Помоги проекту - поделись книгой:
Префект сделал паузу и посмотрел на собеседника.
- Ваша фамилия, Коналла, кажется?
Гай вспыхнул.
- В нашем роду двенадцать поколений имперских граждан! Включая членов гильдий и даже младших магистратов.
- Нет-нет, не берите в голову. В наших краях это мало кому интересно. Вы уже заметили какой у нас салат из разных иностранцев. А вы про гражданство предков...
Телеграфист нервно выдохнул.
- Да. У меня есть ещё один вопрос.
- Конечно. Задавайте. Какой именно?
Гай тщательно подбирал слова.
- Мне уже неоднократно говорили о гибели моего предшественника, но я так и не смог узнать никаких подробностей.
- А вы точно хотите их знать?
Гай кивнул.
- Ну ладно. Я там был. К стыду своему ничего не смог сделать…
Десдерий поморщился.
- Был вечер. На редкость дождливый. С грозой. Мы у Пима в кабаке перекидывались в картишки. Я, Аллий, дон Лустроний и Дуэрфа. И игра-то шла хорошо. Аллию, было дело, карта, как всегда пёрла, но никто особо и не проигрался. Даже Дуэрфа мухлевал поменьше обычного. И тут Аллий как подскочит и говорит, что ему, дескать, срочно надо к настоятелю Сертию идти. Мы даже посмеялись – какие, говорим, ты там у себя грехи вспомнил, что срочно бежать надо. Ночью и в дождь. А дождь, я вам скажу, лил как из ведра. Как здесь часто весной бывает. Но Аллий отнекался и ушёл.
Префект вздохнул и продолжал.
- Слышим, громыхнуло что-то. Сперва подумали гроза. Но уж совсем рядом и трижды. Выскочили, а он там и лежит. Весь в крови, мозги наружу, жуть. Только по сапогам и узнали. А дождь, как назло, льёт и льёт. Никаких следов даже и не сыщешь, и не видать ни зги, темень страшная. Так и не поймали никого.
- Его ограбили? – спросил Гай.
- Что вы. Мы ж не столица какая или большой город. Кто тут кого грабить будет? Все ж всех знают. Нет, конечно. За что-то другое убили. А за что – кто знает. Видать насолил кому от души… Но вы это. Не бойтесь. У вас-то врагов здесь наверняка нету. Да и вообще не такой уж у нас в Остроге народ чтобы стрелять чуть что. Поверьте.
- Верю, - не слишком-то убеждённо согласился Гай.
Беседа с префектом его не слишком успокоила, оттого, закончив с уборкой в спальне-кабинете, Гай направился изучать содержимое оружейного шкафа. Тот располагался в дальней комнате и представлял собой всего лишь настенную полку, закрытую глухой кедровой дверцей с рельефными изображениями скрещённых ружей и пороховницы.
Внутри телеграфист обнаружил армейский карабин и подсумок с боеприпасами. Оба предмета были явно не новыми. Из чего Гай сделал вывод, что его предшественник был с оружием на вполне дружеской ноге.
Осмотрев карабин, Гай заглянул в подсумок. Кроме патронов там обнаружилась небольшая тетрадь. Чуть замасленные страницы были исписаны корявым почерком Аллия. Текст был разбит на куски, заголовками служили даты.
- «Какие-то регистрационные записи» - решил Гай, - «наверное, отчёты по выездам на линию».
Он убрал тетрадь в стопку различных документов, подробным изучением которых намеревался заняться в будущем, и приступил к экспериментам с карабином. Наклонить затвор вперёд и вниз с помощью расположенного под цевьём рычага и дослать патрон оказалось довольно просто. Разряжание оружия же никак не получалось. Латунная гильза застряла на полпути и категорически не желала извлекаться. После нескольких попыток действовать аккуратно Гай решил прибегнуть к грубой силе, но тоже без особого результата. Патрон клинился затвором и никак не выходил из ствола.
- Добрый день…
От неожиданности Гай дёрнул за рычаг, патрон нырнул в ствол, затвор клацнул, и карабин с оглушительным грохотом выстрелил…
Телеграфист похолодел от ужаса, ощущая, как волосы на его голове пытаются встать дыбом.
- Ам-м-м… А вот это уже ришнее…
Тари даже нервно улыбнулась, но лицо у неё стало белым как полотно.
Гай выпустил из рук карабин и тот загремел по доскам пола.
- А… э… о… я…
- Всё в порядке. Кроме мебели. Кажется…
Тари внимательно посмотрела на отстреленную ножку стула. Пуля раздробила точёную дубовую планку и ушла в пол.
- К зиме надо бутет заткнуть, - добавила она, - станет поддувать, и мыши пролезут…
Насчёт последнего можно было бы поспорить, учитывая размер отверстия, но Гай об этом не думал.
- Вы так… так неожиданно.. Простите, простите. Я просто…
Он нервно схватил карабин и засуетился, думая, куда бы его поставить. Девушка мягко, но настойчиво выдернула у него из рук оружие и аккуратно прислонила к стене.
- Полагаю, тебе стоит взять несколько улоков стрерьбы. Я над эдим подумаю, - ещё чуть дрожащим голосом сказала она.
Бледность почти сошла с её лица, а вот Гая мелко трясло. У него было слишком хорошее воображение.
- Я не ожидал, что вы зайдёте, - пролепетал он, - я как раз…
- Всё в порядке, - она уже взяла себя в руки, - я просто хотела теб… вас проведать. Вы этим выстрелом меня так испугали.
Она наклонила голову и чуть искоса посмотрела на Гая. Тот продолжал нервно шагать по комнате, нелепо всплёскивая руками.
- Как я мог быть так беспечен… как…
Девушка тяжко вздохнула, так и не дождавшись требуемой реакции, и продолжила.
- Я решила, что вам может быть нужна помощь, - она сделала паузу, ожидающе поглядев на Гая, - с телеграфом.
- С телеграфом?
Упоминание должностных обязанностей направило поток мыслей Гая в более конструктивное русло.
- Да. То есть, нет. То есть всё в порядке. Тут всё просто. Мне лишь нужно ещё чуть-чуть времени. Всё происходит так быстро.
Девушка глубоко и чуть раздражённо вздохнула. Телеграфист, наконец, обрёл способность мыслить чуть более адекватно.
- Но если вы хотите. Я конечно мог бы… То есть, несомненно, определённая помощь мне может понадобиться, и я даже…
Тут перед его мысленным взором предстал образ Ральса Демизы и его дробовика. Гай чуть поперхнулся и закончил.
- Если, конечно, ваш отец не будет против…
Лицо девушки изменилось, как будто она откусила кусок лимона.
- Конечно он будет против… Он всегда против.
- Честно говоря, я. То есть с моей стороны… - Гай почесал затылок, - я полагаю, можно же что-то придумать?
Тари опять вздохнула.
- Папа, конечно, хочет, как лучше… Он всё говорит, что вернётся в Старый Свет, когда разбогатеет. Но он и сам в это не верит. Он уже прирос к этому городу, к этой стране. Он думает, я не помню дом. А я помню. Совсем-совсем чуть-чуть, но помню. Наш город был маленький и очень старый. Даже улицы были кое-где вымощены плитами, а не булыжником, а за мастерской из земле ещё торчали скульптуры. Лица у них почти совсем истёрлись, а камень позеленел от времени, но ещё можно было различить странные буквы. Я тогда не умела читать, и ничего не понимала. А над городом, на холмах, был каменный круг. Большой-большой. Дядя Брази меня как-то туда водил. И я помню… Камни были серые, тёплые, и резьба на них ещё видна. Наши предки вырезали это, ещё когда сам Айрем не был основан. Может даже несколько тысяч лет назад. Учёные писали, что арругийцы – очень древний народ. Я читала в энциклопедии…
Она села на уцелевший стул и посмотрела на Гая широко открытыми глазами.
- Вы ведь там были? В Старом Свете, я хочу сказать? Вы даже столицу видели…
- Видел, - кивнул Гай.
- И как?
- Тесно, грязно и дымно, - совершенно честно признался он.
- Нет, - горячо возразила девушка, - там есть дворцы и храмы, башни, сады под стеклом, электрический трамвай и даже метро!
- А у вас есть свежий воздух, горы и степь, - возразил Гай.
- Они везде есть, - отмахнулась Тари, - что в них такого?
- Если честно, то многие жители Айрема немало бы отдали за свежий воздух и чистую воду. А уж за вид на горы…
- Всё вы неправду говорите, - рассмеялась девушка, - зачем вы обманываете наивную провинциальную барышню.
- И ничего я не обманываю.
Гай раздобыл ещё один исправный стул и присел рядом.
- Я говорю, чистую и благородную правду…
Ему показалось, что Тари начала слегка краснеть, но как раз в этот миг в дверь постучали.
- Как не вовремя, - пробормотал Гай про себя и добавил уже разборчивее, - наверное, кто-то услыхал выстрел и решил выяснить, в чём дело…
- Не думаю, - надулась Тари, - скорее кому-то очень понадобился телеграф. Ладно, я как-нибудь ещё зайду.
Посетитель был среднего роста, с загорелым лицом и чуть тронутыми сединой аккуратными усами и полубаками. Тщательно причёсанную шевелюру слегка проредили небольшие залысины. Он шёл, сильно прихрамывая, и опираясь на толстую узловатую трость. За ним медленно шагали две мрачные фигуры в запылённых парусиновых накидках, спадавших чуть не до самого пола.
- Маний Лустроний, - произнёс он, подойдя к стойке, - можно просто Лус.
- Лус? – немного удивился Гай, подозрительно косясь на зловещих типов за спиной посетителя.
- Именно. Лус. Когда меня зовут «Ман» мне это не нравится. Разрешите присесть?
- Да, конечно, конечно, - спохватился телеграфист.
Посетитель тяжело опустился на стул, осторожно пододвинул больную ногу, и сложил перед собой холёные руки, водрузив их на причудливый резной набалдашник трости.
- Нога, - сказал он, - когда-то я тоже был молод и скакал по равнинам как дикий сайгак. Но в один ясный и солнечный день проклятый туземец засадил мне стрелу в колено… И этот маленький кусок обсидиана изменил всю мою жизнь.
Он повёл плечами и сбросил укрывавший их тяжёлый суконный плащ с оторочкой из пушистого двуцветного меха. Под ним оказался дорогой тёмно-серый костюм в тонкую полоску и парчовый жилет, перехваченный на животе золотой цепочкой. Накрахмаленный воротничок был обтянут алым в белый горошек шёлковым платком, заколотым серебряной булавкой с ярким синим камнем.
- Увы, из-за ноги я во многом вынужден полагаться на сопровождающих, - он кивнул головой за плечо, в сторону неподвижных типов в желтоватых пыльниках, - выглядят они не слишком дружелюбно, но я и не за это им плачу.
Гай неопределённо кивнул и уточнил.
- К сожалению, телеграф ещё не до конца готов к работе. Я только вчера прибыл и…
- Я в курсе. Я и сам приехал в город только сегодня.
- Так вы не собираетесь ничего посылать?
- Собираюсь, конечно. Но не прямо сейчас.
Лустроний привычным жестом разгладил усы, и добавил.
- Я лишь хотел с вами познакомиться.
Гай улыбнулся по возможности дружелюбно.
- Меня зовут Гай. Гай Нердий. Коналла. Теле… Мастер-телеграфист.
- Очень приятно. Вам уже наверняка про меня рассказали?
- Немного. Если честно – практически ничего.
- Да, в общем, там нечего и рассказывать, - заулыбался Лус, - я один из совладельцев Западной Железнодорожной. Ещё мне принадлежит горный хребет за городом.
- Целый хребет? – не удержался Гай.
- И не только. Ещё пара долин. Привыкайте. Это Окциденталия. Это Запад. Землю тут принято мерить не десятинами, а десятками и сотнями. Квадратных миль.
- Нет. Я понимаю. Но целый хребет!
- Ну, он не такой уж и большой.
- Как сказать. По мне так очень внушительный. И довольно живописный.
Поделиться книгой: