Первая капля крови

Её рот открылся и закрылся: она явно не ожидала такого ответа. Наконец, она сказала:

— Меньше времени займёт перечислить то, на что я готова.

— Тогда перечисляй, а я скажу тебе, если к этому списку нужно что-то добавить.

Полный вызова взгляд вернулся на её лицо. Спейд мысленно улыбнулся. Гнев был полезен её духу. Плохо для его плана, если она не сможет уравновесить его здравым смыслом, но время покажет, столь же умна Дениз, как и прекрасна, или нет.

— Хорошо. — Она выпрямила плечи, и её темные волосы зашелестели от этого движения. — Очевидно, мне придётся спать с тобой в одной комнате, когда этого потребуют обстоятельства. Я могу подчиняться в случае необходимости, но не жди, что я буду делать это, когда мы одни. Я могу играть нежность и даже поцеловать тебя, чтобы всё выглядело реально. Но на этом всё, и я не позволю тебе пить меня.

Спейд не смог с собой справиться.

— Со всем этим притягательным чесноком в твоей крови? Я аж прослезился.

Она сузила глаза.

— Ты издеваешься надо мной.

Он позволил себе улыбку.

— Немного.

— Закончил? — Она выпятила подбородок, равно как и плечи. Улыбка Спейда расширилась. Если бы она знала, что эта её агрессивная поза заставляла грудь выдаваться ещё более соблазнительно, он сомневался, что она встала бы так.

И боже упаси его произнести такую неджентльменскую вещь вслух.

Спейд отодвинул эту мысль в сторону, потому что она привела его к другим мечтаниям, которые лучше и вовсе не анализировать.

— Что касается твоих ограничений, они вполне достаточны, хотя ты должна справиться со своим отвращением к непосредственной близости со мной. Вампиры часто проявляют нежность со своей собственностью на публике. Если мне придётся наклониться к тебе ближе или обхватить рукой, будет выглядеть весьма странно, если ты отскочишь так, будто тебя ударили.

Надо отдать Дениз должное: она смутилась.

— Прости. Я буду работать над этим.

— Несомненно, — он не смог сдержать сухость в своём тоне. — И в то время как, признаюсь, мне было очень забавно наблюдать, как ты набиваешь себя чесноком последние несколько дней, тебе не стоит бояться, что я укушу тебя.

Так много облегчения отразилось на её лице, что он буквально разрывался между весёлым изумлением и чувством, что его оскорбили. Собиралась ли она в дальнейшем нацепить на шею серебряную кольчугу?

— Что касается вещей, идущих дальше поцелуев, об этом тоже не беспокойся, — продолжил он, осматривая её своим пристальным взглядом. — Я не испытываю недостатка в партнерах по постели, потому мне не нужно выпрашивать неохотно бросаемые подачки.

Она резко втянула воздух, и ореховые глаза позеленели от гнева. Должно быть, это игра света, но снова они напомнили ему глаза вампира. Он снова оглядел её, медленнее на сей раз. Жаль, что она не вампир. Будь так, он мог бы забыть, что Дениз под защитой Криспина. Он мог бы забыть, что не должен смешивать удовольствие с делами, и мог бы проверить, справилась ли она с горем по тому бедному парню, которого разорвали на части.

Спейд сделал шаг вперёд, и что-то в нём разгорелось, когда он заметил, как изменилось её дыхание. Оно участилось, также как и сердцебиение. Он сделал ещё один шаг, и тогда изменился её аромат: запах мёда и жасмина усилился. Сделав следующий шаг, он оказался на расстоянии в один фут и почувствовал в воздухе вокруг тепло её тела. Её глаза расширились и стали теперь скорее карими, чем зелёными. Её губы — полные и сочные — чуть разомкнулись. Будет ли она на вкус таким же мёдом и жасмином, если он поцелует её? Или у неё ещё более богатый, более тёмный аромат, как глубины её души, которые он уловил в её глазах?

Он резко развернулся на пятках. Дениз не вампир, потому нет никакого смысла задумываться над такими вещами. Они найдут Натаниэля и отдадут его Рауму. Затем, как только она избавится от меток демона, она сбежит от него, чтобы вскоре умереть, как и все люди.

И он не собирался проходить через это снова.

— Твой наряд на сегодняшний вечер в шкафу, — сказал он и захлопнул за собой дверь.

Глава 5

Дениз глубоко вздохнула и попыталась действовать бесстрастно. Хорошо, что в этом отеле работает отопление, иначе с тем, что было на ней надето, она бы точно замёрзла.

Служащий взял её пальто, как только Дениз вошла в бальный зал Кроссан вместе со Спейдом. Это была огромная комната, в которой свободно разместились бы больше двух тысяч человек, и всё же она была почти забита. Исключительный размер клана Спейда ошеломлял. Когда она сняла пальто, даже при том, что она находилась среди огромного количества людей, все повернули к ней головы.

Дениз подняла подбородок и отказалась съёживаться под этими взглядами. Давайте, смотрите. Вы видели больше кожи на пляже, не так это и шокирующе.

Хотя это был и не пляж, то, что было на ней, выглядело явно вдохновленным бикини. Её топ представлял собой прозрачное болеро, а подходящие тонкие панталоны выглядели так, будто их спёрли прямо из серий «Я мечтаю о Джинни»*.

Вампиры — извращенцы, все до одного, говорила Кэт во многих ситуациях. Если это был стандартный наряд "собственности" для каких-либо мероприятий в немёртвом мире, Кэт явно не ошибалась.

Дениз ожидала что-то вроде язвительного замечания от Спейда, пока спускалась вниз в своём нелепом наряде. Почему он тогда не посмеялся? Ведь это он заставил её надеть костюм девушки из гарема. Но он просто поглядел на неё с секунду, а затем вручил пальто, бросив замечание, что снаружи холодно.

Конечно, холодно. Февраль в Сент-Луисе никогда тёплым не был. Если бы у Спейда было сердце, она была бы в брюках и свитере. Он же был одет вовсе не скудно: длинное чёрное пальто поверх белой рубашки и чёрных брюк, которые так хорошо на нём сидели, что явно были сшиты на заказ. Со всеми своими тёмными поражающими взглядами Спейд фактически сочился декадентской элегантностью, а вот и она — копия Шехерезады.

Потому наименьшее, что он мог сделать — уделить ей хоть немного времени, оценив, как на ней смотрится навязанный им костюм. Или заметить, что она уложила волосы и сделала макияж в весьма удачной манере, как она сама выразилась. Пусть её и представят в качестве собственности, но она решила показать людям, что эта самая собственность высшего качества, чёрт возьми.

И всё же Спейд едва взглянул на неё тогда и во время двадцатиминутной поездки к отелю Чейз Парк Плаза. Он не разговаривал, за исключением нескольких слов, брошенных водителю. Если бы он не открыл ей дверцу, когда она садилась и выходила из автомобиля, она бы подумала, что каким-то образом стала невидимкой. Чтобы ещё больше ранить её, он оставил её почти сразу же, как только они вошли в эту огромную комнату. Дениз взяла бокал шампанского у проходящего мимо официанта, чтобы хоть как-то занять себя, а не стоять там как статуя.

Почему тебя так волнует, что Спейд холоден с тобой? Спросил её маленький внутренний голосок.

Меня это не волнует, сказала на это Дениз.

Если бы можно было услышать внутреннюю насмешку, она бы её услышала. Проигнорировав это, она сконцентрировалась на окружающих её людях вместо внутренней идиотки. Но сделав это, она поняла, что совершила ошибку.

Множество бледных лиц. Быстрые, отточенные движения. Холодная плоть повсюду вокруг неё. Клыки. Пылающие глаза …

Знакомая паника начала подниматься в ней. Дениз попыталась подавить её, но она безжалостно возрастала, душа воспоминаниями.

— Мне нужно выйти отсюда, — пробормотала она.

Спейд резко развернул к ней голову. Он был на другой стороне комнаты, разговаривая с кем-то, оставив её окруженной существами из кошмаров. Вампиры повсюду. Последует кровь. Последует смерть. Так всегда.

Воспоминания наслаивались, пока не поглотили её. Тот ужасный вой, становившийся всё ближе. Другие крики. Мы загнаны в ловушку, а они всё приближаются. Что-то схватило её за руку. Дениз в ужасе попыталась отдернуть её, но холодный захват не ослабился.

— Отпустите меня, — закричала она.

— Что с ней? — пробормотал кто-то. Дениз не могла понять, почему слова этого человека прозвучали так, будто он совсем ничего не осознавал. Почему никто не убегает? Разве они не понимают, что существа, что пришли за ними, нельзя убить?

Захват на её руке напрягся, и ладонь зажала ей рот. Она боролась, но не могла освободиться. Надежды нет. Мы загнаны в ловушку в подвале, а они приближаются. В любую секунду дверь распахнётся, и гротескная фигура прыгнет на меня. Нет. Нет. НЕТ!

Холодная вода плеснулась ей в лицо. Она моргнула, немного закашлявшись, и сумела поднять руку, защищаясь от большей части второго ледяного всплеска.

— Прекрати.

Спейд нависал над ней, сунув одну руку под поток бегущей из крана воды. Она моргнула ещё раз. Передняя часть её одежды вся промокла, и она дрожала, свернувшись в клубок на полу в ванной комнате. И она понятия не имела, как попала сюда.

— Не надо больше, — простонала она.

Спейд выключил кран и встал перед нею на колени.

— Теперь ты знаешь, где находишься. — Это было утверждение.

Она откинула голову на ближайшую к ней тумбочку, слегка ударяясь от явного расстройства.

— Я бы сказала, приблизительно в трёх милях от Крейзитауна, крутя педали.

Спейд издал звук, походивший на вздох.

— Это случалось прежде?

— Уже много месяцев нет. Нет с тех пор …

Понимание отразилось на его лице.

— С тех пор, как ты увидела, как я убил того типа, — закончил он за неё. — Почему ты не сказала мне, что страдаешь от посттравматического синдрома?

Теперь, когда этот эпизод прошел, она почувствовала смущение.

— Я же сказала, что это давно не случалось, и вообще, не была ли это наименьшей из моих проблем, когда я увидела тебя снова?

Дабы подчеркнуть свои слова, Дениз подняла запястья. Метки демона были скрыты под широкими серебряными и золотыми браслетами, но они оба знали, что под ними.

— Я только что разрушила план на сегодняшний вечер, да? — простонала она. — Не могу поверить, что позволила этому случиться.

Спейд вытер ей лицо бумажным полотенцем.

— Если бы я уделял больше внимания, я мог бы предсказать такую возможность. Мы уходим. Подумаем, как увидеть остальных, позже.

— Нет. — Дениз взяла у него полотенце и вытерла кожу под глазами. Её тушь, скорее всего, размазалась по всему лицу. — Мы здесь. Так что давай сделаем это. Со мной всё будет в порядке, если — это покажется тебе жалким — я буду в порядке, пока ты снова не оставишь меня одну. Все эти вампиры, окружившие меня, напомнили слишком много о — о той ночи. Я не знаю, возможно ли это в таком роде вещей —

Что-то мимолетно отразилось на его лице, слишком быстро, так что она не успела понять, что именно.

— Я не оставлю тебя одну. — Он протянул руку. — Прошу.

Она вложила свою ладонь в его. И затем мельком увидела себя в зеркале.

— Мой макияж уничтожен.

— Ерунда, ты выглядишь прекрасно. Фактически, мне уже дважды делали на твой счёт гнусные предложения.

Резкость появилась в его голосе. Дениз не могла сказать, было ли это от явного развлечения или раздражения. Она решила не спрашивать.

— Уверена, это изменится после моей маленькой психо сценки. Обычно это оставляет плохое впечатление. Между прочим, это поднимает ещё один вопрос. Ты не боишься, что в будущем кто-нибудь из твоих людей скажет Кости или Кэт: ‘Эй, я узнал брюнетку. Это та психичка из клана Спейда’ и они узнают о твоей роли в этом?

Спейд встретился с Дениз взглядом. Его глаза цвета жжёной меди были одновременно и далёкими, и бездонными.

— Нет. Потому что мы оба знаем, что у тебя нет никакого намерения встречаться с кем бы то ни было из мира вампиров снова, как только мы закончим с этим.

Дениз отвела взгляд. Атаки паники ослабли только после того, как она разорвала отношения с Кэт и всеми, кто не были людьми. Абсолютно невозможно, чтобы она вернулась во власть воспоминаний, не зная, когда разум вновь заманит её в ловушку, заставив думать, что она вернулась в тот ужасный подвал в Канун Нового года.

— Ты видишь, что происходит со мной, когда я нахожусь рядом с твоим родом. Я не хочу жить так, и я знаю, как прекратить это.

Он всё ещё удерживал её ладонь. Его рука…прохладная, безопасная и полная нечеловеческой силы.

— Верно, — сказал он, наконец. — Давай посмотрим, не сможем ли мы сделать так, чтобы этот день настал быстрее.

Дениз сидела по правую его сторону за витиеватом столом в бальном зале, не сознавая, что за осторожными взглядами, бросаемыми на неё, стояла определённая причина. Она не сомневалась в том, что это происходило из-за её криков и помутнения рассудка, которые она продемонстрировала чуть раньше. Она не знала, что подобная вспышка вызовет лишь умеренную интригу среди суетных членов его клана. Истеричный человек? Кто таких не видел?

Но то, что его люди не видели никогда прежде — женщина с бьющимся сердцем, сидящая по правую его сторону во время всего официального вечера. Это место указывало на намного более высокое положение, чем простая собственность, однако кресло по левую сторону было сохранено для Альтена — самого старшего вампира в его клане. Спейд намеревался посадить Дениз на место за ним, что более соответствовало собственности — скорее даже любимой собственности. Но, хоть это и было бы благоразумно и, вероятно, даже достаточно для её посттравматического синдрома, он нашёл, что не испытывает желания отпускать её руку.

И это буквально по буковкам образовывало проблему на любом языке, который он знал.

Если бы Бог существовал, Натаниэль оказался бы здесь среди его людей, и Спейд сегодня же доставил бы его демону. Спейд даже поклонился бы до земли и пожелал бы Рауму приятного аппетита, если бы это означало, что Дениз немедленно исчезнет из его жизни. Он не мог позволить себе проникнуться чувством к человеку. Только не снова.

И всё же циник в нём не был удивлён, что после скрупулёзного длительного процесса представления Дениз сотням людей, живым и немёртвым, его клана, она разочарованно покачала головой.

— Его здесь нет, — прошептала она.

Спейд воздержался от проклятия. Верно. Было бы слишком легко, если бы он оказался здесь.

Альтен наклонился и вручил ему компакт-диск.

— Финансы, — сказал он. — Я пробежался по числам. Всё кажется верным, за исключением Тёрнера. Он уклонился второй квартал подряд.

Спейд продолжал рассеянно поглаживать пальцы Дениз. Её кожа по-прежнему была теплее обычного. Могла ли она заболеть? Возможно, ему не стоило искать способ, разозлив, вывести её из депрессии смехотворно тоненьким нарядом, который ей пришлось надеть.

— Угу, — промычал он.

Альтен уставился на него.

— Второй квартал подряд, — повторил он.

Спейд вернул своё внимание к вампиру. Да, верно, отказ Тёрнера платить десять процентов своих доходов был проблемой. Каждый вампир должен это Мастеру своего клана.

— Тёрнер, — позвал он. — У тебя есть причина уклоняться от уплаты десятины?

Вампир с белокурыми волосами обошёл остальных и встал перед столом. Он сделал надлежащий поклон. Однако, уловив аромат Тёрнера и увидев мятеж в выражении его лица, Спейд издал мысленный вздох. Тёрнер собирался запросить нечто ужасное.

— Я не платил свою десятину, потому что хочу свободу от вашего клана, сэр, — сказал Тёрнер, выпрямляя плечи.

Спейд следил за ним, и его терпение иссякло за секунду.

— Ты немёртвый только сорок четыре года и думаешь, что готов стать Мастером своего собственного клана?

— Да, — ответил Тёрнер. И затем с ещё большим высокомерием добавил: — Отпусти меня, чтобы я сам смог стать Мастером. У меня нет никакого желания драться с тобой, но если ты отклонишь мою просьбу, я брошу тебе вызов.