Барон Ульрих. Война

  Женщина тоже рассмеялась в голос, а ей из дома переливчатыми колокольчиками вторили ее дочки.

  - Ох уж эти мужики! Оскал волчий не проймет, а стоит юбкой взмахнуть, сам к ногам падает! - Она тоже вошла в дом. - Заходи гость дорогой, отобедаешь с дороги, тогда и поговорим.

  Ох, и взял меня в оборот жен коллектив, на минутку даже ощутил себя как дома в Лисьем. Я им тут и полочки прибивал до вечера, и ножи точил и дров наколол, даже за водой к колодцу деревенскому смотался, зато накормили, обстирали, улыбками отогрели. Не богато, в общем-то, жили, домик на две клетушки-комнатушки, тут же печь да стол со всем нехитрым скарбом. Но рукодельницы, все в тряпочках вышитых, цветочки стоят, чистенько и аккуратненько. Сами не запущены, хоть и в глухомани живут, видно мать гоняет, девки не избалованные каждое слово на лету ловят ее.

  - Вы барон не побрезгуете у нас переночевать? - Звали женщину Лора.

  - Почту за честь, видал я иные хоромы замковые так там грязней, чем у вас в курятнике.

  Пока суть да дело, дождались вечера, вновь усаживаясь за стол, девочки еще немного покрутились и убежали во двор. Похоже, к ночи границы владений своих осматривать, или еще чего, впрочем, не моего ума дело.

  - Что ж тебя смущает барон во всей этой истории? - Она убирала посуду со стола, а я немного осоловев от обильной пищи, сидел, вытянув ноги.

  - Когда пришел Нафаль, с этого места все словно сказка. - Я выглянул в маленькое окошко, отмечая восход полной луны. - Да и с вами не все понятно, вижу, вы не простая женщина, осанка, взгляд, то, как хозяйство поставлено, я вон даже углядел ненароком, что девочки письму и грамоте обучаются под вашим руководством.

  - Урожденная баронесса Лорейн фон Пиксквар. - С улыбкой она чинно поклонилась, красиво присев и взметнув полами юбки. - Это вы барон, правильно меня раскусили.

  Шарики защелкали у меня в голове вырисовывая картину. В Роне я был представлен Пикскварам, помню серьезный у них там мужчина заправляет, от него так и прет за версту казармой и сталью, вояка до мозга костей.

  - Барон Томас Пиксквар кем вам приходится? - Припомнил я его имя.

  - Брат. - Тяжело вздохнув, она села рядом за стол, устало, потирая виски. - Старший, у нас разница в два года, Томас всегда был серьезным мальчиком, не то, что я бедовая. Вы его видели, знакомы? Как он?

  - Серьезный мальчик, стал серьезным мужчиной, уже виски с проседью, дочка у него где-то моих лет, жену, кстати, тоже Лора зовут.

  - Я рада за него, хоть мы и расстались нехорошо. - Тяжело вздохнув, начала она.- Давно это было, давно. Наше баронство как вы знаете, немного западнее и южней, там больше степи и лишь маленьким язычком лес касается нас, у границы с Кемгербальдами. Так вышло, что мой отец тогда завяз в войне с орками переселенцами, идущими по нашей степи вдоль границы в леса пиктов. Что их погнало, я не знаю, но помню, переселение у них было массовым, вот мой отец и встрял в войну, пытаясь завернуть их кланы с нашей земли.

  С перерывами и паузами она ушла в воспоминания, тихим печальным голосом поведав мне о своей судьбе. О том к чему хоть раз, но прикасался каждый в своей жизни, о том, что мы всегда будем хранить в своей памяти, кто-то со смущением, кто-то с грустью, может быть с болью. Любовь, да, есть такая штука на свете, странная и непонятная химия высших материй, но здесь она не просто любовь, а первая. Та что без оглядки и крайностей, не обусловленная условностями и словами, дикая и необузданная. Первая.

  Ей было шестнадцать, юна, чиста и полна надежд на будущее, а ему только-только исполнилось девятнадцать. Красавец мужчинка, высокий, поджарый, волос цвета вороного крыла, он вместе со своей семьей беженцами уходил от тягот войны, гонимый в безопасные земли кланами орков, не очень то церемонившихся с людьми.

  Родовой замок Пикскваров, Кюран тогда служил чем-то вроде перевалочной базы для бегущих людей, где им выделяли место, худо-бедно давали шанс заработать себе на хлеб. Тогда-то они и познакомились, он вместе со своим отцом и двумя младшими братьями приносили в замок на продажу мелкую дичь, иной раз привлекаемый управляющим на работы то по саду, то со скотиной.

  Такой загадочный, а от этого еще больше желанный, он отмалчивался, кто он, и кто его семья. Так же доподлинно не известно точно, из каких они мест родом. Ну да не это суть главного, главное здесь это то чувство, что возникло между ними, взаимное, дикое и такое сладкое. Лорейн боялась, что скажет ее отец и брат, но неожиданно она поняла, что того же боится и ее возлюбленный, причем чуть ли не больше чем она. Странно, ведь она дочь барона, кто может быть против такого союза со стороны простолюдинов? Оказалось, может и еще как, семья Патрика не просто была вся из оборотней, они были кланом рожденных чистокровок. Здесь думаю, стоит пояснить нюанс, информацией почерпнутой мной из бестиариев сэра Дако. Дело в том, что в отличие от тех же вампиров, к примеру, трансмутация перевертышей не постоянна, а как вы сами понимаете, состоит из двух фаз или ипостасей. Первая изначальная, то есть форма человека прямоходящего и вторая боевая трансформация уже так сказать рабочая. И что характерно, штамм вируса может передаваться путем заражения кровеносных телец, а так же генетически, то есть зараженные люди, вполне мирно себе клепают детишек, от чего мутация естественно не только увеличивается с каждым новым поколением, но и уже отсекает различные не нужные промежуточные стадии. Вот как к примеру у той же Пенки и Молочка, они могут совершенно спокойно перетекать из одной формы в другую, в то время как человек, только-только приобретший вирус, вынужден быть привязанным к определенным внутренним часам, по которым организм подготавливал смену форм, накапливая примерно за месяц необходимый ресурс. Из-за этого срока, кстати, в легендах и идет такая привязка как полная луна и смена обличия, у разных по-разному, но, в общем, и среднем где-то от тридцати до сорока дней.

  Патрик принадлежал клану, не одним поколением взрастивших в себе этот вирус, причем не просто взрастивших, а по каким-то одним им видимым канонам и правилам, так как круг оборотней, их семьи это закрытая аристократия, где главы домов зачастую торгуют между собой породистыми щенками, то бишь как вы правильно понимаете своими детьми. Возможно это дикость, но не стоит забывать, что как и вампиры, оборотни так же были в не закона. Но вот в отличие от них, они оставались людьми в полной мере этого слова. Ели пили обычную еду, ходили, стояли, спали. Все как у всех, лишь с дополнением. Любой из оборотней ничем не отличим от человека, вся жизнь от колыбели до могилы, их трансмутация не прибавляла им жизни, или защиты от болезней, не защищала от тяжелых ран, что в образе человека ты смертен, что в образе волка. Без всяких там серебряных пуль и святых техно танцев. От куда ж ноги растут? От туда и растут, что получив рану зверь бежит, в то время как человек ляжет подняв лапки кверху, вот и пошла молва, раз убежал значит выжил, что сами понимаете далеко не факт.

  Годы, десятилетия, да что там говорить столетия, научили этих людей осторожности, пусть ты силен, пусть ты быстр, но эти мурашки человешки умудряются не то, что волка, медведя, царя леса палками так истыкать, что тот дух испускает. А уж потыкать разную животинку, у нас людей всегда охотников найдется. Вот и стали они закрыты, вот и не верят они всем и каждому. Посему и Лорейн, да еще в лице не кого ни будь, а дочери барона, пришлась главе семьи не по нутру.

  Это по круче будет всяких Капуллети, наши Ромео с Джульеттой собрались преступить все мыслимые и не мыслимые законы людей, наплевав на статусы и положение семей, разорвав классовые оковы, а так же войдя в противоестественный союз двух по сути родственных но однокоренных рас.

  Бессовестные какие, я представляю, как их родители расстроились, мы вот такие, в их годы не были! А самое обидное что уже и не будем. Мда. В общем и целом, поцелуйчики, обнимашечки, закончились тем, что они сбежали, та от тех, а тот от этих, затерявшись в толпе беженцев колесивших неприкаянными тогда по всему баронству, долго ли коротко, но осели в Когдейре, на краю глухомани считай в лесу. Жизнь начали не то что бы безоблачно, но на удивление дружно, без каких-то серьезных конфликтов и разногласий. Наверное, тут стоит отдать должное Лоре, девочке можно даже сказать в какой-то степени изнеженной, но способной променять баронские палаты и богатство одежд, на вот такое нехитрое житие, когда приходилось работать двоим от рассвета до заката, но зато вместе. Вдвоем. Навсегда.

  Красивая история с печальным концом. Любовь, через не могу, и нельзя, чистая и настоящая с тайной на двоих. Не уверен, но, по-моему, в наши дни такую любовь уже не делают небеса, или кто там за это наверху ответственный?

  Ее слезы пусть останутся при ней, мне самому было тяжко и муторно от той картины, когда Патрик вернулся однажды из леса, застав избитую в слезах жену в изорванном платье. Что им пришлось пережить и что сказать друг другу, а может и сделать, пусть останется там в прошлом. Мне лишь осталось уточнить мелочи, открыв не известное в этой истории, а именно, тот день, когда в Мекту пожаловал, барон Нафаль фон Когдейр.

  Со слов Конпы барон выглядел простачком, а вот в свете слов Лоры, все выходило даже наоборот. Нафаль не просто собрал праздных зевак, были там и егеря, были там и знатные охотники, но как я и догадывался, рыцарь там был не простой. Некий Шерман Ол`Рок, не много не мало а командор бестиаров. Это получается что-то вроде сотника, капитана, рыцарского ордена специализировавшегося именно на бое с "нелюдью". Когда-то в стародавние времена, данный орден был введен в королевстве из-за, обилия опасных созданий в достатке бегающих по округе и изводивших мирных граждан. Орден в принципе своем наверно нужный, ведь не все создания и трансморфы были способны адекватно воспринимать мир, не для того они создавались в военное время. Вот и Нафаль, не будь дурак, сообразил тряхнуть мошной, выписав из столицы этого узкого специалиста.

  Тут бы как говорится и сказочке конец, но толи, убоявшись содеянного, толи в связи с другими какими-то обстоятельствами, Патрик вышел на свою семью, прося у них помощи и защиты, где его отец тут же вышвырнул прочь от порога, отрекаясь от него. Но пришли под покровом ночи три брата с сестрой, в обход родительского запрета. Они то и рассказали о грядущей беде, уже впятером растопив ту кровавую баню, в которой и искупался фон Когдейр.

  - Как же барон сам уцелел, да еще с сыном? - Спросил я.

  - С сыном? - Лора недоуменно захлопала глазами. - Тут какая-то ошибка, я смогла уговорить клан, не трогать отца и дочь. Нафаль фон Когдейр был другом моего отца, а я нареченной матерью малышки Ноны.

  В этом мире было приближенное понятие "нареченные", с понятием "крестные", только у нас это получается на религиозной почве, а здесь из стародавнего обычая вытекает, когда родители нарекали своим детям к кому они уйдут в случае их гибели жить, со всем достоинством и почтением относясь к нареченным как к своим родным. Так сказать вторые, запасные родители на всякий случай, плюс некий образ дружественных отношений между людьми.

  - Ну не знаю. - Я пожал плечами. - В живых остались Нафаль и Нуггет Когдейры.

  - Да уж. - Поежилась она, обхватив свои плечи руками. - Еще одна ошибка в череде прочих, совершенных за мою жизнь. Вот оно как вышло все, вот как жизнь ставит на место непокорных глупцов.

  - Не надо. - Я взял ее за руку. - Не вини себя и не кляни судьбу, будь благодарна за те считанные дни счастья, что ты была рядом с любимым и любящим человеком. Не каждому дано такое. К тому же, вон у тебя Пенка с Молочком красавицы какие, гордость твоя и где бы он сейчас не был Патрика.

  - Да умнички. - Она улыбнулась, вытирая слезы. - Да только и здесь разлука идет по моим следам.

  - Что еще? - Я опустил поднесенную ко рту кружку чая.

  - Ты ведь не просто так пришел? - Взгляд стал вновь тяжел и внимателен к моим действиям. - Это ведь из-за последних смертей, тех пастухов из Поренки?

  Я лишь кивнул, вновь поднимая кружку и отпивая терпкий разнотрав, что сказать это действительно так.

  - Это не я и не девочки, если ты вдруг так подумал. - Слезы опять проложили дорожки по ее лицу. - Это кто-то из клана, у девочек уже пару лет кровь идет, а для них самочки ценный товар между собой. Они не то что я, "приблуда", они рожденные, значит чистые по их меркам. Уже приходил старший из семьи, пока только звал, но это только пока. Те смерти означают, что к нам ходу нет никому, чувствую сердцем, заберут девочек у меня, боюсь, что судьбу мою бедовую хлебнут дочки сполна.

  Ну, вот как? Как он узнал об этом? Откуда старый разбойник Дако, мог знать, что в Лисьем скоро прибавится жильцов? Я вот не знал, а он знает, это что, ясновиденье? О нет, я понял, он просто сглазил, "накаркал" старый хрыч, значит сам виноват.

  Чуть ли не до полуночи, мы с Лорой проговорили, причем большей частью говорил я, уговаривая и убеждая ее в верности моего решения, потому что иначе бы я не смог, иначе уже нельзя, не смогу я по другому после того, что она поведала мне, не смогу.

   ***

  Еноты принесли ежа. Зачем, для чего? Понять было невозможно, а уж представить, как они его ко мне в постель затащили, так вообще умереть не встать. Уже второй день я иду окраиной леса к приграничью земель Когдейра с Кемгербальдами, для воссоединения со своим легионом.

  Место встречи изменить нельзя, небольшой приграничный форт Руата, надеюсь хоть в этот раз не захваченный моими людьми. Последняя горячая точка в этом году и надеюсь во всей моей жизни. Что-то, не по душе мне пришлась эта война, как-то подзабыл я, что на ней люди умирают.

  Места были не обжитые большей частью лесистые и компанию мне в моем пути составляли два безобразника, вот как сегодня припершие от куда-то ежика. Лора с дочками должна была своим ходом, минуя военные разборки добраться в Лисий Хвост, где по моему письменному представлению ей окажут помощь. Посему путь мой был неспешен и не обременен попутчиками. Что с одной стороны позволяло насладиться тишиной и прояснить мысли, а с другой периодически для поднятия тонуса, вести односторонний монолог со своими подопечными зверьками.

  Долго ли коротко, но на третий день, объехав стороной виднеющуюся чуть вдалеке деревеньку, вышел на небольшой пяточек земли, разделенный довольно таки широкой по местным меркам речкой. Где территориально по ее берегам проходила граница владений, а с пригорка был виден замок, охраняющий деревянный мост, насколько можно судить по карте, единственную переправу на отрезке чуть более чем в десять километров.

  Легион порадовал, службу знали четко, еще на приближении встретил два разъезда, а сам лагерь не дремал, выставив караулы. Ну хоть здесь все по плану и без самодеятельности, Руата была в осаде.

  - Приказание выполнили в полном объеме, на данный момент жертв как с нашей, так и со стороны противника нет. - Отрапортовал семьдесят третий, встречая у уже разложенной для меня палатки.

  - Разведка на связь выходила? - Я сбрасывал с лошадки свои пожитки, с блаженством представляя, как вытяну ноги после пути.

  - Да, разведчик прибыл. - Он многозначительно посмотрел на солнце. - В данный момент отдыхает.

  - Что-то сверх прогноза? - Енотов не интересовали вещи, так что они уже переругиваясь, мяли мою постель.

  - Думаю да, барон Когдейр идет не по плану. Никаких остановок в захваченных крепостях, дошел, узнал обстановку и тут же снова выходит маршем, сегодня он должен уже быть у Кугермата, следовательно послезавтра у нас.

  Ну вот, опять трудности. Семьдесят третий указал мне плотно закрытую палатку, где дневала Тина, куда я и залез, плотно прикрыв полог за собой, чтоб не допустить прямого попадания внутрь солнечных лучей.

  - Ты где был? - С ходу начала она.

  - Тут не далеко. - Я попытался разглядеть ее, подслеповато щурясь от контраста дня и этого царства тьмы.

  - От тебя пахнет женщинами, и ... - Она шумно втянула воздух носом. - Ежиком что ли?

  Оп-па, чего это она меня вынюхивает и допросом допрашивает? Так скоро дойдет до того, что придется деньги в носки прятать от нее, как любой порядочный муж.

  - Так, отставить меня вынюхивать рядовой Тина. - Я постарался быть строгим в ту сторону, где по моим предположениям была она. - Женщины, ежики, все потом, давай вернемся к нашим баранам.

  - А баранов, ты когда успел завести? - Удивленно осведомилась она.

  - Каких баранов? - Опешил я.

  - Ну, ты сам сейчас сказал! - Обиженно донеслось из темноты.

  - А! Ну, так то поговорка такая, мол, давай о делах все остальное потом! - Успокоил я ее.

  - О делах? Хорошо. Ты где был и что это за ежики женского пола к тебе приставали?

  - П-ф-ф-ф! - Скопировал я Профессора, тяжело вздохнув. Нет, ну это невозможно, даже если женщина вампир, она, прежде всего женщина, а уже потом вампир. Я тут войну воюю, а она мне про ежиков!

  - Тина! Ну-ка соберись! - Я аж стукнул кулаком себя по коленке. Больно. - Быстро докладывай обстановку на фронте солдат!

   - О мой генерал! - Ну, вот начинается, эта женская тягомотина, под названием: "Какая же ты скотина не благодарная". - Не соблаговолишь ли ты снизойти с величия своего, что бы выслушать отчет не достойнейшей из не достойных?

  - Ладно, ладно, хватит! - Изобразив еще пару раз вселенский вздох печали Профессора, я был вынужден больше часа рассказывать, о своих делах, периодически прерываемый уточняющими вопросами, лишь после этого получив исчерпывающую информацию по Когдейру и моей большой игре.

  А подумать тут было о чем. По самым радужным прикидкам, барон уже послезавтра будет здесь, а разница между ним и Гаричем хоть и составляет шесть дней, должна будет разделиться как минимум на четыре дня маршевого хода капитана с армией до рудников. Что ж получается? Плоховато получается. Нам нужно еще денек, а то и два на, то что бы дать фору моим планам. Но Нуггет их, похоже, мне не собирается давать, толи, предчувствуя беду, толи тупо сгораемый жаждой мести. Расчет мой на то, что каждая крепость даст мне как минимум день, его остановки не оправдался, плевать барон хотел на замки, а вот поквитаться со мной летел на всех парах.

  Вот и задачка, рискнуть, поставив на то, что Гарич выкрутится сам, как ни будь, подставив его и его людей, или опять подставить свою...ммм...шкуру под удар? Тут ведь какое дело, удар будет кулаком в тысячу человек, с учетом моих пяти десятков у нас у всех...ммм...шкура, лопнет по полам, что называется, на Британский флаг разорвут.

  - Только не говори, что надо что-то придумать! - Проворчала она из темноты.

  - Не буду, ты и сама все прекрасно понимаешь. - Вздыхать больше смысла не было. - Давай всех своих, кто остался, активируй, переходите из разведки в диверсионный отряд. В прямое противостояние не входить, действуйте по ночам, вырезайте караулы, пугайте лошадей, портите телеги обоза, делайте что хотите, но растяните ему улыбку до ушей, чтоб на оскал стала похожа. Остановить все равно не остановите, так хоть немного замедлите, каждая минута будет настоящим подарком.

  Раскрывшийся полог ослепил меня яркими лучами солнца, поморщившись с трудом, распознал в фигурке выскочившей на свет миниатюрную Тину.

  - Ты чего?! Погоришь ведь! - Ахнул я ей в след.

  - Ну, вся уж точно не сгорю. - Махнула она на меня рукой. - Работать надо, дорога каждая секунда.

  - Вот только жертв мне не надо! - Я выскочил следом за ней из палатки. - Быстро назад!

  - Ты главное себя береги. - Легкие едва ощутимые пальцы нежно коснулись моей щеки. - Действуй.

  Что-либо говорить было бесполезно, так как она уже перешла на бег, в считанные мгновения, удаляясь от меня все дальше и дальше. Этакий неосторожный мазок художника на полотне пейзажа, скорость вампира поражала, вот казалось, только что была здесь, а уже практически и не видно ее легкой тонкой фигурки.

  - Семьдесят третий! - Заорал я, увидев неподалеку своего угрюмого старшего сержанта.

  - Барон! - Вытянулся он по стойке передо мной.

  - Пять человек вниз по течению, пять человек вверх по течению реки, пусть все камыши облазят, мне нужно точно знать, как далеко от этого моста находится следующая переправа. Остальные вон к той роще, рубите и вяжите плоты. Вопросы?

  - Никак нет ваше благородие! - Рявкнул он при этом расползаясь в улыбке. - Может, и в этот раз, не помрем.

  Ха-ха, тоже мне шутник выискался, у него не только морда мрачная, но и юмор на уровне.

  В прочем, я его понимал, ситуация та еще, а мыслей практически ноль. Все что мне удалось придумать это еще раз вспомнить про Британский флаг, а именно про их "Юнион Джек", на который Нуггет предположительно собирается порвать мне...шкуру.

  Этот самый английский Джек, не просто крест, это три креста в одном. Крест Святого Георгия, прямой красный на белом, покровитель британцев, далее наискосок на подобии Андреевского флага в тех же красно-белых тонах крест Святого Патрика знаменитого покровителя ирландцев. И в заключении сине-белый, так же наискосок крест Святого Андрея покровителя Шотландии, на которых я и решил опираться, припомнив, старинную шотландскую забаву. Задери юбку и покажи зад британцу, а потом быстро-быстро спрячься в камнях и скалах родной страны.

  Да, шутники те еще были в свое время шотландцы, сколько нервов они своими попами потрепали британским Робин Гудам, один бог знает. Ну да не в них дело, а в тактике, которую я собирался применить. Как и прежде драться мне совершенно не хотелось, ну вот почему-то ни капельки. Что-то, видимо в воздухе такое витало, со вкусом жаренного, что совершенно отбивало у меня настроение помахать кулаками. А вот руками поработать пришлось не слабо, хорошо, что забрали инструмент из обозов после победоносного разгрома двух армий. Пришлось рубить и вязать бревна в плоты и не скажу что забавы ради, все лишь с одной целью, задержать противника. А задержать его можно, лишь запутав и разозлив, в чем я как надеюсь мастер.

  Однако даже у меня в этот раз волосы на голове дыбом встали от наглости и хамства моей же задумки. Ну да не буду пока забегать вперед, лишь скажу, что репетировать спектакль пришлось и днем и ночью выматывая и себя и людей по полной, раз за разом повторяя маневры, что бы не дай бог никто не перепутал место сбора или же точку перехода.

  Мост сожгли, перебравшись на ту сторону, снимая осаду, впрочем, Руата не спешила открывать ворота и радостно махать флагами, мы по-прежнему были рядом, хоть и разделенные разными берегами реки.

  Первый отряд армии Нуггета, на взмыленных лошадях, как и предполагалось, дошел ко второму дню. Чуть больше двух сотен человек, усталые, грязные, без обоза и банальных вещь мешков, они чуть ли не падали, вымотанные, похоже, не только дневным переходом, но и бессонными ночами, которые им организовали мои vampirish partizanen.

  Оценив обстановку и увидев нас на противоположном берегу, они не стали форсировать события лишь выставив караулы охранения примерно на километр в обе стороны от сожженного моста. С нашей же стороны тоже не предпринималось активных действий, мы наоборот наглядно стали в самом видном месте, демонстрируя свой неприхотливый быт, спешить некуда, формально мы хоть и у них под носом, но уже на земле Кемгербальда. Но думаю вполне разрешимая не оставит барон нас в покое, вот если бы мы хотя бы на день два углубились на чужую территорию, то да можно было бы и отступить, но не тогда когда наглецы маячат прямо перед ними.

  Остаток светового дня, а так же всю ночь к Руате, непрекращающимся потоком стекались разрозненные отряды, огромной военной машины Когдейра. Зрелище было завораживающее, особенно ночью, когда все свободное место перед замком осветили сотни и сотни костров, да и утром легче не стало от неимоверной людской массы сплошным черным ковром закрывающей землю.

  Никаких разговоров или парламентеров ни с моей, ни с их стороны не было, что не удивительно, но подождем главное действующее лицо, а именно Нуггета, на его чувствах словно на волынке я и собирался играть.

  На следующую ночь, к нам пришли мои диверсанты, все четыре бойца, информация, принесенная ими, была радостной, благодаря их действиям мы уже отыгрывали день для капитана, осталось только нам сыграть правильно, что бы вырвать для себя, окончательную победу поставив жирную точку в этой игре.

  Барон как и ожидалось прибыл ближе к полудню, в сопровождении пехотных частей и части обоза, его вымпел установили сразу же по середине лагеря, а уже где-то через час к берегу реки подъехала конная делегация во главе с виновником торжества.

  - Нуггет подлая скотина! - Тут же заорал я что было мочи стараясь, что бы как можно больше людей нас расслышало. - Сколько тебя труса можно ждать?! Я все твое баронство прошел вдоль и поперек, где ты прятался собака?

  - Да я! Да я, вырву твое сердце, втопчу тебя в землю ублюдок! - Барон задыхался от ярости, потрясая кулаками и брызжа слюной. Ух, и зол же он был, ну и смешон немного, мелкого росточка, худенький с тоненьким женским голоском, он больше походил не на грозного владыку этих земель, а на распекающую непутевого мужа кумушку.

  - Что ты там пищишь?! Ну не черта ж не слышно! - Я театрально взмахнул руками. - Можешь разговаривать как мужик? Что ты там шепчешь?

  Ох, и понесло его, да уж это больная тема, всю жизнь мелкого задирали и дразнили, поди, и папочка его за это лупцевал, что не складный такой вырос.

  - Да что ты там лопочешь? - Приложив руку к уху, сделал вид что прислушиваюсь. - Ты вообще-то драться думаешь или опять тебя бегать искать придется?

  - Убь-ю-ю-ю! - В бешенстве завыл он. - Все вперед! Принесите мне его голову!

  Надо сказать, сердце дрогнуло, когда весь лагерь вся эта громада зашевелилась по его команде, ладони вспотели, а сердце готово было выпрыгнуть из груди.