Я не знал что и думать. В голове какая-то каша образовалась. Сложно все было. Не просто. Слова тренера не получится игнорировать. Слишком многое на Олежке завязано. Деньги, оружие, люди… Не говоря уж о том, что я его своим другом считал. Одним из немногих. А оно вон как выходило. Не мог же бывший майор не ведать, что попал под прицел конторы. И если он все-таки знал, то почему мне не сказал? Я ему днями полцентнера золотых слитков должен был переправить, и мог попасть как кур в ощип за незаконные операции с драгметаллами. Что было бы, быть может, и не смертельно, но уж точно неприятно.

С другой стороны, сведения дяди Вовы — это только слова. Об их с Савой непростых отношениях наверное только в ясельной группе детсадов не знали. Могла ли быть эта странная стрелка с шефом частью многоходового плана по перехвату влияния Олежки на братву? Да легко. Кто захочет иметь общие дела с человеком, за которым внимательные глаза Госбезопасности следят?! Сумасшедших у нас в стране полно, а вот дураков — нет. Ни одного.

И тогда, если все дело во внутренних разборках, мне следовало как можно быстрее рассказать о разговоре с тренером майору. Савы голова большая, чего-нибудь придумает. Выкрутится. Предупрежден — значит вооружен. Это не я придумал, и не мне опровергать.

— Спросят… Если спросят о чем мы тут с тобой на холодке базарили, — дядя Вова остановился и ткнул мне в пресс толстым твердым пальцем. — Скажешь, за "Тортугу" терли. И мне цинканешь — кто именно интересовался. Развелось, в натуре, любопытных…

— Хорошо.

— Хорошо-то — хорошо. Да ничего хорошего. Че за хрень, Дюш? Чего это я как лох какой-то, о том что ты клуб продать решил последним узнаю?

— Да я еще и не решил. Так. Подумываю…

— Башка на то Богом и дана, чтоб думать, — согласился старый вымогатель. — Вот и выдумай, чтоб "Тортуга" твоя от братвы не уплыла. Урон это для нас будет, сам поди понимаешь.

— Да понимаю, — поморщился я. — Только…

— Деньги нужны, — перебил меня тренер. — Базаров нет. Давай я дам тебе денег. Лимона зелеными хватит? А потом парнишка к тебе забежит. Скажет на кого клуб переписать…

— Много, — совсем не хотелось брать лишнее. В нашей компании такое обязательно боком вылезет. Припомнится при случае, когда меньше всего этого ожидать будешь. — Я думал дешевле клуб продать.

— Нормально, — отмахнулся шеф. — Это же раритет. История! Сколько наших пацанов через твое заведение прошло? Помнишь? А лавэ… Ты, Андрюха, сам знаешь. Я с блатными не особо… Но как-то понадобилось к старому вору обратиться. Терки серьезные были, без уважаемого человека все могло стрельбой закончится. Так что пришлось на поклон ехать… Был такой дед Гасан, слышал? Нет? Ну да. Он и не светился особо. В малюсеньком городишке у какой-то бабки полдома ему с общака снимали… Помер он. Давно уже. А жаль. Мудрый был старик. Сейчас таких уже нет… Короче, Дюш, он мне про бабло обстоятельно все рассказал. Глаза, мать его, открыл. Говорил, типа сами по себе деньги вообще ничего не стоят. Что доллары, что золото или платина — похрен. Просто еще одни какие-то вещи. Сильный и без них свое возьмет, а слабому и они не помогут. Прикинь?! Но, говорил мне старый Гасан, с помощью лавэ измеряют отношение между людьми. Вот сам посуди. Пришел к тебе, допустим, лошара какой-нибудь московский, и предложил за "Тортугу" лям зеленью. Скажешь ты ему, что это много? Нет? А мне почему сказал? А потому, что между нами есть отношения. Вкурил тему? Мне для тебя, Дюха, ничего не жалко. Денег, связей. Скажи только, все для тебя сделаю, последнее отдам. А другие люди лучше баксы в камине сожгут, но тебе не отдадут. Потому что ты им чужой. Никто. Враг. Понял? Спроси у человека бабла отсыпать, и сразу вкупишь кто он тебе, друг или враг.

Шеф взялся за рукоятку входной двери, к тому времени уже предупредительно распахнутой одним из опричников.

— Езжай, Андрюха. И помни чего я тебе сказал. Удачи.

Ну я и поехал. Чисто на автопилоте, честно говоря. Голова задачей — как побыстрее предупредить Олега, но чтоб прямо сейчас к нему не заезжать и не звонить — была занята, а не соблюдением ПДД. Как не въехал ни в кого — загадка века. Видно нужен я еще был Господу на этих двух светах. Сберег. Кое-как до дома добрался.

В усадьбе меня уже ждали. Костян Майер часа три уже наверное по дому болтался и коварные вопросы Натахе моей пытался задавать. А она, как хозяйка, гостя и одного бросить не могла, и сидеть на попе ровно не могла — ждала результатов анализов проб крови из-за Подковы. Так что мое явление народу было воспринято с искренней радостью. Суженая, потому что можно было на законном основании ускакать к себе и сесть на телефон в спокойной остановке, а мой главный инженер — так как на вопросы, которые у него в глазах светились, по ходу только я ответить мог.

Ну "мог" — это сильно сказано. Хотелось просто послать гостя куда подальше, взять банку холодненького пивка из холодильника и пару часов тупо втыкать по ящику какую-нибудь передачу ни о чем. Про привидений каких-нибудь, экстрасенсов или НЛО. Благо этакой-то жвачки там теперь полно. И заявись ко мне кто другой, зуб на мясо, так бы и сделал. А тут Костян. С ним так нельзя.

Вообще, немца я сто лет знаю. Он и жил в нашем дворе. На пару лет всего младше. С детства спокойный и рассудительный. И вперед никогда не лезет. Не то чтоб совсем уж ведомый. Вовсе нет. Может и построжиться на людей, наорать. Но… как бы всегда свое место знает. Мы с Коленком еще когда клуб строили Костю к себе подтянули. Как оказалось — во время. Что-то у него на прежней работе не срасталось. Рамсы с начальником, который, судя по всему сам со склада товары тырил, крысятничал, и очень хотел на кого-нибудь свои грехи списать. Коленок там звездил с неделю. Так бедного воришку застроил, что тот дышать без разрешения боялся. А Майер стал у нас управляющим "Тортуги".

Потом я учиться пошел и Костян следом. Я в кресло директорское запрыгнул, а немец в Фатерлянд. Ох как я на него тогда обижался. Не звонил, не писал, и разговаривал через зубы, если он до меня все-таки умудрялся достучаться. А как он домой вернулся, сразу ко мне прибежал. Каяться. Ну я и простил. Как раз искал подходящего человека на должность главного инженера, и вернувшийся "блудный попугай" подходил как нельзя лучше. Так с тех пор и тянули. Каждый свое. Я, как паровоз, всю компанию в светлую даль, а за моей спиной, первым вагоном — Костя Майер, главный по технологии и организации производства.

Вот как такого человека за порог было выставить? Да никак. Пришлось усаживаться рядом и выспрашивать, что за проблемы привели обычно скромного и ненавязчивого немца в мою хату.

— Извини, Андрей, что побеспокоил в нерабочее время, — кашлянул в кулак, и начал допрос Костя. — Но у меня появился вопрос, который мне покоя не дает. Скажи мне пожалуйста… Что мы собираемся строить?

— Я вроде все популярно на планерке объяснил, — предчувствуя трудный разговор, пожалел, что таки не достал из холодильника пару банок пива.

— Перестань, — поморщился Майер. — Это узбекам твоя сказочка прошла за милый мой. Мне-то не надо по ушам ездить. Я-то знаю, что в Министерстве Обороны своих строителей хватает. И что к возведению военного объекта ни в коем случае граждан другого государства не допустят.

Логично, черт подери. И хорошо, что это именно сейчас, и именно многим мне обязанный Костя заметил. А не кто-нибудь другой, умеющий сложить два и два, и в самый для меня неподходящий момент побежавший в компетентные органы. Так что я, как только мог искренне, взглянул в блеклые глаза немца и спел ему песню о суровых мужиках в дикой тайге.

— Еще варианты будут? — хихикнул Майер. — Этот тоже не подходит. Мало того, что бетонную махину, чтоб ты не делал, в миг со спутников засекут, и отправят глазастых мальчиков на разведку. Это раз. А два: ты кем угодно можешь быть, но в том, что не заботишься о своих людях ни разу не замечен. Потому и в трудное время из нашей компании мало кто траву зеленее искать убежал.

— А причем тут…

— Я спецификации жилых блоков и легкосборных ангаров посмотрел. И первое, что в глаза бросилось — все это для теплого климата. Никакого дополнительного утепления. Ни полистирольных плит, ни тепловых пушек. Андрюх, ну не подходят эти времянки для нашей, сибирской тайги! Да и не верю я…

Дотошный. Бетонный заводик, который я велел найти и приобрести тоже только при плюсовой температуре может работать. У нас на островах и в сезон штормов, как старый Ван говорит, холодно не бывает. Егорка утверждает, что вряд ли ниже пятнадцати градусов температура опустится. Так что подозрения Костины не лишены оснований были. Хи-хи.

Однако, тут-то я и задумался. Никакая сколько-нибудь подходящая легенда в голову не приходила, а посвящать старинного приятеля в нашу тайну было все-таки страшновато. Нет, так-то Костян насмотрелся. И в клубе и потом. В его светлой голове столько на меня компромата имелось, что новый уже и не нужен. Хватит, чтоб жизнь мне напрочь испоганить. А потому доверять я Майеру мог, практически как себе. Но, бляха от ремня, и на старуху бывает проруха. Хрен его знает, что он в своей Германии делал. Может его там местный Гестапо завербовал и в Сибирь заслал. Может он в письмах тамошней "родне" шифровки в центр передает. И попади ему в руки сведения, касающиеся, так сказать, германской национальной безопасности, он тут же сольет нашу тайну по одному ему известному каналу.

Бред, короче, какой-то в голову лез. А Костя сидел, смотрел, как изменяются разные выражения моего лица, и ждал. Ну и дождался, ясен день. Куда я денусь, с подводной лодки?

— Кость, я тебя когда-нибудь обманывал? — неосмотрительно начал я.

— Сегодня, — кивнул педантичный немец. — Дважды.

— А, — отмахнулся я. — У нас тут такое, короче, что это и не обман был, а так… легкая шалость. Слушай сюда, Костян. Ты же водилу моего знаешь? Мишку Поца? Так вот, двадцать примерно лет назад, мы с Михой и другими пацанами пошли смотреть на мумию Алтайской принцессы…

Глава 7. Вода

Сколько нужно времени, чтоб разбить лагерь? Два часа? Ну это, внучок, смотря какой! Если обычный, туристический, то да. Пары часов вполне хватит. Люди военные провозятся немного дольше. Им ведь еще и о возможной обороне места ночевки нужно подумать. Но все равно, вряд ли у них уйдет на все про все больше дня.

Давным-давно, когда я еще был молод и наивен, всерьез полагал, что на обустройство быта на новом объекте строителям вполне хватит трех дней. Ну типа, день — завезти вагончики и подключить их к электричеству. День на заселение, устройство отхожих мест и умывальников. Ну и последний, третий — на всякие мелочи, вроде прокладки, где это нужно, дощатых настилов, навесов, скамеек и столов. Кухня, радиоточка и все такое…

Короче. Узбеки занимались этим больше недели, и все равно по вечерам продолжали визжать пилы и стучать молотки. С ними ведь как?! Кинулись они, допустим, скамейки колотить. И обнаружили, что нет гвоздей соток. Думаете они возьмут имеющиеся сто двадцатые и просто загнут потом торчащие острия? Хрен то с два! Вся толпа сядет в тенечке на корточки, а бригадир побежит к прорабу. Тот или выдаст нужное, или придет, покричит пять минут на чисто военно-строительном языке, в процессе разъяснит технологию загибания, и работа продолжится. Потом этим бравым работникам понадобится… ну пусть — отвертка. И все повторится вновь. И вновь, и вновь… Пока прораб не бросит все другие дела и не встанет рядом, чтоб подсказывать решение проблем в тот самый момент, как они выявляются.

К концу дня скамейки будут готовы. Одна, две или пятьдесят, но все они будут одинаковые, словно с конвейера. А рядом вырастет целая гора обрезков досок, которые никуда уже, кроме как на дрова, не пустишь. Отходы вечером увидит начальник стройки и закатит прорабу скандал. Что, ясен день, аукнется собственно виновникам "торжества". Узбекам, то есть.

Вот только не нужно говорить, будто бы они, я вообще всех жителей Средней Азии имею в виду, думать не умеют, или у них напрочь отсутствует пресловутая смекалка. Все они могут, и все у них есть. Ткни пальцем в полету материала, скажи, что треть можно украсть и продать — через час приходи за своей долей. Как вытащили, что никто не заметил, куда дели и почем продали, даже не спрашивай. Они и рады бы объяснить, да плоховато наш язык знают. На это, причем заметьте — санкционированное начальством, дело у них и мозги работают на зависть, и смекалка всплывает, как подводная лодка в степях Украины.

А вот во всем остальном, особенно в том, что касается работы — нет. И отгадка тут проста, как два пальца об асфальт. Все дело в том, что жизнь мусульманина вообще полностью регламентирована. На любой вопрос заранее есть ответ. Что когда и где одевать, где кланяться, а где должны склонить голову перед тобой. Каким тоном с кем разговаривать, где искать жену, что есть и пить. Что, где, когда, бляха от ремня, абсолютно все прописано в их святых книгах, или диктуется народной традицией. И детей они с детства учат с этим всем жить.

За нечто новое, прежде невиданное, никем из старших не деланное, они просто не возьмутся. Нет закона и традиции. Нет авторитета, кто смог бы сказать — должно быть так. Они вовсе не врут, и не шутят, когда говорят: мы умеем все, хозяин. Ты только один раз покажи… Ты, хозяин, для них в тот момент старший и авторитет. Ты должен явить внимающим новое правило, по которому они и будут жить всю оставшуюся жизнь. И если кто-то когда-то сказал, что те самые, пресловутые скамейки положено собирать с помощью сотых гвоздей, то ни один из них сто двадцатку и в руки не возьмет. Ясно?!

У нас, на одной из строек, молодой прораб с этими гастарбайтерами едва с ума не сошел. Кстати, как раз по поводу гвоздей. Собирали они простенькую деревянную опалубку. Молодой забил колышки, натянул нитку, получил заверения бригадира, что дальше они справятся и отбыл чай пить. Но ровно через пять минут вынужден был бежать обратно, потому что доски оказались на сорок, а не на привычные пятьдесят. Потом на склад за нужными гвоздями. Потом звонить в офис и требовать обрезок рельсы, потому что узбеки всегда, заметьте — всегда выпрямляли загнувшиеся гвозди на рельсе. Все. Аут. У парня чуть взрыв мозга не случился. Охрана его от растерянных рабочих оттаскивала, когда с кулаками кидать начал. А всего делов-то было, постоять пять минут возле места работ, чтоб разом решить все вопросы.

Вообще, я иной раз даже им, узбекам, завидовал. Все у них просто. Самая большая проблема в жизни — это как найти работодателя, который честно платит за работу. А все остальное уже заранее известно. Или всегда найдется способный обучить нужному навыку. Возьмите одного профессионального каменщика и дайте ему в помощь десяток дехкан, прибывших за длинными деньгами прямо из глухих аулов. Через месяц кирпич станут класть все. Поголовно и совершенно одинаково. По эталону специалиста.

Ну это я так. Отвлекся немного. Просто хотел объяснить, почему к началу сезона штормов нихрена у нас еще как следует построено не было. Из Лехи строитель, как из его Любани балерина, а мы с Майером постоянно на той стороне находиться не могли. Без нас с немцем вся работа в фирме разом остановится. Брат ругался, махал руками, и в ответ получал испуганные глаза и растерянные лица. Но стройка с места не двигалась.

За неделю кое-как обустроили жилой городок. Потом еще пять дней возводили арочный ангар с прочным бетонным основанием и варили железный гараж под дизель-генератор. И еще две недели ставили и переставляли деревянные треноги, по которым нужно было развешать электрокабель. То эти опоры доморощенной ЛЭП стоять не желали, все на сторону заваливались. То от любого, хоть сколько-нибудь сильного порыва ветра просто разваливались. Ну не делали мои работяги такого прежде, а у нас с Костей времени не было чтоб за ними постоянно присматривать.

В общем, плюнули и занялись заводом всякой всячины. Майер, три дня за порогом прожив, при первой же встрече мне тщательно выверенный график выкатил, и план того, каким образом скрыть от любопытных глаз эти совсем не маленькие перемещения грузов. Я, по его же настоятельной просьбе в иной мир в командировку отправил. Взамен Лехи, который очень был нужен здесь, на этой стороне. Косте было любопытно, и мне полезно. И Поцу, которого я, как опытного, типа строжила, назначил старшим, не так скучно.

Немец же, чуть ли не сутки Миху вопросами изводил и по окрестностям таскал. А потом сел, и два дня рисовал схемы хранения стройматериалов, место под будущий бытовой городок, и составлял планы поставок. Ну и свое видение ситуации мне подробно изложил.

Всего-то нужно было взять в аренду обширную складскую площадку с прилегающей железнодорожной веткой. Весь день туда съезжались грузовики со стройматериалами, а вечером типа все это добро грузили в "припаркованные" вагоны. Изначально мы, честно говоря, так и планировали. Построить небольшой кусок железнодорожного полотна и катать на ту сторону вагонами. Только Егор нас на смех поднял. Сказал, что даже небольшое изменение положения артефактов в Подкове отправит наш "бронепоезд" под откос. А оно нам надо? Нет, не надо. Потому вечером, Миха по одному загонял грузовики в портал, а утром вытягивал уже пустыми. Получалось не слишком быстро, потому что на той стороне дожди случались все чаще и чаще, и Поц наотрез отказался выезжать дальше отсыпанной щебнем площадки у ворот Портального ангара. Боялся застрять в стремительно раскисавшем грунте.

Первые чертежи стали поступать от Власенкова уже к началу ноября. Но толку с его оперативность никакого не было. К тому времени там, на островах, такое началось, что узбеки боялись из своих вагончиков нос высовывать. Ветрище такой, что четырехухие измерительные "чебурашки", которые средний расставил на сопке, в рабочем поселке и на пляже, визжали от натуги и выдавали какие-то совершенно нереальные цифры. И дождь. Здоровенные капли, летящие практически параллельно земле и способные оставить вмятину на листе полумиллиметровой оцинковки. По морю туда-сюда носились целые горы серой воды. Волны легко доставали до зарослей кустарников за двухсот метровым пляжем. На восточной стороне, там где берега каменистые такой грохот стоял, будто дивизия гаубиц одновременно лупила по ненавистному врагу. Даже в Портальном Ангаре приходилось напрягать голос, чтоб собеседник гарантированно тебя расслышал. Все-таки крыша была тоже собрана из металла, и по ней тоже барабанил местный безумный дождик.

Прикиньте, как офигели каким-то хитрым образом найденные и завербованные на весь остаток жизни Лехой шестеро отставных прапорщиков?! Ну, или если быть точным, два мичмана — морпеха, прапор танкист, пара десантников и связист. С зимы того года Российская Армия вдруг, ни с того, ни с сего решала избавиться от промежуточного, между солдатами и офицерами, звания, и сто двадцати тысяч опытнейших военных специалистов отправились на пенсию. Так что у моего брата появился богатейший выбор.

Ниче вроде так мужчинки подобрались. Младший сразу заявил, что за каждого готов ручаться. И все они предупреждены о том, что обратной дороги нет. Господи, да я был только рад хоть одну заботу с плеч свалить. И тут же поручил Лехе полностью взять на себя обязанности по формированию нашей дружины. Он и согласился. Куда ему деваться было?

А! Оружие для наших новых бойцов уже давно приготовлено было. Подменил на денек Миху, а его самого отправил к Олегу на рынок. Партию слитков закинуть и стволы забрать. И послание от меня передать. На словах, ясен день. И так, чтоб без посторонних ушей. Что Поц и проделал. Модный такой, вкатил на своей ГАЗельке прямо в склад, а в кузове большущие коробки с фруктами. А уже под этими яблобананами, тщательно укутанные в целофан, десять АКМС, один РПК, и чертова уйма патронов в запечатанных армейских цинках по тысяче весемьдесят штук в каждом.

Остальную амуницию еще только предстояло подобрать, но с этим решили не торопиться. В конце концов, у нас не государственная армия. Единой формы одежды нет и не будет. И есть смысл выслушать предпочтения бойцов по экипировке. Чем, как раз во время сезона штормов Леха и занялся. Носился, как оглашенный, по магазинам, заказывал через интернет, договаривался с офицерами с военных складов. Развлекался суровым мужским шопингом, короче.

Бойцов поселили прямо в ангаре. Поставили вдоль стен типовые вагончики — бытовки, вроде тех, в которых узбеки заселились. Только не по шесть человек в каждом, как у рабочих, а по двое. А сверху, вторым этажом, отдельный домик для начальства. Мы с братьями часто там ночевать оставались, так не в палатке же ютиться. Плюс, возле ворот еще один втиснули. Вместо караулки. Оружейку выделять не стали. Автоматы людям, по одному каждому, выдали враз и навсегда. В личное пользование, так сказать. Чтоб каждый свое холил и лелеял, а не непонятно чье, то есть общественное. А-то знаю я этих "кусков". В армии шутили, что прапорщик вообще от хомяка произошел, а не от обезьяны. Облик изменился, а привычка тянуть все нужное в норку осталась.

Хреново конечно, но пришлось пригнать на площадку кран и машины разгружать. Не летная, бляха от ремня, погода. Порт не принимает. Гастарбайтеры отказывались садиться за рычаги крана в шторм, а я и не настаивал. Мне только несчастных случаев на объекте не хватало для полного счастья.

Зато архитектора перло. Нашел человек источник вдохновения. Три-Дэ визуализацию крепости мы даже на стену повесили. Красиво. Грозно, и очень-очень трудоемко. И требовало для эффективной обороны наличия более серьезного оружия чем автоматы. Хотя бы АГС-17. Но желательно штук шесть ЗУ-23, пару АК-330, дюжину АГС-30 и десятка два "Кордов". А если добавить несколько управляемых минных полей на самых опасных направлениях, то гарнизон всего огроменного сооружения можно будет сократить до пяти десятков человек.

Только я этот список желаемого Саве даже показывать боялся. Не вписывалась этакая-то гора оружия в легенду о суровых дядьках в глухой сибирской тайге. Слишком это было серьезно для локальных разборок за укромный золотоносный ручеек.

Ходили слухи, что на Украине можно танки эшелонами покупать, не то что зенитные автоматические пушки. Бардак у братьев-славян царил просто невообразимый. Так что мы с братьями были склонны слухам верить. И Леха с Егором готовы был рвануть в ныне самостийную провинцию бывшей Империи, прямо оттуда открыть портал на острова и купленное переправить. Оставалось только канал найти. Не подойдешь же к первому попавшемуся офицеру и не спросишь…

Снова отвлекся… Ну вам-то, внучки, о планировке нашей крепости поди можно не рассказывать? Вы тут наверное уже все закоулки облазали? Не везде пускают? И правильно делают! У нас кое-где кое-что такое лежит, что детям не игрушка. И это не спички. Я понятно объясняю?

Короче, строить мы должны были начать с цитадели. Вот так вот. Власенкову в техзадании особо отмечалось, что жилые и рабочие помещения для командования должны быть в отдельном здании, особенно хорошо укрепленном. Он и нарисовал нам крепость в крепости. Размашистый трехэтажный шестигранник, разделенный по центру на две половинки переходом. Соответственно два отдельных внутренних дворика. И под всем этим великолепием, ниже уровня грунта, огромный склад со свободной планировкой и парой эстакад, по которым машины могут подниматься наверх. Там же, под галереей, центральная распределительная энергостанция, от которой, в железобетонном коробе, кабель уходит к ГЭС на плотине.

На углах цитадели что-то вроде бастионов. Там высота всего в два этажа и плоская, пригодная для установки тяжелого вооружения, крыша. Которая, в свою очередь, отлично простреливается из узких окон-бойниц в примыкающих стенах. Супер. Даже моему параноику, младшему братику понравилось. И особенно приятно, что смета на возведение этой части была более чем приемлема. Примерно как обычная пятиподъездная десятиэтажка, если без откатов и безумных требований. Кроме того это мы могли попробовать построить за те три месяца, которые нам останутся от окончания природного безумия до весеннего равноденствия. А потом приедет кхаланская "госприемка" и приемная комиссия на черных кораблях, и устранить недоделки мы сможем только собственной кровью.

А пока с неба и с моря на мои острова лилась вода, мы ничего делать не могли. Накапливали конечно материалы и деньги. Никитка с Михой активно общались с народом на форуме выживальщиков. Сава подыскивал мне бомжей, а я, через ментов, искал ценные кадры среди спивающихся одиноких горожан.

Забавно вышло с алтайским фермером. Ну помните? Тем, которому Васька письмо через меня передавал. Дима Эмберг приехал в город в середине декабря. Оставил жену дома на хозяйстве, и прикатил. Интересный чувак. Молчун. Люблю молчунов. Они воду не льют. Если говорят, то всегда по делу. И всегда вдумчиво. Вот и этот, заглянул в глаза, и задал только два вопроса. Правда ли то, что Мундусов написал, и когда можно будет переселиться. Вот так вот. Должно быть здорово его дома заболбали, что мужик готов был сломя голову куда угодно прыгнуть, только бы от проблем подальше.

Подтвердил. Показал фото. Панораму, которую мы с братьями с вершины сопки сняли. Эмберг потеребил узкий подбородок и задал последний вопрос: для какого количества народа там хватит места? Мы с Натахой даже засмеялись, благо Дима обидчивым не выглядел. Пояснили, что пару тысяч точно, а три уже под вопросом. Гость совершенно серьезно кивнул, сел в свою затюнингованную под пикап Ниву и уехал. Даже не попрощался. И каково же было наше удивление, когда к концу новогодних каникул, толи детого, толи десятого числа, мне позвонили с поста ДПС и попросили подтвердить что караван из четырнадцати машин, большая часть которых была загружена домашним скотом — лошадьми, коровами, козами там всякими с овцами — идущий от границы с Алтаем, направляется именно ко мне в усадьбу. Обычно в таких количествах животных только на бойню в мясокомбинат возят, но тут у людей соответствующие документы отсутствовали, что бравых гайцов и смутило.

Подтвердил. И даже съездил людей встретить. А когда весь этот табор ввалил в мои ворота и скот выпустили из машин, даже соседи вышли полюбопытствовать. Я-то глупый, прежде думал, что два гектара земли — это много. Хрен-то с два, японский городовой! Твари божьи только что боками не пихались, столько их было.

А это просто Дима сблатовал ехать в дали неведанные еще две соседские семьи. Фермерами они официально не числились, скота имели много и к домогательствам нашего любимого государства относились резко отрицательно.

Прикиньте, что все это стадо за пару недель с моей землей сделало?! Сугробы просто исчезли, словно бы их и не было. Все вытоптали, все навозом удобрили. Фермеры-то конечно жратву для скота с собой привезли. Сено в круглых таких штуках, силос и комбикорм в мешках. Но совсем не много. Васька же Диме написал, что зимы там, за Радугой, не бывает. Трава и та вечно зеленая, ёкарный бабай. Они слишком уж заморачиваться и не стали. Зато сразу после прибытия на меня давай наседать. Типа, чтоб скорее их туда переправлять начинал. А я бы и рад, да на островах как раз в то время настоящее светопреставление случилось. Егоркины приборы просто зашкаливало, а на закуску еще и землю трясло так, что по бетонному полу ангара трещины поползли. Одному из вояк в Афгане еще случилось повоевать. Там частенько землетрясения случаются, так он три — четыре бала определил. Фигня, мол. Не о чем беспокоиться.

Хренасе — не о чем! Море чуть с землей местами не поменялось. Волны с трехэтажный дом своими глазами видел. Эпицентр видно где-то на юге был, потому как оттуда цунамя эта и приплыла, бляха от ремня. Помните я о кустарниковых зарослях вдоль пляжа рассказывал? Ну те, через которые мы с Лехой едва-едва прорубились. Все. Не было больше кустиков тех. Как корова языком слизала. Вместе со стальной, из уголка пятидесятки, рамой, на которой средний свою метеостанцию установил.

Короче, пришлось нам с Поцем по окрестностям по рыскать, коровье пропитание добывая. Одним из соседей у меня ментовский отставной генерал был, так он чуть со смеху не умирал, глядя, как мы с братьями сено с КАМАЗов фермерам помогаем сгружать. Тебе, кричал, Андрюха, теперь молоко за вредность нужно выдавать! Волк позорный! Скотина то исправно службу несла. Не только жрала, но и обратно кое-чего выдавала. У меня от этого молока и его производных, сметаны там всякой, и творога, так живот крутило, думал рожу какую-нибудь неведому зверюшку.

Потом Натаха с Любаней дело в свои руки взяли. Молочные продукты в близлежащий детский дом пристроили, а алтайцев выдрессировали, чтоб куда не нужно не лезли и глупые вопросы не задавали. Мол, придет время, сами все увидите и узнаете.

У супруги моей, кстати, какое-то типо важное открытие получилось. Я не особенно врубился, честно говоря. Забот и хлопот и без этой шняги хватало. Понял только, что той бяки, которую в крови рыбаков Натаха моя найти очень боялась, так и не нашлась. Зато они вдруг обнаружили совершенно новую, пятую группу крови. И что самое прикольное, результаты тех замеров, или что там у них — хрен его знает, попали в руки молодому врачу. Кровь на анализы в Первую городскую клинику скорой помощи увезли. А дежурным доктором там как раз этот вот молодой специалист и восходящее светило оказался. Денисом Валерьевичем его даже старые, матерые медсестры зовут. Уважают, короче.

Так этот эскулап вцепился в анализы как клещ и отпускать не хотел. Орал, типа — это открытие мирового значения, и он, в диссертацию это оформив, навеки войдет в историю мировой медицины. Смешной такой. Ната сразу сказала, что для диссертации нужно эти пробы повторить и не один раз. А где он их возьмет?

Короче, посетили мы его с Михой. Прежде к главному врачу больнички заехали с бутылкой "Хеннеси". Поинтересовались личным делом дежурного светилы. Парень детдомовским оказался. Одиноким, короче. Всего сам добился. Светлая голова и талантище! Как такому не помочь? Предложил ему длительную хорошо оплачиваемую командировку в те места, где носители этой пятой группы размножаются на воле. На контракт, так сказать. На десять лет, по основному профилю. Ну то есть — людей лечить. А исследованиями заниматься никто мешать не станет. Но только в свободное от основных обязанностей время. Нужные приборы и всякое такое барахло — по заявке в рамках заранее утвержденного бюджета.

Дениска ошалел слегка, и взял неделю на раздумья. Но бумагу с результатами анализов нам таки отдал. Я его попросил, и он не стал спорить.

Дюжину каких-то темных, неопрятного вида, но не имеющих неприятного запаха, личностей привез Сава. Глянул на меня хмуро и посоветовал следить за их перемещениями по усадьбе. А еще лучше, попросту запереть куда-нибудь в подвале пока суть да дело. Чтоб не сперли чего нужного, и не разбежались. Ну да у нас особо не забалуешь. Этих мы той же ночью на острова переправили. Там после цунами тихо было, как у Бога за пазухой, и мы эту неожиданную паузу старались использовать по максимуму. В основном туда продукты таскали и новые бытовые вагончики. Всех же переселенцев нужно было где-то селить на первое время.

Одного из… как Олежка выразился — пленных, я, совершенно неожиданно для себя, сразу узнал. Дядя Миша начальником участка еще у старых владельцев компании трудился. А как я у руля встал, он увольняться пришел. Мотивировал это нежеланием работать на бандитов. Прямо так мне в глаза и заявил, говнюк. Может думал я его уговаривать стану, или с кулаками кинусь. А я молча подписал заяву и, ткнув пальцем в дверь за спиной посетителя, процедил сквозь зубы:

— Пшел вон, предатель.

Думал еще другие фирмы строительные обзвонить и попросить, чтоб его никуда в серьезные конторы не брали. Но не стал. Решил — Бог ему судья. И надо же — попал точно в яблочко. Дядя Миша всегда неплохо зарабатывал, так что деньги у него водились. Еще он гордый был, и себя считал не последним человеком в городской стройиндустрии. Сидел полгода дома, ждал тех, кто к нему явится приглашать осветить своим присутствием тьму нового объекта. Хи-хи. Да так и не дождался. И как это часто с гордецами случается — запил. И все. Так его приличная жизнь и кончилось. А попал в руки суровому начальнику охраны рынка он из-за очередной глупости. Подбили его приподъездные алкаши на овощной отправиться и отважных негоциантов из Средне Азии на бабло развести. Проще говоря — слегка ограбить. Типа там сторожами все русские парни и охрана за таджиков не вкупится. Наивные чукотские девочки. Слотошили их мгновенно, но ментам, помня мои запросы, сдавать не стали. Так вся эта "банда" в полном составе за Радугу и отправилась. Квартиры их уже потом, много позже, мы по доверенности продали, и половину выдали там золотыми и серебряными монетами. Как и договаривались.

А рожа у Савы последнее время постоянно озабоченной была. После моего предупреждения, тот оглядываться чаще стал. Ну и приметил неприметных мальчиков, что за ним всюду хвостиком таскались. Парнишки быть может и числились отличниками боевой и политической подготовки в конторской учебке, но против матерых волкодавов, всех как один прошедших горячие точки, которых Олега в охрану себе подбирал, нефига не котировались. Шпиёнов аккуратно повязали и сделали классическое, из замечательного кинофильма про американского Крестного Папу, предложение, от которого нельзя было отказаться. Типа или их письменные показания, или мозги будут на этом листе формата А4…

И то, о чем поведали мальчики, Саве очень не понравилось. Мне он ту писанину показывал, так я тоже не в восторге был. Думаете приятно было узнать, что два бультерьера, что за спиной нашего шефа последнее время постоянно отираются — это сотрудники специального отдела ВИП-охраны в ФСБ. И что под крыло нашего тренера с некоторых пор принял какой-то там высокий шыш из той же конторы. Да так взял, что дядя Вова теперь типа ручного медведика у генерала. Захочет — натравит на кого-нибудь, не захочет — тот сидит мед с лапы слизывает. Ну и попутно денюшку в клювике носит…

Так-то, в силу невеликого звания — оба были простыми лейтехами — они знать таких подробностей не могли. Но так уж случилось, что один из шпиков жил в одной комнате общаги с шефовым охранником, а второй… как бы помягче выразиться… Геем он, короче, был. И временами "гостил" в коттедже того самого генерала, не чуравшегося модных в Европе забав. А "приглядывать" за майором его отправили, чтоб галочку поставить в личном деле. И за участие в оперативной разработке злобного бандита получить основания для получения следующего звания. Типа карьера через одно место, бляха от ремня…

Олег рассказывал, едва удержался, чтоб не рвануть с бойцами к шефу. Морду бить и злые слова в лицо бросать. Типа революция, Че Гевара, долой пидорастическое руководство и вся власть майору в отставке с реальными пацанами. Да передумал. Решил, что глупо это будет. Шыш тренера полюбому прикроет, и революция станет путчем. А вот пережил бы попытку переворота сам Сава — это большой вопрос. Короче, решил мой друг сидеть на попе ровно, делать свои дела и на провокации не поддаваться. А ФСБэшный пригляд — игнорировать.

— Есть у меня надежда, Дюш, — тихо выговорил Олег, пристально глядя мне в глаза. — Что если жопу мне прижгут, я к твоим суровым дядькам в тайгу смогу податься. Поможешь?

— Да не вопрос, братуха, — кивнул я и усмехнулся. — Так спрячу, Господь не найдет, не то что ЭсБэшники.

Сава кивнул, и вяло сунул мне кулаком по плечу. Это вместо спасибо, как я понял.

— Слышь, друг, — почесав за ухом, поймал я так и норовившую скользнуть идею. — Если ты на полном серьезе решил сваливать, может напоследок сыграем с тренером и его покровителями в одну веселую игру?

— Излагай, — заинтересовался приунывший было смотрящий.

И выслушав общий скелет замысла, поморщился:

— Хреново. Спалимся. И хороших людей спалим. Лучше так…

Его вариант мне тоже идеальным не показался. О чем я тут же и заявил. В итоге общими усилиями идею доработали, и пожали друг другу руки. А я поехал домой, спеша поделиться с Лехой хорошей новостью. У нас появился шанс заполучить таки тяжелое вооружение, так необходимое для эффективной обороны крепости.

Первый "кирпич" в основание цитадели заложили в середине января. Наши жены бросили по камню в жидкий еще бетонный раствор на дне котлована, мы с бойцами стрельнули по три раза в небо из автоматов и освободили площадку для работы. Гастарбайтеры больше ждать не могли. Им деньги нужно было зарабатывать и семьям в солнечном Узбекистане отсылать. И так два месяца от безделья маялись, пока над островами шторма гулеванили.

Да и у нас дел полно было. Нас квадры ждали, на которых мы с фермерами должны были южный и юго-восточный полуострова исследовать. Пора было места под пастбища и усадьбы определять, загоны для скота строить и мою территорию от ржащей, мычащей и блеющей орды освобождать. Ну и кроме того, нам с Лехой, прежде уже ногами там по ходившим, любопытно было, каких делов ураганам удалось натворить. Чтоб знать на будущее, как сезон штормов здесь ландшафты менять умеет.

Поц тоже с нами хотел намылиться, но потом все-таки передумал. У него выбор был: или таки рвануть в Белоруссию, где они с Никитой через Интернет перед Новым Годом умудрились накупить такое количество списанной со складов длительного хранения военной техники, что менеджеры "ТехникАрм" потребовали присутствия представителя заказчика, прежде чем отправлять все это добро в Россию. Одних Михиных ненаглядных "бардаков" четыре штуки. Ясен день — без самого вкусного, без КПВТ и ПКТ в башнях. Жаль конечно, но не смертельно. Эта машинка и с РПК будет уберплюхой для туземных мушкетеров.

Еще эти двое сетевых шопоголика набрали пяток классических УАЗов, "буханок" четыреста пятьдесят вторых, две шишиги — ГАЗ-66, два БТР-60, опять же без вооружения и просто неприличное количество запчастей к этому всему. И на закуску, держитесь крепче! Четыре буксирно-моторных катера БМК-130М1. Это те восьмиметровые цельнометаллические лодки, которые с убирающимися в корпус шасси и практически вечным дизелем ЯАЗ-204В.

Короче, выкатили они мне список предполагаемых покупок на подпись. Ирка, которая в нашей банде финансами заведовала без моего автографа невесть что оплачивать отказывалась. И правильно делала. Потому что в прайсе мы еще много чего интересного нашли. Там "афганки" комплектами по цене китайских трусов продавали, и нижнее белье солдатское списанное на вес. Советское еще, а значит — очень качественное. Я уж не говорю о плащ-палатках, ремнях-портупеях, шанцевых инструментах и еще многих и многих вещей, которые в условиях отсутствия абсолютно всего — на вес золота будут.

А побелевшей от резко увеличившегося списка Ирине я пообещал, что большую часть этого барахла, кроме техники конечно, мы купцам тамошним на золотые монеты с выгодой обменяем. Никто же нам не помешает у белорусов постоянными покупателями стать? Хорошо торговля пойдет, можно будет и партии существенно увеличить…

В общем, Поца в братскую республику отправили, а сами рванули на квадровые покатушки. Дожди с ураганами вроде как закончились, но почва еще сырая была совсем, и ни на чем другом там и не проехать было.

Рыбаки туземные на ноги какие-то досточки привязывали — вроде очень коротких лыж, подбитых кожей морской рыбы, к которой грязь не липла, и к нам за съестными припасами приходили. В перерывах между штормами, ясен день. Бывало пару раз, что и на ночевку мужичков приходилось устраивать. В один из вагончиков. Так в январе, когда вода с неба сыпаться перестала, те ходоки жен привели. Типа в музей. Показать, как пришельцы живут. В каких замечательных уютных, светлых и крепких домиках. А тут и мы с Егоркой, как тут. С коварными объяснениями, что дескать, это у нас вообще-то времянки. Мол, построим настоящие дома — тогда приходите. А этим нам, типа, и хвастаться стыдно.

Китобои покивали лохматыми головами, в смысле, что базаров ноль — для начальства полюбасу жилища крутые выстроят. Но тут и Васька встрял. Как без него. Мне полиглотством вообще некогда было заниматься, а Егор с третьего на десятое понимать только-только стал. Куда там еще и говорить! Короче, алтаец в нашу рекламную компанию удачно вписался. Заявил, что даже у него там, с той стороны, дом куда лучше этого вагончика был. А он всего лишь деревенское стадо пас. Ни какой не начальник, типа. И мы это подтвердили. Пообещали, как фермеры наши обустроятся, к ним рыбаков сводить.

Думается мне, рыбачьи жены здорово туземным мужчинкам мозги выгрызли. Бабы они такие. Это если сравнивать не с кем, и у всех все так же, как у тебя, они покладистые. А вот если можно иначе — лучше, удобнее, да еще и это все на расстоянии вытянутой руки, тут уж держись! Так запилят — небо с овчинку покажется.