Вперед вышел этакий добрый молодец с добродушным лицом, пудовыми кулачищами и стеснительно произнес:

— Мы тут все вместе покумекали и вот…

— Ты давай не тяни кота за причинное место, а показывай. Нечего начальство от дел отрывать надолго, — сердито произнес Шалыгин. Он и раньше слыл не особо веселым человеком, а после фактического уничтожения Шаманом общины Фадеева, где Никитич жил, подавно стал угрюмым и не терпел лишней суеты и пустословия.

Митяй молча сделал пару шагов назад к верстаку, взял со столешницы короткое копье и всучил его в руки главы клана.

— Копье? — спросил первое пришедшее в голову Бер, и тут же стал рассматривать его. Древко и наконечник умельцы изрезали письменами. Бороздки, образующие буквы залили серебристым металлом и покрыли прозрачным лаком. Александр вчитался и с удивлением обнаружил, что это нечто вроде заговоров или молитв. Он оторвался от изучения и вопросительно уставился на Шалыгина.

— Неужели серебра не пожалели? Где взяли-то?

— Смародерили. Квартир пустых с добром еще масса стоит. Да и раньше не гнушались некоторые. Брать брали, а куда его девать? Не нужно сейчас ни серебро, ни золото никому, — немного смущенно ответил главный инженер. — Вы лучше дальше смотрите, как только вы магики и умеете.

Глава клана привычно сосредоточился, переходя на внутреннее зрение, и едва не ахнул. И было от чего. Вся поверхность древка светилась голубоватым светом, не виденным обычному человеку. Энергия струилась по вырезанным и залитым серебром канавкам, создавая причудливые узоры. Питалась эта красота из окованной сталью пятки копья. Именно оттуда брал начало поток энергии и по древку стремился к двадцатисантиметровому блестящему наконечнику в виде заточенного штыря.

«Странная форма на самом деле», — подумал Бер. — «Такая незатейливость наконечника была присуща пилуму — древнеримскому копью. Но у пилума вроде он длиннющий был».

— И как это работает? — вслух спросил Александр.

— Воздействуйте на источник так же, как включаете амулет на щите, — вмешался Гоша. — Только наконечник в сторону от людей направьте.

Бер так и сделал.

С легким гудением из острия выдвинулся тонкий энергетический, то ли прямой тонкий щуп, то ли спица. Примерно такой же длинны, что и сам наконечник.

— Теперь ударьте в эту стальную плиту, — попросил молодой маг.

Александр тут же ткнул в дырявую во многих местах плиту, уже догадываясь о результате. Как и предполагал, в плите образовалась очередная дыра сантиметрового диаметра, как раз под размер сечения наконечника.

— Здорово! — Не удержал Бер восклицание. — Кто додумался до такого?

— Да как-то так вышло… Сломал случайно пополам образовывающий защитное поле амулет. Простите, — Гоша покраснел еще больше, но тут же взял себя в руки и продолжил. — Я в этот момент смотрел на него внутренним взором и заметил, что одна из половинок еще некоторое время работала и генерировала силовое поле, но не в защитной конфигурации, как мы привыкли видеть, а свернула его в тонкий луч по направлению исходящего энергетического потока. И тогда меня посетила идея… Что если потоки направить не по векторам, а придать направление в одну точку. Просто из любопытства захотелось попробовать, и я подошел за консультацией к Никитичу. Он же хоть и не маг, но инженер… — Гоша замолчал, подбирая слова.

— Понятно. Дальше, — потребовал Бер.

— Мы две недели бились и так и эдак, — взял слово Шалыгин. — Ни шиша не получалось. Георгий пытался копировать письмена и узоры ишхидские. Без толку все оказалось, пока не написали, как и подобает русским — по-русски. Заклятия он и придумал, — главный инженер кивнул на юношу.

— Ну, а чего? Заговор на отвод глаз как-то же работает, — словно оправдываясь, зачастил Гоша. — Вот я по известномуи типу придумал текст, соответствующий задаче и написал, дополнительно соединив наши буквы по примеру ишхидских надписей. Залили их серебром для лучшей проводимости энергии и вот результат.

— Почему именно серебро? Медь не пробовали? — полюбопытствовал Александр. Вопрос был не праздный. Медь достать проще, а серебро в нужных объемах пойди еще найди.

— Как не пробовали. Пробовали. И медь, и золото, и алюминий. Подвижки есть, но с металлами, кроме серебра и золота, результат не впечатляет. Направленный силовой луч слишком слабый оказывался. Тут даже магией физику не обманешь. У серебра самая большая удельная проводимость. При комнатной температуре даже лучше, чем у золота и той же меди. Поэтому не стали больше мудрить и остановились на серебре. Тем более скопилось его у нас больше, чем золота. Надо бы по развалинам еще порыться. Можно старую домашнюю аппаратуру насобирать и из нее вторичное серебро добыть. В наших условиях это будет сложновато, но выполнимо. Уж точно легче, чем серебряную руду искать. Простейшую электрическую муфельную печь сделаем, засунем тигель, обмазанный смесью из глины и асбестовой крошки. Достать последнюю пока не проблема. На складах фирмы ЗареченскТехСтрой асбестовой крошки полно было. Вряд ли люди асбест растащили. Кому он нужен? В общем, после всего засыплем добытый лом в тигель, и как только окислы свинца и свинцовый глет впитаются в стенки, увидим на дне серебро.

— Идея, конечно, хорошая, — прервал увлекшегося Шалыгина Александр, — и сулит в будущем перспективы в создании амулетов. Однако сейчас не время заниматься экспериментами. Враг на подходе и нужно выполнять текущие поставленные задачи по снабжению солдат защитой. Как с этим обстоят дела?

— В сутки по четыре-пять щитов со встроенным амулетом делаем. В основном как самые первые самоделки. Баллистические, полученные от Быстрицкого, уже закончились. Да и не получится увеличить количество. Наши магики не в состоянии производить больше амулетов столь кустарным способом. Выделите еще одаренных, — попросил главный инженер.

— Вы же знаете… Нет сейчас такой возможности. Людей обучать надо ремеслу, а кто воевать будет?

Шалыгин тяжело вздохнул, молча признавая правоту главы клана.

Бер обратил внимательный взор на Гошу и задумался на минуту, что-то про себя решая. Георгий занервничал еще больше. Заметив это, Александр улыбнулся и произнес:

— Значит так. Раз ты у нас такой уникум перспективный оказался, то из разведки я тебя забираю, чтоб не погиб ненароком.

Георгий обиженно засопел и открыл рот для возражений, но глава клана не дал, чуть повысив голос:

— С твоим командиром я поговорю. Сергей Махно поймет. Но и лишаться сильного одаренного перед битвой тоже не дело, — Бер на секунду задумался и решил. — В гарнизон одного из фортов тебя определим пока что. Целее будешь.

Шалыгин удовлетворенно кивнул, выражая согласие с таким решением главы.

— Что касается копья, то я, если честно, не могу придумать ему применение в данный момент. Слишком дорогое оружие ближнего боя получилось.

— Оружие да, — согласился главный инженер, — но не оно основное в изобретении. Посмотрите, — Шалыгин ткнул пальцем в сторону издырявленной стальной плиты, — видите какие ровные отверстия? Если научиться регулировать диаметр и дину силового луча, или как его там назвать, получится замечательная замена сверлильному станку. А уж насколько упростится работа, я даже представить не могу. В нашем случае это настоящий прорыв в производственной сфере. А если с этим силовым полем поработать и получить каким-то образом режущую кромку? Понимаете, какие перспективы открываются?

Бер только покачал головой. Вот что значит иметь светлую голову на плечах. Он бы если и додумался до иного применения изобретения, то далеко не сразу.

— Было бы замечательно, — согласился со словами главного инженера Александр, и обратился к Георгию. — Инициатива не только требует наказания, но и вознаграждения. Приказ о твоем повышении подпишу сегодня же.

Гоша не ожидал подобного и окончательно смутился.

— Спасибо, Александр Сергеевич, — паренек только и смог что скупо поблагодарить.

— И последнее… никому ни слова о том, что вы тут сделали. Кто-нибудь еще в курсе?

— Да половина цеха уже знает, — настала очередь смущаться главному инженеру. Он уже сообразил, что у клана появилась возможность стать монополистом в деле создания подобных артефактов и чем клану может грозить распространение слухов о новинке раньше времени.

— Плохо. Извини, Никитич, но пришлю сюда Никифорова, чтобы он поговорил с мужиками.

— Я понимаю, — Шалыгин скривился.

— Вот и хорошо, что понимаете, — кивнул Бер и только сейчас вспомнил о Женьке, с которым вместе сюда пришел. Малец стоял в углу тихонечко, как мышка и все видел и слышал.

Александр подозвал пацаненка:

— Женька, а ну-ка подойди-ка сюда. Ты умеешь хранить тайны?

— Не нужно лекций. Я уже взрослый и буду нем, как рыба, — с серьезным видом сказал мальчишка и своей серьезностью поднял настроение у присутствующих взрослых.

— Клянешься? — сдерживая улыбку, спросил Бер.

— Клянусь, и пусть у меня язык отсохнет, если проболтаюсь! — возмутился Женька недоверием, чем вызвал всеобщее веселье.

— Ну, раз так, то иди уж и помни — молчок.

Женька серьезно кивнул и бегом покинул мастерскую. Ему так хотелось найти друзей и все рассказать, но ведь поклялся же…

* * *

Старшие офицеры и главы значимых в городе сообществ, кроме Дробыша, собрались в штабе, организованном в здании, некогда приспособленном Быстрицким под администрацию подконтрольных вэвэшникам территорий.

Разведка заметила противника приблизившегося к разрушенному городку ишхидов. Это не было совсем уж неожиданностью. Все помнили, как быстро они способны перемещаться. Тем не менее, предполагалось, что такую большую армию задержит в пути обоз, и от леса до некогда пограничного поселения вражеская армия в лучшем случае будет идти дней десять. Однако ничего подобного не случилось. Двести километров ищхиды преодолели меньше чем за неделю. Что очень быстро. Единственное что успокаивало — похоже, командующий аборигенов, помня о разгроме предшественников, решил на месте древнего поселения организовать базовый лагерь.

Штабные офицеры объединенной группы войск самообороны Зареченска выдвинули предположение, что в этот раз ишхиды не станут пытаться взять город сходу, а попробуют разные варианты борьбы с людьми, начиная от партизанских наскоков, до планомерного выдавливания людей из предместий и окраинных городских районов.

Споры в штабе затянулись до поздней ночи, и все шло к тому, чтобы выдвинуть на встречу дальнобойную артиллерию и накрыть ишхидов пока те стоят на одном месте. Присутствующие Александр и Вячеслав Никифоров пытались зарубить эту идею на корню и даже заручились поддержкой полковника Александра Ивановича Талалаева. Но все было тщетно. Быстрицкому идея уменьшить количество врагов очень понравилась, поэтому мнение руководителей клана и своего же полковника он наотрез отказывался принять во внимание.

— Пойдем, выйдем, покурим. Пока они тут дух переводят, да чайком балуются, мы за жизнь поговорим, — предложил Беру Никифоров.

Александр устало кивнул и молча направился на выход. Спустившись по лестнице на первый этаж и миновав просторный холл и дежурного, клановцы вышли на улицу. После работающего кондиционера не успевший к ночи сбавить температуру знойный и сухой воздух казался неприятным.

Бер посмотрел в безоблачное небо. Обе луны, приняв вид тусклых серпов, мерно плыли в вышине, и не было им дела до копошащихся внизу разумных.

— Что думаешь? — спросил Александр, когда Вячеслав сделал первую затяжку.

— А что тут думать? Нашу позицию по данному вопросу все уже знают. Толку от этой затеи с обстрелом на дальней дистанции не будет никакого. Поначалу-то урон нанесем… Но сколько погибнет ишхидов? Сотня, две? Потом маги спохватятся и выставят защитные купола над лагерем, ты же сам говорил, что они на это способны, и артудар пройдет фактически впустую. Только утвердит ишхидов в мысли атаковать Зареченск не единым строем, по средневековому, а множеством отрядов. И будут щипать они наши невеликие силы пока их не останется совсем. К тому же у них имеются всадники и если они поймут откуда стреляют, то могут и нагнать технику. У САУ «Гвоздика» скорость по пересеченной местности тридцать километров всего. Не хватало нам потерять пару гаубиц для полного счастья.

— Это да… — согласился Александр. Еще находясь в крепости клана, не раз обсуждали возможные сценарии битвы. И каждый вариант не сулил ничего хорошего. И так плохо, и так хреново. — Блин, ну почему генерал уперся?

— Через Дарью подступиться пробовал?

— Не буду я использовать ее таким образом, — начал злиться Бер.

От головомойки Никифорова спас дежурный.

— Товарищи офицеры, — с порога окликнул клановцев лейтенант. — Ваше присутствие требуется в штабе.

Александр кивнул, показав, что услышал.

— Выбрасывай свою сигарету и пошли обратно мозги ломать над проблемами.

Вячеслав скривился, щелчком отправил окурок подальше и поспешил за главой клана внутрь.

Глава 2

Глава вторая.

Александр расслабленно развалился в кресле, вытянул гудящие ноги и прихлебывал горячий крепкий чай, наслаждаясь столько редким в последнее время покоем. Бер изредка бросал взор в окно на темнеющий небосвод и старался ни о чем не думать, но мысли из присущей им вредности нет-нет да врывались в уставший от постоянных забот разум. Прорвавшиеся думы радости не добавляли. Все как-то навалилось, причем много и по нарастающей. Тут и предстоящая война и бандиты, и непрекращающийся поток людей, которых кормить, обуть-одеть и пристроить надо. И если проблема с жильем как-то решаема — вокруг полно еще относительно целых зданий, нужно только затратить усилия на обеспечение условий проживания и организацию защиты, причем руками самих соискателей вступления в клан и беженцев, то вот с остальным туго. Особенно с одеждой. Ну, нет среди перенесенных с Земли швейных цехов и тем более складов с тканями, а из чего производят текстиль ишхиды, пока только ишхиды знают.

«М-да… И барон свет Дробыш затихарился… Что странно. Обычно он очень деятельная персона», — вспомнил Бер единственного «дворянина» Зареченска. Самое интересное, что тот никуда не уходит из занятых сел. И ведь не может не понимать, что по-прежнему остается на острие удара лесной армии. Радует, что его люди, как дружинники, так и селяне, не такие упертые и понимают, что второй раз помощь может не придти, поэтому начали потихоньку сбегать под защиту города. Дробышевцы правда приносят с собой панические настроения и добавляют дополнительную нагрузку на ресурсы клана, вэвэшников и города в целом, но с другой стороны не хочется наблюдать, как часть немногочисленных выживших погибают под мечами зверствующих аборигенов.

И это только малая доля основных проблем, а есть же целый сонм мелких, требующих к себе не меньшего внимания. И пока они не превратились в большие их также необходимо или оперативно решать, или готовиться, чтобы когда ситуация назреет не бабахнуло. Например, где Пушок? Казалось бы ну животное и животное, почти домашнее, любимец детворы. Но что случится, если скарх вдруг вернется? Сейчас на территории контролируемой кланом проживет много новеньких, не меньшее количество народа перемещается туда-сюда, за всеми не уследишь, несмотря на блокпосты и патрули. Напугаются при виде Пушка и его испугают. Чем закончится встреча человека и ошалевшего опасного хищника неизвестно. То есть предположить несложно чем: или Пушка пристрелят; или вероятнее Настин любимец кого-нибудь порвет, защищаясь.

Подобных проблем и проблемок на целый состав вагонов и маленьких тележек накопилось.

Есть еще Дар, магия, колдовство, псионика, экстрасенсорика… Как только люди не изгаляются, называя появившиеся и до сих пор проявляющиеся у некоторых зареченцев способности. Порой на почве изучения нового для человечества направления развития возникают такие казусы, что диву даешься. Лично у Александра от открывшихся возможностей и перспектив захватывало дух. Изучение собственного Дара манило его мощным магнитом и давно превратилось в страсть.

— Мур-мур-мур…

Бер вздрогнул от неожиданности, когда Даша зашептала в ухо и тут же плюхнулась ему на колени. Сегодня вечером Дарья изменила повседневному камуфляжу и нарядилась в короткий легкий сарафанчик небесно-голубого цвета. Тонкие бретельки, каким-то чудом удерживали наряд от сползания с прекрасных девичьих плеч.

Александр поставил чашку на журнальный столик и, не придумав, куда деть освободившуюся руку, попросту по-свойски пристроил её на обнаженную Дашину ножку.

— Чем мой котик занят? Загадки Мироздания не дают покоя?

— Как ты подкралась? Заикой так сделаешь, — вместо ответа сказал Бер, чувствуя, как её попка все ближе и ближе передвигается по нему, елозя, отчего начал понемногу приятно заводиться.

— Не заикой, а зайкой, — Даша весело рассмеялась. Александр тоже не удержался от улыбки.

Посерьезнев, девушка спросила:

— Как съездил? Как там мой папа̀?

— Нормально съездил. Генерал в норме, — не стал вдаваться в подробности Бер. Да и не интересны они были девушке, по глазам видно, что другое задумала.

— Я вот тут поразмыслила… Раз я дочь аж самого Генерала и единственно любимая женщина аж самого главы Клана… Я же у тебя единственная? — дождавшись согласного кивка, удовлетворенно продолжила. — А раз так, то могу рассчитывать, как Первая Леди, причем двух самых крупных общин, на лучшие условия проживания? — и тут же сменила требовательный тон на просящий. — Ну, Сашенька, сколько можно ютиться в это крохотной комнате. Пора уже сменить обстановку и найти подходящее нашему статусу жилье. И потом… Мы не самые последние маги, можно сказать, творческие люди. Нам, чтобы творить магию и думать о вечном, нужен простор.

— Для творчества полигон есть, — буркнул Бер, — но я подумаю, — тут же добавил, стоило увидеть, как Дарья наморщила носик.

«Сговорились все что ли? Все забито людьми впритык», — немного недовольно, но все же понимая и принимая правоту любимой, подумал Александр, но пока смолчал, чтобы не давать пустых обещаний.

— Ах так! Тогда оставлю тебя без сладкого, — Даша вскочила, отпихнув со своей коленки руку Бера и покачивая бедрами, направилась к кровати, где умостилась, соблазнительно изогнувшись своим красивым молодым телом. Бретелька с левого плеча соскользнула, перестав удерживать верх сарафана, чуть оголив упругую грудь.

— Пожалуй, оставлю тебя без сладкого… завтра, — и призывно улыбнулась.

«Вот же зараза такая… Моя». — Александр поднялся и сделал шаг навстречу. О не прошенных проблемах можно поразмыслить и после. Тем более это «после» может и не наступить.

* * *

Чтец Душ Ардонил сидел, скрестив ноги на ровном полу просторного помещения, расчищенном воинами от серой пыли и мусора. Сознанием он витал не здесь — отправился в очередной поиск на обратную сторону реальности. Чтец и маги ощущали дуновение силы Мастера Ветра все отчетливее, но с какого направления веет отголоском редкой и оттого узнаваемой энергией понять затруднялись, отчего приходилось днями кружить, постоянно скрываясь или устраняя редких встречных людей. Благо преследуемые сами не горели желанием появляться в густонаселенных районах города. Отчего-то они скрывались, еще бы понять от чего. Любая мелочь, упущенная из виду, грозила окончиться для ишхидов фатально. Этого нельзя допускать.

Иногда казалось, будто вражеский Мастер Ветра побывал везде в округе, в каждом соседнем доме, на заваленных обломками и останками странных варварских повозок улицах. Вполне вероятно, что так оно и было, когда небольшой отряд варваров искал места для тайной стоянки.

Младший сотник Каранил так же понимал, что время поисков подходит к логическому концу и его грела мысль о скором завершении преследования. Ему опостылели чудовищные в своем однообразии и убогости строения. Причины такого запустения разведчикам Леса были понятны. Мало какие здания выдержат магический шторм, катаклизмом выплеснувшийся из междумирья на варваров, и на беду всем живущим, соединивший на краткий миг разные миры.

«Но все же… Где в городе находятся, пусть разрушенном и во многом заброшенном, остатки уютных парков, водных садов, хоть какие-нибудь места для отдохновения и созерцания прекрасного? Неужели тут никогда ничего подобного не выращивали и не творили? Тогда жаль варваров. Хотя какой с них спрос?»- из задумчивости Каранила вывел хрипловатый надтреснутый усталостью голос Чтеца.

— Я нашел его, — Ардонилу тут же помогли подняться подскочившие маги, дежурившие рядом, готовые при необходимости поделиться энергией или вступить в бой, защищая старшего мага.

— Младший сотник Каранил, прошу, проследите, чтобы воины готовились выступить. Мастер Ветра по-прежнему не один. С ним еще пятеро варваров охраны, — обратился к Каранилу Чтец Душ. В его тоне сквозило легкое превосходство, отчего молодой Каранил едва не вспыхнул от возмущения.

Подавив раздражение, младший сотник поправил на плече ремень с закрепленным на нем чехлом для мощного лука и стрел, молча, развернулся и направился к своим воинам. Не та пора и не то место, чтобы пререкаться с магами по поводу подчиненности. Не вечность же Каранилу суждено оставаться все лишь младшим сотником. Когда-нибудь и маги склонят головы перед ним. Молодому офицеру очень хотелось в это верить и потому всячески гнал от себя мысль, что для таких как он подобное будущее может никогда и не наступить.

* * *

Приготовленная к плановому сносу и расселенная еще в той, прошлой жизни, двухэтажка на двенадцать квартир, построенная из красного кирпича в конце сороковых двадцатого века, каким-то чудом пережила отсутствие должного ухода в течение десятилетий, перипетии переноса и продолжала упорно сопротивляться климату нового мира. Ждала, что люди хоть ненадолго вернутся под ее продырявленную крышу и дождалась. Шестеро мужчин устроились у костра в пустующей квартире на первом этаже. Выглядели они осунувшимися от выпавших невзгод и грязными. От каждого несло застарелым потом. Одежда местами пообтрепалась, а щетина завершающим штрихом придавала бомжеватый вид. Сильнее всех из-за отсутствия элементарных удобств страдал Петр Коромыслов, но не возмущался и ничего не требовал. Фингал под левым глазом еще не успел пожелтеть и доставлял болезненные ощущения, если его тронуть. Громила Постриганов в прошлый раз постарался в раздражении.

Петр знал, что подлечить пустячные царапины и ссадины легко, но не знал как. Издержки самостоятельного обучения. Чему сам научился, да подсмотрел у других, то и знаешь. Да и не уверен он был, что получится подлатать болячки. То ли дело играть с податливым воздухом, который подчинялся часто одному только желанию, главное подкрепить желание внутренней силой. Иногда и с огнем выходило работать, но хуже, с большим напряжением, после которого в теле чувствовалось неприятное опустошение.