Пролог

Андрей Вербицкий

Хроники Зареченска — 3

Пролог.

Утро началось с гулкого рычания повозки варваров. Недавно проснувшиеся воины похватали оружие и замерли в ожидании. Младший сотник Каранил тенью метнулся к окну, чтобы самому увидеть приближающийся транспорт и оценить степень опасности. Как и все ишхиды, участвовавшие в первых столкновениях с неизведанной расой, он успел понять, что не каждая повозка несет угрозу. Однако опыт, полученный в боях, показал, что и недооценивать хитрость дикарей смерти подобно.

Поднимая пыль, иногда притормаживая, дабы объехать препятствия, по дороге мчалась повозка белого цвета. Каранил испытал облегчение. Повозка явно не предназначена для войны — маленькая, какая-то вся гладкая и на крыше отсутствует стреломет. Острое зрение младшего сотника позволило хорошо рассмотреть сидящих внутри двух дикарей. Крутящий колесо управления напряженно всматривается вперед, в то время как сидящий рядом с возницей молодой варвар крутит головой по сторонам и что-то неустанно лопочет.

Неожиданно повозка сбавила ход и затормозила как раз напротив дома, где отряд Каранила провел эту ночь. Оба дикаря открыли дверцы и вылезли наружу. Одеты они были немного в другую форму, нежели воины, с которыми довелось сражаться. Да и оружие лишь отдаленно напоминало используемое дикарями на войне: какое-то длинное и без изогнутой коробки для металлических стрел. Но сотник не обманывался на этот счет. Мало ли какую пакость удумал извращенный разум пришельцев.

Дикарь, с побелевшими волосам на голове, что-то сказал на своем курлыкающем наречье более молодому, после чего оба исчезли во тьме соседнего здания.

— Богиня благоволит нам. Она указывает нам путь к достижению цели, — зашептал подошедший Чтец Душ.

— Считаете, уважаемый Ардонил, что стоит захватить дикарей и допросить? — так же тихо поинтересовался младший сотник.

— Да.

— А вы сможете… — Каранил недоговорил.

Чтец недовольно поджал губы и немного грубо перебил:

— Я Чтец Душ. Для нас не существует препятствий.

Младший сотник отвернулся, чтобы Ардонил не заметил печать скепсиса на лице. Чтец чрезвычайно обидчив, и ссориться с ним во время выполнения задания не входило в его планы. Да и зачем на пустом месте наживать себе врага, когда таковых в округе полно.

— Хорошо, — немного подумав (больше для того, чтобы показать, что именно он командир отряда, а не маг), произнес Каранил. И тут же начал отдавать приказы.

Четверо воинов активировали амулеты «Тень Маалуса» и, визуально превратившись в колыхающееся прозрачное марево, резво двинулись выполнять приказ младшего сотника.

Каранил тоже очень хотел пойти, но вовремя одернул себя. Если не доверять собственным подчиненным, опыт которых не меньший чем у него, то можно смело ставить на карьере крест. Хороший командир не только отличный воин, но и организатор, способный воспитать толковых исполнителей приказов. У такого ишхида отряд будет востребован даже после его гибели. Настоящий командир славу добывает не столько клинком, сколько умом. Эту простую истину он понял давно и благодаря следованию по выбранному пути сумел добиться успехов в ратном деле. Всего каких-то десять сезонов назад Каранил был обычным воином. Теперь он младший сотник и вся родня гордится его достижениями.

В доме, где скрылись полуразумные варвары, раздался крик, который тут же захлебнулся. Младший сотник сжал челюсти, но не шелохнулся, лишь мысленно укорил себя за самовосхваление.

Слава всем Богам солдаты справились. И вот один из варваров спеленатый по рукам и ногам движется к их временному пристанищу. Со стороны казалось, будто пленный сам плывет по воздуху. Несущих его воинов сокрытых магией почти не было видно.

Каранил не удержался и облегченно выдохнул. Наверняка богиня Фэйлиа услышала его нескромные помыслы и предупредила от дальнейшего развития самомнения, едва не сорвав операцию по захвату дикарей. Младший сотник возвел очи к небу и прочитал краткую молитву благодарности покровительнице Дома Железного дерева и мысленно пообещал, что не свернет с выбранного пути Чести.

Чтец Душ устало оттолкнул пускающего слюни варвара и привалился спиной к стене. Каранил не спешил с расспросами. Дал возможность Ардонилу прийти в себя и собраться с мыслями. Будучи лишенным каких-либо магических сил, младший сотник иногда завидовал магам, но никогда Чтецам. Он соглашался, что умение быстро выпотрошить пленника без долгих и неприятных пыток полезно в военном ремесле, но ковыряться в чужом разуме… Нет — это не для него.

— Что узнали? — Спустя время мягко поинтересовался младший сотник, уж слишком долго сидит и молчит Чтец.

Ардонил разомкнул веки. Глаза его еще были какие-то мутные, словно Чтец выпил кружку перебродившего сока камптуса.

— Давно не видывал столько грязи в мыслях. Воистину полуразумные варвары. Нет ни капли почитания к Фэйлиа. Они даже не знают кто она такая! — возмутился Чтец.

Один из магов протянул флягу Ардонилу. Тот опустошил ее большими глотками и окончательно пришел в себя.

— Это обычные мерзкие вахани [1]. Мысли этих варваров одна сплошная выгребная яма, из которой заслуживающие внимания сведения нужно буквально по крупицам выискивать. Времени у нас мало, поэтому пришлось работать грубо. — Чтец Душ с презрением посмотрел на человека, ставшего благодаря его «стараниям» идиотом и продолжил. — Что я могу сказать… Врагов в этом странном городе десятки тысяч. Это не много, но и не мало, учитывая на что они способны. Как и предполагалось, пришли они из другого мира. Кто из богов так зло над нами подшутил, наслав этих дикарей в наш мир, они не знают. Воинов среди пришельцев предостаточно, но, к сожалению, точное число этот вахани тоже не ведает. Одно ясно — оружие имеет почти каждый житель. Сами понимаете, что это значит, — Ардонил кивнул на захваченное вместе с полуразумным варваром ружье. — Это оружие для охоты. Всего два заряда, но в умелых руках убивает не хуже, чем боевое.

— Вахани слышал что-нибудь о Мастере Ветра? — задал важный вопрос Каранил, пытаясь скрыть недовольство. Вот кто Чтеца торопил? Зачем так быстро сломал разум пленного? Надо было работать тоньше и выудить больше информации. Эх…

— Никаких упоминаний о магах, работающих со стихией воздуха я в его памяти найти не смог, — между тем ответил Чтец. — Нам необходим еще один пленник. Более сведущий в делах города пришельцев.

— Нужен, поймаем. Это все что ты из варвара вытянул?

— Да.

— Тогда собираемся и выдвигаемся, — приказал младший сотник.

— А что с этим? — осмелился задать вопрос один из воинов.

— Добейте из его же оружия. Подчистите тут все. Следы не должны указывать на наше присутствие.

[1] Вахани — разбойники.

Глава 1

Глава первая.

Почему-то все думали, что ишхиды оставят людей в покое минимум на месяц. Бер тоже так полагал поначалу. Принимал желаемое за действительное. Первая информационная «ласточка» прилетела, откуда уже никто и не ждал — от пленных ишхидов. После многодневных избиений, перемежающихся попытками магами клана достучаться до их сознания, один из ишхидов жестами показал, что непротив пообщаться.

Удача улыбнулась Михаилу Карпову, которого на тот момент привлекли волкодавы Вячеслава Никифорова. В обмен на сведения ишхид выпросил быструю смерть и похороны в виде сожжении тела и погребения останков под каким-либо деревом. Никифоров дал свое согласие.

Само общение, со слов Карпова, выглядело иначе, чем с Хашш, но не менее информативным. Привычного мысленного обмена словами/понятиями, как с гноллами, достичь не получилось, однако уставший ишхид передал ряд мыслеобразов, которые заставили всю верхушку клана и союзников всполошиться не на шутку. Оказалось у людей времени на подготовку фактически нет. Армия ишхидов выступила почти сразу после расправы над двухтысячным отрядом, проведшим (как и предполагалось) масштабную разведку боем. Какова численность основной армии Карпов не понял, но говорит, что пленный показал картинку с бесконечными рядами марширующих воинов. Так же Карпову ишхид показал, на что способны маги противника и местный вариант армейской артиллерии. Михаил как мог, обрисовал возможности врага, и если честно перспективы выглядели безрадостными.

Маги противника могли действовать сообща, выплескивая в едином порыве запредельную по убийственности энергию. Странные по конструкции механизмы, опять же если верить ишхиду, были способны стрелять на достаточное расстояние, чтобы задуматься о первоочередном уничтожении этих механизмов. Да и с подобными устройствами людям уже приходилось сталкиваться при нашествии хашш. Тогда гноллы применили один из добытых в многочисленных столкновениях с лесными жителями трофей.

Михаил прикинул: по переданному ощущению выходило, что стреляли напоминающие катапульты установки километра на полтора минимум, а взрыв мог снести частный дом. А это уже получится война другого порядка. Бер попробовал сам «поговорить» с пленным, которого к слову изолировали от остальных, дабы его свои же не прикончили, но тот категорически отказывался повторно что-либо показывать и на интенсивный контакт больше не шел. Напомнил только о данном людьми слове поскорее убить его.

Ишхида пристрелили, тело сожгли, а все что от него осталось, закопали под уцелевшим после массовой заготовки дров для обогрева во время сезона дождей тополем. На похоронах присутствовала семерка оставшихся ишхидов. По приказу Бера перед ними разыграли целый спектакль с торжественным захоронением, прощальными одиночными залпами из автоматов и посадкой цветов вокруг дерева.

Некоторые члены совета недовольно побурчали по этому поводу, а Вячеслав посмеялся, посчитав этот цирк с похоронами глупостью, но, понаблюдав за реакцией лесных воинов, он достаточно быстро изменил мнение на противоположное. Нет, в глазах ишхидов не исчезла ненависть, но и с презрением они уже на людей не смотрели. А это как ни крути шаг вперед, к сотрудничеству. К сожалению больше никто из пленных делиться информацией не захотел. Решили пока не оказывать на ишхидов физическое и психологическое давление и оставить на время в покое.

* * *

Александр Бер стоял на крыше бывшего детсада и смотрел на волнующуюся толпу всё прибывающих и прибывающих людей. Куда всех расселять никто в данный момент понятия не имел, но в свете последних новостей, зареченцев вполне можно было понять. Информация о неумолимо надвигающейся ещё одной, на этот раз огромной армии ишхидов, точно пожар разлетелась по городу и вызвала настоящую панику. Никто подобной реакции не предвидел. Все думали, что привыкшие к невзгодам горожане отнесутся более спокойно к предстоящей битве за Зареченск. А вот поди ж ты…

Бер тяжело вздохнул.

— Сколько у нас сейчас людей и что с провизией? — поинтересовался он у рядом стоящего отца. Но ответил Вячеслав, который вертел между пальцев очередную сигарету, раздумывая закурить или нет. Кажется, это уже будет третья подряд.

— Могу только примерно сказать. В клан принято уже больше шести тысяч человек. При текущих расходах провизии, её хватит на пару месяцев. Ты же помнишь, мы делали запасы из расчета на две, максимум три тысячи… А тут эта война… Могу добавить, что у Быстрицкого дела тоже не ахти. Тысяч двадцать он под свое крыло собрал. В отличие от нас продуктов у вэвэшников на такую ораву хватит месяцев на шесть. — Никифоров всё-таки подкурил, и после того как выдохнул очередную порцию дыма, добавил:

— Группировки, которые в обороне города не участвовали, сейчас задумались о собственном будущем и по моим сведениям руководители этих сообществ пытаются выпросить у Быстрицкого оружие и продовольствие. Провизию им генерал вряд ли выделит, а вот обычным стрелковым оружием поделится. По нормальному их конечно надо бы привлечь к защите городского периметра. Причем в первой линии обороны… Не доверяю я им. В основном ядро таких групп, за редким исключением, состоит из терроризировавших город бандитов. Так что лучше избавиться от подобных соседей, пусть и таким не очень благородным способом.

— Интересно сколько сейчас людей вообще? — ни к кому конкретно не обращаясь, задал Александр следующий вопрос, по-прежнему рассматривая столпотворение у ворот. Все молчали: Бер-старший лишь пожал плечами, Вячеслав задумчиво вертел в руках тлеющую сигарету. Ответа Александр и не ждал. Вопрос из разряда риторических. Никто точно не знает, сколько погибло при переносе части города в этот мир, сколько погибло за последний год от болезней, голода, от рук преступников и в столкновениях с гноллами и ишхидами. О потерях можно только гадать.

— Да Бог его знает, — все-таки взял слово Никифоров. — В городских районах до переноса жило тысяч двести народа. После всех перипетий уцелело примерно шестьдесят-семьдесят тысяч человек. Вряд ли больше…

— Что там? — Александр напрягся. У ворот началась какая-то возня и тут же послышались выстрелы. Люди закричали и начали разбегаться в разные стороны. Все кто стоял на крыше ринулись на лестницу, ведущую на улицу.

— Докладывайте, — потребовал Бер у дежурного офицера, совсем молодого парня. Александр даже не смог вспомнить его имени. Слишком быстро клан прибавил в численности за последнее время. Сейчас главу клана интересовали два лежащих в пыли мертвеца, а не имя одного из бойцов, пусть и офицера.

Солдаты окружили членов Совета и угрожающе наставили автоматы и арбалеты на людей, многие из которых выглядели сущими оборванцами. Среди толпы имелись и вооруженные мужчины, поэтому подобная предусмотрительность была не лишней. Народ шумел, выкрикивая требования принять их, возмущались, что никого не пускают, а у них дети голодные. Кто-то выкрикнул, что клановцы обязаны защитить горожан от аборигенов.

Там, в прошлой жизни, после такого инцидента свидетели стояли бы молча, с ужасом и любопытством взирая на тела убитых. В нынешних условиях трупы интереса ни у кого не вызывали. Убили и убили. Главное больше никто не пострадал, и видимой опасности более нет.

Стоящий гомон Александр пропускал мимо ушей. Его на данный момент интересовали другие проблемы.

— Не могу знать, Александр Сергеевич, — отчеканил дежурный, в чине младшего лейтенанта, и тут же немного стушевался, поймав тяжелый взгляд Никифорова, не предвещавший ему ничего хорошего.

— Выясни быстро причину конфликта. Тела убрать и похоронить. Оружие у всех кандидатов вступления в клан изъять до особого распоряжения. Нежелающим сдать стволы отказать в покровительстве, — нарочно громко произнес Бер. Люди, желая уловить каждое слово, притихли. В наступившей тишине Александр расслышал, как Вячеслав сердито сказал дежурному:

— Когда сменишься, доложишь о результатах мне лично.

— Слушаюсь, — тут же последовал ответ молодого офицера.

Глава клана, больше не задерживаясь, развернулся и пошел обратно под защиту крепостных стен из бетона и шлакоблока. Некогда обычный детский сад стараниями сотен людей превратился в настоящую крепость, которой по праву гордились все, кто принимал участие в строительстве.

* * *

— Нужно что-то и правда делать с наплывом людей. И поскорее. — Сергей Борисович Бер сидел в комнате сына, развалившись в кресле, и прихлебывал горячий чай.

— Нужно, — согласился Бер-младший. Что-то делать действительно необходимо, и все члены Совета в последнее время головы ломали, стараясь решить множество навалившихся проблем. Тут и подготовка к предстоящему сражению за город, от исхода которого зависела ни много, ни мало судьба всех людей, очутившихся в новом мире. И настоятельная потребность решить бытовые вопросы, навалившиеся из-за наплыва желающих влиться в клан людей. Много сил и ресурсов уходило на возведение блокпостов и на превращение зданий в форты. Имеющихся одиннадцати миникрепостей и полутора десятков разбросанных по территории клана опорных точек явно недостаточно для эффективной обороны. Рабочие в цехах работали по четырнадцать-шестнадцать часов, чтобы успеть довооружить бойцов. Но времени катастрофически не хватало. О том, чтобы начать боевую подготовку новичков никто даже не заикался. Все инструкторы попросту заняты сейчас на руководящих должностях в боевых подразделениях. В таких условиях, когда с ишхидами предстоит столкнуться уже на днях, заниматься отдельной подготовкой новичков бессмысленно.

— По совести говоря, сердце кровью обливается, глядя на них. Ожесточились мы не в меру. Нехорошо это, — посетовал Бер-старший.

— Что ты предлагаешь, отец? Знаешь же, что не можем мы прокормить каждого страждущего. Сами голодными останемся. И оружия всем прибывшим не хватит. Даже самодельными арбалетами обеспечить не в состоянии. Нет у нас производственных мощностей для этого. Если бы механический завод с его станками тоже перенесся… Ай, зачем думать о несбыточном?..

Оба Бера немного помолчали. После паузы Сергей Борисович продолжил высказывать свои мысли:

— Мы обязаны принять всех. Женщинам и детишкам кров следует предоставить обязательно. Я понимаю — они обуза, но вместе с тем они будущее человечества этого мира. Как бы это громко ни звучало. Что касается мужиков, то тут Никифоров возможно прав, когда предлагал вновь прибывших поставить под ружье и в первую линию обороны определить. Тренировать их и не надо. Большинство морально итак готовы идти в бой, стрелять тоже все умеют — жизнь научила. Так что… совсем уж бесполезным балластом они не будут. Конечно, армейский опыт у них отсутствует, но это дело наживное, а если командирами поставить наших, то возможно не все так печально окажется. Касательно совсем уж непригодных к службе, то определить таких в стройотряды. Пусть паек отрабатывают на возведении дополнительных укреплений, — Бер-старший, допивая остывающий чай.

— Многие новички погибнут. Да и не правильно это — дробить сработавшиеся подразделения, чтобы укомплектовать новые отряды офицерскими должностями. Не все клановцы способны руководить. Будет только вред, — выдержав паузу, поделился своим мнением Александр.

— Они погибнут подавно, если мы не выстоим.

— Тут ты прав, пап. Ладно, давай этот вопрос вынесем на совещание и окончательно определимся с этой проблемой.

— Нет, — категорически не согласился Бер-старший.

— Что нет?

— Этот вопрос ты должен решить в единоличном порядке.

Александр недоуменно посмотрел на своего отца. Сергей Борисович постарался пояснить:

— Идет война, игры в демократию тут неуместны. И потом… тебе пора становиться вождем. Настоящим вождем зареченцев вошедших в клан. Тебе Слава Никифоров уже сто раз намекал.

Александр скривился:

— Я не хочу становиться вторым Дробышем.

— И не надо. Будь собой. Но вместе с тем, почему бы не воспользоваться дарованной возможностью и не стать кем-то большим, чем первым среди равных.

— Еще раз нет, пап. Я не могу сейчас пойти на полную узурпацию власти. К тому же большинство не поддержат меня.

— А вот тут ты неправ. Поддержат, еще как поддержат, — не согласился отец.

— Давай оставим. Не готов сейчас обсуждать серьезно эту тему.

— Зря ты так. У тебя имеются все шансы стать во главе большей части населения города.

— Это ты на Дарью и ее отца намекаешь?

— Именно.

— Ох, папа, папа. Давай, правда, отложим разговор до окончания войны. Сначала отобьемся, а потом посмотрим, кто достоин, а кто нет.

— Как скажешь, но ты подумай.

В дверь настойчиво постучали, прерывая неожиданный и неприятный для главы клана разговор.

— Войдите! — с облегчением крикнул Александр.

В комнату робко заглянул вихрастый и конопатый мальчишка лет десяти-одиннадцати. Бер помнил его — Женька из бывшей Фадеевской общины.

— Александр Сергеич! Александр Сергеич! Вы тута? Там вас эта… в цех зовут.

— Зачем?

— Без понятия. Дядька Никитич велел найти и позвать, а для чего не сказал.

— Иди. Шалыгин просто так искать не станет. А я тут, у тебя, посижу. Спрячусь ото всех. Устал за сегодня.

Александр кивнул, поднялся и отправился вместе с пацаненком в вотчину Шалыгина исполняющего обязанности главного инженера вместо предавшего клан Анатолия Букова. Поначалу хотел шугануть мальца, чтобы под ногами не мешался, но, вспомнил, каким сам был в одиннадцать лет и мысленно махнул на его присутствие рукой.

* * *

— Что тут у вас? — сходу спросил Бер, завидев главного инженера, пару работников цеха и стоящего рядом одного из самых сильных магов клана, служащего в разведке семнадцатилетнего Гошу-младшего. В отличие от Шалыгина и мужиков, Георгий явно нервничал.

— А у нас тут новый тип оружия намечается. Прототип уже готов, — главный инженер повернулся к одному из своих работников и попросил. — Митяй, покажи начальству придуманную вундервафлю [2].

[2] — Вундервафля — презрительное от вундерваффе (Wunderwaffe — чудо-оружие)