Бестужев. Служба Государевой Безопасности. Книга 5

— Да, ваше сиятельство, — кивнул Игнатов, стоявший до этого момента возле двери и вышел.

Я хотел попросить отца немного подождать, когда приедут мои бойцы, но выйдя на крыльцо я увидел, как перед домом паркуется «Волга».

— Моё подкрепление, — ответил я на вопросительный взгляд отца. — Немного задержались, теперь точно можем ехать.

На проходной мы были в семь утра. По пути никто из моих бойцов не упрекнул меня, что я не позвал их с собой, но чувствовалась некоторая обида. Особенно во взгляде Кэт, которая пыталась просверлить меня каждым глазом по очереди и одновременно.

Охрана на входе на территорию слегка прифигела от столь раннего визита начальства. Ворота перед лимузином открылись, и мы поехали к главному административному зданию. К лабораторному корпусу и монтажно-испытательному центру пойдём пешком, тайными тропами. Нет никаких гарантий, что охранники сразу же не доложат учёным, что мы поехали именно туда. Надо действовать по-тихому.

Когда мы вошли в лабораторный корпус, отец первым делом пошёл в кабинет проектирования, покопаться в чертежах и схемах. Он разбирался в них очень хорошо. Мои бойцы заняли посты в ключевых точках, я стоял на входе в кабинет.

Большие листы бумаги летели в разные стороны, устилая пол, словно снег. Времени мало, аккуратно искать некогда. Наконец в руки графа Строгонова попал нужный образец, который он начал изучать.

— Кажется это оно, — сказал он, водя пальцем по сплетениям линий. — Идём в испытательный корпус я знаю, что искать.

Пока шли в МИЦ, встретили нескольких работников, которые любили приходить на работу пораньше. Были удивлённые лица, но никто не задавал лишних вопросов. Скорее всего из уважения к моему отцу или из страха получить морального леща за чрезмерное любопытство.

Граф сразу вошёл в цех испытаний, который на первый взгляд казался пуст, но это было не так.

Глава 5

Помещение цеха испытательных работ было достаточно просторным, примерно как три спортзала в нашей академии по площади и такие же высокие потолки. На столах и стендах вдоль стен остались различные экспериментальные элементы оборудования, но граф Строгонов скользнул по ним взглядом и не счёл нужным заострять внимание. А в центре ангара была круглая площадка метров пятнадцать в диаметре, оснащённая подъёмниками. Сейчас она возвышалась над полом метра на три, опираясь на дюжину гидравлических домкратов.

— Могу туда запрыгнуть, — предложил я отцу, который задрал вверх голову, словно разглядывал нечто, находящееся там.

— Не стоит, можешь пораниться, — ответил он, не сильно удивившись моему предложению. Хотя, о чём я? Он ведь тоже воин и был паладином. Стихией огня вот интересно он овладел до или после?

— Есть способ опустить эту хрень? — спросил Витя начиная раздражаться от временного бездействия и созерцания пустоты.

— Да, молодой человек, но я сначала сниму защитные путы, которые если даже никого не убьют, то как минимум ранят и наделают много шума. А если они уничтожат то, что там находится, то все наши усилия не дороже коньяка, вылитого в песок.

— Понял, — кивнул Витя и виновато развёл руками, — извиняюсь, ждём.

Отец поднял вверх правую руку и медленно пошёл вокруг подъёмника, нашёптывая что-то себе под нос. С пальцев то и дело срывались небольшие разряды и язычки пламени, отчего над площадкой начал проявляться невидимый до этого купол. Он начал мерцать, потом рассыпался и исчез. Я ожидал увидеть на площадке что-то особенное, но снова пустота.

— Я чего-то не понимаю? — спросил я, подойдя к отцу поближе. — Зачем тогда нужен был этот щит?

— Это же просто защита, а то, что нам нужно, находится там. Но прыгать по-прежнему не советую, я опущу подъёмник и пойдём наощупь.

Он коснулся кнопки на щите, закреплённом на стене, и площадка начала медленно опускаться. До последнего не верилось, что там что-то может быть. Впрочем, Кэт может сделать несколько человек вокруг себя невидимыми, а тут новейшие секретные технологии.

Когда площадка остановилась в двадцати сантиметрах от пола, я занёс ногу, чтобы подняться, но отец снова меня остановил.

— Надевай свой доспех и бери мечи, скоро сюда придут и будут не очень рады нашему визиту. А я пойду гляну, угрозы оттуда уже нет.

Я положил кейс на пол, открыл и активировал кристаллы, краем глаза следя за отцом. Он сделал пару шагов и исчез. Не помогло и сумеречное зрение, как бы я не старался.

— Ну что, Паша, я оказался прав? — Витя был доволен, как удав, проглотивший сочную антилопу. — А прикольный у тебя костюмчик, вживую первый раз вижу. До этого только фотки удавалось найти. Ладно, ближе к делу, сейчас вызову специалистов, которые смогут в этом разобраться. Надо найти способ сделать эту хрень видимой хотя бы для радаров.

— Однозначно надо, — согласился я. — Только как это поможет в поисках князя? Он наверняка уже находится в максимально далёкой точке земного шара.

— Естественно, дружище, но и там он скорее всего будет перемещаться под защитой этих технологий. Надо в спешном порядке разработать сканер, который будет видеть именно этот прибор, тогда найти будет несложно, где он находится.

— Ребята, может поможете? — прокряхтел отец откуда-то из пустоты. — Тяжеловатая хрень.

— Стой здесь, — сказал Витя, — я пойду. А ты следи за входом.

Прекрасно, я стою на стрёме, пока там происходит нечто интересное. Для того, чтобы задержать сотрудников хватило бы и моих бойцов. Ничего, я своё наверстаю, сейчас главное безопасность. Наверняка придут те, с кем придётся драться. Мои бойцы заняли огневые позиции возле главного входа и запасных выходов. Незамеченной не проскочит ни одна крыса. А где Кэт, кстати? Ха, она стала невидимкой. Отличное решение, так у неё больше шансов застичь злоумышленников врасплох.

Я снова повернулся к платформе и лицезрел чудо. В воздухе появились концы лопастей винта небольшого вертолёта, которые удлинялись. Начал появляться фюзеляж, словно фотография проявляется по мере погружения в проявитель, пока не стал видимым целиком. Отца и Вити там не было. Потом что-то стукнуло по полу в стороне и из ниоткуда появились те, кого я искал.

— Мы извлекли устройство, чертежи которого я нашёл в лаборатории! — важно заявил отец, довольно улыбаясь и вытирая руки носовым платком.

— Ваше сиятельство, — обратился к нему Витя, — необходимо срочно доставить это устройство и все чертежи в Москву. Мы сможем сделать это незаметно? Ещё было бы неплохо найти, как оно выключается.

— А зачем выключать? — хмыкнул отец. — На невидимом вертолёте и доставите туда, куда надо. Зато никто не отследит его перемещение. О чём не будут знать другие, не будут знать и тёмные. Только тогда придётся установить эту штуку обратно.

— Хотите сказать, что пропажу не заметят?

— Естественно заметят, но не будут знать, куда вы его утащили.

— Тоже верно, — кивнул Виктор. — Сообщу своим, что сам прилечу. Сможете пока забрать чертежи?

— Смогу, — отец достал из-за пазухи скрученные в трубочку тонкие листы бумаги. — Немного помялись, но точно не испортились.

— Прям, как знали, — покачал Витя головой, улыбаясь и осторожно забирая ценный рулончик. — Теперь полный комплект.

Дверь главного входа распахнулась, чего следовало ожидать, начало рабочего дня. Несколько человек вошли и замерли, оказавшись на мушке пистолета Андрея. Тот бросил взгляд в сторону меня и отца, ожидая приказа.

— Проходите, господа, нам есть о чём поговорить, — сказал граф Строгонов. Его величественная осанка и расправленные плечи в сочетании с надменным взглядом не сулили тем, кто за спиной главы концерна делал тёмные делишки, ничего хорошего. — Прежде, чем я начну задавать вопросы, дам шанс объяснить, что здесь происходит.

— Михаил Фёдорович, — неуверенно начал один, но немного осмелел, когда Андрей опустил оружие. — Я и сам не совсем понимаю, что здесь происходит, и в чём я должен чувствовать себя виноватым. Я всё объясню, если позволите, а также поясните, что именно Вас возмутило.

— То есть вы, Филипп Альбертович, получали от меня приказ на разработку и испытания оборудования, которое было установлено на этом вертолёте?

— Михаил Фёдорович, Ваше сиятельство, насколько я помню, собственными глазами видел подписанный Вами указ на доработку двигателя этой модели, увеличить скорость и снизить потребление топлива. Именно этим мы и занимались, вчера были произведены последние испытания, экспериментальная модель полностью подготовлена к полёту. Я сегодня собирался поставить Вас в известность и предложить полетать на нём над Самарой.

— Очень душещипательная история, Филипп Альбертович, я впечатлён, — буркнул отец, продолжая прожигать взглядом своего инженера. — Больше ничего не хочешь добавить к сказанному?

— Никак нет, Ваше сиятельство, — пролепетал тот. По выражению его лица можно было подумать, что он и правда не понимает, о чём ещё может быть речь. — Единственное, что могу добавить, результаты испытаний показали, что превзойдены все самые смелые ожидания от эффективности внесённых изменений. В перспективе это может принести огромную прибыль за счёт заказов от министерства обороны и богатейших аристократов Российской империи, это весомый прорыв в авиастроении. Эти же технологии можно будет применить и в автомобильных двигателях.

— Очень впечатляет, но что вы скажете об этом? — спросил отец и сделал несколько шагов в сторону, где находилась изъятая из вертолёта конструкция.

— В-в-ваше сиятельство? — проблеял инженер, когда его начальник внезапно исчез. — Ни-ничего не п-п-понимаю!

Один из сопровождавших главного инженера людей потерял сознание и грохнулся на пол. Второй же наоборот, набычился и раздувал ноздри от злости. Похоже именно он был замешан в этом деле, а главный и правда ничего не знал. Я кивнул Андрею, чтобы тот держал злоумышленника на мушке.

Отец вышел из зоны действия устройства и снова стал видимым.

— Ну, — граф испытующе посмотрел на инженера. От его внимания не ускользнуло и то, как вели себя сопровождающие его лучшего работника. — Что на это скажете?

— А то, что вы слишком рано пришли! — гаркнул работник, поведение которого мне изначально не нравилось.

В его руке блеснул нож, а в следующее мгновение Филипп Альбертович схватился руками за перерезанное горло и рухнул на пол.

Андрей открыл огонь на поражение, но пули врезались в активированный энергетический щит. Я был крайне удивлён, ведь у нас специальные пули, которые должны были пробить, но его не взяла даже тяжёлая из СВД.

— Просто отойдите в сторону и не мешайте мне! — прокричал незнакомец, притворявшийся до этого работником. Его лицо и фигура изменились до неузнаваемости. Видимо до этого он использовал морок.

— Ты кто такой? — грозно прорычал отец, не собираясь отступать. На его ладонях начали плясать язычки пламени.

— Я не собираюсь себя называть, — ответил тёмный, собирая над ладонями маленькие, но быстро растущие чёрные завихрения. — Уйдите с дороги, граф!

— Можешь не называть себя, я узнал тебя, княжич Кирилл Ярославович, — пробасил отец. — Тебе не уйти отсюда живым, если ты не скажешь нам, куда подевался твой отец, Ярослав Фёдорович Преображенский.

— Да я скорее умру, чем скажу, где он! — неестественным голосом проревел тёмный, оказавшийся сыном того, кого мы так хотим поймать.

— Значит умри!

Отец соединил запястья, выставив ладони вперёд и в сторону врага устремился поток пламени, какой мы привыкли видеть в фильмах про драконов. Княжич оказался не так уж прост. Огонь, который должен был испепелить его за секунду, встретился с чёрными смерчами и остановился, а потом начал пятиться назад. К этому моменту я уже принял правильную стойку, влив силы в клинки. Мгновение и в тёмного ударил мощный поток света.

— Ха-ха, мальчик с ножичками решил, что сможет со мной справиться, — вдруг совершенно спокойно сказал княжич. Как и в случае с графиней Лёвенвольде, «Божественный свет» столкнулся с невидимой преградой, а его энергия впитывалась в щит. — Да он такой же тупой, как и ты, Михаил Фёдорович. Папа не видит, что у него под носом происходит, а сыночек не знает, с кем связался. Поэтому вы умрёте все. Но сначала, кто бы сомневался, наш всемогущий граф Строгонов.

«Эй, ты меня слышишь?» — требовательно воззвал я к сущности. — «Если ты сейчас мне не поможешь, отправлю доспехи на переплавку, если их не сожжёт этот урод».

«Не сожжёт», — прошелестело у меня в голове. — «И прекрати мне угрожать!»

«А что мне делать, если ты по-другому не понимаешь?» — огрызнулся я. «Давай выручай уже! Или наш уговор ничего не стоит?»

«Моё слово закон», — услышал я тихий голос. — «Подойди к нему чуть ближе».

Продолжая бить в княжича потоком света, я медленно двинулся вперёд. Мой запас энергии подходил к концу, отец изо всех сил старался сместить пламя в сторону тёмного, но тот и в самом деле значительно превосходил нас вместе взятых. Кивком я указал Андрею, чтобы тот держался подальше. Когда я почувствовал, что силы иссякают, световой поток стал ярче, вокруг него начали сверкать молнии и появилась спираль из серого тумана, которая змеёй метнулась в сторону тёмного.

— Это ещё что? — крикнул маг, наблюдая, как туман расползается тонкими струйками по защитной сфере, находя слабые места.

Всего пара секунд и его защиту словно корова языком слизала. Усилившийся столб света ударил в мага и его тело объяло белым огнём. Он плавился, как сталь в мартеновской печи, расплываясь по полу.

Я только сейчас обратил внимание на того сотрудника, который упал в обморок. Я видел, как он пришёл в себя, но хоть убей не помню, где он был потом. Сейчас он совершенно невозмутимо поливал продолжающие гореть останки из огнетушителя, а когда он иссяк, сбегал за вторым.

Отец обессиленно опустился на пол, он взмок, словно только вышел из парилки. Убедившись, что с ним всё в порядке, я пошёл к догорающему телу, которое уже не было похоже на человека. Меня больше интересовал тот, кто его тушил. Инженер понял, что я на него пялюсь и застыл, как вкопанный.

— Что-то не так, Ваше сиятельство? — пролепетал немолодой мужчина резко побледневшими губами. — Здесь очень опасная зона, игры с огнём могут привести к трагедии, всё может взлететь на воздух.

— Спасибо, что предупредил!

— Так я…

— У тебя не было возможности, я понял.

— Ну вот…

— Вот и рассказывай об этом всё, что знаешь.

— Я о невидимости ничего не знаю! — отчаянно проблеял инженер, глаза которого уже были на мокром месте, а руки и губы дрожали. Того и гляди он снова рухнет в обморок. Левая рука неуверенно поднялась и указала на горку пепла. — Пётр Кузьмич, точнее тот, кто им притворялся, производил какие-то элементы в отдельной лаборатории. Что это за элементы, я понятия не имею.

— Но ведь чертежи этой хрени мы нашли в проекторской среди прочих, их даже не пытались спрятать, и ты об этом ничего не знал? — более резко спросил я. Трясущийся мужичок уже конкретно начинал меня бесить. Ещё пара нелепых ответов и я снесу ему голову.

— Но, Ваше сиятельство, помилуйте, каждый занимается своей частью разработки, на чужие чертежи и схемы я не обращаю внимания, пока не возникает необходимость собрать это воедино. А в том, что я видел на общем столе, ничего странного я не припомню.

— Этот твой Пётр Кузьмич занимался своей частью проекта один?

— А, — инженер уставился пустым взглядом в подпространство, коснувшись пальцами переставшей трястись губы. Я уже подумал, что он словил инсульт, но тот снова заговорил. — С ним работали два помощника, но со вчерашнего дня я их не видел, на работу они не вышли. Или, что вполне возможно, занимались установкой своего оборудования на вертолёт. Так вот же они!

Я проследил за направлением, куда показывал снова начавший трястись палец инженера. Из другого угла ангара, который должна была охранять Кэт, с важным видом шествовали двое в белых халатах. Я уже решил наехать на девушку, что она пропустила сюда чужаков без предупреждения, но это потом. Внешне они выглядели довольно невинно, обычные механики. Один удивлённо всматривался в вертолёт, словно его тут не должно быть, второй уставился на поднявшегося с пола графа Строгонова.

— А вы очень кстати, — отец развёл руками и изобразил, что очень рад их видеть. Причём настолько рад, что готов обнять. — Очень нужна ваша помощь.

— Что-то случилось, Ваше сиятельство? — спросил один из них.

Потом он увидел валявшегося на полу труп главного инженера с перерезанным горлом и кучку пепла неподалёку. Он резко отшатнулся в сторону, увлекая за собой напарника, они синхронно выставили вперёд ладони и создали один щит на двоих. Несколько магических пуль отрекошетило от прозрачной сферы в разные стороны. Что-то коротнуло на стене справа, выпустив сноп искр. Я подал знак, чтобы перестали стрелять. Витя продолжал держать их на мушке и обошёл вражьи морды сбоку. Я покачал головой, чтобы он не стрелял, тот утвердительно кивнул.

— Ну что, господа, голубчики, поговорим по-хорошему? — показушно добродушно протянул отец, медленно приближаясь к загнанным в угол, а точнее к прижатым к стене и окружённым бедолагам. — У вас ещё есть шанс покаяться и рассказать всё, как на духу.

— Нам нечего тебе рассказывать, граф! — внезапно осмелев выпалил один из них. — Всё, что мы знаем, тебя не касается! И вообще, твои дни сочтены, в живых тебя не оставят! Как и всех вас!

— Не может быть! — отец горестно поджал губы и покачал головой. — Неужели вы меня убьёте? Может у вас за пазухой спрятан змей Горыныч? Или есть ещё какой-то туз в рукаве? Мне кажется, что вам ничего хорошего не светит, голубчики. Лучше просто сдавайтесь.

— Тебе нужен туз? — уточнил один, начиная хихикать. — Будет тебе туз.

Глава 6

Белые халаты упали с работников вместе с личиной и теперь под защитным куполом стояли два тёмных силуэта с горящими глазами. Злобное хихиканье перешло в торжествующий хохот, когда отец изобразил на лице крайнее удивление, смачно сдобренное испугом. Он даже отшатнулся, а потом попятился для достоверности. Один тёмный продолжал держать щит, а второй начал вырабатывать ладонями жгуты чёрного тумана, которые превращались в клубок змей, с нетерпением ждущих, когда их отпустят терзать врага.

— О, нет! Пощадите меня пожалуйста, господа хорошие! — взмолился отец, протягивая вперёд пустые руки.

Если до этого у меня была мысль помочь ему уничтожить этих уродов, то теперь отпала. По его неестественному поведению я понял, что надо просто чуть подождать, будет интересно. Огонь на его ладонях исчез, но я заметил, как один язычок пламени переместился на тыл ладони, осторожно переместился по предплечью и плечу, стараясь не попадаться врагу на глаза, потом шустро скользнул по спине и ноге, исчезнув в решётке пола. Интересный финт, такого я ещё не видел.

Маги ржали уже оба, видимо ума не хватило, чтобы понять, что это всего лишь театрализованное представление.

Два тёмных полудурка потешались над отцом, но убирать щит всё же не торопились. Не исключено, что догадывались о возможном подвохе. Только это их не спасло. Из пола под ними жахнуло такое жаркое пламя, что крик боли быстро оборвался и застыл в их глотках. Огонь заполнил их защитную сферу изнутри, а когда та рухнула, вырвался наружу. Отец резко взмахнул рукой, рассекая ладонью воздух, и огонь погас. На полу лежали два скрюченных обугленных тела.

— С уходом ещё двоих тёмных, мир стал чуточку светлее, — пробормотал отец, глядя на плоды своего мастерства. — Давненько я этим не занимался, даже немного соскучился.

— Да нет проблем, пап, поехали со мной в Москву, — хмыкнул я. — Там для тебя работы полно.

— Сегодняшний день показал, что у меня её и здесь полно. Осталось только найти способ выявлять эту гадость втихаря, чтобы они не заподозрили неладное. А потом по одному мочить в сортире, как завещал наш великий император.