Поучения

Итак, не говори больше, что наслаждения — не грех, и обратись к Богу с покаянием, чтобы тебе стать действительно счастливым.

Учение Евангелия

Подумай, возлюбленный, о том, что Учитель Евангелия — Иисус Христос, Учитель всех учителей и проповедников. Один лишь Он — Господь и Учитель, как назвал Его Никодим, пришедший к Нему ночью: Равви! мы знаем, что Ты Учитель, пришедший от Бога (Ин. 3, 2), и как Сам Господь сказал о Себе: вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель, Христос (Мф. 23, 8). Он пришел в мир не только для того, чтобы искупить нас, но и для того, чтобы научить, как Он Сам говорит: Я на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине (Ин. 18, 37).

И чтобы еще сильнее утвердить эту истину, Небесный Отец громогласно повелел нам слушать этого Учителя: Его слушайте (Мф. 17, 5). Но давайте внимательнее присмотримся к Этому Учителю. Он, в отличие от других учителей, учит не столько словами, сколько делами.

Подумай о том, какие тяжкие труды подъял наш Спаситель для того, чтобы научить нас истине. Чтобы сотворить все сущее, Ему было достаточно сказать только одно слово: яко Той рече, и быша; Той повеле, и создашася (Пс. 148, 5). Однако для того_; чтобы научить нас Своей воле и открыть нам сокровища Своей премудрости, Он совлекся величия, приняв образ раба, как говорит Апостол Павел, сделавшись подобным человекам, и по виду став как человек (Флп. 2, 7), и перенес все те скорби, которые всегда испытывали учители и проповедники Божественного слова.

Что еще могла сделать для нас Неложная Истина более того, что Она ипостасно открылась нам и научила нас истине? Я семь истина (Ин. 14, 6). Каким другим способом наш сладчайший Учитель явил бы нам Свою любовь, как не теми трудами, которые Он понес: Он поднимался в горы и спускался с них, обошел Своими ногами всю Иудею, на Его долю выпало столько бесчестий! Его называли и обжорой, и пьяницей, и бесноватым — и все это для того, чтобы показать нам путь, ведущий к жизни. И ходил Иисус по всей Галилее, уча в синагогах их и проповедуя Евангелие Царствия (Мф. 4, 23).

Какой ответ или оправдание можешь ты иметь перед Господом, грешный человек, если не веришь Его Божественному учению и не ходишь в свете Его? Если бы Я не пришел и не говорил им, то не имели бы греха, а теперь не имеют извинения в грехе своем (Ин. 15, 22). Устыдись же того, что ты так долго ходил вслед за лживыми учениями мира и плоти и пренебрегал прекрасными советами Божественной Мудрости, предпочитая следовать советам мудрости земной — скотской и диавольской, никогда не желая ничего выше славы и уважения у людей, не стараясь уврачевать свои чувства, свои безумные страсти и похоти, но вместо этого собирая серебро, чтобы в конце концов уподобиться ослу, нагруженному деньгами.

Тебе дан величайший дар — ты можешь слушать Само Воплощенное Слово, те слова Его, которые хотели услышать пророки и цари, но не услышали. Сказываю вам, что многие пророки и цари желали слышать то, что вы слышите, и не слышали (Лк. 10, 24). Когда ты собираешься читать Евангелие и открываешь его, то делай это так, как будто ты открываешь Небо, так как эта Книга, написанная с величайшим благоговением, содержит в себе учение Самого Христа. Святой Иоанн Златоуст так написал об этом: «Чтение Писаний есть отверзение Небес» (Слово второе на Исайю). Читай ее так, как будто тебя учит Сам Господь. Когда ты читаешь Его слова, то не ощущаешь никакого страха, а ведь как сильно чувствовал этот страх жестокосердый народ Израильский и, не имея сил вынести его, просил Моисея: Говори ты с нами, и мы будем слушать, но чтобы не говорил с нами Бог, дабы нам не умереть (Исх. 20, 19).

Задумайся над содержащимся в Евангелии учением Небесного Учителя, особенно над Его нагорной проповедью, которую записал Евангелист Матфей: Увидев народ, Он взошел на гору, и, отверзши уста Свои, учил их (Мф. 5, 1—2); исследуй следующие три свойства Божественного учения — высоту, истинность и полезность.

Высота учения, прежде скрытая и непостижимая для мудрецов, теперь стала явной, как сказал Господь: изреку сокровенное от создания мира (Мф. 13, 35). До этого времени мир считал, что он будет счастлив только тогда, когда будет обладать богатством, славой и удовольствиями. Теперь ты можешь себе представить, как удивился человеческий род, когда впервые услышал, что Господь говорит о совершенно противоположных вещах — о том, что счастливы нищие, плачущие, униженные, кроткие, голодные, миротворцы, чистые сердцем, неправедно гонимые и обвиняемые. И напротив, что несчастны богатые, чьи сердца прилепились к благам мира, а также пресыщенные наслаждениями мира, увеселяющиеся, смеющиеся, пользующиеся у людей почетом. И кто может постичь эту невыразимую высоту, присущую всему учению Божественного Евангелия?!

Апостол Варфоломей очень точно назвал Евангелие одновременно и малым и великим — малым по объему и великим по содержанию и по высоте учения. По словам святого Амвросия Медиоланского Евангелие подобно пучине, в которой мы можем отыскать полноту даров, оно — как море духовных тайн, в котором плавает таинственная Рыба — Иисус Христос, Божий Сын, Спаситель. Блаженный Иероним называет Евангелие сокращенным Богословием, Ориген — начатком всего Священного Писания. И если все Священное Писание именуется у Августина энциклопедией всех наук, у Василия Великого — кузницей, в которой куются души, и житницей духовных злаков, то насколько превосходно в нем Евангелие — Завет Новый, обновленный Кровью Сына Божия!

Евангельское учение истинно потому, что исходит оно из уст Самой Премудрости Вышнего, Которая есть истина, как сказано в Премудрости Сираха: Я (т. е. Премудрость), вышла из уст Всевышнего (Сир. 24, 3) И хотя все люди — от Адама до скончания мира — оказываются лжецами, один Бог не лжет, но всегда пребывает истинным, как говорит апостол Павел: Бог верен, а всякий человек лжив (Рим. 3, 4).

Польза учения Евангелия видна из того, что в нем — учение и знание, ведущее к спасению и жизни, как написано: дать уразуметь народу Его спасение (Лк. 1, 77). И еще: Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь (Ин. 6, 63), потому что они содержат все основы христианской нравственности — они показывают нам что добро, а что зло и облекают нас в нового человека, «сотворенного по Христу» (Сравн. Еф. 4, 24).

А теперь посмотри, что делаешь ты. Разве не показываешь ты своими делами, что вера у тебя совершенно другая? Когда Евангелие учит тебя теоретическим истинам и догматам веры, ты признаешь их великое достоинство, однако, когда оно предлагает тебе практические советы для исправления твоих нравов, в тебе пробуждаются все твои похоти и начинают давить на тебя, заставляя не желать подчиняться евангельским заповедям. Итак, учти, что, как сказал Господь, не принимающий слов Моих имеет судью себе: слово, которое Я говорил, оно будет судить его в последний день (Ин. 12, 48). Свою веру нужно применять на практике, потому что теоретически и бесы веруют, и трепещут (Иак. 2, 19). Вера в делах — характерный признак одних только христиан: и я покажу тебе веру мою из дел моих (Иак. 2, 18).

Проснись же и приди в себя. Вновь зажги свою веру и любовь к Божественному Учителю. Раскайся, в том, что до сих пор ты питал свое сердце делами, противоположными тем, которым учит Господь. Моли Христа, чтобы Он даровал тебе мужественное сердце, чтобы с ним ты мог жить согласно словам апостола Павла: Не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут (Рим. 2, 13).

Война, начатая Христом

Задумайся, возлюбленный, о мысленной брани, ради которой Господь наш пришел в этот мир, как Сам Он сказал: не мир пришел Я принести, но меч (Мф. 10, 34). В этой войне Сам Спаситель наш Иисус — Военачальник и Царь, столь могущественный и величественный, мудрый и достойный любви, сопровождаемый всеми Ангелами и святыми. И не для того Он идет на войну, чтобы наложить на все непокорные Ему народы Свою царскую подать и стать богаче, но Сам становится нищим, чтобы обогатить их. Подумай о Христе как о Царе, Который посредством всего богатства Своего Божества и Человечества направляет жизнь каждого, кто послушен Ему. Не только Царем, но и Человеком является Царь царствующих и Господь господствующих, как об этом говорит святой Иоанн Богослов в Апокалипсисе: На одежде и на бедре Его написано имя: «Царь царей и Господь господствующих» (Откр. 19, 16).

А после этого подумай о том, что Этот Царь зовет на войну всех людей, и тебя тоже. Цель, для которой Он призывает нас, — воевать с Его врагами и с нашими врагами, то есть с плотью, миром и диаволом. В этой войне Царь идет впереди всех, как написано: Я пойду перед тобою и горы уровняю, медные двери сокрушу и запоры железные сломаю; и отдам тебе хранимые во тьме сокровища и сокрытые богатства (Ис. 45,2—3). Во все время войны Он первый, кто встречает опасности и принимает раны, наносимые битвой. Однако как только война закончится, слава победы и венцы достанутся всем воинам.

Господь, придя в мир, проведя жизнь в нищете, среди скорбей и поношений, умерев Крестной смертью, победил мир, как Сам говорит: Мужайтесь: Я победил мир (Ин. 16, 33). Он победил и диавола — Ныне суд миру сему; ныне князь мира сего изгнан будет вон (Ин. 12, 31). Наконец, Он победил и плоть, как об этом пишет Апостол Павел: Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву за грех и. осудил грех в плоти (Рим. 8, 3). И так бесчисленно множество душ торжественно последовали примеру Господа и теперь, победив врагов, о которых мы сказали, торжествуют с Ним в Раю. И один получил пять городов, другой — десять, соответственно труду каждого (Ср — Лк. 19, 11—26). О, славный закон войны! В земных войнах воюют воины, а царь остается в безопасном месте, в духовной же брани первым вступает в бой Царь, а за Ним уже идут войска.

Что теперь делать тебе, когда тебя позвали на эту войну? Ты видишь, что война коротка, а победа и покой после нее — вечны. Ты видишь, что те враги, которых хочет победить Иисус, — больше твои враги, чем Его, потому что Его они не могут свергнуть с царства, а тебя — могут, если ты не победишь их. Итак, встань и прими твердое решение неуклонно следовать за Господом, подражать Ему во всем и терпеть все, что необходимо будет для угождения Ему. И когда ты станешь близким к Нему, то обретешь в этом великое счастье.

Раскайся в своей прошлой жизни, которая была противоположной жизни Христа, потому что для тебя были врагами те, которые для Него были друзьями, то есть нищета и нищие, скорби и скорбящие, поношения и поносимые. Ты был похож на денницу, который является князем мучимых в противоположность Христу — Князю спасаемых. Итак, перемени свой военный лагерь и впредь имей друзьями твоих бывших врагов, а прежних друзей твоих — врагами, и обрати против них все духовное оружие для того, чтобы одержать над ними победу. И поскольку победа, последующая за этой мысленной бранью, дается от Господа, как написано: Коня приготовляют на день битвы, но победа — от Господа (Притч. 21, 31), то моли Его, чтобы Он просветил тебя Своей благодатью, чтобы ты ясно видел и сейчас, и в будущем посылаемые тебе кресты, скорби и лишения, и чтобы Он дал тебе силы переносить их без ропота и с благодарностью, как подобает Его последователю, понимая, что все испытания — драгоценны и желанны для тебя. Потому что последующий за Христом в этой жизни и терпящий различные скорби, в будущем будет вечно радоваться со своим Царем, как говорит божественный Павел: Если терпим, то с Ним и царствовать будем (2 Тим. 2,12).

Задумайся, возлюбленный, над тем, что люди, следующие за Христом в этой войне, бывают трех типов.

К первому типу принадлежат те, которые следуют за Христом только в мыслях, издали, они восхищаются этой войной, но все никак не могут решиться взять в руки оружие, чтобы самим воевать против врага и победить его, так как не хотят подражать примеру Иисуса Христа, но пребывают в лени и праздности.

Ко второму типу относятся люди, которые вооружаются и вступают в бой, но только тогда, когда им захочется, и делают только то, что им кажется правильным, а не то, что согласно с волей Божией. Они считают, что в этой войне смогут победить, проводя жизнь спокойную, живя по своему усмотрению и пребывая в гордости.

К третьему типу относятся люди, которые, несмотря на все, остаются твердыми, потому что они, отдавая Богу все силы своей души и всю славу побед, становятся подражателями Христа. Они в этой войне ничего не делают без совета своих духовных отцов, но всегда послушны их воле. Итак, к первому чину относятся холодные и праздные, ко второму — теплохладные и ленивые, к третьему — горячие и усердные.

К какому же чину относишься ты, брат? Если к первому, то горе тебе. Потому что ты во время Крещения пообещал Богу воевать со своими страстями и с диаволом, но стоишь вдалеке без дела, вместо того, чтобы взять оружие и идти на войну. И как забыл ты, несчастный, что если не будешь воевать и побеждать здесь, то твои враги умертвят тебя навеки? Неужели ты не знаешь, что если не будешь сражаться, то не получишь ни венца, ни награды? И кто когда‑нибудь, будучи беспечным и спящим, побеждал врага? Или на кого возлагали венец, если он пребывал в наслаждениях и развлечениях, как говорит Василий Великий: «Кто дремля заслужил себе триумфальную арку? Или кто, услаждаясь или играя на флейте, был украшен победными венцами?»

Итак, возлюбленный, оставь леность и вооружись для войны с твоими смертельными врагами. И не смотри на то, как воюют другие, чтобы и тебе не сделаться беззаботным и не услышать того, что сказал Моисей сынам Гада и Рувима: братья ваши пойдут на войну, а вы останетесь здесь? (Чис. 32, 6).

Если же ты относишься ко второму чину, то ты ни горяч, ни холоден, но тепл. К таким людям говорит Дух Святой в Апокалипсисе: Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих (Откр. 3, 16). Он извергнет тебя в день Суда, когда встретит тебя, только говорившего и ничего не сделавшего, со словами: Я никогда не знал вас, отойдите от Меня, делающие беззаконие (Мф. 7, 23). Ты желаешь стать добродетельным, но только без трудов. Ты хочешь делать добро, но одновременно не желаешь обидеть мир. Ты стремишься избавиться от своих злых обычаев, но не хочешь поскорбеть для этого. Ты хочешь служить Богу, но только словами. Говоря коротко, ты желаешь одним глазом охватить одновременно и небо, и землю. Ты хочешь бороться с той страстью, которой ты лишь немного подвержен, а с той, которая всецело охватила тебя — не борешься.

Когда Христос призывает тебя изменить себя, ты меняешься только внешне, без внутреннего перерождения. Нужно не просто воевать, но воевать правильно, как говорит Апостол Павел: Если же кто и подвизается, не увенчивается, если незаконно будет подвизаться (2 Тим. 2, 5). Раскайся же в непостоянстве своих мыслей и отныне предай себя в руки Господни, говоря от всего твоего сердца: Господи! я пойду за Тобою, куда бы Ты ни пошел (Лк. 9, 57).

Зло гнездящееся в грехе

Бог есть совершенное благо, которое мы должны любить, а грех есть крайнее зло, которое мы должны ненавидеть и гнушаться им. Бог — безмерная пучина совершенства, а грех — бездна зла. Бог — благо, беспредельно высшее всех благ, а грех — зло, бесконечно худшее всех зол. Бог — Существо, в сравнении с Которым все прочее — ничто, а грех — настолько гнусная мерзость, в сравнении с которой все другие несчастья не могут быть названы злом.

Наконец, грех — это величайшее чудовище, — как в настоящей, так и в будущей жизни. И Сам Бог не знает другого столь великого и страшного чудовища, которое противостояло бы Его величию и благости. Ни что Он так сильно не ненавидит, как грех (как сказал премудрый Сирах, ненавистен Господу грех), потому что если бы Он его не ненавидел, то не был бы Богом. Можно сказать и так: ад перестал бы быть адом, если бы от него удалился грех, — он превратился бы в Рай. Вот насколько горьким и сильнодействующим является яд греха!

И что сказать о том, какими мерзкими мы бываем пред Богом, когда совершаем грех, который является врагом благого Бога? Любя это чудовище, называемое грехом, мы становимся злыми и противными Самому Госиоду. Мы становимся ненавистными для Него, ибо наш грех ненавистен Ему, как говорит Дух Святой устами премудрого Соломона: равно ненавистны Богу и нечестивец и нечестие его (Прем. 14, 9).

Познаем же наше горестное положение и глубину своего падения. Возблагодарим милосердного Бога, Который протягивает нам Свою руку, чтобы помочь нам освободиться от мерзкой одежды, в которую облек нас грех.

Однако для того, чтобы нам вполне избавиться от греха, наша воля должна прийти в единение с волей Божией, — только тогда наш грех изгладится. Эту волю мы должны употребить вместе со всеми нашими силами для борьбы с грехом. Нам необходимо также молить Господа, чтобы Он укрепил нас Своей благодатью, — чтобы мы могли противостоять греху, а не быть его рабами.

По определению преп. Максима Исповедника, грех есть «неестественное движение», он лишает несчастного грешника всех сверхъестественных даров и благ. Также и душу он лишает благодати сыноположения — этого величайшего дара, данного нам Богом. Грех обнажает душу и приводит ее в самое жалкое состояние запустения, лишает ее награды за добрые дела. А что самое страшное — он лишает человека возможности быть наследником Царства Небесного, как говорит апостол Павел: если дети, то и наследники, наследники Божий, сонаследники же Христу (Рим. 8, 17). Грех уничтожает в душе блага, дарованные ей Богом, — мир с совестью и чистоту помыслов. Также и тело он наполняет нечистотой и необузданными похотями, то есть разрушает храм Божий, как пишет апостол Павел: вы — храм Бога Живаго (2 Кор. 6, 16).

Что еще сказать нам? Согласно святому Афанасию Великому, «грех и зло не от Бога произошли, не в Боге были, они не были изначально и не имеют какой‑либо сущности». Итак, грех превращает человека в ничто. А блаженный Августин говорит: «Зло — не что иное, как отсутствие добра». Человек, служащий греху, живет жизнью скорбной и тревожной, как Каин, который, убив своего брата, стал весь трепетать от страха: ему казалось, что дрожат холмы и колеблется земля, почему и место, в котором он поселился, было названо им «Нод», что значит «дрожащая земля».

Жизнь, которою жил человек после грехопадения, не может называться жизнью, но смертью, или, точнее, залогом и началом будущего мучения. Святой Иоанн Златоуст, толкуя двадцатую главу книги Бытия, говорит так: «Блудник, или прелюбодей, или служащий другому подобному греху, если и скроет его, не найдет покоя в своей! жизни. Он боится подозрений, его душа постоянно дрожит, как тени зимой. Сон его не сладок, во время еды он не чувствует удовольствия, его наполняют страхи, от которых он не может избавиться ни посещением друзей, ни другим каким способом».

Наконец, христианин, просвещенный словом Божиим и верою, познавший зло, доставляемое ему грехом, не может снова впасть в него. Устыдимся же, братья, того бедственного состояния, до которого нас довел грех, и примем твердое решение, как должно впредь употреблять наше тело, соблазнявшее нас. И, поскольку зло, наносимое нам и Богу, не исцеляется никаким другим способом, кроме как горячими покаянными слезами, то будем просить Его, чтобы Он даровал нам дух истинного покаяния.

Подумаем еще об одном зле, доставляемом грехом — о вечном мучении. Если мы не можем вынести даже минуты, когда нас обжигает небольшой огонь, то с чем может сравниться пламя ада, как мы сможем стерпеть вечный огонь? Пророк Исайя, видя неизреченную муку вечного огня, будучи в великом страхе и изумлении сказал: Кто из нас может жить при огне пожирающем? Кто из нас может жить при вечном пламени? (Ис. 33, 14). Не будем забывать того, насколько страшно быть лишенным милости Бога, желающего даровать нашим душам вечное блаженство.

Решимся же мужественно противостоять искушениям, в которые ввергает нас диавол, чтобы не впасть нам в грех и быть готовыми отдать не одну, а тысячу жизней, чтобы только не покориться ему. Будем просить Господа, чтобы Он послал нам Свою благодать, чтобы мы могли и кровь свою пролить, лишь бы только снова не огорчить Его новыми грехами.

Жизнь Христа

1. Его послушание родителям

Жизнь Христа может быть рассмотрена с трех сторон. Первая — послушание, которое Он хранил по отношению к Своим родителям до тридцатилетнего возраста, вторая — Его труды в этот промежуток времени и третья — Его любовь к Богу и к ближнему после тридцатилетнего возраста. Поговорим о каждой из этих трех сторон в отдельности.

Подумаем, братья, о том, что Владыка всех, Которому послушно все сущее, Сам более всех сохранял послушание Своим родителям. Он слушался Своей Святейшей Матери, Которая была Его Матерью по человеческому естеству, зачала Его от Своих пречистых кровей, носила Его в Своем чреве девять месяцев и питала Его Своим молоком. Он обязательно должен был быть послушным Ей, как истинный Законоположник пятой заповеди: Почитай мать твою, чтобы тебе было хорошо (Исх. 20, 12), и еще: сын, не отвергай завета матери твоей (Притч. 1, 8), и еще: послушный Господу успокоит мать свою (Сир. 3, 6).

Он слушался и праведного Иосифа, хотя мог бы и не делать этого, потому что Иосиф не был Его истинным отцом по естеству, а Господь не был его настоящим сыном; это отцовство и сыновство были образными, а не истинными. Однако несмотря на это, Господь хранил полное послушание им обоим — и Истинной Матери и так называемому отцу, как будто тот был Его истинным отцом. Потому и Евангелист Лука сказал: и был в повиновении у них (Лк. 2, 51).

Господь Своим полным послушанием им исполнил все каноны и естественные законы. Сорок второй канон Карфагенского собора определил, чтобы дети были в подчинении у своих родителей, доколе не смогут разумно мыслить и рассуждать, то есть, пока не достигнут пятнадцати или даже двадцати лет, как это установлено в главе 32 Книги Чисел, а по достижении этого возраста они свободны и могут распоряжаться собою по своему усмотрению. Однако Иисус не только выполнил, но и удвоил годы послушания, которые должны исполнить дети, и был в подчинении у родителей целых тридцать лет. Поэтому и святитель Григорий Нисскин, толкуя слова, сказанные Господом Своей Матери (что Мне и Тебе, Жено? Еще не пришел час Мой — Ин. 2, 4), говорит, что Господь как бы пожаловался Своей Матери о том, что Он не достиг еще срока самостоятельности, но хочет и далее быть Ей послушным. Еще не пришел час Его, чтобы быть Ему свободным и самовластным. Итак, Он продолжает быть Ей послушным и выполняет то, о чем Она Его просит, то есть прелагает воду в вино.

Иисус подчинялся Своим родителям и слушался их со всем усердием, со всей радостью, со всей любовью, и смирялся без малейшего ропота и без какого‑либо внешнего или внутреннего прекословия. И Он был им послушен не только в легком, но и в трудном и обременительном. Не только в почетных и славных делах, но и в низких и грубых.

Какое неизреченное снисхождение! Того, Кто Своим голосом созывает облака и Которому с трепетом подчиняются ливни, как говорится в книге Иова: Можешь ли возвысить голос твой к облакам, чтобы вода в обилии покрыла тебя? (Иов. 38, 34) — Того Иосиф посылает к колодцу за водой, и Он тотчас слушается его. Того, Кто посылает молнии, и они тотчас идут: Можешь ли посылать молнии, и пойдут ли они и скажут ли тебе: вот мы? (Иов. 38, 35), — зовет Мать, чтобы принести дров к очагу, и Он идет и приносит. Он был готов подчиниться любому мановению и воле Своих родителей — Он, Который сказал только одно слово, и все начало быть: Той рече, и быша. (Пс. 148, 5); Он, повеления Которого не может преступить ни одно творение: повеление положи, и не мимо идет (Пс. 148, 6);— Он Сам был послушен любому слову Своего отца и Матери — когда они говорили Ему, чтобы Он приготовил обед, убрал в доме или сделал любую другую грязную работу.

Что скажешь, читатель? Если Царь Ангелов был послушен Своим родителям, то есть праху, который Он Сам сотворил Своими руками, то какое послушание должен оказывать ты своим родителям! Как ты должен чтить их, какую любовь ты должен иметь к ним и с какой добротой к ним относиться! Каждый ребенок должен воздавать своим родителям те четыре вещи, о которых мы сказали: послушание, почтение, любовь, доброту. А взамен принимать от родителей другие четыре — воспитание, помощь, наставление и добрый пример. Особенно же дети должны иметь великое терпение к тем недостаткам, которые часто появляются у их родителей в старости, как написано в Священном Писании: Сын! прими отца твоего в старости его, и, хотя бы он и оскудел разумом, имей снисхождение и не пренебрегай им при полноте силы твоей (Сир. 3, 12—13).

И как ты думаешь достичь успеха, не слушаясь советов родителей? Вот что вложи в свой ум, — говорит слово Божие: Непослушный сын — в погибели (Притч. 13, 1). Если ты злословишь отца, то ты — богохульник. Если оскорбляешь и гневишь мать, то ты — проклят Господом, потому что оставляющий отца — то же, что богохульник, и проклят от Господа раздражающий мать свою (Сир. 3, 16). Если ты чтишь своего отца, то и тебя будут чтить твои дети. И если ты получишь благословение от отца, то будут тверды основания твоего дома. Почитающий отца будет иметь радость от детей своих, ибо благословение отца утверждает домы детей, а клятва матери разрушает до основания (Сир. 3, 5; 9).

Коротко говоря, тебе совершенно необходимо быть послушным своим родителям. Только в том случае ты должен не слушать их, а предпочесть любовь к Богу, когда они понуждают тебя сделать зло и нарушить заповеди Божий. И Господь, когда родители искали Его, в то время, как Он был в храме, сказал им: зачем было вам искать Меня? или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему? (Лк. 2, 49).

А ты, брат, сколько раз не слушался родителей и твоих духовных отцов? Сколько раз ты огорчал их своим прекословием? Устыдись же того, что ты так далек от примера, данного тебе Иисусом Христом, Который во всех добродетелях является образцом для тебя. Он был и образцом послушания, чтобы тебе последовать стопам Его. Покайся, проси прощения и моли Его, чтобы Он Сам научил тебя истинному и совершенному послушанию. Ибо Он, будучи Сыном и Словом Бога, Который не нуждался в том, чтобы чему‑нибудь учиться, научил нас послушанию на Своем примере, как говорит апостол Павел: хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию (Евр. 5, 8). И как Он был послушен даже до смерти, и смерти Крестной (Флл. 2, 8), так и ты со всей верой и любовью проси Его, чтобы Он укрепил тебя Своей благодатью, чтобы быть тебе до конца послушным родителям и твоим духовным отцам, потому что, как говорит Василий Великий, «истинное и совершенное послушание имеет своим пределом смерть».

2. Его труды

Подумай, возлюбленный, о том, что Господь наш Иисус Христос с тех пор, как стал способен к физическому труду, не проводил Свою жизнь в праздности, но работал Своими руками, был плотником, занимался обработкой дерева — делал двери, окна и все прочее, что делается из дерева. Этим Он занимался до тридцати лет и назывался не только сыном плотника Иосифа, как написано у Евангелиста Матфея: не плотников ли Он сын? (Мф. 13, 55), но и просто плотником, по Евангелисту Марку: Не плотник ли Он, сын Марии? (Мк. 6, 3). Пока был жив праведный Иосиф, Он работал и трудился вместе с ним, занимаясь одним ремеслом, Он помогал ему во всем и так Себя вел, как говорит премудрый Сирах: как владыкам, послужит родившим его (Сир. 3, 7).

И так как родители Его были бедными и снискивали себе насущный хлеб великими трудами, то подобало и Господу трудиться вместе с ними, как говорит святой Василий Великий: «Согласно начальному возрасту, Он подчинялся родителям, с кротостью и благодушием перенося все телесные труды. А то, что они, хотя и были людьми праведными и благочестивыми, но в то же время бедными, нуждающимися и не изобилующими богатством — вполне очевидно» (Монашеский устав, 4).

После смерти праведного Иосифа Господь один продолжал заниматься этим ремеслом. А оно было не из славных, какими являются науки (физика, геометрия, математика, музыка и другие, подобные им); это была работа грубая, трудная и не приносящая богатства. Господь занимался этим, чтобы Ему, как человеку, было на что жить и чтобы помогать Своей бедной Матери и другим беднякам и странникам. Это Он делал также для того, чтобы показать две вещи. Первая — дать всем пример не сидеть без дела, а вторая — собственным примером научить людей не гнушаться никаким ремеслом, которое, хотя бы оно было самым низким и непочетным, не может быть помехой человеку в деле спасения. Об этом должен помнить любой трудящийся человек, а кроме этого, он должен воздерживаться от лжи, надувательства и воровства.

Какое удивительное дело! Владыка всех, Которому подчиняется все небесное и земное, Который создал все Свои творения свободными, смирился до того, что служил людям и работал для них целыми днями. Премудрость, Которая устроила небо и землю, Которая просветила человеческий разум изобрести различные искусства и ремесла, смирилась до того, что занималась грубой и тяжелой работой. Та Премудрость, Которая с изумительным искусством сотворила небо и землю и подвигла человеческую мысль к изобретению художеств, смирилась до того, что занималась самым смиренным из них.

Поистине, удивительно было видеть Его — держащего в Своей ладони весь мир — встающим рано утром, берущим корзину с инструментами и идущим то к одному, то другому дому, летом обливающимся потом и мерзнущим от холода зимой, возвращающимся вечером домой уставшим от работы. Тот, Кто Своим Духом питает все живущее (не только животных, но и растения), и дает ему всякое благо — исполняющий всякое животно благоволения (Пс. 144, 16), — трудится с утра до вечера ради необходимого заработка. Человеческий разум не в силах вместить этого! Никакой язык не сможет это описать! При виде этого кровь застывает в жилах от изумления. Итак, справедливо слово, сказанное Господом: Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих (Мф. 20, 28).

Ты недоумеваешь, брат, и удивляешься, когда читаешь об этом? Знай же, что все это Господь делал как мудрый врач, чтобы Своим примером исцелить больное человечество от двух болезней и страстей: подвигнуть к работе бездельников и ленивых, а тех, кто трудится, научить вести себя честно — не обкрадывать и не обманывать заказчиков. Научись же трудолюбию, и не от Ангелов, но от Самого Творца всех Ангелов и людей.

Если ты Патриарх, то подражай истинному Вселенскому Патриарху — Христу и помни о том, что и тебе полезно немного поработать: переписывай рукописи, или сам пиши о чем‑нибудь, или занимайся чем‑то другим духовным, чтобы тебе выполнить свой долг перед церковными постановлениями. Ибо таким образом ты сможешь блюсти свои помыслы, а также дашь хороший и полезный пример пастве и исполнишь апостольскую заповедь, которая гласит: мы ни у кого не ели хлеба даром, но занимались трудом и работою ночь и день, чтобы не обременить кого из вас (2 Сол. 3, 8). Потому что кто не хочет работать, тот не должен и есть, как заповедал апостол Павел фессалоник–ским христианам: если кто не хочет трудиться, тот и не ешь (2 Сол. 3, 10). Так делали и древние Патриархи — Златоусты, Григории, Афанасии, Кириллы, Евлогии, а с ними и жившие недавно — Нектарии, Досифеи, Хрисанфы, Иеремии и святейший Патриарх Антиохийский Сильвестр, который определил для себя каждый день заниматься по три часа иконописанием.

Если ты архиерей, то последуй примеру Великого Архиерея, а также весьма многих древних и новых архиереев. Если же ты священник или монах, то тебе еще более необходимо подражать Иисусу Христу в занятии каким‑нибудь искусством или рукоделием. Потому что рукоделие, по слову святого Исаака, — как намордник, оно препятствует появлению праздности. Деньгами же, заработанными тобой, ты сможешь помогать нуждающимся братьям.

Поэтому все отцы, называемые «трудящимися», как, например, Иоанн Лествичник, Ефрем, Исайя, Эвергет, особенно же Василий Великий (в очень многих разделах своих «Правил для монахов») показывают из Священного Писания на примере Господа, апостолов и пророков, что телесное рукоделие — прекрасно и полезно. Так пишет о нем авва Исаак: «Покой и праздность есть гибель для души, они предоставляют демонам возможность вредить ей». И как человек двойствен, то есть состоит из тела и души, то и труд его также должен быть двойственным. Душа должна быть занята умной и непрестанной молитвой, а тело — работой и рукоделием.

Если ты, читатель, богат и знатен, то подражай Богатому милостью Владыке царей земных (Откр. 1, 5), Который, чтобы дать тебе пример, умалил Себя до того, что занимался рукоделием. Не допускай своему богатству приводить тебя к праздности и лени, но имей и ты какое‑нибудь небольшое рукоделие. Ты можешь писать книги, как император Феодосии, который, собственноручно переписав все Евангелие, ежедневно читал его, или, как император Иоанн Кантакузин, который написал две замечательные книги против иудеев и мусульман. Если же ты не учен, то служи другим с любовью (Гал. 5, 13) — посещай заключенных, больных, вдов, сирот, потрудись в делах милосердия, чтобы тебе не быть осужденным, как ленивому и негодному рабу.

Господь взял человека, которого создал, и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его (Быт. 2, 15), а не для того, чтобы он сидел там в праздности и лени. Ручной труд укрепляет тело и делает его здоровым, а праздность и лень делают его бессильным, вялым и больным. Справедливо написал премудрый Сирах: Многому злу научает праздность. Это мы видим и на деле: в том, кто трудится, меньше страстей и лукавства, а тот, кто пребывает в праздности, часто бывает одержим лютыми страстями.

Итак, если раньше ты проводил жизнь в праздности и безделии, то проснись же наконец от этого тяжелого сна лености. Измени твою жизнь и раскайся в том, что ты так долго не следовал за Иисусом Христом и был подобен бесчувственным идолам, которые имеют руки, но никогда ничего не берут в них, имеют ноги, но не ходят ими. Держи всегда в своем уме слова, которые говорил один преподобный при наступлении дня: «Тело, работай, чтобы питаться; душа, трезвись, чтобы спастись».

3. Его любовь

Подумай, брат, о том, что Господь и после тридцати лет, после Крещения, имел совершенную любовь к Богу и к ближнему. Преподобный Максим Исповедник говорит, что диавол, как только услышал голос Отца, именующего Господа Своим возлюбленным Сыном (во время Крещения в реке Иордан: СеЙ есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение — Мф. 3, 17) и зная из закона о двух главных и великих заповедях — Возлюби Господа, Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всеми силами твоими (Втор. 6, 5) и о другой — люби ближнего твоего, как самого себя (Лев. 19, 18), то захотел испытать Господа, действительно ли Он любит Бога и ближнего.

После того, как Господь крестился и был отведен Духом Святым в пустыню, на Четыредесятидневную гору, как только прошли сорок дней и сорок ночей, в течение которых Он не ел и не пил, диавол предстает пред Ним и, поскольку есть три главные страсти — сластолюбие, славолюбие и сребролюбие, начинает искушать Его ими. Сперва он проверяет Господа, не сластолюбив ли Он. Говорит Ему: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами (Мф. 4, 3), чтобы поесть Тебе и утолить свой голод. Но Господь, предпочитая любовь к Богу любви к этой жизни, отвечает: написано: не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих (Мф. 4, 4).

После этого диавол испытывает, не славолюбец ли Господь. По попущению Самого Господа, он поднимает Его, ставит на крыле храма и говорит: если Ты Сын Божий, бросься вниз (Мф. 4,6), чтобы люди, видя, как Ты упал на землю и не претерпел никакого вреда, стали бы прославлять Тебя, как святого и чудотворца. Однако Господь, предпочитая славе людской любовь к Богу и Его славу, отвечает ему, что нельзя без необходимости искушать Бога, чтобы Он сотворил какое‑нибудь чудо: не искушай Господа Бога твоего (Мф. 4, 7).

Наконец, враг искушает, не подвержен ли Господь сребролюбию. Снова поднимает он Его на одну высокую гору и во мгновение ока показывает Ему все царства мира и славу их и говорит: все это дам Тебе, если, пав, поклонишься мне (Мф. 4, 9). Но Господь и на этот раз, предпочитая любовь к Богу всем богатствам и царствам мира, отвечает диаволу: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи (Мф. 4, 10). Таким образом, Господь, победив три страсти, отогнал диавола, который и удалился от Него со стыдом. Тогда оставляет Его диавол, и се, Ангелы приступили и служили Ему (Мф. 4, 11).

Но искуситель на этом не успокоился. Видя, что Господь имеет совершенную любовь к Богу, он вновь захотел искусить Его, и на этот раз испытать Его любовь к ближнему. Итак, он входит в сердца книжников, фарисеев, первосвященников и священников Иудейских и зажигает в них костер зависти и ненависти к Господу — они начинают злословить Его чудеса и называть Его обжорой, пьяницей, бесноватым, другом грешников и мытарей; диавол диктует свою волю иудеям предать Господа в руки Пилата и осудить Его на Крестную смерть.

Но и Господь, зная всю злобу сатаны, после того, как победил его и прогнал с горы, постоянно не давал ему покоя, изгонял его из больных и бесноватых и исцелял страдания и недуги людей, пострадавших по причине грехов, на которые толкал их враг. Своей проповедью Господь также просветил помраченный сатаной разум людей. И, несмотря на то, что книжники и фарисеи ненавидели Его, Он Своей кротостью и великим спокойствием обращал их на Свою сторону. Он очень любил и жалел их, потому что в том, что они говорили и делали, были виноваты не столько они сами, сколько диавол, который пользовался ими, как своими орудиями.

Наконец, всеми страданиями, которые Господь претерпел, Он осудил диавола. И здесь, на Кресте, Он показал Свою совершенную любовь к ближнему, когда молил Отца Своего простить грех распявших Его, говоря: Отче! прости им, ибо не знают, что делают (Лк. 23, 34). Из этого видно, что Господь возлюбил ближнего не как Самого Себя, но гораздо более этого, и, совершенно исполнив эти две заповеди любви к Богу и ближнему, доказал диаволу, что Он — истинный Сын Божий, и что действительно, на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки (Мф. 22, 40).

Но ты, брат, неужели именно так подражаешь Господу? Увы! Я думаю, что ты находишься очень далеко от подражания примеру Иисуса Христа и не любишь ни Бога, ни ближнего. По восьми признакам ты можешь узнать, любишь ли ты Бога, как должно. Ты действительно любишь Его, если: 1) любишь Его свободно, а не по принуждению; 2) соблюдаешь Его заповеди; 3) любишь Его от всего сердца и ничто другое не любишь так, как Бога; 4) часто вспоминаешь Его имя, как говорит Григорий Богослов: «Сильно любящие кого‑либо с наслаждением вспоминают и имя любимого»; 5) проливаешь обильные слезы, когда вспоминаешь имя Божие, как говорит святой Исаак: «У любви есть обычай — при воспоминании о любимых проливать слезы»; 6) во время молитвы твой ум легко оставляет все дела мира и прилепляется только к памяти о Боге и любви к Нему, и чувствует внутри сладость и покой, превосходящие любую сладость и любое успокоение, и сколько времени ты проводишь в молитвенном предстоянии Богу, столько у тебя и любви к Нему; 7) ты радуешься, когда терпишь поношения за любовь к Богу и за исполнение Его заповедей; 8) если твоя любовь к Богу не побеждается ничем другим, как говорит апостол Павел: За Тебя умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, обреченных на заклание. Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас. Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем (Рим. 8, 36—39).

Итак, испытай, имеешь ли ты все эти признаки любви к Богу. Посмотри, любишь ли ты Бога так, как малые дети любят своих родителей или звери — тех, кто родил их? Любишь ли ты Бога, как кто‑нибудь любит своего благодетеля и друга? Обращена ли твоя любовь к Богу так, как стрелка корабельного компаса всегда обращена к северу? Испытай себя, хранишь ли ты заповеди Божий, потому что кто любит Бога, тот исполняет и заповеди Его, как Сам Он сказал: Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди (Ин. 14, 15). И наоборот, если кто не любит Бога, тот и заповедей Его не исполняет: Нелюбящий Меня не соблюдает слов Моих (Ин. 14, 24). Но я боюсь, что ты, если и исполняешь заповеди Божий, то делаешь это не так, как положено, а с тысячью роптаний и вперемешку с тщеславием.

Проверь, любишь ли ты Бога всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею (Лк. 10, 27), как Он заповедал нам. Ибо если твоя любовь бывает разделена надвое, — когда в твое сердце войдет, хотя бы оно было и тонко, как волос, стремление к чему‑нибудь другому, — то знай, что ты не любишь Бога всей душой твоей и от всего твоего сердца. Итак, подумай, насколько далеко отстоишь ты от божественной любви, тем более, что твое сердце разделено не на две, а на много частей.

Как это страшно — призывать имя Господне без благоговения и в суете, или по принуждению, или только один–два раза в день! Твое сердце так ожесточено, что ты не только не плачешь, когда слышишь сладчайшее и любимейшее имя Божие, но ты даже ничуть не смягчаешься, когда видишь Бога, проливающего кровь и пригвожденного ко Кресту. Когда ты стоишь на молитве, твой ум прилепляется ко всему суетному и мирскому, он и здесь, и там, но только не в словах молитвы. А если и простоишь ты немного на молитве, то быстро отягощаешься и приходишь в уныние. Вот как мало любишь ты Бога — как только почувствуешь малейшее неудобство, тотчас обращаешься вспять и забываешь о прежних добрых мыслях.

Есть еще один важный признак любви к Богу: когда ты с равным усердием молишься и за друга, и за врага, не делая между ними различия. Вот что говорит об этом святой Григорий Палама: «Когда с умилением и сладкой скорбью в сердце ты будешь приносить Господу моление как о себе, так и о всяком человеке — известном тебе и неизвестном, враге и друге, оскорбившем тебя и не оскорблявшем, — тогда знай, что ты от души любишь ближнего. Но такое устроение души бывает только тогда, когда ты дела любви совершаешь втайне» (Слово на Евангелиста Иоанна).

Наконец, о том, что необходимо любить ближнего, как самого себя, Господь сказал отдельно: Заповедь новую даю вам, да любите друг друга (Ин. 13, 34), — и не остановился на этом, но продолжил так: нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих (Ин. 15, 13).

Испытай же, возлюбленный, есть ли у тебя признаки истинной любви. Мне кажется, что у тебя их нет. Ибо вместо того, чтобы любить своего брата — соотечественника и единоверного тебе, — ты его ненавидишь, жалишь и пожираешь, как написано в Послании к Галатам: Если же друг друга угрызаете и съедаете, берегитесь, чтобы вы не были истреблены друг другом (Тал. 5, 15). И вместо того, чтобы просить у Бога прощения совершенных тобою грехов, ты молишься о том, чтобы Он наказал твоего обидчика, как собака, которая бросается не на того, кто кинул в нее камнем, но, будучи неразумным животным, бежит и кусает сам камень.

Так и ты воюешь не против диавола, который подтолкнул твоего брата и заставил его броситься на тебя, как бы кинул камень, но, неразумный, начинаешь нападать на брата. Ты не любишь ближнего больше, чем себя, даже просто как себя ты его не любишь. Ибо ты имеешь и что есть, и что пить, и во что одеться, и покой имеешь, в то время как твой брат голоден и хочет пить, испытывает все мыслимые лишения и страдания, а ты на него и смотреть не хочешь. Это противно христианской любви, как пишет Апостол Павел: иной бывает голоден, а иной упивается (1 Кор. 11, 21).

Итак, раскайся, измени свою жизнь и проси у Господа прощения за то, что ты провел ее не любя ни Его, ни ближнего. И пообещай Ему, что впредь будешь стараться любить и Его, и своего ближнего, будешь понуждать себя к этому. Проси Его также о том, чтобы Он укрепил и сохранил тебя Своей благодатью и обновил ею естественные силы любви, которые Он в тебя вложил.