Тяга к странствиям

«Конечно, с удовольствием!» — Он выступил вперед и сбросил свой мешок с плеча. Фозгоз остановил его, когда Тас принялся развязывать узел, стягивающий мешок.

«Прошу тебя» — сказал он, — «в конце концов, я — маг. Я могу узнать и, да, даже извлечь содержимое в то время как веревки останутся завязанными. Стой здесь»

Тассельхоф покорно отступил и встал рядом с Фозгозом. Фокусник поднес свою левую руку к мешочку. Его правая рука взмахнула зажатой в ней палочкой.

"Теперь расслабься, мой отважный друг» — сказал он. Его глаза стали узкими, его губы сжались в тонкую морщинку и он поднес палочку к мушку. «Радорум, Радора, Радорикс, Радорострум!» Целый сноп искр из наконечника палочки окатил Тассельхофа. Фозгоз торжествующе выпрямился и поднял свою левую руку повыше. Толпа раскрыла рот от удивления. Фокусник медленно опустил руку на уровень глаз Тассельхофа и кендер увидел на его ладони высушенную лапку и вороний клюв.

Тассельхоф вгляделся в предметы.

«Ничего себе, а я совсем позабыл о них. Но вы пропустили гораздо лучшие вещи! Вот тут, позвольте вам показать.»

Прежде чем Фозгоз смог возразить, Тас раскрыл свой мешок и вытащил два красивых пера — оранжевое и зеленое.

«Вот — перья из хвоста гарпии! И клык минотавра, и локон чьих-то волос… а вот лунная пыль с Лунитари — или с Солинари? Ладно, как бы то ни было, дядюшка Пружина привез ее или с той, или с другой луны. Где-то тут ещё есть копыто пегаса… а, и у меня ещё есть карты всех земель, где я когда-либо путешествовал. И даже тех, где меня ещё не было.»

Толпа приближалась все ближе и ближе, пытаясь взглянуть на странные и замечательные вещи, которые Тассельхоф выхватывал из мешка. Фозгоз махал руками перед толпой, но это было бесполезно.

Когда Фозгоз уже собирался махнуть рукой и свернуть представление, он услышал голосок кендера, зовущего его по имени.

«Могущественный Фозгоз! Смотрите!»

Зрители расступились достаточно, чтобы Фозгоз смог увидеть Тассельхофа. На протянутой ладошке кендера лежали вороний клюв и две высушенные лапки.

«Смотрите, я нашел их. Они вернулись в мой мешочек. Как же вы сумели сделать это? Я имею в виду, вы же не махали больше своей палочкой?»

Застигнутый врасплох, Фозгоз опустил глаза на собственную руку, чтобы увидеть, находятся ли в ней все еще кендерские предметы. Они были там. К сожалению, по крайней мере шестнадцать человек из толпы видели их тоже.

"Интересно, что ты теперь скажешь?» — спросил человек внушительного телосложения, подступая к Фозгозу.

«Ты что, дураками нас считаешь?» — спросил второй, — «Я говорил, что мы распознаем фальшивое колдовство, как только увидим.»

Фозгоз ощетинился. "Фальшивое колдовство! На твоем месте я попридержал бы свой язык. На сей раз я прощу твои дерзкие слова, но не испытывай меня более! Я предупреждаю всех вас, что даже маг с моей мудростью долго не будет терпеть подобное!»

"Если ты такой великий маг, почему же ты тогда выступаешь на ярмарках?»

Теперь Фозгоз был окружен с трех сторон и его угрозы и предупреждения более не имели никакого эффекта. Зрители громко и насмешливо требовали демонстрации его настоящего могущества. «Давай, Фозгоз, ударь молнией прямо сюда» — фыркал один человек, ударяя себя в грудь, на потеху толпе.

"Хорошо, я вас предупредил» — бушевал Фозгоз, — «Отойдите или я сделаю такое, о чем вы будете сожалеть в течении долгого времени! Я могу… О, боже… Где моя палочка?»

В нескольких ярдах от осажденного фокусника, но скрытый скапливающимися людьми, Тассельхоф снова затянул свой мешок и закинул его на спину. Его лицо было сморщено в разочаровании от скудости магического шоу. Когда он пробивался через толпу зрителей, небольшая искрящаяся вспышка мелькнула незамеченной в его мешке.

**

«Вы оскорбляете меня. За этим вы пришли сюда? Оскорбить меня?»

Тассельхоф приготовился принести извинения тому, кого он невзначай оскорбил — не то, чтобы он помнил, чтобы он вообще кого-нибудь оскорблял в последнее время — когда другой голос остановил его.

«Оскорбление? Я оскорбляю вас? Это вы оскорбляете всех такими ценами!»

Тассельхоф быстро заметил того, кто это говорил. Это был человек, очевидно странник, судя по его практичной одежде, спорящий с гномом из-за товара. Гном был старше среднего возраста, с седеющими волосами над густыми бровями, красным носом и ворчливым ртом под усами.

"Товар? Вы называете это товаром? Вы должны благодарить меня только за то, что я остановился, чтобы посмотреть на него.»

Эти двое очевидно не могли договорится о качестве или о ценности драгоценностей, которые продавал гном. Тассельхоф понаблюдал, как покрасневший гном положил в стеклянную витрину серебряную брошь, красивое ожерелье и фигурный браслет. Затем он скрестил свои толстые руки на груди, как если бы смог так же отложить в сторону грубого клиента.

"Извините меня, незнакомец," — сказал он ломаным голосом, — «но качество моей работы превосходно — я единственный гномский мастер, который когда-либо работал лично на Беседующего с Солнцем. Мои цены выше, чем на ярмарке. Я продаю драгоценности, а не рыбу. Если вы хотите торговаться, то можете это сделать с рыботорговцем. Для этого вам нужно спуститься ниже по рынку.»

С этими словами раздраженный гном отвернулся, чтобы ответить на вопрос другого клиента. Но угрюмого человека не так то просто было игнорировать.

"Рыба," фыркнул человек. — "Рыба сейчас респектабельный бизнес. Но вонять может любое дело, если ваш товар плох. Но с драгоценностями другое дело..» — человек склонился над витриной и всмотрелся в содержимое, водя по ней пальцем, — «У вас действительно есть одна интересная вещица и если вы были бы разумны и договорились бы..»

Гном резко обернулся к человеку.

«Я говорю вам, браслет не продается. Вы тупой? Он не продается ни по какой цене, и особенно особам из рыбной лавки.» Чтобы подчеркнуть свою фразу, гном взял маленький ключ, висевший на цепи на его груди и закрыл на замок витрину, в которой лежал браслет. — «А теперь, если вы больше не хотите тратить впустую мое время…»

Тассельхоф потерял нить словесной дуэли между спорщиками, когда подобрался поближе к витрине, чтобы поглядеть на предмет спора. Это был простой с медным отливом браслет, украшенный несколькими камнями, но этого было достаточно, чтобы очаровать любого кендера, в том числе и Тассельхофа. Никакой иной мысли не было в голове Таса, кроме желания почувствовать тяжесть браслета на своем запястье.

Через мгновение он уже стоял рядом с палаткой гномского ювелира. Это было грубое сооружение, как и большинство палаток на ярмарке, состоящее из досок, положенных на бочки или козлы для пилки дров с трех сторон и из занавеса или шатра позади.

Этот специфический киоск был не более опрятным или более грязным чем большинство, хотя расовое разнообразие на ярмарке очевидно доставляло гному некоторые проблемы. Будучи гномом приблизительно метр двадцать ростом, он со всем удобством разместил доски своего прилавка на расстоянии полуметра от земли. Но большинство из его покупателей были людьми. Для удобного разглядывание товаров им требовался прилавок, поставленный значительно выше, примерно на уровне носа ювелира. В качестве компромисса кузнец разместил доски повыше, сделав в итоге прилавок неудобным для всех.

Прилавок был ниже Тассельхофа на одну голову и если бы он хотел, или если бы его голова устала, он бы мог удобно опереться о него подбородком. Но голова его не болела и он не сделал этого. Что он действительно хотел, так это поближе рассмотреть этот браслет.

Эта вещь достойная, чтобы желать ее, подумал Тас.

Гном только что запер витрину, отвечая грубому человеку. Вытащив длинную и тонкую иглу из кармана, Тас дотянулся к витрине через стол и, никем незамеченный, взломал маленький замочек. Гном все равно открыл бы витрину, если бы не был настолько занят, рассудил Тас. Просунув руку под стеклянную поверхность витрины, Тас почувствовал, как его пальцы нащупали прохладный металл браслета. Тас быстро схватил его и отошел подальше, чтобы внимательно рассмотреть браслет, так как в лавке явно не хватало света.

Кендер нашел медный браслет очень привлекательным из-за его изящной простоты. Тас был счастлив обнаружить на изделии четыре камня, показавшихся ему полудрагоценными. Кроме того, камни были разными по размеру, что было очень необычно. Тас не видел такого прежде. Цвет камней был бледно-янтарным и каждый из них немного отличался от другого своей формой. Браслет был маленьким, явно не предназначенным для толстого запястья человека или гнома. Надев его на руку, кендер был рад осознать, что украшение ему отлично подходит и что по весу оно легко, как перышко.

Тассельхоф повернулся к палатке, чтобы задать хозяину несколько вопросов, но к удивлению Таса гном ушел. Толпа тоже отодвинулась от прилавка, а грубый клиент ушел.

"Извините меня, не могли бы вы… Простите, но вы не видели…»

Бросаясь от одного человека к другому, в то время как скопление зевак стремительно рассеивалось, Тассельхоф не мог привлечь внимание кого-нибудь, кто возможно видел куда ушел гном. Несколько минут он стоял в одиночестве перед палаткой ювелира.

Тас стащил серебряную брошку из открытой коробки на дощатом прилавке. Вертя ее в руках, он понял, что она была сделана хозяином лавки. Другие вещи в коробке имели тот же самый отличительный стиль, но тасов браслет, тоже явно сделанный теми же руками, был более простым и незамысловатым. На нем не отразилась ни одна из типичных особенностей гномьих работ: тяжелая филигранная работа, большие камни, красочные стальные и каменные инкрустации или экзотические сплавы.

Положив брошку и несколько других предметов обратно в коробку, Тас принял решение. Браслет явно был слишком замечателен, чтобы доверить его безопасность плохим замкам на витринах гнома. На самом деле сделать так было бы безответственным. Вместо этого Тас будет хранить браслет на своём запястье, пока не отыщет гнома и не возвратит изделие.

Тассельхоф отвернулся от палатки и легким шагом отправился прочь, чтобы разыскать гномьего ювелира. Он знал, что это будет очень трудно, так как весенняя ярмарка это грандиозное мероприятие и гном мог быть где угодно. Кендер прошел приблизительно шагов пять, когда его остановил громогласный рёв.

«Вор! Кто-нибудь, остановите этого маленького вора!»

Тас быстро огляделся, надеясь заметить негодяя и возможно даже остановить его молниеносным ударом хупака. Но он не видел, чтобы кто-нибудь бежал в панике. Он не видел никого, кто мог бы подойти под определение «маленький вор», но решил, что возможно это было образное выражение. События немного прояснились для кендера, когда он заметил как большое количество людей вокруг уставились на него.

Тассельхоф обернулся через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть как гном-ювелир с покрасневшим лицом и безумно сердитый бросился на него. Кендер ловко отпрыгнул от пути следования гнома, чтобы позволить ему догнать и словить вора, но гном остановился возле него и сильная рука схватила Таса за горло одним молниеносным движением. Удивительно проворный маневр для гнома, подумал Тас.

Схватив кендера за плечи, гном затряс его так, что Тас едва не проглотил язык. Гном что-то бормотал и отфыркивался, будучи настолько разъяренным, что потерял способность связно выражаться.

"Руки прочь от моих товаров, ты маленький… Я должен был… Твоя раса должна была быть уничтожена во время Катаклизма… Стража! Стража! Я должен… Стража!!»

"Товаров?" — вид кендерского замешательства чуть не довел кипятящегося гнома до удара, — «Вы думаете я что-то украл?»

Тас, держа одну руку за спиной, другой указал на себя с таким видом, словно хотел сказать «Я? Весь этот переполох из-за меня?»

"Ооооххх!" — выдавил гном сквозь дрожащую бороду. Его гнев был настолько силен, что он отпустил Тассельхофа, имея возможность только трясти сжатыми кулаками. Наконец он отставил ногу и крутанулся вокруг своей оси, чтобы успокоиться достаточно для того, чтобы снова говорить.

"Как ты можешь отрицать это? Стража! Я видел, на твоем запястье!»

«Я не думаю, что на моем запястье что-нибудь есть» — сказал Тас, глядя на свою левую руку.

"Не на этом!" — завопил гном. — «Взгляни на свое другое запястье, ты, дверная ручка! То, которое ты прячешь за спиной!» Он схватил Таса за руку и попытался снять с нее браслет. «Вот, он, всё ещё на твоей руке!» — крикнул гном. Все ещё пытаясь снять браслет, он отчаянно выкрикивал: «Где же стража?»

Тем временем вокруг собралась огромная толпа, толкаясь и двигаясь, чтобы полюбоваться на происходящее. В городе знали характер гнома и никто не хотел бы пропустить представление (хотя никто не приближался к месту событий слишком близко). Высокий жилистый молодой человек, выглядевший немного взволнованным, пытался пробиться сквозь толпящихся.

"Отлично, вот и стража» — вздохнул Тассельхоф — «Надеюсь теперь-то всё прояснится, потому что я не могу более терпеть такие унижения.»

"Спасибо богам, ты здесь, Танис» — выдохнул гном подошедшему, игнорируя комментарий кендера, — «Прошу тебя, сбегай за стражником, быстро.»

"Почему бы тебе вначале не рассказать мне что тут происходит.» — сказал человек, к которому обратился гном.

Тассельхоф вызывающе выпятил свою маленькую грудь.

«Я тоже хотел бы узнать это.»

Флинт фыркнул, услышав слова кендера.

«Разве не понятно? Этот злобный бесенок украл мой браслет и пытался смыться.»

Гном снова дернул Таса за правую руку и отодвинул манжет рубашки, чтобы показать медный браслет на кендерском запястье.

«Вот. Так он попытался спрятать браслет.»

"А, так вы имеете в виду его?» — Тассельхоф был искренне удивлен — «Я не крал браслет. Я охранял его для вас. Сейчас я собирался найти вас, чтобы вернуть его. Вы оставили эту вещь просто на столе и любой кто бы не проходил мимо, мог бы украсть его.» Тассельхоф с упреком погрозил гному пальцем. «На самом деле вам действительно нужно быть более осторожным со своими вещами.»

"Он был заперт в витрине!» — воскликнул гном, грубо тыкая Таса в грудь.

«И это было ужасно неблагоразумно," — невозмутимо ответствовал кендер, — «с таким же успехом вы могли вообще не запирать все ваши коробки.»

Спокойствие кендера снова привело гнома в ярость.

«Не думай, что я поверю в эти бредни, кендер.» — он отчаянно оглядывался, ища поддержку в толпе — «Я хочу, чтобы этого кендера арестовали.»

Танис наклонился к гному и прошептал: «Я не думаю, что это необходимо, Флинт. Уверен, он не замышлял причинить убытки.»

Повернувшись к кендеру, Танис продолжил:

«Если ты отдашь браслет — а также все то, что ты кроме него подобрал — мы постараемся забыть об этом инциденте.»

Тассельхоф был впечатлен проявленной этим человеком справедливостью, которой видел слишком мало с тех пор как прибыл в Утеху.

"Я удовольствием» — проговорил Тас — «Это как раз то, что я хотел сделать все это время.»

Одним быстрым движением он сдернул с запястья браслет и вернул его хозяину. С ворчанием гном схватил его и немедленно засунул в карман жилета.

"Пожалуйста," — с нажимом сказал кендер. Гном даже не посмотрел на него. Обернувшись к толпе, молодой человек взмахнул руками перед любопытствующими лицами:

«Представление окончено, люди. Возвращайтесь к своим делам.» Повернувшись к кендеру, он протянул тому руку — «Меня зовут Танталас, но все называют меня Танис. А вот этот приятель, который считает, что ты его глубоко задел своим поведением, мой хороший друг Флинт Огненный Горн.»

Тассельхоф тепло пожал руку человека.

«Не могу выразить, как я счастлив, что встретил тебя, Танис. Ты первый человек в этом городе, который любезно говорил со мной. Я — Тассельхоф Непоседа из кендерморских Непосед. Возможно, ты о нас слышал?»

"Я также счастлив познакомиться с тобой, Флинт Огненный Горн. Мне жаль, что ты неправильно понял мои намерения относительно браслета. Он очень красив.» — Тас протянул гному руку, но тот сложил свои руки на груди и уставился в небо, пока Танис не пихнул его локтем. Бросив испепеляющий взгляд на Таниса, Флинт неохотно принял рукопожатие Тассельхофа и его «извинения».

Танис удивленно посмотрел на нахмуренного гнома и сказал:

«Хорошо, Тассельхоф. Я рад, что все проблемы разрешились. Желаю тебе приятного путешествия куда бы ты ни пошел.»

«На самом деле,» — глубокомысленно сказал кендер, — «теперь, когда у меня появились друзья в Утехе, я думаю, что смогу остаться здесь на некоторое время.»

«На самом деле,» — торопливо сказал Флинт, — «мы не живем…»

Танис прервал гнома:

«Флинт хотел сказать, что даже если мы и живем здесь,» — объяснил Танис — «то мы всё равно уедем через день или два, когда подсохнут дороги. Весенняя Ярмарка будет длиться ещё два дня, а потом мы соберем товар и двинемся на юг. Возможно, в Квалиност.»

Лицо Таса посветлело.

«На самом деле? Я еще никогда не был в древней эльфийской столице, хотя слышал совершенно невероятные истории о ней. Мой дядюшка Пружина как-то встречался с Беседующим с Солнцем. Я уже подумывал и сам отправиться туда.»

Выжидающий пристальный взгляд кендера метнулся от Таниса к Флинту и обратно к Танису.

Танис неловко переминулся с ноги на ногу.

«Ну, мы еще не решили окончательно ехать в Квалиност. Мы можем даже. ммм. вначале поехать на север Абанасинии. Мы еще не решили. Пока что рассматриваем разные варианты и это зависит от многих факторов…»

"От чего это зависит?" — невинным тоном спросил кендер.

Флинт снова сложил руки на груди и самодовольно ухмыльнулся Танису.

«Мне тоже интересно, Танис, отчего это зависит?»

Танис снова переступил с ноги на ногу и неловко откашлявшись, попытался проглотить сухой комок в горле.

«Ну, от многих вещей. От состояния дорог и от сведений других купцов о дальних областях… Оттого, сможем ли мы найти дорогу туда и…» — он покраснел — «и от вероятности повторения таких происшествий, которое случилось здесь.»