Милицейская академия I–II

Русская рулетка — это точно про нас. Любим мы это дело — то ли пуля в лоб, то ли сто рублей на пиво, зато на халяву. И вообще, какой русский не любит быстрой игры — выиграть сегодня завтрашний обед, завтра его заложить, а после отнести в «МММ» — нехай они там подавятся, капиталисты поганые. Помнится, и Пушкин, и Лермонтов не чурались картишек, а нынешнее поколение давно уже сделало свой выбор — «пепси», Владимир Вольфович и, конечно, наперстки. Правда, наперстки слегка потеряли свою привлекательность — граждане и рады бы отдать свои денежки, да больно боязно подойти к громилам, нежными голосами распевающим свои псалмы: «Кручу–верчу, всех научу!» Может быть, пару тысяч лет назад мужчина по ночам и вправду отправлялся за мамонтом, если дома напоминали о еде. Нынешнее поколение, заслышав недовольное ворчание домашних, отправляется в казино. Итак, дорогие сограждане — любители халявной мамонтятины, готовьте гречневую кашу. Рецепты прилагаются.

Рецепт 1. Возьмите трех–четырех интеллигентов, общей массой, вместе с очками, не более ста килограммов. Добавьте парочку мясных дегенератов, нетто, без алкоголя и жвачки, килограммов по сто и, по вкусу, брюнеточку или блондиночку с настольной рулеткой, противным голосом и пышными формами. Указанную смесь тщательно перемешайте, следя за тем, чтобы дегенераты не сильно высовывались, и подавайте в людных местах, например возле Финляндского вокзала.

Блондиночки заслышав голосок, на шум сбегаются потенциальные потребители, а также пожарные, милиция и активисты движения «Женщины России», но не каждый удостоится чести быть допущенным к рулетке. Пропуском служат приличный костюм и нездоровый блеск глаз, выдающий любителя дармовой мамонтятины. Для начала ему дадут выиграть за сто рублей тысяч десять. Однако тут же выяснится, что выигрышных билетиков два и второй принадлежит плешивому интеллигенту, прыгающему от восторга рядышком. Смерив поганца уничижительным взглядом, потребитель предложит братскую дележку — по пять тысяч на брата. Однако недобитая прослойка, гневно сверкая очками, откажется. Это означает, что придется переигрывать, но с новыми ставками — от десяти тысяч. Интеллигент и тут подгадит, увеличив ставки еще раза в два. К игре подключается еще какой–то хмырь. Любитель халявы вынужден выложить все наличные деньги. Наконец, проорав что–то матерное, блондинка запускает рулетку. Интеллигент и его жертва, естественно, проигрывают, а выигрывает либо хозяйка, либо хмырь, что, вообще говоря, одно и то же.

Описанный выше результат еще не самый плачевный — если вы имели глупость выиграть приличную сумму, вас в любом случае добром не отпустят — обязательно подстроят переигровку с увеличением ставок, да еще кто–нибудь из игроков поставит на вас или поучаствует в доле. После проигрыша с вас потребуют документы, ценности и вообще все, что смогут из вас вытрясти, включая квартиру.

Рецепт 2. Этот вариант совсем недавно был успешно применен в одном из казино нашего города, где был установлен стол для игры в королевский покер. Самая большая комбинация в этой игре — стрит–флеш, и именно эта комбинация появилась на руках у одного из играющих. Естественно, счастливчик начал немедленно повышать ставки, однако двое других игроков, вместо того чтобы в панике бросить карты, тоже начинают повышать ставки. Через некоторое время у счастливчика заканчиваются наличные, и он только сравнивает ставки, но оставшаяся парочка упрямо их увеличивает. Обладатель стрит–флеша обращается за кредитом в казино, демонстрируя свою комбинацию. Казино предоставляет кредит, но требует половину последующего выигрыша. Игра продолжается, пока у обоих маньяков в карманах не заканчиваются наличные. Зрители облегченно вздыхают, но напрасно — телохранитель парочки по сигналу выкладывает на стол дипломат, набитый долларами. Счастливчик вынужден бросить карты — он и казино теряют на этой игре около тридцати тысяч долларов.

Резюме: ИГРАЯ В АЗАРТНЫЕ ИГРЫ С НЕЗНАКОМЫМИ ЛЮДЬМИ, ОГОВАРИВАЙТЕ МАКСИМАЛЬНЫЕ СТАВКИ. Но еще надежнее — вспомнить теорию вероятностей и, засучив рукава, отправиться в джунгли за мамонтом.

АКАДЕМИЯ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Хорошо там, где нас нет. Например, там, где растет «Баунти», похоже, не растет гнилая с рожденья картошка, а коровы не мычат тупое «му–у», а вежливо интересуются: «Хау ду ю ду?» Да что коровы — там политики говорят на понятном человеческом языке, даже если на них наводят телекамеру. А еще говорят — я, правда, не верю, — что тамошним фермерам–колхозникам государство приплачивает за то, что они продукты не производят — дескать, надоели вы со своим мясом и сметаной, лучше джоггингом займитесь или пивка попейте, отдохните, короче. А те, со злости, еще больше всяческих продуктов навыращивают и в политиков кидаются, пока не надоест. Представляете, чтоб Егора Тимуровича наш народ ананасами закидал по самую маковку? И я не представляю, а у них — запросто. А еще — хотите, верьте, хотите, нет — у них в лютую стужу не рекламируют мороженое; не оставляют открытыми люки на дорогах; не живут на двадцать долларов в месяц; не говорят «пожить», даже если очень хочется; не расстреливают свой парламент из танков, даже когда сильно надоест; не разбавляют пиво, бензин и сметану; не верят пустым обещаниям и призывам потерпеть, и вообще — там хорошо. Может, потому, что нас там нет. Но ведь так хочется.

И вот тогда утомленные нашей нескучной жизнью граждане покупают рекламные газетки и внимательно штудируют все объявления о найме и учебе за рубежом. И возникают любопытные ситуации, вроде этой.

Ситуация 1. Вы отыскали десяток объявлений о найме на работу за рубежом и столько же — об учебе с гарантированной стипендией. По всем указанным адресам вы рассылаете письма, в которых самым наглым образом врете про свои необыкновенные способности во всех необходимых областях науки и техники. Примерно через неделю вы, к своему удивлению, обнаруживаете в своем почтовом ящике десяток ответов, в которых примерно одинаковым стилем сообщается, что ваши необычайные деловые качества и прочие добродетели произвели неизгладимое впечатление на сотрудников фирмы. Вам высылают анкету и просят срочно ее заполнить. Правда, анкета придет наложенным платежом, и придется раскошелиться, скажем, на тысячу рублей. Это вас не смущает, и через некоторое время вы становитесь обладателем десяти анкет. В анкетах вы врете еще более наглым образом, припоминая школьные уроки рисования, кружок кактусистов и недолгий опыт общения с англоязычной проституткой из Перми, научившей вас нескольким английским ругательствам. Разослав анкеты, вы начинаете потихонечку готовиться к отъезду, туманно намекая друзьям о приглашении в «Дженерал моторе» на пост заместителя президента компании по политическим вопросам.

Через некоторое время приходят несколько ответов, правда меньше, чем вы посылали анкет. Почему — об этом позже. В ответах очень бодро сообщается, что вы, правда в числе еще нескольких соискателей, внесены в специальный банк данных, за что, кстати, было неплохо бы и заплатить, если вы желаете продолжить развлечение. Деваться вам уже некуда и вы платите, кстати, не так уж и много — тысячи две за каждый специальный банк данных. Еще через неделю вам приходит несколько приглашений с просьбой лично явиться на конкурсный отбор, причем чуть ли не с вещами. Все конкурсы похожи, как и ночные кошмары, после них — прорва народу, плата наличными за вход, толстые морды организаторов и финальный вопрос, на котором вы сыпетесь: «Зачем Герасим утопил Муму?» А поскольку, кроме Герасима ответить на него некому, а Герасим давно уже встретился со своей возлюбленной в тех краях, где они, сколько ни топи, уже не тонут, вы честно признаетесь, что не знаете ответа. Вас ласково, но твердо выставляют за дверь, и вы отправляетесь на следующий конкурс. К чести организаторов шоу, финальные вопросы могут варьироваться, но в любом случае они таковы, что искать ответы на них в Большой советской энциклопедии или даже Библии бессмысленно — их там нет.

Самое удивительное, что все это мошенничество с точки зрения закона совершенно, абсолютно, безнадежно законно. Ловкачи, проворачивающие подобные махинации, как и небезызвестный Эдди Такер, на всякий случай и вправду имеют заявку–другую на курьера или мусорщика от друга эмигранта из Штатов. И никто не вправе ограничивать их претензии к будущему работнику. Впрочем, поскольку дураков много, небольшой доли полученных денег хватает даже на трудоустройство нескольких из них, например, сезонными рабочими на уборке фруктов, А ведь нам только этого и надо?

АКАДЕМИЯ ПЯТНАДЦАТАЯ

«Ешьте кашу, мать вашу трах–тарарах!» — говаривали, бывало, строгие нянечки детишкам, старшины — солдатам, а столовские плакаты — всем остальным. Нынче повторять это два раза не приходится — пресловутая потребительская корзина, заполняемая у кого до верху, у кого и нет, у любимца правительства, среднестатистического обывателя, все равно заполняется кашей. И вовсе не потому, что на среднестатистическую зарплату не купить даже собачьих консервов — просто ежедневно глядя по телевизору на упитанные тушки членов правительства, народ приобретает устойчивый рефлекс отвращения к мясу вообще. А уж представить все это в разделанном виде и вовсе страшно. Может быть, это и есть стратегическая линия правительства — каша в мозгах и желудках, как фактор политической стабилизации. Процессы пищеварения, не обремененные дополнительными ингредиентами, протекают легко и спокойно, не вызывая политических запоров, парламентской икоты и межнациональной изжоги.

Есть, однако, и несогласные с предлагаемой диетой. Эти готовы слопать ножки Буша вместе с модными ботинками и закусить мясным ассорти из российских губернаторов. Правительство называет этих типов оппозицией, Останкино обзывает их маргиналами, а широкие народные массы молча тщательно пережевывают кашу, ожидая очередного вердикта Главного Диетолога страны.

Но есть и другие несогласные — подлые обманщики, проходимцы, любители анчоусов, омаров и доверчивых дураков. Вот один из их любимых способов заработать на порцию ракообразных.

Ситуация 1. Вам страсть как приспичило пожить в двухкомнатной квартире без тещи, клопов, жены, кота, четверых детей, тараканов и хомячка Егора, регулярно по утрам писающего в ваши единственные зимние сапоги. И вот как–то поутру, в очередной раз с проклятиями переобувшись в старенькие кеды, вы отправляетесь на какое–нибудь привокзальное толпище в надежде недорого снять квартирку на полгода. Брезгливо сторонясь пованивающего бомжатника, недорого предлагающего однокомнатные картонные коробки из–под сигарет под жилье, и опасливо обходя упитанных носорогов в кожанках, вы останавливаете свой выбор на енотовой шубке, скромно потупившей глазки при вашем появлении. Отечески потрепав енота по загривку, вы начинаете торг. Мадам, ехидно тыча в ваши кеды, нагло сомневается в вашей платежеспособности и требует денег вперед. В ответ вы требуете гарантий. Гарантии, в виде паспорта и нескольких бумажек с большими печатями, тут же демонстрируются, правда в руки не даются. Это и понятно — стадо носорогов, заслышав ваш с енотом торг, сопит совсем рядом, иногда влезая в интимный разговор. Вы торгуетесь до тех пор, пока один из типов в кожанке вдруг не отпихивает вас в сторону с воплем: «Беру!» Вас эта цена не устраивает, и вы, проклиная институт физкультуры и Лесгафта лично, покидаете вокзал. Однако, пока вы вылезаете из очередной привокзальной лужи, вас нагоняет енотовидная мадам. Она объясняет, что с детства не любила носорогов, а вот запах хомячков ей дорог и приятен и она готова иметь с вами дело, хоть и за меньшую сумму. Мысленно подпрыгнув до потолка, вы строго интересуетесь, что же это за сумма. Торг длится еще несколько минут и, ударив по рукам, вы отправляетесь смотреть квартиру. По дороге в метро вы тщательно оберегаете свой бумажник от подозрительных типов, долго отиравшихся возле вас и вашей новой подружки. Наконец, часа через полтора, поскольку квартирка неблизко, вы попадаете в свой предполагаемый двухкомнатный рай. И вот тут–то и выясняется печальная новость: пока вы ехали в метро, гнусные типы, отиравшиеся возле вас, сделали–таки свое гнусное дело — разрезали мадам сумочку и подло украли все ее денежки и документы впридачу. Тащиться назад вам совершенно неохота да и мадам чисто по–человечески искренне жаль. А документы ее вы совсем недавно видели, правда мельком. Поплакав с полчасика на вашем плече, эта несчастная женщина пишет вам расписку в получении ваших денежек, а вы их ей даете. Потом вы пьете чай на кухне, а возможно, еще кое–чем занимаетесь. Утром вас поднимает с постели звонок в дверь. За дверью стоит большой и злой дядя, который строго интересуется, куда подевалась эта зараза, которая сняла у него квартиру на неделю, прожила две, а заплатила за день. Очень вероятно, что вам, прежде чем убраться, придется еще и оплатить проживание скромной симпатичной женщины в енотовой шубке — это все, что вы сможете впоследствии рассказать в милиции, если вдруг потом туда обратитесь.

АКАДЕМИЯ ШЕСТНАДЦАТАЯ

Ближних надо любить — им это очень нравится. Как приятно, забираясь вечерком в набитый автобус, вместо привычного пинка под зад получить теплую котлету за шиворот из авоськи подвыпившего интеллигента. Ласково улыбнувшись в ответ, протяните ему полпакета кефира, протекающего еще с позапрошлой остановки — все равно вытечет. И установится у вас, в отдельно взятом транспортном средстве, всеобщая гармония и благодать.

Но так, увы, в наше беспокойное время не бывает. С гораздо большей вероятностью себе за шиворот вы заполучите ручную гранату Ф1, из которой, ласково улыбнувшись, выдернет чеку какой–нибудь мизантроп, выходящий на ближайшей остановке. Отправляясь вместе с половиной автобуса на встречу с автором двухтомника дешевых сентенций, не забудьте прихватить полпакета кефира интеллигенту на опохмелку — как–никак ближний.

Но впрочем, довольно идеализаций, братания цивилизаций и поисков мировой гармонии. Возможно, гармония мира и вправду не знает границ, если тертые жизнью и иногда об асфальт циничные городские мошенники обыгрывают ситуации, рассчитанные именно на безграничную любовь к ближнему.

Ситуация 1. Движимые исключительно человеколюбием, даже с некоторой долей раскаяния, вы отправляетесь на свидание в больницу, где лежит ваш горячо любимый шеф с переломанными конечностями. Накануне вы, нечаянно разумеется уронили на него конторский сейф, после того как он отказался повысить вам зарплату еще раз в десять. С вами едут еще несколько сослуживцев, движимые, вероятно, теми же чувствами, — это ведь, они принципиально дожидались конца обеденного перерыва, чтобы освободить шефа из западни, а освобождая, несколько раз удачно роняли сейф обратно на начальство.

Вы подъезжаете к больнице на приличной машине и начинаете отгрузку провизии, закупленной, разумеется, на конторские денежки. Пока сослуживцы спорят, следует ли в любимый шефом творожок добавлять слабительное, вы лениво оглядываете местность. Вопрос о добавках в пищевой рацион шефа вас, как искренне раскаявшегося человека, не интересует. К тому же вы справедливо полагаете, что стрихнина, добавленного вами накануне, вполне достаточно.

Неподалеку от входа в больницу вы замечаете симпатичную девушку с грандиозными бедрами, которые она, очевидно по рассеянности, позабыла прикрыть хоть какой–нибудь материей — набедренная повязка, неубедительно изображающая юбку, не в счет. Рядом с ней толчется какой–то бессмысленный ' юнец, регулярно загораживающий вам грандиозные бедра своими совершенно вздорными ножками. Через некоторое время до вас доходит, что девушка в обмороке, а юнец, кривляясь, как лапландский шаман, пытается привести ее в чувство. Вы издаете воинственный клич, характерный для всех благородных спасителей симпатичных неодетых девушек, и устремляетесь к несчастной. По пути вы с неудовольствием обнаруживаете рядом всех своих сослуживцев, также привлеченных состраданием и стройными ножками.

Бедная девушка вносится в больницу ногами вперед, причем на каждую ножку приходится по две конторских крысы, а голову, как самую неинтересную часть, волочит печальный юноша. Кабинет реанимации находится в больнице черт знает где, и вы успеваете, к своему огорчению, узнать от юнца, что девушка беременна и вообще они завтра женятся, если сегодня не передумают.

В больничном коридоре вы дожидаетесь оживления ангельского создания. Ваши коллеги сидят рядышком, возбужденно комментируя все, что успели разглядеть. Через несколько минут парочка выходит из врачебного кабинета, нежно обнявшись и даже не попрощавшись со спасителями, исчезает с глаз долой. Возмущенные такой черной неблагодарностью, вы вспоминаете про начальство и возвращаетесь к машине. Там вас ожидает масса интересного — от отсутствия самой машины до исчезновения всяческих ценных предметов. Ведь когда вы бросались на амбразуру, никому и в голову не пришло запереть машину.

Так что довольно стенать о падении нравов: если мошенники кормятся благородными порывами наших доверчивых граждан, значит, будет у нас царство всеобщей гармонии. И возлюбим мы ближнего своего…

АКАДЕМИЯ СЕМНАДЦАТАЯ

Помнится, в одном детском анекдоте был такой бледнолицый персонаж, дважды наступающий на одни и те же грабли, подсунутые ему глумливым краснокожим. Бледнолицему было больно и обидно. Краснокожие мошенники, расплодившиеся в нашем городе, напротив, считают делом чести подсовывать клиентам для аналогичного использования не только грабли, но и швабры, двери на пружинах или даже просто удар кулаком. Для каждого конкретного метода отъема денег существует тысяча способов его исполнения. Что касается последнего способа, то он стал весьма популярен у пунктов обмена валют.

Ситуация 1. Отставив однажды за ужином в сторону тарелку с макаронами без соуса и мяса от «Анкл Бене», вы достаете из суровой заначки стодолларовую купюру. Вам хочется мяса. Мясо пока продают за рубли.

Зажав в потной ладони священную для каждого русского человека бумажку, вы отправляетесь в ближайший обменник. Прошмыгнув мимо мускулистых дядей с печальными коровьими глазками, жалостливо предлагающими манну небесную за вашу купюру, вы добираетесь до окошка кассы. Помусолив ваши доллары во всяких хитроумных машинках, симпатичная кассирша выдает вам ворох рублей, которые вы гордо распихиваете по карманам, проходя на выход. Однако там вы наступите на грабли или, фигурально говоря, на швабру. Короче, просто получите по голове от дядей с печальными коровьими глазками. Денежки они, естественно, заберут, а вас оставят лежать на травке и размышлять о вреде чревоугодия.

Дело в том, что грозные пятнистые охранники, толпами слоняющиеся возле обменных касс, вовсе не обязаны спасать клиентов от обнаглевших гопников на улице. В крайнем случае вам вызовут «скорую». В «скорой» долларов не вернут, впрочем, здоровье тоже.

Что делать? Лопать макароны и не жаловаться.

А серьезно — не менять крупные суммы в одиночку. Не афишировать полученную сумму, а еще лучше — прикрыть корпусом окошко кассы при выдаче денег. Не заводить никаких разговоров с посторонними людьми в обменнике — даже о погоде и видах на урожай. Если речь идет о крупной сумме, позвоните в обменник и попросите привезти деньги на дом — они это делают и часто бесплатно.

Ситуация 2. Мяса вы уже обожрались, а дядюшку Бенса при встрече готовы утопить в его собственном соусе. Короче, у вас есть рубли, а хочется долларов. «Милицейскую академию» вы не читаете, а потому отправляетесь менять в Апраксин двор или в подобное место.

Желающих продать валюту вы находите моментально. Плюгавый шкет, безопасный со всех точек зрения, размахивает стодолларовой купюрой. Вы протягиваете ему ваши денежки, и он начинает их медленно считать. Пока ваш клиент занимается арифметикой, вы видите явно ненормального типа, который с криком «Убью гада!» бежит прямо на вас. Поскольку вы вовсе не гад и убивать вас, стало быть, не за что, вы и не дергаетесь, а напрасно. Подбежав поближе, ненормальный больно бьет вас по физиономии, причем несколько раз, приговаривая: «Граждане и товарищи! Этот гад у меня вчера деньги украл». Собирается толпа, что интересно, совершенно посторонних граждан — и все они начинают вас дубасить с радостью и вдохновеньем — как же, жулика поймали. На ваши крики о невиновности вам резонно отвечают, что все так говорят, и бьют дальше. Плюгавый шкет, естественно, давно уже пьет на ваши денежки в кафе напротив, с любопытством посматривая на процесс вашего воспитания. Даже если в дело вмешается милиция, что очень маловероятно, то ненормальный дядя скажет, что он обознался — бывает, се ля ви. Но вот доказать его связь со шкетом, у которого остались ваши денежки, не сможет и Эркюль Пуаро.

В общем, НЕ ХОДИТЕ, ГРАЖДАНЕ, ДЕНЕЖКИ МЕНЯТЬ В ОДИНОЧКУ. Попросите знакомого полковника прислать батальон морской пехоты. Но будьте осторожны — бандитов может оказаться больше.

3 Заказ 1156

АКАДЕМИЯ ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Математика — женщина довольно абстрактная. Ей что делить, что умножать — хватило бы регистров в калькуляторе. А вот хватит ли наличности в вашем кармане — ей на это начхать, на этот счет еще ни одна наука ничего путного не сочинила. Кроме, конечно, марксизма — там дележ награбленного обстоятельно расписан. Но и тут промашка вышла — потерпевшие покряхтели недолго, лет семьдесят, да и награбили все обратно. А поскольку в любой порядочной науке практика — критерий истины, можно смело объявить, что марксизм вовсе не наука, а типичная продажная девка пролетариата. А вот математике венерические болезни не страшны — она всем служит безотказно, но и всеми регулярно проверяется на вшивость. Так вот, вшей в математике еще никто не обнаружил. Хотя, конечно, всегда найдутся умники, убеждающие сущеглупый народ, что дважды два — пять; сорок плюс сорок — рупь сорок; что сегодня мы живем лучше, чем вчера, а завтра будем еще жить; что лучше вложить ваучер в «Амарис», чем в любое другое отверстие; что нынешние правители умеют считать деньги не только в своих карманах и т. д. и т. п. Математике терять нечего, и она строго, но вежливо доказывает, кто там есть сущеглуп и почему.

Ситуация 1. На вас нечаянно свалилась куча денег. Например, вы уныло слонялись у Дома правительства с плакатиком «Довольно швырять народное добро на ветер!» и были контужены мешком долларов, упавшим на вас с семнадцатого этажа. То ли там поняли ваш призыв буквально, то ли не докинули до забора, не важно. Вы успешно отклеиваетесь от асфальта, хватаете мешок и сматываетесь, пока не заставили тащить обратно на семнадцатый. По пути домой, как назло, вы спотыкаетесь об всяческих троюродных кузин, бывших сослуживцев и нынешних любовниц. Всем им приходится подолгу разъяснять, что наконец–то выдали зарплату в библиотеке, куда вы устроились на четверть ставки в позапрошлый понедельник. Любопытствующие, с уважением косясь на мешок, на котором со всех сторон написано, чего там и сколько, клянчат взаймы до получки. Все получают по пачке банкнот и счастливые убегают. Некоторое беспокойство доставляют любовницы, требующие немедленного бракосочетания, причем сразу со всеми. Им приходится докидывать еще по пачке, после чего вы продолжаете шествие в одиночестве, однако опять же недолго. Впереди возникает прилично одетый гражданин с объемистым пакетом в руках. Гражданин пьян в стельку, поэтому роняет поочередно то себя, то пакетик, пока, наконец, не исчезает за ближайшим ларьком, оставив пакетик на асфальте. Вы, справедливо полагая, что на сегодня вполне достаточно, честно бросаетесь за ним, размахивая потерей. Но этого гражданина вы уже не найдете, зато обнаружится другой, весьма неприятный тип, который видел, как вы хватанули пакетик. Он непременно желает осмотреть находку и вы соглашаетесь. Расположившись за ближайшим ларьком, вы разворачиваете пакет и обнаруживаете там кучу денег, правда в рублях и мелкими купюрами. Противный тип предлагает дележку, но вы великодушно дарите ему все, мечтая об одиночестве. Тип попадается принципиальный и к тому же образованный — он начинает считать денежки, а также всячески их делить и умножать. Когда он сбивается в восьмой раз на девятой тысяче, вы посылаете его ко всем чертям. Однако уйти вам не удается — вокруг вы видите множество слоноподобных граждан в кожаных курточках и среди них протрезвевшего растяпу. Быстренько выясняется, что в пакете денег очень мало, а было ужасно много, так, что и не упомнить, сколько именно. Поэтому вас обыскивают, и естественно обнаруживают мешок с библиотечной зарплатой. Все соглашаются, что этих–то денег и недоставало в пакетике. Ваше мнение никого не интересует. Поскольку мешок в пакет не влезает, запихивают пакет в мешок, дарят вам на прощание пару подзатыльников и оставляют на травке. Оправившись от пережитых коллизий, вам остается только обновить плакатик и снова попытать счастья у радетелей народа. И не забудьте каску: там, где идет строительство, например нового общества, не стоит стоять под стрелой — зашибет.

АКАДЕМИЯ ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Дурят нашего брата, ох дурят. Но нам не привыкать — на этот счет у нас глубокие исторические корни. «Блаженны нищие духом, ибо их есть царствие небесное». Пожалуй, только на небесах дуракам и дадут отдышаться от суетных мирских облапошиваний, да только думается мне, что это очередная сказочка для дураков — чтоб на земле не сильно напрягались. Впрочем, если их там как следует огородить, а еще лучше, вовсе спрятать от пронырливых умников — может, и выживут. И будут они там, под аккомпанемент арф и клавесинов, распевать жалостливыми голосами свои дурацкие саги — о безвозвратно потерянных денежках и всяком полезном в хозяйстве имуществе, обманом вырванном из их таких не цепких дурацких рук. Тамошняя администрация, не в пример нашей, будет, наверное, плакать навзрыд и требовать повышения температуры в котлах с кипящей смолой, где, как ожидается, будут потеть злодеи и мошенники. А громче и жалостливее всех будет петь хор дураков квартирных, облапошенных на сделках с недвижимостью, поскольку после потери квартир им одна дорога — фазу в рай, нигде больше им жилья не предоставят. Впрочем, есть у меня одно нехорошее подозрение, что и на небесах мошенники найдут возможность обменять дуракам свой котел со смолой на фешенебельный райский уголок без доплаты.

Ситуация 1. Вы считаете себя очень умным, поскольку умудрились заработать кучу долларов в те времена, когда не всякий получает и зарплату от родного государства. Эти доллары вы собираетесь потратить на покупку квартиры, но, поскольку вы очень умный, проводите сделку сами, не обращаясь к специалистам–риэлтерам. По объявлению в газете вы находите себе подходящую по цене и площади квартиру, знакомитесь с продавцом, бабушкой лет семидесяти и торжественно оформляете сделку у нотариуса. Естественно, что официально вы оформляете акт дарения, чтобы не платить налог, а денежки бабусе передаете наличными сразу после подписания акта дарения. После долгих и изнурительных попоек по случаю приобретения вы вселяетесь в свое новое жилище. Как–то, вернувшись вечерком с работы, вы обнаруживаете в квартире толпу милиционеров во главе с неизвестной вам бабусей. Бабуся как раз вышвыривает ваше новое приобретение — микроволновую печку — и строго интересуется, где ее любимая перина. Перину, вместе с клопами и иными паразитами, вы вышвырнули в первый же день. Слегка прокашлявшись, вы заявляете, что сейчас так же поступите с бабусей и прочими паразитами, вломившимися в вашу квартиру. Паразиты молча заламывают вам руки и волокут в ближайшее отделение милиции. Там выясняется, что новая бабуля, собственно, и есть настоящая хозяйка квартиры, пролежавшая полгода в больнице. К вашему несчастью, врачи этой больницы не смогли достойно довершить дело, начатое бабкиными болезнями, и бабуля случайно уцелела. Теперь она требует от вас сатисфакции и компенсации за материальный ущерб, причиненный ее квартире ремонтом и новой обстановкой, а более всего укоряет за любимую перину, на которой почивали, как выясняется, Екатерина Великая, бабуся ну и, понятное дело, клопы.

Предыдущая бабуся, продавшая вам квартиру, воспользовалась паспортом болезной, утерянным год назад. Все бабули и дедули, что на фото, что на вид, одинаково печальны и морщинисты. В солидной риэлтерской конторе этот номер бы не прошел — там бы не поленились перед заключением сделки прошерстить всю генеалогию клиента от монголо–татар до белорусских партизан. Ведь в случае признания сделки недействительной контора обязана выплатить клиенту его денежки и солидную неустойку, что, как правило, оговаривается в типовом договоре. В вашем случае это делать было некому, а значит, и не с кого спрашивать — мошенницы и след простыл. Но даже если ее и поймают, вспомните — вы получили квартиру в результате акта дарения и никогда не докажете, что платили за нее кровными. Просто акт дарения признают недействительным, бабусю слегка пожурят за неуместные в наше время шуточки, а вы станете полноправным членом общества дураков.

Впрочем, не печальтесь — впереди у вас вечность. Тренируйте голос — вас ожидает вакантное место в хоре дураков–любителей. Будьте достойны его!

АКАДЕМИЯ ДВАДЦАТАЯ

Дурак, он и в Африке дурак, — говорят у нас в народе. Глубокая, между прочим, теорема. А вот и доказательство. Доказывать будем от противного — предположим, что дурак в Африке поумнел и стал, стало быть, умным. Но умным в Африке делать нечего, все умные давно в Америке клубнику со сливками кушают. Стало быть, предположение неверно, и дурак и в Африке дураком остался. А вот и следствие — куда бы дурак ни поехал, умнее он все равно не станет. Доказывать будем методом логической индукции. Примем координаты отдельно взятого произвольного дурака за точку отсчета и придадим дураку ускорение посредством мощного пинка под зад. Рассмотрим, стал ли он умнее после перемещения в пространственно–временном континууме. Предположим, что дурак и вправду несколько поумнел. Снова придадим ему ускорение в том же направлении и тем же способом. Будем проделывать данный эксперимент до тех пор, пока испытуемый не окажется в Африке. Согласно нашему предположению, достигнуть этого континента он должен был бы уже изрядно поумневшим. Однако, по ранее доказанной теореме, дурак, он и в Африке дурак. Значит, предположение было неверным, а верно следствие. Итак, необходимый математический аппарат для препарирования дурака у нас готов и можно начинать трепанацию.

Ситуация 1. Вернувшись как–то вечерком домой с работы, вы застаете свое семейство в странном возбуждении. Детишки не галдят, как обычно, а, выстроившись по росту в прихожей, встречают вас какими–то безумными списками с немыслимыми по стоимости игрушками; супруга, в обычном состоянии представляющая собой автономный самоходный телевизор с тридцатью одновременно работающими каналами, на этот раз подозрительно молчит; а вечно юная теща вместо полного мусорного ведра подает вам тапочки. Вы в панике. Включив супругу отеческим поцелуем в лоб, вы узнаете последние семейные новости — на вас свалился выигрыш в три тысячи долларов. Выигрыш прислал добрый дядя доктор Инго Гривенник в красивом желтом конверте, правда, без обратного адреса. Денежки, впрочем, вы получите, только если закажете у Гривенника немного разной ерунды — баночки, лампочки и подобная чепуха, всего на сумму сорок долларов. Через пару минут к вам стучится сосед с таким же конвертом, а еще через полчаса выясняется, что миллионерами стала вся ваша улица. Супруга подключает резервные каналы вещания, и вот вы уже топаете на почту с оформленным заказом. Дальше просто — чтобы получить заказ, вам его надо предварительно оплатить. Тут возможны вариации — либо в ящике, который вам вручат на почте, вы и вправду обнаружите некую ерунду, которая очевидно не стоит тех денег, которые вы уже заплатили, либо, Что более вероятно, вы обнаружите там пару кирпичей или одну дохлую кошку. Наверняка можно сказать только одно: денег вы не получите, а возмущаться в адрес безымянного почтового ящика 45 можно долго и упорно — ящик стерпит все, у него работа такая.

Ситуация 2. В разных газетах, в том числе и центральных, вы начинаете постоянно натыкаться на некое объявление, где по бросовым ценам предлагаются разные полезные в хозяйстве штучки–дрючки: микровейвы, телевизоры, холодильники и т. п. Указываются телефоны, что сразу внушает некоторое доверие. Денежки просят переводить на счет фирмы в Питере. Вы звоните по указанным телефонам и строго интересуетесь, куда вы попали. Вам вежливо отвечают, что, мол, попали вы в самую точку — в ту самую фирму. Поверив окончательно, вы перечисляете денежки. Прождав обещанное время, вы начинаете нервно наяривать по телефонам. Там вам невежливо отвечают, что вы попадаете в квартиру, где живет много злых и сильных дядей, которые рано или поздно вас вычислят и оторвут вам разные и, видимо, ненужные вам причиндалы, если вы и дальше будете хулиганить. Выясняется, что телефончики в объявлении были даны квартир, арендованных на пару месяцев фирмой, про которую только и известно, что номер абонентного ящика. Денежки со счета, естественно, давно сняты и обналичены. Милиционер, к которому вы обращаетесь за содействием, проводит несложный эксперимент, постучав по своему столу и по вашей голове. Обнаружив идентичность звуков, он посылает вас к психиатру. Туда вам и дорога!

АКАДЕМИЯ ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Женщина — животное двоякодышащее, хотя и прямоходящее. Но, в отличие от африканского чешуйчатника, например, женщина использует свое второе дыхание на всю катушку, а не только когда особенно приспичит подышать. Женщины не роют себе норки на зиму, как, например, выхухоли и прочие морские свинки, а предпочитают подождать, пока глину не расковыряет какой–нибудь не в меру активный бурундук. После того как дело сделано, бурундуки обычно собираются в условленных местах и в особенных компаниях, которые они называют чисто мужскими, где долгими зимними вечерами ищут блох друг у друга или почесываются в одиночку. За этим делом их и застают двоякодышащие прямоходящие, случайно заглянувшие на огонек. Поскольку в чисто мужских компаниях инстинкт самосохранения значительно притуплен специальными жидкостями, например для снятия лака, разработанными в секретных подземных лабораториях для борьбы с вредителями, женщинам даже не приходится особенно напрягать свое особенное второе дыхание. Мужчины брякаются в голодные обмороки ввиду несовершенства некоего зоба, в котором прекращается дыхательный процесс при виде особей противоположного пола. Слегка покопавшись в кучке несчастных, женщины уверенно волокут бессмысленно отбрыкивающихся граждан в приглянувшиеся норы с видом на залив и узаконивают аннексию штампом в паспорте. Справедливости ради следует отметить, что мужчины впоследствии описывают этот процесс несколько иначе, используя не детерминированные в науке определения типа «желанная», «обворожительная» или «пупсик», что, впрочем, нисколько не меняет сути происходящего.

Однако в семье не без урода. И в благородном, незапятнанном мужском коллективе изредка обнаруживаются гнусные мутанты, ставящие с ног на голову традиционные, узаконенные всеми видами искусств, человеческие отношения.

Ситуация 1. Прожив строгую, весьма поучительную для потомков жизнь, вы, суровая, неприступная женщина, вдруг обнаруживаете где–то в своих глубинах непонятные сомнения и еще более странные желания. Вы заводите попугая, кота, спаниеля и, поразмыслив немного, приходите к выводу, что для полного комплекта требуется еще кое–что. Это кое–что, как вы теперь вспоминаете, на заре вашей строгой поучительной жизни постоянно болталось где–то неподалеку, издавало непонятные звуки и весьма неприятно пахло. Однако сейчас, к немалому своему удивлению, вы приходите к выводу, что если Это как следует почистить, побрызгать чем–нибудь освежающим и почаще просить помолчать, Оно вполне достойно завершит комплект, начатый вами с попугая. Короче говоря, вы начинаете всерьез подумывать о замужестве. Подходящий субъект находится быстро, поскольку вы вращаетесь в солидных деловых кругах, где раздобыть приличного мужичонку не проблема. И в один прекрасный день он подвозит вас на своей шикарной машине к своей шикарной квартире, а на следующий день вы уже рассылаете приглашения на заключительную часть друзьям и родственникам.

Проходит совсем немного времени, пара недель, и у вашего мужа случаются серьезные финансовые неприятности. Ему срочно требуется солидный кредит для решения пустяковых и, безусловно, временных проблем. Деньги вы находите и, снисходительно потрепав своего пупсика по головке, вручаете их верному супругу. Супруг отбывает в деловую командировку, а через несколько дней вы узнаете массу любопытных подробностей: шикарная квартира оказывается арендованной на месяц, автомобиль взят напрокат у малознакомого приятеля, паспорт, в который недавно добавился еще один штамп, — краденый, а ваши семейные драгоценности, электроника и его же подарки уже отправились искать своего нового владельца. В милиции к вам отнесутся с сочувствием, но честно предупредят, что шансов почти никаких.

Но вы не огорчайтесь — ведь у вас останутся попугай, кот и спаниель. А также второе дыхание. Рискнете еще разок?

АКАДЕМИЯ ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

О пользе воздержания наслышаны все. Всеобщим почетом и уважением окружены загадочные личности, добровольно отказавшиеся от всех известных радостей жизни — спиртного, женщин и азартных игр. И я никогда не осмелюсь поучать этих добровольных мазохистов — столкнуть их с пути истинного не смогут ни мошенники, ни налоговые инспекторы, ни даже инспекторы ГАИ. По каким–то, явно бюрократическим причинам эти граждане еще не причисляются к лику святых, но им и этого не нужно. Им вообще никогда ничего не нужно, а потому речь вовсе не о них. Поговорим о простых смертных — казнокрадах, бабниках, работниках похоронных бюро, спекулянтах и об обычных алкоголиках. Любой здоровый половозрелый мужчина рано или поздно попадает под одну из вышеперечисленных категорий, а значит, это касается всех — ведь святых я уже исключил.

Ситуация 1. Окончательно осточертев своему начальству, вы удостаиваетесь служебной командировки в столицу. Попрощавшись с любимой супругой и с некоторыми из любовниц, вы покидаете город. Поскольку командировочными вас не обделили, прибыв в столицу, вы поселяетесь в приличной гостинице и приступаете к работе. Однако уже на следующий день, ближе к вечеру, вы начинаете испытывать неясное томление, которое к следующему вечеру весьма конкретно обозначивается — самые циничные из женщин краснеют, заметив, как вы на них смотрите.

И вот, как–то вечерком, крепко засев в одном из баров гостеприимной гостиницы, вы обнаруживаете совсем рядом, через столик, парочку достойных экземпляров — две палочки жевательной резинки и немного помады вперемежку с французским нижним бельем. Убедившись, что в глазах у вас не двоится и что вы не спутали женщин с официантом, бессмысленно топчущимся возле эротичной пальмы, вы начинаете яростно кривляться в надежде привлечь внимание мадам. Однако через пару минут за ваш столик подсаживается мускулистый молодой человек весьма устрашающей наружности, с которым вы спать категорически не желаете, о чем и сообщаете ему вслух. Коротко стриженный гражданин терпеливо разъясняет вам, что он обычный сутенер и эти женщины — его частная собственность, которую он, однако, с удовольствием вам одолжит за соответствующую плату, разумеется. Цена вполне приемлемая, и, потолковав некоторое время с сутенером о преимуществах высоких блондинок перед толстенькими брюнетками, вы расплачиваетесь за товар. Сутенер подходит к женщинам, недолго с ними разговаривает и уходит, кивнув вам на прощание.

Финал, я полагаю, уже понятен: когда вы подсядете к милым девушкам и ласково похлопаете одну из них по самому мягкому месту, вас несколько раз очень больно ударит стулом и прочей подвернувшейся мебелью внезапно вернувшийся из туалета «муж». Возможно, вам придется еще оплатить порушенную мебель и некую моральную неустойку, которую затребуют оскорбленные мошенники. Естественно, что «сутенера» к тому времени вы не найдете ни в баре, ни в гостинице, а обратившись в милицию, рискуете схлопотать административное наказание за хулиганские приставания.

Ситуация 2. Наученные горьким опытом, но мучимые прежним томлением, вы самостоятельно знакомитесь с какой–нибудь сострадательной дамой. Заплатив ей за ночь сотню долларов, но промучившись с ней от пережитых волнений всего несколько минут, вы облегченно засыпаете. Просыпаетесь вы от душераздирающих криков гражданки: «Доллары–то фальшивые, граждане! Значит, меня изнасиловали!» Попытки успокоить гражданку ни к чему не приводят — только громче орет и тычет вам в нос непонятную бумажку с портретом Адольфа Гитлера, уверяя, что этим–то вы, злодей, и расплатились. На крики сбегается масса подозрительных личностей, готовых отконвоировать вас в милицию — ведь только вчера на виду всего отеля вас уже заклеймили как сексуального маньяка. Срок за изнасилование светит вам так отчетливо, что вы без колебаний щедро расплачиваетесь со скандалисткой и сматываетесь из гостиницы.

АКАДЕМИЯ ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Рефлексы бывают условные и безусловные. Если вы, разглядев у симпатичной девушки трусики модного цвета, лихорадочно прячете наличные в кепку — это рефлекс безусловный. Это в вас заговорили гены многих поколений неандертальцев и прочих викингов — они тоже не боялись ничего, кроме случайно съехавшей набедренной повязки Верной Подруги, собирающей рядышком несъедобные корешки для ланчен–митов, предназначенных на экспорт в соседнее племя.

А вот если вы увидите в телевизоре точно такую же рассеянную мадам, позабывшую надеть миниюбочку на свои мини–трусики, не исключено, что этот пикантный момент лишь укрепит ваше доверие к фирме, которую так отчаянно Представляет мадемуазель. Потому что это — рефлекс условный, ибо во времена мамонтов амазонки слабо разбирались в электронике и пользовались исключительно боевыми барабанами.

Подобные размышления ничем полезным для мыслителя все равно не заканчиваются — все выводы и так лежат на поверхности. Будь вы самым ловким охотником за динозаврами или даже просто милым бухгалтером — мамонтятину или иную прибыль делили и будут делить ваши Верные Подруги. Не верите? Тем хуже для вас.

Ситуация 1. Предположим, вы недавно спустились с гор с мешком урюка, сели на самолет и прилетели в Питер. Торговать урюком вы будете на рынке, а денежки, согласно неандертальским безусловным рефлексам, прятать в мешок, на котором сидите. Ближе к вечеру, когда уже будет что делить, к вам подойдет симпатичная девушка и вежливо попросит полкило урюка. Вы, не вставая, отвесите симпатяге аж четыреста пятьдесят граммов и запихаете в пакетик, который она будет держать в руках. Но вот незадача — пакетик окажется дырявым и весь урюк уляжется у ее ног. Когда девушка нагнется за заморским овощем, вы вдруг поймете, чего вам еще не хватало в вашей горной стране — ведь у милой девушки нет и, похоже, никогда не было нижнего белья. В такой ситуации в десяти случаях из десяти торговцы урюком встают со своего мешка, и вы не будете исключением. Возможно, в благодарность за помощь, вам будет назначено свидание в вашем гостиничном номере. Однако, вернувшись на насиженное место, вы, к своему изумлению, обнаружите исчезновение любимого мешочка, а повернувшись к девушке, не найдете и ее. Остатки урюка вы меланхолично съедите в гостинице в ожидании девушки своей мечты, которая, впрочем, так мечтой и останется. Светлой.

Ситуация 2. Повстречав на том же рынке земляков, вы рассказываете им о своем несчастье. Земляки сочувствуют и предлагают помочь заработать на джинсах, раз урюк у вас кончился. У вас осталось немного денег, и вы соглашаетесь. Покупка происходит в квартире одного из ваших новых приятелей, куда вы приходите с мешком для штанов и деньгами, которые на этот раз приносите, как все нормальные люди, в бумажнике. Отобрав приглянувшиеся штанишки, вы набиваете ими мешок и расплачиваетесь за покупку. Деньги считают долго, и, пока продавцы занимаются научными действиями, в квартиру заходят две милые мордашки. Мордашки прознали о дешевых штанах и также желают купить себе по паре. Еще через пару минут выясняется, что штаны просто замечательные, но совершенно непонятно, морщат ли они на ягодицах и не жмут ли под мышками. На время выяснения этих важных вопросов вы, как истинный джентльмен, на минутку выходите из комнаты — девушки попались стеснительные и при вас мерять категорически отказываются. Дальше, надеюсь, понятно: вернувшись попрощаться с хорошими друзьями, вы забираете мешок и возвращаетесь на рынок. Торгуете, впрочем, недолго: то тряпье, которое вы с изумление^ достаете из мешка, принимают только в пунктах сбора макулатуры и то на вес. Вернувшись в квартиру земляков, вы застаете там парочку гориллообразных джентльменов непонятной национальности, которые, как тут же выясняется, сдавали квартиру каким–то хмырям, так, кстати, за нее и не заплатившим. На вопрос джентльменов, не желаете ли вы заплатить за земляков, вы честно отвечаете, что и рады бы, да денег нет даже на обратный билет. Вам дают пару подзатыльников и провожают до дверей.

Возвратившись каким–нибудь чудом в родные края, вы откроете для себя истину: наконец–то поймете мудрость предков и Корана, обязавших соплеменниц к ношению паранджи.

АКАДЕМИЯ ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

В наше суровое время, когда выражение «муниципальный транспорт» стало обычным ругательством, а налоговый инспектор, рэкетир и таксист проходят в нашем бюджете по одной графе — «безумные расходы», личный автомобиль становится последним прибежищем униженных и оскорбленных. Однако даже самая распоследняя «лохматка» пока стоит несколько дороже единого проездного билета, хотя и дешевле похорон за государственный счет. Выбирая в этом широком диапазоне цен подходящий самодвижущийся экипаж, постарайтесь избежать членства во Всемирном Обществе Дураков, как бы вам его ни навязывали — членские взносы там не всем по карману, а почет и слава так быстротечны.

Ситуация 1. С тех пор как ваша безумная тетушка в припадке старческого маразма завещала вам любимого кота и некоторую сумму на его содержание, прошло несколько месяцев. Тетушку и кота хоронили вместе, поскольку кот не выдержал тяжелой утраты и не менее тяжелого холодильника, случайно придавившего чувствительное животное. Деньги остались.

Все эти месяцы вы оплакивали достойных представителей позвоночных млекопитающих, а заодно посещали автомобильные толкучки города, в надежде хоть как–то компенсировать утрату и потратить кошачье состояние, составляющее, предположим, восемьсот долларов. Вы уже убедились, что купить за эти деньги можно только не очень породистого ишака или набор автомобильных отмычек, но никак не сам автомобиль. Против ослиной кандидатуры категорически выступают домочадцы, отказывающиеся предоставить в спальне место полезному четвероногому, а красть автомобиль вам очень не хочется, поскольку вы уже где–то слышали, что за это очень больно бьют, а иногда и сажают.

Впрочем, ваше упорство будет вознаграждено — на толкучке вы обязательно встретите человека, который вам поможет. У него найдется знакомый, попавший в затруднительное положение и готовый продать свою «копеечку» в кредит. Половину суммы вы выкладываете сразу, а половину, скажем, через год. Поскольку у вас на подходе еще две–три тетушки, вы с радостью соглашаетесь. Вместе с новыми знакомыми вы отправляетесь в нотариальную контору — и там вам оформляют доверенность на уже ваш автомобиль. Вы платите денежки — восемьсот долларов и получаете машину и ключи. Дома вы торжественно выбрасываете содержимое бара в мусоропровод и напиваетесь кефиром в честь удачной покупки.

Когда утром с полным мусорным ведром вас погонит жена на помойку, вы с огромным изумлением обнаружите на месте вашей машины кусочек асфальта, немного свежей травки, окурков и презервативов — словом, обычный мусорный набор обычного питерского двора. Машины там не будет. Обратившись в милицию, вы с не меньшим изумлением узнаете, что техпаспорт умело сделан на лазерном принтере солидной фирмы «Хьюлет Паккарт», а подобных номеров в ГАИ не зарегистрировано. Возопив к небесам и лейтенантам милиции, вы потребуете кары для граждан, паспорта которых фигурировали в сделке, но и тут вас будет ждать суровое разочарование — таких граждан в городе не будет или, в крайнем случае, они давно скончались от чрезмерного обжорства и алкоголизма. По их неверным стопам пойдете и вы, проклиная свою расточительную доверчивость и умопомрачительную тупость.

Ситуация 2. Дождавшись безвременной кончины всех своих остальных тетушек и отправив вслед за ними всю их не в меру расплодившуюся живность, вы получили в свои чистые руки около десяти тысяч долларов. На эти деньги уже можно помечтать о достойном четырехколесном друге, и вы отправляетесь на тот же толчок за конкретным воплощением своей давней мечты. На этот раз вы брезгливо сторонитесь дешевых «лохматок» и их не менее дешевых продавцов и прицениваетесь к наглядным пособиям американского образа жизни в виде гордых «линкольнов» и «шевроле». Впрочем, побеседовав с их владельцами о преимуществах печеных фазанов перед омарами по–ньюбургски, вы, вскользь осведомившись о цене предлагаемых машин, с грустью осознаете, что даже единовременная смерть всех ваших родственников не решит эту проблему. Однако проблему решают молодые люди, пронюхавшие о толщине вашего кошелька и глобальности запросов. Вам будет предложена очень приличная машина за очень скромную цену — как раз на ту сумму, которой вы располагаете. На это раз вы очень придирчиво проверите документы молодых людей и попробуете на зуб техпаспорт и ключи от машины. Сделка будет происходить в одном из павильонов авторынка, а на павильоне будет гордо красоваться вывеска «Регистрация покупки–продажи автомобилей». В тот момент, когда на документах будет проставлена последняя печать, а вы отмусолите последнюю долларовую бумажку продавцу, в павильон войдут несколько мускулистых граждан неприятной наружности, которые больно ударят вас по голове и заберут деньги, ключи и документы. Приведут вас в чувство молодые люди, продававшие машину. Возможно, они довезут вас до ближайшей станции метро. На большее не рассчитывайте — ведь ваш кошелек снова пуст.

АКАДЕМИЯ ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Посмотрим правде в глаза: наш еще недавно такой простой и понятный мир, заполонили потенциальные клиенты психоаналитиков и просто нерегистрированные психопаты. Это для них придуманы патентованные пилюли от кашля, вызывающие немедленный запор, и капли от запора, вызывающие скоропостижный кашель. Это их лечат в один заход от «табакизма», алкоголизма и коммунизма, предусмотрительно исключив из программы лечения кретинизм. Это для них ежедневно вещает Великий Космос простуженными голосами переучившихся мошенников, неистово убеждая аудиторию в немедленном и безоговорочном конце света, денег и совести, но тут же предлагая очередную программу телепередач на несколько поколений вперед. Даже когда мы все хором запоем «хари–хари–кругом–хари», оскопим свои подозрительно торчащие органы и скупим все билеты «Лотто–Миллион», они не отстанут. Им станет скучно просто забирать у нас грязные и мятые бумажки, и тогда они потребуют невозможного — большой и чистой любви к себе, Лёне Голубкову и правительству в целом. Они захотят, чтобы мы им поверили! А недоверчивых попросят удалиться. Ах, вы остаетесь? Тогда читайте дальше.

Ситуация 1. Вы умеете считать деньги, а потому, одолжив в хорошем банке с помощью двух приятелей — Калашникова и Макарова — беспроцентную ссуду, закупили вагон женских сапог. С помощью тех же приятелей вы обуваете на всю оставшуюся жизнь Марину Сергеевну, супругу Лёни и самого Лёню, заработав вагон денег. Поскольку в вагоне жить не очень удобно, вы решаетесь на междугородний обмен — вагон денег на квартиру той же площади, но не на первом этаже. Подыскав по объявлениям подходящий вариант, вы назначаете встречу. Из всех возможных вариантов вы выбираете самого нежадного клиента — он оставляет вам вагон, а забирает только деньги. Правда, клиент на редкость торопливый — он категорически не может дождаться понедельника и требует оформления документов в субботу или воскресенье. Государственные нотариальные конторы, естественно, в эти дни не работают, но он знает несколько частных, которые вас обслужат.

В одной из них строгий нотариус будет долго проверять документы на квартиру и паспорта участников, особенно ваш. Наконец сделка закрепляется перестуком множества печатей и шорохом наличности, а вам вручаются ключи от собственной квартиры. Движимые исключительно любопытством, вы ' в тот же день посещаете эту квартиру.. Далее возможны варианты: квартира в самом деле существует, но вы к ней никакого отношения не имеете; по указанному адресу располагается районное кладбище, где все места расписаны на двести лет вперед; вам была продана квартира городского Головы, и Анатолий Александрович лично дает вам пинка. Других вариантов не будет. Вернувшись в нотариальную контору, вы застанете печальную бабулю, которая расскажет вам, как она сдавала целый месяц свою квартиру под офис очень порядочным гражданам, но вот именно сегодня они с ней попрощались и даже плакали от огорчения. Вы также всплакнете, но если ваш плач окажется слишком настойчив, на шум в квартиру заглянут внучатые племянники бабули, после общения с которыми вы научитесь плакать беззвучно, пуская скупые мужские слезы в своем опустошенном вагоне без удобств, да еще на первом этаже.

Ситуация 2. К вам в вагон постучатся знакомые контрабандисты, которым надоело таскать героин чемоданами, и закупят ваш вагон по очень рыночной цене. Полученные денежки вы сложите в мешок и отправитесь в надежную нотариальную контору покупать квартиру. Продавца вы найдете по объявлению в местной газете. Квартиру и документы на нее вы обследуете с максимальной тщательностью, но изъянов не найдете. Сделку оформите согласно всем возможным законам и инструкциям и даже честно оплатите налог со всей суммы, насмешив нотариальных крючкотворов и став героем телевизионной передачи «Инопланетяне среди нас».

Проживете вы в этой квартире от силы месяц, а потом на ваш новый адрес придет повестка из районного суда, явившись в который, вы узнаете, что сделка признана недействительной, поскольку продавец имеет справочку, что он еще больший ненормальный, чем вы, а потому не отвечает за свои ненормальные поступки. Отвечать будете вы, поскольку из квартиры вас выселят в принудительном порядке, а денежки вы будете получать всю оставшуюся жизнь — процентов двадцать ежемесячно от его пособия по ненормальности, поскольку ваши денежки он уже успеет потерять или вложить в какой–нибудь «Амммарис».

АКАДЕМИЯ ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Человек человеку друг, мошенник или волк — в зависимости от обстоятельств. Что касается друзей, то сейчас я эту важную проблему затрагивать не собираюсь, поскольку это вопрос личный и сугубо бескорыстный. А вот два последних состояния граждан весьма любопытны как с точки зрения социального дарвиниста, так и налогового инспектора, поскольку заработки этой публики вызывают черную зависть у обоих специалистов. Впрочем, наука, уголовный кодекс и даже Мировой Космос бессильны против человеческой жадности, помноженной на нечеловеческую глупость. Волки и овцы во все времена отличались своеобразными отношениями, но наше время вывело их отношения на новую ступень — нынешние овцы в глубокой задумчивости и как бы невзначай вместо положенной им по природе травки начинают пощипывать нежную шерстку соседей, а волки так же задумчиво, но достаточно ловко оттяпывают лишние конечности у зазевавшихся приятелей. Возможно, коммунисты правы, и светлое будущее все–таки настанет, но, боюсь, перемена будет одна — колченогие волки будут спасаться от наседающих ощипанных овец, и это им будет плохо удаваться. Тогда их просто переименуют, и все опять пойдет своим чередом.

Ситуация 1 (волки). Вы в прекрасном настроении прогуливаетесь по вонючему вокзалу в ожидании поезда. Веселые пташки, разные букашки, а также тараканы, навозные мухи и носильщики так и шмыгают вокруг вас с радостным чириканьем, жужжанием и матюгами. Движимые исключительно любопытством, вы добираетесь до небольшой толпы, откуда матюги и чириканье доносятся чаще обычного, и останавливаетесь послушать. Забегая вперед, рискну сообщить, что это и будет ваша единственная и непоправимая ошибка — дальнейшие события от вас и ваших желаний совершенно не зависят.

Ласковый дядечка с плечами Атланта и головой бройлерного цыпленка крепко обнимет вас за талию и убедительно попросит угадать, под каким стаканом он спрятал шарик. На ваше справедливое замечание, что, дескать, вам это совершенно неинтересно, он вежливо, но твердо будет повторять просьбу до тех пор, пока вы не поймете, что это приказ. Поскольку кричать «Караул!» вам неловко, а просьба не очень обременительна, вы указываете бройлеру на любой стакан и вырвавшись из его цепких, далеко не цыплячьих лап, пытаетесь смыться. Но тут происходит совершенно удивительное событие — вы, доселе выигрывавший только поездку в колхоз в далекие застойные времена, по словам недожаренного цыпленка, угадываете стакан с шариком, и вам шумно вручается выигрыш — тысяч тридцать. Деньги вам насильно запихивают в карман, и стоящий неподалеку полисмен, ехидно усмехнувшись, отправляется восвояси — у него внезапно появляются дела на другом конце вокзала. Впрочем, трудно звать на помощь в ситуации, когда деньги не отнимают, а наоборот — запихивают в карманы жертвы. А то, что вы жертва, вы инстинктивно понимаете. Уйти вы уже не можете — вам несколько раз говорят, как это нехорошо, уходить с выигрышем, и для убедительности рассказывают, что бывает с такими негодяями. Играть вам совершенно не хочется, впрочем, вам этого делать и не приходится — это делают за вас. Объявляется следующий кон, и ваш новый приятель, по–хозяйски вытащив недавно засунутые деньги из вашего кармана, делает ставку. Весь цыплячий выводок также делает ставки, даже не очень скрывая свою подставную сущность. Один из бройлеров заявляет, что ваше честное лицо ему страшно понравилось и он будет играть с вами в паре. Вы указываете на стакан в тщетной надежде проиграть и быстро удалиться — но не тут–то было. Вы опять выигрываете, но вот закавыка — один из игроков объявляет, что также указал на этот стакан. Дальше побеждает тот, кто поставит больше денег, и ваш напарник ставит тысяч пятьдесят, настоятельно рекомендуя вам сделать то же самое.

Самое разумное в этой ситуации — съездить ближайшей птичке по зубам и быстро–быстро удалиться с криком «Грабят!». Даже если они побегут за вами с теми же искренними криками, до ближайшего пикета милиции они, поверьте, не добегут — их там слишком хорошо знают. Самое глупое в такой ситуации — достать деньги в надежде откупиться полтинником. Ставки будут подниматься бесконечно, а когда вы признаетесь, что денег у вас больше нет, вас в буквальном смысле попытаются раздеть.

Эти волки в цыплячьей шкуре орудуют, как правило, в самых людных местах нашего города, но я еще ни разу не видел, чтобы кто–нибудь вступился за несчастного — лишь суровое осуждение прочитаете вы в быстро отвернувшихся лицах посторонних граждан, толкающихся рядом — дескать, нечего с жуликами играть, сам дурак. То же самое вы услышите и в милиции, если до нее доберетесь. А в то, что играли вовсе не вы, не поверит даже ваша жена, если, конечно, вы ей об этом расскажете.

АКАДЕМИЯ ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Наш многоуважаемый мэр явно полагает, что не будь уголовного розыска, не было бы и бандитов. Некоторые горожане думают, что не будь в нашем городе мэрии, не было бы и взяточников. Эти любопытные соображения можно достойно развить и продолжить: доктора разносят заразу, пожарники втихаря поджигают город, мужчины рожают детей, а потом все сваливают на женщин, вегетарианцы, такие тихие днем, ночами шастают по городу, гоняясь за бродячими собаками и одинокими прохожими, и т. д. и т. п. Возможно, все это так — не будем спорить. Но в этом бульоне противоположностей имеется один ингредиент, не подлежащий обсуждению — гренки из дураков и большие ложки из мошенников. Мошенники любят дураков искренней сыновьей любовью — ведь это дураки их породили. Но также можно смело заявить, что каждый мошенник ежедневно порождает на свет парочку дураков. Это явление по–научному называется симбиоз, и в этом самом симбиозе рады каждому новому члену — дуракам не так обидно, а мошенникам и подавно веселей. Изготовление достойного дурака требует немалого труда и большой ответственности, но любой порядочный мошенник понимает, что усидчивость и старание безусловно окупится заслуженной, хоть и анонимной славой и скромными материальными благами, достойными затраченного труда.

Вот небольшой пример того, как из обыкновенного ларечника можно изготовить грандиозного дурака, достойного бюста на родине всех дураков и памятной доски на месте действия.

Ситуация 1. Вы сидите в ларьке и вполголоса проклинаете свою горькую долюшку, жадного хозяина и бестолковых покупателей, не желающих скупать оптом всю дрянь, которой завалено ваше рабочее место, освободив вас хоть на день от этой тяжелой повинности. Из своей амбразуры вы видите мальчугана, обходящего по очереди все соседние ларьки. Мальчик явно что–то предлагает на продажу, но его неласково гонят прочь. Наконец он добирается до вас, и вы весело смеетесь, разглядев в его руках еще большую дрянь, чем в вашем ларьке — какие–то радиодетальки непонятного предназначения в количестве десять штук. Вам он их предлагает купить по сто рублей за штуку. В благородном порыве вы дарите ему шоколадку и также гоните прочь. Мальчик шоколадку съедает, но не уходит, умоляя вас хотя бы поставить детальки на витрину до вечера — вдруг купят. Скуки ради вы соглашаетесь, и мальчик уходит. Ближе к вечеру на горизонте появляется солидный гражданин, внимательно разглядывающий все витрины. Минут через двадцать он добирается до вашего ларька и меняется в лице, углядев детальки. Вы смекаете, что к чему, и объявляете свою цену — пять сотен за штуку. К вашему удивлению, дядя покупает их все не торгуясь и выкладывает на прилавок еще тысяч триста, требуя все остальные, что у вас есть. Вы огорченно сообщаете, что больше нет. Дядя уходит, но вы успеваете крикнуть ему вслед, что к вечеру подвезут еще. Он возвращается и заказывает пять тысяч штук.

Поздним вечером, так и не дождавшись Нальчика, вы сворачиваете торговлю. Солидный дядька ждал товара вместе с вами, объясняя, что уезжает сегодня ночью. Вы молча злитесь на мальчугана — мимо проплывает солидный барыш. Дядя оставляет свои координаты в местной гостинице и соглашается перенести отъезд на завтра, но уже откровенно намекает на неустойку в случае отсутствия обещанного товара.

На следующий день вы уже с утра вглядываетесь во всех мальчиков, с нетерпением ожидая клиента. Дядя посещает вас каждые два часа, поливая вас отборными матюгами за нерасторопность. Наконец ближе к вечеру появляется мальчик. Вы затаскиваете его в ларек, отдаете заработанную им тысячу и Требуете еще этих чертовых деталек. Мальчик, почуяв вашу заинтересованность, нагло поднимает отпускную цену. Вы торгуетесь до тех пор, пока на горизонте не появляется вчерашний купец. Тут вы немедленно соглашаетесь с поднятой вдвое ценой и выгоняете мальчика взашей с наказом поспешить. Купец рассаживается в вашем ларьке, и только через пару часов вам удается его вытурить, назначив последнюю встречу поздним вечером. Злобно матерясь, купец уходит.

Появляется мальчик с мешком деталей и парочкой здоровенных лбов, представленных вам как его родные братья. Братья требуют денег вперед, ни в какую не соглашаясь на отсрочку до завтра. Вы достаете свои деньги, занимаете недостающую до миллиона сумму у соседей и забираете товар. Начиная с этого момента скучать вам уже не придется — дядю вы, естественно, не увидите больше никогда, а детальки из жалости купят у вас знакомые радиомеханики по рублю за штуку. Остальные денежки в сумме девятьсот девяносто пять тысяч будут платой за удовольствие — а оно того стоит.

АКАДЕМИЯ ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Существует несколько расхожих заблуждений, вколоченных в наши, еще ничем не запятнанные, неандертальские души и уцелевших поныне с помощью Библии, Морального Кодекса Строителя Коммунизма и Уголовного кодекса. Самое главное, а потому и самое неверное заблуждение гласит: лучше быть честным и голодным, чем всю жизнь страдать от нехороших излишеств и ночных кошмаров. Но мукам совести подвержены лишь те, у кого она имеется в достатке, а достаток по нашим временам понятие такое же абстрактное, как и мораль. Возможно, честность и вправду норма жизни, но тогда мы должны признать, что давно уже не живем, а только прикидываемся друг перед другом. Момент, когда мы все скоропостижно скончались, еще будет исследован историками, философами и страховыми агентами, но сейчас это совершенно неважно. Гораздо актуальней будет внимательней смотреть по сторонам, не забывая заглянуть под ноги, и не спотыкаться хотя бы на мелких мошенниках, разгуливая в желудке у главного проходимца — государства.

Самый простой и верный способ ограбить ближнего своего — сообщить об этом в газетном объявлении. Важно только указать, что ограбление будет совершаться совершенно бесплатно, исключительно из любви к искусству — и успех гарантирован.

Ситуация 1. Прогулявшись к кассе родного предприятия за получкой, вы в который раз встаете перед выбором: купить одну бутылку водки и полкило колбасы или занять деньжат у коллеги и купить наконец две бутылки — гулять так гулять. Однако на этот раз вы делаете ход конем и вместо колбасы покупаете несколько рекламных газет, которыми и закусываете.

Спотыкаетесь вы на некоем объявлении о найме на работу. Сосчитав нули в предполагаемой зарплате, вы немедленно бросаетесь к телефону. Вежливая девочка привычно расскажет вам, что обучение новой работе будет совершенно бесплатным, а трудоустроят вас в филиале этой же фирмы.