– Не делать чего? – спросил он, невинно приподняв брови.

– Ты не должен впутывать меня во все это. И я не собираюсь прятать тебя. По-моему, я и так уже потратила на тебя слишком много времени.

– Понимаю. А теперь, думаю, я должен сказать, что уважаю твое решение. Правильно? Или так говорят в Таиланде? Нет, я уверен, что это в Америке.

Эмили прищурила глаза, не в силах понять, то ли он говорит серьезно, то ли просто издевается над ней.

– Почему у меня всегда складывается впечатление, что на самом деле ты не слушаешь меня?

Майкл едва заметно улыбнулся:

– Хочешь принять душ, прежде чем мы пойдем завтракать?

– Конечно. Мы пойдем в кафе, а все присутствующие будут показывать на тебя пальцем и говорить, что они видели тебя вчера по телевизору.

– А на Микки они показывают пальцем?

Эмили взглянула на него. Она прекрасно поняла, что он имел в виду Микки Мауса.

– Извини, – сказал он, но прозвучало это неискренне. – Я перепутал мультфильмы. Но ведь твоего Дональда постоянно показывают по телевизору. Неужели люди и на него показывают пальцем?

– Если они это и делают, то не потому, что он разыскиваемый преступник. – Опять ему это удалось! Удалось перевести разговор на другую, интересующую его тему. – Слушай меня внимательно. Я больше не участвую в твоих делах. Я больше не собираюсь прыгать из окон, лазать по водосточной трубе и слушать твои сказки про то, что ты – ангел. Из всех людей, которых я когда-либо встречала, ты меньше всех похож на ангела. А сейчас я встану, оденусь и поеду домой. Без тебя. Понятно?

– Конечно, – сказал он весело. – Я рад, что мы наконец-то все уладили, потому что в настоящий момент какие-то люди из вашей федеральной мафии осматривают стоянку. Через несколько минут они будут здесь.

Секунда потребовалась Эмили, чтобы понять, что он говорит. «Федеральная мафия» – что это? А в следующую секунду все произошло очень быстро. Майкл схватил со стула свою одежду и исчез за дверью. Спустя несколько секунд послышался стук, и мужской голос приказал ей открыть дверь. Эмили попросила подождать, пока она оденется, так как на ней не было ничего, кроме нижнего белья. Но они не стали ждать.

Трое мужчин ворвались в комнату, хотя Эмили была уверена, что заперла дверь, и несколько секунд стояли, уставившись на нее. Затем начали обыскивать комнату.

– Минутку! – сказала Эмили. – У вас есть ордер?

– Нет, мэм, – ответил один из мужчин, ткнул ей под нос полицейский значок и тут же положил его обратно в карман. – Мы здесь, чтобы защитить вас. Нам сообщили, что вас взяли в заложники и держат здесь насильно.

Эмили натянула одеяло повыше.

– Если бы это было так, меня бы уже не было в живых. Особенно после того, как вы ворвались в эту комнату. Разве я не права? – сказала она и с вызовом посмотрела на одного из мужчин. На самом же деле Эмили всю трясло под одеялом, а ее бравада была напускной. За ней она надеялась скрыть свой страх. Как такое могло случиться с ней? Что от нее было нужно ФБР?

Эмили завизжала и начала протестовать, когда один из мужчин пробежался руками поверх одеяла, а затем и по ее телу, пытаясь определить, не прячет ли она кого-нибудь рядом с собой в кровати.

– Да как вы смеете! Не прикасайтесь ко мне! – Эмили сделала глубокий вдох и уже спокойно спросила: – Может, вы мне все-таки объясните, что здесь происходит?

Первый мужчина показал ей фотографию Майкла, которую она видела по телевизору.

– Вы когда-нибудь видели этого человека?

Эмили не знала, что именно им было известно и поэтому решила по возможности быть с ними честной. Она догадывалась, что Дональд рассказал ФБР все, что узнал от нее.

– Да, я видела его вчера в городе, где проводила свой уик-энд.

– Вы провели с ним весь день?

– Что за глупый вопрос! Почему я должна проводить весь день с незнакомым мужчиной?

Трое мужчин стояли у кровати, возвышаясь над Эмили, молча смотрели на нее и ждали.

– Ну ладно, это так. Я сбила его своей машиной в пятницу, потом отвезла к врачу, а на следующий день несколько часов провела с ним. Он казался мне таким беспомощным. А кроме того, я чувствовала себя виноватой перед ним, так как по моей вине он чуть не погиб.

– Что случилось вчера ночью?

– Я увидела его по телевизору и сразу же позвонила Дональду Стюарту, моему жениху. – Эмили взглянула на мужчин, чтобы посмотреть, известно ли им это имя, но не один мускул не дрогнул на их лицах. – В общем, Дональд велел мне позвонить в полицию и поскорее уезжать оттуда.

– А вы позвонили в полицию?

Можно подумать, им это было неизвестно. Они что, действительно считают, что она в это поверит? Эмили опустила глаза, стараясь выглядеть смущенной.

– По правде сказать, нет. Я… услышала, как кто-то постучал в дверь, испугалась и вылезла в окно. – Эмили показала им руку, на которой виднелись три длинные красные царапины. – Около гостиницы растет колючий кустарник. Я… я даже оставила там свой чемодан, потому что я не смогла бы спуститься вместе с ним. Знаю, что это было довольно глупо с моей стороны, но после того, что я услышала от Дональда, я так испугалась, что это казалось мне единственным выходом.

На мгновение Эмили задержала дыхание, гадая, поверят ли они ее истории.

– Ваш рассказ подтверждает уже известную нам информацию, мисс Тодд, – сказал наконец первый мужчина звучным голосом. – Считаю своим долгом напомнить вам, что в настоящее время Майкл Чемберлен находится в розыске. Если вы его снова увидите, проявите присущее вам благоразумие и позвоните нам. – Он протянул ей визитную карточку. – Звоните в любое время. Вам обязательно помогут. – До свидания, – сказал он, и они покинули комнату так же стремительно, как и вошли в нее.

Оставшись одна, Эмили откинулась на подушки, дрожа всем телом. ФБР! Задают ей вопросы! Ее, практичную, скучную и благоразумную Эмили Джейн Тодд допрашивает ФБР! И это все из-за мужчины, который говорит, что он – ангел в поисках зла.

Внезапно Эмили вскочила.

– Старый дом Мэдисона, – сказала она вслух. Все вдруг встало на свои места. Если и есть на Земле источник зла, то это тот ужасный старый дом. И, разумеется, Эмили имеет к нему какое-то отношение, так как уже многие годы изучала все, связанное с этим старым домом. У нее уже накопилось столько материалов, что она сделала подшивку, толщина которой сейчас достигала примерно одного фута. Никто не знал столько о доме Мэдисона и о том, что там происходило, столько, сколько она.

Эмили откинула одеяло и хотела встать, как вдруг распахнулась дверь, и в комнату вбежал Майкл.

– Эмили, с тобой все в порядке? Они не причинили тебе вреда?

Он схватил ее за плечи и посмотрел на ее практически голое тело так, как будто Эмили угрожала смертельная опасность.

– Почему ты до сих пор здесь? Эти люди могут вернуться в любую секунду. Возможно, они следят за этой комнатой прямо сейчас. – Теперь настал ее черед испугаться.

Майкл ухмыльнулся.

– Ты беспокоилась обо мне, не так ли? А иначе почему же ты не рассказала им, что я прячусь в кустах под окном? Это была прекрасная возможность навсегда избавиться от меня.

– Кем бы ты ни был, не думаю, что ты убийца. И ангел – тоже.

– Ты так думаешь потому, что вы, смертные, представления не имеете о том, какие ангелы на самом деле. А сейчас быстренько поднимайся. Мы наконец пойдем в кафе и что-нибудь поедим. Это тело умирает от голода. Как же все это утомительно! И часто мне придется его кормить?

– Раз в месяц, – ответила Эмили, сладко улыбаясь. – И давай ему что-нибудь попить каждые две недели.

– Подъем! Одевайся! – смеясь, скомандовал Майкл, затем сделал шаг назад и внимательно на нее посмотрел. – Довольно странно и непривычно видеть человеческое тело глазами смертного. Обычно я вижу только душу, но, должен сказать, видеть тебя вот как сейчас весьма интересно.

Эмили немедленно прикрылась одеялом.

– Подожди меня за дверью. Будь осторожен и постарайся, чтобы тебя никто не видел.

– Твое желание – закон для меня, – ответил Майкл, и на лице его появилось такое выражение, будто он сбит с толку своими собственными словами.

Эмили не смогла сдержаться и рассмеялась.

– Ну давай, выметайся отсюда, – сказала она и запустила подушкой в его удаляющуюся спину.

ГЛАВА 6

– Нет, нет и еще раз нет! – сказала Эмили.

Они сидели в какой-то придорожной забегаловке и ели блины с черникой. По крайней мере она пыталась есть, но Майкл уже съел половину своей порции и теперь принялся за ее. Эмили пыталась протестовать, но он сказал, что не может решить, какие блины лучше: с черникой или с клубникой.

Эмили понизила голос, но не потому, что кто-то наблюдал за ними. Здесь никому до них не было дела, а судя по виду мужчин, сидевших здесь, половина из них точно разыскивалась ФБР.

– Я не собираюсь брать тебя с собой в Гринбрайер. Я не собираюсь прятать тебя. Я не собираюсь везти тебя в дом Мэдисона, потому что не хочу, чтобы ты там везде совал свой нос. И потом, дом довольно старый и уже оседает, поэтому там опасно. Я уж не говорю о том, что этот дом обитаем.

– Обитаем? Ты о чем?

– О призраках… Прекрати! Это мой блин. А твой – на твоей тарелке. Послушай, есть с чужой тарелк- невежливо. По крайней мере если мы не любовники.

И тут же на его лице отразилась обида:

– Но, Эмили, я люблю тебя уже тысячу лет. Я люблю всех людей, о которых забочусь. Конечно, кого-то больше, кого-то меньше, но я стараюсь.

– Мы не любовники. И не «влюбленные».

– А! Понимаю. Ты имеешь в виду секс. Мы снова вернулись к этой теме.

– Вовсе нет. Мы не можем вернуться к теме, которую никогда не обсуждали, да и невозможно обсуждать то, чего не было. И перестань делать это со мной!

– Что делать? – спросил Майкл с невинным видом.

Эмили прищурилась и так на него посмотрела, что он рассмеялся.

– Ладно, о чем мы говорили? Ах, да! Эмили, любимая, мне нужно увидеть этот дом. Если все так, как ты говоришь, возможно, это и есть та самая причина, по которой меня сюда послали.

– И что ты собираешься там делать? Будешь проводить спиритический сеанс?

Глядя на его выражение лица, Эмили могла бы сказать, что Майкл понятия не имеет о том, что это такое.

– Обычно это делается в закрытом помещении, люди садятся вокруг стола, во главе которого находится медиум. С его помощью вызывается дух какого-нибудь умершего человека, а затем этому духу задают различные вопросы, и… – Эмили замолчала, так как увидела, что губы Майкла определенно растягиваются в улыбке. – Я сказала что-нибудь смешное? Что тебя так развеселило? И если ты еще хотя бы раз возьмешь мой блин, потеряешь руку! – прошипела Эмили и вытянула вперед вилку, готовая в любой момент отразить нападение.

– Я просто пытаюсь понять то, что ты сказала, – произнес Майкл.

Эмили видела, что он сдерживается изо всех сил, чтобы не рассмеяться.

– Сомневаюсь в этом. Ты даже и не пытаешься что-нибудь понять, а просто хочешь посмеяться надо мной. – Она схватила со стола свою сумочку и поднялась, намереваясь уйти, но Майкл поймал ее руку.

Эмили тотчас же успокоилась и села на место.

– Эмили, я не хотел обидеть тебя. Честно. А почему бы тебе не вообразить, что я иностранец, приехал из другой страны и поэтому мой образ жизни так отличается от твоего?

– Из другой страны? Ты из психбольницы, а не из другой страны. И я больше не собираюсь помогать тебе в чем бы то ни было.

Она сидела, скрестив руки на груди и прекрасно понимая, что в этот момент похожа на обиженную маленькую девочку. Но она ничего не могла с собой поделать. Казалось, Майкл пробуждал в ней все самые худшие качества.

– Вы слышали, мистер Мосс? – как ни в чем ни бывало спросил Майкл у стоявшего рядом пустого стула. – Чтобы поговорить с духом, нужно сесть вокруг стола и вызвать его. Мне кажется, я уже где-то видел подобные вещи. Эмили, раньше тебе это очень нравилось… Когда же это было? Думаю, году в 1890. Или в 1790? Как вы думаете, мистер Мосс?

– Очень смешно, – произнесла Эмили, все еще насупившись. – Ты разговариваешь со своим воображаемым другом и потешаешься надо мной. Смешнее не придумаешь.

– Ты еще будешь блины?

– Да! – вырвалось у нее, хотя Эмили уже так наелась, что не могла больше съесть ни кусочка. И тем не менее она яростно всадила вилку в оставшийся на тарелке блин и откусила от него огромный кусок, едва поместившийся у нее во рту.

– Эмили, – нежно сказал Майкл, – у меня и в мыслях не было потешаться над тобой. Просто я вижу все вокруг несколько иначе, не так, как ты. Духи находятся повсюду, дело в том, что у одних есть телесная оболочка, а у других нет. Но на самом деле между ними нет никакой разницы.

– И ты, полагаю, можешь видеть тех, у кого нет телесной оболочки, – не без сарказма сказала Эмили.

Майкл не ответил. Он опустил глаза и уставился в свою тарелку.

– Ну же! Отвечай! – потребовала Эмили. – Можешь или нет?

Майкл оторвал взгляд от тарелки и мрачно посмотрел на нее:

– Естественно, могу. И меня удивляет, что этого не можешь ты. Разве ты не видишь мистера Мосса? Он сидит справа от меня.

Эмили вопреки себе посмотрела туда, где, по его словам, сидел мистер Мосс, а затем перевела взгляд на Майкла:

– Ты хочешь сказать, что это кафе частенько посещают духи и один из них сидит сейчас рядом с тобой?

– Мистер Мосс говорит, что он… – Майкл сделал паузу и улыбнулся. – Я не совсем понимаю, что он имеет в виду, но он говорит, что предпочитает, когда его называют «непризнанный анатомически», или, на худой конец, просто фантомом. Он очень хороший. А сейчас мистер Мосс говорит, что в следующий раз, когда мы придем сюда, нам обязательно нужно попробовать сосиски. Может, закажем их прямо сейчас?

– Нет! Ты от них растолстеешь. И пожалуйста, постарайся не отвлекаться от темы нашего разговора. Так ты говоришь, что всего несколько минут назад беседовал с духом? – Эмили не смогла удержаться от глупого вопроса и сейчас проклинала себя за это.

– Ну, на самом деле я больше слушал. Он говорит, что уже давно его никто не слушал и что ему очень грустно в этом мире, так как никто в него не верит. И поэтому, когда он пытается заговорить с кем-нибудь, никто его не слушает, кроме душевнобольных и наркоманов. – Майкл наклонился к Эмили. – Мистер Мосс сказал мне, что у духов в современной Америке очень одинокая жизнь.

– Я думаю, мне нужно заглянуть в дамскую комнату, – сообщила Эмили и огляделась вокруг. – А потом мы продолжим наш разговор.

– Что значит «смываться»?

– Что?

– Мистер Мосс говорит, что ты собираешься смыться и оставить меня здесь, так как ты считаешь меня сумасшедшим. Он говорит, что ты уже давно об этом думаешь. Эмили, если это так, желаю тебе всего самого наилучшего в этой жизни и надеюсь, что ты будешь очень счастлива.

– Ты действительно невозможный человек, – ответила Эмили. Если бы он начал протестовать или требовать, чтобы она осталась, ей было бы легче оставить его. Но как она могла оставить человека, который желает ей счастья? – Я отлучусь на несколько минут, а ты в это время оплати счет. И я не хочу больше слышать ни слова о мистере Моссе.

Майкл повернулся направо от себя.