Записки фаворитки Его Высочества

- Ваше Высочество, я, конечно, понимаю, что у моей протеже недостаточно высокое происхождение для такой престижной должности, но, может быть, сделаем исключение? Вы же выбираете повара исходя из того, как он готовит, а не по фамильному древу, верно? А в ядах Тони разбирается лучше, чем кто-либо другой. - Принц ничего не ответил, и я предпочла интерпретировать молчание как знак согласия. - Подносить еду к самому её носу совершенно не нужно. Достаточно того, чтобы она была поблизости, когда вы что-либо едите или пьёте. У неё очень хороший нюх. И...было бы лучше, если бы окружающие как можно дольше не знали, для чего вы взяли этих собак. Иначе убийца может отыскать другой, более изощрённый способ покушения, к которому мы окажемся не готовы. Надо найти какое-то объяснение появлению Рональда и Тони... - Я задумалась. - Пусть это будет подарком от меня. Я же фаворитка? Пусть считают, что вы настолько потеряли голову, что даже готовы таскать за собой моих собак.

- Не хочу тебя расстраивать, - отозвался Рауль, - но это мои собаки.

Ну что ж, если он спорит о подобных вещах, значит, по сути возражать не собирается.

- Конечно, Ваше Высочество, я ни на секунду об этом не забывала.

Я снова присела в реверансе.

- Вот только обходись впредь без этого выражения покорности на лице, - поморщился принц. - Тебе это не идёт.

- Отчего же?

Я почти обиделась.

- Да потому что у тебя на физиономии при этом написано: ладно, сделаю вид, будто я вас послушалась, я же всё равно гораздо умнее вас.

- Правда?

Я прикусила губу.

- Угу, - насмешливо кивнул он.

- Всегда знала, что у меня слишком выразительная мимика, - посетовала я. - Когда-то давно мне даже предлагали стать артисткой.

- Что ж ты не стала?

- Жить в фургоне и всю жизнь мотаться по городам и весям??? Благодарю покорно!

- Стало быть, ты не романтик, - подытожил он.

- Увы. Этим меня природа обделила. Я даже в привидение не верю.

- И слава Богу.

- Отчего же?

- Ещё не хватало, чтобы я нанял на важное дело человека, который верит в привидения.

- Вот теперь я понимаю, почему вы выбрали меня. На этом привидении помешался весь дворец.

- Вернее всего какая-то девчонка решила кого-то разыграть, а паника распространилась, как пожар, - пожал плечами принц.

- А мне кажется, не было никакой девчонки, - выдвинула собственную версию я. - Просто у некоторых людей чересчур богатое воображение. А другие действительно слишком сильно любят паниковать.

Где-то за окном один раз прозвонил колокол. Мы обсудили ещё несколько деталей, и я собралась уходить.

- И ещё одно, - сказал принц, когда я уже коснулась пальцами ручки двери. Я обернулась. - Надеюсь, ты понимаешь, что всё, что было здесь сказано, должно остаться между нами. Если ты не справишься с заданием, ничего плохого с тобой не случится. Тем более что в этом случае спросить с тебя будет уже некому. Но если ты о чём-нибудь проболтаешься, тогда другое дело. Тебе наверняка известно, что в моих подвалах очень искусные палачи.

Ну разумеется, без этой нотки нельзя. Мы же, как-никак, принц крови. Совершенно необходимо напоследок поставить собеседницу на место. С другой стороны, его где-то можно понять. За один вечер он доверил достаточно много информации малознакомому человеку, так что перестраховаться не повредит.

- Ну хорошо, палачи у вас искусные, терпеть боль я не умею, так что быстро перескажу им содержание нашего сегодняшнего разговора, - со вздохом отозвалась я. - И что дальше? Дальше палачи будут слишком много знать, и вам понадобятся палачи, чтобы разобраться с палачами. А где вы их возьмёте?

- Не мудри. Ты меня услышала.

Я поджала губы и снова взялась за ручку двери.

- И вот это прихвати.

Кивком головы Рауль указал на розовое платье, оставленное мною на краю кровати.

- Нет, лучше к палачам, - решительно заявила я.

- А мне что с ним делать? Носить? - отозвался принц.

Нет, я не буду представлять себе эту картину. Только не сейчас. Он слишком хорошо читает по лицам.

- Ну, постелите возле кровати в качестве коврика для собачки, - предложила я.

- В моей комнате не будет ни одной вещи этого ядовитого цвета, - отрезал он. - Даже для собаки.

Тяжело вздохнув, я послушалась и подняла платье. Постаралась свернуть его в как можно более маленький комочек и спрятала под плащ. Шагая в свою комнату по коридорам дворца, я думала о том, во что ввязалась. Итак, для всех я теперь ненормальная фаворитка принца, регулярно посещающая его опочивальню и задаривающая Его Высочество его же собственными собаками. К тому же мне ещё и предстоит внедриться в круг его родственников. Общество, в котором я никому не нужна и где ко мне вне всякого сомнения отнесутся как к грязи. Впрочем, к последнему мне не привыкать, а первое, признаемся откровенно, вполне взаимно. Ладно, нечего жалеть о том, что пока ещё даже не сделано. На что только не пойдёшь ради перспективы иметь собственного дельфина!

Глава 3. Родные и близкие

Моё первое появление в обществе членов королевской фамилии состоялось менее двух суток спустя. Тем утром я сопровождала принца на утреннюю трапезу, ежедневно накрывавшуюся для августейших особ и их родственников. Для участия в таком мероприятии необходимо было привести себя в надлежащий вид, на сей раз несколько иной, нежели я выбрала позавчера для посещения опочивальни Рауля. Поэтому для того, чтобы присутствовать на завтраке, подававшемся в девять утра, встать пришлось в половине шестого. Ведь я не принцесса, и помогать с одеванием, причёсыванием и прочим мне никто не станет. Разумеется, я не преследовала цели понравиться семейству Его Высочества. Зачем стремиться к тому, что невозможно по определению? Тем более, что принц и не ставил передо мной такой задачи. И тем не менее любым вольностям есть пределы. Одно дело заявиться к мужчине - пусть даже главному мужчине страны - в опочивальню, и совсем другое - присутствовать на полуофициальной трапезе во дворце. Тут следовало соответствовать обстановке.

Что касалось поведения, то я избрала для себя простейшую тактику: поменьше говорить и побольше слушать. Моя цель заключалась в том, чтобы получить максимальное количество информации о сотрапезниках, при этом не привлекая к себе излишнего внимания. Тихо сидеть, опустив глаза, потихоньку что-нибудь жевать и следить за разговором.

Увы, с тем, чтобы что-нибудь жевать, возникли серьёзные проблемы. Длинный стол прямо-таки ломился от блюд, но есть, на мой вкус, там было нечего. Более или менее традиционная пища на этом столе отсутствовала. Меню состояло исключительно из всевозможных кулинарных изысков и деликатесов, вид которых быстро вогнал меня в уныние. На морепродукты и икру у меня была аллергия, сыры я ненавидела за запах, грибы - за вкус. Ещё несколько блюд были настолько странными на вид и имели такой неестественный цвет, что их я даже не рискнула попробовать. К тому же алкоголь я не пью вовсе; здесь же не подавали ничего, кроме вина. Простая вода для сильных мира сего являлась, по-видимому, чересчур банальным напитком. В итоге мне пришлось, уподобившись корове, потихоньку пожёвывать лист салата, да периодически делать вид, будто я слегка пригубила вино, благо бокалы были непрозрачными.

После того, как я перечислила представленные на столе блюда, пожалуй, не помешало бы также упомянуть и сидевших за столом людей. Начать с того, что за завтраком присутствовала Её Высочество принцесса Мелинда, младшая сестра Рауля. Черты её лица были настолько правильными, что казались нарисованными. Невысокий рост компенсировали внушительные каблуки; к тому же роскошные белокурые волосы были собраны на затылке в высокую причёску. Некоторые черты делали её весьма похожей на брата; родство буквально бросалось в глаза. К примеру, у неё были такие же серые глаза, такая же форма бровей... равно как и то же высокомерное выражение лица. По левую руку от принцессы сидел юный граф Роберт Таффорд, черноволосый девятилетний мальчик с неестественно серьёзным для своего возраста лицом. Рядом с Робертом трапезничал его опекун Джозеф Ридз, очень высокий, худой мужчина с тонкими губами и острым подбородком. Он сильно сутулился, как и многие люди его роста и комплекции. Движения Ридза были немного медлительными, как будто ленивыми, но живой, цепкий взгляд не оставлял сомнений: это была обманчивая медлительность кошки, готовой в любое мгновение совершить прыжок и ухватить добычу. Напротив Таффорда и Ридза, справа от меня, расположилось семейство Вилстонов. Состояло оно из главы семьи, полноватого лысеющего мужчины лет сорока - сорока пяти, его жены Флоры, дородной женщины не намного моложе супруга, и их семнадцатилетней дочери Стеллы. Последняя была на удивление худой, учитывая комплекцию обоих родителей, и могла похвастаться вполне привлекательной внешностью, которую, впрочем, слегка портил излишне длинный нос. Сама я сидела по правую руку от Рауля. Более в комнате никого не было, не считая, конечно, прислуживавших за столом лакеев, но кто же их считает?

Впрочем, неправда, кое-кто всё-таки был. А именно - Рональд и Тони. Рональд лежал на полу между стулом принца и моим. Когда мне становилось совсем невмоготу притворяться, будто я не замечаю косых и презрительных взглядов, бросаемых в мою сторону, я опускала руку, чесала его за ухом и отдыхала душой, глядя в преданные любящие глаза. Тони в глаза особенно не смотрела, так как была занята более важным делом: она перебегала с места на место, стараясь охватить взглядом и нюхом весь стол, дабы, в случае если кто-нибудь уронит на пол что-нибудь съедобное, успеть в следующее же мгновение это что-нибудь проглотить.

- Как вы сегодня спали, Флора? - спросил Ридз, нанизывая на вилку крупную тигровую креветку. - Помогло ли новое средство от бессонницы?

- Не слишком, Джозеф, не слишком, - страдальческим голосом ответила леди Вилстон. - Моя бессонница неизлечима. Но я не жалуюсь.

- А как провели ночь вы, Мелинда? - осведомился Гектор Вилстон с ядовитой ухмылкой на лице. - Привидение вас больше не посещало?

- Представьте себе, нет, - скривилась принцесса, вынужденная проглотить колкость. - Вы напрасно ехидничаете, Гектор. Да, я действительно один раз видела это привидение, и не я одна. На прошлой неделе оно являлось двум моим фрейлинам. Будь это игра воображения, она не набрала бы такого числа свидетелей.

- Любопытный момент, - как бы между прочим заметил Вилстон, обращаясь к Ридзу, - что это привидение видели исключительно женщины. Вы не находите это закономерным, Джозеф?

- Разве только женщины? - Впервые за время трапезы я позволила себе вступить в разговор, сочтя тему достаточно нейтральной. Не проронить за всё утро ни единого слова было бы нарушением этикета, а бросив сейчас пару малозначащих фраз, я смогу быть свободна от беседы до окончания завтрака. - А как же камердинер Его Высочества, и один из лакеев?

- Слуги, - отозвался бесцветным голосом Ридз. - Этим всё, что угодно, может привидеться.

Ах да, конечно. Всё-таки мне следовало промолчать. Я украдкой обменялась взглядом со стоявшим напротив лакеем.

- А вы, Айрин? - обратился ко мне Вилстон. - Вы тоже видели привидение?

Его доброжелательный тон меня не обманул, и я ответила со столь же неискренней улыбкой:

- Увы, нет. Мне оно не являлось. Ни это, ни какое-либо другое.

- Вот как? Ну что ж, вы много потеряли. Жизнь с привидением, судя по всему, намного веселее.

Он бросил ещё один колкий взгляд в сторону Мелинды.

- Я думаю, у Айрин жизнь и без этого сейчас нескучная, - возразила принцесса. Стелла хихикнула. - Скажи-ка, брат, а ты как провёл сегодняшнюю ночь? Бессонница не мучила?

- Я не страдаю от бессонницы, сестра, - холодно ответил Рауль, проигнорировав намёк.

- Мне это известно, тебе не даёт спать совсем другое, - продолжала гнуть свою линию Мелинда. - Вот только не кажется ли тебе, что этот... недуг в последнее время выходит за рамки дозволенного?

- Ты хочешь определить, что мне дозволено, а что нет?

Плохо скрываемая угроза, сквозившая в этом вопросе, многих заставила бы замолчать. Но на принцессу она не произвела особого впечатления.

- Я просто беспокоюсь о твоём здоровье, - язвительно сказала она. - В последнее время ты плохо выглядишь. Если все твои силы будут уходить на ночные приключения, как же ты сможешь управлять государством?

Н-да, а страсти-то здесь разгораются нехилые. Пожалуй, они будут погорячее того, что происходит по ночам в чьей бы то ни было опочивальне.

- Когда мне понадобится совет по вопросу управления государством, я непременно к тебе обращусь, - пообещал Рауль.

- Вам, Мелинда, следовало бы брать пример с Его Высочества, - неожиданно поддержал принца Вилстон. - К молодой девушке по ночам должно являться отнюдь не привидение.

- Гектор, как ты можешь! - скривилась Флора. - Говорить такое неприлично.

- Но это правда, дорогая.

- А говорить правду вообще в большинстве случаев неприлично, - заметил Ридз.

- В самом деле? - изогнула брови принцесса. - Вы такой сторонник лжи или такой ненавистник приличий?

- Что вы, Ваше Высочество, ни то, ни другое, - покачал головой Джозеф. - Я всего лишь сторонний наблюдатель.

- Вот как? - Мелинда поджала губки. - И полагаю, именно в качестве стороннего наблюдателя вы так зачастили в Оукторн на встречи с архиепископом?

Это было любопытно. Архиепископ - далеко не последняя фигура в политической игре, в том числе и в вопросах наследования короны. Я бросила быстрый взгляд на принца, но тот ковырялся в тарелке с прежним бесстрастным выражением на лице, словно русло, которое принял разговор, не имело к нему ни малейшего отношения.

- Как знать, дорогая, быть может, Джозеф просто желает постричься в монахи, - вмешался Вилстон. - Такой шаг вполне в духе стороннего наблюдателя.

Шутка оказалась несмешной; во всяком случае она не развеселила никого из присутствующих.

- Спасибо за идею, - криво улыбнулся Ридз, - но здесь, во дворце, объектов наблюдения значительно больше, чем в стенах монастыря. Так что я предпочитаю оставаться там, где нахожусь сейчас.

- Очень мудро с вашей стороны, - жёстко сказала принцесса. - Если это действительно так.

Последние слова были сказаны очень тихо, но я их расслышала, поскольку сидела непосредственно напротив неё. Рауль тоже должен был услышать Мелинду, но, как и прежде, не подал виду.

- Что же касается моих встреч с архиепископом, - продолжал Ридз, немного растягивая слова, - то они действительно имели место. Мы обсуждали довольно-таки важные вопросы. Но об этом я предпочёл бы побеседовать с Раулем в более позднее время. Для светского разговора за завтраком это слишком скучная тема.

Точнее сказать, не вашего ума это дело, принцесса. Ну что ж, неплохая оболочка для столь неприятного содержания. Я мысленно поапплодировала умению Ридза находить правильные формулировки. Впрочем, судя по выражению лица Мелинды, красота формулировки её не обманула.

- Да, я помню, - подал голос Рауль. - Я жду вас в половине двенадцатого, как договаривались.

Тщательно пережёвывая очередной лист салата, я обдумывала услышанное. Похоже, принцесса не доверяет Ридзу. Нет, не так, это неправильная формулировка: за этим столом все не доверяют всем. Вернее будет сказать, что именно от Ридза принцесса ожидает попытки узурпировать власть. Вот только за кого она в этой ситуации беспокоится? За Рауля или, может быть, за себя? Что же касается Вилстона, для меня он пока оставался тёмной лошадкой. Единственное, что можно было сказать с уверенностью, так это что он отнюдь не являлся тем добродушным весельчаком, каким хотел казаться.

Мои размышления оборвала Мелинда, уже с минуту смотревшая на меня такими добрыми глазами, что хотелось поскорее отползти куда-нибудь в сторонку и по возможности зарыться под коврик. Поскольку такого я себе позволить не могла, да и вообще не привыкла прятаться от трудностей, вместо этого я ответила ей такой скромной и смиренной улыбкой, на какую только была способна.

- Вам, должно быть, скучны наши разговоры, Айрин, - проворковала принцесса. - Расскажите лучше о себе. Вы ведь происходите из рода ван Лейнов, не так ли?

О, а вы быстро собираете информацию, принцесса. Готова поклясться, ещё вчера утром вы понятия не имели о моём существовании.

- Именно так, Ваше Высочество.

- По линии отца?

- Нет, моя мать из рода ван Лейнов.

- А ваш отец, как я понимаю, дворянского происхождения не имеет?

В голосе - ни тени презрения, только забота и участие. Все присутствующие следили за ходом разговора с таким интересом, будто от моего семейного древа зависели судьбы вселенной. К счастью, к обсуждению данной темы я давно успела привыкнуть.

- Совершенно верно, Ваше Высочество, не имеет.

- Должно быть, ваша мать - очень смелая женщина. Совсем нелегко для девушки из хорошей семьи пойти на неравный брак.

Всё тот же фальшиво-ласковый, покровительственный тон, так хорошо мне знакомый, но за последние годы всё же успевший слегка подзабыться.

- Я думаю, для моего отца это было не легче, - ответила я. - Так что не знаю, кто из них оказался смелее.

- И кто же ваш отец? - вступила в разговор Стелла. - Плотник, или кузнец?

Флора бросила на дочь укоризненный взгляд, который, впрочем, полностью нейтрализовывала плохо скрываемая улыбка. Такие же улыбки играли на лицах ещё пары человек за столом.

- Ну зачем же впадать в крайности, дитя моё? - ласково улыбнулась я, отвечая ударом на удар. Для девушки её возраста нет ничего более обидного, чем быть сочтённой ребёнком. При этом ничто в моих словах не нарушало этикет. Всё-таки азы светского общения я в юности освоила, и, похоже, некоторые навыки с годами не теряются. - Нет, он учитель. Преподаёт в Тилльской академии.

- А что же, простолюдины могут учиться и преподавать в академии? - удивилась Флора.

- Разумеется. При условии, что они достаточно умны и достаточно обеспечены, чтобы оплатить обучение.