Помоги проекту - поделись книгой:
Как с этим бороться? Я оставлю эту тему для второй части этой книги. Но приведу здесь еще один факт. Некоторые люди больше других подвержены действию социального сравнения. В одном эксперименте перед участниками была поставлена задача, которую они выполняли, сидя рядом с людьми, занятыми той же задачей[73]. (Их соседи были подсадными.) Цель эксперимента заключалась в том, чтобы посмотреть, как на настроение человека влияло то, лучше ли или хуже его сосед выполнял задачу. Неудивительно, что у всех подопытных настроение улучшалось, когда у них получалось лучше, чем у соседа. Но только у несчастных людей настроение ухудшалось, если они отставали от соседа. Таким образом, один из секретов счастья – избегать сравнения с более успешными, чем вы, людьми: сравнение всегда должно идти вниз, а не вверх.
Ясно, что социальное сравнение – важная причина того, почему не произошло повышения уровня счастья по мере роста экономики. Другая причина – привыкание.
Гедонистическая беговая дорожка
Мы можем снова начать с самоанализа. Когда у меня появляется новый дом или новая машина, поначалу я взволнован. Но затем я привыкаю к этим вещам, и возвращается мое обычное настроение. Теперь я чувствую, что мне
Я, например, рос в доме без центрального отопления. Все было замечательно. Иногда я садился возле огня, чтобы согреться, или ставил ноги в таз с теплой водой, но настроение у меня было хорошее. В сорок лет у меня появилось центральное отопление. Теперь я буду чувствовать себя по-настоящему несчастным, если мне придется сражаться с холодом, как я это делал когда-то. Я пристрастился к центральному отоплению.
Другими словами, уровень жизни в какой-то степени похож на алкоголь или наркотики. Как только вы переживаете новый опыт, вам нужно продолжать его испытывать в том же объеме, чтобы поддерживать уровень счастья. В действительности вы оказываетесь на беговой дорожке, только «гедонистической», где вам нужно бежать без остановки, чтобы ваше счастье стояло на месте.
В психологии этот процесс известен как адаптация. Если адаптация «полная», то в этом случае лишь постоянный приток новых стимулов может увеличить ваше благополучие. Как только ваше положение снова стабилизируется, вы вернетесь на «устоявшийся» уровень счастья. Это произойдет независимо от того, была ли изначальная перемена к худшему или к лучшему.
Такого рода адаптация распространена в природе. Когда дела идут плохо, она может быть замечательной страховкой. Но когда дела идут хорошо, она способна испортить нашу радость.
Конечно, к одним вещам люди адаптируются почти полностью. Но есть вещи, к которым люди никогда не смогут приспособиться в полной мере. Они никогда не адаптируются к таким несчастьям, как вдовство, громкий и непредсказуемый шум или забота о человеке с болезнью Альцгеймера. В то же время есть вещи, которые никогда не надоедают, – секс, друзья и даже в какой-то мере брак[74]. Ясно, что секрет счастья в том, чтобы находить вещи, к которым невозможно полностью адаптироваться.
Итак, насколько сильно мы адаптируемся к высокому доходу? Самый простой способ узнать это – выяснить, насколько реальный уровень доходов человека влияет на его представления о том, какой у него должен быть доход[75]. Мы можем спросить людей: «Какой доход после уплаты налогов Вы считаете для Вашей семьи очень плохим, плохим, недостаточным, достаточным, хорошим, очень хорошим?» По этим ответам мы можем выбрать для каждого индивида уровень дохода, который будет занимать промежуточное положение между «достаточным» и «недостаточным». Мы выясним, что этот «требуемый доход» значительно варьируется в зависимости от реального дохода индивида. Увеличение реального дохода на один доллар влечет за собой рост «требуемого дохода» на 40 центов[76]. Таким образом, когда я зарабатываю дополнительный доллар в текущем году, это делает меня счастливее, но в следующем году я буду отсчитывать мой доход от отметки, которая окажется на 40 центов выше. В этом смысле по крайней мере 40 % прибавки в текущем году «стирается» в следующем.
Это измерение нашего пристрастия к доходу[77]. Вещи, к которым мы быстрее всего привыкаем и принимаем как должное, – это наше имущество: машина, дом. Рекламщики понимают это и приглашают нас тратить все больше и больше на «подпитку нашей зависимости». Однако другие виды опыта дольше сохраняют свою привлекательность: время, проведенное с семьей и друзьями, качество и надежность нашей работы[78].
Если мы не сможем догадаться, что рано или поздно привыкнем к материальным вещам, мы будем слишком много вкладывать в их приобретение в ущерб досугу. Люди недооценивают процесс привыкания[79]. В результате в жизни возникает перекос в сторону работы и зарабатывания денег в ущерб другим занятиям[80].
Баланс между работой и жизнью
Среди жителей богатых стран больше всех часов работают американцы[81]. Как показывает приводимый ниже график, они работают гораздо дольше, чем в Европе. Это довольно странное различие, потому что производительность труда в час одна и та же, что в США, что во Франции и в Германии, и растет она с одинаковой скоростью[82].
В большинстве стран и исторических эпох, когда люди становились богаче, они принимали решение меньше работать. Иными словами, они решали «тратить» часть своего дополнительного потенциального дохода на более полную частную жизнь. Последние пятьдесят лет европейцы продолжали придерживаться этой модели, и продолжительность их рабочего дня резко сократилась. Но не в США. Мы до конца не знаем, почему это происходит. Возможно, одной из причин являются гораздо более низкие налоги в Америке, делающие работу более выгодной[83]. Другой причиной может быть более удовлетворительная работа и менее удовлетворительная частная жизнь.
Более длинный рабочий день, конечно, увеличивает валовый внутренний продукт (ВВП). Вот почему в США выработка на одного рабочего выше, чем, скажем, во Франции[84]. В США также больше людей предпочитают работать, тогда как во Франции больше матерей и работников старшего возраста, решивших оставаться дома, и безработица на 3 % выше. В итоге в Америке ВВП на душу населения на 40 % выше, чем во Франции, хотя производительность труда в час та же самая.
Неясно, какая из двух ситуаций лучше. Как мы отмечали выше, работу необходимо сравнивать с такими ценностями, как семейная жизнь, которой часто жертвуют в интересах работы. Еще слишком рано для систематического объяснения различных тенденций развития счастья с течением времени в различных странах. Но смелая идея заключается в том, что начиная с 1975 года счастье в США застыло на одной отметке. Тогда как в Европе уровень счастья вырос. Связано ли это каким-либо образом с тенденциями в соотношении между работой и жизнью?
Неравенство
До сих пор я обращался только к разрушительным аспектам погони за доходами. Однако миллиарды людей по-настоящему нуждаются в более высоких доходах, чтобы обеспечить лучшую жизнь своей семье. Именно так обстоит дело в странах третьего мира, где около трех миллиардов человек имеют доход менее двух долларов в день[85]. Это справедливо и для развитых стран, которым посвящена настоящая книга: сколько наших сограждан смогло бы жить лучше, если бы получали дополнительную тысячу долларов дохода в год? Ответ: некоторые, но не все.
В течение четырнадцати месяцев Джойти Де-Лоури, секретарь в
Эта история иллюстрирует твердое убеждение, которого придерживались экономисты XIX века: дополнительный доход важнее, когда вы бедны, чем когда вы богаты. Современные исследования подтверждают это убеждение[87]. Мы можем выяснить, насколько дополнительный доход увеличивает счастье людей, находящихся на разных точках шкалы доходов, и выясним, что выигрыш от дополнительного дохода становится тем меньше, чем богаче становится человек. По той же причине дополнительный доход сильнее отражается на счастье в бедных странах, чем в богатых.
Этот психологический факт подтверждает, что, если деньги перейдут от более богатого к более бедному человеку, бедный с точки зрения счастья выиграет больше, чем потеряет богатый. Таким образом, среднее счастье возрастет. Вследствие этого в отдельной стране уровень счастья будет тем выше, чем равномернее распределяются в ней доходы – при прочих равных условиях[88].
При таком подходе доход рассматривается в качестве релевантной детерминанты счастья: неравенство плохо, потому что дополнительный доход приносит меньше пользы богатым, чем бедным. Однако есть и совсем иная традиция, которая фокусируется на неравенстве доходов как на вещи в себе, – особенности нашего окружения[89]. Она утверждает, что у людей есть взгляд на неравенство как таковое. Предполагалось, что людям не нравится неравенство. Но появляется все больше свидетельств того, что некоторые группы (мобильные или кажущиеся себе таковыми) на самом деле его любят[90]. Это сложный вопрос, и о балансе таких предпочтений известно мало. Кроме того, неравенство, конечно, может влиять на качество социальных отношений. Однако до сегодняшнего дня не было очевидных фактов, доказывающих, что неравенство как таковое влияет на счастье индивидов в сообществе[91]. Но мы
Еще один соблазнительный аргумент, выдвигаемый против политики по преодолению неравенства. Он исходит от тех, кто полагает, что налогообложение – механизм, препятствующий социальной мобильности, мешающий амбициозному молодому человеку выйти из нищеты и разбогатеть (поскольку нельзя разбогатеть за одно поколение). Я даже слышал, что некоторые считают, будто бы высокие налоги в Великобритании способствуют сохранению классовой системы. Это ерунда. Самыми бесклассовыми обществами в мире являются Скандинавские страны, в которых высокие налоги, хорошее школьное образование и царит культура взаимоуважения.
Итак, к чему же мы пришли? У нас есть хорошая теория того, почему прирост счастья оказался меньше, чем ожидалось: наши доходы росли по мере роста доходов других людей и точно так же росли наши ожидания в отношении комфорта. Главный механизм, который здесь действует, – это сравнение.
Он глубоко укоренен в нашей психологии. Если вы посмотрите на следующий рисунок, возникнет естественный вопрос: какая из двух вертикальных линий длиннее? Большинство ответит: та, что справа. Почему? Потому что она длиннее в сравнении с пробелами между двумя расходящимися линиями ниже и выше нее. На самом же деле обе вертикальные линии имеют одинаковую длину.
Наше восприятие реальности постоянно искажается бесполезными сравнениями. И поэтому один из «секретов счастья» – наслаждаться вещами, как они есть, не сравнивая их с чем-то лучшим. Другой секрет – выяснить, какие вещи по-настоящему делают нас счастливыми.
Глава 5
Что же делает нас счастливыми?
Так ли это мало —
Радоваться солнцу,
Весны живому свету,
Думать, любить, вершить?
Счастье приходит изнутри и извне. Оно зависит не только от обстоятельств, в которых мы находимся, но и от нашей внутренней сущности. Как говорил Ларошфуко: «Счастье и несчастье человека в такой же степени зависят от его нрава, как и от судьбы». Нрав, или темперамент, в свою очередь, зависит от наших генов и от воспитания.
Гены
Некоторые считают, что о наследственности говорить не стоит, поскольку может создаться впечатление, что счастье или несчастье человека предопределено с рождения и ничего с этим поделать нельзя. Это абсурдный вывод. Даже самые сильные наследственные черты могут меняться под действием опыта. Достаточно вспомнить такой показатель физического развития человека, как рост – так тесно связанный с ростом родителей. Однако средний рост британских мужчин за последние сто лет увеличился на два дюйма, главным образом благодаря улучшению питания[93].
Значит, рост – это совместный продукт наследственности и среды, как и почти все, что в нас есть интересного. Гены – это не шаблон, указывающий, какими мы с неизбежностью должны стать. Гены дают инструкции о том, как нам развиваться, реагируя на нашу среду. У мыши есть гены, заставляющие ее глаза видеть, если этому благоприятствуют обстоятельства. Если мышонку наложить на глаза повязку на шесть месяцев, а затем снять ее, зрение у него не восстановится.
Но тогда зачем вообще говорить о генах? Да потому, что нас интересует истина. Мы хотим знать, что делает нас такими, какие мы есть; однако мы этого не узнаем, если будем игнорировать какой-либо из ключевых факторов. Как знает любой родитель, дети появляются на свет разными, и они не будут счастливы, если мир не станет соответствующим образом реагировать на то, какие они.
Итак, откуда мы узнали, что гены влияют на наше счастье? Неопровержимые данные дают исследования близнецов. Идентичные близнецы имеют идентичные гены, тогда как у неидентичных близнецов половина генов одинаковая, точно так же как у обычных братьев и сестер[94]. В результате идентичные близнецы гораздо более схожи в том, что касается счастья, чем неидентичные. Поразительные данные предоставляет «Регистр близнецов Миннесоты». Идентичные близнецы удивительным образом близки друг к другу с точки зрения счастья, тогда как неидентичные почти совсем не похожи друг на друга в этом отношении[95]. У идентичных близнецов приблизительно одинаковый уровень счастья, потому что у них одни и те же гены.
Но позвольте, скажете вы, разве дело не в их более сходном опыте? Ученые подумали и об этом и провели специальное исследование идентичных близнецов, которые были усыновлены в младенчестве разными семьями. Выяснилось, что у этих идентичных близнецов, выросших вдали друг от друга, уровни счастья столь же сходные, как и у идентичных близнецов, росших вместе[96]. Таким образом, если идентичные близнецы ближе друг к другу, чем неидентичные, то не вследствие того, что у них сходный жизненный опыт, а потому что одинаковые гены.
Похожие открытия применимы и к другим состояниям человека, а не только к счастью, – шизофрении, депрессии, алкоголизму и преступному поведению, как показано в нижеприведенной таблице. В каждом случае в ней задается вопрос: «Если проблема есть у одного близнеца, есть ли она и у другого?» В таблице показан процент близнецов, для которых дается положительных ответ. В каждом примере идентичные близнецы больше похожи друг на друга, чем те, у которых гены разные. Но мы никогда не сможем утверждать, что гены человека определяют, что он станет алкоголиком. Они всего лишь дают или не дают некую предрасположенность. Большинство наших черт определяются смесью генов и опыта; гены влияют на то, как мы реагируем на жизненный опыт.
На самом деле, из этой таблицы видно, что гены – это еще не все. Они никогда не предопределяют что-то полностью, но влияют на вероятность – риск того, что это произойдет. Так, если один из близнецов – шизофреник, для второго близнеца вероятность стать шизофреником гораздо выше, при условии что у него идентичные гены с первым, чем тогда, когда у них только половина генов одинаковая. Но даже в этом случае вероятность для идентичных близнецов ниже 50 %. Таким образом, опыт играет не менее важную роль, чем гены.
Поскольку мы различаемся по уровню счастья, неплохо было бы знать, насколько эти расхождения определяются различиями в генах, а насколько – в жизненном опыте. К сожалению, это невозможно сделать точным образом по двум причинам. Во-первых, люди с хорошей наследственностью, как правило, и живут неплохо. Их родители превосходно справляются с родительскими обязанностями. Благодаря тому что они такие приятные люди, другие ним относятся дружелюбно. А с течением времени они и сами учатся получать позитивный жизненный опыт. В действительности, это следствие опыта, которое коррелирует с наследственностью человека. Неясно, как отделить влияние этих двух факторов друг от друга. Во-вторых, есть еще одна причина: то, что многие генетические эффекты запускаются в негативных ситуациях и наоборот. Иными словами, во многих случаях плохая наследственность нанесет вам ущерб, только если вы столкнетесь с негативным жизненным опытом.
Несмотря на эти проблемы, вы все еще можете услышать, что какая-то черта на
Нас в основном будет интересовать действие опыта, поскольку мы можем на него воздействовать. Но точно так же мы сможем выяснить, как на нас действует наша среда, только если как следует проверим действие наследственности. Это совершенно очевидно, если взглянуть на влияние нашего детского опыта.
Семейное воспитание
Под влиянием Зигмунда Фрейда многие люди привыкли думать, что первые шесть лет жизни имеют критическое значение для нашего счастья в жизни, а все остальное уже не важно. В конце концов, дети так похожи на своих родителей, значит, на них должны были повлиять родители. Но потом пошла обратная реакция. Что, если родители оказывают влияние через сперму и яйцеклетку, а не через любовь или холодность?[98]
Самый очевидный способ изучения этой проблемы – взглянуть на детей, усыновленных при рождении и воспитанных новыми родителями, у которых совсем другие гены. Общий вывод таков: воспитание все-таки имеет значение, хотя и меньше, чем мы думали. Влияние наследственности сильно, даже когда биологический родитель ни разу не встречался со своим ребенком. Кроме того, сочетание плохого воспитания и плохой наследственности производит более сильный эффект, чем простая сумма их раздельного воздействия – их взаимодействие друг с другом может иметь особенно разрушительный характер.
Мы ничего не можем поделать с нашими генами, кроме как жить с ними дальше. Но мы можем изменить то, как мы воспитываем своих детей. Исследования усыновления ясно показывают, что это важно.
Приемные дети, выросшие в семье, где есть психические проблемы, действительно с большей вероятностью могут заболеть психическими заболеваниями, чем если бы их приемные родители имели более здоровую психику. (Кроме того, они, скорее всего, будут иметь проблемы, если их биологическая мать страдает шизофренией.)[99] К тому же люди, выросшие в семье преступников, с большей вероятностью сами станут преступниками, в особенности если их биологические родители тоже были преступниками[100]. А если они росли у приемных родителей, склонных к асоциальному поведению, они, вероятнее всего, тоже будут склонны вести себя асоциально, особенно если такое поведение характерно и для их биологических родителей[101].
По мере того как приемные дети растут, влияние приемных родителей уменьшается, а действие генов усиливается[102]. В целом жизнь дает вам все больше возможностей выразить вашу глубинную природу. Но старт по-прежнему важен.
Один из способов изучить чистое действие воспитания – сосредоточиться исключительно на идентичных близнецах. По многим причинам матери обращаются с одним из близнецов иначе, чем с другим, и уже к семи годам мы видим, что любимчик ведет себя гораздо лучше[103].
Это поразительное открытие, но теперь мы можем пойти еще дальше благодаря проекту по расшифровке генома человека и его последствиям. Мы можем начать непосредственное изучение действия отдельных физических генов, которые у нас есть. Пальма первенства в данной области принадлежит международной группе ученых, которая проанализировала результаты длительного обследования, проводившегося в Данедине, Новая Зеландия, когда у людей брали их реальную ДНК, где записаны их гены. Чтобы дать объяснение депрессии, группа выделила определенный ген, влияющий на поступление в мозг серотонина[104]. Если у человека ухудшенный вариант этого гена, есть опасность того, что он впадет в депрессию, но только если с ним плохо обращались в детстве. Точно так же, если с человеком плохо обращались, есть опасность, что у него возникнет депрессия, но только если у него ухудшенный вариант данного гена. Это открытие прекрасно показывает, как гены и жизненный опыт могут взаимодействовать, определяя нашу конституцию[105].
Исследования, проводившиеся на животных, показали важность заботы о детях. Если тех крыс, которых матери плохо вылизывают, будут выхаживать другие матери, умеющие хорошо вылизывать детенышей, они вырастут более устойчивыми к стрессу, чем если бы остались со своими биологическими матерями[106]. Аналогичным образом обезьяны с гиперактивными матерями могут стать более кроткими, если их будут воспитывать более спокойные матери[107]. Проводившиеся среди людей надежные эксперименты по улучшению родительского поведения показали, что они могут оказывать долгосрочное воздействие на детей[108].
Распад семьи
Что можно сказать о последствиях распада семьи? К сожалению, исследования, проверяющие действие генетических факторов, все еще очень редки[109]. И поэтому ученые часто пытаются проверить генетические эффекты, измеряя личность ребенка, когда ему, скажем, семь, а в дальнейшем наблюдая за тем, как он меняется, рассматривая это как результат поведения его родителей.
В одном исследовании велось наблюдение за семилетними детьми, чьи родители по-прежнему были вместе. Если затем родители разводились, вероятность того, что из ребенка вырастит страдающий от депрессии взрослый, была в два раза выше, чем у детей, чьи родители оставались вместе. Сколько лет было ребенку, когда разошлись родители, не имело значения[110]. Главной проблемой был конфликт между родителями – если он достаточно глубок, родителям лучше разойтись, чем оставаться вместе[111].
Другие исследования подтверждают вред, который может быть причинен тем, что ребенка воспитывает один родитель. Если к шестнадцати годам вы жили только с одним из ваших биологических родителей, вы, скорее всего, будете страдать от множества неудобств в сравнении с другими детьми. Вероятность того, что к пятнадцати годам вы подвергнетесь уголовному преследованию, для вас выше на 70 %; в два раза выше вероятность бросить школу, не получив аттестат; в два раза выше вероятность родить ребенка еще в подростковом возрасте и на 50 % – бездельничать в двадцатилетнем возрасте[112]. Интересно, что у вас положение не улучшится, если ваша мать снова выйдет замуж или если к вам переедет жить бабушка. Для детей из неполных семей во взрослой жизни выше вероятность умереть молодыми или самим развестись[113].
Некоторые дети никогда не жили с отцом, поскольку родились у матерей-одиночек. Последствия этого опыта в целом те же, что и в случае, если отец сначала жил с ними, а потом ушел[114]. Я так подробно останавливаюсь на последствиях распада семьи или отсутствия в семье отца потому, что половина всех американских детей к пятнадцати годам живет с одним родителем. В этом положении находятся 30 % американских детей (всех возрастов).
Есть три причины, почему для детей плохо жить с одним родителем[115]. Во-первых, – просто-напросто бедность: доход семьи снижается наполовину, а то и больше. Это может объяснить половину нанесенного ущерба. Во-вторых, уменьшение родительской заботы и контроля, а также очень часто дружба, распавшаяся вследствие того, что семье приходится переезжать, как это часто бывает. Наконец, в-третьих, есть ощущение, что тебя предали. В США треть отцов, не живущих со своими детьми, в течение года ни разу их не навещает. Хотя вторая треть встречается с ними каждую неделю, эти встречи тоже могут оказаться источником конфликта или горечи.
Взрослая жизнь
Теперь мы рассмотрим, как на каждого из нас воздействует взрослая жизнь. Какие черты нашей жизни особенно значимы для нашего счастья?
Мы начнем с пяти особенностей, которые оказывают в среднем незначительное влияние на счастье. Первая из них – возраст: когда мы наблюдаем за людьми в течение жизни, средний уровень счастья становится в высшей степени устойчивым, несмотря на взлеты и падения дохода и вопреки ухудшению здоровья[116]. Вторая особенность – пол: во всех странах мужчины и женщины счастливы примерно одинаково[117]. Третья особенность заключается в том, что внешность тоже не имеет большого значения[118]. Точно так же существует лишь слабая корреляция между счастьем и уровнем интеллекта, равно как и физической и психической энергией (по оценкам самого испытуемого)[119]. Это четвертая особенность. И наконец, пятая – образование оказывает лишь небольшое влияние на счастье, хотя оно, конечно, способствует его росту, поскольку содействует увеличению дохода[120].
Итак, что же в действительности на нас влияет? Выделяют семь факторов: семейные отношения; финансовая ситуация; работа; общество и друзья; здоровье; личная свобода; личные ценности. За исключением здоровья и дохода, все они связаны с качеством наших отношений с людьми.
Я назову эти факторы «большой семеркой». Американский общий социологический опрос позволяет нам выстроить первые пять факторов в порядке убывания их значимости. В ходе этого исследования людей спрашивали, насколько они счастливы в целом и насколько удовлетворены различными областями своей жизни (семья, финансы, работа, общество и друзья, здоровье). Их ответы позволяют нам выяснить, какие сферы жизни наиболее важны. Результаты вместе с двумя другими ключевыми факторами – личной свободой и личными ценностями – приведены в таблице ниже[121].
Как в любом исследовании, семейные отношения (и наша сугубо частная жизнь) оказались важнее любого другого фактора, влияющего на счастье. Но нам нужны дополнительные детали, касающиеся данных факторов. Их мы можем получить из исследования
Согласно исследованию, опрашиваемые оценивают свое счастье по шкале от 10 до 100, а также отвечают на вопросы, касающиеся различных аспектов своей жизни[123]. Мы, таким образом, можем использовать данные аспекты для объяснения счастья. Во избежание ошибки мы должны всегда рассматривать действие каждой черты при условии, что остальные остаются неизменными[124]. Действие факторов показано в вышеприведенной таблице; ниже в настоящей главе приводится его объяснение.
Мы начнем с воздействия дохода. Снижение дохода на одну треть (при условии, что национальный доход остался неизменным) вызывает понижение уровня счастья на 2 балла по шкале счастья (от 10 до 100). Это крайне незначительное изменение в счастье, но оно задает стандарт, по отношению к которому мы можем измерять действие более важных факторов[125].
Различие в семейном положении приводит к огромным различиям в счастье. Если кто-то разведен, счастье этого человека снижается на 5 баллов, то есть более чем вдвое по сравнению с потерей трети дохода. А если кто-то разъезжается (что отражает недавний разрыв отношений), дела обстоят еще хуже. Вдовство – тоже тяжелый удар.
Но здесь мы сравниваем разных людей, и всегда есть риск того, что менее счастливые с большей вероятностью разведутся и т. д.[126] Чтобы разобраться, что на что влияет, мы должны наблюдать за одними и теми же людьми на протяжении их жизни. Немецкая Социально-экономическая комиссия занималась этим в течение двадцати лет. Она пришла к выводу, что люди, как правило, становятся счастливее, когда вступают в брак, и это справедливо как для мужчин, так и для женщин[127]. За два или три года до брака они уже стали счастливее (некоторые уже жили вместе), но год свадьбы – это пик счастья. По прошествии первого года возникает некоторое привыкание и люди становятся чуть менее счастливыми. Но они все равно остаются более счастливыми, чем за четыре года до вступления в брак[128].
Развод имеет сходные закономерности, но обращенные в обратную сторону. Перед разводом люди делаются все более несчастными. Год развода – это худший период. После этого года мужчины возвращаются главным образом к базовому уровню счастья, но женщины продолжают страдать. Действие высокого числа разводов можно увидеть, если сравнить как страны, так и индивидов. Мы вернемся к этому ниже, но число разводов оказывает значительное воздействие на счастье нации – и на число самоубийств[129].
А что же рождение детей? В самом деле, существенный всплеск счастья происходит, когда рождаются дети[130]. Однако в течение двух лет родители возвращаются к первоначальному уровню счастья.
Основные преимущества брака или совместного проживания очевидны: вы окружаете друг другу любовью и комфортом; совместно используете ресурсы, что дает некую экономию; помогаете друг другу. У женатых также в среднем полнее сексуальная жизнь – ее больше и она приносит больше удовлетворения[131]. Более того, женатые люди здоровее и живут дольше[132]. Хотя совместное проживание получает все большее распространение, пока эта форма отношений не проявила себя столь же стабильной, как брак[133].
Но, разумеется, качество и устойчивость отношений имеют большее значение, чем их форма. Нам нужны другие люди и нам нужно, чтобы в нас нуждались. Исследование как нельзя ярче подтверждает важность любви. У людей, находящихся в любовных отношениях с другим взрослым человеком, лучше гормональный баланс и здоровье[134]. И конечно, они счастливее. Большая часть великой мировой литературы посвящена любви, и мне здесь нечего добавите[135].
Мы можем быть нужны семье, но большинству из нас требуется нечто большее: нам необходимо почувствовать, что мы вносим вклад в большое общество. Иными словами, работа дает нам не только доход, но и дополнительный смысл жизни. Вот почему безработица является такой катастрофой: она сокращает доход, но она же напрямую уменьшает счастье, разрушая самоуважение и социальные связи, создаваемые в процессе работы. Когда люди теряют работу, их счастье уменьшается не столько вследствие потери дохода, сколько из-за потери работы как таковой. Экономисты почти всегда игнорируют это явление, а некоторые даже утверждают, что дополнительный досуг должен быть благом для безработного.
Если вы посмотрите на предыдущую таблицу, у вас, конечно, возникнет вопрос, не отражает ли измеренное действие безработицы уже существовавшие между людьми различия, а именно – тот факт, что менее счастливые чаще оказываются безработными. Но немецкая Социально-экономическая комиссия установила, что для людей страдания, вызванные безработицей, даже сильнее страданий, вызванных потерей дохода, чем это показано в таблице[136].
Немецкое исследование позволяет нам решить еще один важный вопрос. Некоторые люди думают, что главное зло – не безработица, а безделье. Иными словами, быть «исключенным из рабочей силы» и не искать работу так же плохо, как быть безработным: вы не ищете работу, потому что отчаялись. Данные полностью опровергают этот тезис. Переходы между наличием работы и «исключением из рабочей силы» предполагают гораздо менее значительные изменения в уровне счастья, чем переход между наличием работы и безработицей[137]. И выход на пенсию тоже не сказывается на счастье отрицательно.
Следовательно, безработица – это совершенно особая проблема. Более того, она воспринимается одинаково болезненно как через год или два, проведенных без работы, так и в самом начале[138]. В этом отношении привыкания не возникает (хотя боль становится слабее, когда другие люди тоже оказываются без работы)[139]. и даже когда вы возвращаетесь на работу, нанесенная безработицей психологическая травма по-прежнему напоминает о себе[140].
Более того, работая, люди боятся безработицы, и ее рост отражается на счастье всех, включая тех, кто имеет работу[141]. Стало быть, если безработица возрастает, она оказывает двоякое воздействие: прямое действие, потому что больше людей остаются без работы, а также косвенное воздействие, затрагивающее всех. Таким образом, низкий и устойчивый уровень безработицы должен быть одной из основных целей любого общества[142].
Работа имеет жизненно важное значение, если хотите. Но также важно, чтобы она приносила удовлетворение. Возможно, самый главный вопрос состоит в том, насколько вы контролируете то, чем занимаетесь. В каждом из нас есть искра творчества; и, если не найти ей выхода, мы будем казаться себе полумертвыми. Это можно понимать в буквальном смысле: среди британских государственных служащих те, кто занимаются самой рутинной работой, более подвержены окклюзии артерий[143].
Древнегреческий философ Эпикур говорил: «Из всех вещей, какие дает нам мудрость, чтобы помочь нам жить всю жизнь в счастье, величайшая – это дружба». Дружба – одна из лучших вещей в жизни. Многие находят самых близких друзей еще в детстве, но мы продолжаем заводить новых на работе и в обществе, к которому принадлежим.
Характер этого общества играет важнейшую роль в том, будут ли у нас друзья и насколько мы будем чувствовать себя в безопасности. Ученые называют качество общества «социальным капиталом»[144]. Оценить его непросто, но можно попробовать спросить людей: «Говоря обобщенно, можете ли Вы сказать, что большинству людей можно доверять, или же, имея дело с другими людьми, нужно проявлять максимальную осторожность?» Такой вопрос был задан в ходе исследования
Вас может беспокоить вопрос, имеют ли эти ответы какое-то значение. Соответствуют ли они тому, как на самом деле ведут себя люди в данной стране? Соответствуют. Ученые роняли бумажники, в которых были указаны имя и адрес владельца, на улицах в различных странах. Затем они определили долю бумажников, возвращенных их владельцу, – самый высокий показатель был в Скандинавии. После этого эти данные сравнили с тем, как граждане данной страны отвечали на вопрос о доверии. Выяснилось, что обе цифры тесно связаны: так что, когда мы спрашиваем о доверии, мы кое-что узнаём о том, действительно ли людям можно доверять[145].
Более того, доверие оказывает влияние на счастье. Предыдущая таблица подтверждает, что для вашего счастья важно жить там, где вы можете доверять остальным.
Поделиться книгой: