– Веридор, Варкен в опасности. Нам срочно нужна твоя помощь, иначе я за себя не ручаюсь. Твоей супруге прежде, чем делать Данинам такой подарок, нужно было поинтересоваться, почему этих идиотов прозвали Стойкими. – Видя то, как нахмурился Звездный князь, он зашипел – Да-да, Веридор именно идиотов. Тупых, вздорных и упрямых идиотов. Или придурков, если тебе этого мало и не смотри на меня, как на ледовую крысу, которая пробралась в спальную твоей жены и залезла к ней прямо под подушку. Из-за этого кретина Роджера, я не могу собрать с варкенцев налоги и мы с Калвином вот уже больше года вынуждены платить по всем счетам Варкена. Благо мы с ним не такие замшелые уроды, как некоторые, и ничуть не хуже галактов разбираемся в финансах, да, и банки пока что верят нам на слово, а то мы уже давно бы вылетели в трубу. А всё почему, да, только потому, что все прочие кланы, мать их так, не желают нести денежки в мой клан. Всем этим паразитам, видите ли, хочется являться во дворец нашей благословенной милостью Великой Матери Льдов императрицы Лариты и складывать сундуки с наличностью перед её троном. Они все, чтобы их снежные дьяволы уволокли в ледяное крошево, ждут того момента, когда Роджер построит для Лариты столицу на своем дурацком ледяном острове. А он, гад, саботажник несчастный, так до сих пор не начал строительства. Болван, гад…

Веридор предостерегающе поднял руку и сказал:

– Марцио, имей уважение если не к старине Роджеру, то хотя бы к моей жене и поостерегись говорить о лорде-хранителе постели своей императрицы такие бранные слова. А то, не ровен час, Рунита вспомнит обо мне и начнет искать, куда это меня черти уволокли. Учти, ей взломать нашу ментальную защиту, что белке орех разгрызть. Ты и мяукнуть не успеешь и тогда все, что ты услышал в свой адрес от Полли, покажется тебе детским лепетом. Итак, коротко, без лишних эмоций, объясните мне чего вам надо из-под Роджера? Насколько мне это известно, проект столицы уже готов и строительство началось еще месяц назад. Он показывал мне голографическую модель и мне, честно говоря, понравилось.

От возбуждения вскочив с дивана, Марцио снова хлопнул себя по ляжкам и яростно зашептал, вращая глазами:

– Верди, дружище, и ты называешь то, что эти жулики срыли какую-то гору и расчистили от льда несколько километров своего острова началом строительства? Нет, не спорю, проект у них классный и это будет самый красивый город Варкена, но пока они его построят, я заработаю себе грыжу головного мозга соображая, как мне свести концы с концами. Пойми, я не могу руководить финансовыми делами целой планеты, население которой не платит налогов в казну. А их нам не видать до тех пор, пока Роджер не построит такую столицу, в которую будет не стыдно ввести нашу императрицу, да, не оставит её Великая Мать Льдов, на что у него просто нет денег. Он, понимаешь ли, вбил себе в голову, что Данины должны подарить нашей возлюбленной Ларите самый прекрасный город. Тут я тоже не спорю, окажи Рунита такую милость моему клану, то мне было бы легче принять крейг, чем позволить кому-либо заплатить хотя бы за один единственный гвоздь в том городе, который Зарданы построили бы для неё. Пойми же, наконец, Верди, тебе нужно всучить этому типу столько денег, сколько ему потребуется для скорейшего окончания строительства. Я тут кое-чего подсобрал и готов хоть сию минуту перевести на твои счета семьсот сорок миллиардов галакредитов, да, у Калвина наберется миллиардов пятьсот…

Веридор Мерк сердито насупился и проворчал:

– Мар, заткнись, у меня для этого давно уже отложено целых пятнадцать триллионов, да, только я и сам не знаю того, как мне заставить Роджера взять эти деньги. – Понизив голос до шепота, он добавил – Неужели ты думаешь, Мар, что мне всё это безразлично? Я тоже жду не дождусь того момента, когда Ларита обретёт на Варкене свой собственный дом. Весь вопрос в том, как сделать это.

Марцио встал, подошел поближе и, подавшись вперед, негромко сказал Звёздному Князю:

– Верди, но это же так просто. Ты один можешь приказать этому парню принять от тебя или кого угодно сладж.

Веридор Мерк весь так и передёрнулся, услышав от Марцио Зардана это предложение. Глубоко вздохнув, он спросил:

– А ты сам, Марцио Зардан, рад был бы ты услышать слова своего виджара, приказывающего тебе принять сладж-помощь, да, ещё под угрозой отзыва слова своей супруги? Ты, Марцио Зардан из клана Зарданов Гордых, вышел бы из ворот своего хольда с белой повязкой на голове к круда какого-либо клана, принесшего тебе сладж? Что ты сделал бы после этого?

Марцио вернулся на свой диван и глухо проворчал:

– Что-что, будто ты не знаешь, что я сделал бы. Сначала принял сладж, а потом крейг, но в любом случае я не допустил бы того, чтобы ты отозвал слово Руниты, которое возвело мой клан на такую высоту. Но я ведь не Роджер, Верди, и мой клан один из самых богатых кланов Варкена. Это для меня сладж страшнее смерти. Ты же не хуже меня знаешь то, что сладж сильного и богатого в пользу слабого и бедного не оскорбителен, так что ничего страшного не случится. Сколько бы ты не дал денег Данинам, уже через два-три года они вернут тебе всё до последней кредитки. Правда, он навсегда останется твоим виджаном, но ты же, в конце концов, не какой-то там богатый родственник, да, я и уверен в том, что ты никогда не станешь помыкать потом Данинами и указывать им, что делать и как. Зато при нормальных темпах строительства уже через два года мы все будем в долгу у Роджера и уж ты поверь, ни одна ледовая крыса не сможет прошипеть из угла, что он засранец.

Веридор Мерк задумался. На самом деле до этого утра он как-то даже и не вспоминал о том, что Ларите срочно нужна столица. Его дочь жила в Звёздном Антале, окруженная такими же, как и она, мальчиками и девочками, он каждый день играл с нею и был очень счастлив, видя то, как она подрастает. Ларита уже вовсю бегала и говорила, заставляя его умиляться своему радостному лопотанию и ему казалось, что так будет всегда. Сегодня же ему напомнили о том, что его дочь императрица Варкена и без неё эта планета подобна сироте. Варкенцы были терпеливы, но он впервые подумал о том, как холодно им сейчас в их суровом мире без Лариты, ведь все они так же сильно любили его дочь, как и он сам, только для них она была ещё и всеобщей матерью-хранительницей. Задача, которую перед ним ставили Калвин и Марцио, была невероятно сложной. Пожалуй, решить её могли только архангелы экстракласса, да, только и они вряд ли смогут найти тот единственный способ, которым можно будет вручить Роджеру Данину огромную сумму денег не загоняя его при этом в угол и не лишая чести его клан. Сокрушенно покрутив головой, Веридор спросил:

– Ребята, а что по этому поводу говорит сам Роджер?

Марцио Зардан поморщился и ответил усталым голосом:

– Этот упрямец говорит, что ровно через три года Ларитандейр будет готов принять как нашу императрицу, так и ещё десять миллионов тех варкенцев, которые захотят находится под её личной опекой и защитой. Правда, я не представляю себе того, как Данины сделают это, ведь цифры упрямая вещь и они говорят о том, что его город будет стоить не менее триллиона галакредитов. Ну, если ему известен рецепт чуда, то, возможно, Роджер не спятил и говорит нам чистую правду.

Когда Марцио упомянул о чуде, Веридора, вдруг, осенило и он понял, что ему тоже вполне по силам сотворить маленькое, но вполне конкретное, реальное чудо. Он улыбнулся, поднялся со своего дивана, встал перед своим гостем на одно колено и сказал ему, сложив руки в клятвенный замок вокруг фиолетового, остро заточенного лезвия кланового виброкинжала ещё Мерков Антальских:

– Марцио Зардан, отец-хранитель клана Зарданов Гордых, я, Звездный Князь Веридор Антальский, клянусь тебе, что уже через год Роджер Данин откроет ворота Ларитандейра перед всеми варкенцами и ты сможешь войти в этот город и занять в нем здание Казначейства Варкена. Я клянусь тебе, Марцио Зардан, в том, что Роджер Данин не будет ни моим, ни чьим-либо другим виджаром. Аймо.

Марцио чуть ли не силой вырвал виброкинжал, лезвие которого было обагрено кровью и отмечено отпечатками пальцев Веридора из его рук. Быстро поцеловав клинок, он вложил его в ножны и радостно заулыбался. Вспомнив о том, что он, всё-таки, варкенец, Марцио поклонился и сказал, сложив пальцы в замок уважения:

– Я знал, Веридор, что ты обязательно найдешь выход из этой ситуации и не позволишь Роджеру наделать каких-либо глупостей. Тем, что Роджер Данин не станет твоим виджаром, князь, ты оказываешь Зарданам большую услугу. Поэтому назначь день, когда мой клан сможет принести клятву верности твоему Звёздному Княжеству. Отныне, Веридор Мерк, ты храним не только кланом Лиант, но и Зарданами Гордыми.

После этого оба варкенца обнялись, как родные братья, а Калвин, радостно улыбаясь, подал им обоим бокалы с кихой-ро и воскликнул с явным облегчением:

– Ну, что я тебе говорил, Мар? Верди не зря получил у галактических круда прозвище Хитрюга! Это мы с тобой, пеньки кедровые, не можем придумать ничего другого, кроме сладжа, а у этого парня в голове всё устроено, как надо. Вот увидишь, он сделает Роджеру такое предложение, что тот будет скакать от радости, словно молодой скальный прыгун по весне.

Веридор в ответ на это усмехнулся и негромко сказал:

– Ладно, Марцио, договорились, а теперь, брат, ступай к Полли и поговори с ней о том, что она должна будет сделать. Вся нынешняя неделя будет полностью посвящена подготовке к нашему братанию. Надеюсь, парень, тебя не оскорбит то, что я предоставлю твоему клану целый обитаемый отсек Антала для того, чтобы Зарданам было отныне где отдохнуть? Только ты уж не обессудь, в своём графстве граф ант-Зардан, ты не найдешь льдов и вулканов, ведь это место является точной копией экваториальной зоны Ротлана.

Марцио расхохотался, треснул его по плечу и воскликнул:

– Верди, братишка, на Балароне этого добра и так навалом, а потому мы как-нибудь стерпим их отсутствие в Зеленом Балароне. К тому же Ротлан это не самая жаркая планета, на которой Зарданам приходилось бывать. Ну, а ты, в свою очередь, будь готов к тому что к тебе в Звёздный Антал переселятся миллионов пятнадцать наших клансменов.

Веридор телепортом извлек из парилки Могучего Бенгольма и Марцио пулей вылетел из кабинета. Калвин, которого Веридор Мерк попросил задержаться, налил себе ещё бокал кихой-ро и выпил его одним глотком. Пристально посмотрев на своего друга, он тихим голосом сказал:

– Верди, я даже боюсь спросить тебя о том, что ты задумал, но надеюсь, что это будет не очень больно.

– Ладно, не гони волну, Винни, а лучше ответь-ка мне, кого из антальцев Роджер уважает больше всего? – Так же тихо спросил его Звездный князь.

Регент императрицы усмехнулся и воскликнул:

– Будто ты этого и сам не знаешь! Конечно, Нейзера, ведь это давно уже известно каждому. Роджер и Нейз кореша не разлей вода ещё с Бидрупа, когда они вместе, бок о бок, стояли на Стене. У меня тогда даже мелькнула мысль о том, что они и похожи, как два брата. Только один белобрысый, а второй черноволосый и если Нейза перекрасить в брюнета, а Роджеру отрастить себе усы, то их точно и родная мать не сможет отличить друг от друга. Это действительно так, честное слово!

Веридор Мерк кивнул головой, фыркнул себе под нос и сказал насмешливым голосом:

– Всё, Винни, ты мне больше не нужен здесь. Вали отсюда и поскорее. Да, если тебе не будет это в лом, будь добр, немедленно притащи Роджера и Олли в Рунитандейр и займи их там чем-нибудь. Как только я свистну, они уже через четверть часа должны быть в этом кабинете, а я пока что поговорю с Нейзом. Понял, парень?

Калвин вскочил на ноги и веселым голосом гаркнул:

– Ага, я сейчас, мигом! – Громко рассмеявшись, он добавил, прилаживая Ральмара на свои широкие плечи – Ну, ты и жук, Верди! Это же надо придумать такое?

Как только Калвин выбежал из кабинета, в нем тотчас появилась Рунита. Порывисто бросившись к мужу на грудь, она, чуть не плача, громко воскликнула:

– Верди, любимый, я не знаю как, но ты обязательно должен помочь Роджеру. Я просто в ужасе от того, в какой ситуации он оказался из-за строительства Ларитандейра. Он и Олли такие милые, я так их люблю дорогой.

Направляясь от таламана к своему столу, Веридор Мерк хмуро проворчал, не глядя на Руниту:

– Я этому твоему милому Роджеру башку оторвать готов, Рунни, за его идиотскую скромность. Вот уж лопух, так лопух, право слово. Просто какое-то ходячее сомнение. – Не дав жене опомниться, он подтолкнул её к своему столу, подле которого появилось второе роскошное кресло и добавил – Рунни, девочка моя, срочно попроси свою Няню Бэкси превратиться в тронный наряд. Скоро здесь появится Нейз.

Снуппи мигом превратился в парадный мундир Звёздного Князя, а Веридор Мерк телепортом достал из сейфа кирасу из наград, сверкающую бриллиантами и водрузил себе на голову иридиевый обруч с оранжевым бриллиантом. Защитник Руниты, – Няня Бэкси, тоже не раздумывала слишком долго и превратилась в роскошное платье золотой парчи, к которому очень шли живые бриллианты и бриллиантовая корона принцессы дома Роантидов. Когда Нейзер, также одетый в парадный мундир звёздного дворянина, зевая вошел в кабинет, то он увидел перед собой действительно блистательную пару. Веридор жестом предложил ему сесть в кресло, стоящее напротив стола и властным, не терпящим возражения, тоном спросил:

– Великий князь Нейзер Роантир, граф ант-Олс, барон фрай-Мободи, признаете ли вы меня, Звёздного Князя Веридора Антальского своим сюзереном?

Нейзер, растерянно хлопая своими пушистыми, словно у девушки, ресницами, тотчас вскочил с кресла, сделал пару шагов вперед и встал на одно колено. Слегка склонив голову, он кашлянул и гаркнул бодрым голосом:

– Да, ваше сиятельство, я признаю вас своим сюзереном, а себя вашим преданным вассалом. – Тоном пониже он тут же поинтересовался с ухмылкой – Верди, ну, и на хрена тебе это? Давай уж лучше соберем народ и я принесу тебе клятву честь по чести, как это принято среди всех приличных людей. Жаль, конечно, что я не могу сделать это на варкенский манер. Да, кстати, что это ещё за шуточки такие на счет какого-то Великого князя Нейзера Роантира? Про такие дела Эд, обычно, говорит, час от часу не легче. Вы бы, ребята, взяли и рассказали мне обо всех своих секретах разом, а то я, пожалуй, эдак и умом тронусь.

Веридор Мерк строго сдвинул брови, а Рунита, тронув его за руку, веселым голосом подтвердила:

– Нейз, миленький, не сердись. А вообще-то это никакие не шутки. Просто Фирна, прабабушка твоей Марины, очаровала Айерана и тот сделал ей предложение, ну, а мой отец, желая доставить ей приятное, своим указом продлил великокняжение на весь род Ринвалов и даже на тебя. Так что ты теперь тоже член дома Роантидов и даже имеешь права наследования, как и мы с Верди. Ты и Марина, если мне не изменяет память, кажется, семнадцатые, но ты лучше не спрашивай меня об этом, а то я совсем запутаюсь. Там ведь все так сложно устроено и вычисляется по каким-то хитроумным формулам.

Нейзер, который не торопился вставать, кивнул головой и Веридор Мерк продолжил истязать его, спросив для начала:

– Всё понял, старик? – Нейзер снова кивнул и Веридор, вспомнив о том, что он Звездный Князь, вновь заговорил строгим голосом – Граф, обстоятельства требуют и, как я надеюсь, наши родственные узы и ваш дворянский долг обяжут вас, чтобы вы без малейшего колебания согласились стать приемным сыном Роджера и Олли Данин. Сами понимаете, граф, что отказ не удовлетворит ни меня, ни Руниту.

Нейзер от этих слов побледнел и его лоб покрылся испариной. Судорожно сглотнув, он прохрипел через силу:

– Верди, но этого не может быть. Ты просишь от меня стать сыном Роджера и Олли, которых я так люблю, стать сыном отца-хранителя семьи насчитывающей свыше трёх с половиной миллионов человек. Но разве это возможно для меня, мидорского сироты? Боюсь, что они не примут меня, ведь я же самый настоящий урод, сын каких-то безвестных деградантов-натуристов и во мне почти не осталось родительских генов. Я, ведь, если так можно сказать, сам себе отец и мать и всё, что вы оба видите, это всего лишь синтетика. Хорошо уже то, что я со школьной скамьи весьма неплохо разбираюсь в генной инженерии и сумел ещё в юности сделать так, что медицинская машина не переделывает меня всякий раз заново. То, что я вообще живу на этом свете, просто случайность. Мне сохранили жизнь только из любопытства. Кто-то, видимо, решил посмотреть, сможет ли такой жалкий уродец, как я, выжить после того, как он был брошен той женщиной, которая даже не доносила меня и до пяти месяцев. Нет, Верди, я не верю тебе. Хотя Рунита и возвела Данинов на такую высоту, Роджер и Олли отвергнут меня из-за моей неполноценности.

Веридору было странно и жутко видеть то, как по бледному лицу его лучшего друга, человека невероятной отваги и несокрушимой силы воли, текут слезы от невыносимой душевной боли и страха. Еще острее это переживала Рунита. Она слушала признание Нейзера с побелевшим от ужаса лицом, прижав ладони к щекам и как только он умолк, вскочила и, обежав стол, бросилась к нему и обняла, прижав его голову к своей груди. Дрожащим от рыданий голосом она воскликнула:

– Пусть они только попробуют отказаться от тебя, Нейз! Я их прокляну, я весь Варкен прокляну!

Веридор сразу смекнул, что обычные слова утешения тут, явно, не помогут, а потому хлопнул изо всех сил ладонью по солопластовой столешнице и громко крикнул:

– Ну-ка, вы, оба, заткнитесь! Рунита, как ты смеешь так отзываться о Роджере и Олли? Они любят этого балбеса, как родного сына, и только то, что этот длиннобудылый болван вечно рефлексирует и боится потерять дружбу с этим мидорским сопляком, не позволило им стать ближе друг к другу. Рунни, ты, лучше, вспомни про то, как Эгмон льнёт к Нейзу и про то, как сияют глаза Олли, когда она смотрит на их возню друг с другом. Черт побери, ребята, я не знаю в чем тут дело, но Нейз и Роджер даже похоже друг на друга, как отец и сын. Так что, граф, встань с пола, утри свои сопли и выслушай меня, наконец, до конца. Если вы не можете сами придти друг к другу, то дайте мне сделать так, чтобы вы стали семьей. Чтоб вас всех утащили в ночь снежные дьяволы.

Однако прежде, чем встать на ноги, Нейзер, каким-то странным, нечеловеческим голосом простонал:

– Рунни, я ведь действительно люблю Олли Данин, как мать. Она очень часто снится мне, загляни в моё сознание, сестрёнка, и ты сама убедишься в этом.

Рунита так и сделала. От того, что она увидела в полностью открытом для неё сознании Нейзера, она испуганно вскрикнула и снова прижала голову этого парня к своей груди, исступленно говоря ему:

– Нейз, родной мой, Олли будет любить тебя, как родного сына. Она и сейчас любит тебя, миленький мой братик Нейз, но из-за того, что Данинам так тяжело на их огромном ледяном острове, они не могут позволить себе признаться в любви к тебе. Они ведь такие гордые.

– Вот-вот, шалопай! – Сердито прикрикнул на них Веридор и добавил более мягким тоном – Как раз об этом я вам обоим и толкую. Нейз, Рунни, давайте пройдем к таламану и покончим, наконец, с этим разговором. – Сев на один диван и позволив Руните сесть подле Нейзера, он принялся доводить до их сведения свой хитроумный план – Значит так, Нейз, сейчас в твоей полной собственности находится ровно двадцать пять процентов акций нашей шпионско-туристической компании. Так вот, парень половину этих акций я у тебя выкупаю за шестьдесят пять триллионов галакредитов. Все деньги сегодня же будут переведены на твои счета и уже завтра…

– Верди, – Перебил его Нейзер – Ты и так мой вечный благодетель. Зачем же тебе ещё и так переплачивать? Давай я просто верну тебе эти акции и дело с…

Тут Веридор не выдержал и взревел благим матом:

– Нейзер, ты можешь, наконец, заткнуться и хотя бы пять минут посидеть молча? Поверь, старик, мне вполне хватит этого времени для того, чтобы всё расставить на свои места и больше не возвращаться к этой теме. – Нейзер Олс послушно умолк и он продолжил – Кроме того, хотя финансовый год ещё не окончен, завтра Харди переведет из прибыли Антала ещё тридцать два триллиона. Прошедший год был хлебным, а потому мы неплохо заработали. Кстати, это твоя доля, как моего компаньона. Вот с этими-то деньгами ты и придешь в клан Данинов Стойких, но упаси тебя Великая Мать Льдов ляпнуть об этом кому-нибудь раньше времени. Надеюсь, что наши Защитники, особенно Снуппи, тоже будут молчать, иначе я всю жизнь и все свои деньги положу на то, чтобы изобрести для них специальный особо ядовитый крейг. Как только Роджер и Олли проведут церемонию усыновления, Нейз, ты немедленно наймешь строителей и построишь, наконец, хоть какую-нибудь деревеньку для Лариты с землянками для варкенцев и хижиной для неё самой. Задачу понял? На первое время хватит и этого.

Нейзер снова упал на одно колено и воскликнул:

– Мой повелитель, у твоей дочери Лариты будет самая прекрасная столица во всей галактике! Клянусь поясом Великой Матери Льдов, я весь остров Данин превращу в огромный цветущий сад и сделаю это в самые кратчайшие сроки.

– Ну, ты, того, не очень-то разоряйся, Нейз. – Смеясь воскликнул Веридор – Хоть парочку ледников оставь ребенку для развлечения. Ну, всё, парень, мы с тобой обо всем договорились, а теперь мотай отсюда и жди того момента, когда я тебя вызову. Нам с Рунни еще нужно выбить дурь из этого упрямого верзилы, Роджера, а то он смотрит на тебя глазами преданного гверла, сопит, гад, и не может честно признать того факта, что он видит в тебе своего покойного сына, Леонарда. Да, вот ещё что, Нейз, скажи-ка мне, каким это образом ты умудрился выстроить себя таким, как ты есть?

Нейзер скромно потупил взор и ответил:

– Верди, когда я окончил начальную школу и вырвался, наконец, из приюта, мне посчастливилось попасть на курсы подготовки солдат космофлота. Вот там-то я и смог изучить генную инженерию. Правда, этого было недостаточно, ведь у меня не было доступа к банку генных материалов, но мне снова повезло. У нашего преподавателя по генотехнике, доктора Эрика Ронсона, который, почему-то, относился ко мне сочувственно, имелась небольшая коллекция генов, из которой я и смог выстроить себя заново. К счастью, начальник курсов был отличный мужик и согласился дать мне добро на это.

Веридор улыбнулся и Нейзер торопливой походкой вышел из кабинета. Как только двери закрылись за ним, он покрутил головой и пробормотал:

– Интересно, где этот Эрик Ронсон взял те генные материалы, которые он подарил Нейзеру? – Посмотрев на Руниту, он добавил – Странно всё это, Рунни. Я тоже неплохо разбираюсь в генной инженерии и скажу тебе, что или этот Эрик гений, или тут опять что-то не так. Понимаешь, девочка, это очень трудная задача полностью изменить генетический код человека и создать, при этом, стабильную конструкцию. Когда Нейза ранило на "Молнии", наш варкенский реаниматор даже не хрюкнул, заштопывая в нём дыры, да, и до этого ему не раз приходилось выбираться с того света и всегда без каких-либо последствий, а это прямо говорит о том, что все его гены сбалансированы самым идеальным образом. Такое возможно только либо при очень хорошей наследственности, либо в том случае, что его генной реконструкцией занимался настоящий гений. Перед тем, как папаша Рендлю накрутил его по своей методике, Нейзер задал нашему корабельному реаниматору такую сложную программу деконструкции, что я просто диву давался, видя его тем увальнем и рохлей, каким он должен был быть от природы. Ну, ладно, давай займемся Роджером и Олли, дорогая.

Рунита, которая очень внимательно слушала своего мужа, села к нему на колени и спросила, обнимая его:

– Верди, ну, почему мы не сделали этого раньше? Честное слово я никогда не думала о том, что Нейз так остро переживает всё это. Любимый, а Роджер и Олли сделают для Нейзера то же самое, что мы с тобой сделали для нашего Вела?

Целуя Руниту, он ответил?

– Милая, ты ведь не хуже меня знаешь, что это в обычаях Варкена. У нас ведь никогда не бывает сирот, Рунни, варкенцы готовы усыновить человека хоть в старости, лишь бы у него был свой клан, в который он сможет придти откуда угодно. Надеюсь, что Роджер и Олли пойдут, как и мы, на настоящее, а не формальное усыновление, как это было с нашими друзьями Равом, Энси и Заком. Тогда у Нейза снова будут темные волосы и карие глаза, совсем как тогда, когда ты чуть не влюбилась в этого типа на Галане. Но, если честно, вряд ли Роджер откажется от такой возможности, ведь он, таким образом он как бы вернет Олли Леонарда, погибшего лет шестьдесят назад. Говорят, что он был отличным архо и погиб, как герой.

Спустя полчаса, когда Рунита обратилась с этой просьбой к Олли Данин, та и в самом деле не сочла её хоть сколько-нибудь неприемлемой, но, к полному удивлению Звёздной Княгини, высказала по этому поводу кое-какие опасения, сказав с грустью:

– Рунита, я не уверена в том, что граф Нейзер ант-Олс согласиться стать нашим сыном, ведь клан Данинов самый маленький из всех кланов Варкена, а он личность в галактике почти что легендарная. Мой Роджер столько рассказывал мне о том, какой он герой и как храбро он сражался, защищая тебя.

У Руниты снова навернулись на глаза слезы и она, пылко обняв Олли, громко воскликнула:

– Олли, Роджер, вы просто не представляете себе того, как Нейзер любит вас. Нет, вы обязательно должны увидеть это своими собственными глазами, взглянуть на его сны, в которых он целует твои руки, Олли, и смотрит на то, как ему улыбаются Эгмон и Роджер. Взгляните на это сами!

Рунита сделала то же самое, что и Нейзер. Этого вполне хватило для того, чтобы Роджер и Олли замерли, словно пораженные ледяными молниями Великой Матери Льдов. Хотя эта молодая женщина и была до глубины души поражена таким откровением, она в считанные секунды сумела извлечь из сознания Нейзера его самые яркие впечатления о Роджере, Олли, Эгмоне, малышке Миэйле, и многих других клансменах, вместе с которыми он отважно сражался на Бидрупе. Так что им было чему поразиться. Глядя на Руниту глазами, полными слез, Олли Данин прижалась к ней всем телом и чуть слышно прошептала, с трудом сдерживая рыдания:

– Моя небесная госпожа, я просто не могу поверить в своё счастье. Ты, в своём сознании, показала мне моего бедного Лео. Только он мог так целовать мне руки. Неужели милость Великой Матери Льдов к нам так велика, что она вернула нам нашего Лео в облике твоего самого преданного друга?

Веридор, утирая со лба испарину, сказал со вздохом:

– Олли, милая, если бы ты только знала, сколькими тайнами окутано прошлое Нейзера. Пока ты беседовала с Рунни, я тут запросил кое-какую информацию, пробежался по хронологии ещё раз и выяснил, что Нейз, похоже, родился ровно через сорок дней после смерти Лео. Не мне тебе говорить о том, что, согласно нашим верованиям именно на сроковой день душа погибшего архо может вселиться в какого-нибудь новорожденного младенца. Ну, а теперь прибавь к этому ещё и то, что некий господин, который прибыл на Мидор всего на один год, вдруг, ни с того, не с сего взял, да, и подарил Нейзу некий набор генетических материалов, которые сделали его на восемьдесят девять процентов вашим сыном. Уж ты лучше поверь мне на слово, Олли, но Интайр, которому я поручил проверить все это, ошибиться не мог. Так что не знаю как всё это случилось, но, похоже, всё это лучше назвать чудом и на этом успокоиться. Лично я сделаю это только потому, что у меня не хватает духу заглядывать в такие потаенные места. – Внезапно, он улыбнулся и, взглянув с прищуром на Олли Данин, спросил её мужа – Роджер, если я не полный болван, то твоя жена сейчас в положении, хотя ты не надел на её руку браслет матери, ждущей рождения дочери. Именно такой запах я учуял. Если это так, то я не удивлюсь и тому, что сейчас все женщины твоего клана ждут рождения дочерей, а ещё я чую запах Серебряной Туники, надетой на тело Олли. Я прав, Роджер?

Роджер смущенно кивнул головой и сказал:

– Верди, ты ведь знаешь, что больше нам негде взять столько денег на строительство Ларитандейра, а наши женщины, в отличие от мужчин, всегда приходят друг другу на помощь не взирая на клановые разногласия. Олли почти полгода собирала Серебряные Туники и уже очень скоро мы сможем продать их потомков галактам. По нашим расчетам этих денег вполне хватит на то, чтобы у Лариты был самый красивый город на всем Варкене.

Веридор Мерк усмехнулся над этими словами, но не стал говорить Роджеру о том, как сильно тот заблуждается. Вместо этого он сказал ему, вежливо наклонив голову:

– Роджер, из этого следует, что ты собираешься отложить усыновление Нейзера до того самого дня, когда Олли родит дочь. Это, похоже, будет полное усыновление и ты хочешь, чтобы твоя жена напоила Нейза своим материнским молоком. Извини, парень, но меня такой поворот дела совершенно не устраивает и вот по какой причине. Со дня на день темпоральный коллапсор может лопнуть, словно яичная скорлупа и мы все увидим Галан. На этой планете Нейзера ждёт его жена, которая сейчас находится в гибернаторе. Он покинул её кареглазым, крашенным брюнетом и я хочу, чтобы именно таким он вернулся к ней, а потому, Роджер, все женщины Данинов вместе с мужьями и детьми должны сегодня же прибыть в Звёздный Антал, чтобы завтра вечером войти в большой темпоральный ускоритель. Тогда уже послезавтра в Данинторне сможет пройти церемония усыновления Нейза. И пойми меня правильно, Роджер, я прошу тебя об этом очень настойчиво.

Вместо мужа Веридору Мерку ответила Олли, которая все еще сидела на диване в обнимку с Рунитой. Варкенский живой мох, покрывавший его, за сегодняшнее утро уже, наверное, устал от эмоциональных вспышек людей, но он, как ему и полагалось, исправно загорелся ярко-голубыми цветочками, когда Олли Данин, одарив Веридора признательным взглядом, нежным, певучим голосом сказала ему:

– Верди, ты и твоя благословенная супруга уже столько сделали для нас, что мы и так в неоплатном долгу перед вами обоими. Я твоя вечная виджара и сделаю так, как ты говоришь.

– Ну, уж, нет! – Смеясь воскликнул Веридор – Только не это, милая моя Олли. Стань уж лучше моей сестрёнкой и подругой Рунни, так всем нам будет намного лучше. А теперь позволь мне позвать сюда одного бедного мидорского сиротку, ради которого я всё это затеял.

Даже не смотря на то, что он сказал эту фразу весьма ехидным голосом, ни Роджер, ни Олли не обиделись и только Рунита метнула на него сердитый взгляд из-под своих, густых, нахмуренных, бровей. Долго сердится она не смогла, так как в кабинет, едва ли не тотчас, влетел Нейзер, держащий в руках огромную охапку белых роз. Он был одет в свой старый мундир офицера мидорского космофлота и поскольку уже и так всё было ясно, он упал на колени перед Олли Данин и свалил ей на колени свой букет. Та подалась вперед, положила руки ему на плечи и взволнованно воскликнула:

– Лео, сыночек мой!

Нервы этого парня, окончательно расшатанные долгим ожиданием, не выдержали и он, уткнувшись лицом ей в колени, зарыдал навзрыд, громко восклицая:

– Мама! Мамочка! Как же долго я тебя искал! Я знал, что это ты, я чувствовал это всей своей душой, но боялся, что ты меня не узнаешь. Не примешь меня.

Роджер вскочил с диван, склонился над ними обоими и положил им руки на плечи. В его глазах тоже блестели слезы, а Веридор и Рунита тихонько удалились. Выйдя из кабинета, Звёздная Княгиня шмыгнула носом и сказала:

– Верди, я не знаю, кто надоумил тебя сделать это, сама Великая Мать Льдов или ещё кто, но сегодня ты совершил нечто невообразимое. Это невероятно, любимый, но они действительно нашли друг друга. Мне это кажется самым настоящим чудом и теперь я знаю наверняка, что это сама Великая Мать Льдов направила меня на остров Равел, а вовсе не Айеран с Раймуром. Как же это всё-таки здорово, Верди, что они, наконец, стали одной семьей.

Веридор шумно вздохнул и пробормотал:

– Ох, даже и не знаю, что мне тебе сказать, Рунни. Я всегда чувствовал, что их тянет друг к другу, словно магнитом, ведь из тысяч варкенцев, когда-то прилетевших к Бидрупу, Нейз сразу же прилепился к Роджеру, хотя тот всё время старался держаться в тени и не лез на первый план. Помнишь тот день, когда мы собрались на "Молнии" перед боем? Ведь именно тогда они и познакомились. И как только Нейзер высмотрел его где-то в самом дальнем углу? А во время боя Роджер то и дело норовил закрыть Нейза собой, а тот старался прикрыть его. Они оба лезли из шкуры вон и сошли со Стены без единого ожога. Черт, уже тогда я должен был обо всём догадаться.

– Ничего, любимый, – Успокоила его Рунита – Всё и так сложилось, как нельзя лучше. Самое главное, что теперь они вместе и теперь у Нейза будет настоящая семья. Как же я счастлива, что у него теперь есть папа и мама, братишка и сестрёнка.

Веридор рассмеялся и воскликнул:

– Рунни, а ты помнишь, как Нейз и Эгмон браконьерствовали на озере у Рена? Тот до сих пор, как увидит Нейзера, прогуливающегося возле его озера, весь зеленеет от злости. Он ведь так и не смог выследить этих разбойников. Интересно, как теперь на Нейза станут смотреть на Мидоре? Ведь для мидорцев иметь семью, в которой насчитывается столько народа, это означает очень многое. Одно дело быть Великим князем и совсем другое членом такого большого семейства. Меня на этой планете только за то и уважали, что я был родом из Мерков Антальских и что кроме меня белые брови были ещё у добрых восьми миллионов моих прямых родственников. Такие уж у них нравы, Рунни, и я тоже счастлив от того, что Нейза теперь уже никто не назовет полуфабрикатом. На Мидоре его теперь будут уважать все до одного.