Сказочная любовь

— Пожалуйста, пожалуйста.

Но Тайлер по-прежнему едва прикасался к ней. Не в состоянии больше терпеть, Грэйс приподняла бедра и с силой прижалась к его руке.

Волна экстаза накрыла ее, закружив в мелькании разноцветных огней. Дыхание прерывалось, тело обмякло.

Немного придя в себя, Грэйс медленно высвободила руки, сняв кофточку, — теперь ее очередь доставлять Тайлеру наслаждение. Она перевернулась и очутилась сверху. Ее ищущие руки двинулись в путь, снимая одежду, и через минуту Тайлер уже был обнажен. Они припали друг к другу, не прекращая ласк. Грэйс кожей ощущала горячее тело мужчины, и это приводило ее в восторг. Тела их переплелись.

Каждый мускул Тайлера был напряжен, и Грэйс поняла, что он сдерживает себя. Грэйс медленно ощупывала мускулистую грудь, плечи, бицепсы, ее губы старались не оставить без поцелуя ни одного сантиметра кожи. Ладонь спустилась к животу, девушка почувствовала крепкие мышцы пресса. Тайлер шумно выдохнул, когда ее пальцы сомкнулись в кольцо, обхватив напряженную плоть.

— О, Грэйс, пожалуйста… я больше не могу…

— Я знаю, — прошептала она, приподнимаясь и принимая его внутрь. Добившись абсолютного сближения, она замерла, ощущая его плоть, словно привыкая к этому новому удивительному чувству полного слияния.

Его рука нежно дотронулась до ее лица. Грэйс не могла думать ни о чем, кроме желания обладать и отдавать все, что у нее было. Ее тело начало движения, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее.

Сознание Грэйс заволокло жарким туманом, она ничего не видела и не слышала, только ощущала. Рука Тайлера двинулась туда, где соединялись их тела. В следующий миг что-то взорвалось, вспыхнуло, сметя все вокруг, и громкий крик вырвался из горла девушки, полностью отдавшейся экстазу.

Движения бедер Тайлера увеличивали остроту наслаждения. Его крик свидетельствовал об освобождении, и Грэйс ощутила спазмы его мышц внутри своего тела.

Они бессильно лежали на полу, утомленные и счастливые. Голова девушки покоилась на груди Тайлера, и она слышала биение его сердца.

Сколько прошло времени — неизвестно. Тайлер осторожно поднес руку к груди девушки, потом — к своей.

— Небольшая проверка, — хрипло произнес он. — Хотел убедиться, что мы не умерли.

Она тихо рассмеялась. Дыхание еще не выровнялось, но Грэйс ощущала себя более чем живой.

Никогда прежде ей не доводилось испытывать подобное чувство. Неземное блаженство переполняло девушку. Она вздрогнула.

— Тебе холодно? — спросил Тайлер.

— Нет, мне не холодно. — Дыхание Грэйс прервалось на мгновение, когда Тайлер, выскользнув из нее, оставил после себя ощущение странной пустоты. — Это просто трепет.

— Трепет — это хорошо, — прошептал он, нежно целуя лицо девушки. — Трепет — это очень хорошо.

С легким вздохом Грэйс возвратила поцелуй, пытаясь без слов поведать Тайлеру, как счастлива она лежать рядом с ним на восточном ковре посреди темной гостиной, забыв обо всем.

— Угадай, чего мне сейчас хочется? — прошептал Тайлер, шутливо укусив девушку за ушко.

— Чего же? — Она обвила руками его шею.

— Мне хочется есть, — улыбнулся мужчина. — По какой-то непонятной причине просто умираю с голоду.

— Объявляю соревнование: кто быстрее добежит до кухни! — крикнула Грэйс и побежала.

Схватившись за ручку холодильника, она объявила:

— Я выиграла! — и открыла дверцу. Яркий свет тут же осветил ее, и Грэйс мгновенно осознала, что стоит, совершенно обнаженная, посреди кухни Тайлера, прямо перед окном, выходящим на улицу, на котором нет ни штор, ни жалюзи. Отскочив назад и спрятавшись за широкую спину, Грэйс расхохоталась. — Беру свои слова назад, выиграл ты. Победителю предоставляется почетное право отнести тарелки в гостиную.

— Скорее, это обязанность проигравшего, — посетовал Тайлер.

Грэйс подняла с пола футболку и надела. Та оказалась достаточно длинной, чтобы прикрыть наготу.

Девушка села на ковер, обхватив колени руками.

Тайлер принес тарелки, и Грэйс, ощутив вдруг сильный голод, налегла на пищу. Они ели с аппетитом, смеялись, облизывая пальцы друг у друга и все время целуясь. Под конец этой восхитительной ночной трапезы они уже больше целовались, чем ели.

— Как насчет еще одной пробежки? — поинтересовался Тайлер, отрываясь от плеч девушки.

— Пробежки? Куда же это? — Впрочем, она уже знала ответ.

— В постель.

Тайлер схватил ее в охапку, донес до спальни и бесцеремонно швырнул на кровать, прыгнув сверху.

Они принялись бороться, смеясь и резвясь, словно дети. Наконец, устав от возни, Грэйс распростерлась на спине, и губы Тайлера двинулись в путь, вниз по ее телу, щекоча и лаская. Девушка отдалась его волшебным прикосновениям, а когда мужчина проник в нее, она задрожала в его объятиях, и осенняя лунная ночь вновь разлетелась на тысячу осколков.

Грэйс проснулась среди ночи, и они снова медленно занимались любовью, пока не провалились в сон, даже не успев разъединить обессиленные тела.

Утром громко зазвонил будильник.

— Я завел его на полчаса раньше, — прошептал Тайлер, целуя девушку, и все повторилось сначала.

Потом она снова заснула среди влажных простыней под шум воды из ванной. Однако вскоре всю квартиру заполнил аромат свежего кофе, и, натянув ту же самую футболку, сонная Грэйс побрела на кухню.

Тайлер пил кофе. Рядом стояла вторая кружка, и маленький электрический вентилятор гнал в спальню струю восхитительного запаха.

— Неплохо придумано. — Взяв кружку, Грэйс забралась на колени к Тайлеру и, обняв за шею, осторожно поднесла кофе ко рту. — Вкусный, пробормотала она.

— Доброе утро, дорогая. — Тайлер нежно поцеловал ее. — Ты еще спишь?

— Кажется, просыпаюсь. — Грэйс сделала большой глоток, чувствуя, как кофеин начинает потихоньку прояснять мозги. — Ты уходишь?

— Дела в образе поставщиков пива ждут меня. У тебя есть ключ, так что можешь спать сколько угодно. — Он провел ладонью по ее обнаженному бедру. — Я бы так хотел остаться с тобой.

— Мм. — Грэйс потянулась. В голову приходили разные интересные идеи. — Ты мог бы остаться. — Она провела кончиком языка по его губам. — Ну, хоть совсем на чуть-чуть. — Ощутив бедром твердеющую мужскую плоть, Грэйс мечтательно улыбнулась.

— Грэйс, я не могу опаздывать. — Тайлер осторожным движением убрал ее руки со своей шеи и почувствовал, что девушка дрожит. — Меня ждут люди, я не могу опаздывать.

Руки ее скользнули вниз, к молнии джинсов.

— Если не можешь опаздывать, — нежно проворковала она, — тебе придется поторопиться.

Когда Грэйс пробудилась в очередной раз, солнце стояло уже высоко. Она выскользнула из постели и улыбаясь отправилась в ванную, превозмогая боль в бедрах.

Один лишь взгляд на свое отражение мгновенно прогнал улыбку прочь. Спутанные волосы слиплись от пота, губы припухли от страстных поцелуев, огромные темные круги под глазами.

Боже, на кого она похожа!

Впрочем, она похожа на женщину, все ночь занимавшуюся любовью. Именно любовью, а не сексом. Да, она влюбилась в Тайлера и поняла это еще прошлым вечером, когда растянулась рядом с ним на восточном ковре в гостиной. Именно поэтому осталась, а не ушла домой. Она добровольно шагнула в его объятия, в его жизнь.

Но внутренний голос посмеивался. Как можно любить мужчину, которому даже не доверяешь в достаточной мере, потому что не решаешься рассказать правду о себе? Ведь все, что ему известно, — это ложь. Неужели не имеет значения, что Грэйс носит фамилию Хэйли, владеет сетью ресторанов и миллионами долларов?

Грэйс долго принимала душ, подставив лицо под горячие струи. Вода сбегала вниз по телу, но, увы, не могла унести с собой тревожные мысли.

Закрыв кран, девушка завернулась в махровое полотенце и прошла в спальню. При виде постели и смятых простыней внутри у нее все мучительно сжалось. Она села на кровать и обхватила голову руками. Ей вдруг стало все совершенно ясно.

Она позорно бежала, бросив свои рестораны, свою роскошную квартиру, свою жизнь. Она позволила себе испугаться и покинула поле боя, она проиграла первый раунд. И кому? Тем, кто не мог нанести значительного вреда ни ей, ни ее бизнесу.

Мать уж точно не представляла для Грэйс опасности. Она крайне редко показывалась в Чикаго, предпочитая проводить время в увеселительных поездках по тропическим странам, изнывая от скуки и денег.

Даже Чарльз, почетный «советник» семьи, не мог причинить Грэйс серьезного вреда. Он был совершенно несведущ в вопросах ресторанного бизнеса. Ей просто следует отказаться от его услуг. Для достижения своей цели Грэйс ни перед чем не остановится.

— Проклятие, о чем же я думала?! — Грэйс сжала пальцами виски. Потратить кучу времени, пытаясь вслепую выбраться из болота, и только сейчас догадаться протереть залепленные грязью глаза! Как глупо она себя вела! Бегство не являлось спасением.

Сейчас Грэйс четко поняла, что ей делать вернуться к прежней жизни и заняться решением накопившихся проблем. Прекратить лгать, людям, которые заботятся о ней и всячески пытаются помочь.

Огромное напряжение, копившееся в течение долгих недель, разом куда-то исчезло. С нее достаточно. Она спасет свое дело и свою жизнь, уладит дела с семьей. А потом объяснит Тайлеру, кто она такая и почему ей пришлось солгать.

Он сойдет с ума. Без сомнения. Ужасно разозлится, придет в ярость. Его нельзя будет успокоить, но Грэйс заставит себя слушать. Разве он не знал с самого начала, что она утаивает от него что-то? К тому же Тайлер дал ей срок до конца года.

— Я не нарушу данного слова, — сказала себе Грэйс, натягивая одежду. — Подожди всего несколько недель, и я открою карты еще до Дня благодарения, гораздо раньше, чем тридцать первого декабря.

Грэйс загрузила грязные тарелки в посудомоечную машину. Самым правильным было бы сейчас найти Тайлера и рассказать ему всю правду.

Сегодня же. Немедленно. Потому что в худшем случае Тайлер узнает эту правду не от нее, а от кого-нибудь другого. Она заставила бы его выслушать всю ее долгую историю от начала до конца, и он бы понял, почему она так поступила.

Грэйс взяла трубку и начала набирать номер бара, как вдруг ситуация предстала ей в совершенно ином свете. Помедлив с минуту, девушка положила трубку.

А не проистекают ли чувства Тайлера к ней из желания защитить ее — молодую женщину, попавшую в беду, ищущую работу и скрывающуюся от кого-то? Не принимает ли Тайлер желание опекать ее за влюбленность?

Если это так, то Грэйс не нуждается ни в защите, ни в любви, основанной на сочувствии.

Она хотела прийти к Тайлеру как человек самодостаточный, ожидающий от него не помощи, а гораздо большего, чтобы Тайлер любил ее такой, какая она есть, — просто Грэйс, а не бедняжка, о которой нужно заботиться.

Ей требуется лишь время. Всего несколько недель, и она придет к Тайлеру как самостоятельная женщина, ищущая его любви, а не помощи.

Девушка взяла телефонную трубку и набрала номер Поля.

— Дорогая, этот идиот, твой жених, продолжает приходить сюда, в свой так называемый офис, каждый день. Он изображает кипучую деятельность, куда-то звонит, но главным образом сует повсюду свои грязные пальцы, даже в кастрюли, и я скоро брошусь на него с ножом, — негодовал Поль.

— Я попрошу тебя еще об одном одолжении, Поль.

— О чем угодно, лишь бы убрать этого безмозглого павлина из моей кухни.

Следующий звонок был адвокату Грэйс.

— Алло, Франклин. Это Грэйс Хэйли.

Франклин, казалось, совершенно не удивился, услышав ее голос. А она, наверное, поставила его в неловкое положение. Родственники наверняка предпринимали попытки запугать Франклина, принуждая его выступить от имени Грэйс в качестве ее законного представителя.

Она принялась излагать свой план.

— Господин Поль Монткрас позвонит вам после обеда и передаст список лиц, с которыми вы должны связаться. Я прошу вас организовать для меня встречу с этими людьми, хотя большинство из них и находится далеко от Чикаго и Соединенных Штатов.

— Но, мисс Хэйли, это займет не одну неделю. И ваш жених…

Грэйс уже не могла больше слышать это слово.

— Объясните им, что это очень важно, — перебила она. — Если они сами не в состоянии прибыть, пусть вышлют своих представителей. В качестве компенсации за причиненное беспокойство разместите всех в отеле «Дрейк», счет оплачу я.

— Но, мисс Хэйли, мистер Чарльз Хантингтон настаивает на личной встрече с вами до принятия каких-либо опрометчивых решений с вашей стороны.

— О боже, Франклин, можно подумать, что вы адвокат Чарльза, а не мой. — Грэйс постаралась подавить раздражение. — Сделайте все, как я сказала, и не беспокойтесь о мистере Хантингтоне. Я сама с ним разберусь.

Глава восьмая

Второй выходной день, понедельник, Грэйс посвятила окраске волос и походу по бутикам в поисках костюма, на который собиралась истратить весь накопленный на чаевых капитал.

Намного легче отдать распоряжения собравшимся бизнесменам, потенциальным покупателям ресторанов, если на тебе костюм от Шанель за полторы тысячи долларов. Можно смело считать это покупкой боевых доспехов.

Грэйс поднималась по лестнице, молясь, чтобы Сары не оказалось дома и чтобы та не заметила фирменного пакета с известным логотипом.

Скорее бы все кончилось! Напряжение и постоянный страх разоблачения давили тем сильнее, чем меньше времени оставалось до конца года.

Вечером, слоняясь по квартире, Грэйс думала, не отправиться ли ей в бар, чтобы увидеть Тайлера. Наконец решив, что вовсе необязательно встречаться ежедневно, она открыла холодильник и достала мороженое. В ней почему-то возрастала уверенность, что Тайлер не особо стремится повторить волшебную ночь.

Неожиданный телефонный звонок заставил ее вздрогнуть.

— Почему ты не осталась у меня дома? — раздался в трубке низкий голос.

Грэйс улыбнулась, чувствуя, как кровь прилила к щекам.

— Я не предполагала, что…

— …вернувшись домой в три часа ночи, я обрадуюсь, увидев тебя, спящей в моей постели? Дорогая, я так хотел бы, чтобы это повторялось каждую ночь.

— Надеюсь, ты ничего не имеешь против моей привычки спать обнаженной?

— Ты нарочно подвергаешь меня пытке? — застонал Тайлер.

— Неужели? — усмехнулась она.

— У тебя ведь есть ключ. Вряд ли я смогу расслабиться в постели с тобой, когда внизу спит моя младшая сестренка, но, если ничего другого не остается, я пойду и на это.

— Я не заставлю тебя на это идти. Будь спокоен, дорогой.

— Я постараюсь вернуться пораньше, но…