Темный контракт. Том 3

Однако проведённой подготовки оказалось достаточно, чтобы лифт спокойно довёз Юлию до самой вершины и с приятной мелодией открыл двери лифта. Сигнал на несколько мгновений покрылся сетью помех, но тут же выровнялся — похоже, что-то из защиты дома от постороннего наблюдения, что синт спокойно преодолел.

Юлия же, следуя плану дома, составленному мною в прошлый визит, двинулась к кабинету главы рода. И не ошиблась в выборе направления — оттуда доносилась музыка.

То ли рок… То ли реп… Признаюсь, воспринимать современную музыку мне несколько проблематично. Этому должного внимания мои наставники не уделяли, да и было мне не до музыки. Главное — громко и без малейшего вкуса и рифмы.

— Юля… Что ты тут делаешь? — едва скользнув по девушке взглядом, уточнил в пустоту парень, склонившись над экраном и что-то там изучая. — Виталия сейчас здесь нет. Поищи его где-то на арене… Ну или где они там морды бьют обычно?

Столько пренебрежения в речах… Я, конечно, предполагал, что между братьями будет конфликт, но не рассчитывал на столь явное его проявление. А ещё я заметил на парне «Перстень Десяти щитов». Мою главную цель на сегодня.

— А я не к нему. Я к тебе, — Юлия, совершенно не стесняясь, запрыгнула на угол рабочего стола, демонстрируя длинные, загорелые ноги. С учётом ее довольно смелого платья, вид был просто замечательный. Не знаю, где синт этому научилась, но она пользовалась новой внешностью на максимум. — Я хотела поговорить с тобой об этом… — неопределённый жест рукой по комнате.

— Что, братик настолько отчаялся, что подослал тебя? — с толикой интереса парень оторвался от бумаг и взглянул на нежданную гостью, пробежавшись в том числе по её ножкам.

— Отчасти да… отчасти нет… — девушка наклонилась к Кириллу и протянула руку к его лицу. — Это моя личная инициатива…

Парень не стал отклоняться или как-то возражать. Даже чуть прикрыл глаза, наслаждаясь тем, как девушка погладила его щёку, шею… Пальчики пробежались по груди.

— Я хотела с тобой договориться! — томным голосом произнесла Юлия.

— Власть на шлюх не меняю! — сильная рука перехватила тонкое запястье девушки, резко изменив сложившуюся обстановку.

— Переходи к третьему типу поведения, — тут же отдал я приказ, пока весь план не рухнул.

Левая рука девушки тут же отвесила парню хлёсткую пощёчину и Юлия отстранилась и с шипением проговорила:

— Мальчишка! Не наглей! Ты не со своими сучками в баре! Я хочу предложить сделку, благодаря которой ты выиграешь в споре. Не более!

Юлия прогнала по телу волну энергии, и стол под ней затрещал и пошёл помехами. Лёгкая демонстрация мощи, напоминание статуса и той, кем она является, а ещё отвлечение внимания, ибо за помехами скрылось начало взлома систем дома Юсуповых. Ну и ещё эта демонстрация служила для того, чтобы к ней было меньше вопросов.

Не хватало ещё оставить хоть какие-то цифровые следы. Юсуповы очень сильны в технологиях и любую мелочь они смогут заметить. Минимальное вмешательство.

Только бы не спровоцировать искин Юсуповых.

— Тогда и говори по делу! — насупился парень, потирая щеку.

— Я могу отвлечь Виталия… и он провалит следующий ряд испытаний, — девушка принялась чистить свои лакированные ногти. — Ты сам понимаешь, что это тебе даст. Но мне нужно кое-что взамен.

— Уже лучше… И что ты хочешь? — откинулся на спинку кресла Кирилл.

Лицо парня так и лучилось самодовольством. Но при этом было невозможно не заметить холодный лёд в глубине глаз, который он тщательно скрывал.

Как я знал из его личного дела и в результате анализа Елены — Кирилл оставался деловым человеком в любых ситуациях. Эмоции и страсти для него были хоть и приятны, но никогда не главенствующим фактором. Это было достойно уважения, но при этом осложняло ситуацию.

— После твоей инициации и нашей свадьбы, ты примешь нас в род! — начала перечислять Юлия.

Кирилл нетерпеливо отмахнулся, словно от незначительной мелочи. Он явно не дурак упускать силу для рода, пусть даже ему не очень приятен этот человек. Сильные маги всегда были в цене, тем более при должном умении, даже имея негатив по отношению к одному из членов рода, можно его направить в то место, где он будет полезен и не будет с тобой пересекаться.

— Второе… Ты оставишь Виталия на нынешней должности. И не будешь вмешиваться в нашу жизнь. Мы сможем жить спокойно под защитой рода…

— И что, ты даже не захочешь меня навестить? — рука Кирилла беззастенчиво легла на талию девушки.

— Я даже не буду тебя бить! — девушка демонстративно стряхнула руку с пояса. — А если ты хоть слово скажешь Виталию, то я тебя не просто засужу, а уничтожу.

— Не разбрасывайся обещаниями, которые не сможешь исполнить, — осклабился парень.

Юный наследник был прав. Средства контроля и слежения записывают всё — ничего не подтасуешь. Вот только Кирилл не знает, что настоящая Юлия так же под наблюдением в другой части города. И это… не буду портить интригу следующей части плана. Тем более, мне самому интересно, что получится в итоге.

— У тебя ещё есть пожелания? — поинтересовался он. — Подумай хорошенько, золовка… Ты ходишь по тонкому льду.

— Последнее… Мне нужен «Перстень Десяти щитов» на сутки. Мне нужны полномочия временного главы рода, которые дарует владение перстнем.

От такого заявления Кирилл расхохотался в полный голос. Пожелание и в самом деле было абсурдным. Перстень — символ власти в противостоянии. И отдать его даже на сутки — показать, что отдаёшь власть. Предсказать реакцию главы рода на это сложно, но она точно не будет позитивной.

— Серьёзно? Перстень? Тебе? Я был о тебе лучшего мнения…

— А я о тебе…

Юлия демонстративно крутанула в пальцах «Перстень Десяти щитов», что успела стащить с пальца Юсупова-младшего, когда тот её лапал.

Куча слов. Отвлечение. Притворство. Всё ради одного мига — триумфа девушки и растерянности, смешанной с ужасом на лице Кирилла.

А затем парень без лишних слов атаковал. На синта обрушилась атака: нанообстановка кабинета превратилась в шипы и ударила со всех сторон — пол, стены, потолок. Вот только «Перстень Десяти щитов» сработал стандартно: все атаки замерли в паре сантиметров от девушки. Защита от физического воздействия — одна из базовых для этого артефактного перстня.

И по-хорошему, Юлия могла сбежать в тот же миг. Вот только мне не нужен был перстень. По крайней мере, сейчас. Если его украдут, то передать его Суворовым станет проблематично как минимум. Мне требовался конфликт вокруг перстня, который, как я надеялся, моему синту удалось посеять.

Теперь же требовалось самое сложное — потерять перстень. И чтобы это не выглядело наигранно.

Кирилл меня не разочаровал: из родового перстня появился кнут и тот точным взмахом ударил по девушке в тот же миг. И вновь удар не достиг синта, вот только щелчок кончика кнута разогнал воздух до скорости звука, а Юсуповы знамениты как раз тем, что они мастера по управлению воздушной стихией. Именно этот усиленный воздушный сгусток впечатался в грудь синта, откинул её в сторону и буквально выбил «Перстень Десяти щитов» из рук воровки.

— Виталий тебя раздавит… — Юлия перекатилась и подскочила, продолжая нагнетать конфликт. — Когда я расскажу, как ты напал на меня, тебе несдобровать. Он тебя просто убьёт.

Младший наследник даже не подумал отвлекаться на болтовню, а ударил снова. Кнут оставил на стенах кабинета тёмные вмятины и нацелился захлестнуться вокруг горла девушки. Вот только реакция синта куда выше человека и она не только просчитала траекторию удара, но и нашла идеальный путь для уклонения.

Рывок в сторону. Уклониться от ещё одного удара кнута, который со всей силы впечатывается в панорамное стекло кабинета. Артефакты и магия столкнулись с высокими технологиями и по последним прошла трещина. И именно ею воспользовалась Юлия: разгон и всем телом врезаться в стекло, чтобы пробить его.

Но прежде последний штрих: мне не просто нужно стравить братьев, а сделать это в определённом месте и времени.

Именно для этого Юлия чуть раньше взломала систему: она отправила несколько электронных писем, пригласив своего «жениха»… ну а внимательный и заинтересованный читатель со стороны может в них почерпнуть место встречи преступной парочки. А у младшего наследника для этого теперь есть достаточно мотивации.

Однако стоило дать небольшую наводку, но главное такую, чтобы она не вызвала подозрений, и ради этого Юлия буквально в полёте перехватила один из кусков разбитого стекла и запустила в компьютер Кирилла… И промахнулась.

Отлично, пусть теперь паренёк погадает, что от него хотели скрыть.

Свободное падение… Вот только для синта это мелочь. Потому я давал последние наставления.

«Найди укрытие и измени внешность. Спрячься и жди меня…»

Глава 8

— Встать! Суд идёт!

Над залом пронёсся механический голос программы-секретаря, которая также являлась аватаром искинов мировой сети. Во время разбирательства стороны должны иметь оперативный доступ ко всем источникам данным и расчётным мощностям.

Сам же зал суда представлял собой классическое помещение суда, неизменное ещё с двадцатого века: панелями из красного дерева обшиты стены, имеются места для обвинителя и, соответственно, прокурора, а также для подзащитного и адвоката. Выделенные места для присяжных вынесены в сторону, ну и, конечно же, судейская кафедра. Уважение к традициям и времени.

Единственное послабление состоит в том, что суд проводится в виртуальной реальности. По факту, виртуал — это дополненная реальность, выкрученная на максимум, чтобы реальная обстановка не отвлекала. Мозг работает полностью в искусственно созданной среде.

Все, кто сейчас в зале, на самом деле могут быть на других концах света, но для оперативности работы, виртуальность — идеальное место. Признаться честно, я большую часть обучения провёл в виртуальных полигонах, где отрабатывал свои навыки на искинах, тем более, благодаря современным технологиям все наработки переносились на физическое тело. В связи с этим обстановка для меня вполне привычная. Да и посол, что рядом со мной, чувствует себя более чем уверенно.

Собственно, посольство мне нужно было в первую очередь, как безопасная точка входа в виртуал. При аресте, казённое оборудование могло бы дать сбой, и я бы просто не сумел себя защищать. А если бы я вошёл с адреса кого-то из знакомых, то меня могли или вовсе не пустить на мероприятие, или быстро приехать компетентные органы.

— Все могут садиться! — судья проявился за судейской кафедрой в мантии, но без лица.

Суд должен быть максимально независимым, потому анонимность превыше всего. Особенно в делах высоких родов. В идеале судить должен и вовсе искин. Но недоверие к технике и воззвания к человечности, пока ещё глушат голос разума и статистику судебных ошибок.

Да и при работе с человеком остаётся шанс его подкупить. Но это в том случае, если разбирательство продлится больше суток.

Сейчас же судья и двенадцать человек присяжных, должных решать судьбу, выглядели, словно размытые тени за толстым зеркалом. В том числе это делалось для их защиты от обиды влиятельного преступника, которому могло бы не понравиться их решение.

— В рамках одного процесса рассматриваются два дела, — начал зачитывать искин-секретарь. — Первое дело: род Безруковых против Артура Тёмного, в рамках дела об убийстве слуги Безруковых, — взгляд всех переместился на адвоката рода Безруковых, представительного клерка с зализанными волосами и чуть надменным взглядом. — Второе дело: Российская империя в лице полиции Петергофа, против Артура Тёмного в деле о разрушении государственной собственности, а также в незаконной артефакторике, — рядом с адвокатом Безруковых вполне ожидаемо находился Виктор Александрович.

Глава полиции Петергофа ёрзал на месте, чувствуя себя неуютно. Неудивительно. Пусть он и не нарушает напрямую контракт со мной, но идёт против меня, и одного этого достаточно, чтобы чувствовать неудобство. Именно так работает наш контракт, и его будут ждать ещё более серьёзные последствия, просто он этого пока не понимает.

— Также имеется встречный иск со стороны Артура Тёмного, подданного Британской короны, к Леониду Безрукову, подданному Российской империи, с обвинением в покушении на убийство господина Тёмного и его слуги Елены Сандерс.

Да, я решил тоже выставить встречный иск. Более не имело смысла быть хорошим. Я хочу разыграть все карты и получить всю возможную выгоду. Безруковы виноваты сами, что всё пришло к этому.

— Сторона обвинения, представители рода Безруковых, прошу, начинайте! — дал отмашку судья.

— Благодарю, уважаемый суд, — голос адвоката Безруковых потёк медовым ручейком, лаская слух. — Сегодня я хочу доказать, что присутствующий здесь господин Тёмный преднамеренно и жестоко убил слугу графа Леонида Безрукова. Я не буду говорить много, ибо в данном случае факты и доказательства говорят сами за себя. Существует довольно популярное в сети видео: «Британский ворон против русского орла», часть которого я попрошу воспроизвести, уважаемый искин…

Лёгкий жест рукой и на одной из стен зала появился экран, на котором проигрывался фрагмент из видео. Чётко выверенный фрагмент, когда я метнул перо — без части, где наблюдается Безруков. Собственно, сам полёт снаряда. И попадание в горло слуги. Немного обрезанное, чтобы не демонстрировать Елену в нижней части экрана и нож в руках бойца, готовый вскрыть горло девушки.

Очень удобно.

— Также предоставлены документы от патологоанатома о причинах и времени смерти, что полностью соответствует продемонстрированному в видео, — продолжал своё победоносное выступление адвокат. — В связи с тем, что убийство произведено с особой циничностью — на камеру и при свидетелях, которых при необходимости можно призвать в зал суда, прошу назначить Тёмному максимально возможный срок — семь лет заключения! Или принимая во внимание подданство господина Тёмного, его высылку из страны и выплату виры в размере двадцати тысяч рублей!

По существу. Но главное — кратко. Адвокат предоставил неопровержимую доказательную базу, без лишних эмоций. Но при этом не сказал ничего лишнего, оставлено место для манёвра, ибо понимал: доказательная база могла сработать только в единственном случае — если бы я погиб в аномальной зоне и некому было выступить против. Ему-то наверняка предоставили все данные и теперь мужчине приходится выкручиваться, чтобы не получить неудобные вопросы и быстрее закрыть слишком шаткое дело.

— Сторона защиты, вам слово, — судья дал мне слово, согласно регламенту.

— Мой оппонент выдвинул серьёзные обвинения. И с частью из них я, к сожалению, не могу спорить. Я должен сделать признание: я и в самом деле убил слугу рода Безруковых!

Я бы сказал, что толпа в шоке ахнула, вот только присяжные — лишь безмолвные тени. Да и те, кто имелся — прожжённые циники, для которых убийство — такая же обыденность, как кофе по утрам. Потому своим признанием я соблюдал формальность: признание вины — уменьшение наказания.

Адвокат у Безруковых явно из дорогих. Профессионал. Не зря дело выстраивается не вокруг Леонида, а вокруг его мёртвого слуги.

Труп есть? Есть. Тут не поспоришь.

То, что я его убиваю, видно из видео? Чётко и ясно. И если я поставлю под сомнение этот момент, то тем самым усомнюсь и во всём видео. А видео мне ещё нужно.

— Однако я протестую против формулировок «преднамеренно» и «жестоко». Данное убийство совершено в рамках самозащиты, — вынес я формулировку, что должна в идеале полностью снять с меня всю тяжесть ответственности. — Для подтверждения своей позиции, прошу продемонстрировать видео «Британский ворон против русского орла». Вот только не фрагмент, вырванный из контекста. Прошу уважаемого искина воспроизвести полную запись!

И началось воспроизведение с самого начала, с момента как я переступил порог «Арены». И параллельно с тем, как на экране разворачивалось видео, я продолжал держать речь:

— Как вы можете наблюдать, моё взаимодействие с графом Леонидом Безруковым… и его слугами, произошло не по моей инициативе, а только и лишь по причине возникновения опасности моей слуге Елене Сандерс. О чём ранее было сообщено в полицию Петергофа.

— Данное сообщение имеется в базах данных, — с явной неохотой признался Виктор Алексеевич. — К сожалению, свободных патрулей на тот момент рядом не было, потому мы не смогли прибыть оперативно.

Глава полиции не мог лгать не только из-за контракта, но и потому, что стоит только уточнить у искина правдивость данных, он тут же выдаст настоящий расклад. Потому мы могли сражаться друг с другом только правдой. Её различными интерпретациями. Формулировками. И точками взгляда на неё.

— Виктор Алексеевич, ваших сил не было в зоне действия и вы попросили господина Тёмного действовать самостоятельно? Или его встреча на «Арене» была личной инициативой? — тут же нашёл к чему придраться ушлый адвокат.

— Безусловно, ему было сказано дожидаться полиции! — тут же ответил полицейский.

— Но господин Тёмный пренебрёг прямым указанием полиции! — победоносно отметил адвокат.

— Протестую! — тут же возмутился я. — Российская империя — свободное государство. Я имею право перемещения по всей его территории. Моё прибытие на «Арену» несло характер исключительно мирный, в рамках переговоров.

И искин, немного подыгрывая мне, перемотал на ту часть видео, где я выдаю:

«Отпусти Елену и мы обсудим всё, что вы себе напридумывали. Я расскажу тебе всё, что ты захочешь. Во всём признаюсь. И сделаю всё, что потребуешь».

«Нет! — яростный рык Безрукова. — Ты меня не слышишь! Расскажи! Почему?»

«Отпусти Елену…»

И как завершение сцены, шикарный рывок Безрукова, где меня схватили за грудки, а затем со всего размаха закинули в железный круг арены.

— Я пришёл за Еленой. Своей слугой. Подданной Британской империи и как можно видеть из данного видео, без какой-либо провокации был атакован Леонидом Безруковым. Доктор, к которому я обратился, снял побои и они приложены к делу, — перешёл из защиты в атаку, накидывая доказательную базу для своего собственного обвинения. — Похищение моей слуги. Нападение на меня. Оскорбление. Притеснение по национальному признаку… Я считаю, что имел право на самозащиту! А вот господин Безруков должен быть наказан! Три года заключения или компенсация физического и морального ущерба в размере пятидесяти тысяч рублей!

Я специально больше чем в два раза поднял ценник в обвинении к Безрукову. С одной стороны, оставляя себе место для торга. С другой — разборки между аристократами имеют больший масштаб, чем смерть какого-то там слуги, как бы печально это ни звучало.

Возникло ощущение, словно я играю в шахматы словами и смыслами. Моя любимая версия шахмат.

* * *

Виктор Александрович нервно переминался на месте. Находиться в виртуальности было непривычно.

Старому бойцу не нравилось ощущать, что его тело где-то там. Валяется без контроля, пока он стоит тут посреди этого шумного балагана, который почему-то называют судом.

И это притом, что именно он являлся главным инициатором того, чтобы Безруковы всё же подали в суд на этого отморозка Тёмного. Глава рода Безруковых пусть и потратил кучу денег, чтобы отмазать сына от обвинений со стороны государства, но относился к случившемуся легко. Да что там легко? Со смехом!

Он буквально хохотал, когда смотрел видео, где его сына размазывали по «Арене».

Безруков-старший был тем ещё кадром: на своих детей ему было совершенно плевать. Он плодил их как траву. И они жили так же. Да — в роскоши. Да — при слугах. С лучшим образованием. Но без любви и заботы. С единственным устремлением: кто сильный — тот пробьётся. А сильнейший станет новым главой рода.

Всё просто. Банально. По Дарвину.