Техасская резня бензопилой

— Мы ездили в Мексику не для того, чтобы накупить там марихуаны.

Эрин все заметила — все до малейших деталей, но продолжала смотреть на своего парня, как опытный полководец смотрит на крепость — оценивая, хорошо ли та защищена и где можно найти слабые места в обороне.

Кемпер поднял глаза, а потом снова уставился в зеркало. На что он там смотрит? На Моргана? Или на что? Что его беспокоит?

Кемпер знал, что Эрин так просто не успокоится, и поэтому начал защищаться. Он знал, что девушка знает, что он ее обманывает, так что решился молить о пощаде… ну, по-своему.

— Кисонька, я же не занимаюсь наркобизнесом, — запротестовал механик самым своим искренним голосом. — Просто я необыкновенный парень, совершающий необыкновенное путешествие с девушкой, которую люблю.

И Кемпер одарил Эрин самой очаровательной из своих улыбок, но лить попусту потратил время и силы. Занятно, что слово «любовь» он употреблял только тогда, когда оказывался по уши в дерьме.

— Побереги свою улыбку на другой раз, — холодно отрезала Эрин и, отвернувшись, снова уставилась в боковое окно.

Энди на заднем сиденье рассмеялся и покачал головой.

Коровья голова лежала на свалке, на самой вершине горы трупов.

Мясо кровоточило и разлагалось, постепенно превращаясь в отвратительную, бесформенную гущу, кишащую личинками, которые поедали эти гниющие мертвые тела.

Голова поджаривалась на солнцепеке и воняла. По ней ползали стаи мух. От головы уже почти ничего не осталось, и мало что в этом черепе напоминало теперь корову: до того как выкинуть животное сюда, с него содрали остатки жира и мяса, за них можно было выручить несколько центов. Остался только один глаз, чернеющий в мертвой, испачканной кровью глазнице.

Коровья кровь до сих пор еще была красной.

Глава 2

— Господи! Что это такое? — Пеппер чуть не стошнило.

Тут и все прочие почувствовали этот запах. Господи! Он был просто отвратителен и шел с улицы. Окна были открыты, чтобы в машину попадал свежий воздух, но вместо свежего воздуха снаружи стояла какая-то отвратительная, просто тошнотворная вонь.

Эрин закрыла нос рукой и отодвинулась от окна. Впрочем, нельзя сказать, что это хоть немножко помогло.

Господи! Что за запах! Это же просто ужас. Сладкий, отвратительный, как говно… как… как… это даже не объяснить: он был настолько отвратителен, что казалось, ты вот-вот упадешь в обморок. Этот запах действовал как некая материальная сила. Он забирался человеку в нос, все глубже и глубже, а потом внезапно ударял так, что его голова откидывалась назад, а все внутренности переворачивались. Еще до того, как бедняга понимал, что, собственно, происходит, его начинало тошнить.

Все чувствовали этот мерзкий запах, но Кемпер, кажется, страдал от него меньше всех. Да, парень немножко фыркал и ерзал на своем сиденье, но руки его оставались на руле, где и должны были быть, и надо признать, он не очень-то нервничал. Просто потому, что водитель знал, чем это пахнет.

— Скотобойня, — объяснил он.

Тут до всех тоже дошло.

Это был запах смерти. Не одной смерти, а многочисленных, продуманных, сосчитанных и узаконенных убийств. Превращение жизни в смерть. Производство гибели. Производство мяса. Упаковка мяса. Все гигиенично и с соблюдением санитарных норм. Ножи из нержавеющей стали, конвейеры, доски для разделки туш, сбор отходов, старомодные крюки для мяса в современных холодильных камерах. Это символ эволюции — все науки были нужны только для того, чтобы усовершенствовать цепочку питания: создавать жизнь исключительно для того, чтобы ее уничтожить. Мясники не понимают. Они не чувствуют ужаса. Им не страшно. Выращивать и убивать, выращивать и убивать. Они пичкают скотину гормонами и антибиотиками, чтобы потом оглушить ее ударом по голове.

Сломанные кости и кровоточащие суставы. Трупный яд. Гамбургеры с пластмассовыми игрушками, которые протягивает вашему ребенку улыбающаяся продавщица. Человечество само создало ад и живет в нем. Мы думаем, что имеем право убивать четвероногих, потому что сами ходим на двух ногах и подобны Богу. Мы думаем, что человек имеет право убивать, потому что только у него есть руки, чтобы держать нож.

Эрин выглянула в окно и увидела строения мясоперерабатывающего завода. Еще до того, как она заметила скотобойню, запах вызвал у нее одно воспоминание.

— Пахнет, как от дохлой кошки, — тяжело проговорила она.

Не просто от кошки. Кошку, о которой Эрин вспомнила, она нашла у обочины дороги, когда была еще совсем малышкой. Того рыжего кота сбила машина. Голова его была раздроблена. После этого Эрин плакала несколько дней подряд. Мама пыталась успокоить ее, рассказывая про рай для умерших животных, но, судя по этой скотобойне, рай для животных уже битком набит.

— Ох, может, закурить еще сигаретку? — предложил Морган, затыкая пальцами нос. — Может, тогда будет не так противно?

Не подумайте, что Морган пытался решать с помощью марихуаны все возникающие у него проблемы. Не все, но большинство.

Фургон миновал скотобойню, и Эрин уже потеряла из виду гору разлагающихся коровьих трупов. Фургон ехал дальше, а Энди и Пеппер, встав на колени на заднем сиденье, смотрели в заднее окно. Они просто не могли отвести взгляд от этого ужасного, завораживающего зрелища. Ничего подобного оба никогда прежде не видели.

У девушки дрожала челюсть. Похоже, впервые за всю поездку она не улыбалась.

Так вот, как это выглядит… Скотобойня… Место, где убивают животных…

— И как только люди здесь работают? — удивилась она вслух. — Я хочу сказать, их должны мучить мысли о бедных коровках…

— Да черт с ними, с этими коровами, — прервал ее Энди. — Ведь приходится целыми днями дышать этой дрянью, и кстати, за минимальную заработную плату.

— Ну, да, это я и хотела сказать, — нахмурилась Пеппер. Когда они снова уселись, между ними оказалось достаточно места для того, чтобы туда мог поместиться Морган. Этой возможностью парень тут же и воспользовался: он встал, увернулся от раскачивающейся пиньяты, споткнулся и ввалился на заднее сиденье прямо между поостывшими любовниками. Он посмотрел назад, на быстро удаляющуюся скотобойню и сказал (нельзя было точно определить, говорит он серьезно или нет, но голос его звучал очень искренне):

— Для этой работы нужна особенная порода людей. Резать горло коровам и вышибать им мозги — не каждый может зарабатывать себе этим на жизнь.

Морган говорил слишком громко, возможно, виной тому были наркотики. Так или иначе, но Пеппер была слишком расстроена, чтобы слушать его рассуждения.

— Перестань! — взмолилась она. Все и так было слишком мрачно: мертвые животные, отвратительный запах их разлагающихся трупов. А теперь еще Морган принялся рассуждать о мясниках таким тоном, словно они убийцы или кто-нибудь в этом духе.

Но Энди показалось, что его сухопарый друг сказал наконец что-то умное (даже если и не совсем верное). И он возразил:

— Да ну, эти парни очень быстро ко всему привыкают.

— Нет, не привыкают, — заметил Морган. — Большинство увольняется уже через год. А те, кто остаются, либо становятся алкоголиками, либо сходят с ума.

Прекрасно! Сперва смерть, теперь разговоры о сумасшедших. Пеппер посмотрела прямо в глаза Моргану через линзы его очков. Настроение путешественников изменилось. Внезапно сгустилось какое-то мрачное облако, и это Пеппер совсем не нравилось. На дворе стоял солнечный летний день, а страшилки нужно рассказывать ночью у костра.

— Морган большой специалист по всякому дерьму, — прокомментировал ситуацию Кемпер.

Он уже поправил зеркало и видел, как опечалена Пеппер. Ему хотелось как-нибудь снова всех развеселить. Но Кемпер не соврал, по этому дерьму Морган, действительно, был большим специалистом. Тут оказалось, что тема почему-то очень интересует Эрин. И минуту спустя Морган уже сидел, развалившись, и рассуждал об ужасном искусстве производства мяса.

— Откуда ты столько знаешь об этом? — спросила Эрин.

— Я вегетарианец, — ответил тот, и все просто разинули рты от удивления. — Это моя прямая обязанность — знать такие вещи.

Эти слова произвели на Пеппер совершенно магическое действие. Ее глаза загорелись, и теперь она посылала свои улыбки Моргану, и только Моргану.

— Круто! — заявила девушка, вся сияя. — У нас так много общего. Я тоже не ем ничего, что может улыбаться.

— Между прочим, сегодня ночью ела, — прокомментировал Энди с кривой усмешкой.

— Дурак! — отпарировала Пеппер.

Энди просто хвастался; он намекал на то, как они с ней целовались, только теперь он пытался оскорбить девушку этим напоминанием.

Энди ей по-прежнему очень нравился, а то, что он просто развлекается с девушкой, было понятно Пеппер с самого начала, но он вдруг оказался мистером Занудой, а его друг столь же резко превратился в глубокого и интересного парня, хотя у него и черт знает что творилось на голове. Но он не ел животных, и Пеппер это очень нравилось. Девушка с восхищением проводила Моргана взглядом, когда тот поднялся и неуверенной походкой направился к своему месту. Круто, он обкурился просто в хлам. Может быть, следует…

— ОСТОРОЖНО!

Фургон занесло.

— Что за!..

Это кричала Эрин: она что-то увидела на дороге. Все в фургончике полетело кувырком.

Энди вцепился в сиденье и даже успел пристегнуться. Он видел, что произошло. По обочине дороги брела молоденькая девушка, еще совсем подросток. Она выглядела так, словно потерялась или вовсе не соображает, что делает. Когда девушка услышала звук приближающегося фургона, она выскочила на дорогу и оказалась прямо перед машиной. Кемпер просто не мог…

Следуя инстинкту, механик резко повернул руль и фургон вылетел на обочину. Разумеется, на песчаной, неровной обочине его тут же занесло. Кемпер едва справлялся с управлением. Черт!

Моргану так и не удалось добраться до своего места. Когда фургон качнуло влево, Морган не устоял на ногах и полетел вперед, схватился за болтающуюся на потолке пиньяту и уронил ее на пол. Она, разумеется, разбилась.

Пеппер вцепилась в Энди и молилась, чтобы все обошлось. Она, выглянув в окно, увидела эту девушку, из-за которой все и произошло: машина только чудом ее не сбила.

Чего эта дура хотела добиться? Покончить с собой решила, или что? Как ее занесло на середину дороги? И как только Кемперу — или Эрин, что, в конце концов, не так уж важно — удалось ее заметить? Девчонка словно из воздуха появилась. Ведь на этих дорогах все видно на многие мили вперед. Зря, похоже, Пеппер связалась с этой компанией.

Кемпер боролся с рулем, пытаясь снова вывести свою малышку на твердую почву. Бывают ситуации, когда чем мощнее машина, тем хуже приходится ее водителю, эта заварушка была как раз таким случаем. Сперва, чтобы добиться хоть какой-нибудь реакции, пришлось давить обеими ногами на тормоза, а потом демонстрировать почти чудеса водительского искусства, чтобы справиться с управлением.

Тишина.

Экстренное торможение подняло вокруг машины почти непроницаемое для взгляда облако пыли.

— Что за черт! — тяжело вздохнул Кемпер.

— Ты чуть не сбил ее! — крикнула перепуганная Пеппер.

Но Энди показалось, что ругать водителя в данном случае несправедливо.

— А какого черта она ходит по середине дороги? — отрезал он. Это просто чудо, что Кемпер не размазал мозги этой дуры по своему лобовому стеклу.

Кстати, куда она подевалась?

По-прежнему в шоке, вся компания пробралась к заднему стеклу и стала в него всматриваться. Что это была за девушка? Что она здесь делала? Кемпер был уверен, что не сбил незнакомку (он бы почувствовал удар), но, возможно, фургон задел ее своим боком или еще что-нибудь в этом роде?

Эрин, перебираясь назад, бросила взгляд на разбитую пиньяту. Та была доверху набита марихуаной.

Теперь стало понятно, почему Кемпер не отводил глаз от зеркала заднего вида с того самого момента, как они выехали из Мексики. А она-то думала, что он глазеет на Пеппер. Могла бы и догадаться. Ну, да, конечно, приятно выяснить, что твой парень не бабник, но все равно отвратительно, когда что-то от тебя скрывают, да еще такие вещи. А что, если бы их поймали на границе?

Видя реакцию девушки на набитый марихуаной контейнер из папье-маше, Энди нервным движением засунул расколотую пиньяту под заднее сиденье, но было уже поздно. Больше всего Эрин взбесило то, что, судя по всему, все, кроме нее, были в курсе. А интересно, Пеппер знала об этом? Ведь она даже не член их компании.

Эрин посмотрела в сторону Кемпера, стоявшего у заднего окна, и выдавила из себя одно-единственное слово:

— Мерзавец!

Это было произнесено громко и ясно, но сам мерзавец, кажется, даже не расслышал. Он был слишком занят тем, что высматривал в заднее окно девушку, которую он только что чуть не убил. Вот она. Явно почти подросток, однако оказалось очень трудно определить ее возраст. Молодо выглядящая двадцатилетняя или шестнадцатилетняя, смотрящаяся старше своих лет? Сначала, когда она только выскочила на дорогу, им показалось, что перед ними высокий ребенок. Возможно, потому что на незнакомке было надето легкое летнее платье до колен. Но теперь, когда все увидели ее лицо…

— Она хоть соображает, что делает? — сердито фыркнул Кемпер.

Они ехали в Даллас. На концерт модной рок-группы. А теперь все пошло кувырком. Черт побери!

— Думаю, ей нужна помощь, — сказала Пеппер.

Эрин тут же согласилась. Она ткнула Кемпера локтем в бок и показала ему на водительское место, сама же присоединилась к Пеппер и стала смотреть сквозь заднее стекло. Им обеим приходилось щуриться от яркого летнего солнца.

Кемпер сел за руль и повернул ключ зажигания.

Остальные продолжали смотреть на девушку, которая с отрешенным видом удалялась прочь от машины. Очевидно, с ней что-то случилось. Волосы были растрепаны, блеклое летнее платье — грязное и поношенное, кожа на руках и плечах — в синяках и царапинах. Туфли без каблуков — грязные и разбитые, их подошвы почти прилипали к раскаленному шоссе.

Эрин подумала, что, возможно, девочка уже один раз попала под автомобиль, на этой дороге, ведущей в Даллас. Выглядела она просто ужасно. Но самым странным было то, что она просто взяла и пошла прочь от фургона, просто повернулась спиной и пошла, словно ничего и не произошло.

Кемпер медленно развернул фургон и поехал назад.

Морган вздохнул. Все идет кувырком. Вот теперь они едут назад со скоростью меньше пяти миль в час. Такими темпами до Лоредо они доберутся через месяц.

Скоро фургон поравнялся с девушкой. Его огромные колеса вращались медленно-медленно: машина ехала с той же скоростью, с которой шла девушка. И теперь, когда они были совсем близко, Эрин увидела ее глаза: они оказались совершенно мертвыми.

— Эй! — крикнула Эрин. — С тобой все в порядке?

Никакого ответа. Лицо девушки было совершенно пустым и неподвижным, она медленно брела по дороге, которая никуда не могла ее привести.

Внезапно Моргана охватила паника. Он сел на заднее сиденье и заявил:

— Слушайте, зачем мы за ней едем? Девчонка просто обкурилась!

Энди кивнул, но Эрин тут же на них накинулась:

— Может быть, ее изнасиловали. Такие же скоты, как вы.

«Очень похоже на Моргана — все сводить к наркотикам. Иногда он ведет себя просто как идиот».

Фургон продолжал ехать рядом с похожей на зомби девушкой. Она ни на что не обращала внимания. Словно никого рядом с ней и не было. Эрин могла спорить с Морганом сколь угодно долго, девушка их даже не заметила бы.

— Эй! Надо быть осторожней, ведь тебя же могут задавить! — Пеппер снова попыталась чем-то привлечь ее внимание.

Никакого эффекта.

— Эй! — крикнула Эрин во второй раз, уже громче. — Ты нас слышишь?

Эрин была просто потрясена тем, что Энди и Морган даже не пытаются помочь. Кемпер хоть машину вел, а эти… И тут она увидела…

Слезинку.

По щеке незнакомки катилась одна-единственная слезинка.