Свадьба отменяется

Вера Чиркова

Свадьба отменяется

Аннотация

Все девушки мечтают о принце, но это вовсе не означает, что принц тоже мечтает обо всех этих девушках.

Глава 1

- Никогда больше даже не начинай об этом разговор!

- А я пока и начатый не закончил, - со спокойной ехидцей констатировал крепкий седовласый мужчина лет пятидесяти, и, небрежно дернув шнур звонка, приказал, - чаю!

Из соседней комнаты ловко просочился доверенный секретарь с серебряным подносиком, на котором исходили душистым паром две чашечки тончайшего богнисского фарфора, неслышно заменил остывший напиток и так же молча выскользнул прочь.

- Зато закончил я. И не собираюсь в сотый раз говорить тебе - нет! - с непреклонной решимостью отрезал его собеседник, резко отодвигая чашку с нетронутым напитком.

Ему было на вид не больше двадцати семи, но твердо сжатые красиво очерченные губы и холодный взгляд темно-серых глаз выдавали окончательно сложившийся характер самостоятельного мужчины.

- Потому что собираешься сказать - Да?! - едко подловил племянника Багрант.

Вернее, его величество Багрант Теорид Кайгарский.

- Дядя, - голос племянника стал ледяным и бесцветным - тебе вовсе не к лицу вести себя, как шут на празднике весны. И ты, кажется, забыл, что мой отец никогда не одобрил бы таких методов. А ведь именно ты клялся ему, что никогда и ни в чем не станешь меня принуждать!

- Дорд, - устало пробормотал король, разом теряя наигранное оживление, - судя по тому, что ты осмелился упрекнуть меня данным твоему отцу обещанием, я действительно разозлил тебя до крайности. И потому прошу прощения… но только за то, что хотел договориться по-хорошему. Видят боги… не хотелось выливать на тебя всю ту грязь, в которой, по долгу своего положения, приходится копаться мне. Вон там, на столе, в шкатулке маленький ключик… открой мой сейф и возьми верхнюю связку свитков. Читать можешь тут… я пойду, навещу своих питомцев. Через час вернусь и мы договорим.

Багрант Теорид неспешно допил свой чай, не обращая внимания на настороженный взгляд племянника, легко поднялся из кресла и вышел через балконную дверь, широко распахнутую по причине необыкновенно погожего денька.

Дорданд проводил его задумчивым взглядом прищуренных глаз и нехотя поднялся с кресла. Что-то говорило ему, что ничего хорошего в дядиных свитках он не увидит, тогда к чему торопиться? Неприятности нужно держать от себя подальше, столько, сколько возможно. Тем более эту дурацкую свадьбу, придуманную его величеством. У него в жизни и так хватает ограничений… зачем ему еще одно?

Обнаружить свитки, про которые говорил дядя, оказалось довольно легко, кроме них в маленьком сейфе лежала лишь пара роскошно оформленных талмудов. Один с законами Эквитании, второй содержал правила придворного этикета, выучить которые у дяди никогда не хватало терпения, вот и держал том под рукой.

Дорд вернулся на кресло и не спеша развязал стягивающий свитки шнурок, потом взял в одну руку первый свиток, в другую - слегка остывшую чашку, пить слишком горячее он никогда не любил. И не столько потому, что герцог считал это очень вредным для здоровья, сколь от решимости характера, торопящего проглотить любой напиток махом. А вот с крутым кипятком такое не проходило, не раз ему пришлось обжигать язык, пока не взял за правило давать чаю немного остыть.

Однако первые же строки, написанные сухим языком полицейского рапорта, заставили герцога сначала забыть про чай, а потом и вовсе отставить чашку прочь. Все прочитанное было слишком серьезным и неожиданным, чтобы отбить всякий аппетит на несколько дней. И как он подозревал, начались настигшие Дорда события, вовсе не сейчас, а еще тридцать с лишним лет назад. В тот самый день, когда его отец одновременно разорвал помолвку с принцессой соседнего Имганта, и отказался от трона в пользу младшего брата. Оставив за собой лишь небольшое Анримское герцогство, расположенное под самыми горами и не имевшее никакого стратегического значения.

И все это только для того, чтоб жениться на девушке недостаточно знатного для короля происхождения и совершенно невыгодного для королевства положения. Попросту - на дочери одного из тех обедневших аристократов, которых так любят звать на торжественные семейные мероприятия купцы, и которым они же так не любят давать в долг. Впрочем, потеря королевского трона никогда не удручала Дорданда, еще лет в двенадцать он сообразил, что если бы отец женился на другой женщине, и не весной, а осенью, как намечалось ранее, то его самого и на свете никогда бы не было. К тому же обязанностей и обязательств и у герцога столько, что иногда он с удовольствием сменялся бы с Эртрайтом, своим двоюродным братом, бывшим лишь на пару лет его моложе и в неисчислимое количество раз беднее. И потому не имевшего абсолютно никаких обязанностей.

Что, впрочем, совершенно не мешало парню быть настолько открытым и обаятельным, что его любили абсолютно все, от добродушных кухарок, до слегка сумасбродного и рассеянного старичка магистра. Нашедшего, кстати, в Эртрайте какие-то способности и пытавшегося заставить герцогского кузена и бессменного участника всех его детских шалостей серьезно учиться магии.

И все в их жизни было просто прекрасно до сегодняшнего дня… вернее до середины лета, ведь именно тогда король впервые заикнулся о необходимости женитьбы. Как Дорданд теперь понимает, потому он и начал эти осторожные и бесполезные уговоры, что именно тогда получил первый из доносов. Оказывается Имгант не оставил надежд на объединение с Эквитанией, и теперь настойчиво предлагал королю Багранту Теориду Кайгарскому двойной союз. Старшая принцесса Имганта предназначалась Дорданду, а ее брат и наследник предлагал свою мозолистую руку заядлого охотника и дуэлянта юной Онгелии, старшей из дочерей Багранта, но не старшей из его детей.

И если эти свадьбы состоятся, то за жизнь и здоровье наследника Эквитании никто из его подданных не даст и потертого медяка. Неудивительно, что дядя так забеспокоился. Впрочем, он вовсе не заставлял Дорданда жениться на принцессе Имганта, как раз наоборот, предлагал выбрать невесту из любой другой страны, тогда и помолвка Онгелии может со временем расстроится. В конце концов, ей пока всего четырнадцать.

Но самое неприятное было вовсе не в этом. Королева Имганта вместе с советниками и магами опутали Эквитанию целой сетью интриг и сумели внедрить своих агентов не только в штаб армии и полицейское управление, несколько дней назад пойман на горячем секретарь одного из ближайших советников Багранта.

- Прочел? - и почему герцогу кажется, что дядя пришел слишком рано?

- А ты… не мог бы немного потянуть время? - даже не надеясь на положительный ответ, осторожно намекнул Дорд.

- И так уже больше года тяну… сам знаешь, насколько мы от них зависим. Все торговые пути на север и восток идут через Имгант, гильдия купцов уже жалуется… что снова повышена плата за проезд через мосты и городские ворота.

- Но если я женюсь… заметь, это только предположение, - сразу расставил все точки герцог, - не получится так, что они начнут охотиться за моей семьей?

- Я тут внимательно изучил этикет и законы Имганта, после свадьбы ты станешь им неинтересен, имгантские принцы не имеют права жениться или выходить замуж за вдовцов. Этот закон когда-то успешно применил твой отец… сработает и с тобой. И не смотри на меня как на зверя, ты даже не представляешь, какую кропотливую подготовительную работу провели мои люди. Все кандидатки, как одна, красивы, молоды и образованны… тебе остается только выбрать.

- А принцесса Имганта… не сообразит, что её намереваются обмануть? Или ты надеешься, что тебе удастся провести это мероприятие втайне от их шпионов?

- Вот это и есть самое плохое… о чем я тебе пока не сказал. Разумеется, мы не смогли обойти их разведку и получили письменную просьбу почти сразу, как только определили место для смотрин.

- Что? - тренированная выдержка на миг изменила герцогу, - каких еще смотрин?

- Успокойся… так я условно называю мероприятие знакомства с принцессами и девушками знатных родов. Внешне все очень благопристойно, ты отправишься в обычную осеннюю поездку на воды… лекари найдут, от чего тебя поить арзамом, - теперь, когда несговорчивость племянника поколебалась, его величество был само терпение и кротость, - ты будешь жить в моем дворце и устраивать вечера и балы… чтоб не скучать. Можешь взять с собой несколько холостых друзей… только предупреди… чтоб вели себя достойно. Как ни печально, принцесса Имганта тоже приедет… в письме сказано, что лекари настоятельно рекомендуют ей именно наши воды. Но дворец ей предоставят в другом конце Дивноводска, так что встречаться вы будете только на званых обедах… это все что я смог сделать. Зато за время твоего отсутствия я постараюсь разобраться с основными проблемами… не хочу ничего заранее обещать, но все возможно…

Пилюлю пытается позолотить, насмешливо фыркнул герцог, легче всего пообещать, что выбор невесты всего лишь отвлекающий маневр. А потом развести руками, мол, ничего нельзя было поделать. Впрочем, он и сам не беззубый щенок, и постарается это доказать нахальным претенденткам на его руку и свободу. Главное тут, безусловно, - свобода. Руку он может на ночку одолжить любой из этих девиц, вместе со всем остальным, разумеется.

- Сколько у меня времени в запасе? - не тратя напрасно слов на многозначительные, но пустые рассуждения, напрямик спросил Дорд.

- Почти неделя, желающие отведать дивных вод принцессы и знатные девицы начнут прибывать к первым числам десятой луны.

- Маловато, - едва заметно скривился герцог,- впрочем, дороги осенью обычно непредсказуемы… стало быть я успею съездить домой. Пойду, скажу… пусть оседлают Грома.

- Его уже оседлали, - вызванный звонком секретарь как обычно бесшумно возник на пороге, - а ваш камердинер собрал сумки. Карета и охрана тоже готовы.

Ну, дядя, искренне восхитился Дорд, все предусмотрел. И раз в его согласии тоже был заранее уверен, зачем устраивал этот спектакль?

- Лошадей распрячь нетрудно, - ответил на незаданный вопрос догадливый король, - а в том, что ты захочешь навестить свой замок, и прихватить с собой Эртрайта и магистра Гизелиуса я как-то не сомневался.

Высокие башни Анримского замка показались только из-за последнего поворота, и сердце Дорда забилось сильнее. Он любил свой дом, любил дикие скалы, между которых несся бешенный ледяной Харог, любил засыпать и просыпаться под непрекращающийся шум водопада, над которым был переброшен бревенчатый пролет подъемного моста. Единственная дорога вела в замок именно по нему, и отец обычно шутил, что достаточно поднять мост, и никто никогда не сумеет захватить Анрим. И это была шутка, потому что захватывать Анрим никто и не собирался.

Дорданд вообще в последнее время начал догадываться, что отец именно потому и выбрал из всех королевских имений это герцогство, что на него не стал бы покушаться ни один безумец. Затратить неимоверные усилия на осаду и получить в итоге отдаленную от всех стратегических путей и доходных местностей каменную громаду не был готов ни один полководец.

Дорд помнил подслушанный в детстве разговор, когда дядя уговаривал отца принять под свою правление одну из южных, богатых и оживленных областей. Однако герцог Анримский в тот раз отшутился, заявив, что желает спать спокойно и иметь возможность в самом крайнем случае предоставить брату надежное убежище. Багрант тогда пылко объявил, что такого случая не будет… и юный Дорд был с ним полностью согласен.

А вот теперь был полностью согласен с отцом… и неимоверно сожалел, что никогда уже не будет возможности сказать это, глядя тому прямо в глаза. Ему и матери. Острая боль полоснула по сердцу и Дорд поторопился отправить ранящие воспоминания как можно дальше… в те неприкосновенные уголки памяти, где каждый хранит самые горькие и обидные моменты случившиеся в его жизни.

- И что ты так рано вернулся! - еще в воротах встретил Дорда недовольный голос Райта, - я немного не успел доесть слоеные пирожки с гусятиной…

Но в глазах кузена вперемешку с тревогой мелькала искрометная радость, наполняя сердце герцога теплом. И даже назойливые, тяжелые мысли о предстоящих смотринах отступили, растаяли в сиянии радостных улыбок, встречающих Дорда на каждом шагу. В замке молодого хозяина любили и искренне жалели, шутка ли, в одночасье остаться сиротой!

Но вслух старались ничего не говорить, не след без конца бередить и так кровоточащую рану, зато стремились всячески угодить молодому хозяину. Да он и заслуживал, дай боги всякому таких хозяев! Никогда даже голос не повысил, во всех ссорах и жалобах разбирался лично и судил виновных по справедливости, но без жестокости.

Впрочем и Дорд не представлял, как иначе обращаться с людьми, чьи отцы и матери много лет верно служили еще его отцу?

- Я давно подозревал, что для тебя пироги с гусятиной дороже брата, - герцог с наигранной грустью поднял глаза к небу, но не выдержал, соскочил с лошади и на миг крепко стиснул плечи Эртрайта, - ну, пошли, взглянем, хватит там мне червячка заморить? Линот, следом карета едет, не поднимайте мост.

- Да мы видели, - весело признался Райт, - как только кривой Том углядел на нижней дороге всадников, все успели побывать на башне. А тетушка Мирит сразу в подвал полезла, за готовым тестом и начинкой. А зачем тебе карета? Да еще и королевская?

- Вот умоюсь, поем и расскажу, - загадочно хмыкнул герцог, но по темной тени, промелькнувшей по его лицу, кузен сразу сообразил, что новости вовсе не такие уж радостные.

- Но ведь тебе не обязательно жениться на первой попавшейся? - потягивая молодое вино, размышлял Эртрайт вслух, когда блюдо с пирожками почти опустело, да и прочих закусок заметно поубавилось, - раз есть возможность приглядеться… выбрать, наконец.

- Райт, я слишком хорошо знаю… какой должна быть семейная жизнь, - пожалуй, впервые за все годы герцог так откровенно говорил с кузеном на эту тему, - и на меньшее никогда не соглашусь. Мои родители пошли на все… чтобы быть счастливыми, ведь не только отец принес в жертву любви трон и родной замок. Матери тоже пришлось не сладко, ее пытались убить, подкупить, запугать… Так вот… я точно знаю, что смогу ради настоящей любви пожертвовать всем, осталось найти ту, ради которой захотелось бы пойти на жертвы. Пока… как ты отлично знаешь, мне такая не встретилась. И я очень сомневаюсь, что встретится в дядином замке на водах. Ты же видел всех этих богатых невест… спесивы, крикливы и глупы… как индюшки.

- Знаешь… раз уж мы говорим так откровенно, - поднял от бокала совершенно трезвый взгляд Эртрайт, - мне кажется, что ты до сих пор и не пытался их рассмотреть. Ведь каждую девицу, подошедшую ближе, чем на два шага, ты сразу поливаешь таким презрительным и холодным взглядом, что у бедняжек губы дрожать начинают.

- И совсем не каждую… - чисто из чувства противоречия пробурчал Дорд, - иногда я совсем не против…

- Это "иногда" бывает только в Подгорье, в заведении мадам Стефы, - едко откликнулся Райт, - и потому не считается. Там все мы смелые… а вот на осеннем балу, две недели назад…

- Не нужно про бал, думай лучше о будущем, - торопливо перебил кузена герцог, и сам прекрасно знавший, что на том балу повел себя не самым достойным образом.

Так не стоило показывать ему заранее длиннющий список, где отметились все, желающие потанцевать с молодым хозяином этих мест. От такого "милого" сюрприза у кого угодно настроение испортится, стоит лишь вообразить предстоящие танцы с толпой щедро политых разнообразными духами девиц от пятнадцати и до тридцати пяти лет. Если бы это было в его власти, Дорд давно запретил бы девушкам пользоваться разными духами, причем в таком количестве. Ведь все эти запахи остаются на его парадном камзоле, и, постепенно смешиваясь, к концу вечера образуют неописуемый букет. В смысле, никто не сможет его описать, и остаться при этом в здравом уме.

- А вот мне кажется, наше юное дарование произнесло только что очень здравое предложение… - за пустой болтовней друзья совсем забыли про третьего сотрапезника, магистра Гизелиуса.

- Что?! - искренне изумился Райт, даже не заметивший, чтобы он вносил какое-то там предложение.

- Ну как же, - магистр укоризненно вытаращил на своего ученика желтоватые глазки, - ты же сказал, нужно хорошенько присмотреться, и при этом позволить девице показать себя.

- Ну да… было что-то такое, - не совсем уверенно пробормотал кузен, - но ведь…

- И ты снова прав! - многозначительно поднял палец вверх маг, - У него нет такой возможности! Следовательно - нам нужно ее создать!

- Как это… создать? - Невольно забеспокоился Дорданд, прекрасно осведомленный о присущем магистру авантюризме, - из чего создать?

- А вот из Райта и создадим… - в глазах мага заиграли хищные огоньки, - очень удачно все сошлось, и роста вы одинакового и все твои привычки и тайны он знает… абсолютно беспроигрышный вариант.

- Э-э! Учитель! Вы это о чем? - Райт не на шутку насторожился, - может… не нужно?

- Как это не нужно? - искренне возмутился Гизелиус, - ты желаешь помочь другу, или нет?

- Разумеется желаю… только не понимаю…

- Зря я тебя называл сообразительным и перспективным, если ты собственное предложение до конца осознать не можешь, - в голосе мага звучало нетерпеливое пренебрежение, - все очень просто… на водах ты будешь изображать Дорданда, а он твоего камердинера. Вот тебя ему, к сожалению, не сыграть, не потянет. Значит, объявим, что ты уехал погостить к родственникам, у тебя ведь куча тетушек, значит, можно не уточнять… к которой именно.

- А это еще зачем?! - не понял герцог.

- Дорд, ты плохо слушал короля или чего-то недопонял?! Раз шпионы проникли даже в полицейское управление, не может быть, чтоб никого не подсунули к нам. Я сейчас же займусь тщательной проверкой, но выехать нам лучше как можно быстрее, - теперь старый магистр, обязанный отцу герцога жизнью, был на удивление серьезен и категоричен.

Райт уехал из замка почти сразу после обеда, ради конспирации. И ради нее же, проклятой, Дорд впервые за многие годы не провожал друга до поворота дороги. Да и вообще не провожал.

- Пусть все думают, что вы поссорились насмерть, - безапелляционно заявил Гизелиус, взявшийся за организацию задуманного со свойственным ему энтузиазмом.

И категорически запретил герцогу даже с башни вслед кузену посмотреть. Разумеется, Дорданд и не подумал бы так безоговорочно слушать старого чудака, если бы и сам не был уверен в его правоте. Сложив в уме некоторые факты, мелочи по сути, которым ранее не придавал никакого значения, геоцог с горечью в сердце признал, что оказался легкомысленнее магистра. В Анриме действительно завелась крыса, и понимать это оказалось неожиданно больно. Мало того, что все слуги жили в замке на полном обеспечении, они еще и получали очень приличное жалованье, а кроме него премии и подарки к праздникам и дням рождения.

И теперь мрачный герцог валялся на собственной постели прямо в сапогах, хотя раньше никогда себе такого не позволял. Считая это неуважением к нелегкому труду прачек и гладильщиц. А простодушные слуги ходили вокруг на цыпочках, наивно считая, что хозяин так остро переживает ссору с другом.

Несколько ваз с жареными орешками, соленым миндалем и фруктами стояли на краю ложа, и Дорд по очереди совал в них руку, даже не замечая, что именно бросает в рот. Когда человека диким зверем грызет нетерпение, ему абсолютно не до того, что грызет он сам. Гизелиус уже пару часов бродит по замку с отрешенным видом и никто, кроме хозяина, даже не догадывался, что старичок вовсе не придумывает, по обыкновению, рецепт какого-то зелья, а шарит в головах домочадцев. Вернее, в содержимом их голов.

И когда магистр вдруг резко развернулся и торопливо засеменил в сторону центральной башни, в которой находились господские покои и его собственная спальня, ни у кого не возникло даже малейшего подозрения. Свои ментальные способности старичок держал в строгом секрете и пользовался ими с большой осторожностью.

Да и была тому очень веская причина, как-то по молодости согласился маг провести незаконный сеанс прослушивания мыслей, и даже не столько необычайно щедрая оплата заставила его нарушить незыблемое правило, сколько искреннее сочувствие к клиентке. Подозревавшей своего частенько не ночевавшего дома мужа в изменах. Однако дело обернулось неожиданной стороной, муж оказался не гулякой, а шпионом, причем очень хорошо защищенным от прослушивания. Разумеется, магически. И эта защита со всей мощи шарахнула по несчастному Гизелиусу, не нашедшему ничего лучше, чем прослушивать подозреваемого во время многолюдного приема во дворце посла. Ну и конечно, на том приеме инкогнито присутствовали магистры. И даже не один, а трое. Эквитанский и два иностранных. Все они одновременно засекли выброс энергии и ринулись на него как воронье на падаль. В итоге шпиона поймали, мага успели спасти, но только от смерти. Безумца, преступившего кодекс магов, от суда объединенного ковена спасти невозможно.

Вот тогда и вмешался в дело юный король Агранат Теорид Кайгарский, пославший в ковен официальное заявление, что маг действовал по его тайному поручению, и имел задание выследить шпиона. Но не сдержался, по молодости и неопытности применил недозволенный прием, так всё ведь от чрезмерного усердия, да от уверенности в том, что поднадзорный граф шпионит против собственного королевства. Ковен не стал ссориться с королём и отдал ему магистра под поручительство, а Гизелиус с тех пор искренне предан его семье.

- Ну? - Герцог так резко дернулся навстречу вошедшему, что нечаянно столкнул одну из ваз, и орешки крохотными мячиками запрыгали по паркету.

- Тсс! - Плотнее прикрывая дверь, прижал палец к губам старик, - все не так просто.

- Заговор?! - неожиданно хриплым голосом несчастно осведомился Дорд.

- Не совсем. - Магистр неодобрительно покосился на творящееся в комнате безобразие и сделал витиеватый знак рукой.

Ваза медленно перевернулась и взлетела на столик, орехи так же неспешно поднялись с пола и стайкой потянулись в нее.

Гизелиус довольно кивнул, и фамильярно захватив с вазы персик, сел на покрытую мягким ковром широкую скамью.

- Ты помнишь, в прошлом году сын Шамма и Ренаты, который служит королевским гвардейцем в Гортвальде, женился? Так вот, его жена почти сразу понесла, и он привез ее сюда… на свежий воздух, - магистр, как и Райт, имел разрешение называть своего господина на ты, и без зазрения совести им пользовался.

- Гадина… - процедил сквозь зубы герцог, сразу припомнив смазливую и шуструю девицу, пытавшуюся поначалу строить ему глазки.

Вот только Дорданд свято выполнял наказ отца никогда не заводить шашни в собственном гнезде.

- Да нет, скорее просто падкая на деньги и удовольствия дуреха, - печально помотал седой головой магистр. - Ее, как воробья на мякине, поймал на давно известную уловку опытный шпион, и теперь шантажом заставляет писать подробные отчеты обо всем, что происходит в Анриме. Эти письма она посылает обычной почтой своей матушке, а шпион перехватывает где-то в пути. Это она точно знает, матушка жаловалась, что редко получает весточки. Что меня порадовало… теперь шпионка действительно ждет ребенка, любит своего мужа… и очень боится разоблачения. Я думаю… следует ее перевербовать, пусть пишет то, что нам выгодно. Ты не мог бы позвать ее сюда… и поговорить?

- Извини, но я слишком зол. - Категорично отказался Дорд, - позови к себе, тебе тоже не помешает уборка. Особенно в кабинете.

- Ты что?! - глаза мага от возмущения стали вдвое больше обычного, - я как раз заканчиваю важный эксперимент… ни в коем случае.

С каких пор магистр начал обходить женщин стороной, особенно молодых, не ведал никто, но о том, что ему лучше змею ядовитую положить на соседнее кресло, чем посадить кокетливую женщину, знали все.

И молодой герцог не был исключением, поэтому проследил страдальческим взглядом за сбегающим магом и дернул шнурок.

- Монрат… - мрачно приказал вошедшему камердинеру - позови сюда служанку, ту, новенькую, я орехи рассыпал, не Фиру же заставлять?