Неизвестный с Драккара

— Но во многих системах остались старые, еще со времен войны с жуками, автоматические станции и установки гиперсвязи. Правда, они поддерживают только шифрованную связь, но если знаешь код, то почему ими не воспользоваться? Вот с одной из них нам и передали сообщение. Но не в этом суть. Вы обратили внимание на сектор происхождения всего того мусора, что приобрел этот человек? По глазам вижу, что тоже нет.

Увидев недоумение на лице дочери и Рау, полковник наморщил лоб, немного нахмурился, подумал и добавил.

— Привыкайте, это наша работа и от этого очень многое зависит, — и, не дав девушкам слишком долго расстраиваться и смущаться из-за своей оплошности, задал вопрос, — Как вы думаете, а что значит указание этого сектор для мусорщика, который оформил перевод кредитов? Ведь это не обязательная информация к заполнению.

— Я знаю, — обрадовалась Ниру, что смогла хоть чем-то отличиться сегодня, — чем сложнее операция по демилитаризации или утилизации устаревшего оборудования, тем большие скидки и бонусы получает ее участник. Но тогда я вообще ничего не понимаю, — стушевалась девушка, и быстро сверившись с таблицами бонусного премирования, удивленно сказала, — нашему плательщику полагается бонус в размере пятидесяти процентов стоимости за риски при проведении операции в зоне повышенного риска нулевой категории. Получается, вместо того чтобы оплатить нам за собранный хлам сто двадцать пять тысяч, он заплатил почти в три раза больше.

— И это еще раз указывает на большой опыт этого человека. Да кстати, если уж мы настолько заинтересовались этим делом, то кто там у нас этот самый плательщик?

Рау быстренько нашла нужный файл и прочла.

— Алексей Скарф, капитан и владелец корабля "Драккар". База приписки не указана.

— Больше ничего? — сейчас уже удивился начальник, — обычно о человеке приводится гораздо больше информации. Даже мне стало интересно. Пробью ка я его по своим каналам.

И замолчал на пару минут. Вероятно, через нейросеть пытался прошерстить базы, к которым у девушек пока не было доступа.

— Ну, теперь вообще все понятно, — улыбнувшись, сказал Сток, — так давайте думать дальше, а то если я вам сразу все расскажу, даже никакого воспитательно-познавательного эффекта не будет.

— А что вы узнали по этому Алексею? — спросила Рау, а сама подумала: "Какое странное имя".

В этот момент очнулась от раздумий Нира и сказала, вероятно, немного задумавшись и упустив основную мысль разговора, потому что очень уж не по уставному она обратилась к своему отцу.

— Папа, так ведь дед говорил, что его тоже Алексей зовут? Это ведь просто сокращение — Алекс, как его всегда называли остальные.

И тут же смутилась, осознав то, как назвала полковника.

Видя ее состояние, Сток еще больше развеселился и сказал.

— Да успокойся ты, все и так знают, что ты моя дочь. А вообще то, да, его именно так и звали, как это я сам не вспомнил. Похоже, мой отец и этот наш капитан — земляки, ведь он говорил, что это имя было распространено только у них на родине.

И подождав пока краска смущения сойдет с лица Ниры, а сама она начнет более менее адекватно соображать, не отвлекаясь на посторонние мысли, продолжил свой поучительный диалог.

— Давайте ка вернемся к теме нашего разговора. Так вот, резюмирую, этот Алексей, находит где-то далеко за линией фронтира, в секторе, куда без поддержки нескольких боевых крейсеров и не сунешься просто так, какой то хлам, опись которого предоставляет, но переплачивает за все это практически в три раза. И что из этого следует?

— Только один вывод. Среди найденного там, есть что-то достаточно ценное, что смогло его заинтересовать, — ответила Рау.

— Правильно, лейтенант. И какие официальные действия в соответствии с уставом мы должны предпринять для разрешения этой операции?

— Провести переоценку флотского имущества подготовленного к продаже и выяснить возможность его изъятия собственными силами, — оттараторила довольная Нира.

— Все верно. А теперь давайте ка просто оценим возможность попасть в систему указанную в сообщении или хотя бы в сектор его отправки.

Нира и Рау задумались. Это была нетипичная для них задача. К логистике они имели довольно отдаленное отношение и поэтому не сразу смогли составить план затрат на вывоз оборудования из указанной системы.

— Без сопровождения туда попасть нельзя, по уставу минимальный эскорт для инженерной экспедиции составляют два крейсера прикрытия и защиты, — начала отчитываться Рау, — дорога туда составит порядка семи-девяти дней, если следовать без промежуточных остановок.

— Хватит, — остановил ее начальник, — суть видно уже и сейчас. Какова оценочная стоимость эксплуатации двух полностью укомплектованных общевойсковых крейсерских кораблей снятых с боевого дежурства?

— Порядка пятисот тысяч кредитов за содержание каждого крейсера, но это не очень точно, — сказала Нира.

— То есть даже доставка туда инженерной команды, Содружеству обойдется дороже стоимости найденного там оборудования. Плюс работа самой команды и инженерной бригады, плюс стоимость используемых расходников. Все это выливается в достаточно солидную сумму, что не покроется стоимостью найденного там оборудования, даже если бы оно было только что вышедшем с конвейера, — разъяснил Сток, и добавил, — но это только доставка. А давайте ка снова посмотрим список. Что интересного можем мы увидеть в нем? Возможно новая цена будет более привлекательна? То, что там указано все найденное в системе оборудование, я уверен, иначе это открытая статья по фальсификации предоставляемых нам данных. Поэтому необходимо провести его переоценку.

И полковник сам начал проглядывать пункты, указанные в счете оплаты, попутно пригласив этим же заняться и девушек.

— Ну что, заинтересовало что-нибудь?

— Да, полковник Ройф, мой интерес вызвали пункты, где указаны три транспортных корабля и два внутрисистемных истребителя, — ответила Рау.

— Мне они тоже показались подозрительными, — добавила Ниру.

— Вы думаете в верном направлении, — сказал полковник, — давайте я вам кое-что поясню. Про транспорты можете забыть, они не стоят этих денег, красная цена на все три штуки пятьдесят-шестьдесят тысяч. А вот истребители как раз и являются основным объектом его внимания. Тут указано состояние обоих. Оно не радует, но основная их беда это большой износ. Вот именно на этот случай наш капитан и набрал достаточное количество комплектующих деталей, для самостоятельного ремонта и замены вышедших из строя модулей. Скажу даже больше, судя по списку, комплектующих у него хватит заправить и собрать еще одно судно полностью, если где-то он достанет обычную корпусно-каркасную раму от истребителя или небольшого транспорта. И если у него получится отремонтировать оба и собрать один или два дополнительных истребителя, то он сможет очень удачно продать их на территории фронтира, особенно в тех секторах, где буйствуют пираты и требуется охрана торговых путей. Истребители времен войны очень ценятся там. Специализированных баз по их управлению много, пилотов подготовить достаточно легко, ремонтная база доступна в большом объёме. И главное их свободная продажа уже разрешена гражданскому населению. Как минимум Алексей заработает на этой сделке четыреста пятьдесят — пятьсот китов с каждого проданного истребителя. Поэтому, этот мусорщик и собрал на той найденной им свалке обломков все оборудование, искины и оружие. В этом человеке чувствуется хватка и явное техническое образование. Это понятно?

— Да конечно, — ответила Нира.

— Вот именно в этом месте и возникает конфликт интересов нашего, как штаба Флота и свободного мусорщика. По сути, этот Алексей Скарф значительно занизил сумму оплаты, и предложил нам триста пятьдесят китов, одновременно при этом, приложив документацию, судя по которой эту сумму можно снизить как минимум до ста десяти тысяч. И это будет вполне законный и официальный путь. И другой. Мы можем сами провести оценку найденного им оборудования, отказать ему в закупке и аннулировать перевод по счету. Кредиты вернуться в его карман, так же он получает простой бонус в размере пятидесяти процентов от номинальной прайсовой, уже назначенной именно нами, стоимости, и отправляется своей дорогой, а мы силами флота летим в найденный сектор и проводим демонтаж указанного им в списке оборудования. При этом на данную операцию мы тратим в сумме порядка тысячи — тысячи пятисот китов, только на один путь, что явно уводит нас в большой минус. И все это без оценки рисков проведения этой операции. Не учтены возможные боестолкновения как с пиратами, так и с архами. Что в значительной степени может как повысить затраты как на всю экспедицию в целом, так, в крайнем случае, привести к ее полному уничтожению. И поэтому руководство Флота предоставило нам возможность проводить оценку своего неликвидного, устаревшего и утерянного имущества. И если сказать по простому, то мы должны решить, готов ли Флот продать мусорщику найденное им оборудование за названную им же самим цену, или назначить свою, выплатить мусорщику положенный бонус и самим осуществить процедуру изъятия.

— Понятно. Но почему, этот капитан перевел нам не сто десять тысяч, а триста пятьдесят? — спросила Нира.

— Ну а здесь как раз и сказывается опыт и знание механизмов работы различных департаментов и управлений штаба флота Содружества. И знают это не многие. Но наш клиент не таков. Этот Алексей Скарф, откликается на позывной "Сурок", и является бывшим лейтенантом четвертого Объединённого флота Звёздного Содружества Независимых Государств в отставке. Правда я не понял, почему он все еще лейтенант, но это не страшно, во флоте бывает всякое. И он знает, о той дилемме которую мы должны разрешить, а для того чтобы мы приняли правильное решение нам переведена эта сумма. Только она несколько больше, чем обычно принятая в этом случае надбавка. Но я думаю, что этому есть какое-то объяснение, например время. Ему нужно, чтобы сделка прошла быстрее, и он успел подготовить товар к какой-то определенной дате.

— Так это банальная взятка, — удивленно сказала Нира.

— Если к этому относится формально, то да, — согласился с ней полковник, — Но реально на этой сделке, вместо того чтобы флот потратил порядка полутора миллионов кредитов, из которых отобьются в лучшем случае только миллион, а пятьсот тысяч останется висеть на минусовом балансе, мы своей волей и досконально проведенным анализом, экономим как минимум пол миллиона кредитов, зарабатываем еще сотню тысяч, списываем все риски на некого стороннего субъекта, да еще и сами остаемся в небольшом плюсе. Именно в этом и есть наша работа, понять и решить, что выгоднее нашему работодателю, списать и забыть это убыточное оборудование, или попытаться его спасти и восстановить.

— Понятно, я никогда не задумывалась о смысле нашей работы именно с такой точки зрения, — сказала Нира.

— И что теперь нам нужно сделать с этим переводом на счет? — уточнила Рау.

— А что тут непонятного? Вы только что заработали двести сорок тысяч кредитов для нашего управления и департамента, половина из который идет лично вам, а вторая растекается по всем заинтересованным, в именно такой работе нашего отдела, вышестоящим людям, включая и меня самого.

— То есть, мы сейчас списываем с этой суммы все финансовые превышения, сделку закрываем официально рассчитанной на основе полученного списка и бонусных таблиц суммой, а остаток переводим на внутренний счет управления, я правильно поняла? — уточнила Рау.

— Все верно, но с остатка половину можете сразу забрать себе, ну и разделить, как сочтете нужным, а в комментарии к основному переводу указать, что ваша часть из него уже вычтена. Рекомендую, так делать и далее, во избежание недоразумений, которые иногда пытаются устроить наши бухгалтера. Схема понятна?

— Да, — ответила Рау.

— Да, — подтвердила Нира, и продолжила, — это мы что, заработали за один только день больше, чем я видела за всю свою жизнь?

— Да, все верно, — с улыбкой сказал Сток, — это и является нашим маленьким секретом. В каждом из департаментов флота присутствует своя небольшая особенность, которую они стараются поглубже спрятать и сделать понезаметнее, но которая есть и которую нужно учитывать при работе или взаимодействии с ними, а знать, как и когда ими можно и нужно воспользоваться, сотрудники нашего отдела должны обязательно. Но это задел на будущее, понимание придет со временем. Сейчас вам требуется досконально разобраться в местной кухне, а потом уже браться за другие службы и управления, — закончил свою речь полковник Кройф.

— Но это еще не все. Помните, я вам обещал еще два задания, о которых хотел сообщить? — продолжил он через несколько мгновений, и, дождавшись подтверждения своих слов от девушек, начал рассказывать, — Правда, теперь это уже более сложная и несколько нудная работа, которой занимаются многие сотрудники нашего отдела.

— А что это? — не выдержав спросила Нира.

— Дослушай сначала, и вопросы отпадут сами собой, — ответил ее отец, — Готовиться инспекционная комиссия по форпостам боевого дежурства. И я беру вас с собой для знакомства с нашей зоной ответственности и для того чтобы посвятить в курс дел. Каждое управление вместе с комиссией отправляет несколько человек, для оценки эффективности работы своего персонала на местах удаленных от общего центра. Нас по сути это не сильно коснется, наше основное задание это списанное оборудование, его учет, снятие с баланса флота и перевод в неликвидные средства. Под это дело, флот выделяет небольшой крейсер. Безопасность его продвижения обеспечивается уже местными силами. Но это никогда не было сильно опасным мероприятием. Это первая новость и вторая, за успешное проведение инспекторской проверки всем ее участникам насчитывается повышенная "мотивационная" гос. премия.

— Уже известен маршрут следования? — перешла в деловое русло Рау.

— Да, — полковник перекинул девушкам маршрут следования их корабля и карты секторов, мест базирования боевых станций, — мы за время перелета побываем на двенадцати станциях, поэтому вам необходимо ознакомится со всей документацией прошедшей через наше ведомство за последние три месяца, прошедших с предыдущей проверки, с этих объектов.

— Понятно, — ответила Нира и сразу-же спросила, — а сколько у нас времени?

— Отправка назначена на конец недели, плюс до первой базы два дня полета, значит у вас примерно семь дней на изучение материалов, и составления сводных таблиц, по которым мы будем проводить сверку, — сказал Сток.

Пока полковник и Нира разговаривали, Рау что-то упорно разглядывающая в полученных картах, удивленно воскликнула.

— Ой, смотрите. Место отправки сообщения по той сделке, что мы с вами анализировали, располагается не очень далеко от системы Прек-5, где мы должны будем побывать.

— А что там? — заинтересовался полковник.

— В системе расположена небольшая станция вольных торговцев Реса, где расквартированы несколько наших рейдеров-перехватчиков.

— Понятно, — ответил Сток.

— Дался тебе этот мусорщик, — сказала Нира, — этот сектор далеко, там мы окажемся только через месяц и вряд ли сможем его встретить.

— А я бы поставил ему бутылочку тархи (спиртной напиток), — сказал неожиданно полковник, — ведь все мы благодаря ему и его длинному и любопытному носу, а так же ухватистым рукам, стали богаче на несколько кредитов.

***

Неделя для девушек пролетела в авральном режиме. Подготовка к отлету. Анализ документации и составление таблиц.

Материала оказалось так много, что иногда они задерживались на работе до утра, и ночевали в своем кабинете. Благодаря чему интерьер их рабочего помещения разнообразился еще и небольшой спальной зоной, где они расположили маленький уютный диванчик, купленный на совместные деньги.

Но все когда-то заканчивается. Они даже не ожидали, что могут справиться с поручением полковника, да еще и до отлета корабля. Но все материалы, которые могут им пригодится в дороге, были подготовлены, классифицированы и размещены по отдельным информационным кристаллам, каждый из которых был полным описанием дел на станции, которой он касался.

Даже полковник удивился их работоспособности и усердию, за что и похвалил их перед самым отлетом, когда они пришли отчитываться о завершении подготовительного этапа.

А на следующий день, со стартом корабля, начался новый этап их жизни, для некоторых пассажиров их крейсера он стал последним, но для полковника и двух его сотрудниц это было только началом.

***

Капитан рейдового крейсера "Коряга" Седьмого подразделения флота Содружества — Лерк Стирф, стоял на капитанском мостике и раздумывал о том положении, в котором оказался их корабль, благодаря плохой организации и ужасной работе службы логистики.

"А ведь ничего не предвещало беды", — сокрушался он и восстанавливал в памяти последовательность предшествующих событий, — "Как меня уговаривали. Перехватили, ведь как только мы вернулись с боевого дежурства на одной из пограничных баз во Фронтире. И практически сразу мне в лоб, выручай, лети, другого свободного корабля сейчас нет, а дело срочное. Ничего страшного, прокатишь комиссию по заранее спланированному маршруту за месяц. Всех проблем то. А сразу по приезду тебя и команду в отпуск на один из курортов планеты за счет департамента флота. Это будет обычный, полностью безопасный рейс с инспекторской группой от управления финансовыми операциями Флота, на борту. Все организовано. Маршрут досконально просчитан. Все просто. Прыжки только по строго заданным координатам охраняемых и защищенных систем. Точки выхода из гиперпространства заранее зачищаются и контролируются местными служаками. Никакого тебе свободного поиска в неподконтрольных флоту Содружества секторах. Хоть это и Фронтир, но максимально безопасный, насколько это вообще возможно в данной зоне условно принадлежащего Содружеству пространства. Но ведь грызло какое-то смутное предчувствие. Нужно было отказываться. Ну что ж теперь поделаешь. Да и флотские мы, от просьбы начальства, считай прямого приказа, у нас не принято отказываться. Как чувствовал. И не зря. Все шло нормально и на тебе".

Они прошли уже одиннадцать систем, где комиссия должна была провести свои инспекторские проверки, когда произошла эта странная встреча — засада.

Что же случилось и почему так произошло во время последнего перехода, он не мог объяснить. Но их или кого-то другого явно ждали. И ждали с целью убить. Случилось следующее.

Прыжок к месту встречи с патрулем смежного пограничного отряда флота из последнего сектора, был проведен строго по выданным координатам, система прибытия, та, которая и должна быть. Метрические координаты ошибаются редко, и значит прибыли они на место своего назначения. Но вместо дружелюбных союзных подразделений флота они нарываются на изготовившиеся к бою четыре крейсера пиратов, которые производят слаженный и отрепетированный залп по только что появившемуся в пространстве крейсеру. И ведь как подгадано время залпа. Как четко отлажена работа и взаимодействие кораблей. Даже место выстрела для всех кораблей определено, с расчетом на то, чтобы первым же залпом пробить щит и повредить их крейсер наверняка.

Флотские из Содружества, в первый момент практически ничего не успели сделать, как потеряли энергетический щит полностью. Только боевая слаженность команды дальше дала возможность своевременно среагировать на неожиданно возникшую угрозу и уйти от второго дружного залпа встреченных кораблей, подставив наиболее защищённый участок крейсера под выстрел. Но не обошлось без ущерба и жертв. Энергетического щита не было, и часть зарядов все-таки пробила обшивку и корабль, а он, получив несколько пробоин в корпусе, произвел автоматическую герметизацию отсеков, потеряв при этом часть экипажа, которая как раз в этот момент находилась в кают-компании, куда и пришёлся основной удар.

После этого их корабль бросился на утек.

Самым обидным в их положении оказалось то, что этот залп, каким-то образом повредил многократно продублированный контур управления прыжковым двигателем. И теперь, хоть двигательная установка и была вполне работоспособна, но корабль не мог совершить ни одного прыжка. А персонала, способного провести его грамотный и качественный ремонт на судне не было. Да и времени у них с каждой минутой становилось все меньше.

"Время и место выбраны очень удачно, что же это значит?" — задал себе вопрос капитан, попутно пытаясь найти хоть какое-то укрытие для корабля в секторе.

А значит это, что, во-первых пираты знали точные координаты точки выхода из гиперпространства, а во вторых им известен тип встречаемого корабля и наиболее уязвимые его точки.

"Кто-то нас предал", — решил капитан, — "но для чего, дело явно не в нас. С нас и взять особо нечего кроме проблем, которые мы создадим на ровном месте. Им нужна комиссия, или кто-то конкретный из ее состава. Нужно поговорить с людьми. Посовещаться. А если это комиссия и пираты знают, что мы не сможем уйти. То…"

И взгляд капитана остекленел на несколько секунд.

"Плохо дело", — подумал капитан, — "Нужно предупредить оставшихся людей и приготовиться к отражению абордажной атаки".

Капитан почему-то был уверен, что абордажа не миновать.

— Линер, лейтенант ты где.

— Тут.

— Передай сообщение по старшим групп среди пассажиров и среди офицерского состава.

— Готово. Слушаю, — отозвался моложавый молодой человек.

— Пусть через пять минут подходят сюда, нужно поговорить, — Не вдаваясь в подробности, ответил капитан, а сам уселся в свое кресло и принялся ждать.

"Что-то это все меньше становиться похоже на пиратов", — рассматривая маневр, Лерк отметил странные перемещения, которые выполняли встретившие их корабли.

Все больше это походило на коробочку, в которую пытались захлопнуть их крейсер. Пока они могли соревноваться с пиратами за счет отрыва и скорости, но не известно, каков запас хода кораблей противника.

"Если они знали о нашем крейсере, то и его ТТХ им известны, а значит, они должны быть готовы перехватить нас", — понял он.

"Будет абордаж", — теперь эта мысль воспринималась им уже как данность, — "Нужно подготовить десантную команду".

В рубку управления, где он назначил совещание, начали подтягиваться люди.

Кадровые военные, еще состоящие на службе, подошли довольно рано, простые же пассажиры, пришли или точно в назначенное время или опоздали на пару минут.

Последними вошли трое, какой — то пожилой мужчина и две девушки.

"Теперь понятно, о ком во сне грезят мои солдаты и офицеры", — вспомнил жалобу, уже погибшего на текущий момент, своего первого помощника капитан, рассматривая девушек идущих следом за пожилым, но еще крепким человеком. Суть ее была в том, что на судне появилось две сногсшибательных красавицы, которые завладели умами всех холостяков, и многих женатых солдат на его крейсере, и теперь он увидел воочию, о ком шла речь в той докладной записке. И был полностью согласен с изложенным в ней, таких куколок нужно держать подальше от одичавших в долгой боевой вахте мужчин.

"Так, я отвлекся. Нужно сейчас не о молоденьких девочках думать", — и чтобы себя как-то отвлечь он перевел взгляд, на человека, идущего перед девушками.

Что-то показалось капитану знакомым в походке идущего первым сотрудника интендантской службы. И тут пришло узнавание.