Магический розыск

— Мило, очень мило, — произнесла Энион. — Кора дель Сиора?

— Я здесь, — отозвалась брюнетка с серебряной кожей в пышном темно-синем платье. Она сняла черную кружевную перчатку. В центре ее кольца маленькое черное зеркальце и четыре золотых треугольника.

— М-м-м…хорошо, — кивнула Энион. — Цеш С'севиш?

— Я, — откликнулся ящер-полукровка.

Он снял перчатку с шипами на костяшках. На его кольце: по кругу белый череп, серый камушек, зеленый лист винограда и красный полумесяц.

— Прекрасно, — восхитилась куратор. — Диана Колесникова?

— Это я, — тут же отозвалась я. Сняла печатку подаренную ректором и показала Печать.

Драхи и так бледный побледнел еще больше. Белая девушка прижала кошачьи ушки и зашипела на меня. Полуящер смотрел на меня, так же как и на чистокровного минуту назад. Ктиша шарахнулась от меня в сторону и перед собой выставила магический щит, будто я сейчас на нее нападу. Рука сертианца дернулась к поясу в поисках бластера. Дроуд выставил перед собой да'ор — боевой шест традиционные оружие дроудов. Кольцо Коры сверкнуло ослепительной белой вспышкой, и девушка стала полупрозрачной. Вокруг Мириэль стали летать бесцветные знаки и символы. А у Энион Арви мелко-мелко задрожали руки. И только чистокровный ящер остался спокоен, он даже не оторвался от книги.

— Что? — я развела руками. — Что с вами?

— Ничего, — ответила мне Энион. — Ну-ка все успокоились! Ничего серьезного не произошло. Продолжим. Мей Ли?

— Я, — не отрывая от меня взгляда, произнесла беловолосая.

Ее зрачки медленно сужались, вновь становясь черными щелочками. Губки, накрашенные белой перламутровой помадой, кривятся, но она сняла бежевую перчатку (длинные пальчики оканчивались белыми коготками). Семь горящих белым огнем хризантем украшали ее кольцо.

— Хорошо, — кивнула Энион, бросив на меня подозрительный взгляд. — Такмар Аншег?

— Я, — откликнулся дроуд. Он снял перчатку коричневого цвета как его шерсть на ногах. Узор на его кольце — это горящие, синим огнем четыре трехконечных звезды.

— Хорошо, — заключила Энион. — Триктар Шелсеон? Все посмотрели на ящера. А ящер все еще пребывал в книге и не реагировал на внешний мир.

— Триктар Шелсеон? — Энион повторила попытку, подойдя вплотную к ящеру.

— Что? — наконец-то оторвался от книги ящер. — Да, да это я Триктар Шелсеон!

Энион стояла слишком близко и ноздри ящера затрепетали, вдыхая запах человека.

— Печать, — строго сказала Энион Арви.

Черно-белая перчатка из кожи вирилты. На печати красная пентаграмма и пять золотых полумесяца пронзенных стрелой.

— Вот как, — проговорила куратор. — Вот мы и познакомились. Собираемся утром в 06.00 в этой гостиной. Спальни юношей с левой стороны, девушек с правой. В своих спальных вы найдете форму Университета. Все спасибо можете расходиться по комнатам.

Энион Арви подошла к двери и провела по ней рукой в перчатке. Там где она только что провела, появился листок бумаги с расписанием уроков.

За правой дверью скрывался не большой коридорчик так перемычка. И опять общая гостиная, куда выходят пять дверей. На полу темно-синий ковер, камин не горел, но дрова в нем стоят шалашиком. Я выбрала третью дверь от камина и вошла в комнату.

Большое окно зашторено светло-голубыми шторами, отчего становится холоднее. В углу двуспальная кровать с горой подушек самых разных размеров. Напротив кровати стол и в качестве настольной лампы светящийся цветок с планеты Алоу. Между кроватью и шкафом зеркало в человеческий рост, на полу коричневый ковер с белыми цветами.

На спинке кровати висело строгое черное платье. С вышитой золотыми нитями эмблемой Университета магии.

* * *

В бешеном темпе прошла первая учебная неделя. Вставать приходилось в 6.00, а ложиться 00.00. Остальные из моей группы меня сторонились, а иногда и вовсе смотрели как на прокаженную.

Оказывается печать это не только проявление твоей магии это еще и «дыхание» чего-то там (объясняли много-много, но поняла, что это что-то очень сложное набрала кучу книг в библиотеке сижу, вникаю). Не знаю как на вступительных испытаниях (дуракам, как известно, везет!) я пробудила свою печать, но на уроках у преподавателя Урфина Лиэва, я училась именно «пробуждать» печать.

Так же я узнала, что во всех пяти закрытых высших магических заведений обучаются все те, кто приближен к императорскому дворцу. Оказывается мой шеф учился в «Академии Трех Теней» далеко не все военные ее заканчивают. Так же я узнала, про ночную плакальщицу, а точнее как попасть в сад Университета Магии.

Помимо основных занятий занятия в саду будут только у тех, кто владеет силой земли. Это я, Ктиша и полуящер Цеш. И занятия в саду будет вести сам Моран Тойш. И так первого занятия я ждала с нетерпением и дождалась.

— Так, — произнесла Энион. — Диана, Цеш и Ктиша за мной остальные на урок к Зайрану Дэлай на защитную магию.

Энион Арви вывела нас на верхние этажи, где учились так сказать «обычные» ученики. Залы, лестницы, переходы и мы вышли к садику с фонтаном. Но у фонтана мы не задержались. От фонтана вглубь сада уходила тропинка. И чем дальше мы шли по тропке, тем больше становились растения. Вот впереди показалась увитая плющом ограда.

Энион провела рукой перед собой. Плющ стал двигаться, как змея отползая в сторону, калитка открылась перед нами. Вот теперь стало понятно, что там, около фонтана это не сад, а так красивая клумба.

А каких только растений здесь не было. Линфирия с розовыми цветами в рост человека и синими жалящимися листьями. Какие-то сухие веточки с желтыми листьями. А вот клумба с горячо любимыми нашей секретаршей Вигой финиарой с самой разной расцветки. Деревья в высоту с пятилетнего ребенка с черными бархатными листьями и похожими на груши плодами. А были еще такие растения под листьями, которых можно прятаться и каждое из них может быть ночной плакальщицей! Просто колоссальный объем работ!

Тропинка сделала круг вокруг белоснежной беседки.

— Студенты, — проговорила Энион. — Ждите здесь Моран сейчас подойдет.

Она развернулась, и ушла.

Ждать нам пришлось недолго.

Моран появился из-за угла, где рос густой куст с мелкими белыми цветочками.

— Добрый день, — поздоровался он с нами. — Сегодня я буду учить вас, как защищаться при помощи печати.

— Добрый день, — отозвались мы.

Вслед за Мораном мы еще больше углубились в сад. Остановились мы около густого куста с узкими продолговатыми листочками. Это с одной стороны, а с другой под открытым пространством рос какой-то цветок. Длинные узкие листья лежат на земле, а из центра к небу тянется невзрачный коричневый бутон.

— Моран Тойш, можно вопрос? — самым невинным видом спросила я.

— Конечно, Диана, — ответил Моран.

— А что это за цветок? — спросила я, указав на невзрачный бутон. С чего-то же надо начинать поиски.

Сладкий голосок и нежная улыбка сделали свое дело. Моран соловьем стал заливаться об интересующем меня цветке:

— О! Это гордость Университета! Ночная плакальщица!

«Вот это невзрачное нечто и есть то, что мне нужно?», — мысленно удивилась я.

— … в закрытом виде, — продолжал вещать Моран. — Цветок немножко невзрачен, но он преображается распускаясь. Лепестки ночной плакальщицы это сильнейшие противоядие от проклятий. Эти лепестки очень нежные, поэтому леди Мелина Ральда готовит свои зелья около цветка ведь десять минут и лепестки засыхают. Да вы сами сможете увидеть леди Мелину за работой. Полнолуние как раз через неделю. Вы сможете…

— Вы же хотели рассказать, как защищаться, — влез в монолог Тойна полуящер, недовольно глянув на меня.

Я обворожительно улыбнулась ему.

— Это целхея, — Моран указал на куст. — Хищное растение с планеты Рандарра. Своими листьями она ощущает живые организмы и если кто-то оказывается в досягаемости ее ветвей, хватает и поглощает. Яд ее парализует, а место ожога мгновенно опухает. Сегодня мы будем ставить защитные печати от целхеи. Все смотрим на меня. Печать ставиться очень просто из перстней вытягиваете немножко магии и оформляете ее в заклинание «Тиокти кхарха». Вокруг вас появиться защитная печать. Сначала я показываю, потом вы повторяете, — Моран встал напротив куста с узкими листочками. — Не забывайте призывать можно только магию земли. И перчатки не снимать!

— Как не снимать?! — ахнула Ктиша.

— Понимаю трудно, но будем учиться, — ответил Моран. — А теперь все смотрим на меня.

Взмах рукой, и длинные ветви куста пришли в движение. Под узкими листочками обнаружились длинные шипы. Ветки неслись к Морану. Но в метре от него на земле вспыхнула белым светом печать и ветви наткнулись на невидимую преграду. Куст раз за разом хлестал ветвями о невидимую преграду и от каждого удара в разные стороны как змейки расползались лиловые молнии. Еще взмах и куст замер.

— Вы должны, поставить печать вокруг себя, — продолжил занятие Моран. — Для этого нужно сосредоточиться и «позвать» магию земли. Цеш, ты первый.

— Да, — откликнулся полукровка.

Полуящер встал напротив куста, но в отличие от Морана, левую ногу слегка отставил назад для большей устойчивости.

— Готов? — спросил у него Моран.

— Да, — кивнул Цеш.

Он держал руки полусогнутыми на уровне груди.

Взмах и в куст полетела маленькая сосулька. Моран шустро отскочил, и куст выместил свою ярость на полуящере. Пять попыток. У Цеша разбухла левая щека, правая штанина порвана и из раны сочиться кровь.

— Хорошо, — проговорил Моран. Он поставил печать и ветви, наткнувшись на невидимую преграду, успокоились. — С первой попытки ни у кого не получается но зато это прекрасная возможность попрактиковаться в лечебной магии. Цеш «обратись» к земле: «элейта нионей» и ставь печать. Можешь снять перчатку.

Угу, легко сказать Руки-то у полуящера распухли и перчатка с трудом снимается. Цеш снял перчатку и отбросил ее в сторону. Губы шевелились, повторяя: «элейта нионей» раз за разом. Серый камешек на кольце Цеша вспыхнул и вокруг него, появилась блестящая коричневая печать. Печать пропала. Цеш подобрал перчатку и сел под тень разлапистого цветка.

— Диана, теперь ты, — обратился ко мне Моран. Я встала на тоже место, что и Цеш. — Готова?

— Да, — ответила я.

Опять сосулька в куст.

Ветви уже летели ко мне секунда, и я скажу: «Тиокти кхарха» и призову землю. Кончики пальцев покалывает печать вот-вот появиться. Но на призыв приходит нечто. Я чувствую свободу и огромное пространство вокруг себя. Россыпь разноцветных огоньков и от каждого одновременно исходит тепло и холод. И совсем другие слова рвутся наружу. Повинуясь этому странному наваждению, я прошептала: «Луоон ше азвали».

Открываю глаза, ветки куста бьются о невидимую преграду. Удар и в разные стороны расползается черная клякса. А на земле печать черная матовая в кружках не понятные знаки. Но это еще не все прямо за моей спиной пространство почернело, и был виден совсем другой пейзаж. Кусок космического пространства с яркими точками вдалеке.

— Хор-рошо, — натянуто улыбнулся Моран. — Пять. Убери это.

Я в растерянности уставилась на дырку в пространстве.

— Я не знаю, — тихо прошептала я.

Ктиша раздраженно хмыкнула, но от комментариев воздержалась.

— Но убрать это, — Моран посмотрел на черное пространство. — Можешь только ты.

— Хорошо я попробую, — не уверенно проговорила я.

Сосредоточиться. Из дыры в пространстве волнами исходить обжигающая сила и еле слышная мелодия. «Олиаарра темра рамира» пришли слова.

— Олиаарра темра рамира, — прошептала я.

Из дыры на меня дыхнуло жаром. И дыра в пространстве затянулась.

— Ктиша, — Моран продолжил занятие.

Куст успокоился, и печать пропала сама.

Ши-эн-та не довольно на меня глянула, но промолчала.

У Ктиши печать земли хоть и получилась, но постоянно мигала и жалящие ветки иногда ее касались. Исцелилась она при помощи печати Земли.

— Отлично молодцы, — Моран выставил нам оценки.

Урок в саду окончен, и мы вернулись обратно в замок. Когда мы вошли в общую гостиную, загорелся яркий магический свет и мы, увидели что и остальные из нашей группы так же измотаны.

— Что случилось? — обеспокоилась я.

— Дэлай со своими печатями Огня выжал нас до капли, — недовольно морщилась Мей.

Ктиша добрая душа попыталась поделиться с Мей хоть каплей энергии. Не задумываясь, что делаю, я произнесла «Илегион дириат». Тут же в воздухе вспыхнула яркая сиреневая печать и, увеличившись до размеров комнаты, она пропала.

— Ну, и зачем ты это сделала? — поинтересовался у меня Алентин.

А, правда, зачем? А главное почему? После того понятного знакомства неделю назад все общение со мной было на занятиях когда преподаватели ставили кого-нибудь со мной в пару. Меня же такое положение дел вполне устраивало. И тут ни с того ни с чего я восстанавливаю силы всех группе и при этом ничего не чувствую будто и не ставила никакой печати.

— Не знаю, — так и не придумав, что сказать честно ответила я.

Странные они какие-то, я спрашивала Энион нашу кураторшу так она говорит, что они относятся ко мне так из-за печати. Монстром же я из-за нее не стала?

Войдя в комнату, я увидела, что кристалл связи на столе не прерывно мигает красным светом. Кто же это так жаждет со мной пообщаться? Села за стол сжала кристалл в ладонях и зажмурилась. Перед мысленным взором появился Юнтел. На правой щеке три царапины как от когтей руки дрожат.

— Что с тобой? — взволновалась я.

— А! — отмахнулся напарник. — Не бери в голову.

— Как продвигается расследование? — поинтересовалась я.

— Да! Какое там! — возмутился Юнтел. — Принцесса лежит, не вставая и с каждым днем ей все хуже и хуже. Мое расследование зашло в тупик чужих к принцессе просто не допускают, а свои ее не проклинали. Я проверял несколько раз. А как дела у тебя?

— Через неделю полнолуние, цветок расцветет, но есть одна проблемка, — ответила я.

— И какая же? — поинтересовался напарник.

— Лепестки долго не хранятся, десять минут, и они засыхают, да еще в саду в ночь цветения будет как минимум один посторонний, — поделилась я информацией. — Еще вместе со мной учиться дроуд.

— Ничего себе! — присвистнул напарник. — Ну, теперь понятно, почему Университет отказал кроулянцам.