим хрустом толстый конец кола влепился в физиономию потрошителя, раздирая ярко-красные губы и выламывая из десен добрый десяток тонких и острых, как иглы зубов. Вопреки сложившемуся мнению вампиры умеют чувствовать боль, хотя и далеко не так полно, как смертные. Однако в данной ситуации боль была не причем. Пострадало само достоинство носферату — его клыки. Смертному противнику в подобной ситуации я врезал бы промеж ног, но к вампирам требуется свой подход.

Если уж насел на немертвого, ни в коем случае не давай ему опомнится. Соберется, контратакует и скрутит тебя в бараний рог. На его стороне превосходство в силе, скорости и известная неуязвимость. Ладно, в случае с Сетом Слотером превосходство в силе и скорости, впрочем, со счетов сбрасываем, у каждого Выродка свои Таланты, но неуязвимость остается. И группа поддержки числом в несколько десятков нежитей!..

Ирвин Коу еще собирал зубы в ладошку, а эхо моей тирады еще таяло в ночи, когда тяжеленный ботинок ударил вампира под сгиб ноги, заставляя упасть на колено.

Темнота вокруг ожила и прянула ко мне со всех сторон, протягивая жадные когтистые лапы и скаля кинжальноострые клыки.

Несмотря на ночной мороз, разом сделалось жарко.

— Назад! — рявкнул я, направляя левой рукой дуло «единорога» в ближайшую бледную физиономию, перекошенную от ярости. — Назад или будете катать его голову по земле!

Два Кнута сипло выл, стоя на коленях и держа голову запрокинутой. Он чувствовал, как дымиться его мертвая плоть от ядовитого прикосновения Дагдомара, заведенного под горло. Дьявольский серебряный клинок жег нежитя, точно кусок добела раскаленного железа. Руки вампира беспомощно тискали рукоятки бичей. У этого опасного оружия есть один, но очень серьезный недостаток: бич требует места, чтобы размахнуться, а сделать это, когда противник стоит прямо за спиной, приставив кинжал к глотке, несколько затруднительно.

Черные тени, обступившие меня, замерли. Не сказал бы, что у вампиров развито чувство товарищеского локтя, но коль скоро их отбирал, готовя мне ловушку сам Коу, ситуация выходила неловкая. Они просто растерялись, лишившись командира.

— Я передумал, Коу, — прошептал я на ухо Ликвидатору. — Не стану ждать Кроуфорда. Я могу реализовать затею с кнутами прямо сейчас.

— Су-ука… — провыл Два Кнута, точно змея водя языком по изувеченным кровоточащим деснам.

— Ты же видишь, я не умею шутить шутки. Про зубы я говорил тебе абсолютно серьезно. И про твои игрушки тоже… Командуй своим, чтобы тащили сюда Кроуфорда, или почувствуешь, как рукоятка первого бича полезет тебе в глотку! Разговаривать будем здесь и на моих условиях. Ясно? Ну! Командуй!

— По… позовите, барона! — хрипло крикнул Ликвидатор.

Несколько черных теней отступили назад и растворились в темноте.

— Убери свой проклятый нож, Ублюдок! — захрипел Коу. — Ты спалишь мне глотку.

— Велика беда. Без твоего гнусавого голоса я как-нибудь проживу! — ухмыльнулся я.

Положение меж тем ничуть к ухмылкам и улыбкам не располагало.

Я торчал посреди Квартала Склепов, окруженный по меньше мере сотней кровожадных тварей и единственным моим щитом служил Два Кнута… боюсь, если местные обитатели вспомнят, что ненавидят Ликвидатора, в угоду баронам полосующего бичами и своих, и чужих, едва ли не больше меня, диспозиция может коренным образом измениться.

Буду верить, что Алистер Кроуфорд поторопится.

Ведь в противном случае только и останется, что утешать себя мыслью: дорогу в ад мне будет протаптывать по углям Ирвин Коу, собственной неприятной персоной.

* * *

Алистер Кроуфорд, младший вампирский барон, казалось, читал мои мысли.

— Что я могу сказать? Ситуация даже не патовая ситуация, Сет. У тебя всего один заложник, никому здесь по большей части не нужный и никем не любимый, — улыбаясь, проговорил он. — А вокруг уже сотня моих собратьев и число их с каждой секундой растет.

Красивое, породистое лицо барона могло бы лишить покоя любую уранийскую кокетку, если бы не следы порока, неуловимо въевшиеся в каждую его клеточку. Даже когда Алистер Кроуфорд говорил что-то совершенно серьезно, он все одно напоминал демона-искусителя. Эдакого суккуба, вовлекающего монашку в блуд.

Вампир был облачен в высокие лакированные сапоги и узкие черные бриджи, перехваченные широким поясом, за который заправлялась просторная ярко-красная рубашка. Расстегнутая на груди, она обнажала рельефную мускулатуру, с которой тускло поблескивали три Скрижали вместо четырех. У вампирской аристократии свои привилегии. Для зимнего Ура он выглядел совершенно легкомысленно. Но тому, кто уже разок окоченел замерзнуть как-то не боязно.

— Скоро сюда соберется весь Квартал Склепов. И если каждый киндред пожелает унести по клочку знаменитого Сета Слотера размером хотя бы с палец, на всех все одно не хватит. А они пожелают, уж поверь мне.

— Почему же не патовая? — произнес я. — Теперь, когда ты появился, как раз такая!

Одним слитным движением я убрал от обуглившегося горла Коу Дагдомар и сунул его в ножны. Ликвидатор, почуяв свободу, попытался вскочить с колен, но тут же получил мощный пинок промеж лопаток и, теряя равновесие, полетел вперед, пока не уткнулся носом в начищенные сапоги Крофуорда. Два Кнута вскочил, точно пружиной подброшенный, развернулся ко мне, с истовым хрипом разевая прореженную пасть и хватаясь за бичи…

Вампирский барон остановил его, небрежно бросив руку на плечо.

Алистер Кроуфорд с насмешкой смотрел сразу в три пистолетных дула, уставившихся в его сторону: кургузые стволы «громобоя», выхваченного освободившейся рукой, составили компанию «единорогу».

— Я не рядовой упырь, Сет, — покачал головой барон. — Со мной такой фокус не прокатит. И потом, разве мы это не проходили? Ты уже стрелял в меня. Прямо вот сюда. И кажется даже освященной четкой.

Вампир похлопал себя по животу.