Летописи Шинара Чаша богов

- Не замечал раньше твоей сильной к ним антипатии,- равнодушно заметил Сирнок, с сожалением, отправив в рот последний кусочек пирожка с луком и яйцом

- Это во мне недавно появилось.

- Хочешь об этом поговорить?

- Заткнись, а - поморщился Ниро, вывернув Карманы, он с интересом рассматривал мелочь, оставшуюся у них после прохода через ярмарку.

Ниро легко вспрыгнул на стойку и мгновенно подпрыгнул, вновь пропустив лезвие меча Серого рыцаря под ногами. Рыцари не отличались умом, но всю малину портил нахально опирающийся на стену командир. Пока он здесь, нечего даже думать о том, что б призвать на помощь силу, впрочем, блокируя очередной удар, Ниро признал, что погорячился, призывать силу не рекомендовалось в пределах жилых селений, по головке за это не гладят, голову за это снимают. Впрочем, пока были проблемы посерьезней. Серых было много, а их не очень, точнее всего двое, если не считать забившейся под стол молоденькой служанки, на которую, кстати, внимания рыцари не обращали, их больше волновали они с Сирноком. Ниро с разворота ударил по забралу ногой, больно "поднятому" может не было, но звон внутри этого котелка стоял знатный. Обстановка не располагала к серьезным размышлениям, пять рыцарей определенно решила похоронить его вместе с этим столом, а в планы Ниро совершенно не входило быть погребенным в ближайшее время, еще бы, пропустить такую авантюру! Со стороны могло показаться, что он танцует под аккомпанемент скрипа старого усталого стола, обиженный перезвон мечей, недовольных и томимых страшной жаждой. Удары… блоки… элегантные повороты, подскоки, красивые уходы из-под грубых подсечек. Ниро редко солировал в боях, но… он выпускник Луарской школы, а это в современном Шинаре стоило очень многого. Маленький вихрь, закрутившийся на маленьком пятачке, почти разваливающегося стола, лишь изредка сверкал серебристым росчерком. Но этого было достаточно, чтоб на мгновенье место одного из рыцарей пребывало в запустенье, пока его не занимал очередной враг. Рыцари, повинуясь приказу своего командора, просто блокировали Сирнока, не давая прорваться на помощь другу, но, однажды посчитав его самым слабым звеном, рыцари сильно ошиблись, очень сильно. Резкая боль пронзила плечо, по рубашке медленно растекалось красное маслянистое пятно. Ниро оскалился, большинство его проблем проистекало из внутренних резервов, слишком больших для одного человека, поняв, что пока острие меча в его плече - он более уязвим, Ниро резко поддался назад, нехорошо оскалившись, что странно смотрелось на его всегда улыбчивом, веселом лице. Дикая боль ни как не отразилась на лице. Но зато побледнел Сирнок, разглядев ранение друга. Он, не имея никакого представления насколько оно тяжело, беспокоился. Меч, едва не упавший на пол, Ниро только сжал крепче, казалось, время замедлилось, текло столь тягуче, что можно было почувствовать его резкие росчерки, словно вспарывали завесу этого тягучего времени. Ниро снова превратился в маленький вихрь. Капитан Серых рыцарей все также стоял у стены, не вмешиваясь и никак не реагируя на стремительные темпы, коими таял его отряд. Сирнок тоже не просто у стеночки прохлаждался, несмотря на численный перевес в самом начале, счет был явно в их пользу. Ниро не совсем уловил тот момент, когда у стола не осталось, никого, а Серый рыцарь просто вышел, в сопровождении немногих оставшихся. Сирнок мгновенно оказался за спиной Ниро и как ребенка снял со стола.

- Ты как?

- Да вроде нормально, жить буду,- слабо отмахнулся Ниро и поразился звучанию голоса. Больше напоминало писк котенка, чем нормальный голос.

- Перевяжи. Я попробую поработать следопытом.

- Не самая мудрая идея.

- Но, тем не менее, я попробую.

Ниро кивнул, прекрасно понимая, что отговорить Сирнока не удастся. Орк озабоченным взглядом проводил чуть пошатывающегося друга, медленно поднимающегося по ступенькам в комнаты.

До прирожденных следопытов - элвар - Сирноку, конечно, было далеко, но слежка в городе, совсем не то, что на лоне природы, особого таланта не требовалось. По крайней мере, так ему казалось. После третьего по счету переулка, Сирноку пришлось признать, что, если б Серые опасались слежки, то его наивные потуги оставаться не замеченным прошли бы в пустую. Рыцари, распугивая честных горожан, ровным строем маршировали к выходу из города. Стоило признать, что ловить нечего, скорее всего, по выходу из города он просто активирует кольцо телепорта и снова оставит его с носом, а в гостинице раненый Ниро, вопрос выбора даже не стоял.

Возвращаясь на постоялый двор, где недавно оставила друзей, Мара пребывала в приподнятом настроенье. Самое главное на сегодня дело сделано, теперь она не безоружна, и можно пускаться в новые увлекательные авантюры. Тенистые аллеи и улочки напоминали родной Миресс, своими переплетениями. Улочки то пересекались, то внезапно обрывались тупиками. Невольно создавалось впечатление, что город застраивался как-то бестолково, но все прощалось за непередаваемую красоту архитектуры - весь Дрин придерживался единого стиля, точно известный модник, носящий только тщательно продуманный образ, каким бы он не был. Казалось, что если завернуть в трущобы, то и там увидишь странную гармонию. Но сегодня Темная не была расположена искать себе приключений. В маленькой гостинице с большими витражными окнами, где внизу шумят пришедшие пропустить стаканчик другой посетители, ее наверняка заждались. На постоялом дворе необычайно тихо. Молоденькая служанка старательно отскребала со светлых полов кровь. Над стойкой стена обуглилась. То здесь, то там на столах виднелись свежие зарубки, нанесенные мечами. Сердце Мары тревожно сжалось. Перепрыгивая через три ступеньки, девушка взлетела наверх и рывком распахнула дверь в комнату друзей… Ниро скривившись от боли, пытаясь перетянуть кровоточащее плечо сомнительной чистоты тряпкой. Сирнока не было.

- Что случилось?!- испуганно спросила девушка, активируя на жезле руну исцеления.

- Серые рыцари,- прошипел Ниро, исцеление всегда весьма болезненный процесс.

- А Сирнок?- Мара делала вид, что не замечает недовольной физиономии приятеля

- Вышел,- лаконично ответил Ниро и удивленно приподнял бровь, услышав из уст девушки весьма цветистое выражение.

- Мне из тебя все клещами вытягивать? - рыкнула, теряя терпение Мара

- Он хочет выследить этих…- Ниро зашипел, уходящая боль толчками пульсировала в плече.

- И маг был?- Мара припомнила единственного из Серых, сумевшего выбраться с горного плато.

- Был, - кивнул Ниро, пристально вглядываясь в полоску розоватой кожи оставшейся после исцеления. - Но ушел, - судя по обиженному лицу Ниро, этот неизвестный маг нанес ему глубочайшее оскорбленье.

- Спасибо - Мара с интересом посмотрела как приятель, как бы проверяя качество работы, подергал плечом - Надо же, не болит?! - совершенно по-детски изумился Ниро.

- Конечно! - Мара приподняла бровь - Я ведь полностью залечила рану.

- Меня в первый раз лечат с помощью магии.

- Как?!!

- Мара, его лечили. Только Ниро не помнит, - раздался за спиной голос Сирнока. - Когда пришел в себя, все уже было готово. Впрочем, если вспомнить в каком состоянье я приволок его к целительнице - это даже к лучшему.

Синие сумерки спустились на землю, отдавая ее во власть ночи и скрадывая вороватые шаги. Тихо скрипнула дверь, пропуская в комнату тень. Он скользил по деревянным полам, чутко прислушиваясь к размеренному дыханию спящей. Осторожно убрав упавшую на лицо прядку, чуть улыбнулся. Рейнская пара звякнула, освобожденная из тесных ножен. Выточенная из туманного камня лилия легла на вытравленный контур и тускло осветилась синим светом, следом пришел черед агатового скорпиона… Приоткрылось скрипучее окно… Черный ворон слился с чернильно-синим небом.

Сталь звенела. Он не понимал, как такое возможно. В очередной раз попасть в ловушку, словно неразумное дитя. У него даже не было запаса времени и расстояния, чтоб просто расстрелять их еще на подходе, глупец. Йорд резко крутанулся, спуская лезвие меча по кромке своего. Боль обожгла левую щеку, он как-то упустил из виду второго противника… или третьего. Сколько их уже лежало на холодной земле, он не знал. Хорошо, что Инайра не шла сразу за ним, возможно, она услышит звон мечей и не пойдет сюда. Может и не пострадает девочка. Очень хотелось надеяться… Удар по затылку эльф пропустил… Дальнейшее скрыла темнота, оставив только такой милый и родной образ.

Мост не выглядел надежным. По крайней мере, так казалось Инайре. Потемневшие от времени доски, неровные, противно поскрипывающие. В дополнение ко всем неприятностям еще и раскачивающийся на тысячелетних веревках при каждом шаге. Естественно, ее мнение по этому поводу менее всего интересовало отдельного представителя остроухого племени. На протяжении шести дней Йорд сказал хорошо, если с десяток фраз. Вот и сейчас, не говоря ни слова, перешел на другую сторону и скрылся за поворотом; полчаса назад. Пальцы сильнее сжали веревочные перила моста, глаза сами собой закрылись. Светлая медленно скользила по скрипящим доскам.

- Как это по-детски, Инайра, закрывать на опасность глаза, - резкий насмешливый голос заставил девушку вздрогнуть. Девушка медленно открыла синие глаза. Рядом с Шевиром, на лице которого блуждала нехорошая усмешка, стоял незнакомый бугай, державший нож у горла эльфа. Радужные глаза прикрыты, от виска до уголка губ тянется багряная полоса.

- Что вам нужно?- крикнула девушка, отчаянно надеясь, что голос не сильно дрожит.

- От тебя - только твои способности, бесхребетная малявка!- Шевир гнусно ухмыльнулся. Инайра глубоко вздохнула. Мысли мельтешили, сердце судорожно билось через раз от страха… за Йорда

- Иди сюда!!- рявкнул экс - командир, а Инайра вдруг поняла, у него нет над ней власти

- Ща-а-а-ас!- девушка сама поразилась ехидству, прозвучавшему в ее голосе,- с какой радости?! - повела Инайра плечиком, наслаждаясь замешательством Шевира - хочешь, что бы я перешла мост - отпусти Йорда. Как только он прейдет мост, я сделаю шаг тебе навстречу.- Ресницы эльфа дрогнули, губы беззвучно шевельнулись, и девушка скорее осознала, чем услышала "Не смей". Шевир удивленно смотрел на стоящую на середине моста девушку, словно постепенно понимая, не всегда отсутствие характера, означает отсутствие такового

- Клянешься?!

- Клянусь!- уверенный голос чаровницы подхватило эхо и, усилив, отразило от древних вершин… он шел медленно, слегка пошатываясь, сломанное ребро мешало нормально дышать, сквозь мутную пелену, висевшую перед глазами, Йорд видел лишь спокойные синие глаза вчерашнего ребенка.

Инайра грустно улыбнулась, когда эльф не заметил, как, проведя ладонью по его куртке, она уронила в карман дымчатый камушек. Оглянувшись и убедившись, что он благополучно ступил на землю, Инайра улыбнулась. Один скользящий шаг… ярко вспыхнула руна огня. Жаркое пламя лизнуло веревочные опоры. Прежде чем кто- либо смог понять, что происходит, мост и стоящая на нем девушка рухнули в пропасть… "Я не нарушила клятву"… в черном небе с угасающими искрами кружил ворон…

Боль штопором вкрутилась в висок. На грудь лег многотонный камень, мешая дышать. Ныла каждая клеточка… Мара села, уткнувшись лицом в ладони, чувствуя, как прилипла к спине сорочка, мокрая от холодного липкого пота. Как же сложно отделить свою боль то чьей-то чужой… перед глазами прыгали разноцветные огоньки. Ночной ветер ласкал прозрачные занавески. "Разве я не закрывала ставни", машинально отметила девушка, зябко передергивая плечиками, прикрывая окно. Чужая боль все еще пульсировала на задворках сознания. Сорочка серебристой лужицей растеклась на полу. Толстая, длинная касса хлопнула по спине, когда чародейка, на ходу зашнуровывая жилетку, вылетела с постоялого двора. Кобыла выбила искры из мрачно - серой, в предрассветной дымке, дринской мостовой. Стражники едва успели открыть ворота, пролетевшей мимо серым ураганом Темной.

В воздухе различался резковатый запах гари. Девушка спрыгнула с лошади и тенью заскользила по едва заметной тропинке. Мара сразу увидела ее. Незнакомка лежала между двух острых камней. Волны боли исходили от нее. Едва слышный стон разорвал хрупкую тишину. Приблизившись, Мара присвистнула, везде валялись обгоревшие доски и веревки. Если вспомнить, что там, наверху был мост… Внезапно раненная девушка открыла глаза. В синих озерах, замутненных болью, забрезжила надежда.

- Помоги… - голос напоминал касание ветра - неслышимое и бессильное. На жезле Темной вспыхнула руна, после короткого осмотра Мара поразилась тому, что девушка все еще хваталась за жизнь. Переломы, внутренние повреждения, открытые раны и ожоги… руна исцеления ярко засияла, раненая впилась зубами в нижнюю губу. Тратить ограниченный запас сил на стоны неразумно… только слезы скатывались по щекам и падали на Серые камни.

Карм виновато морщился, ощущая боль Светлой. Его сил не хватило полностью остановить падение, но поддержать ее жизненные силы до прибытия Темной он все же смог…

Арбалетный болт вонзился в землю рядом с сапожком. Обернувшись, Мара нехорошо улыбнулась, осмотрев бугая, держащего арбалет. Руна исцеления погасла, теперь раненая могла подождать. Жаркий огонь лизнул приклад арбалета, когда надо, ну позарез, огненная руна срабатывает с первого раза. Рейнская пара в мгновенье ока оказалась в боевой готовности. От улыбочки Темной веяло потусторонний жутью - "смерть получит свою жертву". Из-за камней появился еще один противник - Светлый. Невысокий, светловолосый, он казался более опасным. Впрочем, это неважно… кровавая сталь зазвенела, встретившись с лезвиями двух полуторных мечей. Мара двигалась со скоростью маленького вихря. У Темной явное преимущество - Смертоносные на славу натаскивали своих бойцов, не хуже, чем в храмах Луаре. Доведенные до полного автоматизма атаки и защиты выполнялись, словно без участия разума. Пропустить удар, над головой полоснув клинком по животу, пролив чужую кровь на Серые камни, другим, ударив в горло, спустив сталь врага по обагренному лезвию. Танцевать, под знакомый с детства звон оружия так приятно, особенно если страх уж прокрался в сердца врагов. Светлый действительно оказался неплохим воином, но все же покинувшим поле боя, после того, как один из клинков прочертил по горлу длинную горизонтальную линию. Вспышка телепорта на мгновенье ослепила. Осознав, что противников больше нет, Мара кинулась к раненой. Та стояла, прислонившись к валуну.

- Совсем худо?

- После падения с горящего моста могло быть намного хуже, - Темная хмыкнула, оценив попытку пошутить.

- Идти сможешь?

- Идти врядли, но доковылять попробую, - переглянувшись, девушки улыбнулись.

- Вам помочь?- раздался за спиной вкрадчивый голос. Мара подпрыгнув, развернулась.

- Карм?!

Молодой человек стоял, облокотившись, на вонзенный меж камней двуручник.

- Нет, страж Ушедшего! - отшутился Карм.

- Ну-у, раз Ушедшего… То поднял ее на руки и бегом к моей лошади!!! усмехнувшись Карм, играючи выдернул меч, отправив его за спину, и как ребенка подхватил раненую девушку…

Иноходец Мары осторожно ступала по неровной дороге. Рассвет выхватывал из власти ночи маленькие, почти игрушечные домики пригорода, старую мельницу, стоявшую на высохшем русле, пушистые кусты, с еще не раскрывшимися после прохладной ночи бутонами. Солнечные лучи пронзали ночную завезу, превращая черно-синий полог в нежно-голубое небо подсвеченное розовым, красным и, уже почти исчезнувшим, оранжевым. Звезды медленно гасли, уступая полноту власти сиятельному солнцу. Мара с тревогой поглядывала на Светлую. Периоды, когда она пребывала в сознании, становились все короче, все больше она прибывала без сознания. Ей немедленно требовалась квалифицированная помощь, а еще полный покой. На воротах стояли все те же стражники, коих она распугала ночью. Едва взглянув на бледное лицо Светлой, они без разговоров открыли ворота и даже не взяли въездную пошлину - не совсем без понятия люди. Редкие прохожие удивленно косились, кто-то творил защищающий знак, но Темную это не особо волновало. На данный момент были другие заботы. Наконец, показалась остроконечная крыша постоялого двора, уже суетилась дородная повариха, усердно, больше делая вид, чем на деле реально убирая сор, подметал мальчонка с пронзительно - зелеными глазами. Рядом с конюшней стоял Сирнок со зверским выражением лица.

- Ты где была?- голос орка не предвещал ничего хорошего.

- Не важно,- фыркнула Мара. - Лучше помоги.- Незнакомая девушка вновь потеряла сознание.

Мара посматривала на раненую и подкидывала белую лилию. Светлая казалась ее ровесницей. Бледное лицо, большие глаза, сейчас прикрытые длинными ресницами, густые волосы цвета кофе с молоком заплетены в сотни тоненьких косичек, невысокая, хрупкая, она казалась Темной, неземной феей.

- Как она?- Мара улыбнулась вошедшему, совершенно бесшумно Сирноку

- В себя еще не приходила, но если бы ты видел, в каком состоянье я нашла ее

- Чаша… нет… нельзя…- раненая, дернувшись, заметалась в бреду. Сирнок навалившись, удерживал Светлую.

- О чем это она?- повернулся орк к девушке.

- Не знаю! Лучше держи крепче!!!

Светлая пребывала в очень плохом состояние. Несмотря на то, что на обрыве Мара ее подлатала, но… девушка бредила. На что-то жаловалась, куда-то рвалась, звала кого-то… Мара не отходила от ее постели, не особо удивляясь, насколько бред незнакомки созвучен с темой их поисков…

- Ее бред внушает мне опасение, - признался, с трудом удерживающий хрупкую девушку, орк.

- Этого я потом опасаться буду,- фыркнула Мара.- Меня тревожит другое, что с нами сделают Светлые, если она умрет у нас.

- А что, у нас есть такое подозрение?- Сирнок посмотрел на подругу, судорожно копающуюся в сумке. Порой, Мара доставала то бутылочку темного стекла, то пакетик, наполненный какими-то травками и пристально рассматривала их на свет.

- И не только есть. Честно говоря, ей становиться все хуже,- призналась Темная, высыпая травы в графин.

- Организм не справляется?

- Он на пределе,- упав в кресло, Мара спрятала лицо в ладонях.

- А можно подлатать ее магией?

- Сирнок, я это и сделала там, у расщелины, но если я сейчас применю магию - Я просто убью ее. У этой девушки просто нет запаса сил.

- И что нам делать?

- Ждать,- пожала плечами Мара.- Она борется, а это главное.

… Инайра удивленно осознала, что ей больно. Боль оккупировала все, каждый участочек многострадального тела… Огненным штопором вонзалась в виски, пронзала насквозь с каждым вдохом, поднимая уродливую голову на любое неосторожное движение. Приглушенный свет, после полной темноты забытья резанул глаза… немного пообвыкнув, Светлая осмотрелась деревянный потолок, прикрытое ставнями окно, незнакомая девушка, спящая в кресле, Инайра села, обжигающая боль ураганом промчалась по телу, сорвав с губ стон. Спящая проснулась. Оказывается у Темной очень теплая улыбка.

- Привет,

- Привет, - улыбнулась в ответ Инайра, сильно подозревая, что в ее состоянии, получившееся не походит на улыбку даже отдаленно.

- Не самая умная идея,- пробурчал Сирнок.

- Я знаю,- согласилась Мара, отодвигая в сторону прозрачные занавески. Яркий солнечный свет залил комнату, солнечным зайчиком отразился от висящего над комодом зеркала, пробегая по бледным щекам лежащей на кровати девушки

- Деньги не бесконечны,- попытался урезонить Сирнок, непроизвольно понижая голос, чтобы не разбудить спящую, в глубине души понимая, что для убеждения Мары избрал не самый верный аргумент. Тем более, что девушку действительно было жалко

- Я оплачу,- максимально спокойно откликнулась Темная, выставляя на подозрительно пошатывающуюся тумбочку, бутылочки с лекарством. Маре уже порядком поднадоел данный разговор, но все имеют право высказаться. Ниро предложил им самостоятельно разобраться. Сам же он не видел проблемы в том, что б подзадержатся немного и дать и себе, и лошадям нормальный отдых, а вот Сирнок упирался.

- Она Светлая,- орк поморщился, Мара открыла маленькую бутылочку из темно-зеленого стекла и по комнате поплыл неприятный, сладковатый запашок. Впрочем, запах не самое страшное, намного страшнее то, что в этой бутылочке, ибо по опыту общения с разными травницами и лекарями, любой путешественник знает, чем темнее стекло, тем больше шансов, что в процессе приготовления данного зелья или снадобья была использована всякая гадость типа мышей или сушеного помета мушу.

- Я знаю,- Мара совершенно спокойно согласилась. В теории данный аргумент был убийственный, но что-то ее смущало, да и не могла же она объяснить Сирноку, каково это, когда ты чувствуешь боль чужого человека, знаешь, что можешь помочь и бросаешь. Да, эта девушка Светлая, да, она враг по умолчанию, но все та же, сто раз клятая интуиции подсказывала, что Инайра сыграет еще не последнюю скрипку во всей происходящей белиберде.

- Зачем нам это? - Сирнок решил зайти с другого конца и воззвать к глубинным чувствам Мары, подпеть ее сомнениям, ибо сама девушка уже не раз задавалась этим вопросом.

Мара обернулась, и устало посмотрела на орка.

- Сирнок, если б я знала, я бы тебе непременно ответила, но, увы,… с другой стороны, постарайся вспомнить, что одна из заповедей гласит: " помоги врагу своему"

- Ты с ходу припомнишь, часто ли к этой заповеди прибегают?- ехидство в голосе орка нужно просто слышать, судя по всему, разговор вышел на новую стадию и грозил перейти в многоплановый скандал, что, в общем-то, неприятно, но отнюдь не смертельно.

- Пожалуйста, не спорьте,- голос проснувшейся Светлой напомнил шелест осенней листвы - неслышный, эфемерный, зыбкий.- Вы не должны спорить из-за меня, - Девушка с трудом приподнялась на локтях и прикусила бескровные губы, что б не застонать.- Я благодарна за все, что вы для меня сделали, но, думаю, я в силах покинуть вас.

Мара укоряюще посмотрела на Сирнока. Лежащая на кровати девушка была слабее котенка. Оставить ее одну, а тем более посадить на лошадь, значило свести на нет все, что уже было сделано. В этом случае милосерднее только самой убить, что б не мучалась.

- Если вы торопитесь, я не могу вас задерживать.

Сирнок тяжело вздохнул, в глазах Мары он прочитал все, что она думает о том, чтобы оставить беспомощного ребенка.

- Что ты, мы никуда не торопимся.

Инайра болела чуть меньше недели. Как только она окрепла настолько, что оказалось возможным применить магию, Мара сделала это. Светлая оказалась на редкость послушным пациентом, спокойным, вежливым и неукоснительно выполняющим предписания, специально приглашенного врача. Девушка всеми силами старалась доставлять им как можно меньше неприятностей, никогда не прекословила, и на самом деле оказалась на редкость милой девушкой, немного зажатой и скованной, но милой.

Сирнок позевывая, заглянул в комнату, где помещалась их больная, с самого первого дня они завели такой порядок. Сначала просто беспокоились за найденыша, точнее беспокоилась Мара, но дежурства разделили по-братски. А затем - по укоренившейся привычке. К его удивлению Светлая не спала.

- Доброй ночи, диран Сирнок, - мелодичным голоском поприветствовала она.

- Дажэ Инайра, вы не спите? - неподдельно удивился он, услышав непривычное для себя обращение.

- Нет. Не сплю, - легкая улыбка засияла в уголках губ Светлой.- и если вам не трудно, можно называть меня просто Инайра. вы решили меня проведать?

- Ну,- Сирнок замялся, не зная, что ответить, с одной стороны, возможно, ей будет неприятно их столь пристальное внимание.

- Я благодарна за заботу, - Инайра, словно не заметила его замешательства, или сделала вид. - Возможно, я доставила вам много неудобств, прошу простить меня.

- Инайра,- Сирнок был готов взвыть,- обращайся ко мне на ты, а то с твоим выканьем я чувствую себя на сотню лет старше.

- Хорошо,- расплылась она в улыбке, присаживаясь на кровати.