Юность, опаленная войной

Домой Нина возвращалась с Лидой Андросовой, с которой, оказывается, жили совсем рядом.

— А у тебя все есть учебники? — участливо при расставании спросила Лида.

— Кажется, все.

— Смотри, если какой книги не будет, приходи ко мне. Я всегда с тобой поделюсь.

— Спасибо тебе, Лида.

Так после первого дня учебы в новой для нее школе, полная приятных впечатлений, с хорошим настроением Нина возвратилась домой.

Благожелательность класса, дружба с Лидой Андросовой помогли Нине быстро преодолеть период «привыкания» и по-настоящему зажить жизнью коллектива школы. Постепенно Нина самостоятельно преодолела и отставание от учебной программы. Так что третью четверть она закончила, не имея задолженности ни по одному предмету.

Факт появления новой ученицы из Белоруссии оставался бы, видимо, еще долго достоянием только 6-го класса, если бы не очередная юбилейная дата, сразу сделавшая Нину известной не только для всей школы, но и поселка.

В поселковом клубе имени Луначарского состоялся вечер, посвященный 20-летней годовщине создания Красной Армии. После торжественной части учащиеся читали стихи Маяковского, Блока, Демьяна Бедного, танцевали лезгинку. Потом ведущая концерта неожиданно объявила:

— Русскую народную песню «Валенки» исполнит ученица 6-го класса Нина Старцева. В зале сразу же все притихли. На сцену вышла худенькая девочка в русском сарафане и под аккомпанемент баяна задорно спела «Валенки». Зал долго и горячо рукоплескал.

— Вот это — да! — с восхищением шепнул Лиде Андросовой старшеклассник Николай Сумской.

— Молодец Нина! — подтвердила Лида. — А ты знаешь, Коля, мне повезло: я с ней сижу за одной партой и живем рядом, на одной улице. Нина приехала из Белоруссии…

С того памятного вечера Нина стала постоянной участницей всех выступлений школьной художественной самодеятельности на утренниках, в концертах для шахтеров и колхозников. Она охотно исполняла русские, белорусские, украинские народные песни.

Учеба и общественная работа вскоре сдружили ее с Николаем Сумским, Александром Шищенко, Володей Ждановым — тоже активными участниками художественной самодеятельности, будущими членами подпольной патриотической организации «Молодая гвардия»: перед войной их дружную компанию можно было встретить вместе на школьных вечерах, в поселковом парке, в кино, у кого-нибудь дома…

Особенно много забот и хлопот у ребят было в предпраздничные дни. Найти свободное помещение для репетиций кружка народных инструментов, в котором участвовала вся их компания, было трудно. Но они никогда не падали духом и не унывали. Захватив с собой гитары, балалайки, мандолины, отправлялись на репетиции к Николаю Сумскому, жившему недалеко от школы. Отец и мать Николая всегда были рады, когда к ним приходили друзья сына. Здесь ребята разучивали песни: «Дан приказ ему на запад», «Конная Буденного», «Тачанка», «Смело, товарищи, в ногу», «По долинам и по взгорьям». Солисткой была Нина Старцева.

* * *

Летом 1939 года Нина вместе с матерью побывала у себя на родине, в деревне Березна.

Сколько же радости принесла эта поездка девочке!

К моменту поездки в Белоруссию она успешно закончила семь классов. На семейном совете было решено, что Нина продолжит учебу в поселковой средней школе № 22 до получения среднего образования. За последние два года она заметно подросла, изменилась внешне. Вместо прежней челочки и короткой стрижки волосы теперь причесывала на прямой пробор и носила косы. На ней была нарядная, вышитая гладью, белая батистовая кофточка и синяя шерстяная юбочка.

Их приезду в Березну были все очень рады. Ведь здесь жили самые близкие, самые дорогие родственники: родители Анны Андреевны и Иллариона Нестеровича, их сестры, братья.

Особую радость Нине принесла встреча с двоюродными сестрами, братьями, с которыми прошли ее детство и первые школьные годы: Ниной, Машенькой и Николаем Галаковыми, Липой и Сережей Лавреновыми.

Посещение Березнанской школы навеяло самые яркие воспоминания детства: учебу, школьные утренники, пионерские сборы, участие в кружке художественной самодеятельности…

Когда она поднялась на второй этаж, увидела газету «Березняк».

У Нины как-то сразу потеплело на сердце, как будто она встретила старого знакомого. Заглянула в свой класс. Здесь стояла тишина, пахло краской. Посидела за своей партой. Потом подошла к доске и еще долго смотрела на парты и пустой класс. С тихой грустью вспомнила она добрую и всегда приветливую Марию Сергеевну Качанову.

В одном из классов, где шли ремонтные работы, Нина увидела преподавателя истории С. Ф. Миронова.

— Старцева? — удивленно встретил ее Сергей Федорович.

— Здравствуйте, Сергей Федорович! — радостно ответила Нина.

— Тебя и не узнать. Выросла! Совсем взрослая. В каком теперь классе?

— В восьмой перешла.

— Уже в восьмой!.. — снова воскликнул Сергей Федорович. — Как бежит время! Хорошо, Старцева, что не забываешь свою школу.

— Забыть ее, Сергей Федорович, невозможно. Мне здесь все дорого: раздевалка, лестницы, коридоры, классы, сам воздух… У меня сейчас такое чувство, будто я отсюда никуда и никогда не уезжала.

— Это приятно слышать.

— Из Краснодона, — продолжала взволнованно Нина, — я все время переписывалась с Марией Сергеевной Качановой, школьными подругами. Так что, как видите, не теряю связи с моими школьными друзьями.

— На долго ли в наших краях?

— Всего на одну неделю.

— Почему так мало?

— У папы отпуск только осенью. А его работа в забое, сами знаете, нелегкая. Так что нам с мамой долго оставаться здесь нельзя. Надо ведь ехать домой.

— Ну что ж, понятно. Будет возможность — приезжай к нам почаще.

— Спасибо вам, Сергей Федорович!

Улыбнувшись на прощанье, Нина легкой походкой вышла из класса.

Время пребывания в Березне пролетело, как один день. При отъезде трогательно прощались с родственниками, будто предчувствовали, что расставались друг с другом навсегда.

* * *

В начале тревожного тысяча девятьсот сорок первого года в жизни Нины произошло радостное событие: ее приняли в члены Ленинского комсомола.

19 апреля 1941 года было солнечно и по-летнему тепло. В садах, парках деревья покрылись нежной, молодой листвой. Цвела черешня, на клумбах пламенели тюльпаны. В этот чудесный весенний день секретарь Краснодонского районного комитета комсомола Прокофий Иванович Приходько вручил Нине Старцевой комсомольский билет № 12836399. Бесконечно счастливой, радостно взволнованной она возвратилась из Краснодона домой.

А несколькими днями позже комитет комсомола 22-й школы избрал Нину пионервожатой 5-го класса.

К первому комсомольскому поручению Нина отнеслась очень серьезно. Она хорошо понимала, что комсомольской организацией ей оказано большое доверие. К проведению каждого пионерского сбора готовилась много и вдумчиво, потому так организованно и интересно они и проходили. Ребята шли на пионерский сбор, как на свой большой праздник. Они очень любили свою пионервожатую Нину Старцеву.

Стоило ей показаться в отряде, как сразу же она попадала в тесное окружение ребят. Нина всегда находила с ними интересные темы для бесед. А как увлеченно она рассказывала ребятам о челюскинцах, покорителях Северного полюса — папанинцах, легендарных перелетах Чкалова, Громова, Коккинаки, читала им книгу Николая Островского «Как закалялась сталь». И невольно ребята зажигались мечтой: в жизни в чем-то обязательно быть похожими на этих героев.

О ее старательной работе с пионерами не раз говорилось на педагогических советах, комсомольских собраниях школы.

Среди своих сверстниц Нина выделялась серьезностью суждений. Она была уверена в полезности любого дела и всегда выполняла его с большой любовью. Училась хорошо. Ее ответы на уроках математики, других предметах были всегда четкими, логичными и глубокими по содержанию.

Учась в старших классах Краснодонской школы, Нина Старцева увлекалась чтением произведений великого пролетарского писателя А. М. Горького. Его произведения «Мать», «На дне», «Егор Булычев», «Враги», «Дачники» она перечитывала по нескольку раз, а «Песнь о Соколе», «Песнь о Буревестнике» выучила наизусть и с огромным вдохновением декламировала на школьных утренниках, вечерах художественной самодеятельности.

Но самым любимым ее литературным героем был горьковский Данко — из произведения «Старуха Изергиль». Данко нравился ей прежде всего своей смелостью, отвагой и преданностью своему народу. Ей казалось, что если бы она оказалась на месте Данко, то без колебания, как он, поступила бы так же.

* * *

Весть о вероломном нападении гитлеровской Германии на нашу Родину потрясла всех краснодонцев. Каждое утро жители поселка с тревогой собирались у репродукторов, чтобы услышать очередную сводку о положении на фронтах. Тысячи шахтеров Донбасса в те грозные дни сменили отбойный молоток на винтовку. Добровольцем уходил на фронт и отец Нины — коммунист, кавалер ордена Ленина, участник Октябрьской революции и гражданской войны.

Со слезами на глазах прощалась Нина с самым дорогим человеком в ее жизни. Для нее он был не только отцом, но и самым верным, мудрым товарищем, другом. С ним ей всегда было легко и интересно. Нина любила слушать рассказы отца об Октябрьской революции в Петрограде, о гражданской войне, нелегком шахтерском труде, часто беседовала с ним о прочитанных книгах, просмотренных кинофильмах, событиях за рубежом. Когда в 1936 году разразилась гражданская война в Испании, Нина вместе с отцом отмечала на карте линию фронта между республиканцами и мятежниками генерала Франко. Как в то время она хотела быть взрослой, чтобы поехать в Испанию и сражаться с франкистами.

А как радовался вместе с нею Илларион Нестерович, когда узнал о вступлении дочери в комсомол!

Нина любила отца и за то, что он с уважением относился к матери, после тяжелой работы в шахте с готовностью делил с нею заботы по дому.

В день отправки отца на фронт Нина сбегала в поселковый магазин и купила для него зеркальце, прибор для бритья, все это заботливо уложила в его старенький походный чемодан.

Прощаясь с Ниной, уже сидя в грузовой машине сборного пункта Краснодонского райвоенкомата, Илларион Нестерович наказывал:

— Береги мать, дочка! Ты теперь единственная опора, надежда нашей семьи.

Ни отец, ни дочь не знали тогда, что прощаются навсегда. Илларион Нестерович пройдет с боями дороги войны и многократно раненный возвратится домой, а дочери уже не встретит, не обнимет. Не дождавшись его, она уйдет в бессмертие.

* * *

В июле 1941 года учащимся 22-й школы в трех километрах от поселка Краснодон было поручено принять участие в строительстве полевого аэродрома. Ребятам предстояло выполнить огромный объем земляных работ, и значение их понимал каждый. Старшей строительного отряда комитет комсомола школы единодушно утвердил Нину Старцеву.

— Доверие постараюсь оправдать, — сказала Нина и в тот день возвратилась домой только под вечер. Рассказала маме о новом комсомольском поручении.

— Я рада за тебя, дочка, — ласково ответила на это Анна Андреевна. — Поешь и отдыхай.

Но Нине было не до отдыха. Спустилась в погреб, достала оттуда весь огородный инвентарь, прикинула, что взять в отряд.

На другой день у здания школы собрались все старшеклассники с рабочим инвентарем. По команде секретаря комитета комсомола все выстроились в одну шеренгу перед главным входом школы. Завуч школы Алексеенко Д. Г. сообщил о задании — предстоящих работах по строительству полевого военного аэродрома. Потом он представил командира строительного отряда Нину Старцеву. Она, как всегда, была в своей неизменной белой кофточке, черной юбке, туго перетянутой в талии широким ремнем. Конечно же, Нина волновалась в эти минуты: предстояло важное дело.

— Ребята, завтра мы приступаем к выполнению задания, — обратилась она к друзьям. — Сами понимаете — время военное. Мы с вами не просто должны, а обязаны в самые короткие сроки выполнить большой объем работ по строительству полевого военного аэродрома. Наша работа по сооружению военного объекта — это тоже удар по немецко-фашистским захватчикам, вклад в победу. — Ребята зааплодировали. — К работам приступаем завтра. Сбор ежедневно в 9.00 у здания школы, — закончила Нина.

Вместе с секретарем и членами комитета комсомола школы Старцева обошла выстроенную шеренгу отряда и осмотрела рабочий инвентарь.

Нина хвалила тех, кто пришел с хорошо наточенной лопатой. Но нередко ей приходилось останавливаться и, как говорится, некоторых журить:

— Ну, что это за лопата? Тупая и ржавая. К завтрашнему дню почистить и наточить. Перед выходом на работу проверю, — спокойно, деловито требовала Нина.

В конце шеренги она удивленно взглянула на небольшого худенького мальчугана с лопатой в руках.

— Ты из какого класса? — спросила его Нина.

— Перешел в седьмой, — глядя из-под насупленных бровей, ответил мальчуган.

— Мал еще…

— Зато у меня лопата, как бритва.

Старшеклассники, слушая разговор, дружно рассмеялись. Улыбнулась и Нина. Ей нравились его упрямство, настойчивость.

— А что, ребята? Главное, что он хочет быть с нами, строителями аэродрома, а значит, и участвовать в разгроме врага, — сказала Нина. И, взглянув в его голубые, как васильки, глаза, проговорила: — Ну, хорошо, оставайся в отряде. Только уговор: если будет трудно, не хныкать…

— Да уж знаю, что не за молочком пришел, — серьезно ответил находчивый паренек.

Строительство полевого аэродрома началось. Нина каждое утро приходила на работу первой. В отряде всегда царил трудовой подъем и порядок. Из поселка строительный отряд школьников уходил походной колонной и обязательно с песней. Впереди отряда неизменно шагала Нина Старцева.

Работа по строительству полевого военного аэродрома была нелегкой, не для подростков, но шла война, в стране не хватало рабочих рук, и дети без слов заменяли взрослых. Вот и старшеклассники 22-й школы поселка Краснодон с утра до вечера старательно ровняли, трамбовали каждый метр взлетно-посадочной площадки, рыли котлованы для землянок летного состава и размещения технических служб. И хотя у многих появились на руках мозоли, но никто не ныл, не жаловался, не пасовал.

О ходе выполнения работ Нина ежедневно составляла сводку, которую докладывала дирекции школы, комитету комсомола.

* * *

А фронт приближался к Донбассу. Все лето и осень 1941 года население города и поселка Краснодон возводило оборонительные сооружения: одни — рыли противотанковые рвы, другие — устанавливали противотанковые ежи, надолбы.

В эти дни мать и дочь Старцевых трудно было застать дома. Анна Андреевна в составе бригады шахты № 1—5 трудилась на возведении оборонительных рубежей на подступах к Ворошиловграду, Нина — на строительстве аэродрома. Виделись редко, навещали дом только для того, чтобы узнать, нет ли писем с фронта от Иллариона Нестеровича, прихватить еды, сменить белье.

Строительство полевого военного аэродрома было закончено к 7 ноября 1941 года. Время показало, что труд ребят не пропал даром: когда весной 1942 года линия фронта приблизилась к Краснодону, на аэродроме базировались истребители одной из наших авиационных частей.

До сих пор на бывшем фронтовом аэродроме под поселком Краснодон видны следы капониров для укрытия самолетов, обвалившиеся и заросшие котлованы землянок, огневых точек зенитных установок, в сооружении которых принимали участие Нина Старцева и ее друзья: Лида Андросова, Володя Жданов, Женя Кийкова, Надя Петля, Надя Петрачкова, Тоня Дьяченко. Совместная работа по строительству аэродрома еще больше сдружила, сплотила будущих участников молодежного подполья «Молодая гвардия» поселка Краснодон.

Осенью 1941 года в школе, как обычно, начались занятия. Нина училась в 10-м классе. Время было тревожное, и на переменах учащиеся только и говорили о положении на фронтах. В коридоре школы на широкой стене висела карта Европейской части Советского Союза. Подойдя к ней, Нина молча, с болью смотрела на родную Белоруссию: ее территория была под пятой оккупантов. Сокрушаясь, Нина показывала подругам на карте город Минск, Витебск и среди лесов родные места, где находились и деревеньки Березна, Дуброво, Вышедки.

В октябре 1941 года, чтобы принять личное участие в защите Родины от ненавистных захватчиков, Нина, как и многие ее подруги, подает заявление в Краснодонский райком комсомола с просьбой направить ее на фронт. Но она, как школьница, как и многие ее сверстники, получила отказ.

Тем временем в поселке разместился полевой военный госпиталь. Надо было срочно помочь в расквартировании раненых бойцов. Молодежь поселка, возглавляемая комитетом комсомола 22-й школы, горячо берется за это дело. Нина вместе с подругами собирает у жителей поселка посуду для раненых. И в первую очередь — из своего дома. Анна Андреевна с гордостью рассказывает соседям о работе дочери в госпитале: Нина дежурит у постели тяжелораненых, помогает им отвечать на письма родных. Ухаживая за ранеными, Нина расспрашивала у них о своем отце. Она так искала человека, который бы смог хотя что-нибудь рассказать о фронтовой жизни Иллариона Нестеровича Старцева! Но никто отца не встречал.

Зима 1941/42 года выдалась в Донбассе на редкость холодной и снежной. Нина вместе с подругами добровольно идет на расчистку дорог от заносов. И снова, как и летом, с ее натруженных рук не сходят мозоли…

* * *

Как-то в один из январских дней 1942 года Нина зашла в комитет комсомола. Члены комитета читали вслух в «Правде» статью фронтового корреспондента П. Лидова «Таня» о героическом подвиге московской школьницы-партизанки. Выполняя боевое задание в тылу врага, отважная девушка была схвачена гитлеровцами и после допроса и жестоких пыток казнена. В газете был помещен и фотоснимок девушки.

Когда ребята закончили чтение, долго сидели молча, потрясенные мужеством и бесстрашием школьницы-комсомолки. Первой молчание нарушила Нина:

— Предлагаю очерк прочитать во всех пионерских отрядах школы. Пусть о героическом подвиге Тани знают все ребята.

Предложение было принято всеми членами комитета комсомола. Вечером того же дня Нина прочла очерк «Таня» в своем классе, а на следующий день — в своем пионерском отряде. Подвиг школьницы-партизанки не выходил у нее из головы.

«Ведь Таня — моя сверстница, а такая бесстрашная, и смелая, — думала Нина. — Окажись я на месте Тани, сумела бы быть такой же сильной, как она?»

Вскоре всей стране стало известно и настоящее имя партизанки Тани. Ею оказалась московская школьница комсомолка Зоя Космодемьянская. Пройдет совсем немного времени, и краснодонские орлята, не дрогнув, повторят ее подвиг.

В 1942 году, когда нависла реальная угроза фашистской оккупации юго-восточных районов Донбасса, Ворошиловградский обком партии принял энергичные меры по созданию в этих районах партийного подполья. В Краснодон с этой целью приезжал секретарь ЦК КП Украины Д. С. Коротченко.

Руководителем Краснодонского подполья был утвержден заместитель начальника шахты № 22 Ф. П. Лютиков, коммунист с 1924 года, один из первых в стране кавалеров ордена Трудового Красного Знамени, бессменный депутат городского Совета; помощником — инженер-механик Н. П. Бараков. В городе и в шахтерских поселках, на окрестных хуторах создавались конспиративные квартиры, базы продовольствия, оружия и медикаментов.

20 июля 1942 года в Краснодон, шахтерские поселки ворвались гитлеровские танки. Всюду начался грабеж.