Морозов

— Михаил.

— Мишенька, ты такой хороший.

— Да? — произнес я рассеянно.

— Сделаешь мне приятно? — заговорщически спросила девушка.

— Конечно, — выпалил я тотчас и кивнул, чтобы подтвердить свой ответ.

— Умничка.

Этот ласковый гипнотический голос тянул из меня свет, наполняя тело благословенной тьмой. Забирал тепло, оставляя внутри приятную прохладу.

— Принеси ведро и салфетку, — попросила богиня и указала в угол, в сторону незамеченной мною ранее раковины.

Я подчинился.

— А теперь…

— Да?

— Вымой окно, дорогой.

— Конечно, — с восторгом согласился я.

Помог девушке спуститься на пол, мягко обхватив ее тонкую талию. А затем ловко забрался на подоконник. Я старался сделать все как надо, чтобы угодить красавице. И видел в отражении стекла, как она кружится в лучах солнца, став похожей на чудесную бабочку. Мне вновь привиделась перламутровая дымка вокруг ее тела. Но это придавало облику незнакомки еще большей притягательности.

— Как тебя зовут? — не оборачиваясь спросил я.

— Что? — девушка сбилась с шага и уставилась на меня.

Я оглянулся и на мгновенье пожалел, что отвлек ее от танца.

— Как твое имя?

— Любопытный человечек, — девушка сморщила носик и подошла ко мне вплотную.

Она запрокинула голову, чтобы посмотреть мне в глаза, и я едва смог удержаться на ногах и не рухнуть вниз. Голова закружилась от вида лазурных озер ее радужек. В сознании что-то оглушительно хрустнуло. Казалось, весь мой мир содрогнулся. Из ладони выскользнула тряпка. Колени стали слабыми.

— Что происходит? — просипел я, тряхнув головой. — Кто ты такая?

— Милый…- томно протянула девица, дернула плечиками и неуверенно попятилась.

— Что ты со мной сделала, гадина?

— А минуту назад я была красавицей, — раздраженно проговорила хозяйка кабинета и уселась на стульчик напротив рабочего стола. — Меня зовут Лилия Водянова. И я работаю тут помощницей.

— Ведьма, — с досадой оттолкнул я ведро и спрыгнул на пол.

— Вовсе нет. И не надо опускаться до оскорблений, юноша, — строго заявила Лилия.

Она нацепила на переносицу очки в тонкой золотой оправе. Ее глаза тут же стали почти человеческими.

— Так сложно было вымыть раму? — хищная улыбка осталась на месте. — Или не барское это дело?

— Что ты со мной сотворила? — кулаки сами собой сжались.

— Я тебе понравилась, — с нажимом пояснила Лилия и заправила за аккуратное ушко прядь волос. — И ты согласился помочь мне с уборкой.

— Лилия, не видела… — в кабинет заглянул Денис и при виде меня тотчас нахмурился. — Что тут произошло?

— Вы завели в доме на редкость ленивого человечка, — заявила девица и протянула вошедшему папку с бумагами. — Тут есть счета, которые надо оплатить на этой неделе.

— Ты мне зубы не заговаривай, — парень пробежал глазами по бумагам и фыркнул. — Отсрочка еще возможна.

— Но проценты…

— Уплачу, — отмахнулся князь и вновь оценил мой вид. — Только не говори, что купился на ее чары.

— Что тут происходит? — я понял, что начинаю терять терпение.

— Мастер Морозов не оплачивает работу прислуги, — вздохнула Лилия и сняла очки, чтобы протереть стекла краем своей юбочки.

Она точно понимала, что при этом мы с братцем уставились на ее стройное бедро.

— А я говорила не раз, что у меня аллергия на пыль…

Тут она поморщила носик и звонко чихнула.

— И что с того, если мальчик помог бы мне с уборкой?

— Он мой названный брат, — возмутился Морозов.

— И это его оправдание? Чтобы бросить тряпку на пол и обидеть беззащитную девушку?

— Ты ее обидел? — удивился Денис.

— А я обидел? — изумился я.

В этот момент мы с князем встретились взглядами и оба выдохнули. Девушка всплеснула руками.

— До чего все стали нежными. Ничего им не скажи. Ничего не покажи. Сначала пялился на меня и слюни пускал, а как помочь немного попросила, так сразу разнылся.

— Я не ныл, — принялся оправдываться я.

— И не называл гадиной? — в голубых глазах блеснули слезы.

Я остолбенел от этого зрелища и наверняка сделал бы какую-нибудь глупость, если бы Денис не отвесил мне подзатыльник.

— Не поддавайся на ее манипуляции.

— Идите-ка отсюда оба.

Лилия поджала губы и принялась выталкивать нас из кабинета. При этом чертовка ущипнула меня за ягодицу и подмигнула. Но может, мне это все показалось. В любом случае мы с братцем оказались в холле, а дверь за нами закрылась.

— И что это было? Что это за баба?

— Лилия не баба, — Денис скривился и продолжил, — она морская дева. Их еще зовут сиренами.

— Что? — я оглянулся на дверь, словно она могла опровергнуть или подтвердить слова Морозова.

— Не все иные существа чудовища, — парень потер шею, словно не решаясь продолжить.

— О ней знает Синод? — осторожно уточнил я.

— Она умеет не показывать свои способности, — ушел от ответа парень.

— Ну, на мне она их опробовала.

Дверь неожиданно распахнулась и на пороге появилась Лилия, которая прошла мимо нас с видом королевы. И не оборачиваясь небрежно бросила:

— Просто ты мне понравился, глупенький.

— Он мой названный брат, — повторил Денис. — Обращайся к нему с уважением.

— Ну да, — девушка рассмеялась, и ее голос рассыпался в комнате хрустальными искрами.

Мы с Морозовым фыркнули и направились в сторону выхода.

— Она отличная помощница, — терпеливо пояснил князь. — И когда надо получить отсрочку по платежам или снизить процент по кредиту — Лилия любого уговорит.

— Это законно?

— Не запрещено, в общем-то.

— И как она оказалась в семье?

— Отец получил с нее клятву верности очень давно.

— То есть она тут на правах крепостной? — неприятно удивился я.

— Она получает зарплату, — не оборачиваясь возразил Денис. — И защиту семьи.

Мне хотелось уточнить, помогла ли эта защита самому главе семьи, но я вовремя прикусил язык. Незачем давить на больные мозоли тому, кто помогает мне и не желает зла.

— Поверь, Лилия вовсе не беззащитная. И если бы она захотела уйти, то никто бы не сумел ее удержать.

Я оглянулся, ощутив лопатками чей-то внимательный острый взгляд. Но позади никого не оказалось.

— Не отставай, — потребовал Денис, огибая особняк.

— А куда мы? — уточнил я,

— Увидишь. Учитель у тебя будет странный, но другого, извини, уж вряд ли найдем.

Я все еще восстанавливал дыхание и потому не ответил. Странностей в этом мире я уже навидался. Так что удивить меня будет сложно.

Мы обогнули особняк, подошли к низкой ограде, за которой виднелись невысокие строения. Из-за пик забора мне были видны только двускатные крыши построек. Да в отдалении была едва заметная статуя. Силуэт высокого мужчины. Но кто именно был изображен в камне я так и не разобрал.

Денис прошел в открытые ворота, свернул направо, к одному из зданий. И только теперь я понял, куда мы пришли. И от осознания этого, мне стало слегка не по себе:

— Это же…

— Семейное кладбище, — не оборачиваясь, пояснил Морозов. — Учитель не может покидать освященную землю.

Он хихикнул, довольный только одному понятной шутке.

Было заметно, что об этом месте заботятся. Между густой травой пробивались белые дикие цветы. Чуть поодаль высились пышные кусты шиповника, усыпанные соцветиями. Те источали вязкий аромат, и отчего-то он показался мне слишком душным.

Морозов подошел к входу в один из склепов и зашагал по траченным временем ступеням.

В помещении было холодно. В нос ударил едва заметный запах плесени. И еще чего-то. Каких-то трав и цветов.

Вдоль стен тянулись ниши, в которых разместились каменные саркофаги. На боках были выбиты имена и годы жизни. Некоторые из них оказались истертыми от времени и явно перенесенными сюда откуда-то еще.

У дальней ото входа стене высился каменный трон, на котором сидел человек. Выглядел он жутко. Бледный, белые как снег волосы, осунувшиеся черты лица. Морщины, глубоко врезавшиеся в кожу. Он склонил голову к подбородку и крепко спал. Грудь его мерно вздымалась, а руки покоились на подлокотниках.

— Хватит притворяться, Александр, — буркнул Денис.

Его голос разнесся под каменным потолком и оттолкнулся от стен.

Я ожидал мрачного ответа или зловещего шипения. Но мужчина неожиданно захихикал. Затем открыл глаза:

— Смотри, кто пожаловал, — начал он скрипучим голосом. — Да еще и гостя привел. Простите, что не могу подойти и поприветствовать вас.

Он указал на пол длинным пальцем, увенчанным когтем. И только сейчас я заметил несколько кругов, очерченных вокруг трона. Едва мужчина заговорил, в каждом круге заблестели, переливаясь, руны.

— Неужто в тебе проснулось сострадание, и ты решил меня покормить? — ехидно продолжил хозяин склепа.

Его голос расслаивался. Словно несколько человек говорило разом.

Он хищно усмехнулся и не мигая уставился на меня. И от взгляда белесых, затянутых поволокой глаз, мне стало не по себе. Захотелось свалить из склепа, и желательно — как можно дальше. Но мужчина задумчиво потер ладонью подбородок. Его глаза блеснули, и на секунду в них отразилось некое подобие жизни. А затем он весело расхохотался. И этот хохот этом разлетелся по комнате, отражаясь от стен склепа:

— Родич, который выбрал темную силу? Серьезно? Вот умора!!!

— Так вышло, Александр, — буркнул Морозов.

— Решил упрятать его тут? Чтобы мне не было скучно?