- Ты сведешь меня с тем охотником? - вопросом на вопрос ответила девушка.

  - Да, давай так договоримся, - отец посмотрел ей в глаза. - Через декаду начинаются Празднования. Потом будет Исход. Как все закончится, мы вернемся к этому разговору.

  - Я согласна, отец. Но только не думай, что сможешь уйти от этого разговора.

  - Вылитая мать, - Верховный улыбнулся, - давай ступай, тебе еще к Ритуалу готовиться. Не забыла?

  - Тебе что, так не терпится меня посватать? - наигранно насупилась Клео.

  - Не говори глупостей! - расхохотался Верховный. - Со времен Арчи Мудрого никому еще не удалось победить в Большой Охоте. Мне вообще кажется, что этот Ритуал выдумала его младшая дочь назло всем мужчинам. Она была до того страшная, что даже запрещала себя рисовать. Несмотря на ее влиятельного папашу, ее никто в жены не брал. Так, говорят, девицей и померла.

  - Мне мама рассказывала, как ты этот шрам получил, - Клео коснулась лба отца.

  - Молодой был, - деланно вздохнул Верховный, - думал, что только так и смогу обратить на себя ее внимание.

  - Ну так удалось же? - улыбнулась Клео. - Мама говорила, что когда увидела тебя в луже крови, то дала себе слово, что если ты выживешь, убить тебя собственными руками.

  - Да? Вот как? - поднял брови Верховный. - Она мне этого не говорила. - Потом, рассмеявшись, добавил: - Вообще-то, она всегда сдерживала свои обещания.

  - Это любовь, да, папа? - Клео немного погрустнела - Мне кажется, я так сильно не смогу никого полюбить.

  - Ну-ну, - Верховный нежно похлопал ее по спине, - я еще внуков понянчить собираюсь.

  - Ну этого уж точно не дождешься! - фыркнула девушка и, поднявшись на цыпочки, поцеловала отца в лоб. - Все, мне пора идти готовиться, вдруг найдется смельчак вроде тебя. Я должна быть неотразима!

  - Беги-беги, - улыбнулся отец и уже вдогонку прокричал: - Я слышал, тетушка Лу тебе с нарядами помогает?

  - Потом все узнаешь! - уже из-за двери донесся голос Клео.

  ***

  Когда охотники сошли на берег, было уже темно. "Здесь быстро темнеет, - размышлял Ник, - наверно, я где-то в экваториальной зоне планеты. Что это мне дает? - спросил он себя и невесело усмехнулся: - Пока, ровным счетом, ничего".

  Доминия освещала порт своим уже ставшим для Ника привычным изумрудным светом. Он мог хорошо видеть практически в полной темноте. Но добавочное освещение, которое давала вторая планета этой звездной системы, позволяло видеть гораздо дальше. Он с любопытством крутил головой во все стороны. Ник поймал себя на мысли, что похож сейчас на Сита. Мальчик с открытым ртом рассматривал неизвестные ему механизмы и погрузочные приспособления, которые в изобилии стояли на пирсе. Да и сам Ник не мог отделаться от ощущения, что они приплыли не на пароме, а как будто перенеслись на машине времени. "Из неолита прямиком в средневековье, - промелькнуло у него в голове, - какие сюрпризы еще готовит мне эта странная планета?"

  Его заинтересовал корабль, лениво покачивающийся в самом конце причала. Он был одномачтовый. По бокам в ряд с равными промежутками шли отверстия, предназначавшиеся, скорее всего, для весел. По всей видимости, там шли какие-то разгрузочные работы. Ник разглядел механизм, напоминающий подъемный кран с длинной стрелой. Похоже было, что его приводили в действие с помощью сложной системы всевозможных лебедок и противовесов.

  В этот момент со стороны корабля донесся громкий протяжный рев. Охотники тотчас же остановились и напряженно начали всматриваться в ту сторону.

  - Рогач! - Валу непроизвольно схватился за висевший на поясе длинный нож.

  - Взрослая тварь! - подтвердил его слова Рон.

  - Мерзкие бородавочники! - выругался Валу в сторону оставшихся на пароме стражников. Он никак не мог смириться с тем, что их заставили оставить копья на том берегу.

  - Зачем они его сюда привезли? - высказал общий вопрос Сит.

  - К Большой Охоте готовятся, - ответил Шептун. - Празднование Первого Исхода уже скоро начнется.

  - Нашли что праздновать, - проворчал Валу и, скривившись, добавил: - Горожане, что с них взять...

  Тем временем с пирса что-то закричали, и послышался звук работающей лебедки. Над темнеющим бортом корабля медленно показалась огромная клетка. Послышался еще один душераздирающий рев, и клеть начало раскачивать из стороны в сторону. Теперь уже с баржи донеслись крики людей. До охотников долетали только обрывки ругательств. Сзади раздался топот. Мимо них пробежало не меньше дюжины стражников. У каждого за спиной болтался арбалет. Последним бежал, видимо, старший.

  - Тысячу мерзляков вам в задницу! - орал он, подгоняя солдат. - Быстрее шевелите лапами, беременные желтобрюхи!

  Тут он заметил замерших охотников и резко остановился перед ними.

  - Чего глазеете, лесовики? - заорал он. - Своего сородича давно не видели? Пошли, пошли отседова!

  - Уже уходим, уважаемый, уже уходим, - быстро залепетал Шептун и, обращаясь уже к охотникам, сказал: - Пойдемте, пойдемте. Что мы, правда, рогача никогда в жизни не видели?

  Видимо удовлетворившись ответом, стражник окинул их напоследок недобрым взглядом и бросился догонять своих солдат.

  Охотники немного потоптались на месте, еще раз посмотрели в сторону корабля. Стрела крана уже перенесла клетку на берег и, сильно треща, стала медленно опускать ходящую ходуном клеть.

  - Все обойдется, - буркнул Шептун и пошел в сторону портовых ворот.

  Охотники потянулись за ним.

  У ворот их снова остановили два заспанных стражника. Один покрутил в руках подорожную и, зевнув во весь рот, вернул ее Шептуну.

  - Что за манера по ночам шляться? - проворчал он, пропуская их к выходу. - Пошли отсюда! И не забудьте отметиться в дорожной канцелярии!

  Когда ворота за ними с лязгом закрылись, все вздохнули с облегчением.

  - Какие-то эти горожане все нервные, - подвел итог Валу, - никогда не любил сюда ездить.

  - А где Город-то? - нетерпеливо поинтересовался Сит.

  - Сегодня переночуем у одного моего знакомого, а завтра отправимся с утра пораньше, - сказал всем Шептун. - Если поторопимся, то уже до заката в Городе будем.

  Дом знакомого Шептуна оказался, по счастью, недалеко. Старик как-то замысловато постучал в дверь, и вскоре она со скрипом отворилась. На пороге возник мужчина почтенного возраста. Он вместо приветствия кивнул и снова скрылся за ней. Шептун махнул охотникам рукой, предлагая следовать за ним, и прошел в дом.

  Комната оказалась довольно просторной. Посередине стоял небольшой стол, уставленный нехитрой снедью. По всему было видно, что их уже ждали. Вдоль стен располагались три топчана. Валу первым делом направился к столу, откупорил стоявший там бурдюк и сделал три добрых глотка.

  - Единственно, что мне нравится у горожан, так это их вино, - рыгнув, произнес он, - если бы в Долине такое делали, ноги бы здесь моей не было.

  - Не увлекайся, Валу, - сказал Рон, отбирая у него бурдюк. Потом, тоже хорошенько отхлебнув, добавил: - Не забывай, мы тут по делу.

  Охотники быстро перекусили и легли спать. Рон с Валу устроились на полу, подсунув мешки себе под головы, и дружно захрапели.

  Сит, Шептун и Ник легли на топчаны. Они были жесткие и пахли травой.

  "Что день грядущий нам готовит?" - на ум Нику вдруг пришли строчки когда-то услышанного стихотворения, и он провалился в сон.

  Ему опять снились звезды. Было ощущение, что он стремительно летит в пространстве и его цель впереди - маленькая, еле мерцающая звездочка. Ник чувствует, как его скорость стремительно возрастает. Звезды вокруг него вытягиваются в тоненькие светящиеся нити. Звездочка, наконец, начинает приближаться, увеличиваясь в размерах. Потом она раздваивается, и Ник понимает, что это глаза. Ник всматривается в них что есть силы. В лицо ему начинает дуть ветер. Ник пытается прикрыться от него рукой, но руки не слушаются. Он летит все быстрее и быстрее. Постепенно вырисовывается какой-то силуэт, и ему приходится щуриться, чтобы разглядеть его получше. Тут время замирает, и Ник видит красивое лицо девушки, окаймленное густыми каштановыми волосами. Большие чуть раскосые глаза смотрят на него внимательно и как бы удивленно. Ее полные, чувственные губы складываются в улыбку и голосом Умки произносят: "Я жду тебя, Большой Человек".

  - Вставай! Все уже заждались тебя! - Сит тормошил его за плечо. - Сколько можно спать?

  - Что, уже утро? - Ник протер глаза. За окном светало. - Чертовщина какая-то! - по-русски выругался он.

  - Что ты сказал? - Сит уже надевал свой заплечный мешок. - Догоняй давай! Скоро Город увидим!

 ***

  Идти было легко. Дорога была ровная и широкая. За ней явно следили. По обе стороны ее на всей протяженности были прокопаны канавы. Ник, поразмыслив, решил, что это для стока воды. Дорога проходила вдоль людских поселений. Деревнями их назвать у Ника язык не поворачивался. Дома были добротные и, как правило, все в два этажа. Некоторые напоминали небольшие за́мки. Почти все были окружены высокими каменными оградами. Кое-где играла музыка, слышался детский смех.

  Охотников несколько раз обгоняли повозки, запряженные четвероногими животными, очень напоминающими земных лошадей. Ник, как в первый раз их заметил, так чуть дар речи не потерял. Издалека их вообще было не отличить. Может быть, гривы были менее густые, да хвосты короче. Вот и все отличие. Да и мало ли разных конских пород на Земле. Может, и точно такие есть.

  Потом он стал размышлять: а что, собственно, его так это поразило? Почему-то, когда он в первый раз на болоте увидел охотников, его совсем не удивило, что они как две капли воды похожи на среднестатистического землянина. Ну, может, пониже ростом, а так если помыть как следует, да и постричь, что желательно, так и не отличишь. "Вообще-то помыться и мне совсем бы не помешало", - скептически осмотрел себя Ник. Но все равно весь оставшийся путь у него в голове крутилась какая-то мысль, которая никак не хотела формулироваться. Из задумчивости его вывел восторженный возглас Сита:

  - Город! Великий Город! - Мальчик, пока шли, все время вглядывался вперед и заметил его первым.

  В течение последующего часа охотники миновали еще три контрольно-пропускных пункта. Проблем не возникало. Беглый взгляд на подорожную, быстрый визуальный осмотр, и они продолжали свой путь. Единственно на последнем, третьем, им пришлось с полчаса подождать. Там скопилась большая группа таких же, как и они, пеших путников и дюжина груженых повозок. Стоял шум голосов, звучала легкая брань. Торговцы, которым и принадлежали эти повозки, вели словесную перепалку со стражниками.

  - А я вам опять говорю! - красномордый страж, то и дело поправляя висевшие у него на поясе внушительного вида ножны, пытался перекричать толпу. - Центральные ворота закрыты! И будут закрыты до начала Празднования. Что тут непонятного? Повозкам въезд через Западные, пешие идут через Восточные!

  Толпа в ответ возмущалась, кто-то тянул ему какие-то бумаги, другие обещали пожаловаться на самоуправство. Шептун подал незаметный знак охотникам. Они, не останавливаясь, обогнули кричащую толпу и подошли к пропускному пункту с левого края. Старик ловко проскользнул прямо к здоровенному стражу, с безразличным видом взирающему на гомонящих торговцев, и протянул ему подорожную.

  - А ну расступись! - бросив на нее один только взгляд, заорал тот. Толпа шарахнулась в разные стороны. Понизив голос, он уже тише добавил охотникам: - Проходите живее. Туда идите, через Восточные.

  - Что это со стражей такое случилось? - удивился Валу, когда охотники отошли на почтительное расстояние. - Никак Ушедшие вернулись, что нас вперед всех везде пропускать стали?

  Шептун в ответ только рукой махнул.

  "А город-то и впрямь Великий, - думал Ник, глядя на возвышающиеся белокаменные стены. - Из чего они сложены, интересно? Как будто отполированный мрамор". С этого расстояния стены казались сплошным монолитом. Не было видно ни стыков, ни швов. "Высота не меньше тридцати метров, - мысленно прикинул Ник, - а с башнями и все сорок. Интересно, откуда строители взяли столько камня? Я еще ни одной мало-мальской горной гряды здесь не встречал..." "Ты многое тут еще не видел", - назидательно напомнил он себе.

  Шептун уверенно вел их по узким улочкам. Видно было, что он чувствует себя здесь как рыба в воде. Чего нельзя было сказать об остальных. Каменные стены домов, возвышающиеся над их головами, и множество снующих по своим делам горожан действовали на охотников раздражающе. Да и они явно выделялись в этой суетливой, галдящей и пестро одетой толпе. Ник шел по скользкой брусчатке, аккуратно переступая через валяющийся под ногами и плохо пахнущий мусор, стараясь не задеть быстро идущий навстречу народ. "Муравейник просто какой-то". От этой суеты у него уже начало рябить в глазах. Охотники миновали большую оживленную площадь, потом прошли вдоль шумных торговых рядов и, следуя за Шептуном, свернули на узкую тихую улочку.

  - Вот и пришли, - наконец произнес старик, останавливаясь возле небольшой двери, над которой был прибит кожаный сапог. - На всякий случай запомните, улица называется Скотобойная, а это сапожная мастерская Реда. Его тут все знают. - С этими словами он три раза постучал в дверь.

  Дверь со скрипом отворилась, и на пороге возник кучерявый мальчуган.

  - Здравствуй, Соня! - поздоровался с ним Шептун. - Отец дома?

  - Здравствуй, Шептун, - быстро оглядев охотников, ответил на приветствие мальчик. - Заходите, он вас уже заждался.

  К удивлению Ника, дверца вела не в дом, а в довольно просторный квадратный двор. Там стояло несколько станков, по всей видимости, с ножным приводом и еще какие-то не совсем понятные ему механизмы. В углу двора находились несколько больших чанов, соединенных между собой трубами. Рядом была навалена целая куча разной величины отрезков шкур.

  - Приветствую тебя, Шептун! - навстречу им вышел невысокий мужчина с закатанными по плечи рукавами. На нем был надет основательно потертый кожаный передник.

  - Приветствую тебя, Ред! - в тон ему ответил Шептун. - Вижу, мы оторвали тебя от работы?

  - Не говори глупостей, - обнимая Шептуна, проговорил хозяин, - ты же знаешь, двери моего дома всегда открыты тебе и твоим друзьям. - И уже обращаясь к сыну: - Соня, а ну-ка дуй быстро к матери, пусть стол накрывает! Люди, поди, проголодались с дороги.

 ***

  Шептун шел не торопясь. Перед выходом он сменил свою одежду и теперь походил на зажиточного горожанина, не спеша прогуливающегося по улицам Великого Города. Шептун никому бы в этом не признался, но, пожалуй, он любил этот город. Сейчас его ждала важная встреча. Ради нее он и проделал весь этот путь. Спутники были просто прикрытием. Все, кроме Ника. Неожиданно Шептун почувствовал слабость в ногах. "Ну-ну, - сказал он себе, - соберись, ты на верном пути. - Однако тонкий голос подсознания ехидно напомнил: - Двадцать лет тому назад ты точно так же шел по этим улочкам и думал: - Вот оно! Наконец-то это случилось! И что потом? Ты ошибся".

  - Не в этот раз! - Шептун не заметил, как выкрикнул это вслух. Запоздалый прохожий испуганно шарахнулся от него. "Надо успокоиться, это никуда не годится. На карту поставлено слишком много". - Он вдруг улыбнулся неожиданному воспоминанию - можно сказать, с игры в карты все то как раз и началось.

  Уже стемнело, когда Шептун подошел к нужному дому. Он специально так подгадал. Афишировать свой визит явно не входило в его планы. Он не спеша, прогулочным шагом обошел дом вокруг. Дом был большим. Его окружал высокий каменный забор с часто торчащими острыми пиками. По периметру дома шла плотная живая изгородь. У входных ворот несла караул вооруженная стража. Слышался лай собак. Шептун подошел к малоприметному проходу и, убедившись еще раз, что за ним никто не следует, нырнул туда. Калитка оказалась не запертой. Его ждали. Так и есть. Под навесом стоял слуга, держа в руке переносной фонарь. Он молча кивнул Шептуну, давая понять, что узнал его и, повернувшись, пошел по тропинке в сторону дома. Шептун так же молча последовал за ним.

  В большой зале, потрескивая, горел камин. По стенам висели бездымные факелы, приглушенно освещая полумрак комнаты. Из-за массивного стола, стоящего в углу, вышел грузный, невысокого роста человек, и слегка гнусавым голосом проговорил:

  - Здравствуй, Рич! Вот и опять свиделись. Не говори, что я еще больше потолстел и почти облысел. Я и сам это знаю.

  - Привет, Фрайс! Время не остановить. Я тоже рад тебя видеть.

  - Ну, давай, садись, устраивайся поудобнее. Вижу, с дороги ты, сейчас распоряжусь с ужином.

  - Не утруждай себя, я не голоден, - остановил его Рич.

  - Ну а бутылочку "Лаврейского", как в старые добрые времена?

  - От "Лаврейского" не откажусь, - улыбнулся Рич.

  - Пока Чет поднимет его из погребов, расскажи, как добрался? - Фрайс позвонил в колокольчик, который стоял на столе.

  В дверях тотчас появился слуга.

  - Чет, принеси-ка нам бутылочку "Лаврейского" урожая 170 года по старому летоисчислению, и фруктиков там организуй.

  Слуга исчез в дверях так же молча, как и появился.

  - Что рассказывать? - Поудобнее устраиваясь на мягком диване, начал Шептун. - Вояки на границе совсем обнаглели, жителей Прилесья совсем за людей не держат. Уже и подорожная от Арчи им не указ.

  - Да, это может стать проблемой, - кивнул головой Фрайс. - Выписать тебе бумагу за личной подписью Стража мне труда не составит. Но люди Судьи сразу об этом пронюхают. Тогда каждый твой шаг будет под контролем его ищеек.

  - То-то и оно, - охотно согласился Рич. - Пока как-нибудь сам. Шептуну многие стражники чем-то да обязаны.

  - Наслышан, наслышан, - заулыбался Фрайс. - А правда, что ты начальнику пристани зелье от бессилия даешь?

  - Это врачебная тайна! - в тон ему ответил Рич.

  - То-то я смотрю, Арчи на молодухе жениться собрался! - загоготал Фрайс.

  Сзади бесшумно появился слуга с большим подносом в руках. Поставив его на стол, он протер своей белоснежной салфеткой чуть подернутую старой пылью бутылку и ловко откупорил крышку.