Помоги проекту - поделись книгой:
Разработка и реализация национальной модели социально ориентированного государства инновационного типа, по нашему мнению, являются оптимальным вариантом общественного развития нашей страны в современных условиях.
В ноябре 2008 года была утверждена Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 года, разработанная в соответствии с поручением Президента Российской Федерации по итогам заседания Государственного совета Российской Федерации, состоявшегося 21 июля 2006 г. Целью Концепции является определение путей и способов обеспечения устойчивого повышения благосостояния российских граждан, динамичного развития экономики, укрепления позиций России в мировом сообществе в долгосрочной перспективе. В ней сформулированы основные направления долгосрочного социально-экономического развития страны с учетом современных экономических условий; стратегия достижения поставленных целей, включая способы, направления и этапы; формы и механизмы стратегического партнерства государства, бизнеса и общества; цели, целевые индикаторы, приоритеты и основные задачи долгосрочной государственной политики в социальной сфере, в сфере науки и технологий, а также структурных преобразований в экономике; цели и приоритеты внешнеэкономической политики; параметры пространственного развития российской экономики, цели и задачи территориального развития.
Тем не менее, России предстоит пройти нелегкий путь превращения концептуальной (теоретической) модели, основанной на нормативах (нормативной модели), в практическую (реальную модель) социального государства. Для этого необходимо широко использовать опыт стран, добившихся значительных результатов на пути строительства правового демократического социального государства, основанного на социально ориентированном рыночном хозяйстве. Переход к социально ориентированной рыночной экономике в России должен быть обеспечен, по нашему мнению, выполнением ряда условий:
– обеспечение экономической свободы;
– становление многообразия форм собственности;
– развитие честной конкурентной среды;
– формирование рыночной инфраструктуры;
– баланс рыночных и нерыночных методов регулирования экономики;
– формирование открытой модели экономики при соблюдении национальных интересов страны;
– создание эффективной системы социальной защиты и социального страхования населения;
– создание социальной инфраструктуры;
– создание системы контроля со стороны государства за функционированием социальной сферы.
В развитии социальной политики Российской Федерации можно выделить как минимум три этапа, представляющих функционирование различных моделей социального развития:
1. Первый этап (первая половина 1990-х годов) характеризовался патерналистской моделью социального развития, для которой характерно жесткое определение государством поведения человека в социальной сфере и охват социальной защитой практически всего населения. Данная модель была заимствована из практики регулирования социальной сферы СССР.
Среди основных недостатков патерналистской модели можно выделить перекрестную реализацию социальных программ, вызывающую дублирование социальной помощи и неоправданно высокие (с точки зрения финансовых возможностей) расходы на социальную сферу. На этом этапе социальная политика в России, как и во многих других странах с переходной экономикой, была ориентирована преимущественно на наращивание удельного веса социальных расходов в совокупных расходах государства. В то же время усилия, направленные на повышение эффективности социальных программ, отступали на второй план.
Повышение доли социальных расходов не смогло предотвратить снижение уровня жизни не только всего населения, но даже работников отраслей социальной сферы. Оно привело лишь к дальнейшему быстрому нарастанию проблемы бюджетного дефицита. Таким образом, патерналистская модель показала свою неэффективность в регулировании современных социальных процессов в обществе. Вместе с тем ее применение на начальном этапе социально-экономических преобразований в России было обосновано в силу ряда причин, среди которых: резкое падение уровня жизни населения; отсутствие опыта решения столь масштабных задач в области социальной политики; недостаточная определенность социально-экономических приоритетов государства; отсутствие нормативно-методической базы для решения многих задач социальных реформ; несформировавшаяся рыночная социальная структура общества.
Резкое обострение бюджетно-финансовых проблем в условиях экономики кризисного состояния подтвердило бесперспективность попыток решить социальные проблемы лишь путем дальнейшего наращивания финансирования, без проведения глубоких структурных социальных преобразований, тем более что сохранение традиционных методов социальной политики приводило к прямо противоположным результатам: например, перекрестное субсидирование жилищно-коммунальных расходов в большей степени повышало уровень благосостояния богатых слоев общества, чем бедных.
2. Второй этап современной истории развития российской социальной политики составляет переход от патерналистской модели к адресной системе. Именно переход, так как мы еще далеки от достижения этой цели. Основными характеристиками этой модели являются:
– четкое определение приоритетов социальной политики;
– дифференциация социальной политики государства в отношении различных слоев населения;
– корректное выделение категорий получателей социальной помощи;
– доведение до получателей социальной помощи финансовых ресурсов в полном объеме;
– определение и разграничение полномочий в реализации социальной политики между всеми уровнями бюджетной системы.
Важнейшей задачей в сфере социальной политики становится существенное повышение ее эффективности, концентрация усилий на решении наибол6ее острых социальных проблем, выработка новых механизмов реализации социальной политики, обеспечивающих сокращение неоправданных бюджетных расходов, и более рациональное использование материальных и финансовых ресурсов в социальной сфере.
Примеры неэффективного расходования средств существуют практически в каждой отрасли социальной сферы и связаны, прежде всего, с преобладанием безадресных форм социальных выплат. Согласно оценкам Международной организации труда, эффективность программ социальной помощи в России, рассчитанная как удельный вес средств, поступающих семьям, живущим за чертой бедности, в суммарных социальных трансфертах, составляет всего 19 %. Аналогичный показатель в большинстве развитых стран и в некоторых странах Восточной Европы колеблется в пределах 30–50 %.
Одним из важнейших аспектов в изменении социальной политики является переход от преимущественно социальной поддержки к социальному страхованию с дифференциацией рисков и зависимостью размеров страховых выплат от страховых взносов. Это является одной из важнейших форм перехода от системы социального патернализма к адресной социальной системе. Формирование адресной социальной поддержки предполагает введение целевого характера в системе распределения и использования социальных трансфертов, в том числе и как основы межбюджетных отношений.
В рамках реализации адресной модели социальной системы Российской Федерации можно выделить следующие этапы: антикризисное управление социальными процессами в обществе; достижение социальной стабильности; устойчивое развитие социальной сферы. Сложившаяся на сегодняшний день ситуация в социальной сфере соответствует первому этапу становления вышеуказанной модели. Управление социальными процессами в значительной степени осуществляется по принципу «пожарной команды», когда основные усилия прилагаются к решению самых неотложных проблем, представляющих угрозу существованию единого социального пространства на территории Российской Федерации.
В сложившейся ситуации Правительство России в документе «О мерах Правительства Российской Федерации и Центрального банка Российской Федерации по стабилизации социально-экономического положения в стране», принятом в декабре 1998 года, поставило на первый план оперативное решение вопросов нормализации сферы жизнеобеспечения, поддержания доходов населения, смягчения последствий финансового кризиса для населения. На этом этапе совершенствовалась нормативно-правовая база новой модели адресной социальной защиты Российской Федерации.
3. Третий этап формирования социальной политики в рамках перехода к адресной социальной системе характеризуется двумя основными тенденциями. Одна их основных черт системного изменения модели социальной политики – ее муниципализация, т. е. смещение по иерархии управления вниз, что позволит повысить эффективность расходования бюджетных средств путем предоставления возможности в большей степени определять социальную политику на муниципальном уровне. При этом должно сохраняться единое социальное пространство на территории России путем установления федеральных минимальных гарантий в социальной области (минимальных социальных стандартов). Другой характерной чертой третьего этапа формирования социальной политики является «монетизация» социальных льгот. Данный процесс подразумевает замену основной массы социальных льгот для определенных категорий льготников ежемесячными денежными выплатами.
К основным задачам на 2010 год можно отнести разработку механизмов предоставления субсидий, которые по своему содержанию направлены на проведение мероприятий по модернизации в отраслях, но не увязаны с реформами в данных отраслях с целью стимулирования проведения социально-экономических реформ в субъектах Российской Федерации и муниципальных образованиях, содействия повышению эффективности использования средств федерального бюджета, направляемых на решение вопросов территориального развития, а также включения в процесс социальноэкономических реформ средств бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований.
На базе указанного вида субсидий предлагается разработать соответствующие механизмы финансирования, то есть сформулировать дополнительные условия их предоставления бюджетам субъектов Российской Федерации, которые учитывали бы проведение реформ в соответствующих отраслях в субъектах Российской Федерации. Также предполагается разработка аналогичного механизма финансирования для отдельных субсидий, которые предоставляются бюджетам субъектов Российской Федерации в рамках ФЦП, в частности направленных на реформирование жилищно-коммунального хозяйства (подпрограммы в рамках ФЦП «Жилище»: «Обеспечение жильем молодых семей», «Модернизация объектов коммунальной инфраструктуры», «Обеспечение земельных участков коммунальной инфраструктурой в целях жилищного строительства», «Мероприятия по обеспечению жильем отдельных категорий граждан»).
Таким образом, изменения в модели социальной политики Российской Федерации способствуют постепенной трансформации государственного патернализма в умеренно либеральную социальную систему. Только такая модель может обеспечить совпадение и непротиворечивость социальных целей и механизмов их достижения. Такая позиция находит отражение в официальной позиции Правительства России и закрепляется в государственных социальных программах.
Устойчивое развитие социальной сферы становится принципиальной особенностью перспективной стратегии социально-экономического развития России. При этом долгосрочными целями социальной политики является создание так называемого субсидиарного государства, которое предполагает: достижение ощутимого улучшения материального положения и условий жизни людей; гарантию конституционных прав граждан в области труда, социальной защиты населения, образования, охраны здоровья, культуры, обеспечения жильем; обеспечение эффективной занятости населения, повышение качества и конкурентоспособности рабочей силы; нормализацию и улучшение демографической ситуации; существенное улучшение социальной инфраструктуры.
2.7. Выбор методов регулирования в условиях преодоления кризиса: кейнсианство или монетаризм?
Вопросы, связанные с местом, ролью и функциями государства в экономике, занимали ученых с самого возникновения экономической науки. В мировой экономической литературе представлен довольно разнообразный спектр мнений касательно возможностей государственного регулирования рыночной экономики. При этом взгляды ученых существенно менялись в зависимости от конкретных условий развития мирового хозяйства – был ли это период мира или войны, бурного экономического роста или затяжного циклического кризиса, галопирующей инфляции или дефляции и др. Объективные процессы эволюции мирового хозяйства способствовали существенному возрастанию роли экономической теории в познании закономерностей и тенденций развития экономики и разработке научно обоснованной экономической политики государства.
В процессе эволюции взглядов ученых на вопросы регулирования экономических процессов в прошлом столетии в западной науке сформировались две альтернативные концепции макроэкономического регулирования, получившие название «кейнсианство» и «монетаризм». Приверженцы кейнсианства исходили из того, что система свободного рынка лишена внутреннего механизма, обеспечивающего макроэкономическое равновесие. Поэтому требуется активное вмешательство государства в экономику посредством бюджетной, кредитно-денежной и социальной политики. В основе концепции монетаризма лежит положение о том, что априори рынки конкурентны и рыночная система в состоянии автоматически достигать макроэкономического равновесия. Глобальный финансово-экономический кризис, разразившийся в 2008 году, еще раз заставил задуматься над поиском эффективных механизмов регулирования экономических процессов.
Кейнсианская концепция базируется на идеях одного из крупнейших экономистов ХХ столетия Дж. М. Кейнса. Разработанные им агрегированные модели макроэкономических показателей получили не только количественную определенность, но и собственный измеритель – деньги. Крайне скептически Кейнс относился к принципу «невидимой руки», сформулированному Смитом. Кейнс исходил из того, что система свободного рынка лишена внутреннего механизма, обеспечивающего макроэкономическое равновесие. Дисбаланс между сбережениями и ожидаемыми инвестициями вызывает снижение деловой активности, что в свою очередь усиливает инфляционные процессы и влияет на уровень безработицы. Согласно этой теории изменение совокупных запасов потребительских и инвестиционных товаров в основном воздействует на уровень производства и занятости. Поэтому кейнсианство поощряет активное вмешательство государства в экономику посредством дискреционной фискальной политики.
Акцент в этой политике делается на совокупных расходах и их элементах. Следует отметить, что доля государственных расходов в бюджетах большинства стран мира на протяжении прошлого столетия имела устойчивую тенденцию к росту. За период с 1870 по 1996 гг. доля государственных расходов возросла в % к ВВП во Франции с 12 до 55, в Нидерландах с 9 до 50, в Германии с 10 до 49, Италии с 12 до 53, Японии с 9 до 36 и в США с 4 до 33. По данным ОЭСР, в 2006 г. доля государственных расходов в ВВП Франции составляла 54 %, Германии – 47 %, Великобритании – 45 %, США – 36 % [96] .
На протяжении 80-х и 90-х годов прошлого столетия наиболее эффективно кейнсианские методы фискальной политики использовали новые индустриальные страны Азии – Гонконг, Южная Корея, Малайзия, Таиланд, Сингапур, Тайвань. Особенно сложными проблемами Д. Кейнс считал подверженность рыночного хозяйства экономическим кризисам и безработицу. Поэтому одной из важных его заслуг является разработка основ антикризисной политики государства.
Современная трактовка кейнсианства не отрицает, а интегрирует и консолидирует в едином механизме «настройки»: финансовые инструменты регулирующие рыночные процессы; сильную финансовую политику государства; централизацию бюджетных ресурсов, используемых на цели социальноэкономического развития. Развивая идеи Д. Кейнса, его последователи в 4060-х годах прошлого столетия создали стройную концепцию экономической системы, регулируемой как рынком, так и государством, нередко называемую кейнсианской смешанной экономикой.
Основу смешанной экономики составляет частная собственность. Государство – своеобразное дополнение к ней и потому не должно выступать в качестве конкурента частного капитала. Государство выполняет функцию «встроенного стабилизатора», ликвидируя (или нивелируя) неустойчивость социально-экономического развития. Известный американский экономист Пол Самуэльсон считал, что смешанная экономика фактически является гигантской системой общего страхования от наихудших бедствий экономической жизни [97] . На основе общей концепции кейнсианцы разработали конкретные формы и методы государственной экономической политики в смешанной системе.
Наибольшее признание в практике государственного регулирования экономики получили теории антициклического (сейчас более известного как конъюнктурного) регулирования и теории экономического роста. Главное направление государственной политики экономического роста – это воздействие на инвестиции. Основными ее инструментами являются: государственный бюджет; налоговая политика; регулирование процентной ставки. Из методов регулирования решающее значение придается государственным расходам, расширение которых иногда обеспечивается в определенной степени дефицитным финансированием. Основная цель роста государственных расходов – увеличение эффективного спроса со стороны самого государства и создание благоприятных условий для частных капиталовложений. В результате применения комплекса мер возникает эффект мультипликации, согласно которому инвестиции, осуществляемые правительством, благоприятно сказываются на динамике валового внутреннего продукта, обеспечивают рост занятости, расширяют потребление.
Совершенно очевидно, что без серьезной государственной поддержки многим европейским странам и США не удалось бы создать и развить современные отрасли экономики. В частности, суммарная государственная помощь крупнейшей американской корпорации «Боинг» по состоянию на 2005 г. оценивалась в 25 млрд долл. Европейский концерн «Аэробус» со дня основания в 1967 г. получил различных видов государственных субсидий примерно на 15 млрд долл. [98] Использование кейнсианских концепций в практике государственного регулирования экономики США и большинства стран Западной Европы породило у многих западных экономистов уверенность в том, что была найдена почти идеальная модель смешанной экономики.
Как ни парадоксально, но Россия, где долгие годы существовала жесткая система централизованного планирования и традиционно была велика роль государства в экономике, на протяжении 1990-х годов переживала глубокий экономический кризис, в том числе бюджетный кризис. В начале экономических преобразований в России были полностью устранены планирующие органы и разрушены крупные промышленные комплексы. В таких условиях появление клановых и мафиозных образований гораздо выше, чем вероятность появления рынка, где господствует добросовестная конкуренция. Заняв позицию невмешательства, государство предоставило возможность формироваться новой капиталистической экономике под бдительным оком других институтов, приведших к глубокому экономическому и финансовому кризису.
Структуры, заполнившие институциональный вакуум российской экономики, были неспособны на реальную трансформацию общества на рыночных принципах, что привело к развитию так называемого «бандитского капитализма», последствие которого Россия не может преодолеть до сих пор. Кейсианские методы регулирования экономики оказались вновь востребованы в период кризиса 2008 г. Этот кризис по своим масштабам оказался сравнимым лишь с великой депрессией 1929–1933 гг. Особенностью нынешнего кризиса является его глобальный и системный характер. Кризис кредитно-банковской системы «наложился» на кризис институциональных инвесторов, кризис фондового рынка и перерос в кризис доверия.
Рассмотрим теперь монетаристскую концепцию. В основе идей монетаризма лежит количественная теория денег, трактующая деньги как основной элемент рыночного хозяйства. Согласно данной теории денежная масса, находящаяся в обращении, оказывает непосредственное влияние на уровень цен. Это означает, что деньги выполняют функцию управления спросом и соответственно хозяйственными процессами, в том числе оказывают значительное влияние на объем производства и занятость. Переход количественной теории денег в новое качество связан с уравнением обмена И. Фишера, который нашел четкое логическое выражение самой сути количественной теории денег.
Денежная теория превратилась в движущую силу нового экономического учения, которое с легкой руки американского экономиста Карла Бруннера (1968 г.) получило название монетаризм. В основе концепции монетаризма лежит положение о том, что априори рынки конкурентны и рыночная система в состоянии автоматически достигать макроэкономического равновесия. Идейным лидером монетаристов во второй половине прошлого столетия был Милтон Фридман. Будучи ярым сторонником гибких валютных курсов, Фридман вел активную работу по воплощению своей идеи в реальную экономическую политику.
Фактически благодаря усилиям Фридмана произошел «демонтаж» Бреттон-Вудской системы, основанной на золотом стандарте и фиксированном курсе валют. В этом событии проявилась реализация на практике противостояния «кейнсианства» и «монетаризма». Монетаризм можно назвать особым подходом к анализу экономического роста, национального дохода, занятости, проблем открытой экономики. По мнению монетаристов, рыночная система имеет два принципиальных преимущества – она чрезвычайно динамична и является саморегулирующейся. В результате эта система дает широкий простор для изменений, восприимчива к нововведениям, гибко приспосабливается к новым потребностям.
Фридман бескомпромиссно отстаивал идею об исключительном значении устойчивости денег для нормального функционирования экономики. Отклонение от этого правила означает распад всех механизмов, с помощью которых части рыночной экономики образуют единое целое. Кредо денежной политики монетаристы определяли как стабильность, стабильность и еще раз стабильность. Стабильный рост запаса денег обеспечивает, с определенным лагом стабильный рост производства. Отсюда «денежное правило»: Центральный банк обязан поддерживать устойчивость прироста денежного запаса независимо от циклического движения хозяйственной конъюнктуры. Положение о том, что прирост денежной массы не должен превышать 3–5 % в год, легло в основу политики многих стран мира.
Монетаристы объявляют государственное регулирование вредным для развития предпринимательской инициативы, дестабилизирующим экономику и изначально бюрократичным. Поэтому они призывают к минимизации вмешательства государства в экономику, допуская лишь проведение фискальной политики. Гибкость цен и ставок заработной платы гарантирует воздействие изменения совокупных расходов на цены товаров и ресурсов, а не на уровни производства и занятости. Таким образом, суть монетарной политики – в регулировании объема предложения денег для стабилизации национального рынка.
Основы монетаристского учения использовались при выработке кредитно-денежной политики Центральных банков различных стран, международными финансовыми организациями, в том числе Международным валютным фондом, Мировым банком, Европейским банком реконструкции и развития и др. Тем не менее на практике многие предсказания Фридмана не получили подтверждения. В частности, это касается изменений в мировой экономике после введения плавающих курсов валют. С течением времени стало ясно, что плавающие курсы не являются ни панацеей от международных финансовых кризисов, ни тем более спасением свободного рынка.
Идеологи российской экономической реформы начала 90-х годов прошлого столетия официально провозгласили приверженность монетаризму, открытой рыночной экономике и действительно пытались использовать основные принципы этих моделей. В частности, начали создаваться отдельные механизмы регулирования объема предложения денег для стабилизации национального рынка. Государственная монетарная политика проводилась через Центральный банк России, который осуществлял эмиссию денег, регулировал платежи и резервы коммерческих банков, определял величину учетной ставки, изменял уровень резервной нормы. Центральный банк России пытался проводить операции на открытом рынке. Однако российский монетаризм, в отличие от западного, носил жесткий директивнорестрикционный характер, причем нередко на практике игнорировал важнейшие его постулаты. Финансовый кризис в России, разразившийся в августе 1998 г., показал, что ориентация в экономической политике только на использование данной концепции не может решить всех проблем создания основ рыночной экономики. Подтвердил это положение и глобальный финансово-экономический кризис 2008 г.
Нынешний мировой финансово-экономический кризис поставил точку в долгом споре между «кейнсианством» и «монетаризмом» о роли государства в регулировании экономических процессов. Кризис показал несостоятельность концепции монетаризма, в основе которой лежит положение о том, что априори рынки конкурентны и рыночная система в состоянии автоматически достигать макроэкономического равновесия. В разгар финансового кризиса практически все ведущие промышленно развитые страны вынуждены были перейти на «ручное» управление экономикой.
Без существенных государственных вливаний денежных средств в экономику, фактической национализации обанкротившихся финансовых институтов и других мер денежно-кредитной и бюджетной политики большинство стран были бы обречены на финансовый коллапс, как это произошло с Исландией. Нынешний глобальный финансово-экономический кризис еще раз наглядно показал, что основными условиями успешного социальноэкономического развития всех без исключения государств мира является устойчивость и стабильность.
В экономической теории устойчивость рассматривается в качестве одного из понятий концепции экономического равновесия, согласно которой достижение и удержание равновесного состояния в экономике относятся к числу важнейших макроэкономических задач. Следует отметить, что взгляды кейнсианцев и монетаристов на важность для экономики устойчивого развития абсолютно совпадали. Однако методы достижения экономической устойчивости у них были противоположными. По законам системного анализа устойчивость любой системы определяется наличием в ней механизмов саморегуляции. В экономических системах такими механизмами призваны стать: на микроэкономическом уровне – саморегулируемые организации; на макроэкономическом уровне – функциональные экономические системы; на глобальном уровне специализированные международные экономические организации и мегарегуляторы [99] . Такая трехуровневая конфигурация саморегулирования должна значительно повысить устойчивость глобальной экономики.
Сегодня для России необходимы смена экономической парадигмы, смещение акцентов в сторону социально-рыночного хозяйства и создания инновационной, устойчивой, саморегулирующейся экономики. Необходимо выстроить стройную, гармоничную систему регулирования и управления социально-экономическими процессами, когда на микроэкономическом уровне устойчивость будут обеспечивать саморегулируемые организации и на макроэкономическом уровне функциональные экономические системы. Одним из важнейших понятий экономической теории и необходимым инструментом макроэкономического регулирования и управления является экономическая политика государства, которая должна реализовываться через разработанную и официально утвержденную Правительством концепцию и стратегию социально-экономического развития.
Совершенно очевидно, что для успешного проведения экономической политики государству также необходима «приборная панель», которая бы давала правильные ориентиры выбранному социально-экономическому курсу. Поэтому нами предлагается разработать систему показателей для управления экономическими процессами, которую можно было бы назвать – система сбалансированных социально-экономических показателей устойчивого развития. Указанная система могла бы объединить три группы показателей – макроэкономические, социальные и экологические. К таким показателям в первую очередь следует отнести: темпы прироста ВВП; уровень инфляции; размер дефицита государственного бюджета; размер государственного долга; пределы колебания курса национальной валюты; объём золотовалютных резервов; уровень монетизации экономики; уровень развития конкурентной среды; уровень бедности; уровень безработицы; степень неравенства в распределении денежных доходов различных слоев населения; объем выбросов в атмосферу углекислого газа; доля возобновляемых источников энергии в энергетическом балансе; энергоемкость ВВП и отдельных отраслей промышленности; уровень производства различных видов отходов; уровень экологической устойчивости и др. Основным принципом экономической политики должно стать таргетирование основных макроэкономических, социальных и экологических показателей.
Новая модель саморегуляции рыночной экономики, основанная на системе сбалансированных социально-экономических показателей устойчивого развития может быть достаточно универсальной и использоваться как на страновом уровне, так и на региональном и муниципальном уровнях. Несмотря на мировой финансово-экономический кризис политическая стабильность в России, преемственность социально-экономического курса, наличие природных, трудовых и финансовых ресурсов очередной раз дает шанс стране провести реальные экономические преобразования, заложить фундамент возрождения и процветания России в третьем тысячелетии.
2.8. Антикризисное регулирование на региональном уровне (на примере Республики Карелия)
Проблемы региональной экономики в период борьбы с кризисом не перестают быть одними из самых актуальных тем для научных исследований. На сегодняшний день регионы Российской Федерации отличаются друг от друга по многим параметрам. Речь идет не только о географическом положении, которое, несомненно, определяет многие характеристики, такие как наличие сырьевой базы региона, отдаленность от крупных промышленных центров, но и о социальной структуре региона, а также потенциале развития его производительных сил.
Чтобы разрешить противоречия между регионами, выровнять существующие диспропорции целесообразно использовать механизм государственного регулирования экономики субъектов Российской Федерации. В результате чего должна быть сформирована единая система организационноправовых механизмов, способная воздействовать на развитие территориальной экономики. Следует подчеркнуть, что государственное регулирование экономики должно эффективно осуществляться как на общенациональном уровне, так и на уровне субъектов. Причем методы регулирования могут существенно отличаться в различных регионах. Поэтому рассмотрим экономические методы государственного регулирования региональной экономики на конкретном примере Республики Карелия.
Экономические методы государственного регулирования, как на федеральном, так и на региональном уровне подразделяются на прямые и косвенные. И хотя единой точки зрения на их определения не существует, принцип разделения данных методов во всех случаях идентичен.
Прямые методы воздействия государства на экономику заключаются в проектном финансировании, кредитовании, реализации различных целевых программ. Данная группа методов предполагает обеспечение региона финансовыми ресурсами. Основными преимуществами применения простых методов являются относительная простота и достаточно быстрая и точная оценка эффективности их применения. К недостаткам можно отнести изменение конкурентной среды и отток финансовых ресурсов из одних сфер деятельности в другие, причем не всегда экономически оправданный. Косвенные методы государственного регулирования экономики предполагают проведение со стороны государства денежно-кредитной политики, а также воздействие на таможенные, валютные, внешнеэкономические отношения. Что, в свою очередь, влияет на формирование благоприятной конкурентной среды в регионе, а также создание новых факторов производства. Следует отметить, что, в отличие от прямых методов регулирования, косвенные методы не носят адресного характера и воздействуют на экономику региона опосредованно. Достоинствами косвенных методов является их гибкость, неотделимость от функционирования рыночных механизмов.
Республика Карелия входит в группу регионов, экономическая ситуация в которых близка к средней по стране. Однако существует ряд экономических проблем, к решению которых в период кризиса привлекались методы государственного регулирования. В первую очередь в 2009 году реализовывались антикризисные меры по стабилизации экономической ситуации. Следует отметить, что за 2009 год Республика Карелия включена в перечень из 14 субъектов Российской Федерации, в которых антикризисные меры реализованы наиболее продуктивно [100] . Как уже говорилось выше, одними из самых эффективных и быстродействующих являются прямые методы государственного регулирования экономики. За 2009 год в Республике Карелия предпринимались следующие меры прямого воздействия:
1. Субсидирование сельскохозяйственных производителей. Данная антикризисная мера позволила Республике не допустить резкого спада производства сельскохозяйственной продукции, однако он все же имел место. Индекс физического объема продукции сельского хозяйства за 2009 год составил 98,0 % к предыдущему году. Следует заметить, что за первый квартал 2010 года наблюдается рост данного показателя по отношению к аналогичному периоду 2009 года (табл. 2.4).
Таблица 2.4. Динамика основных социально-экономических показателей [101]
2. Реализация региональной программы поддержки занятости населения на 2009 год. Общий объем финансирования данной программы составил 167 миллионов рублей. Безусловно, решение проблемы безработицы призвано стимулировать экономический рост региона. Тем более в условиях кризиса наиболее важным представляется сохранить рабочие места, хотя, как показывает практика, удалось обеспечить рост заработной платы отдельных категорий граждан. По большей части изменения коснулись работников государственных учреждений в связи с вводом новых систем оплаты труда. Таким образом, по состоянию на март 2010 года среднемесячная номинальная начисленная заработная плата в целом по Республике Карелия составила 19243,6 рубля и возросла по сравнению с соответствующим периодом 2009 г. на 8,3 %, по сравнению с предыдущим месяцем на – 8,2 %. Реальная (начисленная) заработная плата, рассчитанная с учетом индекса потребительских цен, выросла по сравнению с мартом 2009 г. на 0,8 %, с февралем 2010 г. на – 7,2 % [102] . В первом квартале 2010 года численность зарегистрированных безработных по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года также сократилась. Но, несмотря на выявившуюся положительную динамику показателей заработной платы и безработицы, необходимо заметить, что рост безработицы в Карелии выше среднего по России.
3. Поддержка Правительством Республики Карелия приоритетных инвестиционных проектов. В рамках этого направления государственного регулирования из бюджета Республики субсидировалась часть банковской процентной ставки, а также проводилась реструктуризация задолженности по кредитам, выделенным на реализацию инвестиционных проектов. Однако в данной сфере оптимистичные прогнозы строить рано. Объем инвестиций в основной капитал в 2009 г. составил 18681,7 млн рублей или, 68,1 % к соответствующему периоду предыдущего года (в сопоставимых ценах). Такая тенденция обусловлена прежде всего тем, что ряд крупных инвесторов в данный момент приостановили реализацию инвестиционных проектов, ссылаясь на финансовую нестабильность. В целом инвестиционная привлекательность Карелии не самая высокая по России. Республике присвоен рейтинг 3B2 [103] , который означает незначительный инвестиционный потенциал с умеренным уровнем риска. И хоть иностранные инвестиции в 2009 году выросли более чем вдвое по сравнению с 2008 годом, недостижимым по прежнему остается уровень иностранных инвестиций в 2007 году.
4. Поддержка малого бизнеса. Данная цель государственного регулирования в условиях кризиса имеет достаточно большое значение. И не только потому, что развитие малого бизнеса является одним из важнейших стимулов экономического роста региона, но и способствует обеспечению занятости населения, смягчая последствия кризиса в социальной сфере. В целом по стране государство выделило дополнительно 6 миллиардов рублей по Программе финансовой поддержки малого и среднего предпринимательства [104] . В 2009 году была введена в действие региональная программа «Развитие малого и среднего предпринимательства в Республике Карелия на период до 2014 года», в рамках которой проводится субсидирование части процентной ставки по инвестиционным кредитам на сумму 10 млн руб. Индивидуальным предпринимателям и юридическим лицам предоставлялись гранты, на которые было выделено 2,8 млн рублей.
Проведя обзор основных прямых методов государственного регулирования экономики Республики Карелия, а также результатов их применения, целесообразно перейти к рассмотрению косвенных методов воздействия. И в данном случае одним из основных ориентиров становится малый бизнес. Наряду с сохранением действующих, введены новые налоговые льготы для организаций, расширен перечень видов деятельности для предоставления налоговых льгот, установлены дифференцированные ставки по упрощенной системе налогообложения [105] . Безусловно, данный метод государственного регулирования позволяет экономить хозяйствующим субъектам финансовые ресурсы для дальнейшего вовлечения их в оборот и развития производства.
Помимо проведения налоговой политики, правительство Карелии в 2009 году позаботилось об экспортерах. К примеру, в результате переговоров было принято решение о переносе срока повышения таможенных пошлин на экспорт необработанной древесины, что, несомненно, позволит экспортерам республики еще год пользоваться прежними тарифами. На первый взгляд данная мера может показаться сомнительной. Ведь неоднократно говорилось о том, что необходимо развивать деревообработку на территории Карелии, а не экспортировать необработанную древесину за рубеж. Но в условиях кризиса применение такого рычага, как регулирование таможенной политики со стороны государства в пользу экспортеров позволит предприятиям лесопромышленного комплекса республики высвободить часть финансовых ресурсов для поддержания стабильности и развития. А уже в посткризисный период можно сделать рывок в развитии производства.
Данные методы, как уже говорилось выше, имеют ряд недостатков, одним из которых является невозможность в полной мере и достаточно объективно оценить эффективность применения косвенных методов государственного регулирования экономики региона на практике. Однако проведение подобных мер неизбежно и продиктовано динамичностью экономики и очевидной необходимостью в гибких рычагах управления экономикой субъекта со стороны государства.
Таким образом, можно сделать вывод, что государственное регулирование экономики Республики Карелия в период кризиса осуществлялось согласно Плану действий Правительства Республики Карелия на 2009 год. Однако остается очевидным тот факт, что государственное регулирование успешно справляется не со всеми поставленными задачами. Несовершенство рынка диктует определенные трудности, такие как усложнение задач государственного регулирования и расширение их спектра, в то время как развитая рыночная экономика региона могла бы самостоятельно решить их. Если вникать вглубь проблемы, можно заметить, что собственно сам кризис и был спровоцирован накопившимися за последние годы диспропорциями в стране, а также несовершенством институциональной среды и, прежде всего, государственного регулирования экономики.
В данный момент регионы пытаются решить задачи по стабилизации экономики с помощью совершенствования тех же методов государственного регулирования. Именно поэтому необходимо задуматься не о предотвращении худших сценариев развития, а о максимально эффективном сочетании принятых мер государственного регулирования экономики регионов и рыночных механизмов. Очевидным остается тот факт, что невозможно все проблемы решить с помощью вмешательства государства, на сегодняшний день оно тоже ощущает дефицит ресурсов в результате снижения налоговых поступлений, в связи необходимостью увеличения межбюджетных трансфертов вследствие обострения ситуации во многих регионах [106] .
Еще один явный «минус» применения методов государственного регулирования экономики региона состоит в отсутствие ориентиров и критериев оценки их эффективности. Возможно, не удастся уследить, в какой момент времени необходимо приостановить меру, а в какой момент усилить ее воздействие. Скорее всего, государство будет ориентироваться на наличие у него свободных ресурсов для реализации своих задач, а не наоборот. То есть будет преобладать затратная компонента поддержки, нежели целевая, что может негативно сказаться на эффективности принимаемых государством мер.
Несомненно, что принятие государством неотложных мер в период кризиса остается вынужденным и необходимым фактором развития региональной экономики, а также поддержания ее стабильности. Но хотелось бы взглянуть на кризис не как на продолжающийся и затянувшийся во времени процесс, а на новый шаг к развитию экономики региона. Поэтому уже на данном этапе необходимо начать разработку методов государственного регулирования экономики в посткризисный период, так как очень скоро появится потребность в реализации мер, которые не будут ориентированы на протекцию «узких мест» региональной экономики. Государство направит свои силы на поддержку новых, более сильных хозяйствующих субъектов, способных на этапе восстановления экономики усилить положительную динамику развития региона.
Глава 3 Методы и механизмы обеспечения устойчивости социально-экономического развития и экономической безопасности
3.1. Парадигма обеспечения экономической безопасности в современной России
Сегодня, когда Россия выходит из очередного экономического кризиса, когда основные задачи реформирования экономики решены, страна и российское общество стали развиваться и двигаться в общем «цивилизованном потоке». Снова начался процесс усложнения и развития многообразия позитивных социальных и экономических явлений. Плюсы этих процессов очевидны, но, к сожалению, есть и минусы.
Многообразные и сложные проекты, которые сегодня пытаются реализовать на самых различных уровнях часто «пробуксовывают». Дело в том, что любой сложный экономический проект требует серьезной подготовительной работы. И даже когда все подготовительные вопросы решены и согласованы, и, казалось бы, осталось только выполнить запланированное, возникает огромное количество сложных организационно-экономических, технологических и юридических проблем, от решения которых часто зависит успех всего дела.
Подобная ситуация характерна для любых сложных экономических систем, функционирующих в атомизированной рыночной экономике. Именно это в начале 90-х годов ХХ века подтолкнуло целый ряд российских ученых к разработке нового направления экономической науки – теории экономической безопасности. Первым, кто ввел проблему экономической безопасности в современную экономическую науку, является академик Л.И. Абалкин. Он определил это явление как совокупность условий и факторов, обеспечивающих независимость национальной экономики, ее стабильность и устойчивость, способность к постоянному обновлению и самосовершенствованию [107] . Близким к этому является определение, данное в тот же период другой группой ученых: "Это способность экономики обеспечить эффективное удовлетворение общественных потребностей на национальном и международном уровнях" [108] .
Позже в том же Институте экономики РАН появились более сложные и многосторонние исследования (под руководством профессора В.К. Сенчагова) проблемы экономической безопасности, из которых следовало, что обеспечение экономической безопасности требует создания специальных механизмов: экономических, правовых и организационных. Это должно стать одной из функций социального управления как на макро-, так и на микроуровне [109] .
Параллельно в других организациях так же стали серьезно исследовать проблемы экономической безопасности, причем не только в рамках экономической науки, но и в рамках других научных дисциплин: социологии, права, криминологии. Одновременно, появилось немало исследований проблем экономической безопасности на региональном уровне. Так, появилась позиция, согласно которой экономическая безопасность рассматривалась как целостная система, состоящая из элементов, включенных в государственные и региональные программы: производственно-технологическая безопасность, финансовая безопасность, инфляционная, валютная, таможенная безопасность и управляемость экономики [110] . В 2000-х годах появились ещё более конкретные исследования проблем экономической безопасности применительно к отдельных отраслям экономики [111] и субъектам общества [112] .
Конечно, не обошлось и без крайностей. По этому поводу весьма удачно высказался один из первых руководителей Совета безопасности при Президенте Российской Федерации В.А. Рубанов. Он писал: «… стало своего рода модой в каждой проблеме выделять аспект безопасности. В результате этого формируется тенденция расширения до бесконечности списка таких экзотических для политического и юридического лексикона терминов, как "духовная безопасность", "психологическая безопасность", "демографическая безопасность" и т. п.» [113]
Мы не будем в данной работе анализировать плюсы и минусы всех многочисленных концепций экономической безопасности, которые появились в последние двадцать лет. Отметим лишь следующее. Сначала экономическая безопасность рассматривалась как категория чисто экономическая, которая оценивала национальную экономику с точки зрения способности независимо, стабильно и устойчиво развиваться, постоянно обновляться и самосовершенствоваться. И это было вполне обосновано, так как речь шла о поиске оптимальных вариантов реформирования российской экономики. Шла активная борьба между сторонниками консервативных и радикальных реформ. И в этих условиях аргументы независимости и стабильности национальной экономики и их влияния на национальную безопасность были вполне весомыми.
Позже, начиная с середины 1990-х годов, когда экономика страны находилась в тяжелейшем кризисе и была очень сильно криминализирована, исследование проблем экономической безопасности было перенесено на микроуровень (отдельные регионы, отрасли экономики, предприятия) и здесь стали доминировать криминологические, социологические и научнопрактические аспекты. Представляется, что одной из итоговых работ этого периода является диссертационное исследование Н.П. Купрещенко, выполненное в Академии экономической безопасности МВД России [114] . Им обобщены основные теоретико-методологические подходы к устранению угроз экономической безопасности (теоретический и операционный). Причем сделано это с позиций противодействия теневой экономике [115] . Он определил экономико-правовые институты противодействия теневой экономике и формирования механизмов обеспечения экономической безопасности. Включил туда мониторинг и прогнозирование факторов, определяющих угрозы экономической безопасности. Выработал критерии и параметры экономической безопасности, их пороговые значения, критические пределы, которые характеризуют угрозу экономической безопасности государства.
Сегодня российское общество принципиально изменилось по сравнению с тем, что было в начале 1990-х годов. И поэтому нужны новые оценки и новые решения возникающих проблем. Тогда, в начале 1990-х годов, Россия находилась на этапе переходного периода со всеми вытекающими из этого состояния особенностями. Дело в том, что в переходной экономике структура производственных отношений представляет собой совокупность отношений, которые господствовали в обществе до реформ и которые свойственны новой нарождающейся системе. Причем между ними объективно происходила чрезвычайно острая, непрерывная борьба, и от последовательности решений государства зависело, какие отношения в экономике стали доминировать.
В этом смысле концепции экономической безопасности, построенные на выявлении угроз, определении их пороговых значений и особом отношении к криминальным угрозам, как доминирующим в переходной экономике, были вполне обоснованными. Сегодня мы имеем уже зрелую рыночную экономику и для неё характерно абсолютное господство рыночных отношений. Конечно, это не исключает использование в обществе некоторых элементов отношений других социально-экономических систем, но важнейшие, принципиальные рыночные отношения, безусловно, у нас сегодня доминируют.
В системе угроз экономической безопасности сегодня криминальные угрозы тоже присутствуют, но они уже не являются определяющими. Уже выработан механизм выявления и нейтрализации криминальных гроз, четко определен круг субъектов, которые этим занимаются, т. е. все основополагающие определения и закономерности защиты общества от криминальных угроз достаточно хорошо проработаны. Это, конечно, не означает, что специалистам по теории и практике экономической безопасности не над чем работать. Необходимо созданные системы обеспечения экономической безопасности поддерживать в рабочем состоянии и совершенствовать.
В сфере обеспечения экономической безопасности появились новые проблемы, которые научной теорией ещё проработаны недостаточно. Сегодня, когда кризис государственного управления преодолен, выработаны новые стандарты производственных процессов и правила функционирования экономических отношений, традиционное понимание экономической безопасности как состояние защищенности того или иного субъекта экономических отношений от внешних и внутренних угроз стало менее актуальным. Такое понимание экономической безопасности было характерно, когда экономическая система была хаотична, слабо структурирована, плохо контролируема государственными и общественными институтами, сильно криминализирована.
Сегодня в стране созданы все необходимые для нормального функционирования экономической системы институты. Выработаны цивилизованные формы контроля и регулирования экономических процессов. Наработана практика правового разрешения хозяйственных и имущественных споров. Заработало антимонопольное законодательство, страхование. Формы и методы конкурентной борьбы приняли, в целом, цивилизованный характер. Наметилась тенденция снижения криминализации в социальной и экономической сферах общества.
Это, конечно, не означает, что исчезли традиционные для рыночной экономической системы угрозы: инфляция, колебания цен, валютных курсов, котировок на рынке ценных бумаг, мошенничества и хищения, грабежи, недобросовестная конкуренция и т. п. Однако, в целом неожиданностей, непредвиденных обстоятельств, волюнтаристических политических и макроэкономических решений стало на порядок меньше. Поэтому число неожиданных внешних и внутренних угроз сильно сократилось.
Ситуация в хозяйственной сфере складывается таким образом, что, если субъект хозяйствования соблюдает все принятые и выработанные управленческой практикой нормы, число угроз его нормальному функционированию и развитию минимизируется. Более того, все они практически прогнозируемы и предсказуемы. Поэтому, сегодня экономическую безопасность субъектов хозяйствования следует понимать, прежде всего, как обязательное соблюдение нормативных требований и выработанных правил и этики ведения хозяйственной деятельности. В этих условиях принципиально новое значение приобретает управление экономическими процессами. Можно смело утверждать, что в развитой экономической системе правильно принятое управленческое решение – это основная детерминанта обеспечения экономической безопасности как на уровне государства в целом, так и в каждом конкретном бизнес-проекте.
Таким образом, в настоящее время центр усилий по обеспечению экономической безопасности перемещается из сферы защиты от угроз криминального характера в сферу активного поступательного движения в экономической сфере путем грамотного профессионального управления экономическими институтами и инструментами и внедрения инновационных управленческих технологий.
Конечно, такой подход не отменяет «традиционные» угрозы экономического характера. Мошенничество, банальный обман, грабежи, подделка денег и т. п. были, есть и, к сожалению, будут. Однако главная наша идея состоит в доказательстве следующего тезиса: обеспечение реальной экономической безопасности в современном российском обществе состоит не в перечислении угроз и методов преодоления каждой из них, а в создании такой экономической среды и таких управленческих механизмов, когда большинство традиционных угроз становятся лишь мифами. Следует отметить, что эффективно функционирующая экономика – это, по сути, безопасная экономика.
Отсюда задача экономической науки состоит в том, чтобы вывести теорию экономической безопасности на новый уровень развития. Если мы говорим о новой экономической среде, о новом институциональном поле и о новых экономических технологиях, то следует определить и новые экономические угрозы, а затем выработать соответствующие механизмы их преодоления или нейтрализации. При этом, по мере дальейшей глобализации экономики, особое внимание следует обратить на внешние аспекты экономической безопасности.
3.2. Неравномерность развития мирового хозяйства как вызов экономической безопасности
Последнее десятилетие ХХ столетия показывает, что серьезным вызовом сегодняшнего дня стал глобальный характер экономических отношений. Глобализация превратилась в мощную силу, которая стимулирует мировую экономику, мировой порядок, распределение ресурсов, конкуренцию. Как следствие, политические и экономические приоритеты перемещаются от локальных и национальных уровней на региональные и международные. В таких условиях возрастает важность более эффективного международного сотрудничества, с одной стороны, и возникают новые угрозы – с другой.
Именно сегодня мир стоит перед новыми глобальными угрозами и вызовами, которые возникают вследствие адаптации мирового хозяйства к новым геополитическим реалиям. Сегодняшние реалии это, прежде всего, возрастающая роль глобализации, которая касается развития мирового сообщества, и кардинальные изменения в сфере международных отношений, которые характеризуются трансформационными изменениями и осуществляют непосредственное влияние на развитие стран.
Поделиться книгой: