Стать сильнее

— Костя, привет.

— Привет, — надо же, я так давно ее не видел и не слышал, что уже начал забывать. Вот за каким хреном я согласился говорить?

— Костя, у меня появились проблемы с Ундиной. Мне ее отец подарил. А из магов воды я только тебя, Вольфа и Стоянову знаю. Вольфу я не дозвонилась, Стоянову просить, ну, это такое себе. Остаешься ты. Ты мне поможешь? — В голове набатом звучало: «Нет, нет, нет, мать твою! Я не хочу тебя видеть, я не могу!», — а голос тем временем произнес.

— Хорошо. Куда мне подъехать?

— В аэропорт. Ундина на море расположена, — и она положила трубку. Я тупо слушал гудки и смотрел на стол. Идиот? Ну кто бы сомневался. Зато я узнаю, наконец, что такое Ундина.

Глава 4

Я впервые летел на самолете. Более того, я вообще впервые ощутил, что такое полет. В своем мире не припомню таких безумцев, которые стремились бы составить конкуренцию птицам. Летали только демоны, и то лишь некоторые из них. И драконы, эти мерзкие порождения света и огня. Среди Темных, к которым я относился, что такое полет — не знал никто.

В памяти Керна было достаточно данных об этих, наполненных магией металлических птицах. Этих данных было даже больше, чем необходимо для общего ознакомления. Все-таки Керн чем-то в этой жизни был заинтересован — он хотел летать. Желание, которое на определенном этапе жизни присуще каждому из нас.

Аэропорты представляли собой целые небольшие города. График расписания взлетов был расписан так плотно, что опаздывать категорически не рекомендовалось даже императорской семье. Помимо общественных огромных самолетов, которые в своем нутре могли везти свыше сотни человек, у каждого более-менее обеспеченного клана был собственный ангар, и целый самолетный парк, с большим штатом летчиков и обслуживающего персонала. Ничего удивительного в этом не было, предприятия кланов были разбросаны по всей Российской империи и не только главам кланов, но в основном юристам и многочисленным помощникам в разных сферах необходимо было часто летать, чтобы держать руку на пульсе. Предполагалось, что после того, как я заберу из школы диплом, подтверждающий, что меня можно выпускать из дома далеко и без поводка, предстоял большой тур по городам и весям, для ознакомления со всем добром клана. У нас, кстати, не так уж и много было предприятий за пределами столицы и близлежащих районов. Слишком специфическая направленность нашей продукции. Правда, сейчас ко всему прочему добавилась большая сеть отелей. А вот у тех же Стояновых наоборот, радиус расположения их объектов был огромен. После слияния, о котором уже говорили, как о почти состоявшемся факте, нужно будет объехать их все. Так что, скорее всего, наши заботливые родственнички совместят тур со свадебным путешествием, чтобы в конце закинуть куда-нибудь на частный остров в Черном море, который у Стояновых, как у потомственных водников в наличие имелся.

Вот только все мои знания и предположения не исключал тот факт, что летел куда-то я, мать вашу, впервые!

Этот факт и то, что у меня открылась неизвестная раньше фобия — как только мы попали на борт небольшого, но очень уютного самолета Леймановых, я все время боялся упасть, сгладили эффект от встречи с Ирой.

— Мы давно не виделись, — тихо сказала она, когда мы расположились в мягких креслах друг напротив друга.

— Угу, — я старательно отводил взгляд от иллюминатора.

— Костя, ты что боишься летать? — она удивленно посмотрела на меня.

— Как оказалось — да, — я вытер мелкие капли пота со лба. — Жуткое чувство. Ты заперт в небольшом железном гробу на высоте нескольких километрах над землей и не сможешь ничего сделать в случае катастрофы, если ты не маг воздуха.

— Брось, на машине ты прекрасно ездишь, а они часто попадают в аварию и разбиваются, — попробовала меня утешить Ира. Надо сказать, успокаивала она так себе, на троечку.

— А самолеты хоть и редко, но падают, и тут совсем без вариантов, — отрубил я, закрыл глаза и попытался заснуть, чтобы проснуться уже на месте.

— Шампанского? — к нам подошла улыбающаяся девушка из обслуги.

— Нет, спасибо, — я покачал головой и окинул взглядом ее весьма соблазнительную фигуру, в такой слегка обтягивающей униформе. Мне даже немного полегчало, и я улыбнулся ей с благодарностью. Как оказалось, мои взгляды не ускользнули от Иры. Когда девушка отошла от нас, Ирина резко сказала.

— Ну ты и кобель, Керн, ты ее еще завали прямо на соседнее сиденье, — я с удивлением посмотрел на нее и увидел недовольное личико и сверкнувшую искру в глазах. Не понял, если ты ревнуешь, значит, что-то чувствуешь ко мне? Не надо этого делать, девочка, мне и моего безумия хватает на нас двоих.

— А что такого? Ты вполне могла бы и присоединиться, поверь, я сумел бы с вами обеими справиться, — грубо ответив, я посмотрел ей прямо в глаза. Она ничего не сказала, только головой покачала и уставилась в иллюминатор. Я же закрыл глаза и снова попытался уснуть. До конца перелета мы не сказали друг другу ни слова.

Зимой жизнь даже в курортных городах вроде этого небольшого городка на берегу Черного моря затихала. Погода стояла мерзкая, капал дождь вместо уже привычного снега, и резко пахло йодом. На местном море я тоже был впервые, и меня поглотило с головой легкое любопытство.

— Интересно, здесь есть «Зимняя роза»? — я подтянул воротник куртки повыше, чтобы хоть немного защититься от дождя.

— Конечно, — Ирина пожала плечами. — В любом, пользующимся спросом курортном городе есть «Зимняя роза». Но зачем она тебе? У нас здесь небольшой, но вполне приличный дом имеется. Уверяю, места нам хватит, даже, если ты какую-нибудь местную красотку захочешь притащить переночевать, — добавила она ядовито.

— Нет, — я покачал головой. Если я буду с тобой под одной крышей находится, то будь уверена, ты тогда точно в моей постели окажешься. Ничего подобного я не сказал, лишь добавил. — Это будет не слишком уместно. К тому же, красоток я предпочитаю на нейтральной территории принимать.

— Как хочешь, — Ира снова пожала плечами, а к нам подъехала машина. — Поехали, я тебя подкину до отеля. Завтра с утра машина за тобой заедет, и привезет к Ундине. Я буду тебя там ждать, — добавила она равнодушно.

— Хорошо, — вот и поговорили. Все-таки правы все мудрецы, любовь делает нас глупцами и полными кретинами. Какое на самом деле неоднозначное чувство.

Холл отеля был обставлен практически так же, как и тех двух, которые я уже успел посетить. Похоже, это был фирменный стиль, своеобразная визитная карточка, которая позволяла посетителю сразу же понять, что он попал именно в «Зимнюю розу», а не в какой-нибудь похожий отель премиум-класса. Все в сдержанных элегантных тонах, без вульгарной лепнины и позолоты. Да, в который раз убеждаюсь, что отелями в процессе создания сети занимался сам Женек, не подпуская к ним свою халду женушку. И правильно делал, по правде говоря. Потому что отели действительно были хороши.

И пользовались эти отели спросом, даже, когда сезон еще не открылся. В этом я убедился, когда подошел к стойке и попросил портье заселить меня в приличный номер. Заодно я хотел проверить, насколько служащие осведомлены в том, кто является их теперешним хозяином. Имени я своего не называл, но по идее всем служащим во всех отелях сети должны были выдать изображение каждого члена семьи с подписью «Запомни эти лица, кретин. Именно они платят тебе зарплату!»

Видимо, именно в этом отеле посчитали ниже своего достоинства чем-то подобным озаботиться, потому что портье меня не узнал. Имени своего я не называл специально, пытаясь понять, на каком этапе нужно начинать качать права, чтобы немного сбросить накопившееся за время полета напряжение.

— Мест нет, — терпеливо повторил портье. — Попробуйте заселиться в другой отель.

— Я не хочу в другой, я хочу именно в этот, — облокотившись на стойку я на полную катушку разыгрывал недовольного клиента, коли уж у портье не хватило ума поинтересоваться, как выглядит его новый хозяин.

— Послушайте, — портье закатил глаза к небесам. Напрасно, они тебе не помогут, не в этом случае, так точно. — В отеле нет свободных комнат. Занят даже императорский люкс.

— Я вам не верю. Сезон уже закончился, толп туристов я не наблюдаю, каким образом у вас могли закончиться места?

— Мы принимаем международную конференцию, — с гордостью провозгласил портье, указывая на небольшую табличку стоящую рядом со мной на стойке. Табличка была красочная, но все надписи на ней были исключительно на иностранном языке. Я никаких других языков, кроме русского не знал, поэтому проигнорировал и табличку и все, что было на ней написано. — Они и так уже несколько раз откладывали проведение своего мероприятия, чтобы арендовать именно наш отель. И мы невероятно горды тем, что принимаем такое мероприятие.

— Я очень за вас рад, но мне нужен номер, — упрямо повторил я.

— Мест нет, ну сколько можно повторять? — устало проговорил портье.

— Позовите управляющего, — достаточно миролюбиво предложил я.

— Зачем вам управляющий? Он скажет точно тоже, что и я, — попытался урезонить меня портье, но я настаивал.

— Позовите управляющего, я хочу услышать от него лично то, что вы мне заявили. Так же я хочу оставить жалобу, — мерзко ухмыльнувшись, я полюбовался его вытянувшимся лицом. — Да, я хочу оставить жалобу на такое отвратительное обслуживание. Позовите управляющего, — в который раз повторил я.

Портье просто не оставалось выбора, как кивком подозвать помощника, чтобы тот пока развлекал меня, и отправиться за управляющим.

Я смотрел на совсем еще молодого мальчишку, который в свою очередь смотрел на меня, кусал губы и не знал, что предпринять. В такой ситуации он оказался впервые, и с интересом наблюдал, чем все закончится. Вот только он совсем не ожидал, что окажется на месте портье напротив недовольного гостя. Через минуту мне надоело на него смотреть.

— Ну? — спросил я.

— Ну, вот так, — он развел руками, а я прикусил губу, чтобы не заржать.

— Что за конференция-то? — я указал на табличку для наглядности.

— Международная конференция виноделов. — С гордостью произнес мальчишка.

— Кого? — я недоверчиво посмотрел на табличку, а потом перевел взгляд на парня.

— Виноделов, — повторил он. — Международная. Более чем из десятка разных стран, где выпускают вина, собрались. С ежевечерней дегустацией продукции. — Я почувствовал, как зашевелились довольно короткие волосы на затылке. Появилась трусливая мысль оставить эту идею с заселением в отель и заявиться к Ирине. Пускай буду выглядеть по идиотски, зато еще больших глупостей не совершу. Я раздумывал над этой мыслью почти минуту, но потом мужественно её отбросил. Не заставляют же меня на дегустации присутствовать, в конце концов. К тому же из бокового коридора послышались шаги спешащих сюда людей.

— Вот он, — указал на меня портье, и подошел к вздохнувшему с облегчением помощнику. Ко мне же подбежал управляющий и быстро заговорил, жестикулируя при этом.

— Успокойся, дорогой, зачем кричать, ногами топать, жалобы писать? Сейчас мы все уладим, — пока он говорил, я протер глаза и изумленно пробормотал.

— Гагик? Ты что многостаночник? В половине отелей управляющим служишь?

— Гагик? Нет, я не Гагик. Я — Армен. Гагик мой брат. Старший. — Немного подумав, ответил он. — А ты знаешь Гагика?

— Встречались, — осторожно ответил я. — Он меня очень хорошо принимал, когда я гостил в Туле. Я бы даже сказал, излишне хорошо. — Судя по всему, не только портье не интересовался внешностью новых хозяев. Армен далеко от своих подчиненных не ушел. — А шеф повара здесь, случайно не Артурчик зовут? А то Артурчик какой-то нервный слишком, всего боится. Но готовит хорошо, вот что есть, то есть.

— Нет, нашего шефа Давид зовут. Такой шашлык делает, вместе с пальцами съесть можно, — Армен подхватил меня под руку. — Пошли, дорогой, друг Гагика мне вдвойне друг!

— Куда пойдем? — я внезапно развеселился. Стало даже интересно, сумеет ли Армен переплюнуть брата в попытках мне угодить, когда узнает, кто я.

— В ресторан, конечно, — Армен даже удивился моей недогадливости. — Давид сейчас дорогого гостя накормит, а в это время двести десятый освободится, — и управляющий выразительно посмотрел на портье.

— Да, но его хотел председатель конференции... — управляющий сдвинул густые брови, и портье вздохнув, согласно кивнул. — Да двести десятый освобождается ровно через час.

— Что же ты молчал? — я в свою очередь посмотрел на портье с укоризненной улыбкой. — Сказал бы, что через час номер освобождается, и никаких проблем и конфликтов бы не случилось.

— Я полагал, что номер нужен вам немедленно, — выкрутился портье. — А прямо сейчас свободных номеров нет. Вы же не сказали, что готовы немного подождать, — добавил он не менее укоризненно. Молодец, это не он лоханулся, это клиент дебил и не уточнил своих намерений.

— Теперь, когда это недоразумение разрешено, может быть, вы забронируете за мной номер, пока его кто-нибудь не занял? — намекнул я портье на то, что застолья с управляющими могут длиться гораздо дольше, чем час и кто-кто, а он должен это понимать.

— Да-да, конечно, — портье начал быстро заполнять бумаги, а я в это время выслушивал, как именно меня будет кормить Давид, потому что друг Гагика Давиду трижды друг.

— Я после такого приема в свою одежду влезу? — задал я вполне резонный на мой взгляд вопрос.

— Конечно, дорогой. Я тебя с такой девушкой познакомлю, что, не переживай, лишние килограммы с тебя мигом слетят. — Не понял, меня что, сейчас жирным назвали? Я невольно провел рукой по своему плоскому животу, плотному от в меру накаченных мышц.

— Прошу приложить сюда ладонь для идентификации личности, — портье оторвался от заполнения бумаг и протянул мне идентификатор. Вот оно, сейчас...

Я приложил ладонь к пластине и, после того, как она мне подмигнула зеленым огоньком, отнял руку. Портье на мои действия никак не реагировал. Он смотрел на высветившееся имя, приоткрыв рот. При этом на меня он тоже не смотрел. Помощник, видя не совсем адекватную реакцию шефа, сунулся к монитору идентификатора и тоже завис. Армен заподозрил неладное. Он нахмурился, открыл проход за стойку и отодвинув помощника, который все еще не реагировал на внешние раздражители, уставился на экран. После этого он медленно перевел взгляд на меня. Потом опять посмотрел на экран, и снова на меня. Видимо искал соответствия имени, которое продолжало радовать их взгляды с монитора идентификатора с моим внешним видом.

— Так, давайте сначала, — поняв, что они еще долго так будут стоять, произнес я. — Меня зовут Константин Керн. Совсем недавно я приобрел этот отель со всеми другими в сети «Зимняя роза». Сюда я приехал по делам и мне нужен мой номер, который, как мне известно, закреплен в каждом отеле сети для семьи.

— Да-да, конечно, — портье первым отошел от шока и принялся суетиться. — Что же вы сразу не представились? Тогда всего этого недоразумения точно не случилось бы и вы бы уже наслаждались заслуженным отдыхом. — Он торжественно с придыханием выложил на стойку ключ. — Номер, закрепленный за семьей — пятьсот первый. В нем есть великолепная веранда с просто потрясающим видом на море.

— Ну, вот и отлично, — я взял ключ и подхватил сумку. — Армен Абаджанович, проводи меня до номера, дорогой, — не удержавшись, добавил я. Когда управляющий прошел со мной к лифту очень прямо с видом сомнамбулы, я повернулся к нему. — Давайте сразу договоримся, мне не нужно никаких сомнительных развлечений: ни девочек, ни посещения запрещенных заведений и даже стриптиз меня не интересует. Я здесь действительно по делам, и да, девушка у меня своя есть. Ты все понял? — он скованно кивнул, потом встрепенулся и удивленно посмотрел на меня.

— Как своя девушка есть? Вы что, Константин Витальевич, приехали на курорт со своей собственной девушкой? — отвернувшись в сторону, он тихо, видимо, чтобы я не услышал, пробормотал. — Какое кощунство. — Я же в ответ на это смог только глаза закатить. Похоже, начинается, и я только что выпустил джина из бутылки.

— Да, на сегодняшнюю дегустацию вин я не иду! — добавил я, и получил в ответ такой взгляд, который впитал в себя всю скорбь за такого грешника, которого не понятно, как еще земля носит. В общем, меня ждет Ад, и Армен сделает все от него зависящее, чтобы защитить своего непутевого хозяина от такой страшной кары небесной.

Глава 5

«Ундина» — это были верфи, с которых сходили штучные и очень дорогие яхты. Очень дорогие. Кошмарно дорогие прогулочные яхты для беспечных детишек крупных, сильных и более чем состоятельных кланов. Например, как мне рассказал водитель, которого Ира послала за мной, у Ушаковых была одна такая. А вот у Стояновых нет, и это, несмотря на то, что это они делают подобные игрушки. Не по карману производителям подобная яхточка. Обо всем этом он говорил с большой гордостью и явным удовольствием.

У нас, кстати, тоже подобной яхты не было. А у Вольфа была. И когда он сообщил, что, мы, всей дружною толпой поедем ненадолго, на недельку-другую, в путешествие по морю, то имел ввиду путешествие именно на такой яхте. Правда это произойдет не раньше, чем дети родятся, и, если все пройдет хорошо, и они будут благосклонно относится к кормилице и нянькам. Документами он займется сам, потому что я опять все забуду, и отказ не принимается, даже, если меня придется за ноги тащить. Кто эти «мы» он так же не уточнил, и хорошо, что вообще предупредил. А то с него бы сталось прийти ко мне домой и действительно вытащить в чем есть, чтобы загрузить в машину и увезти с криками: «Ты опять все забыл! Ну что ты, Керн, за человеко-то такой?»

В эллинге стояла яхта. Она была уже почти готова, а проблема находилась в матрице, сделанной для регулировки двигателя на стадии сборки. Так, по крайней мере, мне сообщила Ира.

— Чья это красавица? — я кивнул на изящную яхту, которая вот с такого ракурса вовсе не выглядела дорогой игрушкой, а смотрелась огромной и внушительной.

— Моя, — Ирина провела рукой по борту. — Я решила, что первая заложенная здесь яхта, как только утрясутся все юридические детали, будет принадлежать мне. Тем более, что все сотрудники просто переписали договора и теперь работают на меня.

— А где все? — я огляделся по сторонам, но не увидел никого, похожего на работника.

— Они в неплановом отпуске, — Ира вздохнула. — Видишь ли, маги, следящие за соответствием магической составляющей процесса, были магами клана. А они работают не на предприятии, а непосредственно на клан. Просто кто-то высказывает свои предпочтения, и его отправляют туда, где он, по собственному мнению, принесет больше пользы. Когда «Ундина» перешла Леймановым, все маги клана Стояновых ушли. Хорошо, что есть матрицы. Плохо, что их давно не обслуживали, а при строительстве яхты прерывать процесс и переделывать уже настроенное не рекомендуется. Иначе вся работа пойдет насмарку.

— А саму матрицу нельзя было прислать, чтобы настроить? — спросил я, начиная двигаться вокруг яхты.

— Нет, — она быстро догнала меня и теперь шла рядом. — Настройка вообще только комплектом идет, причем у вас в лабораториях, — Ира слабо улыбнулась.

— А зачем тогда я здесь? — я остановился и посмотрел на неё.

— Я так сильно хотела тебя увидеть, что придумала эту историю, — всплеснула руками Ира.

— Правда? — я говорил серьезно, продолжая смотреть на нее.

— Нет. Керн, мне не нужно, чтобы ты настраивал матрицу, это надо уметь делать, и я сомневаюсь, что тебе известны нюансы, — да я не знал, что такое «Ундина» до сегодняшнего дня. — Мне нужно, чтобы ты исправил небольшой сбой в матрице, а это может любой водник сделать. это как временную заплатку налепить. И нет, просто прислать её было нельзя. Матрица уже активирована и уносить её куда-то дальше, чем на километр от строящейся яхты нельзя. Прервется связь и цикл прервется. Самое обидное, что сбой произошел уже после того, как запустили процесс, который невозможно остановить, — Ира жалобно посмотрела на меня. — Ты же возьмешься? — Нет, я просто так прилетел, чтобы с Арменом, братом Гагика познакомиться. Младшим.

— Ну, хорошо, давай попробуем, — я еще раз огляделся по сторонам. — А, чтобы делать внутреннюю отделку, тоже артефакт нужен?

— Так все уже сделано. Осталось-то совсем немного, и яхту можно на воду спускать, — раздосадовано ответила Ирина. — Кстати, хочешь покажу, как все получилось? Это здорово, мне очень нравится! — и она схватила меня за руку и потащила куда-то в сторону, видимо, туда, откуда можно забраться на борт.

Она так торопилась, а я так остро чувствовал прикосновение теплой кожи её ладони, что мы оба едва сумели среагировать, когда Ира оступилась, забираясь по высокой лестнице на борт. Она громко вскрикнула, а я практически в самый последний момент обхватил её за талию, быстро втащив наверх, чтобы не начинать наш подъем заново.

Оказавшись на палубе, я не спешил отпускать девушку, а лишь ещё крепче прижал её к себе, глядя на Ирино личико сверху-вниз. Ей было неудобно, чтобы посмотреть на меня, приходилось сильно запрокидывать голову, но вот именно сейчас на её комфорт мне было наплевать.

— Костя? — я моргнул и отпустил её.

— Твою мать, Лейманова, ты что специально это делаешь? — я провел рукой по лицу, сожалея, что поблизости нет воды, желательно ледяной.

— Что я делаю специально? — она недоуменно смотрела на меня.

— Ничего, — буркнул я. — Ты не делаешь ничего, и ради всех святых, продолжай ничего не делать, или я за себя не ручаюсь. — Не знаю, поняла ли она из моей не слишком связной речи хоть что-нибудь, но мне опять-таки было на это слегка наплевать. — Пошли уже отделку посмотрим, да покажешь мне проблему.

Внутри яхта была отделана преимущественно деревом. Что делало обстановку очень уютной и в какой-то мере романтичной. Так и виделось, как на этом диване ночью посреди моря сидят двое при свете точечных, имитирующих свечи светильников. Да что со мной такое? Я помотал головой, пытаясь отогнать навязчивое видение.

— Тебе не нравится? — тихо спросила Ира. — У тебя такое выражение лица.

— Весьма впечатляюще, — я демонстративно огляделся по сторонам. — Мне, скорее, нравится. И, потом, зачем тебе мое мнение? Главное, чтобы нравилось тебе и твоим будущим гостям. — Она слегка порозовела, и это было заметно даже в тусклом свете. — Ира, давай матрицу. Я себя морально готовлю к тому, что сейчас придется в холодном море браздаться, поэтому мне слегка не до оценки окружающей обстановки.

— О, извини, я не подумала, что тебе понадобится близость моря, — краска залила её лицо ещё сильнее.

— А как я буду работать с артефактом воды, вдалеке от этой самой воды? — я даже удивился. — Тем более, что мне сначала нужно будет его осмотреть. Может быть, я и не смогу ничего сделать и придется все-таки отправлять матрицы в лабораторию.

— Да, конечно, — Ира хлопнула себя по лбу, словно забыла про какие-то там матрицы и зачем мы вообще прилетели сюда зимой.

Спуск на землю прошел, к счастью, без разного рода неожиданностей. Возле стены стоял сейф, открыв который Ирина вытащила несколько пластинок, немного похожих на те, которые презентовали мне в итоге Ушаковы. Только сделаны они были из серебристого металла и не перфорированы. На каждой матрице были высечены знаки воды, складывающиеся в замысловатые формулы. Отделив одну из них, Ира вернула в сейф остальные, а эту протянула мне.

— Вот, с ней какой-то сбой и случился, — сказала она, слегка нахмурившись при этом.