Последнее обещание

– Домой. Я заберу Алессио и вернусь в Америку.

Маурицио холодно посмотрел на нее:

– Нет, моего сына ты в Америку не заберешь.

– Заберу!

– Я не позволю. А без моего согласия ты не можешь этого сделать. Тебе придется доказывать суду, что в Америке ты можешь предоставить нашему сыну лучшие условия, чем здесь. Вряд ли у тебя это получится. У тебя нет профессии, нет денег, нет страховки. Как ты будешь платить за лечение Алессио? Приди в себя, Элиана. Ни один итальянский судья не позволит тебе его забрать.

Элиана возмущенно смотрела на Маурицио, не произнося ни слова.

– Ты и сама понимаешь, что я прав. Поступай как знаешь. Хочешь – разводись, живи в Италии одна, ищи работу, а за Алессио будут присматривать чужие люди. Хочешь – уезжай одна в Америку. А можешь остаться со мной, жить в прекрасном доме и воспитывать сына. Других вариантов нет.

У Элианы перехватило дыхание. Он победил, и они оба это понимали.

– Все не так уж ужасно, Элиана, – сочувственно улыбнулся он. – Я веду себя так, как ведут себя все мужчины. Дело только в том, как ты к этому относишься. Ну, будь умницей, иди сюда.

Первая экскурсия Росса продолжалась почти два часа. Франческа ходила вместе с ним, а потом они пошли выпить кофе. Ей экскурсия понравилась. И прежде всего ее приятно удивила не только эрудированность Росса, но и его умение наладить контакт с группой. За двенадцать лет работы в музее она поняла одну простую вещь: большинство туристов смотрят прежде всего не на произведения искусства, а на экскурсовода.

У Франчески все было прекрасно организовано. Она договорилась с несколькими крупными гостиницами города, и заказов у нее было больше, чем у ее коллег. Она тут же назначила Россу экскурсию на следующее утро.

Расставшись с Франческой, Росс отправился по делам. Он прожил в гостиницах полгода и решил наконец снять для себя жилье. Он давно уже приметил агентство неподалеку от вокзала и направился прямиком туда.

В небольшом кабинете стояло два стола. За одним сидел молодой человек и курил.

Увидев Росса, молодой человек сказал:

– Добрый вечер! Чем могу вам помочь? – По-английски он говорил свободно.

– Я ищу квартиру.

– Прошу вас, садитесь. Вы хотите жить в самой Флоренции?

– Лучше за городом, например, в Кьянти.

– Что ж, можно сказать, что вам повезло. Как раз сейчас есть несколько свободных квартир в Кьянти. – Он взял со стола черную папку. – Сколько вам нужно комнат?

– Я буду жить один. Хотелось бы что-нибудь с камином и хорошим видом, где-нибудь рядом с виноградниками.

– В Кьянти все рядом с виноградниками. – Молодой человек встал. – Меня зовут Луиджи Томасси.

– А меня – Росс. Вы отлично говорите по-английски.

– Спасибо. Я проучился три семестра в Сан-Диего. А вы говорите по-итальянски?

– Немного, – скромно сказал Росс. По-итальянски он говорил не хуже, чем Луиджи по-английски.

– На какой срок вам нужна квартира?

– Я собираюсь здесь жить постоянно, но пока что меня устроит контракт на год.

– Хорошо. Если хотите, можем кое-что посмотреть прямо сейчас.

Сначала они заехали в Чоккио, местечко в получасе езды от Флоренции. Россу предложили крестьянский дом прошлого века, но он стоял слишком на отшибе, и это Россу не понравилось. Он искал уединения, но не полного одиночества.

– Посмотрим еще что-нибудь, – решил он.

И они отправились в городок под названием Грассина. Квартирка была новая и чистая, а Россу хотелось атмосферы старого итальянского дома.

Они поехали на виллу неподалеку от Импрунеты. Найти ее оказалось нелегко. Луиджи несколько раз сворачивал не туда, но наконец они выехали к оливковой роще и увидели самодельный указатель “ВИЛЛА РЕНДОЛА, 1000 м”.

– Это то, что нам надо, – сказал Луиджи.

Они въехали на пригорок, откуда открывался вид на виллу. Росс влюбился в это место с первого взгляда. Кипарисовая аллея вела к великолепному дому за желтой каменной оградой. На холме напротив виллы возвышался замок.

– Виллу разделили на три помещения, – сказал он. – Хозяева сдают однокомнатную квартиру с мебелью.

Вокруг росли могучие ливанские кедры, дубы, кипарисы, и у самого дома – огромный каштан. Росс открыл тяжелую деревянную калитку, за которой начинался мощеный двор. Справа была дверь в часовню при вилле, посреди двора стоял каменный колодец, а вокруг него – горшки с геранью.

– Сколько же этой вилле лет? – спросил Росс.

– Ее построили более пятисот лет назад. Хозяйка сказала мне по телефону, что когда-то она была загородным домом Макиавелли.

– Того самого?

– Ну да. Если вас это интересует, я расспрошу ее поподробнее.

– Да, – кивнул Росс. – Меня это очень интересует.

Какая-то женщина поливала во дворе герань. Увидев их, она громко крикнула:

– Добро пожаловать, синьоры!

Это была Анна Феррини, совладелица виллы и управляющая. Она была небольшого роста, полная, рыжеволосая, лет на десять старше Росса.

– Синьора, а здесь действительно жил Макиавелли? – спросил Луиджи.

– Да.

Сведения, которые она сообщила про историю виллы, совпадали с теми, что знал о Макиавелли Росс. Когда Макиавелли впал в немилость, Медичи сослали его в этот дом, подальше от политической жизни. Здесь, в той самой части виллы, которую собирался снять Росс, Макиавелли писал труды, которые и сделали его знаменитым. На этой вилле он и умер.

Анна рассказывала о знаменитом жильце как о чем-то само собой разумеющемся, но Россу это показалось необычайно важным. Он увидел в этом предзнаменование. Ведь он тоже находился в своего рода ссылке.

Вилла принадлежала семье Феррини уже много веков, но сдавать ее они начали только три года назад.

– Давайте пройдем в дом, – радушно пригласила их Анна. – Здесь слишком жарко.

Она провела гостей в кухню. Там стояли газовая плита, печь и раковина, словно вырубленная из камня. Холодильник был маленький, круглый – такие стояли в американских кухнях в пятидесятые годы.

Узкий коридор вел в спальню. Это была небольшая комната с выложенным розовой плиткой полом. Здесь стоял старинный шкаф и широкая кровать с витой железной спинкой. Росс подошел к окну, раздвинул шторы, распахнул ставни. Его взору предстали холмы с виноградниками и оливковыми рощами.

– Ну что, нравится? – тронул его за рукав Луиджи.

Росс кивнул.

– А сколько они за это просят?

– Три миллиона лир в месяц, но не меньше, чем на полгода.

– Проблема только одна – как сюда добираться.

– Да, место уединенное. Я бы посоветовал купить мотороллер. Правда, синьора Феррини говорит, отсюда каждый час ходит автобус до Флоренции. Она еще хочет показать нам бассейн.

Луиджи с Анной вышли во двор, а Росс задержался на кухне. У него было такое ощущение, будто он бывал в этом доме тысячи раз. Именно в такое место он и мечтал убежать от прошлой жизни. Он и не смел надеяться, что так быстро найдет его. Если вообще когда-нибудь найдет. А теперь ему казалось, что он дома. Росс последний раз оглядел кухню и вышел к Луиджи и Анне.

Анна провела их по узенькой дорожке к бассейну.

– Если купите машину или мотороллер, ставить можете здесь, – сказал Луиджи, показав на посыпанную гравием площадку. Там же стояла увитая виноградом беседка.

Бассейн оказался довольно большим, лазурная вода поблескивала на солнце. Рядом стояли детские качели.

У дальнего бортика Росс увидел молодую женщину в бежевом сарафане. Стройная, длинноногая, с тонкой талией и высокой грудью. Длинные волосы перекинуты через плечо. Она лежала на боку рядом с маленьким мальчиком и читала книгу. А мальчик лежал на животе и увлеченно играл в солдатиков.

И тут она подняла голову, и Росс не мог скрыть восхищения. Она была не просто красавицей – у нее оказались удивительные глаза – карие, газельи, как у Венеры Боттичелли.

– Привет, Элиана!

– Привет, Анна! – откликнулась женщина.

Анна прошептала что-то Луиджи, который тут же передал это Россу:

– Она говорит, что это будет единственная кроме нее ваша соседка по вилле. У нее один ребенок, мальчик тихий.

Анна продолжила свой рассказ, показывая куда-то вдаль. Луиджи переводил, хоть в этом и не было необходимости.

– Это ферма. Семейство Феррини славится своим оливковым маслом. И еще здесь делают вино. Высшего качества. Она говорит, если вы решите здесь жить, вас пригласят участвовать в сборе винограда. Когда он заканчивается, устраивают большой праздник.

– Замечательно, – рассеянно бросил Росс. Он никак не мог отвести глаз от женщины у бассейна.

– Ну, что скажете? – спросил Луиджи.

– Вы про что?

– Про квартиру, – усмехнулся Луиджи.

– О, она мне подходит. Когда можно заключить контракт?

– Значит, вы решили?

– Да.

– И когда вы хотите переехать?

– Да хоть завтра, – сказал Росс.

– Неужели вы успеете все перевезти?

– У меня немного вещей.

Луиджи переговорил с Анной и сообщил, что завтра подходит, это даже удобно, потому что Анна скоро собирается ехать отдыхать.

Идя к машине, Росс оглянулся посмотреть на женщину у бассейна. Она подняла голову, и на миг их глаза встретились. Он почувствовал, что его неудержимо влечет к ней.

Анна вышла на подъездную дорожку и посмотрела вслед удалявшейся машине. Затем она вернулась к бассейну и села в шезлонг рядом с Элианой.

Элиана уже три года пыталась научить Анну английскому, но Анне чужой язык был ни к чему, и они разговаривали только по-итальянски.

– У нас новый жилец, – сообщила Анна. – Он переезжает завтра.

– Очень хорошо. – Элиана повернулась к Алессио. – Можешь искупаться, дорогой.

Алессио сел на бортик, не решаясь залезть в воду.

– Нужно повесить в его комнату картины, – сказала Анна, наблюдая за Алессио. – Бывшие жильцы купили все, что ты им повесила. Я приготовила тебе деньги.

– Здорово!

– Ты хорошая художница, Элиана. Лучше, чем ты думаешь. Твои картины стоят дороже.

– Ты же знаешь, я пишу не ради денег. – Она перевернулась на спину. – У меня есть несколько пейзажей как раз для квартиры.

– Он американец, – сказала Анна.

– Кто?

– Новый жилец, – сказала Анна возбужденно. – К тому же одинокий.

Элиана усмехнулась. Анна говорила с ней так, будто она не замужняя женщина. Странно было слышать такие слова от собственной золовки.

– Красавчик, правда? – настаивала Анна.

– Я его не разглядела.

– Можешь поверить мне на слово. Красавец мужчина.