Лич

Развернув паладина к яме передом, к себе задом, Сильвия легонько пнула его. Короткий крик, и вот уже Йос Тускари обрушился вниз, к остальным слугам Камирта.

– Ни одно из ваших отродий не смеет совершать такие поступки, – орал паладин из глубокой ямы. – Теперь на всех будет открыта охота, вас сожгут! Что ты собираешься делать, некромантское отродье?

– Казнь землей, паладин. Почти такая же, какая прописана в ваших уставах. Только я более милосердна, вы просто задохнетесь под тяжестью сырой земли. И не ори, ты уже мертвый…

Сильвия произнесла последнюю фразу-эпитафию, пожала плечами и махнула своим зомби, управление которыми я ей передал. Те принялись сноровисто забрасывать землей ранее вырытую яму, полностью игнорируя все доносившиеся оттуда звуки.

Зато я чувствовал происходящее всей своей сутью мага смерти. Дикий ужас тех, кто привык убивать, но не готов умереть сам. Страх садистов, религиозных фанатиков, грязи рода человеческого – он дает огромную силу при определенных ритуалах. Особенно таких, по намеренному осквернению места, на которое боги поставили печать своего присутствия.

Глядя на Сильвию, что с довольным видом стояла на земляном холме и сияла, я начал ритуал. Перехватывая эманации страха смерти, не очень быстрого умирания, я сохранял и усиливал некроэнергию. Многие десятки людей давали мне такую возможность, да еще я догадался пропустить силу через снятый с груди Йоса кристалл. Помогло! Поток еще больше сконцентрировался, напор чуть ли не обжигал своей яростной мощью.

Хорошо! Теперь никакого шанса, что темная сила развеется под противодействующим влиянием Чертогов.

Смысл моих действий? Нежелание видеть эти Чертоги – оплот Камирта и ему подобных – в рабочем состоянии. Как только я открою мир, что произойдет в скором времени, сюда рано или поздно решат наведаться те самые боги. Они, в свою очередь, наверняка захотят восстановить свое влияние. Для этого им надо будет воодушевить своих последователей на борьбу с силами тьмы, к которым я отношусь, с какой стороны ни посмотри.

Ну а теперь это место предстанет оскверненным. Ни одна молитва не поднимется отсюда к богам. Сами небожители не рискнут восстанавливать ТУТ свое влияние, лишь только почуют ауру предателей. Просто побоятся последствий. Кстати, я заодно и орден паладинов немного скомпрометировал. Если последние не смогли защитить свое исконное место обитания, то на кой ляд они и вовсе нужны? После этого и желающих вступить в орден будет меньше.

Забавно, но оставшиеся в живых стражники и часть жрецов тоже пригодятся. Опасности от них не было никакой – они позаботятся о своих усыпленных родичах, отведут их по домам. Даже если сразу пошлют кого-то с известием для собратьев покойного Йоса, то времени пройдет достаточно, никакая погоня мне угрожать не будет.

Единственная опасность, что остальные паладины каким-то образом узнают, что я прикарманил кристалл. Но и это не факт. Сначала они пожелают удостовериться, что тот не зарыт вместе с Йосом в том большом могильнике. Ну а это будет сделать непросто. Скоро, очень скоро тела Йоса и остальных начнут преобразовываться, трансформироваться в нечто, неведомое и мне. Посмотрим еще, что эти порождения проклятья смогут сотворить с сунувшимися сюда.

Для охраны могилы я оставил тройку скелетов мрака, снабдив их инструкцией. Они не должны подпускать к Чертогам ни одной живой души. Питаться будут от захоронения, которое «фонило» некроэнергией, словно кусок чистейшего плутония.

– Думаешь, они долго продержатся против паладинов или верховных жрецов?

– Не думаю, Клара. Просто задача у них другая. Они должны охранять могилу, пока из нее что-то не выкопается. А потом уже неважно.

– Возможно, все и получится. А мы домой?

– Ну если ты привыкла считать мою башню домом, то да, домой, – слегка улыбнулся я. – Дела не ждут. Теперь у меня два артефакта, можно будет начинать ритуал распечатывания мира.

Глава 12

Возвращение в родные подземелья прошли буднично и без эксцессов. Я провел отряд с прежней осмотрительностью, как и по дороге к Валес-Алинэ. Не стоило оставлять след, да и просто намекать о своем присутствии. Пока я нахожусь в землях живых и имею при себе ценный артефакт, следует соблюдать осторожность.

Давнее правило авантюристов и охотников за добычей гласило: «Надо не только наложить руку на трофеи, но и суметь их доставить». Вот и со мной примерно так же. Одно дело сорвать кристалл с шеи Йоса, а совсем другое – скрытно проскользнуть мимо всех преград. К счастью, паника так и не поднялась. Похоже, мои прогнозы по поведению оставшихся в живых людей оказались верными.

Впрочем, спокойно вздохнуть я сумел только в библиотеке, когда выложил на стол кристалл. Скелеты мрака, ее бессменные охранники, стояли безжизненными куклами по углам помещения. Жаль, что подобные создания не разговаривают. Иногда во мне просыпается желание поболтать и обсудить некоторые планы, а звать каждый раз кого-то из вампиров – дело небыстрое. Да и заняты они своими делами. Клара, как наиболее сведущая в магии, усиленно учит Сильвию и остальных. Уроки идут практически без перерыва. Порой и я сам прихожу туда, чтобы дать очередные указания, помочь в истолковании сведений, содержащихся в фолиантах.

А времени на простые разговоры катастрофически не хватает. Тут и пригодились бы говорящие скелеты. Увы, все они немы и неразумны. Зато в качестве охраны хороши. Мертвые стражи порвали бы на куски кого угодно, даже не самого слабого мага. Против него сыграло бы замкнутое пространство и насыщенный фон некроэнергии, придающий скелетам дополнительную мощь. Если в Чертогах они слабели, то тут напротив. Взять того же Йоса, ныне покойного. Он бы чувствовал себя здесь примерно так, как я там. Полярность сил, только и всего.

Дела, всегда дела. Первый день возвращения на базу стал первым днем работы над артефактом, который должен был стать противоположным полюсом для демонического камня. Работа предстояла сложная и должна была занять много времени, несмотря на предварительные наработки.

Предчувствия меня не обманули. За этим нелегким делом я просидел почти месяц, но все же сумел справиться со всеми возникающими проблемами. День, когда я собирался запустить артефакт в действие, стал для меня намного значительнее и величественнее, чем ранее отмечаемые дни рождения при жизни. Я собрал вокруг нашего убежища всех своих солдат и рабочих, дав тем указание охранять и сторожить. Совсем не улыбалось оказаться в гуще боя, когда малейшая ошибка и ослабление внимания нарушат сам ритуал.

Рядом стояли вампиры во главе с Кларой. Им была поручена задача более важная – помогать поддерживать равномерность истечения энергии, да и просто отслеживать возможные изменения, пресекать их на корню.

Приготовления были завершены. Каменный шар, захваченный в бою с демоном, и сорванный с шеи паладина кристалл лежали на специально приготовленном для них столе. Мертвецам пришлось изрядно потрудиться, чтобы притащить в убежище мраморную плиту черного цвета соответствующих размеров и обтесать до нужных кондиций. Ну а более тонкую работу выполняли я и Клара. Только ей я мог доверить ассистировать при завершающих штрихах. У Стира магия не особо получалась, Сильвии еще надо было шлифовать навыки, ну а остальные тоже не слишком радовали успехами. Разве что боевая магия давалась всем хорошо, но здесь она была лишней.

Начали. Первые слова и жесты заставили демонический камень разродиться множеством разноцветных искр. Они разлетались во все стороны, с каждой секундой становясь более яркими, более заметными. Чем-то это напомнило мне особо запоминающиеся фейерверки в родном мире. Ну, или большой такой бенгальский огонь в новогоднюю ночь. Красиво!

Но к делу. Отвлекаться тут не стоило. Нащупав линию силы, замыкавшую на себе мировую энергию, я перевел ее на второй камень. Вот он, в отличие от первого не подвергавшийся обработке, энергию не аккумулировал, а проталкивал через астральные проколы.

– Клара, держи канал!

– Стараюсь, – сквозь зубы прошипела девушка. – Много возмущений, эти артефакты друг друга «не любят».

Это понятно. Изначальный вариант и подправленный под свои нужды обитателем инферно – они и не могли легко друг к другу притереться. Приходилось контролировать. Держись, Клара, совсем немного осталось!

Миг соединения проявил себя белоснежной молнией, соединившей оба камня. И в тот же момент я услышал тихий шорох, словно с мебели в старом доме резко сдернули пыльное покрывало. Следом раздался то ли стон, то ли вздох, и все затихло. Конечно же, эти звуки можно было услышать не в физическом мире, а лишь в его магической грани. Уверен, что каждый относительно сильный маг в любом уголке этого мира уловил то же самое: кто-то – отчетливо, кто-то – на границе восприятия.

Мир, который несколько десятилетий умирал и был заперт от чужого посещения, вновь открылся и ожил. Вот только надолго ли? Лично я не уверен. Да, Артас хочет открыть его, Смерть тоже. Но найдутся и другие, для кого лучше уничтожить мир, снова закрыть его, но не отдать Хаосу. И с такими придется бороться. Кому? Да мне и придется, вместе с теми, кого смогу поставить под свое знамя короля мертвых.

Хочу на воздух. Хоть и не в состоянии ощутить его свежесть, но смена пейзажа просто необходима. Устал я. Встряхнувшись, я двинулся к выходу, ну а следом за мной направились и вампиры. Пришлось остановить, приказав Стиру и его бойцам привести все в порядок после ритуала. Ну а Сильвия и Клара… к ним отношение другое, они более понятливые.

Выйдя на улицу, я пару минут просто отдыхал, глядя на заходящее солнце. Тишина, спокойствие. И дела, которых никак не убавляется, просто старые сменяются новыми.

Почувствовав спиной чей-то взгляд, я обернулся. Ну конечно, Клара. Став вампиром, она не растеряла своих магических знаний, напротив, только приумножила их. Поэтому ей явно не терпелось поговорить о недавнем ритуале. Что ж, я готов был ответить на многие ее вопросы.

– Ты хочешь поговорить о перспективах проведенного ритуала? – поинтересовался я. – Но тебе и так должно быть многое понятно. Быть в самом эпицентре ритуала означает полностью представлять дальнейший ход событий. К тому же твой уровень владения магией в последнее время вырос.

– Я многое видела, но не все поняла.

– Ритуал прошел нормально. Осталось дать миру немного времени, чтобы тот привел сам себя в порядок.

– Мертвецы перестанут подниматься, а люди не будут умирать преждевременно?

– Не торопись, – отрицательно покачал я головой. – За несколько минут не прекратишь то, что длилось десятилетиями. Думаю, что мир восстановится через столетие. Раны всегда заживают долго.

Сильвия, до этого слушавшая довольно безразлично, неожиданно вмешалась в разговор:

– Если мир открывается, то для всех. Многие захотят снова стать здесь королями. Тот же… Камирт!

– Резонно. Поэтому наша работа только начинается. Мы с вами сделали только первый шаг. Пришла пора идти дальше. Вы к этому готовы?

Клара кивнула в знак согласия, ну а неукротимая Сильвия оскалила клыки. Ну да, конечно. Спрашивать ее о готовности – занятие бесполезное. Она готова всегда и на все, лишь бы утолить бушующую жажду мести. Мести кому? Да всем – от жрецов и паладинов до самого Камирта.

Насчет Стира с его воинами я тоже был уверен. Клятва верности, принесенная этим бывшим наемником, серьезна и нерушима. Жаль, что это всего лишь воин, без способностей извлекать пользу из тех интриг и хитросплетений, что постоянно подсовывает нам жизнь. Кстати, о Стире.

– Как там обстоит с разведкой местности и сбором слухов? – поинтересовался я у девушек. – Что смогли разузнать молодчики Стира и он сам?

Дело в том, что после памятного захвата Чертогов богов я направил группу Стира по окрестным поселениям, дав наказ разузнать мысли и настроения людей. Меня интересовали последствия наших действий, психологический фон, оставшийся после нашего лихого рейда, после болезненного удара в один из оплотов врага.

– Слухи крайне противоречивы, – откликнулась Клара, явно владеющая информацией лучше Сильвии. – Простые люди считают, что сам Суширос решил объявить войну прочим богам и их последователям.

– Получается, мы сыграли на руку третьей стороне?

– Не совсем так, Безымянный. Последователи Сушироса могут нам помочь. Но тогда, когда мы заявим о себе во весь голос. Сейчас у них и так хватает проблем.

Не сомневаюсь! Единственный темный бог, которого всерьез опасались представители светлого пантеона. Вдобавок не удравший в неизвестность, а оставшийся в пределах этого мира. Правда, доносились слухи, что подобный рискованный ход слишком его измотал, отнял большую часть сил. Однако… Сам подход заслуживал уважения. В отличие от того же Камирта, этот бог не бросил на произвол судьбы своих последователей.

Но Сильвия права, пока не стоит тревожить Сушироса. Сейчас мне важны Чертоги.

– Благодарю тебя, Сильвия. Пока вернемся к Чертогам. Клара?

– Они больше не являются местом паломничества. Наоборот, их обходят по широкой дуге. С некоторых пор там появились странные существа, уничтожающие любого приблизившегося. Паладины пробовали с этим разобраться, но сами погибли.

– Рад, что наше проклятие действует, – хмыкнул я. – И много их было, этих паладинов?

– Всего трое или четверо. Они прибыли туда с целью выяснить происходящее, но нашли только свою смерть. Да, один сумел ускакать. Теперь следует ожидать серьезной экспедиции. Паладины просто так не отступятся.

– Хотят вернуть храмы? Но это несерьезно, ведь проклятие никуда не денется, даже вмешательство их богов не в состоянии стереть следы нарушенного договора.

– Плевали они на договор! – прорычала Сильвия. – Повелитель, им нужен кристалл Йоса Тускари. Ради его возвращения они пойдут на многое.

– Пожалуй, ты права. Но пока они ищут там… И мы им в этом поможем. – Не дав недоумению на лице Сильвии стать совсем уж выразительным, я пояснил: – Не пропустим следующую экспедицию паладинов к Чертогам. Тогда они начнут готовить новый поход, но все еще будут уверены, что кристалл там.

Вампиресса расплылась в блаженной улыбке. Ведь я, по сути, пообещал ей новую кровь паладинов. Зато Клара была настроена более разумно, предпочитая видеть в ситуации и другие плюсы.

– Безымянный, я разделяю радость Сильвии, но важно и другое – теперь вера людей в Камирта и других светлых богов, и так изрядно пошатнувшаяся за эти годы, станет исчезать еще быстрее. Важно, чтобы орден паладинов показал свое бессилие в решении своих проблем, на взгляд простых людей, не очень сложных. Малый камень вызывает лавину.

– Ты верно поняла нашу цель. Одну из них… У нас есть соглядатаи, что известят о сроках появления паладинов?

– Конечно. Люди любят деньги, а их у нас предостаточно. Паладины не привыкли скрывать свои передвижения, они считают себя хозяевами положения. От лазутчиков мы узнаем все. Но… Что за другие цели, о которых ты упомянул?

– Позже узнаешь, – щелкнул я по носу чрезмерно любопытную вампирессу. – Знания хороши тогда, когда ты будешь готова принять их. А сейчас мне нужно поработать.

Пожелав вампирессам удачи, я вернулся в библиотеку. Обстановка осталась прежней, только появился низкий шум, словно от работающего трансформатора. Это гудела молния, проскакивающая между двумя артефактами. Подобный эффект не продлится долго – пару недель, может, чуть дольше. После этого два артефакта соединятся в один. А насчет его побочного применения я еще подумаю на досуге. Кто знает, что за полезные эффекты удастся выжать в довесок к уже творящемуся.

* * *

Теперь я мог задуматься и над посещением мира Тумана. Заклинание «Мостик душ» уже было готово, оставалось его только активировать. Что я и сделал, не желая затягивать период ожидания.

По сравнению с предыдущим это заклинание прошло буднично – несколько слов, пара несложных фигур и вливание в посох маны. Через минуту передо мной стало наливаться мутью небольшое окошко, выросшее до размеров двухстворчатой двери в стандартной квартире. Только вместо дверного полотна там была разлита молочно-белая муть. Без раздумий я сделал шаг вперед и оказался… в необычном месте.

Мир Тумана? Вовсе нет. Это было что-то другое, пусть и заполненное до краев особой, но знакомой мне магией. Магией смерти. Я стоял на берегу реки, а по ней плыла внушительных габаритов лодка, управляемая огромным мужчиной мрачного вида, замотанным в плащ. В руках тот держал весло, сделанное, если не ошибаюсь по внешнему виду, из гранита. Греб он стоя, свободно орудуя своим чудовищным орудием труда, которое я мог бы поднять только в теперешнем состоянии. Будучи живым, я не смог бы его даже сдвинуть с места.

Ощущение нереальности происходящего витало в воздухе, заставляя относиться к представленной картине критически, с подозрением. Лодка, весло, хмурый хмырь, закутанный в плащ.

Тьфу ты, память моя дырявая! Старина Харон во всей своей иллюзорной нереальности. Ну и кто тут голову мне морочит?

Не успел я как следует обдумать этот важный вопрос, как картина сменилась на совершенно иную. Реку сменила выжженная дотла пустыня, по которой шла вереница людей, возглавляемая кем-то шакалоголовым, опирающимся на змееглавый посох. Анубис! Искаженное представление о боге, но все же.

Все ясно. В том числе и то, куда я попал, кто развлекается, потчуя меня иллюзорными миражами, основанными на мифах моего мира.

– Приветствую тебя, Предвечная, – уважительно поклонился я в пустоту, зная, что хозяйка этого места все видит и слышит. – Для меня честь получить твое приглашение. И благодарю за иллюзии, они красивы. Проводники мертвых оказались впечатляющими.

– Я довольна, – раздался голос у меня за спиной. – Твоя работа сделана на славу, мир начал открываться.

Резко обернувшись, я обнаружил всю ту же девушку-подростка, которую уже встречал ранее. Склонившись в поклоне, я постарался даже мысленно выразить ей почтение.

– Предвечная, я всего лишь исполнил то, что было необходимо. Мир не должен был погибнуть. Теперь он открыт, хотя и не скоро еще сможет быть доступным для всех.

– Мне достаточно и той щелочки, что образовалась. Зато Артасу этого недостаточно. Хаос нуждается в более серьезном проходе для того, чтобы показать всю мощь, а не жалкие частицы величия.

– Артас, везде Артас… Предвечная, какое он имеет отношение к ТЕБЕ?

– Большое. Он сильнее меня, потому что ВНЕ смерти. Он частица Хаоса, но в то же время полностью самостоятелен. Он и два его помощника – немногие из тех, над кем я не властна. И он нужен всем мирам, хочу я этого или нет. Его не надо любить, надо всего лишь понимать.

Смерть была серьезна, она не собиралась меня убеждать в чем-то. Просто слова, но слова правдивые. Одно признание, что бог Хаоса вне власти Предвечной… серьезное заявление, свидетельствующее о многом.

– У тебя хорошая фантазия, Артур, – улыбнулась девушка. – Ты сумел использовать мою гарантию клятвы с расчетом, что слуги Камирта обязательно нарушат ее.

– Стечение обстоятельств…

– Не лукавь. Твоя помощница-вампирша, одержимая местью, предупреждала о планах врага. Ты услышал, но предпочел использовать это в своих целях. Это хорошо. Теперь Чертоги богов навсегда останутся прокляты, закрыты для Камирта.

– Я рад! Они заслужили это.

Предвечная лишь мягко улыбнулась, но поначалу ничего не ответила. Лишь потом, через минуту, решила все же высказать свое видение ситуации:

– Ты лич, мертвый маг смерти, но в тебе сильнее звучит песня Хаоса. Артас не зря искал такого человека, чьи страсти могут прорваться даже сквозь броню мертвого тела. Не неживого, как у вампиров, а именно мертвого. Подумай об этом и посмотри на бога Хаоса новым взглядом.

– Постараюсь…

– У тебя получится. Но ты помог мне, а оставлять это без награды я не привыкла.

Шум ветра, кожу обдувает свежий воздух, ощущаю все богатство запахов, которых был лишен с самого начала эпопеи в качестве лича. Сейчас я стоял на земле под деревьями. Родные места, мой прежний облик. Да-да, естественное тело со старыми шрамами, со струящейся по жилам кровью. Короткий, едва прощупываемый ежик волос на голове. Одежда, в которой я выходил из дома в тот злополучный день, и тоска, которая навалилась на меня.

Я был дома и был живой, как прежде. Мало того – я ощущал в себе весь магический потенциал, которым обзавелся за все время. Правда, остался и груз воспоминаний. Я привык к нему, он стал частью моей личности, но на живого он все же давил сильнее. Ничего, я бы перенес и это. Но…

– Тяжело? – спокойно сказала Смерть, сейчас явившаяся в виде девушки по имени Олеся, облик которой надолго останется в моей памяти.

– Да, есть немного.

– Могу избавить от воспоминаний, но тогда и все магические знания уйдут. А сами способности останутся. Придется постигать все сначала. Можешь сорваться или создать на голом инстинкте заклинание, которое убьет или причинит вред окружающим. А могу и ослабить чувства, станешь прежним личем в теле человека, если сказать проще.

– Спасибо, но не хочу. Я – это я, со всей памятью. Отнимать память – чуть ли не самое худшее, что можно сделать. Такое не прощают.

Красноречивый взгляд у моей собеседницы. Я стою рядом с существом, которое видело поболее иных богов.

– Еще увидимся? – поинтересовался я.

– Конечно, – улыбнулась собеседница, – не забывай, кто я. Рано или поздно, но встреча состоится.

– Не совсем тот ответ. Поверь, я постараюсь, чтобы ТА встреча состоялась как можно позже.

Предвечная ничего не ответила, но в ее глазах промелькнуло нечто, нечто… Рассмотреть и понять необычное для этого существа выражение глаз мне не удалось. На миг все потемнело, в груди возникло удушье, и вот я уже стою в гордом одиночестве. Вокруг пустота и липкие щупальца тумана.