Хрономаг на каникулах

Матушка во время летних каникул в местной школе организовала мне промежуточные экзамены для окончания начальных клвссов. Ольга Павловна, как мой персональный преподаватель, согласилась меня сопроводить. Мы с утра выехали на нашей личной машине с водителем в сторону школы. Девушка немного переживала о моих результатах, а я просто наслаждался ее присутствием последний день. Ну и чтобы как-то скрасить поезду, решил спросить.

— Ольга Павловна, извините за нескромный вопрос. Почему вы, обладая летом свободным временем, отказали моим братьям в свиданиях? — ну, а что, мне было весьма интересно, тем более, что это последний день, когда об этом могу спросить.

— Ох, Илларион Илларионович, вы правы, ваши братья весьма достойные и благородные молодые люди, — она тяжело вздохнула. — Но я их совсем не знаю, а с вами мы уже хорошо знакомы.

Вот тут я начал впервые тупить не по-детски. Что она этим сейчас хотела сказать? Она непрозрачно намекнула, что на свидание хочет пойти со мной? С малолеткой, отстающим в развитии? У меня даже вспотели ладошки, хотя в машине работал кондиционер.

— Я вас, Ольга Павловна, верно понял? Если я вас приглашу на свидание, то вы согласитесь? — сегодня девушка была одета не так официально. Была без очков и с распущенными волосами, струящимися по плечам мягкими волнами.

— Пока не пригласите, не узнаете, — она хитро улыбнулась, а я сглотнул. Ведь не мог я увлечь молодую учительницу, или мог?

— А вы пойдете со мной поужинать сегодня вечером, если не заняты? — никогда не стремился к близким отношениям, ведь хрономаги не могут позволить себе увлечься, особенно не в преддверии глобального катаклизма.

— С удовольствием, очень не хочется так рано расставаться с перспективным учеником, но, к сожалению, я вас ничему большему научить не могу, — она с грустью вздохнула.

Жеванная лапа арахнида! И что это означает? Она хочет со мной провести вечер, как с учеником или как с парнем? Мои гормоны подросткового возраста давно бушуют, особенно рядом с симпатичной самочкой. Но если не схожу, то и не узнаю истинного ко мне отношения строгой, но соблазнительной учительницы…

Глава 8

Первая дуэль

Обычная каменная школа встречает нас тишиной. Летние каникулы, как никак. В коридорах повисла тишина, только цокают каблучки по паркету молодой учительницы. Мы проходим мимо пустых классов, поднимаемся на второй этаж в учительскую. Здесь нас поджидают сам директор и завуч этого заведения. Они решают принять у меня экзамены, чтобы постфактум зачислить в ученики школы. Меня занесут в реестр учеников, словно я учился в этой школе с первого класса, но в силу болезни, перешел на домашнее обучение. Естественно, только после того, как сдам первые экзамены. Меня усаживают за стол и дают тетрадь с ручкой. Тестируют отдельно за каждый год по всем предметам. Блестяще сдаю экзамен, отчего и Ольга Павловна, и директор с завучем улыбаются. Ведь к ним обратилась сама княгиня, Ирина Васильевна Воронцова, с просьбой принять экзамен у ее младшего сына, сильно отстающего из-за болезни в развитии. Якобы болезнь прошла, и сын пытается догнать своих сверстников. Если бы я завалил экзамен, то какого директору было бы сообщать о таком прискорбном факте любящей матери. Поэтому сейчас все сильно довольны, и я в том числе. Ведь вечером у меня первое в этой жизни и в этом мире свидание.

«Гребаные гениталии арахнида, секс уже был, а вот свидания не было», — но нам архонтам путаница в причинно-следственных связей вполне привычна, как и прыгать в разные потоки времени. Возвращаясь в замок в одиночестве, Ольга Павловна отправилась домой, тоже готовиться к праздничному ужину, размышлял о перипетиях бытия.

— А какого лесного арахнида я все время спасаю, спасаю и еще раз спасаю миры, совершенно о себе не думая? Когда у меня, как у нормального архонта был заслуженный отпуск? — задал себе впервые этот вопрос. Вот целых пятьдесят лет пробыл на гребаной планете с пауками, разрешая бесчисленное количество проблем из-за их сверх разума, но никакого удовольствия не испытал, — прямо злость на самого себя появилась.

— Я же, мать моя Хроноса, сам являюсь магом времени! — Могу себе запросто создать петлю лет этак на десять или двадцать, и пожить в прекрасном мире без монстров, которых не нужно бесконечно убивать, без радиоактивного фона, где необходимо ходить в скафандрах, без серьезных политических интриг, где каждый день готовится на тебя покушение. Просто могу побыть молодым парнем и насладиться всеми прелестями юного тела, совершенно не думая ни о прошлом, ни о будущем.

— Все решено! Этот мир будет для меня каникулами! Двадцать лет я конечно загнул, но до наступления катаклизма постараюсь пожить в свое удовольствие! — окончательно принял верное для себя решение. Когда через пару лет умру во время нашествия монстров, то перемещусь в любое другое тело и отмотаю время назад. Начну спасать мир заново, и адаптация уже будет пройдена, да и информация хоть какая-то, да всплывает.

На меня странно покосился шофер из-за моих размышлений вслух, срочно пришлось отматывать время на десять секунд назад, чтобы тот не посчитал меня сумасшедшим.

Ресторан, куда пригласил Ольгу Павловну, выглядел фешенебельным заведением. Сюда попасть было не просто, особенно в туристический период. В Крым слетались на отдых с разных концов России состоятельные люди, поэтому и ценник на блюда был задран неимоверно. Матушка, узнав, что я планирую отблагодарить своего первого учителя походом в ресторан, выделила хорошую сумму денег, дабы ни в чем себе не отказывал. Я приехал первым и занял место за резервированным столиком. Профессиональным взглядом окинул посетителей на предмет безопасности. Мое внимание привлекла шумная компания молодых людей, сидящая неподалеку и отмечающая юбилей, налегая на спиртные напитки. Четверо парней и две девушки легкого поведения вели себя, как хозяева здесь, совершенно не понижая голос. Окружающие морщились, но терпели громкие тосты за здоровье и удачу, выбивающиеся сквозь красивый музыкальный фон.

В дверях появилась Ольга Павловна, одетая в вечернее легкое платье, выгодно подчеркивающее стройную фигуру и длинные ноги. Легкий макияж, отсутствие очков и распущенные по плечам светлые волосы, полностью изменили ее облик. Сейчас передо мной стояла красивая и немного смущенная девушка.

— Я слегка опоздала, вы меня извините, Илларион Илларионович? — снова она включила официоз училки, а мне хотелось провести вечер совсем иначе.

— Ларик, просто Ларик. Наши с вами формальные отношения уже в прошлом, давайте перейдем на ты, договорились? — отодвинул стул, как галантный кавалер, помогая Ольге занять свое место.

— Хорошо, Ларик, тогда я сегодня Ольга, просто Ольга, — она ослепительно улыбнулась, а у меня пробежала волна возбуждения до самого низа.

— Вина? Красного, белого, может розового? Сделайте заказ, — щелкнул пальцами, подзывая официанта. Пока девушка выбирала, наслаждался ее смущением. По всей видимости, в этом ресторане она впервые, и ее глаза сильно увеличились, когда она взглянула на драконьи цены, переведя испуганный взгляд на меня.

— Не скромничай, мне есть за что тебя отблагодарить, — подмигнул растерявшейся девушке. К моему неудовольствию, она заказала лишь фужер вина и легкий салатик. Я же добавил к заказу еще вкусный десерт, запеченное мороженое.

Мне было весьма любопытно, отчего Ольга согласилась на мое предложение вместе поужинать, кого же она во мне видит, успешного ученика или молодого парня? Недалеко от сцены, где играли музыканты, кружилось несколько парочек под легкую мелодию.

— Не хотите со мной потанцевать? Сегодня замечательный вечер, — глядя в глаза, протянул руку девушке. Ольга согласилась, и это было хорошим признаком. Мы повальсировали одну композицию на зависть окружающим, кто хотел, но не решался выйти из-за стола. За празднующим шумным столом одна из барышень начала канючить.

— Петенька, ну что ты все пьешь и пьешь, пригласи тоже на танец, меня давно никто не кружил, — крашенная блондинка встала и тянула за руку своего кавалера. Тот, окинув сверху до низу плотоядным взглядом мою спутницу, нехотя согласился. Ольга выгодно отличалась внешностью от легкомысленной барышни, бросающей в мою сторону многозначительные взгляды. Создалось ощущение, что мы оба стали мишенью для танцующей рядом парочки. По завершении мелодии, покинули танцпол под пристальным вниманием соседней компании.

— Что-то мне не по себе, может просто прогуляемся по парку? — предложила Ольга, но в этот момент официант уже принес наш заказ. Я тоже почувствовал напряженность в окружающей обстановке, но хрономаги от неприятностей не сбегают, поэтому широко улыбнулся.

— Чувствуй себя рядом со мной, как дома. Никто нам не помешает хорошо отдохнуть, — поднял фужер, предлагая выпить за хороший вечер. Чувствую, как отношение Ольги с каждой минутой меняется, она уже перестала видеть во мне заторможенного мальчишку, предстаю перед ней смелым и опытным парнем, галантным кавалером. Она чуточку расслабляется и с удовольствием смеется моим шуткам. Хочется сделать эту девочку хоть на время счастливой. Когда поверну время вспять, меня уже не будет в ее жизни, память сотрется, но душа будет помнить хорошие мгновения. Ради этого можно и постараться, тем более я на каникулах.

— Вы сегодня через чур обворожительны, очень не хочется с вами расставаться. Как вы смотрите на то, чтобы продолжить вечер в более уединенной обстановке? — я сейчас врубил петлю и провоцирую девушку, которая покраснела от такого недвусмысленного намека.

— Мне нужно отлучиться в уборную, — тянет она с ответом, сбегая от поспешного решения. Иду, чуть погодя, следом за Ольгой. Из-за приоткрытой двери слышу, как она разговаривает сама с собой.

— Какого черта, Ольга, ты растаяла перед парнем, который на шесть лет младше, да еще и графский сыночек. Соберись, тряпка, ты ему не пара, — голосом разума девушка пытается вернуть себе самообладание. Но то, что я слышу, словно бальзам на душу, я реально понравился Ольге. Отпускаю петлю, понимая, что девушка мне откажет. Мы снова за тем же столом.

— Вы сегодня через чур обворожительны, очень не хочется с вами расставаться. Этот вечер надолго останется в моей памяти, как и ваш образ, первой моей учительницы, — стараюсь больше не провоцировать девушку. На ее милое лицо наползает легкая грусть, видно, что она также не хочет прощаться. В этот момент к нашему столу пьяной походкой подходит тот самый Петенька, не спуская сальных глаз с моей спутницы.

— Крошка, пойдем потанцуем, этот молокосос не достоин тебя, — хватает он за руку Ольгу и насильно тянет танцевать.

«Ох, имбецил я, арахнидовский, слил петлю на банальную глупость, и как мне сейчас не прибить этого наглого дегенерата?» — мои глаза наливаются кровью, такого беспредела оставить я не могу.

— Неуважаемый, по какому праву ты лапаешь мою девушку? Тебя вообще не учили манерам? — встаю из-за стола и перекрываю доступ к танцевальной площадке.

— Безродный щенок смеет вякать на графа Чернышева? Поди прочь или найди себе другую потаскушку на ночь, — он заржал на весь ресторан, где его поддержали хохотом подвыпившие собутыльники.

— Вы, граф, если не извинитесь перед девушкой, то напрашиваетесь на дуэль, — понимал, что парень, у которого нормы этикета должны быть в крови, сейчас сильно перебрал. По-хорошему пытался вразумить, не доводя до драки.

— А что, безродная шавка, разве может меня вызвать? Ну, попытайся, — он отпустил руку Ольги, у которой от страха глаза сейчас были огромными.

— Я, граф, Илларион Илларионович Воронцов, бросаю вам вызов. Вы оскорбили мою девушку, драться будем за неимением оружия с собой, полагаю на кулаках, — у парней тоже не было ни холодного оружия, ни огнестрельного. — Вам же дозволено выбрать место, только времени у меня тянуть нет.

Не зря ознакомился недавно с правилами по этикету, теперь знаю свои права и не позволю марать свою честь. Правы были братья, говоря, что среди дворян дуэлей мне не избежать, как раз хороший повод порепетировать перед поступлением в академию.

— Смотрите, парни, этот молокосос оказался младшим сыном Воронцовых? Впервые его вижу, может врет? — немного оторопел Чернышев от вызова на дуэль.

— У графа четыре сына, правда последний чем-то сильно болен, поэтому его мало кто видел, — подтвердил мою правду один из празднующих.

— Так ты еще и хроник? Чем болел в детстве? Силенок то справиться хватит? — продолжал глумиться граф. — Могу и морду набить, не проблема, а местом будет ближайший пустырь. День рожденье ведь у меня еще не закончился. Вот только если проиграешь, танцевать твою девушку весь вечер буду уже я.

— А если выиграю, извинишься перед Ольгой Павловной и выплатишь виру, в размере ста тысячи рублей, — думаю, что деньги девушке за оскорбление будут не лишними.

— А идет. Найди себе секунданта и выйдем поговорить, — бросает он мне и направляется к выходу.

— Кто ни будь из благородных окажет мне честь в поединке, став моим секундантом? — обращаюсь к залу, честно говоря ни на что не надеясь.

— Могу посодействовать, — подходит молодой парень чуть старше меня, протягивая для пожатия руку, — князь Владислав Щербатов. Будет честью для меня познакомиться и поддержать Воронцова младшего, очень приятно. Ольга умоляюще цепляется за лацкан моего пиджака, пытаясь отговорить от спонтанного решения.

— Оленька, не переживай за меня, он же пьяный, навалять ему, что конфетку отобрать у младенца, — улыбаюсь и вместе с союзником выходим во двор. Девушка вместе с двумя легкомысленными особами следуют за нами.

Место выбрали на полупустой стоянке для автомобилей, чтобы далеко не удаляться от ресторана. Снимаю пиджак и отдаю в руки Ольге. Напротив, расстегивая рубашку и закатывая рукава встает мой соперник.

Секунданты обговаривают вслух правила, не использовать грязные приемы, не кусаться, не бить в пах, сзади в позвоночник и не добивать упавшего противника ногами, деремся до первой крови или сдачи, после чего дают отмашку к началу поединка.

Сближаемся, Петр замахивается, стараясь пробить мне прямой в лицо, я лишь улыбаясь смещаю голову с прямой траектории, и заряжаю ему снизу в челюсть. Слышу, как хрустнули зубы, разрываю дистанцию. Он больше не старается сблизиться, пытается достать меня ударом ноги, пробивая по корпусу. Чуть разворачиваю тело, ловя его за ногу и дергаю резко вверх, отчего тот теряет равновесие, приземляясь на пятую точку. Парни вокруг сильно разочарованы. Снова сближаемся, соперник уже не спешит размахивать конечностями, пытается взять меня в захват, как борец, расставляя руки и наклоняя корпус. В прыжке, прямым коленом, снова достаю его в подбородок. Он прикусывает язык и сплевывает кровь на асфальт.

— Первая кровь, дуэль можно завершить, — произносит князь Щербатов, победил граф Воронцов, обговоренные условия надлежит выплатить.

— Я так прошто не шдамся, ни хрена молокошош не получит, — шепелявит из-за откусанного кончика языка Петр, снова бросаясь на меня, как разъяренный буйвол. Я, стоя в пол оборота к противнику, полу приседая с разворота, пробиваю ему в голову, тот отлетает в сторону на пару метров. К нему подбегают его друзья, чтобы помочь. Петр, сидя, мотает головой, стараясь прийти в себя. Секунданты ведут отсчет, на семь от встает и снова кидается, но сейчас целится в ноги, с намерением меня повалить. Просто высоко подпрыгиваю вверх, приземляясь коленями на хребтину сопернику, придавливая его к земле и отрабатываю по почкам несколько болезненных ударов. Петр воет, пытаясь меня скинуть. Снова расходимся в стороны, только меняемся местами с противником. Сейчас злой и плюющийся кровью граф Чернышев оказывается со стороны моей девушки. Неожиданно выхватывает нож из высокого ботинка и приставляет к горлу Ольги.

Такого грязного приема от дворянина здесь никто не ожидал, даже его собственные соратники. Все застывают в немом удивлении.

— Ешли прямо шейчаш не шдашься, я на твоих глашах прирежу эту шучку, — рычит урод, брызгая кровью.

Хрономага, который не может окончательно умереть, вообще практически невозможно ничем испугать. Но в этот момент я реально струхнул не по-детски. Вздрогнув, решил уже прибить гада. Вот только все вокруг застыли, как изваяния. Время вокруг меня остановилось. Наступила полнейшая тишина.

«Вот я, старый склерозник архоидный, совсем позабыл о способе замораживать время», — маленькие хрономаги, когда сильно пугались, всегда останавливали время, чтобы уйти от опасности, тем самым спасая себе жизни. Но потом, по мере взросления, этот атавизм уходил в прошлое, за ненадобностью. Зачем пользоваться детской способностью, когда можно просто отмотать время назад в любую безопасную точку. Но сейчас я широко улыбнулся. С моими урезанными возможностями, заморозка времени мне еще как пригодится.

Подхожу к этой охреневшей застывшей роже с ножом, резко отбираю острый предмет и пробиваю ему в челюсть со всей силы. Как только мой кулак соприкасается с челюстью, время снова восстанавливает свой бег. Петр снова летит на асфальт, ударяясь нехило головой, теряя сознание. Битва остается за мной. Секундант объявляет победу.

— Если он еще раз дернется в мою сторону, прирежу его, как свинью, — предупредил напарников, забирая нож себе. — Позаботьтесь о нем и переведите деньги на этот счет, — собственного у меня нет, поэтому называю номер счета Ольги, который записывает один из парней, ставших в этой битве секундантом.

Расплатившись в ресторане, вызываю такси, чтобы отвезти девушку домой. Понимаю, что мне нужно личное средство для связи. Сейчас же пользуюсь телефоном девушки. Сидя с ней на заднем сиденье, глажу ее по волосам. Ольга продолжает по-прежнему мелко дрожать, адреналин дает о себе знать. В таком состоянии оставить девушку одну, не позволяет совесть.

— Может напоишь меня чаем и познакомишь со своими питомцами? — предлагаю, когда подъезжаем к панельной пятиэтажке.

Ольга кивает головой и нежно мне улыбается, прижимаясь еще крепче…

Глава 9

Бал

Ольга жила в небольшой однокомнатной квартире, которая ей досталась от бабушки. Навстречу выбежала мохнатая рыжая кошка, которая, минуя хозяйку, почему-то потерлась об мои ноги. Ей явно не хватало мужского внимания, пришлось взять на руки и потрепать мохнатое чудо.

— Ой, Ларик, Муся ни к кому, кроме меня, не дается в руки, а от тебя прямо не отходит, — удивленно воскликнула хозяйка. Вот только я этому ни на грамм не удивился.

Все животные в разных мирах интуитивно тянутся ко мне, слушаясь беспрекословно. Правда до сих не понимаю, то ли так на них влияют маги времени, то ли это мое природное обаяние огромной души. Кстати о душах, они у всех разные, не по качеству, а по объему. У животных, эти нематериальные сгустки, словно небольшие горошины, у разумных аборигенов достигают размеры от сливы до большого яблока, у существ, живущих несколько столетий, размером с арбуз, а у нас, живущих вечность, да нет такого фрукта на этой планете, где-то от метра до двух в диаметре. Наша душа с трудом вмещается в принимаемую оболочку и фонит, как уран, своей харизмой. Именно поэтому Муся за мной по квартире ходит хвостом, наслаждаясь моими флюидами.

Ольга поставила чайник на плиту, доставая печенья на стол. Она немного стесняется потрепанной мебели, доставшейся ей в наследство.

— Ларик, ты жил в роскоши всю свою жизнь, извини, что здесь не так красиво и уютно, — зачем-то она извиняется, хотя это я настоял на приглашении на чай. Она просто не в курсе, что последние пятьдесят лет я прожил в темной мрачной пещере, и ее непрезентабельная квартира в сто раз уютнее предыдущего интерьера. Просто улыбаюсь и говорю, чтобы не заморачивалась такими глупостями.

Пока кипит чайник, Ольга не знает куда себя деть, сильно смущаясь в моем присутствие. Усаживаюсь на диван и прошу показать фото, когда она была маленькая. Ну, а как еще уговорить девушку присесть поближе и перестать суетиться? Дальше мы рассматриваем старые фотографии, новых почему-то у нее нет. О чем и спрашиваю.

— После смерти родителей, перестала фотографироваться, — девушка взгрустнула, а я себя начал костерить отсутствуем извилин, сравнивая с примитивной амебой. После чего просто обнял девушку и прижал к себе, гладя по длинным волосам. Она не отстранялась и тоже обняла меня. Ее легкий цветочный аромат и теплота рук пробудили настоящий мужской голод. Взглянув на часы, которые все же успел приобрести, врубил петлю, после чего нежно поцеловал девушку. Это было сладко и упоительно, от чего кружилась голова. Страсть разгорелась между нами, и уже не в силах были разомкнуть объятия. Она смотрела в мои глаза с такой любовью и преданностью, что червячок сомнения закрался в мою душу. Почему-то показалось, что до этого у Ольги не было мужчины. Оказавшись раздетыми и в горизонтальном положении, уже не смогли сдержаться. Мои губы ласкали ее упругие грудки, затвердевшие соски сигналили о сильном возбуждении девушки. Крепко сжатые ноги и выгнутая дугой спина, говорили, что если промедлю, то не успею, и Ольга финиширует от моих одних только ласк.

— Возьми меня, любимый, — тихо произнесла девушка. Не стал тянуть, нежно вошел, и прифигел порядком. Ольга оказалась девственницей, мои самые страшные опасения подтвердились, но поздно уже давать заднюю, стал наращивать темп. Финишировали одновременно, тела подстроились друг под друга. Мельком глянув на циферблат, увидел, что осталось несколько секунд, отмотал время назад.

Мы снова сидим за альбомами, снова глажу девушку по волосам. Этот невинный цветок не мной должен быть сорван, а тем, кто останется с ней надолго. Ольга теперь смотрела на меня с большой нежностью, ее душа помнит, что было только что между нами, хотя этого и нет в памяти. Я, как нашкодивший арахнид в тапки, пошел проверять чайник, не смея ей посмотреть в глаза. Настроение у девушки стало спокойным, она уже не стеснялась меня и не суетилась. Смотрела в глаза тепло и с любовью. Попив чай с печеньями, решил ретироваться, чтобы снова не искушать себя по второму разу.

— Спасибо тебе за все, за то, что заступился, за то, что проводил, и вообще за то, что ты есть, — Ольга чмокнула меня у двери на прощанье. Еще раз обнял девушку, понимая, что возможно, ее больше не увижу.

Возвращаясь домой на такси, чувствовал, как в душе порхают бабочки, и это меня серьезно пугало.

— Я не должен позволять своим чувствам брать вверх. Тут я на каникулах и могу развлекаться сколько вздумается, а вот влюбляться не имею права, — напомнил себе о данных обещаниях. Не жалел, что так все получилось между нами. У Ольги появился хороший опыт, о котором она не помнит. Зато в следующий раз не будет столь стеснительной и неуверенной девочкой при встрече со своим избранным, да и девственность к ней вернулась. А мне все равно хотелось хоть раз с ней еще встретиться…

Матушка с отцом наняли мне пятерых новых преподавателей по всем основным предметам, но симпатичных и молодых, к счастью, среди них не оказалось. Это были заслуженные лауреаты и профессора преклонного возраста, которые с усердием принялись меня просвещать. За три недели я завершил обучение и снова блестяще сдал экзамены в школе, получив долгожданный аттестат о среднем образовании. Он был моим пропуском для сдачи экзаменов в академию. Вопрос о переезде в Санкт-Петербург больше не стоял, родители были довольны моим прогрессом.

На радостях матушка решила закатить большой бал в Воронцовском дворце, пригласив всех титулованных дворян, дабы им представить своего младшего сына. Ей больше не нужно было стесняться моего тугодумия и отсталости в развитии. За полтора месяца я догнал своих сверстников, а возможно где-то и перегнал, ведь со мной занимались лучшие умы.

Три дня в доме все слуги носились, как угорелые, готовя замок к приему гостей. Закупалась недостающая посуда, менялись выгоревшие на ярком солнце шторы, обновлялась частично мебель. Были вызваны лучшие повара из ресторанов для приготовления божественных закусок, известные музыканты, знаменитый ведущий. Для меня, братьев и сестры заказали смокинги и шикарное платье. Персонально были вызваны стилисты для приведения волос, ногтей, кожи в порядок. Теперь я понял, почему мое лицо считалось кукольным. Не от того, что детское, а потому что у меня была идеальная кожа, а также фарфоровый цвет лица, словно у куклы. Визажист долго восторгалась, нанося крема и увлажняя кожу перед балом.

К восьми часам вечера гости начали съезжаться. Матушка с сестрой встречали у второго входа в замок, куда могли подъехать дорогие машины. Я же находился в своей комнате, ведь мой выход должен состояться чуть позже, когда все гости соберутся в большой зале. Волновался ли я? Пожалуй, да, но не за себя, а за матушку. Сегодня был ее триумф, и она была очень счастлива. Все ее дети теперь здоровы и достойны носить фамилию Воронцовых. Моя задача стояла маленькая, не дать никому омрачить ее безграничного счастья.

Еще раз взглянул на себя в большое ростовое зеркало. На меня смотрел симпатичный уверенный в себе юноша, в черном, идеально сидящем смокинге, с белой бабочкой и лакированных черных туфлях. Каштановые волосы по-прежнему спадали на плечи. Я не разрешил обстричь их стилисту, дабы выделяться на фоне своих братьев. Самым важным элементом в моем образе являлись умные проницательные глаза и широкая улыбка. Сегодня мне предстояло обаять как можно больше народу, для того, чтобы передо мной открылись двери в высшее общество. Еще раз себя поздравил с правильно выбранным телом, в котором взойти на вершину власти будет гораздо проще, чем выгрызать себе место под солнцем десятки лет.

Меня позвали к гостям. Глубоко вздохнув, пошел за провожатым. В зале собралось множество народу, от которого пестрело в глазах. Шлейф дорогого парфюма щекотал ноздри, отчего захотелось чихнуть, но пришлось пересилить этот порыв. Матушка с отцом представили своего младшего сына, то есть меня, Иллариона Илларионовича Воронцова гостям, сказав, что сын наконец-то достиг зрелого возраста и в этом году отправляется в академию с братьями. А еще просила любить и жаловать, ни словом, не обмолвившись о моей болезни. Все верно, дворянин не должен признаваться в своей слабости, в мире сильных она не прощается. Поклонился присутствующим, дав себя разглядеть, спустился в общую залу.

Среди гостей заметил знакомые лица. Первой ко мне подошла Надежда Агинская, дворянка, которая научила меня плавать. Она с удивлением разглядывала меня в смокинге, словно не могла поверить, что превратился из гадкого утенка в прекрасного черного лебедя.

— Ларик, то есть Илларион, ты сегодня божественно выглядишь, надеюсь так же танцуешь, — сделала она не прозрачный намек.

— Вы то же, Надежда, затмеваете звезды своей красотой, — улыбнулся в ответ, — как я могу не попробовать дотянуться до звезды, позже обязательно повальсируем, — с почтением откланялся.

Вторым ко мне подошел князь Владислав Щербатов, собственной персоной. Он похлопал меня по плечу и поцокал языком.

— Завидую тебе граф, и сочувствую, сколько ты сегодня рож разобьешь и сколько сердечек похитишь, страшно представить, — он широко улыбнулся, — если что, зови меня в секунданты, не стесняйся. Мне понравилось смотреть, как ты ставишь на место тех, кому среди дворян не место. Кстати, будь аккуратен, они тоже здесь, будут провоцировать.

— А вот за это предупреждение отдельное спасибо, не хотелось бы омрачить праздник матушке, — поблагодарил и откланялся.

Дальше ко мне подошла сестра Мария и, взяв меня под руку, повела знакомить со всеми гостями, переброситься комплиментами и новостями.

— Откуда ты знаком с дворянкой Агинской и князем Щербатовым? — в промежутке она задала мне вопрос.

— С Надеждой познакомились на пляже с братьями, а с князем в ресторане, где ужинал с Ольгой, — скрывать мне было нечего, разве что пикантные подробности этих знакомств.

— Кстати, а почему не Ольга Павловна, как раньше, у вас с ней что-то было? — она, как заправский следователь решила по мимике моего лица раскусить брата, но трехтысячелетнего диверсанта так просто не расколоть.

— Так на ужине у нас завершились формальные отношения, мы перешли на дружеские, — с покер фэйсом спокойно отвечаю.

— Значит подруга, тогда почему не поздоровался с ней? — а вот тут она меня удивила, не знал, что девушка среди приглашенных. — Ее матушка пригласила, чтобы тебя снова порадовать.

Ищу Ольгу взглядом и нахожу в самом дальнем углу, к которому бы я и за час приветствий не добрался. Тяну за собой сестру, а в груди молотом стучит сердце.

— Привет! Очень рад тебя видеть, как тебе здесь? — немного растерялся от нахлынувших чувств. Да и сестра хитро улыбается, стоя за моей спиной, чувствую это затылком.

— Очень празднично, — произносит совсем не радостным голосом. Она здесь никого не знает, кроме моих родных, которые сейчас все заняты гостями.

— Можешь мне помочь обойти всех господ? — Предлагаю ей свою вторую руку и теперь с двумя барышнями под ручки продолжаю дефилировать среди благородных, переходя от одной компании к другой.

В мужской комнате, куда приходят отдохнуть и выкурить сигару, находятся три брата, сбежавшие от своих обязанностей хозяев, чтобы перевести дух. К ним подходит молодой князь Владислав Щербатый и жмет руки.

— Завидую Иллариону, у него такие любящие братья, а вот я один в семье, — он грустно вздохнул, — молодцы, что научили Ларика так махать ногами, что любо дорого было смотреть.

Роман, Михаил и Александр переглянулись друг с другом, не совсем понимая, что сейчас Владислав имел в виду.