50 знаменитых загадок древнего мира

Царица, именовавшая себя «мощной жизненными силами», женщина во главе военной державы, готовой поработить окружающий мир. Кто же поддерживал царицу – и не год и не два, а целых два десятка лет?

Конечно, Хатшепсут была осмотрительна. Она приближала к себе вельмож предыдущих царствований. Возможно, она щедрыми подачками утихомирила и войско, если правильно понимать одно из ее заявлений о том, что воинство, бывшее прежде нищим, со времени ее воцарения стало богатым. Но можно ли было с помощью таких полумер усидеть на египетском престоле, когда рядом находился соперник, деятельный, непреклонный, в расцвете мужества и сил, – тот самый Тутмос III, которому суждено было стать величайшим египетским завоевателем и с блеском осуществить воинственные чаяния своего времени?

Временщиком при ней в течение почти всего ее царствования был Сененмут, сын нечиновных родителей, приближенный ею еще до того, как она стала фараоном: он был главным управляющим хозяйством и самой царицы, и ее дочери Нефрура (он носил 93 придворных титула!). Ему она поручила воспитание царевны. Сененмут был очень одаренным человеком. Это он создал чудо египетской архитектуры – поминальный храм царицы, и он же руководил работами в других столичных храмах – в Карнаке и Луксоре. Огромные островерхие карнакские обелиски были доставлены из каменоломен по реке под его наблюдением. Этому преданному человеку, бывшему также жрецом Амона, Хатшепсут доверила управление хозяйством столичного бога. Сененмут был домоправителем Амона, управляющим его пахотными землями, садовыми угодьями, житницей, быками, начальником его ткачей. Вдобавок ко всему он управлял жрецами Монту в соседнем с Фивами городе Гермонтисе.

Градоначальником столицы и верховным сановником в Верхнем Египте в течение некоторого времени был верховный жрец Амона Хапусенеб, сын третьего жреца-заклинателя в Карнаке. Государственной житницей, государственными работами, государственными ремесленниками ведал сановник Дуаинхех, для которого основной была служба по управлению хозяйством храма Амона. Сокровищницей и всем «домом золота» управлял один из местных князей, по имени Тот, одновременно он заведовал и быками Амона.

Следовательно, все вельможи, особенно близкие к фараону-женщине, были тесно связаны с храмом Амона. Именно Хатшепсут развернула во славу Амона строительство, затмившее все сделанное для него прежде. Царица не только поощряла возведение новых храмов, но и восстановление разоренных после нашествия гиксосов.

Итак, продержаться у власти два десятилетия Хатшепсут удалось при поддержке влиятельных кругов общества, и таковыми могла быть знать как храмовая, так и светская, в первую очередь могущественное жречество Амона.

Но звезда Сененмута закатилась еще при жизни его повелительницы. «Глава всей страны», «глава сановников», «глава начальников», «распорядитель распорядительной работы», «руководитель руководителей», «величайший (из) великих во всей стране», Сененмут под конец зазнался. Как некий полуфараон, он решил вырубить себе гробницу под поминальным храмом царицы, гробницу потаенную, наподобие царской. В самом же храме, в священнейших его помещениях, он дерзнул изобразить себя на стенах – правда так, чтобы не было заметно входящему: открытая входная дверь должна была прикрыть изображение. Эти ли «дерзости» или еще более значительные провинности были тому причиной, но Сененмут пал. Его гробница так и осталась незаконченной. В одном из ее помещений ее хозяин был изображен почитающим имя своей госпожи. Имя царицы не тронуто, но имя Сененмута было уничтожено.

Воспитанница Сененмута – царевна Нефрура, объявленная «владычицей обеих земель», «госпожою Верхнего и Нижнего Египта» и «супругой» Амона, должна была, по-видимому, занять со временем место Хатшепсут при сводном брате и супруге Тутмосе III. На это указывают не только ее высокие титулы, которые носили царицы, а не царевны, не только присвоенная ей налобная царская змея-урей, но и привязанная борода фараона на ее изображении (изображении младенца!), как у самой Хатшепсут. Однако новому фараону-женщине не суждено было воцариться. Скорее всего, царевна скончалась раньше матери.

Хатшепсут умерла около 1468 г. до н. э., дожив до конца 20-го года «царствования» Тутмоса III. Поскольку она еще далеко не достигла преклонного возраста, выдвигались версии как естественной кончины, так и насильственной смерти царицы. Однако проведенный в 2007 г. анализ мумии, идентифицированной как Хатшепсут, показал, что на момент смерти ей было приблизительно 50 лет, и скончалась она исключительно от болезней (рак костей и печени, усиленный диабетом). Став единовластным правителем, Тутмос III постарался уничтожить даже память о ненавистной сопернице, истребляя повсюду ее имена и изображения, заменяя их своими, отцовскими или дедовскими.

Но было ли разрушение Тутмосом III памятников Хатшепсут актом мести и ненависти, как считали ранние египтологи? В последние десятилетия ученые вновь изучили археологические свидетельства и пришли к заключению, что все эти разрушения, начало которых относили ко времени сразу же после смерти Хатшепсут, были начаты около 20 лет спустя, к концу собственного длинного царствования Тутмоса III. Вряд ли это была личная вражда. По каким-то причинам Тутмос III, должно быть, решил, что следует «переписать» официальные свидетельства царского титула Хатшепсут, что означало уничтожение всех его следов, чтобы все считали, что трон перешел непосредственно от его отца к нему.

Но этим дело не закончилось. Попытки удалить все свидетельства о правлении Хатшепсут имели место и после смерти Тутмоса III. Возможно, возникла угроза правопреемству престола для его сына, будущего Аменхотепа II, который фактически наследовал трон? Может быть, нетрадиционное царствование Хатшепсут было слишком успешным, а опасный прецедент лучше всего уничтожить, чтобы предотвратить возможность другой сильной женщины когда-либо встать в длинную линию мужских правителей.

Существуют две гробницы, которые предназначались Хатшепсут, но ни в одной из них не было найдено мумии царицы. Долгое время считалось, что мумия Хатшепсут либо была уничтожена, либо ее перенесли в другое место захоронения в последние годы правления Рамсесидов, когда разграбление гробниц стало массовым явлением и мумии выдающихся правителей Нового царства перезахоронялись жрецами. Работы над первой гробницей царицы начались еще в ее бытность главной женой Тутмоса II. Ранняя гробница царицы расположена в скалах Вади Сиккат Така эль-Зейд, к югу от храма в Дейр-эль-Бахри. Однако она не могла устроить Хатшепсут, когда та стала фараоном, поэтому работы над ней прекратились, а в скалах Долины царей была вырублена основная гробница Хатшепсут – КУ20. Ее обнаружил в 1903 г. Говард Картер. Первоначальный замысел царицы состоял, видимо, в том, чтобы соединить гробницу с поминальным храмом в Дейр-эль-Бахри грандиозным туннелем, однако в силу непрочности известняковых пород от этой идеи отказались. Тем не менее, рабочие уже успели начать работу над ходом, который был впоследствии превращен в обширную погребальную камеру, куда из гробницы Ю/38 была перенесена и мумия отца царицы Тутмоса I.

Нам не известно, была ли сама царица когда-либо погребена в великолепном кварцитовом саркофаге, который был найден в этой гробнице пустым. Тутмос III вернул мумию деда на ее первоначальное место погребения, и считается, что он мог перенести и мумию мачехи. Фрагменты деревянного позолоченного саркофага, возможно, принадлежавшего Хатшепсут, были обнаружены в 1979 году среди обрывков пелен и остатков погребального инвентаря в незавершенной гробнице последнего фараона XX династии Рамсеса XI (КУ4).

В марте 2006 г. на лекции в музее «Метрополитен» один из ведущих специалистов в современной египтологии доктор Заки Хавасс заявил, что мумия царицы обнаружена на третьем этаже Египетского музея в Каире, где она находилась уже несколько десятилетий. Эта мумия, одна из двух найденных в небольшой гробнице в Долине царей (КУ60) и вывезенная в Каир в 1906 г., считалась до последнего времени мумией женщины по имени Сат-Ра, кормилицы царицы. Косвенными доказательствами принадлежности мумии женщине-фараону являются обнаруженные в гробнице Сат-Ра трон, настольная игра сенет и ушебти с именем Хатшепсут.

Другой претенденткой на право считаться мумией Хатшепсут стала мумия неизвестной царицы Нового царства, найденная в 1990 г. в гробнице Ю/21.

По распоряжению Захи Хавасса вблизи музея в 2007 г. разместили генетическую лабораторию, в которой ученым из разных стран мира предстояло проверить предположения о том, какая из мумий действительно принадлежит царице Хатшепсут. В результате проведенного каирскими учеными анализа ДНК мумий 26 июня 2007 г. мумия из гробницы Сат-Ра была официально идентифицирована как тело Хатшепсут. Выбирая из изобилия сохранившихся мумий представителей XVIII династии (например, однозначно идентифицирована мумия племянника и пасынка царицы Тутмоса III), ученые остановились на бабушке Хатшепсут Яхмос Нефертари, чей генетический материал и был сравнен с ДНК из мумии ее внучки.

Выводы анализа ДНК подтвердило томографическое сканирование, доказавшее, что зуб, ранее найденный в маленькой деревянной шкатулке с изображением картуша Хатшепсут, как раз и является недостающим зубом из челюсти мумии КУ60. Это открытие было объявлено «важнейшим в Долине царей после находки гробницы Тутанхамон».

«Казни египетские»

В 1419 г. до н. э. на египетский престол вступил фараон Аменхотеп IV. Это был совсем еще молодой человек, чья внешность говорила о его интеллектуальности и чувственности и нисколько не обнаруживала мужественного борца и реформатора. Тем не менее, именно он и в невиданно короткий срок сломал многовековую религиозную традицию, связанную с культом верховного бога Амона, создал новый государственный культ Атона – солнечного диска, покинул прежнюю столицу, Фивы, и построил новую – грандиозный город Ахетатон. Он отказался и от своего прежнего имени Аменхотеп – «Амон доволен», и назвал себя Эхнатоном – «Полезный Атону». На эти удивительные реформы ему потребовалось всего шесть лет. На двенадцатом году правления фараон запретил употребление слов «бог» и «боги» (они в сознании людей были связаны с прежними культами) на том основании, что над миром властно одно лишь Солнце, видимое нами как диск, а Египтом и сопредельными странами правит его именем владыка Эхнатон.

«Полезный Атону» фараон умер на семнадцатом году своего правления. Короткой оказалась и жизнь новой религии: вскоре бог Амон был восстановлен в своих правах. Жители оставили великолепную столицу, построенную Эхнатоном. А спустя четверть века Эхнатон был объявлен еретиком и имена его и его ближайших наследников повсеместно уничтожены.

Чем был вызван религиозный переворот? Как смог осуществить его молодой фараон? И совершенно непонятно, как удалось Эхнатону преодолеть религиозный консерватизм масс, это извечное свойство общественного сознания, сохранившееся в полной мере и в нашем, XXI веке? За двенадцать лет произошел коренной, полный отказ от старого, складывавшегося в течение тысячи лет, в пользу нового культа – случай, как в предыдущей, так и в последующей истории беспрецедентный. Большинство предложенных объяснений исходят из личных качеств правителя, не захотевшего делить власть с жрецами. Существует и другая точка зрения: превращение Египта в мировую державу требовало «денационализации» египетской религии… Названные обстоятельства существенны, однако никак не объясняют ряда весьма характерных особенностей переворота, совершенного Эхнатоном. К тому же указанные выше причины не исчезли после смерти Эхнатона, но все-таки прежняя религия была восстановлена в правах. Что же это за сила, в кратчайший срок революционно переломившая вековые устои? Можно предположить, что такая «революция» могла быть успешной при том лишь условии, что она шла не столько «сверху», сколько «снизу», выражая настрой населения. Это сами массы отшатнулись от старых богов. Очевидно, они пережили какую-то глобальную трагедию, с которой старые боги «не справились»…

О гигантском взрыве вулкана на острове Санторин в Эгейском море, происшедшем около 1450–1400 гг. до н. э. много написано. Этот катаклизм интересует в первую очередь исследователей, занимающихся проблемой Атлантиды и гибелью древней цивилизации на острове Крит. Но мало кто обращает внимания на совпадение времени этого взрыва с периодом, когда был совершен переворот Эхнатона.

В результате взрыва вулканические выбросы на долгое время закрыли непроницаемым ядовитым облаком небо на огромном пространстве восточной части Средиземноморья, включая Египет. Сейчас часто пишут, что это была та самая «тьма египетская», о которой повествует Библия в связи с исходом евреев из Египта. Естественно, что такие экстраординарные события, как вызванные извержением Санторина многодневная «египетская тьма», цунами, массовые отравления вулканическими газами и т. п., могли резко изменить религиозный настрой масс. Однако при попытке обосновать эту идею с помощью письменных египетских источников мы сталкиваемся с парадоксальным фактом: никаких явных упоминаний о санторинской катастрофе в египетских письменных памятниках вообще не обнаружено. Египтяне сознательно умалчивали в дошедших до нас записях о происшедшей трагедии. Может быть, это своего рода «табу» на воспоминания о «божьем гневе»? А может быть, это табу связано именно с деятельностью Эхнатона?

…Когда умер Аменхотеп III, его вдова занялась подготовкой похорон в старых традициях. Первый год правления Аменхотепа IV ознаменовался какими-то неприятными событиями. (О них молодой фараон глухо вспоминал позже, на шестом году своего царствования.) В начале второго года правления он включает в свою титулатуру слова: «Единственный для Ра», то есть «имеющий исключительное значение для Солнца», а двор фараона в Фивах получает необыкновенное название – «Замок ликования на небосклоне». И это очень странно. Дело в том, что в «замках ликования» проводился обычно праздник «хебсед», который, по египетской традиции, отмечается в год 30-летия правления фараона, когда, как считалось, возникает опасность физической слабости фараона и надо позаботиться о его «возрождении». (Этот обычай идет от времен первобытных общин, когда вождя умерщвляли по достижении им определенного возраста; позднее, с развитием цивилизации, вместо вождя убивали раба, а потом этот ритуал стал символическим.) Естественно предположить, что название «Замок ликования на небосклоне» было вызвано успешным преодолением каких-то «неполадок», происшедших с Солнцем. Но на четвертом году правления фараону опять пришлось «услышать что-то очень дурное».

И Аменхотеп IV усиливает пропаганду культа «солнечного диска» – Атона. Объявляется, что он – отец царствующего фараона, и его имя, вместе с именем фараона, пишется в картушах («кольцах»). Перед словом «Атон» ставится знак жизни «анх», означающий «да живет». Появляется и официальное изображение Атона: круг (диск) со змеей («уреем») внизу и множеством лучей, оканчивающихся кистями рук. Никакого человекоподобия, присущего изображениям старых богов! Возникает новое богослужение: не в храмах, как прежде, перед статуями богов, а под открытым небом, обращаясь непосредственно к Солнцу. А в конце пятого года правления Аменхотеп IV празднует свой «хеб-сед» задолго до установленного традицией срока.

В начале шестого года правления произошло нечто худшее по сравнению с «услышанным» царем ранее. С этого момента события развиваются бурно, происходят радикальные преобразования. Весной этого знаменательного года совершается грандиозное жертвоприношение Солнцу. Фараон принимает новое имя – Эхнатон; основывает новую столицу – Ахетатон («Небосклон Атона»). Стоя на золотой колеснице перед распростертыми ниц придворными, фараон объявляет: «Сотворю я Ахетатон Атону, моему отцу, (в) этом месте. Не сотворю я ему Ахетатон на юг от него, на север от него, на запад от него, на восток от него… Не скажу я: “Брошу я Ахетатон, пойду я, сотворю я Ахетатон в этом другом месте добром… но (сотворю я) Ахетатон Атону, что возжелал он для себя сам, коим удовлетворился он, на вековечность и вечность”». Возможно, Эхнатон покинул Фивы из-за противодействия новому культу фиванских жрецов. Но почему столь жестко зафиксировано место строительства новой столицы – Ахетатона? Как бы то ни было, столица бурно росла, а вместе с нею росли масштабы поклонения Солнцу. С девятого года правления начинается энергичное уничтожение из надписей имени Амона.

Двенадцатый год правления Эхнатона ознаменовался объявлением настоящей войны всем старым богам. Само слово «бог» отвергается. Как царь, так и само Солнце называются только «владыками». Люди разного общественного положения, получившие при рождении имена старых божеств, заменяли их именем Солнца. Впрочем, чаще это было имя древнего бога Солнца Ра, нежели имя царского Солнца – Атон.

На семнадцатом году правления Эхнатон умирает. Имя этого фараона было настолько почитаемо, что его преемник, известный под именем Сменхкара, вопреки традиции присоединил к своему титулу эпитет, выставляющий его любимцем почившего владыки. Преемник Эхнатона был почти ребенком, ибо умер в возрасте около двадцати лет, процарствовав не более пяти лет. Но не позже третьего года его царствования возвращается почитание прежнего бога – Амона. Вскоре из имени нового фараона исчезают слова «Атон» и «Эхнатон». В Фивах слово «бог» опять входит в употребление, хотя лучезарное многорукое Солнце еще по-прежнему озаряет в Ахетатоне изображения новой царской четы, и жена фараона сохраняет в своем имени слово «Атон». Складывается своеобразное «двоеверие». После смерти Сменхкара на престоле опять ребенок, пяти-семилетний Тутанхатон. Примерно четыре года спустя его имя приобретает всем хорошо известное звучание – Тутанхамон. Вскоре двор фараона покидает «солнечную столицу» Ахетатон, хотя обосновывается не в прежней столице – Фивах, а в Мемфисе. Тутанхамон умер молодым. После него на престоле оказывается старый царедворец Эйе, правивший четыре или пять лет. При нем двоеверие сохранялось. Но смерть Эйе стала в то же время и концом XVIII династии.

Преемник Эйе Хоремхеб, энергичный и умный деятель, бывший военачальник при Тутанхамоне, не был связан родственными узами с ушедшей XVIII династией. На престол его возвело жречество Амона, столь сильно пострадавшее от реформ Эхнатона. При Хоремхебе начинается повсеместное восстановление и расширение старых храмов. Фараоны Эхнатон, Сменхкара, Тутанхамон и Эйе, чьи имена связаны с культом Атона, объявляются еретиками и предаются проклятию. И вычеркиваются из списков «законных» фараонов. В официальных египетских хрониках после Аменхотепа III значится Хоремхеб. Правда, часть египтян втайне продолжают сохранять верность Атону. Вероятно, что-то заставляло их помнить о «видимом солнечном диске»…

Так закончился уникальный период в истории Египта. Он продолжался примерно 40–50 лет, из которых более половины приходится на время после Эхнатона. Такая живучесть солнцепоклонничества говорит о том, что оно не было просто капризом Эхнатона, как часто пишут, а отражало какие-то существенные объективные факторы. Но все-таки новая религия была разгромлена. Этому способствовал целый ряд причин, часть которых лежит на поверхности: отсутствие достойных преемников, могущество озлобленных жрецов Амона и других богов, слишком быстрый темп перестройки в такой консервативной области, как религия, известная абстрактность учения позднего Эхнатона. Огромное значение имели, конечно, и внешние политические неудачи Эхнатона, приведшие к отпадению от Египта богатых областей в Сирии-Палес-тине и на юге. Но, по-видимому, была еще одна причина. Исчезновение тех факторов, которые непосредственно стимулировали реформы Эхнатона и которые можно связывать с извержением Санторина.

Архипелаг Санторин в Эгейском море находится в 120 км к северу от острова Крит и примерно в 700 км от дельты Нила. В нем сейчас пять островов, возникших после гигантского вулканического взрыва единого острова и серии последующих извержений. Берега главного острова Тиры резко обрываются в море, образуя стену высотой до 200 м. Глубина залива – 380 м – не позволяет судам бросать здесь якорь. Бывший здесь когда-то вулканический конус обрушился, и в результате образовался огромный провал. А перед этим в течение длительного времени вулкан извергал лаву, пепел и пемзу. По оценкам исследователей, всего за время извержений и в результате взрыва было выброшено около 80 км3 лавы, пепла и пемзы. Оставшаяся поверхность острова покрыта почти тридцатиметровым слоем вулканических пород. Раскопки на Тире обнаружили свидетельства критской культуры, но не были найдены ни скелеты людей, ни дорогие вещи из золота и серебра. Видимо, люди покинули остров, предупрежденные о грядущей катастрофе какими-то событиями…

Что говорили о ней древние? В египетских источниках явных указаний на эту катастрофу нет. Однако другие народы сохранили свидетельства, которые можно связать с событиями на Санторине. У греков есть три таких предания. Прежде всего, об Атлантиде поведал Платоне в своих диалогах «Тимей» и «Критий», хотя это вопрос спорный. Второе предание – поэма Гесиода «Теогония», рассказывающая о грандиозной борьбе богов и титанов. Впечатляющие картины поэмы рядом ученых интерпретируются как фазы мощного вулканического извержения. Наконец, третье предание – это рассказ о «Девкалионовом потопе», происшедшем в догомеровскую эпоху. Во время потопа была затоплена Аттика, а тучи, говорится в предании, надолго закрыли небо, превратив день в ночь.

Информацию об этих событиях можно обнаружить в Библии. В рассказе об исходе евреев из Египта под предводительством Моисея упоминаются «казни египетские». Бог посредством Моисея наслал их на Египет, чтобы заставить фараона отпустить его народ из страны. Среди этих «казней» – превращение Нила в кровь; появление несметного количества жаб, комаров, лягушек и мух; поражение людей страшными болезнями кожи; наконец – непроглядная «египетская тьма», в которую страна была погружена три дня. Эти «казни» легко объяснить, если предположить, что на Египет обрушились мощные ядовитые вулканические тучи, содержащие железистые и сернистые соединения. А в продуктах извержения Санторина, особенно первого, эти соединения содержатся в больших количествах. Катастрофа могла заставить Аменхотепа III (отца Эхнатона) прекратить военные походы, в результате чего и наступил в его царствовании период дружеских отношений с соседними странами. А все интересы Аменхотепа IV в будущем сосредоточились на религиозной реформе. Почему это произошло?

Вероятно, никаких намерений что-либо менять в том сказочно-великолепном мире, который оставил ему отец, у молодого фараона при вступлении на престол не было. Но на исходе первого года его правления Египет начинает ощущать последствия первого крупного извержения на острове Санторин. До Египта дошли мощные цунами, мрачные ядовитые тучи, надолго закрывшие небо. Начались затяжные дожди, град, грозы с мощными раскатами грома и молниями. Но главное, эта страна, всегда обласканная благосклонным к ней солнцем, вдруг лишилась его тепла и света. Народ воспринял это как страшное бедствие, трагедию. Жрецы Амона и других богов пытались справиться с бедствием, но напрасны были их моления и жертвы. Страну охватил панический страх. А для Аменхотепа IV ситуация была драматичной вдвойне. Ведь в Египте фараон не только царь, он еще и бог. И потому все хорошее и все плохое в стране мистическим образом связывается с фараоном. Он был лично ответствен за обрушившиеся несчастья. Аменхотеп IV понимает: отвести беду от страны – значит отвести ее и от себя. Может быть, Солнце разгневалось на Египет из-за недостаточного внимания к нему? Может быть, египтяне молятся не тем богам и статуи их в темных храмах не могут помочь людям? Надо молиться «видимому Солнцу», а не старым богам – с этой радикальной идеей Аменхотеп IV и выступает перед народом. Именно в это время он вводит в свою титулатуру слова «Единственный для Ра».

Действия фараона как будто достигают цели. Спустя некоторое время извержение прекращается. Солнце вновь появилось над Египтом. Народ ликует. Тут и возникает идея о «ликовании на небосклоне», связываемая с «выздоровлением» Солнца. Но не проходит и двух лет, как все повторяется. Но теперь фараон знает, что надо делать: молиться и приносить дары новому богу – «солнечному диску» Атону или его древнему предшественнику – Ра. Старые боги отодвигаются на второй план. И снова через некоторое время извержение прекращается. Опять – солнце, опять – нормальная жизнь. На этом этапе «двоеверие», хотя уже и ослабленное, сохраняется. И Атон этого «не прощает». На шестом году правления Аменхотепа IV начинается третье извержение, завершающееся гигантским взрывом Санторина. Сопровождаемые гулом дальнего извержения огромные удушливые тучи, рассекаемые грохочущими молниями, закрывают непроницаемым пологом долину, принося с собой гибель десяткам тысяч людей. Кошмар продолжается день, другой, третий. Трудно представить себе весь драматизм этих беспросветных суток. Естественно, что в мятущихся толпах все больше должна была зреть жажда увидеть диск Солнца, олицетворяемый единственным богом – богом Солнца – Атоном. Обеты, жертвы, моления, клятвы. И вот наконец сквозь тучи прорезается багровый солнечный диск, что вызывает неописуемый восторг и покаянное стремление покончить с двоеверием. Аменхотеп IV становится Эхнатоном, начинается строительство новой столицы, посвященной Атону, где Эхнатон клятвенно обещает построить «Замок ликования на небосклоне». Выбор места для новой столицы – Ахетатона – вполне можно объяснить тем, что именно здесь фараон увидел выглянувшее из-за туч Солнце или до этого места докатились волны разбушевавшегося моря.

Трагедии завершились. Жизнь входит в нормальную колею. Последняя вспышка усиления культа Атона, как уже говорилось, на двенадцатом году правления Эхнатона, могла иметь самые разные причины: это и слабые остаточные извержения, следы которых не дошли до наших дней; это желание Эхнатона логически оформить свое учение о «Солнечном диске». А может быть, было что-то совсем иное… Как бы то ни было, Эхнатон, «спасший Египет от гибели», окружен почитанием. На него все надежды: а вдруг все начнется сначала! Он – гарантия солнечного света, без которого все живое гибнет…

И действительно, последующие за взрывом Санторина одиннадцать лет, до окончания его царствования, протекают без потрясений.

Наступает время наследников – опять спокойно. Затаившиеся служители Амона поднимают головы. Ведь прошло много лет, выросло новое поколение, для которого все случившееся – почти сказка. А вот непрерывные потери земель на востоке и юге страны из-за активности соседних стран – реальность. С этим надо бороться. А кто был богом-воителем, защитником Египта? Амон! А как с ним обошелся Эхнатон? Может быть, вообще все напасти навлек на Египет этот еретик? Скорее предать его проклятию, вырвать с корнем все, созданное им… И только немногие знали, как было на самом деле. Но об этом теперь лучше молчать.

Юноша-фараон

Человечество любит тайны. Особенно, если эти тайны освящены большим количеством жертв. Известия о жертвах разносятся по всему миру и обрастают массой подробностей.

Так было и в 1922 г., когда мир ахнул: «Найдена неразграбленная гробница египетского фараона!» Она была заполнена драгоценностями. После нескольких месяцев работ в гробнице, в середине февраля 1923 г., когда была очищена только первая камера, к берегу Нила были отправлены 34 ящика с 700 драгоценными находками. Тем же путем, но в обратном направлении эти предметы попали в Долину три тысячи лет назад, в сопровождении торжественной похоронной процессии.

Находки в гробнице поражали воображение! Мебель, посуда, одежда, обувь, украшения, оружие, даже запасы еды! Саркофаг, маски-портреты царя, похороненного в гробнице, мумия, наконец! Но еще больше волновало обывателей то, что последовало за открытием. Смерти! Потревоженный фараон расправляется с посягнувшими на его покой! В течение нескольких лет скончались семнадцать из девятнадцати присутствовавших при вскрытии гробницы! Теперь над всеми нависло «проклятье фараонов»! Правда, пока оставался в живых самый главный творец открытия – английский археолог Говард Картер. Но это никого не смущало. «Страх охватил Англию…» – писала одна из газет.

Поводом для легенды о «проклятии фараона» послужила, вероятно, преждевременная смерть лорда Корнарвона, финансировавшего раскопки. Он умер от укуса москита после трех недель тяжелой борьбы с болезнью. О том, что лорд много лет болел астмой, конечно, не писали. Сразу же после его смерти прозвучали слова о «покарании богохульника».

Вскоре появилось новое известие о «жертве Тутанхамона» – статья под заголовком «Месть фараона», а потом заговорили о «второй», «третьей», «седьмой», «девятнадцатой жертве». Об этой девятнадцатой жертве говорилось, в частности, в телеграфной депеше из Лондона, датированной 21 февраля 1930 г. и опубликованной в одной из немецких газет: «Сегодня семидесятивосьмилетний лорд Вестбурн выбросился из окна своей квартиры в Лондоне и разбился насмерть. Сын лорда Вестбурна, который в свое время как секретарь известного археолога Картера принимал участие в раскопках гробницы Тутанхамона, в ноябре прошлого года был найден утром мертвым в своей постели, хотя вечером был совершенно здоров и не жаловался на недомогание. Причина его смерти так и не была точно установлена».

Вскоре умер Арчибальд Дуглас Рейд, который собирался сделать рентгеновский снимок мумии. Двадцать первая «жертва фараона» – египтолог Артур Вейгалл – умер от «неизвестного вида лихорадки». Потом сообщалось о смерти А. К. Мейса – он вместе с Картером раскрывал погребальную камеру. В сообщении, правда, не упоминался тот факт, что Мейс был уже давно и серьезно болен; преодолевая болезнь, он все-таки помогал Картеру, но вынужден был прекратить работу именно из-за болезни.

Наконец, «покончив с собой в состоянии сердечной депрессии», умирает сводный брат лорда Корнарвона Обри Герберт. А в 1929 г. от укуса какого-то насекомого умирает леди Корнарвон. К 1930 г. из тех, кто принимал непосредственное участие в раскопках, в живых остается только Говард Картер. Вскоре газеты сообщили о смерти в Америке самого Картера. Правда, слухи о своей кончине он опроверг лично.

«Виды смерти пронзят того, кто нарушит покой фараона», – газеты писали, что так звучит один из многих вариантов надписи, которую якобы нашли в гробнице Тутанхамона и назвали «проклятием фараона».

Пришлось вмешаться нескольким известным археологам, которых возмутили все эти газетные небылицы. Первым выступил сам Картер. Как исследователь, он, конечно, относился к своей работе с трепетом и чувством ответственности, но без мистического опасения или страха, которых жаждет падкая на сенсацию толпа. Он говорил о «смехотворных выдумках» и «разновидности обычных церковных историй», а затем переходил к существу самого вопроса. Во всех сообщениях утверждалось, что каждый, кто переступил порог гробницы, подвергает свою жизнь опасности. Абсурдность такого утверждения легко пояснить научно – стерильность гробницы доказана путем специального исследования. Горько звучали его заключительные слова: «В этой глупой болтовне поражает полное отсутствие элементарного понимания вещей. Мы, вероятно, совсем не так далеко продвинулись дорогой морального прогресса, как полагает большинство людей».

В 1933 г. выступил немецкий профессор Георг Штейндорф. Он обратил внимание на те сообщения, происхождение которых еще нужно было уточнить. Он утверждал, что оба Вестбурна никоим образом не были связаны ни с гробницей, ни с мумией. И после целого ряда доказательств он привел решающий аргумент: «проклятия фараона» вообще не существует, оно никогда не было произнесено, оно не содержится ни в одной надписи. Штейндорф подтвердил то, что мимоходом заметил Картер: «В египетском погребальном ритуале вообще не существует подобных проклятий, он требует только проявлять к покойнику благоговение и уважение». Стремление же представить некоторые охранительные формулы заклинаний, которые встречаются на вещах в погребальных камерах, в качестве каких-то «проклятий» нельзя расценивать иначе, как грубую фальсификацию, как прямое искажение их смысла. Эти формулы только «должны были отпугивать врагов Осириса (покойника), в каком бы облике эти враги не появились».

Однако слова выдающихся ученых не убедили падкую на сенсации публику, поэтому даже спустя почти сто лет после открытия Картера нет-нет, да и всплывет ужас «проклятия фараонов».

А на самом деле гораздо большего внимания заслуживала личность похороненного в гробнице фараона. Он не был великим завоевателем или реформатором, как его предшественники. Картер писал о нем: «Мы можем с уверенностью сказать только одно: единственным и самым примечательным событием его жизни было то, что он умер и был похоронен». Тем не менее, вряд ли найдется человек, который не слышал бы его имени.

Звали царя Тутанхамоном. Он правил с 1333-го по 1323 г. до н. э. Об отце Тутанхамона до сих пор идут споры среди египтологов. Одна из теорий говорит о том, что Тутанхамон был сыном Эхнатона, согласно другой – Тутанхамон был сыном Аменхотепа III и, соответственно, братом Эхнатона. Однако второе маловероятно, так как известно, что Тутанхамон вступал на престол в очень юном возрасте (8–9 лет), а Аменхотеп III умер за 16–18 лет до этого. Кроме того, противники этой теории приводят тот факт, что супруге Аменхотепа III, царице Тии, к моменту рождения Тутанхамона должно было быть более пятидесяти лет. Поэтому снижается вероятность того, что родила его она. Сторонники же этой теории говорят о том, что вовсе не обязательно, чтобы матерью Тутанхамона была Тии, ведь у Аменхотепа III, помимо нее, были и другие жены и наложницы.

Вторая гипотеза строится на том, что Тутанхамон был сыном Эхнатона и одной из его второстепенных жен – Кии, которая носила титул «Великая возлюбленная супруга». А такой титул давался царицам, как правило, только в том случае, если они родили фараону наследника.

Есть еще одна теория: Тутанхамон мог быть сыном недолго правившего после Эхнатона царя Сменхкара. В поддержку этой гипотезы говорит тот факт, что Эхнатон на позднем этапе своего правления назначил своим соправителем некую Нефер-неферуатон – вряд ли он назначил бы ее, если бы у него был сын и наследник. Тутанхамон, таким образом, мог быть сыном Сменхкара и Меритатон, одной из шестерых дочерей Эхнатона и Нефертити. Сменхкара появляется на исторической сцене на 14-м году правления Эхнатона. Вероятно, что в это время ему дают в жены Меритатон. Как бы там ни было, но имя Тутанхамон до воцарения всегда сопровождалось эпитетом «царский сын», что косвенно может свидетельствовать о его кровном родстве с царской династией.

Супругой Тутанхамона была Анхесенпамон (первоначально Анхесенпатон). Анхесенпамон была дочерью Эхнатона и Нефертити. Исходя из того, какую из теорий о происхождении Тутанхамона считать верной, она была либо его тетей, либо сестрой, либо племянницей, в любом случае столь близкое родство супругов не сулило их детям ничего хорошего. Египтологи полагают, что Анхесенпамон стала супругой Тутанхамона, когда ему было всего лишь 12 лет.

Судя по всему, у божественных супругов было две дочери, однако обе они умерли в младенчестве: их мумии были найдены в гробнице Тутанхамона. Антропологические исследования говорят о том, что высока вероятность того, что обе дочери супругов были рождены мертворожденными. Есть теория о том, что эти смерти – результат длительного кровосмешения, которое практиковалось царями XVIII династии. Фараоны, как правило, женились на своих близких родственницах, чтобы сохранить чистоту царской крови. Результатом этого стало полное вырождение династии.

О личности «мальчика-фараона» мы можем судить по многочисленным портретам и рельефам на стенах его гробницы и по вещам, находившимся в ней. О событиях же его царствования почти ничего не известно.

О своих деяниях по восстановлению культа Амона Тутанхамон написал на стеле, которая получила название «Реставрационная стела». В тексте говорится, что до него храмы были в забвении и запустении. Из-за ненадлежащего богослужения боги отвернулись от Египта, не помогали ни советом, ни в военном деле. Он же, Тутанхамон, еще до своего воцарения симпатизировал старым богам, а после восшествия на престол учредил и восстановил по всей египетской земле прежние культы. Кроме восстановления прежних религиозных культов, при Тутанхамоне активизировалась также и внешняя политика Египта. В поминальном храме фараона говорится о том, что он вел военные действия против нубийцев и азиатов. Как считают современные египтологи, войны вполне могли иметь место, только командовал ими, скорее всего, не юный царь, а военачальник Хоремхеб.

Несмотря на то что гробница Тутанхамона дошла до нас неразграбленной, а может быть, и благодаря этому, ее изучение ставит перед специалистами все больше и больше вопросов. Гробница чрезвычайно мала для божественной особы и, как показали исследования Картера, строилась поспешно. Вероятно, никто не предполагал внезапной смерти царя. Похоронами Тутанхамона руководил визирь Эйе. Изучив останки венков и гирлянд, которые были возложены на гробы, археологи установили: Тутанхамон умер в середине апреля – конце мая. Именно тогда в Египте цветут васильки и созревают плоды мандрагора и паслена.

Естественно, возникает вопрос, отчего умер Тутанхамон. Среди египтологов на этот счет существует несколько мнений. Среди версий о причинах его смерти – отравление, убийство или последствия плохо залеченной раны, полученной во время охоты.

Очень долго исследователи полагали, что Тутанхамон умер в результате дворцового заговора. И так как на трон взошел Эйе, именно его считали главным виновником смерти царя. Предполагалось, что царь умер в результате нанесения ему удара по затылочной части головы. Но еще Картер обратил внимание на то, что бальзамировщики слишком сильно умастили мумию Тутанхамона ароматическими смолами и благовониями. Видимо, это стало причиной того, что она плохо сохранилась. «Ирония судьбы заключается в том, – с горечью писал Картер, – что мумии, которые побывали в руках грабителей и жрецов, сохранились лучше, чем эта нетронутая». Именно извлечение из замкнутого пространства саркофагов спасло мумию от разъедающего действия ароматических смол. А отсутствие части костей черепа (из-за воздействия смол!) и послужило основанием для утверждения о том, что фараон получил сильный удар по голове.

Детальное изучение мумии стало возможным только в последние годы. Египетские власти уже почти сто лет не разрешают вскрывать мумии для их исследования. Однако современные технологии (компьютерная томография) изменили ситуацию. В 2005 г. было проведено исследование мумии царя, которое не выявило никаких свидетельств насильственной смерти. Родилась новая гипотеза: было высказано предположение, что фараон умер от инфекции, которая могла попасть в организм через рану, обнаруженную на бедре. Исследователи уверены, что сама травма была не опасна для жизни, поэтому сходятся на том, что была занесена какая-то инфекция. Однако некоторые египтологи не согласились с этим предположением, так как существует вероятность того, что то, что считается раной, всего лишь повреждение мумии, которое произошло уже после смерти царя. По крайней мере, теперь точно известно, что причиной смерти Тутанхамона было не убийство.

Дальнейшие исследования позволили еще больше приоткрыть завесу тайны над жизнью самого знаменитого фараона. Тутанхамон всю жизнь ходил с палкой и страдал целым рядом наследственных заболеваний. Таковы результаты генетической экспертизы, опубликованные в Каире. Ученым удалось расшифровать ДНК фараона.

Жизнь юноши-фараона, судя по всему, была не очень завидной. Неограниченная власть, богатство, десятки титулов, статус «бога на земле» – все это неважно, когда почти беспрерывно болеешь, хромаешь, ходишь с палкой, как старик, да еще имеешь «волчью пасть». Здоровье фараона было весьма слабым – он страдал болезнью Келера. «У него был некроз, отмирание тканей, он был косолапым, пальцы на ногах были вздутыми, он не мог нормально ходить – все из-за сильной боли: в его гробнице нашли 130 палок, которые он использовал при ходьбе», – рассказал о жизни фараона главный археолог Египта Захи Хавасс. Умер Тутанхамон, как выяснилось, от малярии. Прошло 33 века, а следы болезни (бактерий) остались. Родители фараона, как считают ученые, были близкими родственниками (как мы помним, это было обычной практикой в царских семьях Египта), – чуть ли не братом и сестрой. Отсюда и все недуги юного правителя.

Разгадка иероглифов

Величайшим открытием в археологии нашего времени мы обязаны Наполеону Бонапарту.

Знаменитый полководец и неудачливый завоеватель Вселенной был человеком умным, уважавшим науку и ученых и понимавшим, что слава куется не только на полях сражений, но и в тихих кабинетах. Он приглашал в свои походы и экспедиции ученых и художников. Великий завоеватель хотел, чтобы память о нем осталась не только в описании битв, но и в открытиях древних миров. Поэтому когда Наполеон решил пойти по пути Александра Македонского и завоевать Восток, то на кораблях французской эскадры отправились в Египет не только тридцать восемь тысяч солдат, но и двести художников и ученых.

2 июля 1798 г., обманув адмирала Нельсона, который с английским флотом подстерегал Наполеона в Средиземном море, французы высадились в дельте Нила. Пройдя под жарким солнцем пустыни до Каира, они увидели пирамиды Египта, которые странным миражом поднимались за мечетями и бесконечными улицами Каира. Путь к ним преграждали десять тысяч мамелюков конной гвардии повелителя Египта Мурада.

И молодой генерал Наполеон произнес историческую фразу:

– Солдаты, сорок веков смотрят на вас с высоты этих пирамид!

Сражение с мамелюками было отчаянным, но французов было больше, и у них были пушки. Что значит сабля против пушки? Но Нельсон все же выследил французский флот, стоявший в бухте Абукир, и напал на него так решительно, что потопил почти все корабли. И с этого момента египетский поход Наполеона был обречен.

Экспедиция не удалась, Африки Наполеон не завоевал. Он тайком покинул свои войска и бежал во Францию, где решалось, кто будет править страной. А ученые тем временем сделали свое дело – Северная Африка перестала быть таинственной страной. Ее исследовали географы, ботаники, физики, геологи… Но одна тайна осталась – тайна пирамид, тайна египетских древностей.

И хоть художники не только зарисовали пирамиды и храмы, но еще и скопировали барельефы и иероглифы в храмах и гробницах, понять, кто и когда написал и нарисовал эти письмена, что означают эти тщательно изображенные, выбитые на камне фигурки львов и орлов, петли и лопаты, они не смогли.

Правда, среди трофеев французской экспедиции, впоследствии отобранных у них англичанами, была большая плоская плита черного базальта, на которой египетскими иероглифами был изображен текст, под ним тот же текст – неизвестным письмом, а внизу – перевод на греческий.

Плиту назвали Розеттским камнем, по месту ее находки недалеко от деревушки Розетта. Греческую надпись ученые прочли сразу, и, казалось бы, сделай они один шаг, посмотри, как соответствуют иероглифы греческим словам… Но обнаружилось, что не соответствуют. Иероглифы занимали четырнадцать строк, а греческая надпись – пятьдесят четыре строки. Как их сопоставить?

И тут вспомнили об ученом римского времени, который полторы тысячи лет тому назад изучал египетские иероглифы, беседовал со жрецами и объявил, что каждый рисунок, каждый иероглиф обозначает символ, понятие. Например, если ты видишь нарисованного льва, то и читай – «лев» (это называется идеограмма, то есть рисунок идеи, образ). А истолковать этот символ можно как слово «смелый».

Никаких сомнений в правоте древнего ученого, которого звали Гораполлоном, ни у кого не возникало. Ведь даже при беглом взгляде на Розеттский камень становилось ясно: то, что египтяне изображали одним иероглифом, греки записывали словом или даже несколькими словами. И прочитать египетские тексты не удавалось.

В 1790 г. в маленьком французском городке Фижаре в семье книготорговца Шампольона родился мальчик, которого назвали Жаном. У мальчика была темная, почти коричневая, кожа, как ни у кого в семье. Соученики его прозвали египтянином. В местной школе Жан учился так плохо, что старший брат, который работал в столице провинции – Гренобле, взял его к себе и отдал в лицей. И тут к двенадцати годам таланты мальчика проявились столь ярко, что с ним встретился великий математик Фурье. Жан показал математику свою любимую книгу о Египте и спросил, можно ли разгадать древние письмена. Фурье ответил, что это невозможно. И тогда мальчик сказал: «Я прочту это, когда вырасту!»

В семнадцать лет Жан Шампольон закончил большую книгу «Египет при фараонах», в которой он свел воедино все, что было к тому времени известно о Египте. 1 сентября 1807 г. семнадцатилетнего юношу избрали академиком Гренобльской академии наук. Такого молодого академика во Франции еще не было.

Шампольон отличался хрупким здоровьем. Он спешил жить, как будто чувствовал, что судьба отмерила ему короткий век. В семнадцать лет он отправился в Париж – только там можно было найти настоящих ученых и нужные ему рукописи.

В Париже Жану пришлось нелегко – даже на еду не хватало. Брат присылал ему, сколько мог, но он и сам был беден. Промозглая парижская зима, которую Жан провел в холоде, потому что не было денег на уголь, привела к тому, что он заболел туберкулезом. Но он продолжал работать и учиться по двадцать часов в день. Через несколько месяцев такой жизни Жан признал поражение: в Париже ему не выжить. Он вернулся в Гренобль, где стал профессором в тамошнем университете. Профессору было девятнадцать лет.

Тем временем рухнула империя Наполеона, и императора сослали на Эльбу. А Шампольон в те дни закончил коптский словарь – первый в мире научный словарь этого языка, сохранившегося в некоторых районах Египта.

Вскоре Наполеон бежал из ссылки и высадился во Франции. 7 марта 1815 г. он вошел в Гренобль и на несколько дней остановился там, чтобы передохнуть и собраться с силами. Императору нужен был личный секретарь, молодой образованный человек, и отцы города решили, что для этой роли лучше всего подходит молодой профессор. Мэр города отрекомендовал его императору как «академика Шамполеона».

Жан не посмел поправить мэра, перевравшего его фамилию. Он был поражен поворотом судьбы. А Наполеон увидел знамение в том, что его будущего секретаря зовут почти так же, как его самого. Когда же император узнал, что молодой человек грезит Египтом, он словно вернулся в дни своей молодости, в пору надежд и первых разочарований. Два дня они провели в беседах. Наполеон обещал после победы в войне отправить Шампольона в экспедицию к пирамидам. Стать секретарем Наполеона Шампольон все же отказался. И экспедиции в Египет тоже не получилось – «Сто дней» императора окончились полным разгромом.

Шампольону краткая дружба с императором обошлась дорого. После реставрации Бурбонов он был лишен места и выслан из Гренобля, как революционер и бонапартист. Впрочем, к этому были основания. Даже после битвы при

Ватерлоо Гренобль остался верен императору, роялисты брали его штурмом, и Шампольон находился на стенах города с оружием в руках.

Ссылка и лишение кафедры дали Жану возможность провести несколько месяцев наедине с египетскими текстами. И позволили ученому сделать решительный шаг к разгадке тайны египетской письменности. Дальше все было «просто». Шампольон все же двадцать лет изучал языки Востока и решал задачи шифровальщика. Он предположил: а вдруг иероглифы означали не понятия, а были просто буквами? Ученый обратил внимание на то, что некоторые слова в египетском тексте Розеттского камня обведены овалами. Тщательно высчитав, какие слова могли им соответствовать, он сказал себе: «А что, если это имена фараонов?»

И вскоре Шампольон не только прочел все имена царей Египта в той надписи, но и получил основу алфавита. Дальше дело оказалось не таким простым. В овалах имена были показаны буквами, но в других местах надписей эти знаки могли означать слоги, а то и целые слова. И снова потянулись месяцы и годы труда, прежде чем Шампольон смог уверенно сказать: «Я могу читать любой текст, написанный иероглифами».

Вот такая замечательная сказка о расшифровке египетских иероглифов. На самом деле все было в каком-то смысле проще, в каком-то – гораздо интереснее.

Шампольон был чрезвычайно одаренным человеком. Три грани его гения особенно примечательны. Во-первых, он был в высшей степени одаренным лингвистом. Его способности к восточным языкам были феноменальными. Еще не достигнув пятнадцати лет, он уже знал арабский, древнееврейский, персидский, эфиопский, древнесирийский и арамейский языки. А чтобы попусту не терять воскресные дни, он попросил брата прислать ему китайскую грамматику, ведь он уже решил, что займется расшифровкой иероглифических надписей, и считал, что знание китайского может оказаться полезным. А когда ему исполнилось пятнадцать, Шампольон начал изучать коптский язык.

Кроме того, он очень серьезно занимался историей. Сейчас найдены конспекты лекций, которые от читал в Гренобльском университете, и, судя по ним, его взгляд на историю, что в те времена еще только начинала вооружаться методами научного мышления, был достаточно критическим.

И, наконец, он был настоящим художником, человеком, наделенным высокоразвитым эстетическим чувством, чрезвычайно пригодившимся ему в расшифровке иероглифов. Египетское искусство очаровывало и вдохновляло Шампольона. Он ощущал некую глубинную связь между искусством и письменностью Древнего Египта, видел в письме одну из форм искусства. Свою художественную интуицию он использовал как инструмент исследования, проникновения в тайны иероглифики. К тому же он неустанно совершенствовал свои лингвистические, исторические и эстетические познания.

А еще Шампольон был необыкновенно великодушным и добрым человеком. Возможно, это объяснялось тем, что он не был счастлив в личной жизни и весь жар своего сердца перенес на Египет, стремясь во что бы то ни стало разгадать секреты древней цивилизации и слиться с ней воедино.