Помоги проекту - поделись книгой:
Проводив Шкиперца, Георгий подумал, что Гептарх не зря порекомендовал ему всерьез заняться собственной защитой на экстрасенсорном уровне и тянуть с этим не следует. Интуиция подсказывала ему, что подобные умения ему могут понадобиться в самое ближайшее время, а поскольку раньше она его не подводила, и Георгий привык ей доверять, он незамедлительно направился к своему дежурному секретарю. Войдя, он попросил секретаря дозвониться до Центра правовой и психологической помощи и соединить его непосредственно с директором.
Когда телефон зазвонил, Георгий снял трубку, представился и попросил во второй половине дня навестить его в Кремле для взаимно интересного разговора, пояснив, что сам приехать в Центр не может во избежание ненужных пересудов. Виноградский согласился, пообещав быть через полтора часа.
Виктор Михайлович появился даже несколько раньше. Георгий пригласил его за маленький столик, угостил кофе и приступил к разговору.
— У меня есть для Вас предложение, подкупающее своей новизной, — пошутил для затравки Георгий и сразу перешел к делу. — Вы не думали о расширении своего Центра до нормального института?
— Думал, конечно, и не раз. Но не вписывается он ни в одно из ведомств.
— А и не надо пытаться. Сделаем вневедомственный институт. Я тут прикинул, пока Вас ждал, — новый институт сможет результативно работать в интересах, по крайней мере, пяти ведомств. С МВД Вы и сейчас работаете достаточно плотно, но только на уровне отдельных представителей низовых инстанций, а ведь можно все это делать вполне официально, и с санкции руководства. В министерстве Безопасности подобный отдел был всегда, подозреваю, что он и сейчас имеется. Можете объединить усилия и наработки. Только цели теперь будут другие. Не столько изучение, сколько развитие и использование. Медикам, вообще, уже давно следовало взять на вооружение не только уникальные диагностические способности Ваших подопечных, но и их методы лечения. Вам, как доктору медицинских наук, объяснять это не требуется. Лучше меня все понимаете.
— Пойдем дальше. МЧС. Им сам бог велел прислушиваться к прогнозам людей, имеющих провидческие способности. Если заблаговременно подготовиться к чрезвычайной ситуации, она превращается в рабочую. Ну и последнее, министерство Обороны. В данном случае использование будет значительно уже, только для специальных групп, но может повысить эффективность их операций даже не в разы, а, по меньшей мере, на порядок.
— Думаю, что Вы можете, кроме перечисленных, назвать еще целый ряд направлений. Согласны?
— Не просто согласен, а побегу впереди паровоза! Необходимость в подобном институте давно назрела. Сколько можно стыдливо закрывать глаза на реальные возможности некоторых людей обладающих особыми способностями и при этом доверять гороскопам, дающим совпадения ровно в пятидесяти случаях из ста. То есть абсолютно бесполезным.
— Ну, тогда подъезжайте послезавтра с утра (завтра меня в Москве не будет) и вместе пойдем к Цыгу. Он по субботам до обеда почти всегда на месте. Я переговорю с ним, предварительно, чтобы он пригласил заинтересованных министров, а Вы приготовьте конкретные предложения. Теперь, когда с первым вопросом закончили, я хочу посоветоваться с Вами по личному вопросу.
— Как с психиатром, психологом или директором Центра? Давайте я попробую ответить сам. Первый случай самый маловероятный. Два обращения за полгода, это уже тенденция, однако. Но впечатления моего клиента Вы явно не производите. Психология — возможно, но психолог Вы и сам неплохой. Скорее третье, угадал?
— Не совсем. В области психологии я знаком только с азами, а, в данном случае нужны специальные методики, которые в учебниках отсутствуют. Но основное, это конечно, третье. Вы, наверно, лучше всех разбираетесь в специфическом контингенте, понимаете, с кем можно связаться в тех или иных обстоятельствах, а с кем, наоборот, крайне нежелательно. Суть проблемы в том, что мне нужна ментальная защита высокого уровня. Кое в чем Вы вполне можете помочь мне самостоятельно, а для остального подберите пару умельцев-инструкторов. Некромантия, способности поисковика и провидца меня не интересуют. Нужно поставить рефлекторную ментальную защиту и обучить нескольким специфическим приемам силового воздействия. Реально это?
— Абсолютно реально. Послезавтра можем и заняться. Но нужно будет предварительно заехать к нам в центр. Есть кое-какая аппаратура, на которой я хочу посмотреть Ваши синапсы перед началом работы. К гипнозу Вы восприимчивы?
— К сожалению, да. Это тоже надо будет исправлять.
— Наоборот. Это позволит Вам использовать значительно более широкий спектр воздействий и увеличит возможности. А интуитивно блокировать любое нежелательное гипнотическое воздействие очень легко. Я Вас научу.
По субботам Центр обычно закрыт и лишних свидетелей не будет. Так что можем поехать туда сразу после окончания нашего совещания. Устраивает Вас такой вариант?
— На все сто.
Третья глава. Здравствуй, Север
Военный борт затратил на перелет от Москвы до Североморска-3 меньше двух часов. Георгий напрасно волновался, что его демисезонная куртка и ботинки на тонкой подошве, мягко говоря, не соответствовали метеорологическим условиям места назначения. Шкиперец позаботился о соответствующей экипировке своего неподготовленного спутника. В салоне Георгия ожидал полный комплект: черная «канадка», меховые летные унты, флотская офицерская ушанка и теплые рукавицы. Быстро примерив пришедшуюся впору экипировку, Григорий отложил ее в сторону — в салоне было слишком тепло для такого облачения. Переодеться можно было непосредственно перед тем, как самолет пойдет на посадку.
Шкиперец сообщил, что эскадра, еще вчера днем легшая на новый курс, уже сегодня вечером будет в Персидском заливе. Ее командующий, держащий свой вымпел на тяжелом авианесущем крейсере Адмирал флота Советского Союза Кузнецов, уже связался с командующими ВМФ и ВВС Ирана и согласовал с ними все процедурные вопросы дружественного визита. Летчикам, не имеющим опыта полетов в горной местности, выпала редкая возможность его получить, и грех было не воспользоваться так удачно сложившимися обстоятельствами.
Североморск-3 встретил их неласково. Мороз был всего 12 градусов, но ветер, порывы которого достигали 20 метров в секунду, быстро наметал весьма приличные сугробы на совсем недавно расчищенной взлетно-посадочной полосе. Мысленно поблагодарив идущего впереди Шкиперца за своевременно предоставленное обмундирование, Георгий лег грудью на препятствующий движению воздушный поток и, жмурясь от летящей в глаза поземки, медленно побрел к вертолету.
Уже в салоне Шкиперец, успевший кратко переговорить с пилотом, сообщил ему, что метеорологи дают на вторую половину дня вполне благоприятный прогноз и максимум через час небо расчистится и ветер спадет до 5 — 7 метров в секунду.
— Им можно верить? — пошутил Георгий.
— Этим как раз можно, — вполне серьезно ответил Шкиперец, — других мы тут просто не держим.
Винтокрылая машина плавно оторвалась от земли и, быстро набирая скорость и высоту, устремилась на северо-запад. Через несколько минут по левому борту показались огни Североморска, потом все пространство внизу заняла широкая черная полоса Кольского залива, а сразу за ним потянулась бесконечная череда заснеженных сопок. Вскоре небо действительно расчистилось, но светлее стало не намного — полярная ночь приходит в эти края надолго. Солнце теперь появится над горизонтом только в конце января.
Между тем, вертолет пошел на снижение, нацеливаясь на очищенную от снега площадку, расположенную в непосредственной близости от береговой черты одной из губ, глубоко вдававшейся в скалистые берега Кольского полуострова. После того как вертолет коснулся земли, и бешено вращающиеся над головой лопасти остановили свое движение, Шкиперец вместе с сопровождающими его адъютантом, командующим Северным флотом, двумя вице-адмиралами и примкнувшим к ним Георгием, ступили на снег и направились к немногочисленной группе встречающих.
Полковник Владимир Хозяинов, всего полгода назад вернувшийся в строй из запаса, четко и коротко доложил, о готовности объекта к проведению вскрышных работ. После того как он лаконично ответил на все вопросы вышестоящих начальников, и адмиралы направились к смотровой площадке, Георгий, наконец, смог обняться и кратко переговорить со своим давним знакомым.
Схема подрыва старая или вы ее перерабатывали? — в первую очередь поинтересовался Георгий.
— Основная идея почти не изменилась, но воплощена немножко по-другому. Оборудование у нас теперь новое, с более широкими возможностями, да и замедлений теперь стало побольше. А взрывчатка прежняя, лучше скального аммонита[6] и 6ЖВ[7] для наших условий пока ничего не придумали. Первым делом я нашел Степанова, уговорил приехать, и мы с ним почти неделю со всех сторон обмозговывали проект производства буровзрывных работ. Только потом начали бурить. Все наружные скважины закончили еще летом, а изнутри — только на прошлой неделе. Там ведь необходим гладкий контур, поэтому нам пришлось для контурных шпуров использовать наращиваемые штанги, с которыми очень много возни. Заряды Степанов рассчитывал лично.
— Ну, тогда я спокоен, лучше, наверное, не справится ни один доктор наук. Чутье у Степанова отменное.
Степанов имел 6-й разряд взрывника еще 30 лет назад, и уже тогда легко мог заткнуть за пояс любого из мастеров-взрывников.
— Сколько же ему сейчас лет? — спросил Георгий.
— На следующий год исполнится 80. Заряжать самому мы ему, конечно, не дали, но присутствовал он в течение всего процесса зарядки и сети контролировал лично. После взрыва увидитесь.
— Оба взрыва вы будете проводить одновременно или по очереди?
— Одновременно, задействовав для обеих сетей общий рубильник. Расстояние большое, но и суммарный заряд очень серьезный. Я столько за один раз еще никогда не взрывал. Сотрясение почвы может быть очень приличным, где-то контакт нарушится и амба. Возни потом с заколотым грунтом на несколько месяцев. Так что все сразу.
— А замедлений сколько?
— Двенадцать короткозамедленных плюс мгновенного действия. Сначала три ряда наружных и донных скважин, следом три врубовых ряда, потом шесть откольных и, в последнюю очередь, контур. Там шпуровые рассредоточенные заряды из 6ЖВ, соединенные на ДШ[8].
— Все, не буду тебя отвлекать, потом более подробно сможем переговорить. А сейчас давай, распоряжайся. Мы все сегодня твои гости.
Смотровая площадка была оборудована на краю скального откоса, примерно в трехстах метрах влево от ближайшего взрываемого участка. Второй участок находился еще правее. Свежевыпавший нетронутый снег полностью скрывал от глаз паутину взрывной сети, создавая впечатление первозданной девственной чистоты. Не смотря на полуденное время, чистое небо над головой и белизну снежного покрова вокруг, не проходило давящее ощущение сгущающихся, наплывающих сумерек. Далеко внизу мерно плескалась вода, казавшаяся абсолютно черной.
Хозяинов извинился, что необходимость личного руководства взрывными работами вынуждает его на время покинуть смотровую площадку, и побежал к ожидавшему его Уазику. Хлопнула дверца и машина, бодро покатившаяся вниз по извилистой дороге, почти сразу скрылась за поворотом.
Через некоторое время послышался негромкий хлопок, и над заснеженными сопками взвилась зеленая сигнальная ракета. В ответ из нескольких точек, окружающих место ожидаемых взрывов широкой полуокружностью, стартовали еще пять зеленых ракет. Шестую, дождавшись утвердительного кивка Шкиперца, запустил его адъютант. Ракета, запущенная адъютантом еще не успела догореть, когда над сопками взлетела красная ракета. Некоторые из присутствующих на смотровой площадке закрыли уши руками. Георгий, дополнительно к этому еще и слегка приоткрыл рот.
Но, звук от ударной волны пришел не сразу. Вначале поверхность скального уступа вздыбилась, распухая и прорастая яркими красно-оранжевыми нитями. По поверхности воды хлестнул рукотворный каменный дождь из сотни тысяч тонн крепчайшего гранито-гнейса, вырванного из недр скального массива направленным взрывом. Фонтаны воды, ударившие вверх из-под основания уступа, были мгновенно сметены накрывшим их каменным потоком. Камни еще летели, когда по ногам дважды резко ударила земля, и только после этого оглушительно грохнуло. Через секунду по ушам ударил звук от второго взрыва, и наступила тишина, прерывавшаяся только ударами о воду последних валунов, взметающих фонтаны воды, напоминающие султаны от снарядов, в нескольких сотнях метров от береговой черты.
Ветер снес в сторону пыль и взрывные газы, медленно поднимающиеся вверх и образующие два классических грибовидных облака, и глазу открылись два черных резко очерченных провала в ранее монолитном теле утеса, в которые устремились бурные потоки воды. Отразившись от дальних стен рукотворных гротов, гигантские волны синхронно выплеснулись наружу, унося с собой упавшие на дно камни, поверхность воды еще какое-то время поколебалась и, наконец, успокоилась. Только в этот момент собравшиеся на смотровой площадке смогли перевести дух и начали бурно поздравлять друг друга. Скальные целики, четверть века отделявшие подземные сооружения от акватории губы, перестали существовать, рассыпавшись по дну парой веретенообразных россыпей валунов.
Из подъехавшего Уазика выбрался полковник Хозяинов, доложил Шкиперцу, что вскрытие обоих каналов-стоянок прошло штатно и без происшествий. Выслушав поздравления, он предложил оценить результаты взрывных работ изнутри.
Все расселись по машинам и, вслед за Уазиком Хозяинова, тронулись в сторону въезда на подземные уровни объекта. Проехав несколько километров по извилистым штольням, кавалькада остановилась у выезда на причал. Рабочие еще только начали устанавливать временные прожектора, и их рассеянный свет пока не мог полностью осветить гигантское сводчатое помещение, способное вместить пару футбольных полей. Ровные нитки причалов, проходящих вдоль продольных стен, терялись в дымке, которую не могла полностью рассеять вентиляция, работающая на полную мощность. Несколькими метрами ниже плескалась вода.
— Сколько же это сооружение в длину? — задумчиво проронил один из пораженных увиденным вице-адмиралов.
— Четыреста пятьдесят метров без входного узла, — не задумываясь, ответил Георгий, — два Тайфуна встанут один за другим, и еще место останется.
— Когда будете монтировать батопорты[9]? — спросил он у Хозяинова.
— На следующей неделе, когда все закладные выставим. Потом все омонолитим, откачаем воду и займемся чистовой отделкой. Месяца через полтора сможем принять два первых изделия, потом, спустя неделю, еще два во второе сооружение.
— Отлично, — подытожил Шкиперец, — надо это дело отметить. Проводите.
Через 20 минут все руководство объекта, высокие гости и специально приглашенный Степанов, являющийся основным гарантом безукоризненного проведения сегодняшнего мероприятия, расселись за обильно заставленным столом. Еще через полтора часа, когда с официальными тостами было покончено, Хозяинов, молча выслушавший подошедшего к нему лейтенанта, поднялся из-за стола и условным жестом пригласил Георгия выйти.
Одевшись и пройдя несколько сотен метров по гулким пустым штольням, они вышли на поверхность.
— Пойдем на смотровую площадку, — предложил Хозяинов, — покажу кое-что.
Выйдя на смотровую площадку, они остановились. Далеко внизу мелко плескались о берег невысокие волны. Но главное было наверху. Вдоль небосклона протянулись три слегка расходящиеся и расширяющиеся по мере приближения к зрителям слабо мерцающие белесые полосы, напоминающие инверсионные следы реактивных самолетов, сходящиеся у горизонта в одну точку.
— Сейчас начнется, — успел подумать, понявший все Георгий, и в этот момент полосы внезапно и мощно разошлись в стороны, заполнив собой почти весь небосвод, и по глазам ударила первая вспышка радужных цветов.
Северное сияние далеко не всегда бывает цветным. Иногда это просто черно-белые, слегка колеблющиеся зарницы. Сегодня небо фонтанировало красками. Они зарождались у одного горизонта, и за доли секунды пробегали к другому, постоянно меняясь и переливаясь всеми цветами радуги. Описать словами это великолепие было нереально. Беззвучные переливы буйствующих цветов напоминали музыкальную увертюру гениального композитора, исполняемую гигантским и бесконечно слаженным коллективом виртуозов. Георгий зачарованно смотрел на эту феерию, подобной которой он не видел уже 20 лет, не чувствуя пощипывающего щеки мороза.
— Спасибо Володя, — прошептал он, когда буйство цветов пошло на убыль, вновь собираясь в три утягивающиеся за горизонт белесых хвоста. — Ради одного этого стоило сюда еще раз прилететь.
Представление закончилось, и они пошли обратно.
— Готовься примерять лампасы, сказал Георгий Хозяинову, когда они вернулись под железобетонные своды. Шкиперец уже намекнул, что староват ты для полковника. Вернувшись в Москву, он будет писать на тебя представление к генеральскому званию, а я прослежу, чтобы оно недолго путешествовало по инстанциям.
— Но и от тебя потребуется задержаться на этом объекте. Примешь его после окончания строительства сам у себя. Так иногда бывает. Все равно любой новый человек тут блуждать поначалу будет как в катакомбах. Да и ответственность очень большая. Вот подготовишь достойную смену, тогда можешь ходатайствовать о переводе обратно в Ленинград.
К вечеру они вернулись в Москву. Георгий захватил с собой половинку малосольной семги, коренным образом отличающейся от ее товарок, выращенных в норвежских фьордах. Пакет тянул килограммов на 12. Засунув его в холодильник, он заглянул к Цыгу. Когда они договорились о завтрашнем совещании, и Георгий собрался уходить, Цыгу предложил ему высказаться по одному из вопросов, подкинутому сегодня министром Финансов. Дело в том, что уже некоторое время назад, использование копеек стало экономически невыгодным, так как стоимость их производства значительно превышала нарицательную стоимость. Министр предлагал, начиная с Нового года вывести их из обращения, но Цыгу такое решение не нравилось.
— А о чем здесь думать? — сходу отреагировал Георгий. — Решение-то проще пареной репы. Убираем на ассигнациях два нуля, а мелочь оставляем без изменений. И делать это надо не с Нового года, а в феврале, чтобы ажиотажа не было. Заодно напишем на бумажках, чем именно они обеспечены. Пора возвращать доверие к рублю. Не знаю как Вам, а мне не очень приятно, что сейчас за один юань приходится платить 5 рублей. Вот когда за рубль начнут давать 20 юаней, будет совсем другой коленкор. А копейку убирать нельзя. Она рубль бережет. С ней столько историй связано. Как Вам такое предложение?
— Логично. Сам хотел предложить нечто подобное. Меня Вы убедили. На следующей неделе проведем это решение через кабинет министров и начнем печатать новые деньги образца 2012 года.
Георгий не стал пояснять, что остановка монетных дворов была бы несусветной глупостью, так как любые монеты имеют кроме нарицательной стоимости еще и собственную вещественную ценность, а бумага, — она, в конце концов, — всего лишь бумага. Такие вещи Цыгу, являющийся умным человеком, понимал без разжевывания.
Четвертая глава. Персидские мотивы
Эскадра шла по Персидскому заливу. Остро заточенные форштевни военных кораблей взрезали изумрудную гладь воды, огромные винты взбивали ее за кормой в белую пену. Завидев на горизонте легко узнаваемый грозный силуэт тяжелого авианесущего крейсера Адмирал флота Советского Союза Кузнецов, мелкая шушера почтительно расступалась, на всякий случай, уступая дорогу стальному трехсотметровому гиганту, имеющему водоизмещение около 50 тысяч тонн. Белые яхты арабских шейхов, чувствующих себя хозяевами Залива, не суетились подобно мелюзге, но убирались с пути стального гиганта, летная палуба которого уверенно возвышалась над клотиками их мачт, неторопливо, грациозно, но достаточно быстро. Тяжелые супертанкеры, водоизмещение которых существенно превышало суммарное водоизмещение всей эскадры, сворачивали с ее пути еще стремительнее. Эскадра шла в Бушер, и не было во всем Персидском заливе силы, способной хоть на миг приостановить ее движение.
Скорость эскадры, как известно, определяется скоростью самого тихоходного корабля. В данном случае это был полупустой танкер. Поэтому, сразу после выхода из Ормузского пролива, вице-адмирал Николай Синцов принял решение разделиться. Танкер, эскортируемый фрегатом Адмирал флота Касатонов, медленно почапал в Абадан для дозаправки, а три военных корабля с наибольшей для Кузнецова скоростью в 29 узлов устремились к Бушеру. Четыре паротурбины крейсера, каждая из которых выдавала мощность в 50 тысяч лошадиных сил, обеспечивали вращение четырех мощных пяти-лопастных винтов.
Радиолокационный комплекс программного кругового обзора с фазированной антенной решеткой «Марс-Пассат» отслеживал воздушные цели в дальней зоне.
Трех координатная твердотельная радиолокационная станция МР-750 «Фрегат-МА» отслеживала ближнюю зону (до 300 км самолеты и до 35 км противокорабельные крылатые ракеты). Станция была в состоянии одновременно сопровождать до 80 целей.
Две специальные радиолокационные станции МП 360 «Подкат» сканировали узконаправленным лучом малоразмерные низколетящие цели по обоим бортам. Они были способны не только сопровождать такие цели, но и выдавать целеуказания для зенитно-ракетных комплексов «Кортик» и «Кинжал», либо зенитных артиллерийских комплексов АК-630.
Экипаж крейсера составлял 1980 человек, и более трети из них сейчас находились на своих боевых постах.
Тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов»
Немного мористее «Кузнецова», опережая его на несколько кабельтовых, рассекал волну большой противолодочный корабль «Адмирал Чабаненко». По классификации НАТО он соответствовал эсминцу, имел водоизмещение 7700 тысяч тонн и длину в 163 метра, но, благодаря особенностям своего вооружения, в одиночку мог потягаться с любым надводным, либо подводным крейсером вероятного противника.
8 пусковых установок сверхзвуковых (до 2,8 Мах[10]) противокорабельных крылатых ракет П-270 «Москит» (по классификации НАТО «Солнечный ожог») могли с высокой степенью вероятности поразить цель в условиях активных радиопомех на дальности до 120 километров. При этом минимальная высота полета ракеты составляла 7 метров, а проникающая боевая часть в фугасном исполнении имела массу 320 килограммов, а в специальном исполнении — 120. Что может сделать с любым кораблем один специальный боеприпас, пояснять, по-видимому, излишне.
Большой противолодочный корабль «Адмирал Чабаненко»
Основным предназначением Адмирала Чабаненко была борьба с подводными лодками. Основное противолодочное оружие БПК — ракето-торпеды РПК-6М «Водопад» были способны гарантированно поразить подводную лодку на дальности 50 километров. В качестве боеголовки они использовали ядерный заряд, либо малогабаритную электрическую торпеду УМП-1, сбрасываемую над целью на парашюте. Торпеда УМП-1 имела скорость в 41 узел и дальность хода 8 километров при глубине погружения до 500 метров.
Для поиска подводных лодок БПК был оборудован гидроакустическим комплексом «Звезда-2» и имел в ангарах два вертолета Ка-27.
Дополнительно к двум маршевым газотурбинным установкам ГТУ М-63 по 10 тысяч лошадиных сил, БПК имел еще две форсажных ГТУ М по 22500 лошадиных сил, позволяющие ему развивать скорость до 32 узлов. Экипаж Адмирала Чабаненко составлял 296 человек.
Многоцелевой фрегат дальней морской зоны проекта 22350 Адмирал флота Советского Союза Горшков занимал место в кильватере тяжелого авианесущего крейсера, отставая от него на 4 кабельтовых для прикрытия кормовой полусферы. Для него это был первый дальний поход[11].
При полном водоизмещении 4500 тонн фрегат имел длину в 130 метров и экипаж из 200 человек. При наличии 2 дизельных двигателей мощностью по 5200 лошадиных сил и 2 газотурбинных, мощностью по 27500 лошадиных сил фрегат мог развивать скорость до 29 узлов и спокойно удерживался за «Кузнецовым».
Многоцелевой фрегат «Адмирал флота Советского Союза Горшков»
16 противокорабельных ракет 3М55 «Оникс», 16 противолодочных ракет 91РЭ1 (Калибр-НКЭ) и 4 установки противолодочных управляемых ракет «Медведка-2» превращали его в весьма грозного для таких скромных размеров противника.
Дополнительным аргументом, который издали в глаза не бросался, являлся стоящий в кормовом ангаре вертолет Ка-27.
Поддерживая скорость в 29 узлов, «адмиральская» эскадра стремилась в Бушер. В роковую ночь с 21 на 22 июня 1941 года Народный комиссар Военно-морского флота Советского Союза Николай Герасимович Кузнецов был единственным из всех крупных военачальников, кто посмел не подчиниться категоричному приказу Сталина и объявить боевую готовность. Тогда, в первую военную ночь, флот, в отличие от большей части авиации, разбомбленной на аэродромах, вообще не понес никаких потерь. Армады бомбардировщиков были своевременно обнаружены и отогнаны плотным заградительным огнем. Теперь крупнейший надводный боевой корабль Российского государства, гордо несущий на борту его имя, должен был одним своим присутствием в критической точке, предотвратить начало третьей мировой войны.
Город Бушер (Бушир) основанный Надир Шахом в 1736 году на месте древнего поселения Ришехр, уже в XIX веке стал одним из крупнейших портов Персидского залива. В конце XX века он уступил пальму специфического первенства Абадану, и его население так и не превысило 166 тысяч человек. Но, примерно в это же время, Бушер стал известен в качестве первого Иранского ядерного города. В его окрестностях началось строительство атомной электростанции. Первый блок Бушерской АЭС был введен в действие в 2011 году и сразу привлек к себе нездоровый интерес не только США, пытающихся любыми способами подгрести под себя как можно больше нефтяных месторождений, но и Израиля. После успешных испытаний Ираном баллистических ракет, способных достигать территории Израиля и ближневосточных американских военных баз, ситуация превратилась в критическую.
В отличие от своих ближайших соседей Иран представлял собой мощное государство, обладающее богатейшим историческим опытом, немалым, по местным масштабам населением почти в 70 миллионов человек, на 51 процент состоящим из этнических персов. При этом Иран имел хорошо развитую промышленность и огромную многомиллионную армию, вооруженную достаточно современным оружием.
Поделиться книгой: