Помоги проекту - поделись книгой:
Сдвоенные (для стереоскопической съёмки) зеркальные фотокамеры панорамного обзора крепились на борту не жёстко, а через оси вращения, что позволяло разворачивать их в разные стороны по мере пролёта спутника по заданной орбите над землёй. Такой процесс прочёсывания земной поверхности среди сотрудников разведки именовался «стрижкой газона» (mowing the lawn). При ширина фотокадра плёнки 6 дюймов (15 сантиметров) размер захватываемого при съёмке участка земной поверхности составлял около 700 километров, а фотокамеры в спутниках этого класса имели разрешающую способность порядка 2-3 футов, то есть от полуметра до метра.
Согласно документам, рассекреченным ныне в NRO, каждая из миссий спутников HEXAGON длилась в среднем около 124 дней (но в отдельных случаях доходила и до девяти месяцев). Спутник запускался на орбиту несущим на борту четыре возвратных капсулы, которые доставляли отснятый материал обратно на землю в акватории Тихого океана. Специальный самолёт-ловец C-130 отслеживал спуск возвратных капсул и перехватывал их в воздухе, подцепляя ценный груз весом около 900 кг за стропы и купол парашюта.
Столь замысловатая процедура не сразу пошла гладко. Весной 1972 контейнер с самого первого спутника KH-9 HEXAGON поймать за парашют не удалось, так что он утонул на дне Тихого океана. Фотоплёнки внутри защищённой капсулы содержали фотографии баз подводных лодок и ракетных пусковых установок СССР. Организовав сложнейшую и в высшей степени засекреченную операцию, ВМС США с помощью глубоководного аппарата Trieste II сумели-таки отыскать и поднять затонувший груз с глубины свыше трёх миль.
Одна из примечательных особенностей шпионских спутников США, созданных на рубеже 1960-70-х годов, — это их бросающееся в глаза сходство с внешним обликом космического телескопа «Хаббл». Этот факт, в частности, отметил побывавший на выставке американский астронавт Роб Лэндис, известный по участию в работе Международной космической станции, а прежде работавший в НАСА над программой «Хаббл». Кроме того, размеры как «Гексагона», так и «Хаббла» были непосредственно увязаны с размером грузового отсека в космических челноках Space Shuttle.
Это наблюдение астронавта подтвердил на выставке и один из бывших конструкторов американских космических кораблей, пожелавший сохранить анонимность. Он сказал, что знаком с упомянутыми программами и точно знает, что «грузовой отсек Спейсшаттла был по размеру сделан так, чтобы туда помещался KH-9». Длина «Гексагона» (20 метров), надо отметить, несколько больше, чем у Хаббла, но оба они по своим параметрам не только помещались в шаттл, но и подходили для ракетоносителей класса Titan (которым руководство разведки отдавало явное предпочтение, именуя шаттлы «flying turkey», то есть «летающая индейка»).
В общей сложности с калифорнийской авиабазы Vandenberg за период с июня 1971 по апрель 1986 года был запущен двадцать один спутник KH-9 HEXAGON. При самом последнем из этих пусков в апреле 1986 — всего через несколько месяцев после взрыва шаттла Challenger — также произошла катастрофа. Ракетоноситель Titan 34D взорвался спустя несколько секунд после старта, из-за чего космические разведывательные возможности NRO оказались сильно ограничены на многие месяцы.
Если же говорить о серии разведывательных спутников GAMBIT, то они, можно напомнить, начали свою шпионскую работу на орбите значительно раньше «Гексагонов». Первая система этого семейства, GAMBIT 1, была запущена на орбиту в 1963 году и несла на борту фотографический аппарат KH-7, включавший в себя камеру с семидесятисемидюймовым фокусным расстоянием.
Второе поколение этой фотосистемы, впервые запущенной на борту спутника GAMBIT 3 в 1966 году, было уже оснащено фотокамерой KH-8 с фокусным расстоянием 175 дюймов, или почти 4 с половиной метра. Какое именно разрешение давала эта фотокамера, толком неясно даже сейчас. В документах NRO на этот счёт сказано лишь то, что спутники серии GAMBIT 1 имели разрешение того же порядка, что и у «Гексагонов», то есть около 2-3 футов. Что же касается усовершенствованной системы GAMBIT 3, то она имела повышенное разрешение «лучше 2 футов». (Почему столь давняя информация удерживается в секрете, в общем-то понятно. Если, как говорят знающие люди, KH-8 давал разрешение 5-6 сантиметров, то можно догадаться, что у современных аналогичных спутников разрешение, по меньшей мере, не хуже.)
В общей сложности спутниковая программа GAMBIT работала свыше двадцати лет, в период с июля 1963 по апрель 1984. Хоть и не такие огромные, как «Гексагоны», аппараты «Гамбит» также имели весьма внушительные размеры и на регулярной основе запускались с авиабазы Ванденберг. Спутники серии GAMBIT 3 имели длину чуть менее 10 метров при диаметре полтора метра и весили неполных 2 тонны (1873 кг).
В отличие от долгоживущих на орбите «Гексагонов», спутники «Гамбит» были разработаны для краткосрочных разведывательных миссий. Так, первые аппараты серии GAMBIT 1 в среднем находились в космосе примерно шесть с половиной дней. Согласно рассекреченной документации, в общей сложности было сделано 38 таких запусков, однако 10 из них были квалифицированы как неудачные. Для спутников серии GAMBIT 3, находившихся с заданием на орбите в среднем по месяцу, та же статистика выглядит значительно лучше: в общей сложности 54 запуска, из которых не удались лишь 4.
На брифинге для прессы, устроенном в честь юбилея спецслужбы, представители NRO подтвердили ранее просочившиеся данные о том, что в поздний период эксплуатации аппараты KH-8 GAMBIT 3 и KH-9 HEXAGON применялись в тандеме, совместными усилиями фотографируя области особой военной значимости на территории СССР и Китая.
Выглядело это примерно так. Сначала «Гексагон» KH-9 снимал широкую полосу территории, которую затем на земле аналитики тщательно изучали на предмет так называемых «целей возможности». Как только такого рода потенциальные цели выявлялись, полёт другого аппарата, низкоорбитального KH-8, манёвром корректировали так, чтобы он сфотографировал интересующую площадь в намного более высоком разрешении.
Именно сейчас программы спецслужбы NRO — в отличие от остальных космических программ США как в гражданской, так и в военной областях — находятся на очень заметном подъёме. В обычные свои периоды NRO запускает в год порядка двух секретных спутников разведки. Однако за последние семь месяцев этого года NRO запустила на орбиту уже шесть спутников-шпионов.
Согласно предельно расплывчатым комментариям Олдена Мансона, бывшего замдиректора национальной разведки по закупкам и технологиям, в состав этой необычно крупной партии входит спутник, ставший «кульминацией геркулесовых усилий по преодолению болезненного начала новой программы», а также другой аппарат, представляющий собой «критично важную попытку по восстановлению возможностей, подорванных крахом и отменой предыдущей программы».
По комментариям подобного рода очень наглядно можно увидеть, что в NRO и впредь намерены максимально тщательно скрывать подробности о своей работе. Вот что, к примеру, говорит на данный счёт один из наиболее авторитетных независимых экспертов, Дуэйн Дэй, соредактор известного сборника об истории NRO «Глаз в небесах. История шпионских спутников Corona» (Eye in the Sky: The Story of the Corona Spy Satellites). По его оценкам, устроенное ныне рассекречивание может стать последним большим приоткрытием тайн NRO ещё на несколько десятилетий вперёд.
Общая политика в этой области, говорит Дэй, устаканилась, похоже, таким образом, что правительство не рассекречивает программы спутниковой разведки до тех пор, пока не пройдёт 25 лет после завершения полётов последнего космического корабля из этой серии. Принимая во внимание, что некоторые из спутников могут оставаться в производстве на протяжении нескольких десятилетий, а затем некоторые из конкретных разведывательных спутников продолжали работать на орбите до двадцати лет, можно сделать очевидный вывод. А именно: некоторые из проектов, стартовавших ещё в конце 1960-х и позднее, будут оставаться засекреченными на протяжении полувека или даже более после того, как они начали свои полёты.
Ну а почему даже рассекреченные HEXAGON и GAMBIT снова спрятали в недра секретных хранилищ, после всего лишь одного дня полузакрытой демонстрации? На этот вопрос никто так и не дал вразумительного ответа.
P.S. Да, и если кто-то вдруг не в курсе, почему все спутники видовой космической разведки США несут в своем названии буквы KH, то это просто сокращение от Key Hole, то есть «замочная скважина».
Кафедра Ваннаха: Нейросеть Поднебесной
Отождествление компьютерных сетей с нейросетями живых существ – вещь не новая. И отождествление государств с живыми организмами – штука ещё более старая. И, конечно, неточная. Но как парабола, как приём для рассуждения это вполне приемлемо. Так что если отождествить пользователя сети с нейроном, то самой большой нейросетью ныне обладает Китай. В нём к Сети осенью 2011 года подключено полмиллиарда человек. Это больше, чем население России и США вместе взятых…
О том, что самый большой рынок десктопов и ноутбуков ныне в Китае, мы уже писали. А теперь мы видим феномен – полмиллиарда человек с однородной культурой и единым языком, связанные почти мгновенными и почти бесплатными средствами связи (в пересчёте на стоимость передачи единицы информации). К чему это приведёт?
Ну, прежде всего, отбросим всякие там рассуждения о самозарождения разума в компьютерной сети. Это – для фантастов. Научность этой идеи – где-то рядом с самозарождением гомункулусов в бутылочке со всякой всячиной. Мелка эта сеть. Уступает по числу нейронов головному мозгу каждого из тех, кто сидит перед компьютерами.
Про Великий Китайский Брандмауэр тоже говорить сегодня не будем. Равно как и про прочие формы политической цензуры. Попытаемся прикинуть, что это значит для Китая как социально-экономического организма и для рядового китайца. Полмиллиарда душ, которые wired — «подключены». Сто тридцать миллионов из них проживают в сельской местности. Это – действительно то, чего не было в истории. Для пояснения этого вернёмся на век назад и переместимся на другой континент.
Американские историки, в частности бывший глава Библиотеки Конгресса Дэниел Бурстин, крайне высоко оценивают роль такого сервиса, как RFD – Rural Free Delivery. Сельская Бесплатная Доставка почты. Дело в том, что США – страна переселенцев. Переселенцев, которым участки, централизованно отнятые у индейцев кавалерией, раздавались бесплатно.
Но вот для того, чтобы приобрести право собственности на этот участок, переселенец должен был прожить на нём безвыездно пять лет. Значит, возникал образ жизни, отличный от деревень Европы, откуда прибывали будущие фермеры. Там крестьянин жил в деревне, отправляясь поутру на свой участок. А тут он был отделён от городка, куда ходил за покупками и письмами.
Дело в том, что в 1863 году Конгресс установил жалованье почтальонам, разносящим почту по домам. Но – благие пожелания политиков ограничивались доступными технологиями. Пройти по почтовым ящикам получалось только в городах. В 1887 году – в городах с населением не меньше 10 000 человек. Остальные – в 1890 году 55 миллионов из семидесятипятимиллионного населения страны – отправлялись на почту сами. Попутно отовариваясь и в ближайшем магазинчике, который был безальтернативен.
Но вот под занавес позапрошлого столетья стала появляться альтернатива ближайшим магазинам. Машинное производство требовало новых форм дистрибуции, и они были придуманы. Ну, в Гражданскую войну были произведены обмеры тел военнослужащих на предмет стандартизации обмундирования. Отсюда появились размеры одежды. А из них выросли универсальные магазины, торгующие готовым платьем. (Для того чтобы в наличии были требуемые размеры, роста и полноты, требуется довольно большой запас товара, а следовательно, и немалый капитал.)
А потом возник феномен торговли по каталогам. Легенда гласит, что железнодорожному агенту Сиерсу удалось «получить на реализацию» по двенадцать долларов позолоченные часы, которые в лавках продавались по 25 долларов. Но капитала у того не было. Он придумал предложить их по четырнадцать баксов, на одиннадцать дешевле, чем в лавках, другим железнодорожным агентам. Причём – в кредит. Безрисковый, так как с каждым агентом был трудовой договор.
Из этой мелочи возникли нынешние империи торговли по каталогам, предельно эффективной (на сегодняшний день) формой которых является торговля по интернету. Действительно, капитал не омертвляется в товарных запасах. Фабрики производят именно то, что нужно потребителю. Но – нужен рынок. Большой объём сбыта, позволяющий получать приличные прибыли, торгуя с минимально наценкой.
И вот этот объём рынка американским бизнесменам предоставила Сельская Бесплатная Доставка. Появилась она не сразу. Государство отнюдь не рвалось обеспечить сельским жителям новые услуги, так как для этого требовались немалые расходы. Но политики взялись за пропаганду Сельской Бесплатной Доставки, так как она казалась безобидной альтернативой получавшим в то время распространение революционным идеям. И в конце концов к 1906 году она была введена. А с 1 января 1913 года произошло её распространение и на посылки. Через год количество доставленных посылок составило триста миллионов.
И тут появилась альтернатива ближайшему магазину. Пришёл конец его монополии. Каталог товаров, доставляемых по почте, к 1917 году стал библией фермера. Да, большинство лавчонок с высокими наценками разорилось. Но большинство американцев получили возможность получать товары по низкой цене и в широком ассортименте. Так что в какой-то мере это помогло Америке миновать революционные бури, последовавшие за Первой мировой войной.
Ну а сегодня в Китае Сеть покрыла сельские регионы. Так о чём это нам говорит? Правильно. Появляется возможность для самого массового на планете применения самых передовых форм дистрибуции. Интернет-торговли. Сейчас в этом лидируют Соединённые Штаты, достойно хранящие наследие Сиерса сотоварищи… Но Китай их поджимает – ну позанимайтесь сами интернет-закупками, всё и увидите!
А возможность эффективно, то есть по низкой цене, отовариваться крайне важна и для производства. На нём пока, до пришествия роботов, работают люди. А у них тоже есть стоимость. Простое и расширенное воспроизводство рабочей силы. Так вот, одна и та же сумма денег может иметь совсем разную ценность в зависимости от уровня цен. Так, повышение эффективности дистрибуции позволит китайскому производству сохранить эффективность, несмотря на повышение уровня жизни. А он растёт очень даже прилично.
Вот такой сверхинтегральный показатель, как обеспеченность жильём. За двадцать лет КНР сумела улучшить этот показатель в восемь раз. На человека ныне в Поднебесной приходится 30 квадратных метров. Для сравнения скажем, что в России на душу приходится 22 квадратных метра, а в Первопрестольной, которая не резиновая, жалкие девятнадцать…
По потреблению мяса на душу населения Китай за четверть века тоже добился шестикратного прироста, догнав постреформенную Россию (в СССР потребляли больше), несмотря на изобилие земель в последней. Это так, сугубо бытовые картинки, про промышленное производство и говорить излишне. Ну а сейчас происходит массовая информатизация Китая. Впервые страна сочетает фазу бурного индустриального роста (напомним, что сельское население Поднебесной, являющееся ресурсом для любой индустриализации, далеко ещё не исчерпано) с фазой интенсивной информатизации.
Производственные мощности получают шанс стать стать более умными и эффективными. И сегодня намного быстрее и дешевле, чем заказывать пресс-форму на соседнем заводе, кинув по сети AutoCAD-овский чертёжик подрядчику, через три недели получить у улыбающегося курьера готовое изделие. И такой бизнес имеет прекрасные перспективы…
А массовый внутренний рынок, на котором сформируются из-за эффективности бизнесов достаточно низкие цены, позволит китайской экономике наработать достаточную прочность для ещё более активной экспансии на внешних рынках.
Ну а это неминуемо затронет каждого из нас. Хотим мы этого или не хотим. Будем мы смотреть на эти проблемы или нет…
Василий Щепетнёв: Средняя мера
Свой рост до определённого возраста каждый знает довольно точно — в пределах суточных изменений межпозвоночных дисков. Вес тоже не великая тайна: встал на весы и получил ответ, хоть в килограммах, хоть в фунтах. Некоторые тщательно следят за количеством съеденных калорий, подсчитывают каждый кусочек хлеба, каждую конфету, каждого цыплёнка табака.
У меня на поясе висит шагомер: стараюсь за день одолеть километров семь-восемь, лучше — пятнадцать. Есть способы оценить свой или чужой интеллект, хотя тут уже начинаются сомнения: действительно ли тесты отражают объективную реальность, неужели я не гений, а — в лучшем случае — лишь полуталант?
Спирометр показывает жизненную ёмкость лёгких: сколько воздуха удаётся выдохнуть за самый глубокий вдох-выдох. Ультразвуковое исследование позволяет узнать размеры иных внутренних органов.
А мне интересна реальная скорость обработки информации. Сколько её, информации, я способен усвоить извне и произвести изнутри?
Информация информации рознь, привести её к единому знаменателю трудно. Частный случай — чтение. Читаю я довольно много, за день без напряжения могу одолеть полмиллиона знаков занимательного романа — детектива, фантастики, мистического боевичка и прочих хрюллеров. Биографии, письма, дневники идут медленнее примерно вдвое-втрое (нужно учесть, что читаю я обыкновенно, лишь покуда есть желание, никто к чтению меня не понуждает и нормы не задаёт).
Специальная медицинская литература, если в ней есть высокая доля новизны, вызывает утомление уже после ста тысяч знаков. И, наконец, всякие должностные инструкции, приказы и прочие казённые бумаги угнетают настолько, что и сорок тысяч знаков одолеть есть подвиг. Быть может, потому, что в последнем случае чтение совершается принудительным порядком.
Но скорость чтения — лишь один из показателей. Что толку прочитать сегодня статью «Особенности течения сифилиса у больных терминальной стадией ВИЧ-инфекции», если назавтра ничего не можешь вспомнить, не говорю уж — использовать. Правда, использовать новые знания теперь, с внедрением стандартов медицинского обслуживания, следует осторожно: шаг влево, шаг вправо — нарушение.
Пересказать свежепрочитанный роман, даже весомый, как «Два капитана» или «Три мушкетёра», достаточно просто. И не только пересказать, романы так и просят добавить отсебятины. А вот телефонная книга холодна и неприступна, в памяти обычно не остается даже на одну ночь и вольностей не прощает.
Встречаются различные мнения о степени усвояемости текстовой информации: десять процентов, четыре, полтора, три тысячных. С учётом вышенаписанного разнобой понятен: что считали, как считали, у кого считали, зачем считали... И потому не следует ли тексты маркировать так, как маркируют пищевые продукты, только вместо калорий обозначать количество усвояемой информации?
Берёшь книгу с полки книжного магазина, а на ней мелкими буковками значится число знаков с пробелами и без, количество абзацев, лёгкость чтения, благозвучие и прочие данные, которые можно получить после редактирования в Microsoft Word. Ещё — процент глаголов, существительных, прилагательных. И, главное, процент усвояемости, только в пересчёте не на сто граммов продукта, а на человека со средним образованием и IQ, равным ста. Берёшь и видишь сразу, стоит ли эту книгу открывать или лучше сразу вернуть на место во избежание сумбура. То же распространить и на газеты, журналы и прочую периодику, как консервативную, бумажную, так и сетевую.
Если кому-то кажется, что для него нет преград, что с помощью упорства и труда он взберётся на любые вершины, спорить не стану и соглашусь немедленно. И что не ко всем произведениям применима средняя мера, что лучшие из них достойны меры высшей — опять соглашусь. Ведь и продукты разные: одно дело икра баклажанная, другое — осетровая. Но это не должно служить препятствием для формализованной оценки предлагаемого к продаже текста.
Потребитель имеет право знать, что ему подсовывают в обложках глянцевых, бумажных, целлофанированных и без обложек вовсе.
Дмитрий Шабанов: Панспермия — тупик или надежда?
В обсуждении последних колонок раз за разом всплывала тема панспермии. Речь идёт о переносе живых организмов или, по крайней мере, ключевых биологических молекул через космос.
Идея это старая. Ещё в V веке до нашей эры Анаксагор утверждал, что жизнь возникает из семян, которые существуют «всегда и везде». В 1865 году Герман Рихтер высказал догадку, что жизнь занесена на Землю метеоритами или космической пылью. В 1884 году Сванте Аррениус, создатель теории электролитической диссоциации, предположил, что перенос спор бактерий между звёздами происходит благодаря давлению света.
Носят ли эти взгляды чисто теоретический характер? Нет. В 1969 году команда «Аполлона-12» нашла земные бактерии на находящемся на Луне зонде «Сервейер-3». Они перенесли космическое путешествие и остались живы! В 1996 году в найденном в Антарктике метеорите ALH84001, который, судя по всему, был выбит из поверхности Марса, обнаружили нечто, очень напоминающее остатки бактерий.
Конечно, даже если это бактерии, они уже мертвы. Но ALH84001 долго болтался в космосе. Может, некоторые куски, выбитые из поверхности Марса вместе с ним, долетели до Земли достаточно быстро и сохранили жизнеспособный биологический материал?
Иные метеориты с Марса позволяют утверждать, что там когда-то наблюдались условия, вполне напоминающие земные.
Сохранилась ли жизнь на Марсе сейчас? Вопрос не закрыт. Марс остыл, и развитой жизни на нём не найдено. Бактериальная жизнь там весьма вероятна, и косвенных свидетельств тому получено немерено. Увы, пока большинство из них небесспорны. Что поделать: результаты экспериментов «Викингов», выполненных в 1976 году, до сих пор вызывают споры: нашли проявления жизни или нет.
Меня порадовало сообщение, что на снимках Марса, сделанных в 1997 году станцией Pathfinder, зарегистрированы спектры поглощения хлорофилла. Если это так, обнаружение жизни на Марсе — вопрос недолгого времени. Я надеюсь дожить. А узнаю ли я когда-нибудь о результатах палеонтологических раскопок на соседней планете, с описанием остатков древнемарсианской флоры и фауны? Ой, вряд ли получится. Жаль, конечно.
Характерные биомолекулы (а иногда и структуры наподобие отмерших бактерий) найдены и в метеоритах, не связанных с Марсом. Так, в 1969 году на австралийский посёлок Мёрчисон (Murchison) обрушился (повредив здание) метеорит, весьма богатый органикой. Что самое интересное, смесь аминокислот в этом углистом хондрите не является оптически нейтральной: левовращающие аминокислоты в нём преобладают над правовращающими.
Мы ещё не обсуждали толком эту любимую креационистами тему: хиральную несимметричность молекул в составе организмов. Соединения, в которых с одним атомом углерода связано четыре различных радикала, могут существовать в двух зеркально симметричных формах, соотносящихся как правая и левая рука. Любители вычисления головокружительных невероятностей не раз развлекались, оценивая шансы на то, что все аминокислоты в одном белке случайно окажутся левовращающими. Понятно, дело тут вовсе не в случайности. Сейчас известен целый ряд процессов, сдвигающих равновесие лево- и правовращающих изомеров в одну сторону. Это и облучение поляризованным светом, и физико-химические феномены, происходящие на разделе сред. Та из форм, которая получила преимущество, должна была обеспечить преимущественное использование соответствующих биокатализаторов и со временем практически вытеснить «конкурентов».
Так или иначе, на мёрчисоновском метеорите преобладает нужная форма аминокислот. Это долго объясняли загрязнением земными веществами, пока химики не показали, что и состав аминокислот в этом метеорите, и их изотопные особенности не соответствуют земной жизни. Две «мёрчисоновские» аминокислоты практически не встречаются на Земле и не могут быть местными загрязениями!
Так или иначе, идея переноса с планеты на планету биоматериала, даже жизнеспособного, не кажется невероятной. Но принципиально ли она меняет наши представления о земной жизни? Как ни странно, нет.
Видимо, в эпоху возникновения жизни на Земле процессы на ней и на Марсе шли параллельно. Обмен между этими планетами мог быть фактором ранней эволюции их жизни. Но даже доказательство такого обмена не означает, что мы — марсиане. Вероятно, на Марсе не было ничего, чего бы не было на Земле, но марсианской жизни вёе-таки нужно было перенести космический перелёт.
Спасает ли ситуацию представление о переносах вещества между звёздными системами? Не очень. Тут нужны особые транспортные средства (кометы, например), тут требуются перелёты колоссальной продолжительности, тут попадание космических путешественников в подходящую мишень становится крайне маловероятным. Объяснят ли эти предположения происхождение жизни?
Поделиться книгой: