Хмель

Прежде чем ответить, Стас почесал макушку, потом отпил глоток кофе и, глубоко вздохнув, высказал свое мнение:

– Коварная бестия. Наверняка знает что-то такое, что могло бы пролить свет на это убийство, но почему-то усиленно это скрывает.

– Мне тоже так показалось. Особенно когда я спросил ее о том, где она была в тот вечер, – задумчиво сказал Лев Иванович.

– Теперь куда? К хирургу? Или сначала в больницу, к стриптизеру? – спросил Стас, ставя пустую чашку на стол.

– Стриптизер наш теперь никуда не денется, а вот хирург тоже может рвануть в какую-нибудь командировку. Так что сначала поедем к нему.

* * *

Частная клиника пластического хирурга Самарского находилась в самом центре Санкт-Петербурга, в двухэтажном здании старой постройки, но с современным фасадом.

– Так вот в каких местах перекраивают лица «бальзаковских» женщин, – усмехнувшись, сказал Стас, когда они остановились возле здания с позолоченной вывеской «Клиника доктора Самарского».

– Думаю, что не только лица, – заметил Гуров, рассматривая через стекло вычурный фасад старого здания. – Ну что, пойдем познакомимся с известным хирургом? – спросил он, открывая дверцу машины.

В огромном холле, где сидело несколько женщин, к ним подошла молодая девушка в белоснежном халате.

– Здравствуйте, господа! Хотели воспользоваться услугами нашей клиники? Вы по записи или первый раз? – забросала она сыщиков вопросами.

– Мы по другому вопросу. Полковник Гуров. – Лев показал ей свое удостоверение. – Мы бы хотели поговорить с доктором Самарским.

Девушка в белом халате внимательно изучила протянутое ей удостоверение и, подняв глаза на Гурова, спокойно ответила:

– Константин Иванович сейчас в операционной, и принять он вас сможет, – она посмотрела на висящие на стене часы, – не раньше чем через два часа. Если хотите, можете подождать. – Она показала на стоящие рядом удобные диванчики.

Лев Иванович посмотрел на Стаса, как бы спрашивая у него: «Что будем делать?» В ответ на немой вопрос Гурова Крячко пожал плечами. Повернувшись к медсестре, Лев поинтересовался:

– А когда заканчивается рабочий день доктора Самарского?

Девушка в белом халате тоже, как и Стас, пожала в ответ плечами.

– Трудно сказать. Может, в шесть, а может, и в восемь. Все зависит от наплыва посетителей и настроения самого доктора.

Лев состроил удивленное лицо.

– Не каждый может решиться на пластическую операцию. И если уж решается, то боится, что завтра может передумать. Вот поэтому иногда приходится работать и после шести, – пояснила медсестра.

– Понятно, – протянул Гуров, думая, как им быть дальше.

Посмотрев на часы, Стас предложил:

– Слушай, Лев, давай сейчас съездим в больницу, а потом вернемся сюда и уже дождемся доктора. Не может же он работать до двенадцати. – Крячко посмотрел на медсестру, как бы ожидая от нее подтверждения своим словам.

Медсестра улыбнулась своей белозубой улыбкой и кивнула в знак подтверждения.

– Нет. До двенадцати мы точно не работаем.

– Хорошо. Но все равно передайте доктору Самарскому, что мы приедем через два часа, – попросил Лев медсестру.

– Да, конечно, я передам Константину Ивановичу.

В это время в холл вошла пожилая дама с собачкой, и медсестра обратила все свое внимание на нее.

Без лишних слов сыщики повернулись и пошли в сторону выхода. Уже в машине Стас спросил у Гурова:

– Как думаешь, у этого Самарского действительно сейчас была операция или они специально тянули время?

– В любом случае ему сегодня придется с нами встретиться, – ответил Гуров, доставая телефон. – Как дела, капитан? Есть что-то новенькое?

– Удалось выяснить личности находившихся в «Мерседесе», товарищ полковник. Ими оказались участники преступной группировки «Заводские». А вот какое отношение они имели к стриптизеру Звягинцеву, может рассказать только он сам.

– Мы сейчас как раз направляемся в больницу: если ты свободен, то можешь тоже подъехать туда, – предложил Гуров Родионову.

– Да, я свободен. Обязательно подъеду, товарищ полковник.

– Тогда встречаемся в больнице, – подытожил Лев и повесил трубку.

– Что там капитан рассказывает? – поинтересовался Стас.

Лев на минуту задумался, решая, с чего начать.

– Ты понимаешь, Стас, нашего стриптизера подрезали ребятки из местной криминальной группировки.

Стас щелкнул языком:

– Чем же он мог так им насолить?

– Значит, чем-то мог, раз уж они пошли на крайние меры.

– А может, это был чей-то заказ? Звягинцев мог перейти кому-то дорогу, и тот заказал его братве?

– Не забывай, Стас, что этот Звягинцев не кто иной, как простой стриптизер. Кому этот «нудист» мог перейти дорогу? Он что, какая-нибудь шибко важная личность?

– Тоже правильно, – согласился Стас, задумчиво отворачиваясь к окну.

– А вот если предположить, что Звягинцев порешил Веронику по их заказу и теперь они решили избавиться от стриптизера-киллера, вот это уже похоже на версию, – высказался Лев Иванович.

Стас резко повернулся к Гурову, стоило только тому проговорить последние слова.

– А ведь и вправду! Что-нибудь накосячил перед братвой, а они ему: «Разберись с дочкой генерала, и мы в расчете». Могло же быть так, Лев?

– Могло, могло. – Гуров почесал подбородок с пробивающейся щетиной. – Для этого мы сейчас и направляемся к нему в больницу, чтобы узнать подробности.

* * *

Они подъехали к старенькому низкому зданию, затерявшемуся среди пятиэтажек в одном из дворов. Облупившаяся штукатурка и выцветшие рамы окон говорили о том, что правительственное финансирование обошло стороной эту больницу. Однако, оказавшись внутри, Лев изменил свое первоначальное мнение. Стоило им открыть входную дверь, как в глазах зарябило от обилия света. Огромный холл был чистым, светлым, обставленным дорогой мебелью.

Женщина в белом халате, увидев новых посетителей, встала из-за стола и подошла к сыщикам.

– Здравствуйте, господа! Вы к кому?

Лев вытащил удостоверение.

– Нас интересует больной по фамилии Звягинцев. Он поступил к вам сегодня с ножевым ранением.

– Подождите минутку, я сейчас выясню. – Медсестра подошла к регистратуре. – Маша, посмотри сегодняшние поступления. Господ из милиции интересует пациент по фамилии Звягинцев. – Она посмотрела на полковников.

Гуров и Крячко стояли недалеко от медсестры, разглядывая обстановку вокруг себя. Возле окна стояла группа подростков, один из которых был одет в пижаму, и громко разговаривали. На диване, возле стенки, сидела женщина, перебирая кипу бумаг, очень похожих на больничные листы, исписанные мелким непонятным почерком. Молоденькие медсестры то и дело подбегали к регистратуре и, забрав карты больных, спешили за двустворчатые двери, за которыми, скорее всего, находились палаты.

– Больной Звягинцев поступил к нам сегодня в тринадцать часов с сильной кровопотерей и находится в тяжелом состоянии. Я сообщила о вас доктору, он сейчас к вам подойдет, – объяснила медсестра и прошла на свое место за столом возле входа.

– Сейчас начнется, – тихо сказал Стас. – Пациент тяжелый, общение не больше трех минут…

– Здравствуйте. Вы к Звягинцеву? – послышался чей-то голос за спиной.

Повернувшись, Гуров увидел перед собой бородатого мужчину в белом халате.

– Да. Мы бы хотели задать ему пару вопросов.

Доктор перевел свой взгляд на Стаса, который в упор смотрел на врача, ожидая его решения.

– Этот человек замешан в убийстве, – не дожидаясь ответа, добавил Лев. – От его показаний будет зависеть очень многое.

– Нам надо срочно с ним поговорить, – подключился к разговору Стас.

Доктор закивал головой, показывая, что прекрасно понимает всю серьезность ситуации, но при этом продолжал молчать. В это время послышался стук входной двери, и сыщики, не сговариваясь, обернулись на звук. В холл вошел капитан Родионов. Оглядевшись по сторонам и увидев полковников, он уверенным шагом направился в их сторону. Буквально за секунду перед тем, как капитан оказался рядом с сыщиками, доктор произнес:

– Хорошо, я разрешаю вам поговорить с больным, но только не больше десяти минут.

– Что, какие-то проблемы, товарищ полковник? – с ходу спросил Родионов.

Лев Иванович посмотрел на доктора, который продолжал стоять здесь же, и спокойно ответил:

– Никаких. Доктор любезно согласился разрешить нам пообщаться с нашим подозреваемым. Правда, доктор?

– Не более десяти минут, – еще раз напомнил врач и направился к двустворчатым стеклянным дверям.

Офицеры двинулись за ним. За стеклянными дверями начинался длинный и широкий коридор, по обе стороны которого находились двери палат, пронумерованные по порядку. Когда они оказались в коридоре, доктор обернулся и показал на небольшую вешалку возле дверей, на которой висело несколько белых халатов, видимо, приготовленных специально для посетителей.

– Наденьте, так положено.

Палата, в которую поместили Звягинцева, находилась в самом конце коридора. Еще издалека Гуров заметил сидящего на стуле рядом с палатой подозреваемого молодого крепкого парня, который, заметив делегацию из четверых человек, встал со своего стула, отложив в сторону журнал.

– Твой человек? – слегка повернув голову в сторону капитана, спросил Гуров.

– Оставил на всякий случай, – быстро ответил Родионов.

Лев до сих пор еще злился на капитана, считая, что он переусердствовал в своих стараниях по задержанию стриптизера и поэтому им сейчас приходится терять столько времени.

– Старшина Приходько! – представился парень в пятнистой форме. – За время несения службы никаких происшествий не было.

– Куда уж больше происшествий… – Лев косо глянул на капитана, который в свою очередь отвел глаза в сторону, понимая, что виноват.

Доктор, видя, что сыщики уже разобрались, где находится их подозреваемый, проследовал дальше по коридору.

Войдя в палату, Гуров обратил внимание на то, что она была очень маленькая. Кроме кровати и нескольких подключенных приборов, в палате больше ничего не было.

Звягинцев лежал на спине с закрытыми глазами. И даже когда сыщики обступили его кровать, он еще какое-то время продолжал лежать, не подавая никаких признаков жизни.

– Звягинцев, вы меня слышите? Вы можете говорить? – обратился к нему Лев.

Стриптизер наконец-то открыл глаза и посмотрел на Гурова, а потом и на остальных посетителей. Было видно, что состояние у него не очень. Ввалившиеся глаза и замедленные действия говорили о том, что Звягинцев действительно находился в тяжелом состоянии.

– Вы можете говорить? Нам надо задать вам несколько вопросов.

Стриптизер облизнул сухие губы и кивнул головой, показывая свою готовность.

– Вы знаете, кто напал на вас с ножом? – облокотившись на дужку кровати, спросил Лев.

– Нет. Но я догадываюсь, откуда ноги растут, – медленно проговорил Звягинцев.

– И кто же это, по-вашему? – задал вопрос Стас.

– Это просто мои догадки, и ничего больше… – Звягинцев кашлянул.

– И все же. – Лев Иванович подошел к изголовью кровати, на которой лежал стриптизер.

– Я не имею ни к кому претензий, поэтому это не имеет никакого значения.

– Ладно. Тогда скажите, откуда вы знаете Веронику Пахомову, которую убили вчера ночью? – Гуров в упор посмотрел на Звягинцева.

– Я никого не убивал! – Стриптизер стал испуганно переводить свой взгляд с одного сыщика на другого.

– Где ты был вчера ночью?! – повысив голос, спросил Стас.

– Я собирался встретиться с одной богатой теткой. Неделю назад она отдыхала у нас в клубе и взяла мой телефон, сказала, что сама мне позвонит. Обещала хорошо заплатить, – продолжал объяснять Звягинцев.

Лев Иванович достал из кармана фотографию Вероники и показал ее стриптизеру.

– Это она?

– Да.

– Вы виделись с ней вчера ночью?

– Нет, – Звягинцев отвел в сторону глаза, – не успел.