Помоги проекту - поделись книгой:
Доброслав.
Безбожные чудеса живой природы.
Я верю, что былинка травы не меньше движения звёзд,
И что не хуже их муравей, и песчинка, и яйцо королька,
И что древесная жаба шедевр, выше которого нет,
И что черника достойна быть на небе украшением гостиной,
И что тончайшая жилка у меня на руке есть насмешка над всеми машинами,
И что корова, понуро жующая жвачку, превосходит всякую статую,
И что мышь, это - чудо, которое может одно пошатнуть секстильоны неверных.
Современная, так называемая западная цивилизация, основанная на библейском мифе, не только порвала все преемственные связи человека с Матерью-Природой. Эта противоестественная, противоправная цивилизация сформировала у него ощущение самовластного и безнаказанного хозяина Земли, рассматривающего планету узкоутилитарно, как кладовую «сырья», созданного всевышним исключительно на потребу всё возрастающей человеческой алчности.
Отрицая общность эволюционного начала и приписав себе особое, сверхъестественное происхождение, человек возомнил себя каким-то уникальным, из ряда вон выходящим, мгновенным творением господа бога. Совершенно отделив и отдалив от себя другие биологические виды, он зазнался, и зазнался невероятно.
Иудохристианское представление о качественном, непереходимом различии между человеком и его родичами - животными ЕСТЬ НЕ ЧТО ИНОЕ, КАК ОПРАВДАНИЕ БЕЗНРАВСТВЕННОГО ОТНОШЕНИЯ К НИМ И ШИРЕ - К ЖИВОЙ ПРИРОДЕ.
Оговоримся сразу: человек - тоже животное. И животное, естественное начало в человеке отнюдь не заведомо дурное. На животных стали смотреть как на низшие существа лишь со времен господства монотеистических, профанических религий, а затем под влиянием эволюционистских теорий. Природное же сознание, свойственное древним народам и встречающееся ещё сейчас у так называемых отсталых народностей, считает всё живое единым целым.
Языческая мудрость гласит: величайшее чудо на Земле - не человек, а Жизнь; сама Жизнь во всех её многоликих проявлениях. Всё живое прекрасно, неповторимо и свещенно само по себе, ибо Жизнь есть таинство и великий дар, одинаково драгоценный для всех земных существ, будь то человек, ландыш или землеройка.
Солнце шлёт любовь всем своим детям, и всем им дан равный удел прийти, «процвесть и умереть». Всё живое жаждет радости, всё отвращается от боли, и где то существо, которое не страдало бы, погибая?
Между миром животных и человечеством нет непроходимой пропасти: животные имеют такое же СВЕЩЕННОЕ ПРАВО НА БЫТИЕ, как и их собрат - человек. Всякий зверь обладает правом на жизнь, вне какой-либо зависимости от того, нравится ли он человеку, приносит ли ему пользу и т.д. Это человек поделил всех обитателей планеты на полезных и вредных: в Природе такого деления нет. Так называемые вредители и сорняки появляются только в результате неразумного человеческого вмешательства в законы Природы. Истребив волков, человечество потеряет не только «лесных санитаров». Оно потеряет несравненно больше, чем потеряло, когда монахи-мракобесы спалили Александрийскую библиотеку. А какие сокровища там были, мы не в состоянии даже узнать, даже понять...
Человек, как биологический вид, нарушил все порядки, попрал все законы Природы, и его нечестивое к Ней отношение не имеет ни нравственного, ни даже логического оправдания. Что это: вечное проклятие человека творить зло? Или это болезнь цивилизованного человека; его ненасытная жажда убивать, уничтожать, истреблять? Почему извращённая страсть к убийству ради убийства получила невинное название любительской охоты? Где в Природе вы видели хищника, убивающего свою жертву ради «спортивного интереса»? Известно, что воинственность, как правило, есть свойство сильных натур, тогда как жестокость - свойство исключительно слабых.
Всепожирающая машинно-капиталистическая цивилизация, отравляющая биосферу своими отходами, стала угрозой самой Жизни на Земле. Единственным спасительным противоядием этой пагубе может быть только отказ от библейского антропоцентризма, несостоятельного ни с этической, ни с научной, ни
Хомо сапиенс почитает себя самым умным существом и в доказательство приводит материальные творения рук своих, свою речь и письменность, своё искусство, свои общественные учреждения и т.д. К своим «братьям меньшим» он относится снисходительно, как к существам недоразвитым, неполноценным. Но о них нельзя судить по человеческим меркам. В своём мире - мире более древнем, прекрасном, справедливом и совершенном, чем наш, они живут как идеально совершенные и завершённые создания, одарённые ощущениями и чувствами, давно утраченными человеком, либо ему вовсе недоступными.
Древние натурфилософы утверждали, что животные и растения были первыми учителями человека в ремёслах и искусствах. В свете современных знаний это утверждение выглядит пророческим. Новая наука - бионика доказала, что многие наши хитроумные аппараты весьма неуклюжи и ненадёжны по сравнению с аналогичными живыми «приборами» - подлинными шедеврами Чародейки-Природы. Если бы человек так же тонко чувствовал магнитное поле Земли, как морская улитка, он мог бы обходиться без компаса в открытом океане.
ПРИРОДА ДАРИТ НАМ ИДЕИ. В каждом непревзойдённом достижении живых существ гениальным образом сочетаются красота, совершенство и целесообразность.
Животные достигли такой гармонии с миром, где они живут, какой никогда не добиться человеку. Они строят свои отношения с Природой совсем по-другому: они не противоречат Матери и не пытаются Её покорять. Они живут в согласии с Ней, и потому им ведомо многое из того, что сокрыто от нас, неблагодарных, вообразивших себя пупом Земли.
ОНИ НЕ БРАТЬЯ НАШИ МЕНЬШИЕ, А СТАРШИЕ И УМУДРЁННЫЕ РОДИЧИ.
Животные одарены чрезвычайной чувствительностью к восприятию естественных полей Земли и информационно-энергетических излучений, которыми пронизана Живая Вселенная.
Но ни в чём, пожалуй, столь наглядно не проявляется беспомощность человека, как в неумении предвидеть грозные явления Природы: землетрясения, извержения вулканов, цунами, тайфуны и т.д.
Между тем, многие рыбы, птицы, звери, насекомые и растения заблаговременно предчувствуют эти разрушительные бедствия. Змеи уже за месяц (!) до сильного землетрясения покидают опасную местность. Какие сверхслабые сигналы земных биополей они улавливают и как? Механизмы такого прогнозирования загадочны и необъяснимы.
Обычные барометры уведомляют о шторме лишь за несколько часов, а в северных морях есть рачки, которые за две недели знают о шторме и уплывают от берегов на глубину. Столь тонкая чувствительность неизмеримо превосходит разрешающую способность самых замысловатых электронных приборов. Многие из особенностей и возможностей живых организмов нам совершенно неизвестны, и мы даже не подозреваем о том, что лежит в их основе.
Живые приборы предвещают изменение погоды гораздо точнее метеорологических станций и спутников, оснащённых сверхмощными ЭВМ. Медузы заранее предвидят ураган, квакши задолго чувствуют приближение циклона. И, главное, они никогда не ошибаются: им подсказывают САМИ СТИХИИ.
Но по-настоящему чудесными выглядят синоптические способности животных и растений делать верные долгосрочные прогнозы на сезон вперёд. Здесь оракулы погоды и вовсе посрамляют «царя Природы». Сами умудрённые горьким опытом метеорологи пришли к выводу, что долгосрочные прогнозы невозможны в принципе, так как зарождение определяющих погоду циклонов и антициклонов зависит, в конечном счёте, от жизнедеятельности Солнца - от внезапных и непредсказуемых гелиомагнитных бурь.
Однако долгосрочные прогнозы можно составлять по поведению пчёл, которые в конце лета уже знают, какая будет зима: если суровая, лютая, то пчёлы утепляются, почти наглухо залепляют воском леток. А если мягкая, то могут оставить леток открытым.
Если кроты и мыши с осени делают большие запасы - быть сильным морозам и метелям. Птицы весной вьют гнёзда на южной стороне деревьев - к холодному лету, на северной - к жаркому. Предугадывая тёплую зиму, некоторые виды пернатых не улетают осенью на юг, а остаются на зимовку. Куршский залив Балтийского моря издавна служит местом отдыха птичьих стай во время их перелётов: осенью 1970 г. прилетевшие сюда птицы не отправились дальше, в южные края, а остались зимовать. Вопреки прогнозам метеорологов, птицы предчувствовали тёплую зиму и не прогадали.
Кабаны в Средней Азии ещё за месяц до начала большого снегопада, предвидя бескормицу в тугаях, откочёвывают в горы. Африканская антилопа импала чувствует засуху за несколько недель и даже месяцев.
Большой долгосрочностью отличается прогноз медведя. Уже осенью он знает, какой будет следующая весна: если устраивает берлогу не в низине, а на высоком месте - значит весна будет дружная и талые воды обильными.
Ещё Плутарх восхищался крокодилами, откладывающими яйца в песок как раз на той высоте, которая необходима, чтобы разлившийся Нил, выйдя из берегов, не смыл их.
Некоторые птицы, например, дроздовидная камышевка, располагают свои гнёзда всегда выше уровня предстоящего подъёма воды в половодье. Каким-то образом они заранее предусматривают сильный паводок и предпринимают меры безопасности. Примечательно, что вода поднимается выше обычного уровня ровно настолько, насколько высота гнезда бывает выше обычной нормы.
Степной лунь ещё с весны знает, какое будет лето - засушливое или дождливее с наводнениями - и в соответствии с этим выбирает место для строительства гнезда.
Замечено, что около Барнаула утки весной гнездятся на высоком берегу Оби тогда, когда предстоит наводнение и правый низкий берег будет затоплен (то же самое наблюдается и на Оке). Цапля в те годы, когда бывают сильные ливни, вьёт гнездо выше, чем обычно. Фламинго тоже заранее составляют прогноз погоды на лето: если оно будет сухое, эти птицы строят свои гнёзда из ила низкими, если дождливое - высокими.
Но самые поразительные, ошарашивающие прогнозы наводнений дают муравьи и термиты. Известный этнограф Хосе Мария Лима, изучавший жизнь индейцев в джунглях Амазонки, обратил внимание на то, что индейцы как-то узнают о грядущем наводнении. За несколько недель до него они бросают свои поселения в тех местах, которые будут затоплены и уходят в безопасные области. Оказалось, что индейцы наблюдают за чёрными муравьями, которые задолго до паводка приходят в необычное возбуждение, а затем, как по команде, снимаются с обжитого места и необозримыми полчищами целеустремлённо движутся в то определённое место, куда вода, по их сведениям, не дойдёт. Прейдя туда, они дружно останавливаются. Индейцы же следуют за муравьями. Когда наступает наводнение, то оказывается, что вода поднимается как раз до этого уровня, не более и не менее. Можно предположить целый ряд неких физических причин, объясняющих, как муравьи узнают о приближении бедствия. Но как они могут знать, до каких именно пределов дойдёт вода - на сей счёт не существует даже предположений...
Сходный прогноз наводнений делают и термиты, покидающие свои причудливые башни-жилища задолго до катаклизма. Будучи слепыми, они направляются к ближайшим деревьям, забираются на высоту будущего уровня воды и пережидают, когда вода схлынет. Но вот загадка: термиты никогда не спасаются на тех деревьях, которые будут снесены бушующими потоками.
Инженеры-бионики могут моделировать принцип работы органов чувств животных, основанных на физических законах, как, например, произошло с «инфраухом» медузы. Но построить модель, которая прогнозировала бы наводнения с такой точностью, как это делают муравьи и термиты, учёным никогда не удастся, ибо здесь таится различие не количественное, а качественное.
Не менее чудесной представляется способность некоторых насекомых, рыб, рептилий, птиц и морских млекопитающих осуществлять точнейшую навигацию во время своих миграций на огромные расстояния.
Над загадкой сезонных птичьих перелётов давно ломают головы учёные. Тут даже не одна загадка, а несколько. Во-первых: что заставляет пернатых кочевников совершать межконтинентальные перелёты, подвергаясь опасностям столь дальних путешествий? Зачем они отправляются куда-то за тридевять земель? Почему одни птицы неудержимо стремятся в далёкие края, а другие, их ближайшие соседи, остаются всю жизнь на месте? Что понуждает птиц пускаться в путь, когда у них ещё ни в чём нет недостатка? Изменения в крови, в железах? Но чем вызваны эти изменения? Эти вопросы остаются открытыми. Казалось бы, чего проще: птицы улетают от холода и голода. Но ведь большинство их летит намного дальше мест, где есть тепло и корм! Некоторые виды вообще мигрируют в пределах тропиков. А какая необходимость, какая неведомая сила гонит из арктических льдов в антарктические полярную крачку, чья невероятная одиссея превышает 30 тысяч км в один конец?
Во-вторых: почему пути близких друг другу видов птиц так удивительно различны? Одни летят в Африку, другие - в Австралию, а некоторые - на острова Океании. Как объяснить, что два прямых родственника - бекас и дупель - зимуют отдельно в Индии и Южной Африке, а прилетают гнездиться в одно болото? Почему чайки проводят холодную пору в разных местах (на Каспии, в Италии и Швейцарии), а возвращаются весной в родное подмосковное озеро Киево?
В-третьих, и это самое поразительное: как птичьи караваны находят дорогу к далёкой, иногда точечной цели? Без карт, без компаса, без секстанта и хронометра, без радиомаяков и точных аэронавигационных приборов, безошибочно следуют они неизменным нужным курсом днём и ночью, в любую погоду, героически преодолевая все невзгоды.
Житейский здравый смысл заставляет подумать: старые вожаки ведут молодых. Оказалось, что нет. Молодые и взрослые особи часто летят на зимовку в разное время, причём у большинства видов первыми отлетают именно молодые. Кроме того, есть виды птиц, у которых молодые и старые летят всегда отдельно, иногда даже разными дорогами. Однако молодняк, впервые и самостоятельно проделывающий свой перелёт, добирается до цели столь же уверенно, как и опытные сородичи. Наконец, есть виды, например, славка, которые путешествуют в Африку и обратно не стаей, а всегда поодиночке. Кукушки, коростели, вальдшнепы, болотные курочки, - тоже летят в одиночку.
Какое внутреннее чутьё заставляет подкидыша-кукушёнка, выросшего в чужом гнезде, лететь осенью не в ту сторону, куда зовут приёмные родители, а без колебаний выбирать иное направление? Уму непостижимо, какой незримый проводник выводит его на заветный кукуший путь и помогает птахе, одной-одинёшеньке, ночами пробираться в совершенно незнакомой обстановке и точно попадать в искомое место?
Сказать, что этот проводник - инстинкт, или бессознательная родовая память, значит ровным счётом ничего не сказать. Слово «инстинкт» не объясняет, каким образом опыт всех предыдущих поколений, записанный в наследственном коде, переходит непосредственно в ориентацию, в определённый маршрут.
Предполагают, что маршрут этот птицы наследуют от родителей так же, как наследуют песню и умение вить гнёзда. Такая гипотеза основана на врождённой генной памяти, заложенной уже в зародыше яйца. Чтобы проверить это, из Англии в Финляндию на самолёте были доставлены утиные яйца. Однако выросшие птенцы, улетевшие зимовать на юг, вернулись весной на свою новую родину, в Финляндию, а не в Англию, где были снесены яйца. Значит, птицы могут осваивать новые пути, и направляет их за горы и моря не только «слепой инстинкт». Но что же тогда? Об этом орнитологи могут только догадываться. В общем, в биологии не хватает какой-то основополагающей категории, без которой наше незнание приходится покрывать неопределённым понятием инстинкта.
Несмотря на последние достижения физиологии и биофизики, на использование новейших методов электрофизиологических исследований, механизм птичьей навигации не раскрыт. Есть много различных гипотез, из которых следует, что либо птицы ориентируются по физическим параметрам: по Солнцу, звездам, Луне, магнитным силам Земли и силам Кориолиса, либо они пользуются неким биокомпасом, улавливающим неизвестные науке поля. Возможно, что птицы используют и биокомпас и физические показатели.
Установлено, что эти неугомонные странницы обладают талантом тончайшей астронавигации. Издревле люди находили дорогу по Солнцу и созвездиям; одно время учёные считали, что это доступно только такому мыслящему существу, как человек. Но оказалось, что птичка-невеличка умеет делать это гораздо лучше и быстрее.
Чтобы точнее ориентироваться по небесным светилам, люди после долгих поисков изобрели секстант и хронометр. И потом по результатам наблюдений человеку приходится делать сложные и долгие расчёты астрономического порядка с помощью специальных таблиц, где учтены поправки к видимому положению небесных тел, которое меняется в зависимости от времени суток и года. А птица решает такие задачи мгновенно, не располагая ни компьютером, ни вообще какими-либо инструментами!
Как ей это удаётся? Если она использует лишь свои биологические часы, биологический магнитный компас и умение разбираться в угловых величинах, то эта способность просто фантастична. Природа снабдила птиц такими совершеннейшими естественными приборами, о которых мы, люди, можем только мечтать.
С давних пор человек завидует птицам. Подражая им, он изобрёл самолёт и теперь летает дальше, выше, быстрее любых птиц. И всё же по-прежнему завидует птицам, их изумительному свойству ориентироваться во времени и пространстве.
А как объясняют учёные зоологи способности к ориентации и навигации слепых летучих мышей? Нераскрытые секреты их биорадаров вызывают недоумение и восхищение у специалистов по радиолокации. Что позволяет перелётным рукокрылым ориентироваться так же быстро и точно, как и птицам? Никакого удовлетворительного ответа на этот вопрос нет. Известно лишь, что мигрируют летучие мыши, как правило, по ночам. Молодые и взрослые животные совершают свои далёкие, до 1000 км путешествия отдельно, причём первыми пускаются в осенний путь детёныши. А путь бывает велик: имеются случаи, когда некоторые американские виды рукокрылых, обычно зимующие на Бермудах, залетают даже в Исландию, покрыв расстояние над океаном в 4000 км! Океанские просторы лишены каких-либо земных ориентиров, которые могут отразить в виде эхо ультразвуковые сигналы зверьков, да и сама ориентация с помощью эхолокации ограничивается несколькими метрами. Как же летучие мыши находят правильный путь над океаном? Быть может, они обладают неизвестным нам органом чувств и полагаются на что-то такое, о чём мы и не подозреваем?
Не менее загадочны механизмы ориентации и навигации некоторых видов морских черепах. Какая-то неведомая, непреодолимая, прямо-таки космическая сила гонит десятки тысяч гигантских черепах из одного океана в другой. Как черепахи, после тысячекилометровых странствий, не блуждая, сразу находят конечную, облюбованную ими цель - крошечный, затерянный в безбрежном океане островок, где они должны отложить яйца?
Можно лишь предположить, что черепахи обладают некой системой управления, аналогичной системе самонаводящейся торпеды. Столь же загадочно и эволюционное происхождение самой этой миграции.
Строение атома, рождение молнии, падение брошенного камня - это мы вроде бы понимаем, вернее - думаем, что понимаем. Но о великих кочевьях Тортиллы имеются лишь робкие и смутные догадки.
А как определяют свои координаты и находят дорогу перелётные бабочки? Ведь есть и такие. Наша репейница не зимует в Европе, а появляется на свет в Африке, и сразу же летит на север, чтобы к середине мая достичь родных мест. Некоторые виды бабочек совершают беспосадочные перелёты из Европы в Америку. Какая гениальная интуиция не даёт им заблудиться? Бабочки -«монарх» ежегодно осенью преодолевают 5000 км от Канады до Мексики и сразу находят один и тот же маленький участок всего в 8 гектаров. А весной они проделывают обратный путь.
Не менее удивительно в странствиях этих «порхающих цветов» и то, что они нередко необъяснимы. Далеко не всегда они оправданы поисками корма. Зачем бабочкам миграции? Энтомологи не идут дальше многочисленных и противоречащих друг другу гипотез, но ни одна из них не даёт убедительного объяснения известных фактов.
Теперь несколько слов о миграциях рыб, совершающих наиболее сложные и далёкие путешествия в морях и океанах. Например, шотландский лосось, кормящийся у берегов Гренландии, для возвращения к своему родному водоёму преодолевает свыше 4000 км водной стихии, где нет ни одного ориентира, ни одной незыблемой точки. До сих пор способность лососей находить путь в океане к устью родной реки, а затем вверх по её течению к месту своего выклева из икринок кажется прямо-таки невероятной даже ихтиологам, изучающим лососей. Механизмы ориентации и навигации морских пилигримов остаются неразгаданными. Говорят о врождённой и генетически закреплённой способности, но это ничего не объясняет и не выводит нас из области догадок.
Ульрих Шелло - смотритель маяка на о. Борнхольм в Балтийском море, кроме своей основной работы сообщал на материк о приближении шторма. В этом ему помогали киты-косатки. За двое суток до шторма они собирались вблизи отмели и охотились на мелкую рыбу. За 15 лет службы на маяке Шелло не отметил ни одного случая, когда бы прогноз косаток был ошибочным. Прогнозы же синоптиков поступали за сутки до начала шторма и не всегда сбывались.
Какие сложные связи устанавливаются в мозгу животных, когда они предчувствуют изменения погодных условий? Ответить на этот вопрос наука не может. В её руках есть лишь достоверные знания о том, что китообразные способны принимать и обрабатывать метеорологическую информацию. Но что это за канал, по которому они получают сведения о будущем? Ведь живые приборы «включаются» задолго до событий. Можно лишь диву даваться, как арктические дельфины-белухи не боятся втискиваться в щели между льдинами. Шестиметровые белухи не беспокоятся, что льды сойдутся и сплющат их, и только потому, что заранее предчувствуют: ветер переменится, погонит льды от берега, а щели превратятся в большую полынью.
Киты, безусловно, самая великая загадка Океана. Ежегодно совершают они путешествия из тропиков в полярные воды. Не плутая, проплывают киты тысячи км и посещают одни и те же места. Ураганы, магнитные бури и течения не могут сбить их с пути. Что служит им биологическим навигационным прибором? Что настраивает этот прибор на заданный маршрут - электростатические и магнитные поля, поляризованный свет, Солнце, Луна, звезды или же некие неуловимые геофизические или биокосмические силы? Неизвестно. О загадочных чувствах, которыми руководствуются киты, учёные знают не многим больше, чем то, что такие чувства существуют.
Тайны китообразных издавна волнуют человека. Подсмотренные в Природе особенности их осмысленного поведения настолько поразительны, что долгое время считались легендами. Самая большая, величайшая загадка: почему косатка - свирепый, дикий, хищный зверь - не нападает на человека?
Косатка - это самый крупный представитель семейства дельфинов. И единственный представитель китообразных, питающийся не только рыбой, но и мясом теплокровных животных: тюленей, моржей, морских львов и других ластоногих млекопитающих. На куски терзает косатка и белух, и белых медведей, и даже исполинских китов-полосатиков.
Косатка наделена такой чудовищной смертоносной мощью, что ей ничего не стоит убить человека точно так же, как она рвёт на части огромных акул своими тигриными клыками. Тем поразительнее, что косатки проявляют удивительное миролюбие в обращении с человеком: они не смотрят на него, как на добычу. Не известно ни одного случая, когда косатка преднамеренно напала бы на человека или хотя бы причинила ему сознательное зло.
Наоборот, есть достоверные свидетельства, что косатки приходят на помощь тонущим и спасают их. В большинстве случаев спасённые, бывшие в бессознательном или полубессознательном состоянии, узнавали об этом от очевидцев. Иногда косатки пытаются вступить в «контакт» с пловцами. Человек же, увидев рядом с собой внезапно вынырнувшее громадное тело, панически пугается и старается как можно быстрее доплыть до берега. А на берегу начинаются страшенные россказни о том, как косатка хотела его потопить, съесть и т.д. Подобные истории, разукрашенные человеческой фантазией, складывались в миф о ките-убийце, ките-людоеде, ките-агрессоре. Английское прозвище косатки - «кит-убийца» - как нельзя лучше показывает, с каким омерзительным лицемерием самый вероломный, кровожадный и ненасытный убийца-человек пытается отвлечь внимание от собственных кошмарных преступлений перед Природой.
Марокканские ныряльщики за жемчугом утверждают, что косатки подплывают к человеку и, удовлетворив своё любопытство, удаляются, не причинив ему вреда. С величайшим почтением относились к косатке орочи, гиляки, камчадалы, айны. Косатка не только не трогала их лодки, но ещё гнала на острогу охотника полчища спасающихся от неё тюленей и моржей. Айны называли косатку чогуску - «друг, снабжающий пищей». Такую добычу они считали даром Духов, а саму косатку величали главной Хозяйкой моря.
В 1985 г. в проливе между о.Ванкувер и побережьем Канады состоялся необычный концерт, организованный специально для косаток. На палубу корабля вышли люди с микрофонами, электрогитарами и начали петь. Слушатели скоро появились: сначала над водой показались их огромные плавники, а потом в наушниках, соединенных с гидрофонами, послышались щелчки, свист и наконец пение, похожее на звуки волынок. Каждая музыкальная фраза, исполненная на корабле, вызывала ответное пение в воде - так люди и дельфины общались друг с другом несколько часов. А когда один из исследователей в знак полного доверия к диким зверям нырнул в воду и поплыл к берегу, его сопровождал почётный караул косаток.
В неволе косатки ласковы и дружелюбны к человеку, а их редкостная сообразительность сделала косаток блистательными звёздами американских морских цирков. Косатки стремительно катают на себе человека, в прыжке берут рыбу из его рта и т.д. Известный учёный и дрессировщик Джон Лилли отмечал, что за 30 лет работы с косатками в дельфинариях не был ранен ни один человек.
Однажды в одном из дельфинариев нужно было сделать инъекцию заболевшему дельфину-белобочке. В бассейне снизили уровень воды, и в него спустился дрессировщик. Но едва он поймал белобочку, как тот издал сигнал опасности, и находящаяся в этом же бассейне косатка ударом головы выбила дельфина из рук человека. Так повторялось несколько раз. Наконец дрессировщик захватил белобочку так, что её невозможно было выбить. Тогда косатка схватила человека за ногу и стала медленно сжимать челюсти, пока он не выпустил пойманную белобочку.
Все, кто работал с косатками и другими дельфинами, включая специалистов американских ВМС, в один голос утверждают, что косатки намного разумнее прочих дельфинов, вдвое быстрее соображают и запоминают. А нередко они прямо-таки пугающе озадачивают людей. Тот же ней рофизиолог Дж. Лил-ли, один из крупнейших специалистов по дельфинам, признавался, что ему иной раз становилось не по себе, когда он замечал поразительную сознательную целеустремлённость в их поведении, иначе говоря, отсутствие случайных реакций. Казалось, что не человек, а дельфин ставит над ним эксперименты...
Распространёнными показателями умственного развития живых существ являются строение и степень сложности мозга. Много загадочного в изумительном мозге дельфина, так многозначительно похожем на мозг человека.
Есть самые различные мерила для оценки качеств мозга, И по большинству из них сравнение мозга дельфина с человеческим приводит к выигрышным для дельфина выводам. Мозг дельфина превосходит размерами и сложностью мозг человека. Кора дельфиньего головного мозга, ответственная за важнейшие функции памяти и мышления, имеет вдвое больше извилин. У дельфина на 50% больше нейронов, чем у человека. Следовательно, он способен усвоить объём знаний в полтора раза больший, чем человек. С таким феноменальным мозгом вполне можно обойтись без искусственных средств хранения информации.
Естественно возникает вопрос: для чего служит столь крупный высокоразвитый мозг; зачем дельфину такая сложная организация нервной системы? Этого люди не знают. Но в одном можно быть уверенным: если такой великолепный орган развился за миллионы лет творческой эволюции, значит он должен иметь применение в чём-то гораздо большем, чем просто ловкое плавание и кормёжка.
Зачем понадобилось Природе на протяжении бесчисленной вереницы поколений вырабатывать столь совершенное устройство? Коль скоро Она сочла нужным наделить им китообразных, то очевидно, что значение его в их жизни должно быть чрезвычайно велико: ведь Природа ничего не создаёт понапрасну.
Но почти ничего не известно о том, каким же необычайным способностям служит этот необычайно высокоорганизованный мозг. Выдающийся учёный Фарли Моуэт в своей книге «Кит на заклание» пишет, что его друг, один из ведущих китоло-гов современности, так подвёл итог состоянию нынешних знаний о китах: «Того, что нам, биологам, известно о жизни китов, едва ли хватит на контрольную работу для школьников».
Целый ряд исследователей пришёл к заключению, что мозг китообразных стоит на одном (или даже более высоком) уровне с мозгом человека и потенциально способен на то же самое (или даже большее), на что и человеческий мозг. Из этого не обязательно следует, что киты такие же «умные», как мы. Их своеобразный РАЗУМ хорош для них, но не похож на человеческий. Он - иной. Нельзя соизмерять килограмм и километр. К тому же, конечно, китам присущи различные степени умственного и психического развития, как и у людей.
Разум - это довольно-таки непросто определяемая категория: вряд ли в наши дни кто-либо придаёт большое значение количеству очков, оценивающих ответы на вопросы тестов. Очевидно, что шкала интеллекта, которую трудно применить к человеку, вообще бесполезна по отношению к другим биологическим видам. Поэтому можно ли мыслительные способности косатки оценивать, сравнивать и сопоставлять с человеческим интеллектом?
Бесспорно, киты - разумные существа. Но как-то обозначить, определить качество и пределы их разумности мы не можем, так как не знаем, для чего они используют свой незаурядный мозг. Как заглянуть в сознание нечеловеческого существа, как проникнуть в его психику, как постичь его логику, если для нас даже человеческая чужая душа (а подчас и своя) - потёмки?
Подходить к китообразным с позиций доведённого до абсурда антропоморфизма совершенно ошибочно. Нельзя наделять их
Попытки человека установить контакт с дельфином на уровне сознания пока не дали сколько-нибудь существенных результатов. Человек не понимает психику дельфина, а дельфин - человеческую. Только кто в этом повинен? Дельфин или человек? Кто кого не разумеет?
Дельфины с завидным терпением демонстрируют нам в океанариумах свою сообразительность и находчивость, с юмором и любопытством поглядывают через иллюминаторы на толпу разношёрстных существ, торчащих по ту сторону стекла, «отвечают» в лабораториях на вопросы учёных и кто знает, может быть, они предлагают нам тесты, которые мы не можем решить?
Не воспринимает ли дельфин «строевую подготовку» или навязанные ему цирковые номера как некую игру, которая поможет добиться взаимопонимания с человеком? Иными словами, не пытаются ли китообразные (вот уже многие века) таким путём наладить разумный контакт с человеком? Быть может, они тоже сознательно стремятся преодолеть недоразумение, разъединяющее нас, но им это тоже не под силу?
Из всех живых существ киты - самые крупные и самые доброжелательные по отношению к человеку, хотя тот и платит им чёрной неблагодарностью. КИТЫ ТРАГИЧЕСКИ НЕ ПОНЯТЫЕ НАМИ СУЩЕСТВА.
Удивительно, необъяснимо, иррационально неизменное их дружелюбие. Вот что пишет американский зоолог В. Шеффер -один из виднейших мировых специалистов по китообразным: «Наблюдения в открытом океане убеждают нас в том, что и кашалот, и другие крупные киты стараются избежать даже случайной возможности нанести вред плавающему рядом человеку».
«Из всех живых существ, - писал Плутарх, - дельфину лишь Природа даровала то, что ищут лучшие философы, - способность к бескорыстной дружбе. Хотя ему и ничего не нужно от людей, он их великий друг и многим оказывал он помощь».
Некоторые исследователи проводят аналогию между дельфином и собакой. Аналогию внешне привлекательную, но очень неточную по сути. Собака для человека - домашнее животное. Человек для собаки - хозяин, она к нему подлизывается. Дельфин же - независимый, вольный дикий зверь; дельфин для человека -покровитель. Человек для дельфина - подопечный.
Как всё-таки понимать исключительную приветливость дельфинов? Они всегда общительны и даже добродушно снисходительны к людям; очень часто их игривость напоминает проказливые ребячьи шутки. Почему эти дикие звери не избегают человека, а проявляют к нему доверие, граничащее с легковерностью, что подчас их и губит? Не лежит ли в основе столь загадочного поведения причина более сложная и сокровенная, чем те, которые обычно выдвигаются при обсуждении вопроса? Во всяком случае, человек больше не может позволить себе роскошь самовлюблённо воображать, будто он - единственная и конечная цель Мироздания.
Западный человек воспитан на библейской антропоцентрической доктрине о собственной исключительности, - доктрине, подхваченной затем научным антропоцентризмом, который точно так же провозглашает человека единственным разумным существом на Земле. Отсюда его высокомерное отношение к другим живым существам - обитателям нашей планеты. Отсюда же и его стремление встретить некоего собрата, подобного ему по развитию, некую цивилизацию, непременно где-то в просторах Вселенной, но только не на Земле. И вдруг - дельфины! Братья по разуму рядом с нами! И не просто братья по разуму, а существа, поставившие под вопрос интеллектуальное первенство человека.
Знаменитый астроном, биолог и писатель Карл Саган, много лет отдавший исследованию проблемы возможной связи с внеземным Разумом, сказал в 1971 г. на Бюроканском симпозиуме, что «китообразные, вне сомнения, представляют собой ещё один вид разумных существ, населяющих нашу планету».
Наскальные изображения дельфинов насчитывают около 10 тысяч лет. Древние греки, жители Крита, маори, полинезийцы и другие морские народы издревле пользовались услугами дельфинов, помогающих им загонять рыбу в сети. В далёкие «доисторические» времена человек, чьи пути столь часто пересекались со звериными тропами, каким-то загадочным образом сумел приручить и закабалить около 60 видов млекопитающих. Потом, правда, за весь долгий исторический период ни один дикий зверь почему-то не был одомашнен. Но по какой совершенно непонятной причине среди приручённых животных нет дельфинов, которые из поколения в поколение сами, казалось бы, навязываются в друзья?
Скорее всего, дельфин был готов к дружбе, но только на-равных. А он почувствовал, что человек хочет превратить его в тягловую рабочую силу или в скотину, выращиваемую на убой. И вольный дикий зверь не пожелал быть чьей-то собственностью, ибо дикость - это не кровожадность, как уверяют нас богословы и кабинетные учёные, дикость - это прежде всего независимость.
Когда-то другой прекрасный и вольнолюбивый хищник пошёл на сделку, предал своих собратьев и став собакой, оказался между Природой и человеком.
Что приобрёл волк, превратившись в собаку? Он обеспечил себе постоянное пропитание и человеческую ласку иногда. Взамен, однако, он «заработал» цепь, ошейник и плётку. И это далеко не всё: вспомним о тяжком труде ездовых собак, о собаках-миноискателях и о самом страшном - о вивисекции, или живосечении. При всей британской «любви» к животным именно англичане вывели породу специальных лабораторных собак «бигль» и без зазрения совести режут их «во имя науки».
При трансформации волка в собаку у неё сократились примерно на 30% вес и объём головного мозга и настолько ослабли зрение, слух и обоняние, что там, где волку для отыскания потерянного следа достаточно считанных минут, самые искусные собаки-ищейки работают почти час.
Вот почему лесному волку, в отличие от собаки, и в голову не придёт вилять хвостом и повиноваться человеку только за то, что его погладят да бросят кость.
«Происхождение китообразных, как пишет известный американский китолог Ф.Г. Вуд, - остаётся для нас тайной, скрытой в глубинах геологических эпох».
Кто был родоначальником этого отряда? Почему не сохранились переходные формы? Чётких ответов на эти вопросы у науки нет. Учёные знают только, что свою родословную киты ведут от каких-то наземных млекопитающих, которые в силу неизвестных нам причин сменили наземное существование на водное.
Самые первые этапы эволюции китообразных почти не изучены. Развитие этих своеобразных животных произошло в относительно очень короткие сроки. Как известно, всё живое на Земле в конечном итоге вышло из воды. Таким образом, вернувшись в океан, предки китов вернулись, так сказать, в родную стихию, сохранив в то же время основные черты наземных млекопитающих.
Но что побудило их вновь сменить своё земное бытие на водное? Зов крови? Какой-нибудь природный катаклизм? Всё более и более суровые условия наземной жизни? Относить такую метаморфозу за счёт капризов Природы было бы легкомыслием: ведь Природа ничего не вершит просто так, «от нечего делать».
Древние греки, очарованные необычайной понятливостью дельфинов и их тяготением к человеку, сложили поэтический миф: некогда юный Дионис был похищен морскими пиратами, но своей чудесной силой превратил их в дельфинов. Однако дельфины не забыли о том, что были людьми: вот откуда их человеческая разумность и извечная привязанность к человеку. «Мы с вами братья, - как бы говорят они. - Вспомните о предках!».
Что это - только красивая легенда или своеобразная форма передачи каких-то истин о первобытном родстве? Кто знает, может, предтечей человека и дельфина было одно и то же существо: оставаясь на суше, оно проделало свой долгий путь и стало человеком; вернувшись в море, оно стало дельфином. Одна из дорог эволюции привела к человеку, другая - к дельфину. Какая из этих дорог столбовая? Знаем ли мы целиком замысел Природы?
Человек противопоставил себя Природе. Дельфин же полностью доверился Матери.
Человек научился добывать и использовать огонь. Однако уже в одном из самых архаических западных мифов огонь не рассматривался как благодатный дар богов. Гесиод говорит, что в незапамятно давние времена Золотого века люди не знали пороков, болезней и страданий, ибо жили естественной жизнью в согласии с Природой. Причиной всех несчастий стал Прометей, который украл огонь у олимпийских богов, принёс его людям и тем самым не только вооружил их на войну с Природой, но и сделал первый роковой шаг к физическому и нравственному извращению человека. За это Зевс справедливо покарал Прометея.
Поделиться книгой: