Седьмое правило дворянина

— Где нас ждет Минотавр? — усмехнулась Соловьева. — Не самое подходящее воспоминание.

Тем временем мы миновали еще одно разветвление, затем еще одно, после которого последовало сразу несколько — сложная система, что сказать. Я вновь проверил Модуль и снова никакого толка. Самое интересное, что этот техно-магический гаденыш даже не чертил карту пройденного нами пути, как будто мы вообще находились в каком-то непонятном измерении и это было очень странно.

Развилки следовали одна за другой. Пару раз мы заходили в тупик, приходилось возвращаться назад и идти новым путем. Но, тем не менее, процесс шел, и мы постепенно двигались вперед, вот только куда именно — большой вопрос.

В какой-то момент мы оказались в довольно большом просторном зале. В полной тишине наши шаги отдавались гулким эхом.

Никакого черного куба или намека на него здесь не было, нас окружали лишь голые светло-коричневые стены. На каждой из четырех стен имелся вход в эту комнату, а это означало, что попасть сюда можно было не только тем путем, которым пришли мы и это было хреново.

— Всем приготовиться, — приказал я и вытащил меч.

Лезвие Рассвета немного светилось, но не так сильно, когда нежить где-то рядом. Но это неважно — мне здесь все равно не нравится.

— Ты чувствуешь что-то необычное? — настороженно прошептала Василиса, но в абсолютной тишине, которая нас окружала, ее шепот казался громким криком.

— Не то чтобы чувствую… Но эти четыре входа меня смущают — складывается такое ощущение, что задумано так, чтобы мы в любом случае оказались здесь. Каким бы путем не захотели воспользоваться.

Мы разбрелись по комнате и вдруг где-то под нами раздался звонкий щелчок.

— Твою мать! — услышал я голос Минина и посмотрел на него.

Одна из плиток, которыми был выложен пол, ушла вниз.

— Ты когда-нибудь начнешь смотреть под ноги? — прошипела Соловьева.

— Да я…

Начал было оправдываться Лешка и в этот момент все четыре прохода в комнату разом закрылись скрытыми в полу каменными плитами.

Пол под нашими ногами задрожал и в некоторых местах начал проваливаться вниз. Все вокруг пришло в движение. Мы все, проявляя чудеса акробатики, перескакивали с одного участка на другой, но проходило всего несколько секунд, и он тоже начинал рушиться.

Я использовал Кольцо телепортации на полную катушку и все время перемещался с одного островка на другой, помогая Мироходцам. Ну и, само собой, нашим аэромантам тоже скучать не приходилось.

Все это продолжалось несколько минут и за это время практически весь пол огромной комнаты ушел под землю. Осталось лишь несколько островков, на которых ютились ребята. Они были совсем небольшими, так что все стояли крепко прижавшись друг к другу, чтобы не свалиться вниз.

В тот момент, когда мне уже показалось, что опасность миновала, остров, на котором стояли Мазараки и Бахрам, начал шататься. Вот от него откололся один кусок, затем еще один и он начал сыпаться весь.

Соловьева и Галицкая испуганно закричали, а наш новичок и брат султана полетели вниз.

Я пустил за ними Блуждающий огонек, который выхватил их в кромешной темноте бездонной пропасти, и лишь в самый последний момент успел замедлить их падение.

— Левитация! — крикнул я аэромантам и те успели захватить парней, когда тех уже практически поглотила темнота.

В один момент мы чуть не потеряли сразу двоих и теперь я с облегчением смотрел на то, как их падение сначала замедлилось, а потом они медленно начали подниматься вверх. Все выше и выше и вот уже они были рядом с нами, за исключением лишь одной мелочи — Мироходцы висели в воздухе прямо над жуткой пропастью.

Разумеется, бесконечно так продолжаться не могло — аэроманты не могут левитировать их вечно, а на поддержку заклинания они тратили большое количество энергии. Нужно было срочно что-то делать.

— Воронов! — крикнул я, привлекая его внимание. — Ты же у нас специалист по стихии земли, попробуй выломать плиту, которая заблокировала выход из этой комнаты!

Илья растерянно посмотрел на меня, не понимая что я от него хочу, но потом кивнул — дошло, видимо. Не прошло и минуты, как из одной стены с грохотом вывалился кусок камня и полетел вниз. За ним был проход. Похоже сработало, вот только стена была не та, которая была нам нужна.

— Сука, Воронов, не та стена, твою мать! — крикнула ему стоявшая рядом со мной Василиса. — Если мы все время шли направо, нам нужна соседняя, а ты освободил проход из которого мы пришли!

Он кивнул и вскоре вниз полетел еще один кусок камня, и вот теперь это было то, что нам нужно.

Аэроманты швырнули туда Мазараки и брата султана, а следом взялись за остальных. Я не стал дожидаться нашей очереди, схватил Соловьеву и телепортировался в темный коридор, сбив с ног Минина, который уже был там.

— Все целы? — спросил я после того, как мы немного пришли в себя и отдышались.

— Я у вас в большом долгу, — сообщил мне брат султана. — Вы спасли мне жизнь и когда мы вновь вернемся в Бухару…

— Дорогой Бахрам, успеете еще поблагодарить — давайте сначала выберемся отсюда, — прервал я его пафосную речь. — Тем более, что здесь не только я поучаствовал.

Он кивнул и продолжать не стал. Я посмотрел на Мазараки, который выглядел так, будто его только что долбанули обухом по голове.

— Ты как, в порядке? — спросил я у него и дождавшись осмысленного выражения лица, махнул рукой указывая в тоннель. — Тогда вперед.

— Минин, смотри под ноги, пожалуйста, — попросила его Галицкая.

— Так я вроде…

— Ну все, хватит — потом обсудим кто здесь самый неуклюжий, — сказал я и подтолкнул Алексея вслед за Сазоновым, который уже пошел вперед со своей группой.

Мы вновь двинулись по однообразным коридорам, которые выглядели совершенно одинаково. Развилки следовали за развилками, очередные тупики, из которых приходилось возвращаться назад. В какой-то момент меня начало посещать чувство дежавю.

— Мне одному кажется, что мы ходим по кругу? — спросил шагающий впереди Минин.

Я бы хотел сказать, что это не так и мы все делаем правильно, но вскоре меня и самого начало охватывать сомнение. Но и заблудиться мы не могли, разве что вновь оказаться возле входа.

В тот момент, когда мне начало казаться, что мы немного потеряли ориентацию в той комнате, где провалился пол, и выбрали неправильный коридор, наконец что-то изменилось.

Мы вошли в большой зал, который был намного больше предыдущего. В самом его центре стоял тот самый зеркальный черный куб, ради которого мы сюда пришли.

— Минин, стой на месте! — на всякий случай сказала Василиса, глядя как тот уверенно направляется прямо к кубу.

Алексей замер и поднял руки:

— Все, стою…

Медленно, шаг за шагом, мы начали идти вперед.

— Соколов, ты кстати оказался прав, в этот зал лишь один вход, а значит сработало твое правило, — сказал Сазонов, внимательно осматриваясь по сторонам.

Вскоре мы подошли к кубу и за дело взялась Василиса, которая прекрасно знала свою работу. Первым делом она нашла покрытую буквами некромагического алфавита дверь, затем фигурную букву с иглой и проколола ей палец.

Буквы на двери вспыхнули нежным голубым светом, внутри глухо щелкнул механизм, и она мягко отъехала в сторону.

— Это просто поразительно! — не сдержал своего восхищения Бахрам и попытался заглянуть внутрь. — Разрешите мне туда войти?

— Соколов, смотри… — услышал я голос Мирона.

Я резко развернулся и увидел клубы густого черного дыма позади нас, которые с каждым мгновением становились все плотнее, пока из черного мрака не соткалось странное существо.

На расстоянии нескольких десятков шагов от нас стоял скелет, ростом примерно пять метров, с двумя рогатыми головами. Он загораживал собой вход в этот зал. Судя по всему, в его планы не входило выпустить нас отсюда после того, как мы закончим.

— Отдайте мне девчонку… — странный голос шел ниоткуда и в тоже время отовсюду.

Кто именно нужен был этой твари ни у кого из нас сомнений не было. Понятное дело, что речь идет о Соловьевой — без нее нам здесь делать было нечего. Мы интуитивно встали плечом к плечу, загородив собой девушку.

— Володя, я не могу попасть внутрь, — услышал я голос Василисы у себя за спиной. — Какая-то невидимая преграда не позволяет войти.

— Почему-то я думаю, что преграда — вот этот дуралей с рогами, — сказал Минин и показал рукой на скелет.

— Девчонку… — вновь раздался в моем мозгу голос и на этот раз он был намного громче. — Или смерть…

Перед глазами появилось несколько сменявших друг друга аур, которые спешно вешали на нас защитники. Зараза! Как же плохо, что рядом нет Подариной — ее способностям я доверял как-то больше остальных.

— Хер тебе, а не Соловьеву! — крикнул Лешка и бросил в него Ледяную стрелу.

В тот же момент скелет будто вспыхнул и распался на три одинаковые твари. Заклинание Минина просто пролетело сквозь одного из них, будто он был иллюзией. Еще одна вспышка и вот их уже пятеро… Семеро… Девять…

Похоже, денек перестает быть томным.

Когда фокусы рогатого закончились, одновременно все его отражения шарахнули в нас яркими зелеными лучами и вот они-то как раз не иллюзия. Кто-то из стоявших рядом закричал от боли и все бросились врассыпную. За исключением меня и Василисы, которая осталась рядом со мной.

— Володя, второй справа! — услышал я ее крик и использовал Кольцо телепортации.

Два рывка, один за другим, и вот я уже прямо перед ним. Увидев меня рядом с собой, рогатый выставил вперед руку и меня обожгло будто огнем.

Ну что же, зря я сомневался в наших ребятах, похоже висевшая на мне аура выдержала его удар. Значит теперь моя очередь.

Я ударил его Рассветом по руке и срубил кисть подчистую. Мой мозг чуть не взорвался от его переполненного злобой крика.

В этот момент в его оставшейся руке прямо из воздуха появился огромный бледный клинок, который он призвал. Все вокруг потемнело, мы оказались с ним на алой плите, которая висела в воздухе, и нас окружила кромешная тьма. Это что еще за новости, неужели этот урод куда-то нас перенес?

Наши мечи встретились, в стороны полетели разноцветные искры. Рассвет выдержал этот удар, но он был нанесен с такой силой, что отозвался в моей руке острой болью, и я лишь чудом смог устоять на ногах.

В ответ я рубанул его по ноге и попал прямо в колено. Протяжный хрип, больше похожий на рычание сдавил мой мозг. Потеряв равновесие, рогатый начал заваливаться на бок и уже в падении попытался срубить меня своим бледным клинком.

Его размеры не позволяли нанести удар достаточно быстро для того, чтобы покончить со мной. Я ушел вниз, перекатился в сторону, затем встал на колено и рубанул его еще раз. Если бы у этого засранца были яйца, то в этот момент он бы их лишился.

Но и так неплохо получилось. Мой меч был создан для того, чтобы бороться с такими как эта сволочь и теперь он с легкостью отрубил часть скелета.

Рогатый вспыхнул и в отчаянном прыжке бросился на меня, раскинув в стороны руки. Я попытался уклониться, но ему удалось задеть меня… Его рука ударила по правому плечу, и я почувствовал мертвенный холод. Часть меня будто превратилась в кусок льда, выморозив все живое. Больно… Что-то стало с моей рукой и Рассвет выпал на алую плиту, звякнув волшебным металлом.

Я тут же подхватил меч левой рукой, увернулся от рогатого, когда он пытался схватить меня за ногу и рубанул его по шее. Одна из его голов покатилась по плите и улетела куда-то в темноту, вторая же начала неистово клацать зубами, будто пытаясь укусить меня.

Следующим ударом я отрубил и ее. Она полетела вслед за первой, а я почувствовал, как вся правая часть моего тела немеет, превращаясь в бесполезный кусок льда.

Темнота вокруг начала таять, постепенно превращаясь в уже знакомые мне светло-коричневые стены лабиринта и пол подо мной будто проваливался. Блин, хоть бы я успел появиться в лабиринте до того, как он исчезнет совсем…

Да что же так холодно? В снеговика он меня что ли превратил, падла рогатая? Вот как-то совсем не хочется торчать во дворе в своих Ясных Горках с ведром на голове и морковкой вместо носа…

Глава 7

Когда я очнулся, мне показалось, что я лечу. Стоп… похоже, мне не показалось — я и в самом деле лечу. Точнее сказать, медленно плыву над песком, а это значит, что мы еще не покинули этот мир. Или как? Неужели мы уже в Бухаре? Да нет, не может быть.

Только сейчас я увидел, что я летел не один, прямо рядом со мной по воздуху плыли еще двое Мироходцев из команды Сазонова. Те самые, которым не повезло в этом путешествии. Так, меня что, тоже причислили к павшим смертью храбрых?

Я попробовал покрутить головой и тут же услышал радостный крик Василисы:

— Ребята, он очнулся! Стойте!

Меня и наших погибших товарищей опустили на песок.

— Вы как себя чувствуете, Владимир? — склонился надо мной Мазараки, на лице которого красовалась свежая рана.

— Пока не понял, но вроде бы живой, — честно говоря, на этот вопрос я пока и сам ответа еще не знал.

Немного посидел, прислушиваясь к своим ощущениям. Потрогал плечо, которое мне зацепил этот черт рогатый — вроде бы кровь не идет. Немного тянет, будто под броней была какая-то старая рана, которая не до конца зажила, но резкой боли не было.

Гораздо больше меня обрадовало, то что я мог ею спокойно двигать — я боялся, что этот урод большей беды наделал. По крайней мере, отключить меня ему удалось. Вот только голова почему-то раскалывалась на две части, будто меня кто-то кувалдой треснул, но череп чудом выдержал.

Я посмотрел по сторонам — вроде бы кроме тех, кто погиб до этого, новых потерь не было. Все были целы, хотя выглядели уставшими и потрепанными.

За то время пока я был без сознания, мы уже ушли далеко от пирамиды и находились возле точки входа. Да, долго же им пришлось меня тащить.

— Как наши дела? — спросил я и посмотрел на Сазонова. — В кубе справились?

— Да все хорошо, не переживай, — ответил Мирон. — Ты лучше расскажи, что у тебя произошло с этим скелетом двухголовым? Ты с ним куда-то исчез и все его отражения пропали.

— Если бы я знал, куда именно мы с ним попали, — в этот момент плечо неприятно потянуло. — Какая-то площадка непонятная в темноте, вот и все. Даже место описать не могу — вокруг было темно. Ну а что, долго меня не было?

— Почти час, — сказала Василиса, затем села рядом со мной и обняла. — Мы уже думали, что ты не вернешься… А потом ты вдруг появился прямо на полу. Лежал без сознания, будто мертвый…

— Не дождетесь, — ответил я и погладил ее по огненно-рыжим волосам. — Придется меня еще немного потерпеть. Во всяком случае, из-за какого-то рогатого урода, я пока точно помирать не собираюсь.

— Рассказывай, что дальше было, — отвлек меня от Соловьевой Минин. — Оказались вы на этой площадке и что?

— Да ничего особо… Бошки рогатые ему отрубил и на этом все закончилось. Он меня, сукин сын, клешней своей зацепил перед смертью, и я сознание потерял. А когда очнулся — лечу, а рядом со мной… В общем, дальше вы все знаете.

Я дотронулся до головы в том месте, где она сильно болела и обнаружил там огромную шишку.

— Я что, когда появился, головой об пол треснулся?

— Да нет, — усмехнулся Минин. — Это тебя ребята, когда по лабиринту левитировали, пару раз головой об угол нечаянно приложили, так что не переживай — до свадьбы заживет.

— Спасибо, разъяснил, — я посмотрел на Алексея, который смотрел на меня с довольной улыбкой. Такое ощущение, что после того, как он сказал мне откуда взялась шишка, мне должно было сразу полегчать.