Горькая дольче вита

– Да, на пятьдесят тысяч рублей можно много вещей накупить! У меня еще с ипотеки тридцать тысяч осталось. Я забыла тебе отдать.

Натали уставилась на нее, как на дуру.

– Господи, откуда ты только взялась такая? – покачала она головой. – Очень прошу, прямо сейчас выкинь в помойку свой плащ. У меня из-за него расстройство эстетического восприятия мира случилось. А у хозяйки бутика определенно случится паралич мозга, если она такое увидит. Тогда шмоток хороших за полцены нам не видать как своих ушей. Мадлен снобка еще та.

– Ну хорошо, раз ты настаиваешь, – Настя стянула с себя плащ, открыла дверь машины и выкинула его на дорогу. – Свитер тоже выкинуть?

– Свитер можешь оставить. Он смотрится как хенд-мейд, – великодушно разрешила Натали, косясь на нее с удивлением.

– Он и есть хенд-мейд. Я его в десятом классе связала и до сих пор ношу. Рада, что он тебе понравился.

Натали ничего не ответила, вдавила в пол педаль газа, автомобиль со свистом вылетел на трассу. Машина у Натали была маленькая, маневренная и совсем не выпендрежная. Интеллигентный такой автомобильчик по имени «Порше».

Через пять минут «Порше» припарковался на стоянке у ее дома.

– Предупреждаю, у меня беспорядок, – разволновалась Настя, пропуская Натали в обшарпанный подъезд.

– Не напрягайся. Что я, бардака не видела, – успокоила ее Натали.

Девушки подошли к двери Настиной квартиры.

– Блин, ключи от квартиры в плаще остались! – хлопнула себя по лбу Настя.

– Все у тебя через задницу! – выругалась Натали. – Ну как можно быть такой идиоткой?

– Ты же сама просила немедленно выкинуть эту вещь! – возмутилась Настя.

– Ну правильно! Оказывается, я виновата, что у тебя мозг отсутствует, – парировала Натали. – Я фигурально выражалась! Никто тебя не просил выкидывать одежду на дорогу. Тем более с ключами от квартиры.

– Как не просила, когда… Странно, дверь открыта… – удивилась Настя. – Наверное, я в спешке забыла запереть.

Натали толкнула дверь и заглянула в квартиру.

– Ни фига себе! – охнула новая знакомая. – Да у тебя тут не беспорядок, а полный кабздец творится!

– Я предупреждала, – занудно сказала Настя, протиснулась в прихожую и ошарашенно огляделась по сторонам. В квартире в самом деле был полный кабздец! Все перевернуто вверх тормашками. Книги, диски, вещи, документы, предметы мебели, одежда, посуда валялись на полу. – Что это такое? – пролепетала она, оглядывая руины, которые остались от ее уютной двушки.

– Ты у меня спрашиваешь? Похоже, тебя обворовали, радость моя, – предположила Натали.

– Обворовали? – вытаращила глаза Настя. – Да у меня нечего брать! Была пара колец золотых и цепочка, давно в ломбарде сгорели. Книги разве что… – Настя нагнулась и подняла с пола одну книгу, потом другую, бережно сложила их стопочкой. – Вроде самые ценные книги на месте. Вот эта к примеру. Первое журнальное издание «Мастера»… А это подпольная распечатка «Гулага». А это… Господи, ну и бардак. Воры, вероятно, расстроились, когда поняли, что не ту квартиру вскрыли, и устроили в отместку погром.

– Так себя наркошки ведут. Тупо все крушат на своем пути. Твои книги им на хрен не нужны. Они их раскидали в надежде бабки на ханку найти. Посмотри внимательно, точно ничего не исчезло? Техника бытовая, к примеру.

Настя еще раз внимательно оглядела помещенин, прошла на кухню, потом в спальню.

– Ноутбук пропал! – заорала она. – Наркоманы забрали Алешин ноут! Надо срочно написать заявление в полицию!

– Тихо! – шикнула Натали. – Забрали, и хрен с ним. Алеша твой другой купит. Мне Сашка все рассказал о твоем муже. Судя по всему, в деньгах твой благоверный сейчас не нуждается, – ехидно заметила она. – Полицию не вздумай вызывать! Воров все равно не найдут, комп тоже. Бесполезняк. Поехали отсюда быстро.

– Погоди, а как же платье… Я платье возьму, – пискнула Настя, с трудом пробралась в комнату, заглянула в шкаф. Семейный раритет висел на вешалке, в футляре. Похоже, это была единственная вещь, которая не пострадала во время набега на ее владения каких-то идиотов.

Она сняла футляр с вешалки, забежала на кухню, нашла в одном из ящиков запасные ключи и выскочила из квартиры, захлопнув за собой дверь.

Натали ждала ее у лифта, суровая и неприступная, словно это ее квартиру ограбили. Глядя на расстроенную физиономию Насти, «девушка в стиле минимализма» смягчилась.

– Не переживай, меня тоже обчищали. И квартиру обносили, и сумку несколько раз подрезали. Неприятно, но не смертельно. Вернешься, приведешь все в порядок и забудешь о происшествии. Тем более, как ты говоришь, ничего, кроме компа, из квартиры не пропало. Надеюсь, в нем не было какой-то ценной информации?

– Да нет…

– Ну и все, держи хвост пистолетом.

– Угу… – кивнула Настя, чуть не плача.

– Не расстраивайся ты так! Хочешь, я тебе новый комп на свадьбу подарю? Белый «Apple»? – улыбнулась Натали.

– Что ты! Не надо, это очень дорого. Я не расстраиваюсь. Просто подумала… Вдруг это Алеша вернулся и свой ноутбук забрал?

– А по ходу дела разгромил квартиру? – хмыкнула Натали. – Он что у тебя – припадочный?

– Да нет вроде… – пожала плечами Настя. – Иногда, конечно, бывает не слишком сдержан, как любой человек. Может наорать и швырнуть что-то сгоряча. Но в целом… В целом вполне спокойный. А вдруг он узнал, что я замуж выхожу, и расстроился?

– Откуда он мог это узнать? – рявкнула Натали. – Ты что-то кому-то успела натрепать?

– Нет! – испуганно замахала руками Настя. – Клянусь, я никому ничего не говорила. Когда? Я целый день с тобой и Александром провела. Мало того, он у меня мобильник забрал. Да и некому мне рассказать. Я с единственной подругой вчера поссорилась сильно. Не помиримся уже, наверное…

– Тогда зачем ты хрень всякую несешь? Напрягаешь не по делу! Я тебе еще раз повторяю, это либо наркоманы, либо гастролеры из республик ближнего зарубежья тебя осчастливили. Бабки искали, золото или наркоту. Короче, забудь. Сейчас тебе надо о другом думать. До завтрашнего утра тебе необходимо забыть, что ты нищая замужняя бухгалтерша, и стать уверенной в себе бизнесвумен, невестой состоятельного и красивого мужчины.

– Красивого? – удивилась Настя. Отчего-то будущий жених виделся ей Квазимодо с излишним весом.

– Очень красивого, – добавила Натали с нежностью. Настя с подозрением уставилась на девушку. – Мы с детства друзья, практически с пеленок. Егора я обожаю, как брата, – уловила ее интерес Натали и хмуро уставилась на дорогу. Настроение у нее явно испортилось. У Насти настроение тоже испортилось окончательно. Ну что за напасть такая? Муж ушел, с подругой поругалась, в краже обвинили, теперь средь бела дня обворовали! Когда уже закончится этот кошмар! Натали права, все у нее через одно место.

На улице стемнело. Настя с грустью посмотрела на окна свой квартиры, распахнула дверь «Порше», швырнула бабкино платье на заднее сиденье машины, сама уселась впереди и немного расстроилась, что Натали к платью не проявляет никакого интереса. Почему-то стыдно стало, что она предложила за ним съездить. Платье Натали тоже показывать было неловко. «Девушка в стиле минимализма» ей нравилась, и совершенно не хотелось снова опозориться. Глупо предлагать старую рухлядь в качестве альтернативы обычному белому платью из бутика знакомой Натали. Настя расстроенно уставилась в окно и принялась с увлечением грызть ногти. Эта дурная привычка преследовала ее с детства. Натали хлопнула ее по руке.

– Не смей руки жрать! Тебе послезавтра замуж выходить.

– Не надо мне об этом постоянно напоминать! У меня, слава богу, с памятью все замечательно! – огрызнулась Настя и буркнула: – Фотку вашего Егора хоть покажите, а то вдруг не признаю жениха в аэропорту.

– Домой приедем, покажу. Смотри только, не втрескайся в него на Кипре. Егору нравятся девушки совершенно другого склада. Влюбишься, страдать потом будешь, – заметила Натали, она говорила без ехидства, сочувственно и предостерегающе.

– Да сдался мне ваш Егор! – разозлилась Настя. – Делать мне нечего – в козлов всяких влюбляться, от которых невесты накануне свадьбы сбегают. У меня свой козел есть. И, как ты выражаешься, в любви полный фаталь. Я мужа люблю! Он предал, а я все равно люблю! Самое ужасное, что это навсегда. Я знаю, он моя половинка. Не могу его из сердца выкинуть. Не могу без него! Если вернется, приму и прощу. Плевать, что другие меня тряпкой считают. Ты сильная и волевая, тебе этого не понять… – тихо сказала Настя и снова сунула палец в рот.

– Отчего же. У меня в любви такой же полный фаталь, – неожиданно сказала Натали, набрала чей-то номер по мобильнику и проворковала в трубку: – Мадлен, солнце, готовь шоу-рум! Мы будем через пять минут.

Настя озадаченно уставилась на девушку. Она никогда бы не подумала, что владелицы бутиков готовят к приходу гостей в своих роскошных магазинчиках шаурму!

Глава 7

Шаурма в шоу-руме

Бабушкино свадебное платье Настя машинально прихватила из машины в магазин и вскоре пожалела об этом опрометчивом поступке. Магазинчик был маленький, но туалеты, которые красовались на вешалках и манекенах, сбивали с ног своим великолепием.

Настя вернулась к двери и аккуратно положила футляр на пол у входа. Очень вовремя: навстречу им шла с обезоруживающей улыбкой в тридцать два зуба хозяйка бутика.

Знакомая Натали оказалась совсем не такой, как представляла себе Настя. Почему-то Мадлен виделась ей надменной блондинкой в сногсшибательном наряде от-кутюр. Хозяйка оказалась миниатюрной брюнеткой лет сорока, весьма сдержанной наружности. Волосы причесаны на прямой пробор и собраны в пучок, на носу стильные очки в тонкой оправе, на ножках мягкие туфли с пряжкой, напоминающие школьную обувку для девочек. Ее одежда тоже напоминала школьную форму: строгая белая блузка и темная юбка до колена. До полного образа школьницы-зубрилы не хватало только белых носочков или гольфиков.

– Натали, как я рада тебя видеть! Давненько ты ко мне в гости не захаживала! – воскликнула Мадлен, манерно чмокнув Натали в щеку. – Рада, что ты вернулась в профессию. Ты же у нас не просто стилист, ты мэтр в своей области.

– Спасибо. Нет, я не вернулась. Это не клиентка. Родственница, дочка двоюродного брата отца. Хочу сделать ей приятное.

– Очаровательно, – с легким грассирующим «эр» воскликнула Мадлен, оглядывая Настю профессиональным взглядом с ног до головы. – Что же, ставь задачу. Сделаем ей приятное вместе.

– Нам нужен летний гардероб. Пара купальников, несколько платьиц на выход в свет и повседневных, аксессуары, обувь и белье. Короче, все, что необходимо для поездки на курорт. Бюджет пятьдесят штук евро. Не забудь, ты обещала хорошую скидку.

– Сколько? – пискнула Настя. Мадлен заинтересованно на нее посмотрела. – Папа, как всегда, пожадничал, – криво улыбнулась Настя.

– Раз обещала, сделаю. Милая, очень милая у тебя родственница. Пойдем, солнышко.

Хозяйка бутика снова расплылась в улыбке и проводила Настю в просторную зеркальную комнату с мягким ковром на полу. Дальше все закрутилось, как бешеная карусель. Платья, брюки, купальники, джинсы, футболки, рубашки, белье, туфли, босоножки – все нереально красивое, приятное, необыкновенное. Насте все нравилось, но Натали жестоко выбраковывала восхитительные вещи и лишь изредка кивала, складывая рядом на диванчике то, что нравилось ей. Через час Насте захотелось Натали убить. Она отмела почти все, что Насте особенно приглянулось. Например, божественный сарафан цвета хаки, широкие песочные брюки, длинную рубашку мужского кроя и холщовое платье-макси. Пришлось смириться. Одежду Натали выбирала явно в соответствии со стилем Ханны, все лаконичное и сдержанное. Мадлен деловито суетилась рядом, приносила новые и новые модели.

Пришел черед свадебного суррогата. Для церемонии Натали выбрала вечернее кремовое платье на тонких бретелях. В тон ему подобрала босоножки и маленькую сумочку.

– Кажется, все… – вздохнула она с облегчением. – Если что упустили, там купишь. Сейчас пальтишко с сапожками тебе подберем, чтобы до аэропорта доехать, и можем двигать домой. Мадлен, у тебя есть что-то не слишком дорогое для девушки? Иначе, боюсь, в смету нам не уложиться, – спросила Натали. – Мадлен?

Хозяйка салона не отвечала. Она что-то сосредоточенно разглядывала в углу магазина. Настя поняла, что именно, и покраснела до корней волос. Мадлен любопытства ради сунула нос в чехол с бабкиным платьем, и теперь у нее, похоже, случился культурный шок. «Бедная женщина», – с сочувствием глядя на хозяйку бутика, подумала Настя.

– Откуда у вас это? – наконец оторвалась от платья Мадлен. Взгляд у нее был удивленный до крайности.

– Мы это… Просто в салон свадебный не успели, – откашлялась Настя.

– Потрясающе! – воскликнула Мадлен. – Это же настоящий винтажный Диор пятидесятых годов. Это платье побывало на страницах «Вог», его демонстрировала одна из любимых моделей Диора. Невероятно! Где вы раздобыли такую роскошь?

– В шкафу. Моя бабушка в этом платье замуж выходила, – сообщила Настя и глупо улыбнулась. Она и представить себе не могла, что платье представляет какую-то ценность.

– Ваша бабушка бывала во Франции?

– Нет. Она купила это платье на блошином рынке в Москве, потому что на новое у нее денег не было. Теперь вот я замуж собираюсь в нем выйти.

– Что же вы стоите? Надевайте скорее! Мне не терпится увидеть его на вас! – воскликнула Мадлен.

– Мне тоже, – ошарашенно сказала Натали.

Платье село по фигуре, как влитое, словно было сшито на Настю. Восхитительное жемчужно-серое платье на корсете, с открытыми плечами и юбочкой-тюльпаном чуть ниже колена. Единственным украшением платья был большой шелковый бант, так замысловато драпирующий юбку, что простенькое по силуэту платье приобретало изысканность и шик. Мадлен тут же принесла туфли в тон, остроносые, на невысоком каблучке.

– Шарман! Вы будете самой красивой и счастливой невестой на свете! – с восхищением сказала она.

– Угу, – невнятно прошептала Настя. Красивой она, может, и будет, но счастливой вряд ли.

У хозяйки салона зазвонил сотовый. Мадлен извинилась и вышла в подсобное помещение.

К Натали, которая во время демонстрации наряда сидела с вытаращенными глазами и молчала, наконец-то вернулся дар речи.

– Офигеть! Почему ты не сказала, что платье от Диора?!

– Да я сама не знала, – пожала плечами Настя, с удивлением разглядывая себя в зеркале.

– М-да… Тяжелый случай. Вернешься, в шкафу поройся. Вдруг у тебя там еще что-то эксклюзивное завалялось, – вздохнула Натали, сняла с вешалки скучное черное пальто и набросила его на плечи Насти. – Отлично, как раз в стиле Ханны. Головной убор еще надо, – Натали сняла с витрины фетровую шляпку-клош в стиле двадцатых годов, украшенную вышивкой и декоративным цветком, и напялила Насте на голову.

– Я ненавижу шляпы, – вяло возразила она. – Их носят только чокнутые тетки.

– Твоего мнения никто не спрашивает, – отрезала Натали. – Прическа к свадебному платью подойдет высокая. Дома я тебе эскиз нарисую. За тобой будет закреплен свадебный координатор, который отвечает за весь процесс подготовки и проведения церемонии. Завтра днем он отвезет тебя к стилисту и косметологу для предварительной «примерочной» прически и мейк-апа или стилист сам приедет в отель, уточнишь. Затем – в цветочный салон, где надо будет выбрать дизайн букета и декорации. Я думаю, этим Егор займется сам, но ты можешь присоединиться. Далее муниципалитет, где вы подадите заявление на регистрацию брака. Сама церемония послезавтра. Дома я тебе сценарий бракосочетания дам. Посмотришь место, речь выучишь…

Натали что-то еще говорила, но ее голос вдруг стал уплывать… Кажется, только сейчас до Насти дошло, что все это происходит на самом деле. Завтра она по чужим документам пересечет границу, а послезавтра выйдет замуж. За человека, от которого убежала собственная невеста. Предстанет с ним перед алтарем или что там у них на Кипре? И будет клясться незнакомому мужику в вечной любви и верности. В бабушкином платье от Диора. В то время как ее собственный мужик ублажает другую на том же курорте. Какой кошмар. Ужас! Голова закружилась, зазвенело в ушах, во рту появился неприятный металлический привкус. Магазинчик закачался, как лодка на волнах, и Настя провалилась в густое темное облако.

* * *

Не помогло ничего: ни лед, ни троксевазин, ни свинцовые примочки. К утру Настин нос распух и увеличился в размерах вдвое, а под глазами растеклись жуткие синяки. Угораздило же ее вчера упасть мордой в стеклянную витрину. Все нормальные девушки лишаются чувств, вскрикнув, медленно осев в реверансе на пол, – она же упала рублем, молча, без жеманных кривляний. Благо витрина не разбилась, а то ушибом физиономии дело бы не обошлось. Лицо потом пришлось бы из лоскутов сшивать.

– Господи, ты выглядишь как жертва маньяка! Тебя через границу не пропустят, – стонала Натали, накладывая ей на лицо третий слой тональника. – Какого хрена ты не сказала, что тебе плохо? Я бы тебя поддержала!

– Морально или физически? – вяло пошутила Настя: ее трясло так, что она не могла попасть ногой в чулок.

– Да оставь ты чулки в покое! Зачем они тебе вообще в самолете? Носки и джинсы надевай. Опаздываем! Карамзин через пару минут приедет, а тебе еще перекусить надо. Он повезет тебя в аэропорт. Сашка с Егором уже выехали, им из пригорода ехать дольше. Чемодан я тебе упаковала. Платье отдельно повезешь в чехле.

В штанину попасть тоже не получилось. Натали опрокинула Настю на диван, как куклу, изловчилась и натянула на нее джинсы, потом носки. Посадила, напялила на нее футболку и свитер.

– Пойдем, я приготовила тебе омлет, – устало сказала Натали.

Настя с трудом встала на ноги, поплелась на кухню, взглянула на омлет, зажала рот и бросилась в туалет. Похоже, у нее началась анорексия, обнимая унитаз, размышляла она. Когда ее уволили и Алеша ушел, еду она в себя заталкивала силой. Вчера вообще забыла, что надо есть, с утра только два глотка кофе сделала. Вот результат – хлопнулась в обморок. Спасибо хозяйке салона, платье в порядок привела, отпарила, отутюжила. Домой они обе вернулись в шоковом состоянии. Натали напоила Настю чаем с мятой и накормила пиццей, ничего другого в холодильнике «девушки в стиле минимализма» не оказалось. Пицца была божественно вкусной, но желудок, отвыкший от еды, тут же запротестовал и избавился от ужина. Потом они учили чешские расхожие выражения и собирали чемодан. Натали собирала, а Настя со льдом на носу учила. Потом Натали прочитала ей лекцию по мейк-апу, практический сеанс пришлось отменить из-за разбитой физиономии. Потом они делали маникюр. Поспать почти не вышло. Натали разбудила ее в четыре утра.

Настя нажала на кнопку слива унитаза, включила воду и взглянула на себя в зеркало. Оттуда на нее пялился уродливый гном, похожий на Ханну только цветом волос и прической. «Вот жених-то обрадуется!» – злорадно хихикнула Настя и застонала. Смеяться было больно.

Дурнота немного отступила. Настя решила воспользоваться моментом, побрела на кухню и съела несколько кусочков омлета.

Как обещала Натали, вскоре явился загадочный доктор с литературной фамилией Карамзин – харизматичный здоровяк, серьезный, лысый и вызывающий доверие.

– Ого! – взглянув на Настю, присвистнул доктор, схватил ее за подбородок двумя пальцами и повернул лицо к свету.

– Я же говорила! – всплеснула руками Натали. – Не знаю, что делать. Я уже два килограмма косметики извела, но выглядит это все равно чудовищно. Как она полетит с такой физиономией?

– Что ты панику наводишь? Ну бывает, падают люди перед свадьбой. Не отменять же торжество из-за этого. Тем более – зарубежную поездку. У меня знакомый вообще со сломанной рукой женился, и ничего. А намедни одну даму в роддом доставили со сломанной ногой…

– Карамзин! – перебила его Натали. – А если ее через границу не пропустят?

– Пропустят, куда они денутся! Она же не преступница какая-нибудь, а девушка на выданье, – спокойно сказал Карамзин, улыбнувшись Насте. Он наконец-то отпустил ее подбородок и сел. – Так даже лучше. Попробуй докажи теперь, что она не Ханна. Не будут же они медицинскую экспертизу проводить. Впрочем, сейчас я на всякий пожарный справочку накалякаю, что перелет ей можно совершать. Мало ли, вдруг у представителей авиакомпании вопросы возникнут.

Карамзин подмигнул Насте, придвинул к себе ее тарелку, доел омлет, громыхнул на стол свой чемодан, достал бланк с печатью роддома и настрочил справку.

– Ну все. Сейчас я дам тебе болтушку. Чумовая штука, свежачок, с утра сварганил. Прилетишь, на полотенце и на морду, компрессы поделаешь в номере. Обещать на сто процентов не могу, но до завтра отек должен сойти. Так что до свадьбы заживет, – гоготнул Карамзин. – А сейчас готовим ручку. Укольчик сделаю, и можно ехать, радость моя. Не волнуйся, все будет хорошо, – пропел он, извлек из чемодана все необходимое, разложил на столе. – Аллергия на медикаменты есть?

– Вроде нет, только я уколов боюсь с детства, – предупредила Настя, покладисто протянула руку и зажмурилась.