Донести учение живым

Тартанг Тулку Ринпоче

Донести Учение Живым

Глава 1. Медитация

Медитация совершенно естественна, и тем не менее в начале нам не обойтись без некоторых разъяснений и советов, иначе мы окажемся привязанными к привычным паттернам фрустрации, скуки или депрессии. Если мы владеем некоторыми идеями относительно мест наших путешествий, тогда эти территории представляются нам более знакомыми.

Как начать медитировать? Тот, кто не привык к медитации, ощущает ее, как нечто чуждое, непривычное, неестественное. У него может возникнуть чувство, что медитация - это нечто внешнее, переживание, которое должно быть достигнуто... что медитация как-то отличается от личности, являет собой некий другой лик восточной психологии или философии, который следует изучить и исследовать. Однако медитация - это не что-то внешнее, чуждое.

Медитация - в вашем собственном уме... ваша природа ума в целом может быть вашей медитацией.

Большая часть человеческого знания выражена в двойственных терминах субъекта и объекта. Мы всегда чувствуем необходимость постичь "внешнее" концептуально. Мы хотим нечто отыскать и дать себе в этом внутренний отчет. Мы нуждаемся в объяснении нашего мира. Но давайте посмотрим на это так... кому нам нужно объяснять это? Объяснение тотчас отделяет нас от переживания. Чем упорнее наша попытка интерпретировать переживание, тем дальше мы от него оказываемся. Мы остаемся с фиксацией, определенной идеей в отношении природы нашего мира, а в связи с этим наши ответы и реакция на повседневную ситуацию уже не исходят из естественной, затрагивая только поверхность и не раскрывая этого естественного ума. Можно провести долгие, долгие годы, объясняя, размышляя, анализируя, чувствуя, но так и не достигнуть этого естественного состояния. Медитируя правильно, мы сможем открыть это состояние, потому что медитация и есть естественное состояние ума.

Начало медитации весьма простое... позвольте телу и уму отпустить себя, расслабиться, насколько это возможно, отпустите физические свои мускулы, не привязывайтесь к мыслям, не жесткая релаксация, а полное их освобождение. То же самое и с дыханием - дышите естественно и спокойно.

На самом деле существует множество техник, способов дышать, визуализировать, сидеть, но вначале подчас многочисленные инструкции могут вас сбить с толку и довести почти до гипноза, так что просто почувствуйте свое тело, свое дыхание и свой ум.

"Естественно" означает без "фиксаций", не навязчиво... без ожиданий и принуждений, без интерпретаций и предварительных планов. Когда медитация углубляется, нет нужды затвердить ее, улучшать или совершенствовать, нет нетерпения идти вперед или прогрессировать тем или другим путем, и тем не менее естественное движение продолжается. Этому состоянию нет дела до привязанностей, ожиданий или обусловленностей, и в то же время - это естественное состояние реальности любого из нас.

Медитация может глубоко воздействовать на все наше существо, позднее возникает "качество просветления", или спонтанное истинное подлинное осознавание, свободное от того, кто создает или управляет. Но чтобы сделать первый шаг, нам нужно только просто и спокойно медитировать. Поскольку ум в своей естественной природе свободен от двойственности и неотделим от единства всех вещей, вся наша жизнь в целом может стать медитацией. Когда мы это поняли, исчезает необходимость бороться или отвергать. Это и эмоции, различение добра и зла, положительного и отрицательного, духовного пути и Сансары - все это растворяется. Когда мы - в состоянии переживания, спонтанное осознавание возникает само по себе, без усилия.

Итак, медитация начинается с успокоения всего... с позволения глубоко и полно релаксировать нашему телу и уму, с обеспечения нас теплом и пищей. Если вы сумеете стать очень спокойным и тихим и слушать тишину своего ума - это становится вашей медитацией. Даже если вы и не медитируете в формальном смысле слова, но имеете дело с повседневной ситуацией просто и естественно, оставаясь непривязанными и свободными - это ваша медитация. Каждый день мы возобновляем широкое разнообразие своих умственных и физических напряжений... мы чувствуем себя неудовлетворенными и несчастными, загнанными в свои проблемы и запертыми в них. По мере воздвигания умом того особого мира, в котором мы живем, привычки, желания и суждения становятся для нас прочными и реальными. Вскоре мы обнаруживаем, что не в состоянии выйти за пределы этого жесткого мира: не можем вернуться к естественному состоянию осознавания или к простому непосредственному переживанию. Во время же медитации мы можем сфокусироваться на настоящем моменте в себе и удерживать там свое внимание. Благодаря простому бытию там наше осознавание становится острее, свободнее и спокойнее.

Давать же самим себе тепло и питание - это уже значительно больше того, что просто стать раскованным. Это чувство, что мы можем снять, исцелить все свои трудности, просто позволив всему идти своим чередом, разрешив всему быть тем и таким, что оно есть.

Вначале мы можем почувствовать себя спокойными и умиротворенными, но затем внутри нас, к поверхности поднимается голос - судья - и порождает тревогу, волнение, беспокойство, и мы утрачиваем нашу внутреннюю тишину. Позвольте этому судье уйти на задний план вашего думающего и непрестанно принимающего решения ума. Пребывая в медитации, не думайте и не действуйте - просто будьте открыты. Мы даже не пытаемся медитировать. Приходят мысли, приходят чувства, но не следуйте за этими пузырями. Просто позвольте всем своим идеям и концепциям исчезнуть самим по себе, не будучи вовлеченным или пойманным этими изменчивыми драмами.

Часто мы ловим себя на том, что слушаем что-то, говорим, что-то читаем, думаем. Неожиданно подключается наше эго со своими интерпретациями, и мы уже на самом деле больше не слушаем... наш внутренний диалог полностью испортил непосредственность переживания, подлинная медитация не приходит. Мы всегда объясняем и подгоняем наши внутренние чувства, отделяя тем самым себя от настоящего момента, и держимся за временные ощущения, которые, как кажется, делают вещи лучше. Вместо того чтобы позволить углубиться нашему пониманию медитации, мы непрестанно прерываем, нарушаем нашу внутреннюю тишину и равновесие разнообразием концептуальных предубеждений и эмоциональных искажений. Но если мы просто в моменте останемся молчаливыми, не хватаясь за некую безопасность, не пытаясь вычислить свои проблемы, не стараясь что-то делать, все что остается - это осознавание. В свете этого всепроникающего осознавания эмоциональные конфликты и проблемы начинают терять свою удерживающую силу и становятся очень похожими на облака. Когда вы прекратили питать проблемы, они просто исчезают в самом осознавании.

Есть другой вид медитации, в которой вы визуализируете или удерживаете некоторые образы в своем уме, а затем просто внимательно следите с полным вниманием за этим образом. Оставаясь непосредственно внутри момента, можно войти в пространство между мыслями. Но эта практика, кстати, весьма трудна, так как мысли, эмоции и удерживаемые концепции всегда стараются установить пределы, изменить естественный процесс или управлять им. Тогда медитация становится борьбой. Мы говорим: "Я должен оставаться с одним из этих образов", но тотчас теряем себя в бесконечных отвлечениях. Потом у меня возникает другая идея о том, что мне следует делать... так одна мысль громоздится на другую, и цикл сохраняется путем повторения вперед и назад до тех пор, пока уже нет никакой медитации... просто мысли.

Так мы лишь продолжаем играть в привычную игру, даже не начав медитировать. Мы может играть в эти игры внутри наших собственных умов всю свою жизнь, но следует помнить, что в этом случае не состоится ничего значительного, не будет обретен никакой смысл.

Прежде всего, нам необходимо подвергнуть наблюдению и опознать обманы, созданные нашим образом себя. До тех пор, пока мы видим лишь сквозь претензии и позы своего ума, посредством наших объяснений и оправданий, мы только играем... мы только пытаемся удовлетворить требования нашего образа себя (нашего представления о себе) без всякого ощущения реального свершения. Мы можем "поболтать" относительно своей внутренней природы, но едва ли мы способны видеть ее ясно. Мы вечно разыгрываем некоторую игру, отождествляясь, отделяя себя, проявляя активность или становясь в позу. Идеи и объяснения порождают новые идеи и объяснения. Наши умы придерживаются этого образа мысли или другого пути - разве это не игра? Пока вы не оглянитесь на свои мысли, не обернетесь, вам нечего сказать о них. Но когда вы посмотрите на них прямо, раскроете шаблоны, мысленные модели, вы обнаружите игрока, играющего эту игру. От момента к моменту смотрите - истинная ли это наша природа или просто еще одна игра, в которую мы играем?

Этот процесс наблюдении очень важен, так как пока идет игра мысли, наше сознание остается замороженным в фиксированных взглядах. Например, когда я ударяю в гонг, возникает звук, когда я слышу слово, немедленно возникает образ и связанная с ним концепция. Но за словом или образом лежит переживание с определенными чувство-тонами. Оставаясь в непосредственном моменте, можно войти в пространство между мыслями. Когда вы идете "за" или "внутрь" этого переживания, не привлекая слов, образов или концепций, вы можете поймать специфический вкус внутренней атмосферы или среды, не имеющий ни вида, ни формы, ни особых характеристик, ни специальной структуры. Иными словами, вам нет нужды придерживаться какого-то направления или защищать какую-либо позицию, будь это позиция сохранения, положение исследователя, любой вид идеала или позиция "за позицией"... или даже позиция "потерянности" - "О, я потерял себя. Нет ни ума, нет ничего, кроме пустоты", - вы все еще апеллируете, взываете к чему-то, что безусловно относится к "я". Если поразмыслить над этим, то обнаруживается, что всякая позиция принадлежит ЭГО.

Знаменитый мастер Нингмы 19-го века Палтрул Ринпоче сказал однажды: "Полностью оставьте, отбросьте в сторону медитацию". Другими словами, пока у вас есть какая-то концепция медитации, отбросьте ее прочь. Какой бы род "переживания" не возникал, оставьте его, не цепляйтесь за него... и это лучший способ медитировать. Многие йоги любят глубокие медитативные состояния, но они легко могут пристраститься к ним: "У меня мощная медитация" или "У меня множество прекрасных, точно во сне, переживаний"... в действительности они просто там застряли. С другой стороны, Палтрул сказал: "Лучшая вода - это горная вода". Почему так? Когда вода падает с большой высоты, она перемешивается и очищается. Движущаяся вода не удерживает определенного положения. Итак, лучшая медитация та, что подвижна и свободна -нет ничего, за что нужно держаться или цепляться. Когда вы заняли какое-то положение, вы зафиксированы - чем-то владеете, на чем-то концентрированы. Когда другого мастера Нингмы спросили: "Когда вы концентрируетесь, где ваша концентрация?", - он ответил, что у него "нет позиции, нет отдельного места фиксации", поскольку естественный ум не имеет ни фиксированных идей, ни структур, ни ограничений. Кто хорошо знаком с медитацией, тот не занимает фиксированных позиций - тогда нет целей, нет фокусирования на чем-то, нет объекта.

Часто мы видим и чувствуем мир с жестких ригидных исходных положений, тем самым накладывая на себя произвольные ограничения. Если мы не в состоянии описать переживание, наклеить на него ярлык с помощью слов или идей, мы чувствуем себя пустыми или потерянными. Мы решаем, что поскольку это переживание не относится к нашим чувствам, концепциям или построениям, оно не имеет ценности. Но согласно диалектике мадхямиков, когда мы выходим за пределы дуализма и любого рода объектирующих концепций, за пространство и время, то что же тогда можно потерять? Если и есть что-то, что можно утратить, так это - лишь наши страхи, наши фиксированные идеи или сильная привязанность к воображаемой безопасности. Поскольку нет никакой начальной позиции, естественному состоянию ума изначально нечего терять.

Даже действительно медитирующие могут провести многие годы в пещере, совершенно спокойные, с закрытыми дверями и окнами, и все же их мысли бродят туда и сюда и продолжают рассеиваться долгое, долгое время. Если вы не научились подлинной медитации, вы потеряете много ценного времени. Получив же точные инструкции, вы сможете преобразовать целые каналы отрицательной кармы за относительно короткое время. Например, не зная производства атомной энергии, вы можете совершать попытки в течение сотен лет, так и не добившись взрыва. Но если вы обладаете точным знанием, то за короткий промежуток времени вы добьетесь ядерной реакции. Простейший способ открыть эту "тайную формулу" или "путь", ведущий к успешной, более высокой медитации - это ни с чем не отождествляться, не занимать никакой позиции, не держаться за что бы то ни было в медитации. Если вы думаете: "Я не хочу думать о чем-либо" - это тоже может создать внутреннюю блокировку, так что ваши мускулы, нервная система или внутренние органы становятся напряженными, сжатыми. Тот, кто знает как прямо войти в медитацию, может очень скоро пройти за пределы общепринятых ярлыков и концепций.

Это "тайное" знание настоящей медитации становится источником вдохновения, который поддерживает самого себя, того вдохновения, которое не зависит ни от слов, ни от представлений, ни от отдельных точек зрения… "Центра" нет. Такие слова, как "центр", "позиция", "ясность" или "осознавание", конечно полезны, но слишком расплывчаты и смутны, чтобы описать внутренний процесс медитации.

Например, когда я "центрирован", это означает, что я занимаю определенную позицию, принадлежу к некоторому "одному". Просто оставьте эти попытки идентификации этого "одного", забудьте любое суждение о нем. Станьте нецентрированностью... без объекта, без субъекта и ничего между.

Нет ничего между вами и медитацией... переживание каждый раз самое новое, самое свежее, самое ясное, прекрасное и естественное... за пределами времени... и, тем не менее, имеется непрерывность. Все есть просто "как оно есть". Нечего прибавить или отнять, и нет того, кто добавляет и убавляет. Если вы сконцентрируетесь на этих качествах, тогда, будучи в медитации, можно понять - никаких фиксаций, никакого проецирования, никакой позиции, никакого центра... ясность, новизна, естественность. Но как только слово, объяснение, сомнение или озабоченность просочатся в вашу медитацию, в тот же момент медитация утрачивается.

Один из моих учителей однажды рассказал, что великие бойцы, такие, как самураи, тщательнейшим образом исследуют и скрупулезно отрабатывают, оттачивают каждое движение, прежде чем вступить в битву. Они заблаговременно оттачивают свои мечи и совершенствуют каждый жест. Когда же они встречают противника, им больше не нужна практика... они в полной готовности. Нет сомнений, как нанести удар, как маневрировать... каждое движение совершенно, и нет никаких вопросов. Они больше не думают об этом, они просто это делают... и каждое движение совершенно и без изъяна. Но в медитации вам нравится поразмышлять о том, об этом, вы сомневаетесь, озабочены, и истинная медитация уходит. Обучаясь, сидя, в движении, оставайтесь в спонтанности настоящего момента. Все есть приготовление и практика, пока вы не обретаете полного доверия, где уже не остается никаких вопросов.

Нет необходимости спрашивать: как это? что это? кто это?.. нет нужды в длинных детальных отчетах, направляемых самому себе о своем прогрессе. Просто прямо и полно медитируйте без каких-либо ограничений или задних мыслей. Без такого внутреннего отношения путь к просветлению может оказаться весьма длинным. Изо дня в день, из момента в момент расширяйте свою подлинную открытость, и ваше осознавание будет расти свободно и естественно. Другой готовности не требуется. Вы можете медитировать и двадцать лет или же всецело посвятите какое-то, пусть непродолжительное время, тщательной медитации с высоким качеством, несущей несравнимую ценность. Когда вы медитируете с такой открытостью, искренностью, когда оставите все сомнения и колебания, вы естественным образом начнете открывать в себе это учение, благодаря своему внутреннему спонтанному водительству. С другой стороны, вы можете спросить: "А зачем же нам шесть совершенств, зачем предварительная практика, зачем визуализация?" Все это встает, так как мы не в состоянии прямо встать на тайный путь подлинной медитации. Но как только вы вошли в медитацию, как только нашли ключ, вы сможете интуитивно оставаться в этом состоянии осознавания, и не важно, что вы тогда делаете.

Медитация - это не просто техника или способ уйти от этого мира. Медитация словно наша мать, как изначальный источник нашего бытия. Мы всегда погружены в это сознание, ибо это наша собственная природа... наш родной дом, не чужое нам состояние. Но почти всегда мы отдельны и не понимаем этого. Если мы научимся подлинной медитации, мы сможем прикоснуться непосредственно нашего самого глубинного существа без всяких разделяющих стен... мы можем воссоединиться с нашей изначальной целостностью.

Итак, что бы ни случилось, оставайтесь в тесной дружбе с медитацией. Большую часть времени мы создаем проблемы - мы не довольны своим телом, умом, личностью. Все чудесно, если посмотреть на это из состояния медитации, с позиции, которая рождается в медитации. Как бы мы ни работали, как бы мы ни думали, как бы ни говорили - все исполнено красотой... каждая ситуация естественным образом несет свою внутреннюю ценность. Если бы мы могли внести свет этой медитации в наши жизни, все наполнилось бы счастьем и радостью, стало бы спонтанным и гибким, утратив жесткость, ригидность. Когда принимается любая ситуация, любое условие, жизнь становится светлой и легкой.

Это очень простые наставления, однако их важность неоспорима. Да, войти в медитацию не так уж трудно, ведь она уже часть нас, но подлинная медитация требует тонкого ума и трудолюбия, иначе вы построите еще большее число представлений, внутренних диалогов и спекуляций на эту тему. Когда у вас не остается уже ни мыслей, ни проблем, ни противопоставлений, тогда целостная природа вашего ума становится вашей медитацией.

Глава 2. Наблюдение наблюдателя

Ринпоче: Теперь скажите мне, кто наблюдает наблюдателя?

Слушатель: Когда я наблюдаю свои мысли, я должен был бы иметь наблюдателя, чтобы наблюдать свои мысли, а затем я должен был бы наблюдать наблюдателя...

Р: Я хотел бы внимательно прослушать то, что вы говорите... Пожалуйста, слово за словом.

Сл: Хорошо, если бы у меня были мысли, я должен был бы наблюдать мысли...

Р: Когда у вас мысли, тогда...

Сл: ... тогда я извлек бы себя из мыслей и просто наблюдал бы их...

Р: Когда у вас мысли, то, что вы делаете?

Сл: Я должен был бы наблюдать их.

Р: Подождите минутку. Еще раз... когда у вас мысли... вы узнаете, что есть мысль. Теперь, кто же наблюдатель?

Сл: Хорошо, то, что я пытался делать - это наблюдать наблюдателя, наблюдающего мысли.

Р: Так, что же вы думаете это значит?... Хорошо, теперь я - вы. Я стал вами. Есть мысль. Я наблюдаю ее. Теперь, что я делаю? Кто же наблюдатель? Давайте пользоваться самым простым языком. Это - моя мысль, и я смотрю туда (указывает на деревянный предмет напротив). Я наблюдаю эту мысль. Теперь, что я делаю?

Сл. 2: Ага, я догадался!

Р: Прекрасно. Вот моя мысль, я вижу ее здесь. Теперь, что я полагаю делать дальше?

Сл. 2: Так, следующее, что я делаю - это говорю: То - не я, а это - я".

Р: ЭТО - другая мысль!

Сл. 2: ЭТО - проблема...

Сл. 3: Просто смотри на наблюдающую мысль личность.

Сл. 1: Да, именно это я и пытался сказать, но когда я делал это, почувствовалось, будто я должен был бы выйти из тела в более пространственное состояние бытия, показавшееся мне страшным.

Р: Хорошо... и все же, когда бы у вас ни возникало чувство, возможно, что ваши мысли - это вид вибрации. Если нет ни мыслей, ни понятий, откуда у вас возьмется чувство? Иными словами, как только вы опознали чувство, вы уже вовлечены в мысль. Если есть узнавание, тогда должен быть и имеющий это узнавание. Вы понимаете, что это значит? Ответьте мне.

Сл: Это тот, кто наблюдает мысли, или же тот, кто воспринимает, что с ним происходит.

Р: Правильно. Вам нужно прыгнуть туда и поймать лицо наблюдателя. Это все. Вы понимаете? Проследить не где-то еще, а прямо там... в самый первый момент... как в охоте на тигра. Когда вы преследуете лицо наблюдателя, нет второй мысли. Когда вы всецело поглощены охотой, вы становитесь переживанием. Оба, преследователь и преследуемый, встретившись вместе, тотчас становятся переживанием. Не возникает никаких других мыслей. Вы встречаетесь лицом к лицу. Если вы проделаете это с каждой мыслью, вы ничего не пропустите.

Более того, можно утверждать: "Опознает мое осознавание". В этом смысле ваше осознавание имеет форму. Оно подобно раковине, особой форме или характерному паттерну, с помощью которого вы примите эту мысль. Вам нужно загнать мысль в эту тотальность. Смотрящий, видящий, принимающий, ощущающий, распознающий... просто поймайте это! Это тотчас становится переживанием. Нет хода "этим путем" или "тем путем". Позади ничего не остается. Каждая мысль принимается в эту тотальность. Не существует другой мысли. В это время, в этот самый момент ваше осознавание мгновенно становится просветленным. Нет разделения между чем-либо. Нет ни того, кто знакомит, ни того, с кем или с чем знакомят. Этот самый начальный момент и становится переживанием.

Как правило, вы мыслите мысли, как будто они приходят откуда-то еще. Мысли не приходят из какого-то другого места. Например, распознающий ловит мысль, а пока он охотится за этой мыслью, он утверждает: "Я - не тот, кто тебя преследует, за тобой охотится кто-то другой!" Это всего лишь трюк. В действительности же первая мысль уже ушла, и переживающий создает другую мысль. Но переживающий настаивает: "Я не тот, я не тот. Вам нужно спросить с кого-то еще". Но на самом деле тот, кто дает ответы, и есть как раз тот, кого вам нужно поймать. Это тот, на кого вы охотитесь и с кем хотите встретиться лицом к лицу. Когда вы в конце концов ловите мысль, нет больше никакого охотника, нет и распознающего. Различающий, наблюдатель становятся переживаниями.

Сл 2: Если я оставлю попытки поймать мысль, которую создает распознающий, значит ли это то же, что и ловля мысли? Я имею в виду предположение, что я целиком оставляю медитацию и забываю все это. Останусь ли я на том же самом месте, если преуспею в этом?

Р: Нет. Я думаю, вы не поняли, какую мысль нужно поймать. Я пытаюсь пояснить, какую мысль вам следует схватить своим осознаванием. Если вы вцепились в правильную мысль, это имеет смысл и ценность. То же, что вы предлагаете, заключается в том, что какую бы мысль, правильную или неправильную, вы не поймали, ваша медитация останется той же самой. Она не та же самая.

Давайте скажем: "Я стараюсь наблюдать любую мысль... о, вот и мысль. Я могу ее видеть. Вот она. Мне нужно поймать ее. Тем временем приходит другая мысль... так как, чтобы поймать ее вашим методом, должна быть другая мысль. Иначе, как узнать, что мысль поймана. Это ваша проблема. Вам нужно построить мысль, чтобы поймать первую мысль. Чем ловить, если нет руки? Есть и еще мысль - кто ловец? Затем мысль - кто будет ловить эту мысль? Так ваши мысли расщепляются каждая своим путем. Это может продолжаться очень долго, и медитация ваша так и не начнется.

Постараюсь объяснить это несколько иначе. Я говорю, я вижу свою мысль. Но на самом деле, вы не видите мысли. Там нет никакой мысли. Это объясняется тем, что в это мгновение проявляется сам видящий. Видящий являет собой мысль. Осознавание есть осознавание видящего, а не мысли. Никакой мысли нет. То, как я вижу ее, и то, как она есть - две разные вещи.

В пределах этою момента я могу интерпретировать: есть мысль - я могу чувствовать ее, видеть ее, облекать ее в конкретную форму и переживать ее. Но в действительности сама мысль есть проекция видящего. Между мыслью и наблюдателем нет промежутка, нет ни слов, ни представлений, ни вторичных мыслей. Когда вы стоите прямо, лицом к лицу с наблюдателем, ваше осознавание и наблюдатель становятся одним. Раковина, отделяющая объект от субъекта, полностью открывается, разбивается. Все, что остается - это само переживание или, можно сказать, - чистая энергия.

Итак, как же вы разбиваете эту раковину? Нам следует обдумать это как можно тоньше, точнее - кто видит? Кто испытывает переживание? Просто сидя очень спокойно, мягко войдите внутрь и наблюдайте мысль. Когда вы целиком становитесь наблюдателем, наблюдатель более не существует в качестве отдельного существа. Ваше осознавание и наблюдатель становится едины. Нет ни отдельности, ни разделения, нет ни объекта, ни субъекта. Когда это происходит, вы буквально ощущаете прилив энергии. Отдельных форм не существует, вы чувствуете что-то в роде шока... это походит на пузырь, который расширяется, расширяется, пока не лопается наконец. Когда вы наблюдаете наблюдателя, нет больше какой либо мысленной формы. Все, что остается -это медитация... Нет ни объекта, ни субъекта, ни двойственного ума. Исчезает мысль, и исчезает наблюдатель. Ум полностью безмолвен. Условно мы говорим - наблюдайте мысль - но в итоге вы поймете, что мысль и наблюдатель - одно и то же.

Прямое и немедленное наблюдение наблюдателя ведет непосредственно к переживанию. Когда вы медитируете, т.е. пребываете в этом, имеет место нечто вроде света, энергии или осознавания. Просто оставайтесь там. Это и есть ваша медитация. Если же вы пытаетесь идти за это, вы создаете еще одну мысль.

Я говорю - вы слышите что-нибудь? Медитируйте на слушающего. Чувствуете что-нибудь? Медитируйте на чувствующего. Что-нибудь видите? Тогда медитируйте на наблюдателя. По мере естественного развития вашего осознавания вы начнете понимать, что на самом деле нет ни наблюдения, ни наблюдателя.

Если у вас несчастье, боль или какая угодно проблема, просто оставайтесь внутри мысли. Какая бы ни пришла мысль: хорошая, плохая, спутанная или мысль-желание, станьте гневом, станьте смущением, станьте привязанностью. В самый первый мысле-момент удержите его живым, почувствуйте его. Когда вы эмоционально расстроены, останьтесь внутри эмоции. Попытайтесь это сделать. Это не так уж трудно. Вам не нужно бежать, отвергать свои чувства или прятаться от них. В такое время не пытайтесь исследовать, анализировать или постигать паттерн своих мыслей или проблем, не старайтесь создавать новые мысли. Просто войдите в центр мысли без попыток оценивать ее. Просто будьте мыслью и целиком принимайте ее, не хватаясь за нее и не удерживая. Постепенно внутри такого переживания разовьется новое осознавание.

Как правило, мы представляем, что медитация должна проходить неким определенным образом... нечто спокойное, свободное от напряжений или прекрасное. Мы упускаем возможность понять, что медитация включает в себя каждое ментальное событие. Когда вы работаете или у вас сильные эмоции, пока есть ум, вы все еще можете медитировать. Нет такого места или времени, которые с необходимостью исключали бы вашу медитацию.

По мере углубления вашей медитации качества искренности и ясности распространяются на все, что вы делаете. Любая деятельность естественно переходит в медитацию. Итак, нет нужды говорить: "Эта часть - медитация, а та - не медитация". Все, что приходит, становится вашей медитацией. Эмоции становятся топливом медитации, но сами эмоции не есть медитация - это сансарический ум. Чем больше мы "подогреты", тем больше у нас энергии. Но если мы войдем прямо в центр эмоции, то ничего там не обнаружим! Мы можем трасмутировать этот сансарический ум, поскольку сам ум есть пустота - не концептуальная пустота или одиночество, но переживание, становящееся тотальной искренностью, тотальной честностью в отношении любой ситуации... прямым видением, полной свободой от помрачения, совершенной восприимчивостью.

Поэтому медитируете ли вы "официально" или нет, не имеет значения. В действительности, мы уже медитируем естественным образом. Наша умственная реальность подобна уму Будды, несотворенному уму, существует в настоящий момент полностью пробужденной. Поскольку мы уже в этой истинной природе, мы можем целиком на нее положиться. Наше основное "не-знание" обязано своим существованием нашему концептуальному уму, но этот понятийный не может судить об этой подлинной реальности.

Например, я вижу во сне: у меня ребенок, и он умирает. Я безутешно рыдаю. Но над всем этим есть человек, который говорит: "Не беспокойся, у тебя никогда не было ребенка, ребенок никогда не умирал, не расстраивайся!" Я же все-таки утверждаю: "Это не так, у меня есть ребенок..." Если кто-то еще до пробуждения говорит со мной, сам будучи в другой сфере, мое страдание, тем не менее, остается - даже если это не так! У меня никогда не было ребенка, но это не важно. Я все еще страдаю! Даже если вы страдаете, у вас нет ребенка!

Вы можете сказать: "Если я уже просветленный, зачем мне все это?" Но... вы все еще страдаете. Пока вы не освободитесь, вам следует делать эти вещи. Пока вы не очнетесь от этого сна, или этой иллюзии, медитация необходима, чтобы вновь обнаружить свою изначальную природу ума.

Глава 3. Просветлённый ум

Мы пытаемся понять свой ум. Каков лучший путь развития положительного ума? Мы можем философствовать, пытаться связать наши теории и наш непосредственный опыт, но все это в основе своей требует понимания нашего собственного ума.

В начале ум представляется таким простым, знакомым, легким. Но чем больше мы его исследуем, тем более таинственным он становится. Ум похож на живописца: ум творит Сансару, ум создает Карму, ум порождает замешательство, заблуждение и страдание. Ум объемлет все, что случается. Ум - это родитель, а Сансара и Нирвана - его дети.

Когда я радуюсь - это благодаря уму, когда страдаю - тоже благодаря уму, если ненавижу - мой ум ненавидит, обижаюсь - мой ум обижается. Когда я просветлен, значит, мой ум просветлен. Все опирается на ум. Итак, весьма важно, чтобы мы поняли этот ум.

В некотором роде наши умы уже являются просветленными, способными видеть истину прямо, открыто, но мы не в состоянии увидеть это. Вместо того, чтобы увидеть свой ум таким, каким он является внутренне, нам всегда нужно связать его с чем-то, за что мы хватаемся или держимся. Для описания ума мы часто пользуемся словами, являющимися описанием чего-то еще: ум подобен тому-то или похож на то-то. Мы пытаемся поймать ум рядом понятий или проекций. Вместо непосредственного переживания, мы рассекаем живой опыт нашими интерпретациями. Нам всегда требуется представить себе, вообразить то, что происходит, заручиться некой фантастической идеей относительно того, что мы делаем. Но поскольку мы пытаемся проинтерпретировать нашу реальность так, чтобы она стала удобоваримой, наш непосредственный опыт перестает нас питать.

Все мы каждый своим путем хотели бы иметь дело со своим окружением, иначе мы можем почувствовать себя потерянными. Когда же решаем, что потеряли себя, то и в самом деле оказываемся в тревоге. В наши дни никому не следует теряться. Подразумевается, что каждый из нас знает, куда он или она идет. И все же, как выясняется, люди не удовлетворены и глубоко внутренне обеспокоены.

Чтобы понять, кто мы и что делаем, нам следует усвоить значение тишины. В тишине есть равновесие. Когда благодаря тишине все становится проще, узлы развязываются, а внутренние проблемы постепенно растворяются. Тишина - это не просто отсутствие речи. Тишина приходит изнутри. Она совершенно спокойна, свободна от всякой навязчивости и не требует никакой подготовки. Просто чистая естественность. Ничего не нужно, кроме просто бытия. Если она для вас что-то значит - это не тишина. Тишина не за что не держится. Однако часто, когда мы не одержимы какой-то идеей, не очарованы чем-то, не чувствуем стимуляции, мы вдруг ощущаем себя потерянными. Оказывается, мы теряем свою идентичность, а это воспринимается нами, как серьезная угроза.

Пребывая в тишине, мы сможем открыть, кто же мы в действительности... наш ум и тело становятся прозрачными, и если мы исследуем это непосредственно, нет необходимости в гаданиях. Часто же ищем стимуляции и возбуждения. Нам всегда что-то нужно делать. Если мы на несколько мгновений остаемся одни, мы нервничаем и ощущаем озабоченность, поскольку не хотим встретиться с самим собой лицом к лицу.

В этот момент можно спросить: "Кто стоит за всем тем, что происходит?" Мои глаза двигаются, я слышу звук, различаю то и это... но кто тот, кто все это производит? Нужно опознать эту личность. На общефизическом уровне мы уверены, что счастье - это просто доставить удовольствие телу. Снаружи мы становимся непосредственными, раскованными, а внутри мы все еще глубоко озабочены. Тело все еще чувствует себя неприятно в связи с некоторым нервным напряжением, мешающим нашему осознаванию. Даже приятные ощущения мы оцениваем не до конца. Мы все время забегаем вперед, заглядывая в предстоящий момент в предвкушении следующего удовольствия. Или же сожалеем о том, что, как выясняется, никогда не получаем того, что хотим.

Кто-то поумнее не попадается в ловушку эмоциональной привязанности. Они ставят вопросы и исследуют природу ума. И эти изыскания вызваны отсутствием определенности - никто не обладает конкретной идеей, что же такое ум, или куда идти, чтобы его обнаружить. Вместо этого они строят серии образов своего воображения - ум - это то, или ум - это это, но они показывают на что-то еще. Они лишь указывают на ум, который мыслит, "может-быть-ум", который в действительности просто проекция образа себя.

Пока есть образ себя, оказывается, что мы принадлежим кому-то еще. "Я" и образ себя похожи на женатую пару, непрестанно враждующую, в постоянном несогласии, попытках приспособиться друг к другу, отождествиться. Или же как у женатых можно услышать: "У меня прекрасный муж" или "У меня чудесная жена", образ себя наклеивает ярлыки на наши медитативные переживания и судит о них в терминах "хорошо" и "плохо". Не сужайте свою медитацию до определенного вида заявлений типа... хороший опыт, плохой опыт. Просто забудьте об этих суждениях двойственности. Нет никого, владеющего медитацией. Нет вашей, нет собственности, нет собственника. Это переживание не имеет принадлежности. Нет того, кто существует.

Внутри ума пребывает огромная энергия, которая может обеспечить нам проникновение в природу наших умов с глубокой проницательностью... а может и теряться во взрывах, утекать, растекаться через наши замешательства и беспорядок. Подобно электричеству или атомной энергии, порождающих множество эффектов на физическом плане, ум обладает мощными потенциями на психическом уровне. Когда мы сталкиваемся с так называемыми "невозможными" ситуациями, такими, как депрессия, тревога, страдание, и прочими "проблемами", эта энергия спрессовывается. Умственные проблемы - это способ сжатия этой энергии, вид ограничения поля нашего видения. Это означает - загнать себя в угол. Не имеет значения, какова наша жизненная ситуация - наши проблемы переходят на все более тонкие и глубокие уровни. В дневных неадекватностях и фрустрациях они находят выход на поверхность. Но такие временные ситуации не составляют нашу реальную проблему. Настоящая проблема более проникающа, будучи глубоко запрятанной в нервной системе. Если все время пытаться иметь дело с проблемой, тогда, как только мы решаем, что она разрешена, другая проблема занимает ее место. Это походит на рытье ямы в песке на берегу. Вычерпываешь ведро воды - новая вода занимает ее место.

Вовсе не обязательно поможет попытка контролировать свои мысли или своим собственным способом анализировать корни глубокой проблемы. Мы оказываемся пойманными ведром воды, не замечая океана. Как только мы полагаем, что решили одну проблему или нашли удовлетворение, тотчас возникает другая фрустрация. Нас продолжает ловить бесконечная последовательность проекций, решений и проблем. Даже рыдания и плачь лишь устраняют поверхностное напряжение. В это время все тело напрягается, мускулы сокращаются и буквально выдавливают слезы. После приступа чувствуется некоторое облегчение. Это более напоминает перетаскивание груза с места на место. Пока мы не проснемся, будут возникать те же проблемы или паттерны.

Если бы нас хватило пересчитать все свои мысли, приходившие в течение часа, мы обнаружили бы сотни и сотни. Если наш ум напрягается особым усилием некоторой узко-направленной концентрации в попытке контролировать мысли, мы тяжелеем и истощаемся, исчерпываемся и опустошаемся. Когда же мы мягко постараемся сократить число событий в нашем уме, мы сможем уменьшить зажатость, если же просто расслабимся и войдем в центр первой возникающей в уме мысли, мы совсем по новому, положительно откроемся нашему непосредственному переживанию. Наше внимание уже не будет столь плотно удерживаться на прошлом и будущем, на наших воспоминаниях и проекциях. В непосредственный момент медитации представляется естественная возможность для возникновения осознавания.

Мы всегда ищем хорошего проводника, гида. Но лучшим проводником являемся мы сами. Мы прямо сейчас хотим в своих переживаниях найти полноту самовыражения и пищу, не когда-то в туманном будущем. Именно сейчас мы живы и живем. Мы обладаем этим чудесным телом. У нас множество возможностей найти полное удовлетворение в своих переживаниях и ситуациях. Однако прежде нужно развить полное доверие к себе. Ответы, действительно важные ответы, уже есть в нашем сознании, готовые к тому, чтобы их открыли.

Вам не нужно никакое убежище, кроме своего ума. Когда вы полностью нашли себя, вы увидите, что это внутреннее знание или определенность не имеет ни владельца, ни какой-то отдельной теории. Когда всплывает проблема, вам вовсе не нужно отождествлять себя с этой проблемой. Если вы свободны хотя бы на момент, вы увидите, что нет ничего, что нужно было бы защищать или от чего следует укрываться. Нет нужды куда-то идти. Когда видишь все, как самодостаточное в себе, доверие становится спонтанным. Вы всецело уравновешены. Забота, страхи, блуждания туда и сюда, попытки питать зачарованность, - все это затихает само по себе, когда вы более не фиксируетесь на отдельной проблеме.

Итак, прежде всего мы должны решать, что же для нас действительно важно, а затем расстаться со всякой привязанностью к прежним образцам. Осознавание живет свободно прямо в этот момент в данной ситуации, будем ли мы в медитации, говорим ли с кем-то или просто спокойно гуляем. Если мы сможем пережить, испытать эту открытость и свободу от шаблонов, непрерывно создающих проблемы, эти паттерны начинают изменяться; все, что мы делаем, становится положительнее, уравновешеннее, удовлетворяюще.

Переживание охватывает не только план чувств или физический план, оно и не узко ментально. Не следует его определять слишком узко. Интерпретация, внутренний диалог и концептуальные спекуляции - все это формы схватывания, попытка отождествить себя с особым состоянием бытия или с отдельной точкой зрения, которую мы имеет о себе или о том, кем мы думаем нам следует быть. Это может продолжаться и продолжаться, но Нирвана или просветление - это совсем не обязательно какое-то место, которого мы намерены достичь. Всегда, когда мы говорим о просветлении, мы говорим с помощью нашего концептуального ума. До тех пор, пока просветление и просветленный ум не станут частью нашего внутреннего переживания, нам следует продолжить развитие ума. Когда приходит это время, всякая необходимость дальнейших описаний и объяснений отпадает.

Что же это такое - просветленный ум? Просветление, в действительности, не является чем-то таинственным и потусторонним, но это - скорее результат ничем не ограниченного тонкого осознавания внутри деятельности нашего тела, речи и ума. Это едва уловимая энергия, которую не так-то легко обнаружить за нашими внутренними блоками. Поток остановлен и запружен внутри нас. Хотя мы и говорим об этих энергиях на физическом уровне, они совсем не обязательно должны зависеть от законов, управляющих физической субстанцией. Это качество просветления не есть какая-то вещь. Просветление не имеет ни фиксированного положения, ни субстанции, на которую можно было бы указать... Его природа скорее походит на "открытое пространство". Оно никогда не есть основание некоторой "вещи", которая могла бы быть просто еще одной проекцией нашего образа себя, это и не "смотрение", ориентированное на субъект или объект. Это переживание нельзя даже концептуально интерпретировать, оно скорее -естественная открытость, имеющая место тогда, когда осознаванию предоставлено свободное функционирование, когда осознавание действует само по себе, без запретов прерываний и искажений.

В повседневном языке осознавание в общем случае означает "осознавать какую-то вещь"... смотреть на объекты, узнавать, идентифицировать, пытаться понять и пережить снова. Это осознавание здравого смысла. Но как живое переживание, естественное осознавание не похоже на это. Осознавание является простым и непосредственным, открытым и отзывчивым, свободным от концепций, слов, образов и интерпретаций. Осознавание имеет место в самый начальный момент, не раньше и не позже. Оно немедленное и спонтанное; нет ничего, затемняющего момент: ни субъекта, ни объекта, ни времени, ни пространства. Все остающееся пребывает в этом открытом пространстве, которое адекватно описать нельзя ни с помощью слов, ни с помощью концепций. Наступает полная свобода от наших беспокойных попыток держаться за что-то, искать убежища в том или ином виде заблуждения или в фиксации, подобной трансу. Нет ни вины, ни страха, никаких желаний быть как-то по-другому. Это осознавание становится полным самопринятием и само по себе рождает новую свежую перспективу.

Переживание нашего собственного внутреннего подлинного осознавания явно не является повторением опыта. Это - не память и не проекция. Это не похоже на "то" или "это", не связано с чем бы то ни было, но является полным, прекрасным, немедленным и спонтанным присутствием. Это естественное осознавание есть свое собственное переживание, но без всякого отождествления с прошедшим моментом и без попыток построить следующий момент - без накопления опыта и без испытывающего опыт. Оно целиком свободно от страха, вины, заботы, ожидания, проекций, фиксаций, идей, концепций, суждений, образов или занимания позиции. Когда мы переживаем эту открытую природу или принимаем в ней участие, нет ничего недостающего, так как эта "нехватка" есть просто проекция нашего сна в неведении. Нечего защищать и нечего делать, и в то же самое время естественное движение этого осознавания исключает все преграды видеть вещи, как они есть, а естественное выражение этого осознавания обеспечивает такое видение, когда возможно всякое позитивное действие.

Возможно, в начале мы бываем жестки, не желая расстаться с чувством безопасности, опасаясь оказаться в еще большем замешательстве, не находящем ответов. Но чем большую настойчивость мы проявим, вскрывая и снимая свои напряжения, тем скорее открываются новые пространства и большая свобода. В процессе этого нового исследования старые зажатости постепенно исчезают и начинает крепнуть бесстрашное вручение себя своему собственному ощущению здоровья, -начинается созревание.

Птица может летать почти всегда. Пока есть пространство, она летает и летает, Подобным же образом, пока есть возможность и свободное пространство, продолжайте идти вперед. Держите себя открытым. Не отступайте и не возвращайтесь к испытанному. Если вы скажете: "Ну как моя медитация?", - медитационное переживание исчезнет.

В Тибете золотоискатели постоянно возвращаются к только что добытому. Они все время проверяют - сколько уже добыто? Хорошо ли это золото?.. постоянно оценивая. Так и нам постоянно хочется оценить свою медитацию. Мы хотим знать, правильна или неправильна наша медитация. Если это хорошая медитация, вы говорите: "О, превосходная была медитация"... или "Опять у меня эти проблемы", - вместо того, чтобы упорно идти дальше. Все виды открытости лежат в пространстве между мыслями. И когда вы открываетесь, вы больше не видите центра, ничего, за что можно было бы держаться, ничего, на что можно было бы указать, утверждая: "Это - это!"

Представьте на минуту, что все небесные объекты: планеты, звезды, метеориты, черные дыры, газовые облака, - целиком исчезли. Нам осталось только пустое пространство. Ничего внутри и ничего снаружи - ничего, на что можно было бы опереться или указать. Нет ни тяготения, ни направления... ни позиции, ни суждения. Вы не можете отыскать никакого центра.

Двойственный ум постоянно ищет себе поддержку, отождествляясь с внешними объектами. Когда ум утрачивает приверженность к любой концепции, идее, правильной мысли, хорошему пути, плохому пути, настоящему золоту, фальшивому золоту - больше нет ни суждений, ни потерь, ни выигрышей... потому что нет больше никакого отождествления, никакой идентичности. "Отождествление" означает, что "некто" относится к "нечто". Но когда вы начинаете смотреть на мир без таких различий и разделений, тот, кто присваивает переживанию ярлык "мой", кто говорит о восприятиях или имуществе, как "моих", кто мешает нам видеть мир, как он есть -личное отождествление - отпадает.

Когда мы целиком оставим нашу субъективную точку зрения, признанная нами идентичность или наш образ себя исчезает… как если бы мы отошли от зеркала. Когда исчезает отражающая самое себя идентичность, нет более ни проецирующего, ни проекций... не остается ни того, кто строит проекции, ни того, кто их принимает. Наша первая реакция на потерю своего чувства идентичности - это чувство глубокой угрозы. Этот страх в действительности - проявление остатков эго: страх - это главный защитник эго. Но вместе с тем, что мы теряем все полностью, оставляя свою идентичность, мы все же остаемся способными функционировать, ничего не утрачивая из своих способностей. Мы "рождаемся вновь". Мы приобретаем новое осознавание. Но это устойчивое осознавание - уже не на сансарическом уровне. Оно свободно от предрасположенности, от привязанности к позиции, от отождествления с чем бы то ни было, от принятия вещей, как чего-то твердого и фиксированного. В этом полностью открытом и пробужденном сознании все происходит новым, свежим, открытым и положительным образом.

Возможно, однажды все наши восприятия трансформируются в природу ума Будды. Есть возможность, что и сам ум исчезнет. Сейчас только наши фиксации и верования или потребность в чем-то твердом и устойчивом ловят нас в ловушку убежденности, что ум существует. То, во что мы верим, как в ум, на самом деле не ум, так как когда бы мы ни сказали, что ум есть это или ум есть то, мы тотчас теряемся в фантазиях, концепциях или определениях ума. Но если мы надлежащим образом переживаем медитацию, мы в конечном итоге понимаем, что сам Ум целиком пуст, без всякого содержания. Поэтому нет ничего, на что бы мы могли указать, называя это "умом". Утверждать, что ум - это ничто - все еще попытка описать или определить ум согласно некоторой концепции. Но медитация прерывается, как только возникает речь. Вот почему так важна тишина. Слова и концепции могут лишь указать в направлении интерпретируемых фрагментов нашего переживания, осознавание же оживает в тишине. Так что нет пути прямо говорить о природе самого Ума или найти ему иллюстрацию. Ум - это не результат какого-то суммирования. Ум - это не абстракция. Ум абсолютно бесструктурен. Веревка не пройдет через игольное ушко - проходит лишь тонкая нить. Когда мы входим в мысль, в пробел между мыслями, то открывается бесконечное огромное пространство... открытость без отождествления.

Глава 4. Шуньята

Ученье Шуньяты восходит к Будде. После достижения просветления Буддой под деревом Бодхи он подумал про себя: "Никто не сможет понять это высшее знание, поэтому я никого не смогу научить ему. Это природа Шуньяты." И он решил жить в лесу в молчании... пока все Раджасы в небесных сферах не упросили его повернуть колесо Дхармы так, чтобы страдающие чувствующие существа смогли бы услышать это драгоценное учение. Затем они совершили много добрых подношений Будде: прекрасное золотое колесо, зонтик, морскую раковину, цимбалы и т.д. со словами: "Пожалуйста, поверни колесо Дхармы. Ты не можешь оставаться в молчании". Так в те времена перед первой Дхарма чакрой, Будда лично передал нескольким ученикам учение Шуньяты.

Шуньята имеет четыре или пять главных качеств: zab-pa означает "великую глубину", zhi-ba -"великий мир", od-gzol-ba - "великую ясность" или "прозрачность", spzol-pal, обычно переводимое как "пустота", означает "свободу, которой нечего делать с концепциями, символами и жестами" и dus-ma-bgas означает "необусловленная". Эти пять качеств Шуньяты подобны нектару, но как говорит сам Будда: "Я открыл это безбрежное знание, но если я обнародую эти учения, никто не сможет понять их ни вербально, ни символически". Это было главной проблемой: Шуньята не имеет ни характеристик, ни сущности, и он не мог указать на нее, как пребывающую где-то. Шуньята не может быть ни описана, ни объяснена. Ее даже нельзя пережить ни физически с помощью органов чувств, ни концептуально посредством мыслей и образов. Как же мы можем коснуться этого глубокого учения?

Первое, путей интерпретации Шуньяты нет - мы не можем сделать это ни тем путем, ни этим. Все наши идеи, концепции, ментальная деятельность, интуиция не в состоянии ее объяснить. Мы не можем что-либо сказать. Все, что можно сделать, - это полностью разрушить, отбросить все... сорвать все маски... и позволить нашим умам стать совершенно молчаливыми, исполненными мира, пустыми и ясными - стать переживанием, стать Шуньятой. Если мы по-настоящему целиком и полностью забудем все, все наше существо станет природой открытого пространства. В этом открытом осознавании или прозрачности, между мыслями, прежде чем оформится следующая концепция, нет ни субъекта, ни объекта, ни переживания, ни переживающего.

Когда я говорю... полностью оставить все предвзятости и суждения, это кажется похожим на отрицательное чувство - все разрушено. Да, но с точки зрения Шуньяты и нечего разрушать, нечего устранять, нечего очищать. Философы спрашивали Нагарджуну: "Почему все это?" И он отвечал: "Потому, что все уже целиком и совершенно есть природа Шуньяты".