Зуб любви

Татьяна уходит – пятясь, медленно, бесшумно. Михаил Федорович трет щеку.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Я рад, что вы это прочувствовали.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Это … это блаженство какое-то! Бесподобно! Так волнующе, так необычно! Нет сил. Нет слов. Никогда еще не испытывала ничего подобного.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Чтобы получить удовольствие, не обязательно ждать, пока Амур пустит свою стрелу. Достаточно нежно и ласково грызануть женщину за грудь или ягодицу.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . О, за ягодицу?! Вы и так можете?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . А чего тут мочь-то? Дело не хитрое, если зуб любви на месте.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Ах! Давайте отдохнем немного. Остынем. Так хорошо сейчас …

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ. Давайте, не возражаю.

Алиса Васильевна лежа в кресле, застегивает халат.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Представляю, как счастлива ваша супруга.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Ну да, ей нравится.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . А вам? Не устаете ее кусать?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Да, нет, что вы. Это не утомляет. Бывает так … Покусываешь жену. Она стонет, извивается, а ты уже свое удовольствие получил и обдумываешь предстоящее совещание. Или о перспективах молочной отрасли в современных условиях размышляешь. Или о ремонте. Или там о рыбалке. Помогает, кстати, очень. Всякие умные и полезные мысли в голову приходят. Ну, кто-то курит, чтобы лучше думалось, кто-то жвачку жует. А я – жену.

Алиса Васильевна слегка приподымается на кресле. Гладит Михаила Федоровича по лицу, по щеке, пытается нащупать у него во рту зуб любви.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . А ведь сигареты и жвачку меняют. Вам никогда не хотелось поменять жену, Михаил Федорович?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ (отстраняется) . Нет-нет-нет, что вы, мы с ней уже тридцать два года. Я же говорил.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Да, говорили. Тридцать два. Как зубов во рту.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Точно. Уже столько молока вместе выпили. Столько творога съели.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . А о второй жене не задумывались? А то могли бы по очереди покусывать двух. Сначала одну, потом другую. Или устраивали бы по вечерам уютные такие семейные оргии с чаепитием вприкуску. Кус втроем, а?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Так ведь это … Многоженство у нас запрещено. Да и жилплощадь не позволяет.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Жилплощадь можно объединить. Вашу и мою, к примеру. У меня двухкомнатная квартира, кстати. А любой закон можно обойти. Ну, или, в конце концов, уехать туда, где действуют другие законы. А?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Ну, я не знаю … Я поговорю с супругой, конечно, но …

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Да нет, не надо. Я такую чушь несу. Простите, Михаил Федорович. Просто … Завидую просто немного. У вас такой зуб, а у меня никак не ладится с личной жизнью.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Почему, Алиса Васильевна? Вы очень видная женщина.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Сама не знаю. То ли мне не везет, то ли прикус у мужиков не тот. Вот взять хотя бы моего бывшего мужа. Мы с ним в этом кабинете познакомились. Лечился у меня. Ему понравилась моя работа, мне понравились его зубы. Поженились. Он был неплохим боксером и, в общем-то, неплохим человеком. А теперь он бывший. Экс. Причем, во всех смыслах. Экс-спортсмен, экс-муж, экс-неплохой-человек.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Экс-чемпион?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Нет, какой там чемпион! (Пренебрежительно машет рукой.) У мужа всегда было плохо с защитой, он слишком часто пропускал удары. В чемпионы не выбился, а зубы растерял. Спился. Да и вообще изменился сильно. Наверное, из-за пропущенных ударов в голову. В общем, спортивная карьера не сложилась, а любовь ушла. Так бывает: любовь уходит с годами и выпавшими зубами, если ее нечем удержать.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Ну да, наверное, бывает.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Муж ушел из бокса, я ушла от него, а он всю свою жизнь превратил в сплошной ринг.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Как это?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Дерется по поводу и без.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Вас бьет?!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Нет, с женщинами ему не интересно. Выбирает только мужчин, причем из своей весовой категории, и прет на рожон. Ему в кабаках последние зубы повыбивали. Я поначалу протезы вставляла. Потом перестала. А зачем? Какой смысл? Сегодня вставишь – завтра опять без зубов. Снова вставишь – на следующий день выбьют. Челюсть уже так разворочена, что даже имплантант вживить некуда. Я ему по всякому объясняла – не понимает. Говорит, чтобы драться, нужны зубы. Чтобы было, значит, что терять. Только зубы ему от меня нужны! А чтобы самому что-то дать женщине. Или укусить так … нежно так … как вы кусаетесь. Какое там! Ему уже и хлеб жевать нечем. Сегодня вот опять звонил, зубы просил, грозился приехать.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Бедненькая-бедненькая Алиса Васильевна. Вы знаете что? Вы меня вылечите, и я вас еще укушу.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Вы такой добрый, такой порядочный, такой любвеобильный. Я и не думала, что такие мужчины бывают. И зубик у вас ну просто бесподобный!

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . А вы его рвать хотели. Теперь понимаете, какая на вас ответственность?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Да-да, такой важный орган нужно сохранить.

Алиса Васильевна встает с кресла. Пошатывается. Михаил Федорович удерживает ее за руку, усаживает на стул.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Извините. Я еще немного отдышусь и приступим, ладно? А то у меня до сих пор руки трясутся.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Конечно-конечно. Лечить зубы трясущимися руками опасно и для рук, и для зубов. Кстати, у вас кровь на халате. Кажется, я глубоко прокусил. Простите.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Ах, это. Это не страшно. В нашей работе одежда иногда пачкается. Но как же вы кусаете, как кусаете! Бр-р-р! Где вы научились так кусаться?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Не знаю. Я в детстве орехи любил грызть. Грецкие. Может быть, поэтому …

Раздается стук. Громко и демонстративно кашляя, входит Татьяна. Девушка отводит глаза, стараясь не смотреть на доктора и пациента.

ТАТЬЯНА. Извините Алиса Васильевна. Операцию в третьем кабинете уже закончили. А к вам пациентка с острой болью. Вот.

Татьяна кладет на стол лист бумаги.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Пусть пациентка подождет.

ТАТЬЯНА . Но она …

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Я работаю. Выйдите и успокойте пациентку. Дайте ей обезболивающее, что ли. Заболтайте как-нибудь.

Татьяна неохотно выходит.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Удивительно, как мало женщине надо для счастья. По-настоящему зубастый мужчина. Сейчас таких, как вы, Михаил Федорович, наверное, почти не осталось. Одни уроды беззубые кругом. Или кривозубые. Или гнилозубые. Или инфантильные, как дети, с мягкими ни на что не годными молочными зубками. Или с протезами-имплантантами-коронками всякими. Неживые такие, искусственные, холодные, мертвые. А это не то, совсем-совсем не то.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Однозначно не то. Мертвым зубом любя уже не укусишь. Он же бесчувственный совсем. Так, яблоко погрызть можно, но если женщину – то ни тебе, ни ей никакого удовольствия.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Вам беречь надо свой зубик любви. Это ж такое сокровище!

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Так берегу. Всю жизнь только этим и занимаюсь. Ни разу не дрался. Зубы чищу раз десять на дню. Даже по ночам просыпаюсь, чтобы почистить. У меня от этого, кстати, хроническая бессонница.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Так часто чистить не надо. Эмаль стирается.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Ну, вот вас врачей не поймешь! То чисти зубы, то не чисти.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Все хорошо в меру. Все, кроме любви.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Или вот, например, зачем я на молокозавод устроился? Потому что там молока много. Молоко – это кальций. Полезно для зубов. Я пил молоко и делал карьеру. Делал карьеру и пил молоко. Пришел грузчиком, а стал вот директором. И до сих пор молоко пью. Все ради зубов. Вернее, ради этого зуба. (Показывает пальцем ради какого.) А он, зараза, разболелся!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . В вашем возрасте молоко плохо усваивается. Лучше употребляйте кисломолочные продукты.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Во мне молоко всегда хорошо усваивается. Но я и кисломолочное тоже того … И пью, и ем. Кефир, ряженка, варенец там, твороги, йогурты всякие … Я, между прочим, у нас на заводе рекордсмен по потреблению молочных продуктов. Особенно люблю какао и мороженое.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Горячее и холодное лучше не смешивать. Вредно для эмали.

Слышатся крики. Можно различить голос Татьяны.

ТАТЬЯНА . Я же говорю, вам туда нельзя! Доктор занята. У нее пациент.

Отстраняя Татьяну, безуспешно пытающуюся загородить дорогу, в кабинет врывается пациентка. Это сварливая женщина в возрасте.

ПАЦИЕНТКА . Доктор, меня направили к вам.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА ( строго ). Ожидайте. Вас вызовут.

ПАЦИЕНТКА . Это возмутительно! Я записалась на прием уже черт знает когда, и жду черт знает сколько!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . И подождете еще немного.

ПАЦИЕНТКА . У меня, между прочим, острая боль!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . А у меня, между прочим, пациент. (Нежно смотрит на Михаила Федоровича. Тихо, в сторону.) С острым зубиком, между прочим.

ПАЦИЕНТКА . Но я … Я буду жаловаться!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Дамочка не нервируйте меня. (Берет бормашину, направляет на пациентку как пистолет. Включает.) Мне вас еще лечить. Не забывайте об этом.

Пациентка испуганно ретируется под звук бормашины.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА (смотрит на бормашину) . А руки уже не трясутся. Можно приступать.

Алиса Васильевна дергает за веревку, включает верхний яркий свет.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Танечка, работаем!

Сцена шестая

Улица, переход через проезжую часть. Экс-муж Алисы Васильевны все в той же рваной майке и тех же боксерских трусах, пошатываясь, переходит дорогу.

ЭКС-МУЖ . Почти пришел! Во-о-он там жубодерня Алишкина, апперкот ей в жад. А че я ей шкажу-то? А так, мля, и шкажу: давай, Алишка, жубы вштавляй. Пока не вштавишь, не уйду. Да, вот так и шкажу! И не уйду пока не вштавит!

Раздается громкий звук автомобильного сигнала, визг тормозов.

ЭКС-МУЖ . Куда прешь, баран бежрогий?! И че лыбишьша, а? Че лыбишьша? Человека беж жубов не видел? А шам жубаштый какой, шука! Ненавижу жубаштых! Эй, ты че-то вякнул там? А по рогам? А жа канаты вылетить? Ну-ка вылеж иж машины быштро! Вылеж, я шкажал, мля! Ах ты, шука! Да я ж тебя вмеште ш тачкой в нокаут отправлю!

Экс-муж бросается на невидимую зрителям машину. Слышится звон разбитого стекла и срывающегося с места автомобиля. Экс-муж снова появляется в поле зрения, тряся отбитой рукой.

ЭКС-МУЖ. Кожлы пожорные! Еждить не умеют, мля, дратьша не хотят. Я ему джэб в лобовое, хук в боковое, и по фарам его, по фарам (изображает серию боксерских ударов), а он, гад – шражу по гажам и задний ход. Ладно, хрен ш ним. Я номер жапомнил. Пошле Алишки найду и ражберушь. Но шначала жубы вштавить надо. Жубы – шначала.

Сцена седьмая

Стоматологический кабинет. Горит яркий верхний свет. Алиса Васильевна склонилась над лежащим в кресле Михаилом Федоровичем. Татьяна светит в рот пациенту фонарем. Доктор и сестра в перчатках и медицинских повязках.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . По-хорошему тут нужна бы, как минимум, депульпация и шифтик с коронкой, но это убьет зуб.

Михаил Федорович мычит и мотает головой.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Знаю-знаю, нельзя. Мертвый зуб нам не нужен. Нам нужен живой. Но в принципе, если аккуратненько зачистить здесь и здесь, то есть шанс. Мы как раз новый пломбировочный материал получили. Германская разработка. Я вам самую лучшую пломбу поставлю, Михаил Федорович. Самую-самую-самую. Все будет хорошо. Все будет просто замечательно.

Михаил Федорович что-то мычит и слабо кивает.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Танечка, приготовьте материал из моих личных запасов.

Татьяна кивает, вытаскивает из-под стола шикарный блестящий поднос, накрытый блестящей крышкой, ставит его на стол. Алиса Васильевна берет бормашину.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Танечка, этот зуб надо спасти любой ценой. ТАТЬЯНА . Я понимаю.

Звучит патетическая музыка.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Вы готовы, Михаил Федорович? МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Приступайте, доктор.

Алиса Васильевна и Татьяна почти полностью закрывают пациента и совершают над ним непонятные манипуляции.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Танечка, свет на зуб! Больше света! Слюноотсос. Шприц. Зеркало. Зонд…

Звякает железо. Жужжит бормашина. Звучит музыка. Михаил Федорович отчаянно мычит и дергается.

ТАТЬЯНА . Мы его теряем! Мы теряем его! Теряем зуб!

Михаил Федорович в кресле дергается еще сильнее, громко орет.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Без паники! Все под контролем!

Алиса Васильевна возится с зубом. Музыка стихает. В кабинет осторожно заглядывает пациентка.

ПАЦИЕНТКА . Послушайте, я уже … АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА (не прерывая работы) . Пшла вон, сука!

Пациентка выскакивает из кабинета. Алиса Васильевна заканчивает работу.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Фу-у-у, все в порядке. Цел зубик-то. Только надкольчик небольшой. Но это ничего. Пломба хорошо встала. Вот так, вот та-а-ак. Ай, как славно получилось! Вы молодец, Михаил Федорович. А уж я какая молодчинка!

Алиса Васильевна и Татьяна снимают перчатки и повязки.

ТАТЬЯНА Ювелирная работа, Алиса Васильевна! АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . А то!

Михаил Федорович стонет.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Все-все-все, дорогой Михаил Федорович. Все уже закончилось.

Звонит телефон.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Танечка возьмите трубку, пожалуйста!

Татьяна снимает трубку.

ТАТЬЯНА (в трубку) . Да, Лидия Степановна … (прикрыв трубку рукой, Алисе Васильевне) Это Лидия Степановна.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Как не вовремя!

ТАТЬЯНА (в трубку) . Да … уже закончили. Да … да … да … конечно, передам … Обязательно. Прямо сейчас. (Кладет трубку.)

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Что там?

ТАТЬЯНА . Пациентка нажаловалась.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Да я ж ей все зубы повыдергиваю без наркоза!

ТАТЬЯНА . Вас Лидия Степановна вызывает.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА (вздыхает, встает) . Михаил Федорович, я скоро вернусь. Вы полежите пока, придите в себя. Я вам еще рецептик выпишу для укрепления эмали. Ну и так вообще поговорим.

Алиса Васильевна уходит. Татьяна и Михаил Федорович некоторое время молча смотрят друг на друга, неловко улыбаются. Татьяна воровато оглядывается на дверь.

ТАТЬЯНА . Как вам? Лучше?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Да, уже все хорошо. Спасибо.

ТАТЬЯНА . Больше не болит.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Нисколько. Алиса Васильевна прекрасный мастер.

ТАТЬЯНА (смущаясь) . Тогда может быть … может быть …

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Что?

ТАТЬЯНА . Михаил Федорович, укусите меня. Пожалуйста. Я вас очень прошу, ну что вам стоит? Пока никого нет.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . А-а-а?

ТАТЬЯНА . Я видела. Как вы и Алиса Васильевна … Как вы Алису Васильевну. Я знаю. Я все знаю. Зуб любви, верно? (Возбужденно.) Я читала о нем. Еще в детстве. Я всегда верила. Верила, что это не выдумки. И любовь, и зуб любви. Любовь ведь не может быть выдумкой, значит, и зуб любви тоже. А если нет зуба любви, то и любви, получается, может не быть. А как же без любви-то? Ну, укусите меня, Михаил Федорович. Сюда, сюда, сюда, сюда и сюда … (Показывает куда.)

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Я …

Татьяна закрывает ему рот рукой.

ТАТЬЯНА . Нет, не отказывайтесь. Послушайте! Я ведь специально училась на стоматолога. И здесь работаю не случайно. Хотите, открою вам секрет? Самую главную тайну женщин-стоматологов? Все женщины-стоматологи идут в эту профессию, чтобы найти зуб любви. Все мы. И я. И Алиса Васильевна. И даже Лидия Степановна. Всякий раз, когда мы делаем рентгеннограму, смотрит в рот пациента и ощупываем его челюсть, мы надеемся в глубине души. Мы ищем, понимаете? Этот самый зуб ищем. Никто не знает, как он выглядит и в каком ряду находится, но все равно мы его ищем. Как старатели – золото, как кладоискатели – клад, как геологи – нефть. А если не находим, то разочаровываемся, забываем ради чего работаем, и стервенеем. Становимся, в конце концов, как Лидия Степановна. Вы же не хотите, чтобы я стала такой, Михаил Федорович? МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Я …

Татьяна снова не дает ему сказать.

ТАТЬЯНА . Вот Алиса Васильевна почти стала такой. Она почти забыла, зачем она здесь. Она даже не распознала зуб любви, даже удалить его хотела. И со мной могло случиться то же самое. Я уже повидала много мужских зубов и увижу еще больше. Но такой, как у вас … Увижу ли я такой когда-нибудь? Прикоснусь ли к нему? Нет, скорее всего, нет. Такое счастье выпадает один раз на тридцать два миллиона челюстей. Да я за всю жизнь не смогу осмотреть столько! А значит, ваш зуб – это мой единственный шанс познать настоящую любовь, истинную страсть и высшее наслаждение. Не лишайте меня этого шанса! Михаил Федорович, пожалуйста, укусите меня. Вы не представляете, какая это мука, быть так близко к зубу любви и не чувствовать его! Я не прощу себе, если не уговорю вас сейчас. И, знаете, что? Вы себе тоже этого не простите. Если не укусите – я убью себя. Прямо здесь! Бормошинкой. (Хватает со стола бормашину, включает ее.) Просверлю себе голову у вас на глазах,! Вы этого хотите? МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Я …

Татьяна устраивается на кресле вместе с Михаилом Федоровичем, не выпуская работающей бормашинки, ластится к пациенту. Бормашинка, которой при этом размахивает Татьяна, пугает Михаил Федоровича.

ТАТЬЯНА . Кусайте. Ну же! Поймите, мне это нужно. Очень-очень-очень-очень нужно. Не меньше, чем Алисе Васильевне. Это нужно любой женщине. Ну, вы же сами должны это знать. Вы же знаете женщин на вкус. МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Я …

Рука Татьяны снова закрывает ему рот.

ТАТЬЯНА . И вам все равно надо испытать свой зуб после лечения. Так испытайте его на мне. Умоляю!

Михаил Федорович кусает руку, закрывшую ему рот. Татьяна вскрикивает от восторга и радости. Убирает бормашину.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Я пытаюсь вам сказать, что согласен, а вы мне не даете. ТАТЬЯНА . Еще! Еще!

Они не без труда располагаются вдвоем на медицинском кресле. Михаил Федорович с рычанием набрасывается на Татьяну. Срывает с нее халат. Страстно кусает ее в щеку, в шею, в плечо, в грудь, в живот, в бок.

ТАТЬЯНА . А-а-ах!

Татьяна почти без чувств сползает с кресла на пол. В этот момент входит расстроенная Алиса Васильевна. От увиденного она в шоке.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Что вы себе позволяете. Татьяна!

Михаил Федорович лежит в кресле и растеряно вертит головой. Татьяна поднимается с пола – растрепанная, возбужденная, дерзкая. Запахнув халат, она стоит с одной стороны кресла. Алиса Васильевна – с другой. Доктор и сестра переругиваются через пациента.

ТАТЬЯНА (с вызовом, громко) . А что, вам можно, а другим нельзя?! Я видела, как Михаил Федорович вас кусал!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Замолчите, Татьяна!

ТАТЬЯНА . А я и так долго молчала, Алиса Васильевна! Вы мне: Танечка, принесите, Танечка, посветите, Танечка, подайте. Я молчала и все делала. А как зуб любви нашелся, так сразу – Танечка уйдите! Помогите в третьем кабинете!

Михаил Федорович на кресле затыкает уши, съеживается.

ТАТЬЯНА (все громче). Думаете, вам одной любви и страсти хочется? А другие пусть живут себе, как живут и только мечтают об этом?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Да! Да! Да! Мне это сейчас необходимо. Вы сами знаете, как сильно мне это нужно!

ТАТЬЯНА . А мне, что – не нужно? Я тоже женщина! Мне это тоже вот как нужно! (Проводит рукой по горлу.)

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Я лечила этот зуб! Я его спасала! Я, не вы!

ТАТЬЯНА . А я вам помогала! И за это нам с вами честь и хвала!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Нам? Ах, ты ж мерзавка! Михаил Федорович, между прочим, меня первую укусил!

ТАТЬЯНА . И что с того? Он и до вас женщин кусал. Ведь кусали же, Михаил Федорович? И еще будет кусать, сколько захочет и сколько сможет. Этот зуб – он для всех, он не только для вас, Алиса Васильевна! Он один на тридцать два миллиона мужских челюстей. Он всеобщее женское достояние! На любовь намордник не наденешь. На страсть пломбу не поставишь. Ясно вам это? Ясно? Ясно? Ясно?!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Татьяна, вас ждут в третьем кабинете.

ТАТЬЯНА . Ну да, конечно!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Вас ждут, Татьяна. Лидия Степановна отправила туда пациентку с острой болью. В третьем нужна медсестра. Сейчас же!

ТАТЬЯНА . Ну, и ладно! Ну и все равно! Я познала зуб любви, он был во мне! Спасибо, Михаил Федорович! (целует Михаила Федоровича в макушку) . Вот!

Татьяна показывает язык Алисе Васильевне и быстро выходит из кабинета.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Зачем вы с ней так?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . А зачем вы ее так кусали?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Она права. Зуб любви – для всех женщин. Это справедливо.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Меня вы так не кусали, Михаил Федорович. Или молоденькое мясо вкуснее и нежнее?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Ну … Когда я вас кусал, у меня болел зуб. А теперь не болит. Хотите, укушу снова?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА (печально) . Конечно, хочу. Кто ж такого не захочет?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ. Вы опять грустите?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА. Немного. Меня уволили.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ. Что? Я сейчас пойду к вашей Лидии Степановне и …

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Не надо. Уволили – и пусть. Знаете … Ваш зуб … В общем, это того стоило.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Вас уволили из-за меня?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Из-за той суки с острой болью. Хотя не важно из-за чего уволили. Грущу я все равно из-за вас.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Почему?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Спрашиваете … Вот вы сейчас уйдете и … И все.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Да нет же, не все, Алиса Васильевна! В моем зубе теперь ваша пломба. И он всегда в вашем распоряжении. Только попросите.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Тогда укусите меня еще раз. На прощание.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . С удовольствием. Мне очень понравилось вас кусать.

Целуются. Михаил Федорович кусает Алису Васильевну за губы

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Ам!

Алиса Васильевна сладострастно стонет. В таким виде их застает, вошедший в кабинет экс-муж Алисы Васильевны.

Сцена восьмая

Стоматологический кабинет. В кабинете – Михаил Федорович, Алиса Васильевна и экс-муж Алисы Васильевны.

ЭКС-МУЖ . Алишка, хуком-раком твою мать!

Застигнутые врасплох Алиса Васильевна и Михаил Федорович поспешно отступают друг от друга.

ЭКС-МУЖ . Че жа клинч такой, мля?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . О, господи! Приперся-таки …

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Алиса Васильевна просто меня тут … ну … это … как бы … лечит.

ЭКС-МУЖ . Жуб даешь?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ (испуганно) . Нет, зуб не отдам. Самому нужен. А вы собственно кто такой?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Это мой муж. Бывший. Я вам рассказывала.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ (в ужасе). Боксер?!

ЭКС-МУЖ . Че жа хмырь, Алишка?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Успокойся. Это Михаил Федорович. Я ему зуб пломбировала.

ЭКС-МУЖ . Ага, мля, видел я как ты пломбировала! Ижо рта в рот.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Показать пломбу? Вот здесь ( Показывает пальцем ). Клык. «Троечка», да, Алиса Васильевна? ( Алиса Васильевна кивает.) «Троечка» …

ЭКС-МУЖ . А тебе покажать бокшершкую «троечку»? (Встает в стойку.)

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Нет, не надо, спасибо.

ЭКС-МУЖ . Алишка, почему рожа и шея покушаны? И халат в крови. Ш жубаштеньким швяжалашь, да?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . А хоть бы и связалась! Тебе-то что, уродина беззубая?

ЭКС-МУЖ . Эх, Алишка, Алишка. Ш жубаштым шпарингуешь, а родному мужу протеж вштавить в лом?

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Ты мне сто лет как не муж.

ЭКС-МУЖ . Не гони, шука, мать твою хуком! Не што лет, а полгода вшего прошло. Мля! Я жнал, что ты шалава Алишка, но что такая!

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ (очень робко) . Извините. Не оскорбляйте женщину, пожалуйста, будьте так любезны.

Экс-муж презрительно смотрит на Михаила Федоровича.

ЭКС-МУЖ . Че ты в нем нашла в шамом деле? Лох-лохом, мля. Только ш жубами. У-у-у, ненавижу жубаштых!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Он не лох. Он директор молокозавода. И вообще, у него зуб любви есть, не то, что у некоторых.

ЭКС-МУЖ . Ах, жуб любви-и? ( Надвигается на Михаила Федоровича. Тот отступает.) Так это ты что ли тот, который один на тридшать два лимона, мля? Что, жубаштенький любовничек, да?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Я этого не говорил.

ЭКШ-МУЖ . Ну ладно-ладно, покажь швой жуб любви? Давно хочу пошмотреть. И это … Не жмет он тебе там, не?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Не жмет. Не покажу.

Закрывает рот руками. Алиса Васильевна пытается встать между мужчинами.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА (экс-мужу) . Отстань от него! Козел! Урод!

Экс-муж отстраняет ее с пути, не обращая внимания на оскорбления.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ (не убирая рук от лица) . Не подходите! Я буду кричать!

ЭКС-МУЖ . А по жубам, мля?

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ ( не убирая рук от лица). Только не по зубам. Лучше в ухо. Если можно. С вашего позволения.

ЭКС-МУЖ . А это я шам решать буду – по жубам тебе, в ухо, в пятак, в лобешник или по печени.

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Все, хватит, я вызываю полицию!

Алиса Васильевна бросается к телефону, но экс-муж грубо пихает ее на стул и вырывает провода из телефона.

ЭКС-МУЖ . Брышь жа канаты! Шидеть, мля! АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Бегите, Михаил Федорович! Спасайте зуб!

Михаил Федорович, по-прежнему, не отрывая рук от лица, пытается выбежать из кабинета, но экс-муж загораживает ему дорогу.

ЭКС-МУЖ . Э-э-э, нет! Ш этого ринга ты не швалишь! Шейчаш будет бокш.

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ . Зачем?

ЭКС-МУЖ (очень торжественно) . Жатем, что бог дает жубы одним и жабирает их у других, а бокш уравнивает шаншы!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА (встает со стула) . Я не позволю устраивать драку в моем кабинете!

ЭКС-МУЖ . Это не драка, Алишка. Это чештный поединок по правилам. Это, ешли хочешь, реванш. Нет, мля, это мешть! Жа вшех бежжубых, от которых жены уходят к жубаштым. Жа тех, у кого никогда не выроштит этот долбанный жуб любви. Это больше, чем шпорт!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА . Совсем спятил!

ЭКС-МУЖ . Да это, может быть, мой шамый важный бой. Может быть, я вшу жижнь к нему готовилша.

Экс-муж в родной стихии. Он прыгает и разминается перед оцепеневшим от ужаса Михаилом Федоровичем.

ЭКС-МУЖ (объявляет, на манер ведущего профессиональных боев) . В крашном углу ринга дире-е-ектор молокожаво-о-ода! Как там тебя? Михаи-и-ил Фе-о-одорович! Обладатель … жу-у-уба любви-и-и!

МИХАИЛ ФЕДОРОВИЧ (все еще закрывая рот руками) . Не надо, пожалуйста.

ЭКС-МУЖ . В шинем углу ринга … Я-а-а!

АЛИСА ВАСИЛЬЕВНА (экс-мужу). Перестань!

ЭКС-МУЖ . Первый раунд. Бокш!