— Мы поможем тебе, а ты поможешь своей стране. — Видя, что я собираюсь спорить дальше, он оборвал меня на полуслове: — Все. Я спешу. Ты поймешь. Старая жизнь закончилась у всех. Тебя проводят. Поговорим после вводной.

Граф ушел, а я начал одеваться. Моих старых вещей в палате не было. Обстановка спартанская. Кровать, стул и шкафчик с новой одеждой. Белые штаны, рубашка с длинным рукавом и легкие кроссовки — все моего размера. Отдельно лежали тонкие непрозрачные перчатки. Взглянув на себя в зеркало, я испытал чувство глубокой благодарности. В этой организации явно привыкли думать головой. Одежда закрывала все чешуйчатые участки моего тела. Догадаться, что я не человек было невозможно. Чудак в перчатках гораздо лучше, чем фрик.

До назначенного времени оставалось минут пять, как раз привести мысли в порядок. Впечатление сложилось положительное, и не в последнюю очередь из-за персонала. Медсестра Женя, которую действительно заботило мое состояние, произвела на меня впечатление. Не знаю, может это мои новые способности, но от нее и правда веяло заботой и теплотой. И она меня совершенно не боялась. Помнится, когда я пробил защиту, тощий буквально взорвался этим запахом. От Жени страхом не пахло, она относилась ко мне как к простому человеку. Да и внешне — очень красивая девушка. Граф тоже произвел впечатление, притом, что по возрасту всего лишь чуть за двадцать. Но, в отличие от Жени, он закрыт полностью. И опасностью, во время разговора, тянуло очень сильно. Этот согнет в бараний рог, и не поморщится. Приказы отдает, а у самого в глазах усталость. Такое чувство, словно надоело ему все хуже горькой редьки. Чем же они занимаются?

В конференц-зал меня проводил молчаливый охранник. Комната выходила в коридор, по обе стороны — два десятка одинаковых дверей с номерами, в конце — просторный лифт. Вместо кнопки вызова — сенсорная панель, без сопровождающего с этажа не выбраться. Сперва я не понял, что мне показалось неправильным. Потом дошло — кнопки на панели расположены в обратном порядке. К тому же я не видел окон, и освещение везде искусственное — похоже, мы под землей. Наша цель располагалась на минус седьмом этаже.

Охранник довел меня до двери и ушел по своим делам. Просторный зал выглядел как комната из фильмов про американские спецслужбы. Особенно рассмешили металлические стульчики, по виду напоминающие недоношенную парту — с подставкой для письма. Стены голые, на дальней раскатан экран проектора. Окон нет, минимализм во всей красе. Правда отделка на уровне: панели из натурального дерева, а на полу — настоящий паркет.

К моему приходу в зале уже сидело человек пятнадцать. Причем собралась одна молодежь, такое чувство, что я попал на студенческое собрание. Одежда у всех была одинаковая, ну разве что мои перчатки выделяются. Особо ко мне не присматривались, несколько человек обернулись на шум, но повышенного интереса я не вызвал. Все активно общались и много жестикулировали. Время от времени кто-то повышал голос и начинал возбужденно что-то доказывать. Спорил народ активно, но без рукоприкладства. Вообще сложилось впечатление, что все успели перезнакомиться. Набиваться в компанию я не собирался, поэтому сел отдельно — чуть позади.

Примерно через минуту свет в зале чуть притушили, как в кинотеатре, и народ начал успокаиваться. Интересный способ добиться внимания. Когда зал окончательно утих, вошел Граф. Спокойно пройдя через комнату, он подхватил пульт с переднего кресла и встал перед проектором. То, что за всеми его действиями внимательно наблюдают, его совершенно не смущало. Повернувшись к зрителям, он поздоровался. Негромкий голос разнесся по всему залу, акустика была великолепная.

— Все вы знаете, что мир изменился, — Граф начал свою речь. — Каждый из вас, так или иначе, столкнулся с последствиями этих изменений. И не всегда они были приятными. Многие из вас в курсе того, о чем я буду рассказывать. Прошу вас отнестись с пониманием и не мешать. Наше официальное название — «сверхчеловек», от английского «superman» или «overman». Первая информация пришла из Соединенных Штатов, с тех пор и повелось. Сразу говорю, к мутациям мы с вами не имеем никакого отношения. Изменились физические законы, а не мы. Я предпочитаю формулировку «маги», не люблю совать голову в песок. Да и супермен у меня ассоциируется с мужиком в красных трусах поверх синих штанов. Хотя фильм хороший.

В зале раздались смешки. Граф нажал что-то на пульте и свет погас окончательно. Теперь его голос раздавался из темноты:

— Каждый из вас думал о том, что произойдет, когда правда о ваших способностях всплывет. Многие задавали мне вопрос о своей судьбе. Успокойтесь, никто не собирается резать вас на части. На девяносто процентов наша организация состоит из магов разных специализаций. К примеру — целители, в зале точно есть несколько. Посмотрите на экран, пожалуйста. Эту девушку зовут Женя, наша Женя-Василёк. Она мастер-лекарь, работает в одной из четверок.

На экране показали ночной лес. Запись явно была непрофессиональной. Судя по тому, что в кадре мелькали одетые в бронежилеты фигуры с автоматами наперевес, это была оперативная съемка. Если судить по динамике — запись с камеры нашлемника, картинка перемещалась рывками. В бесформенной фигуре затянутой в спецовку с трудом узнал Женю. Если бы она была в шлеме, я бы точно не обратил внимания. Девушка склонилась над израненым парнем. Если я хоть что-то понимаю, жить тому осталось пару минут. Бронежилет больше напоминал решето, из которого медленно сочилась кровь. Бледный от боли парень дышал мелкими вздохами, грудь вздымалась часто-часто. У бедолаги явно шок, глаза закатились от боли. Честно говоря, я вообще не понимаю, как он жив до сих пор. Уже позже я узнал, что даже слабенькие маги очень живучи, но тогда эта картина вогнала меня в ступор.

Звука не было. Но когда Женя провела над парнем рукой, я кожей почувствовал скрежет металла. Бронежилет вскрыло, словно консервным ножом. Движения у мастер-лекаря были очень быстрые, но впечатления суетливости не возникало. Руки уверенно опустились на окровавленное тело десантника и парень замер. Мгновенно. Секунд тридцать ничего не происходило, но зал не шевелился. По-моему, мы даже перестали дышать. Спустя некоторое время раны начали затягиваться. Больше всего меня поразило, что они закрывались снизу вверх. Кто-то, спокойно и деловито, одну за другой выталкивал пули и затягивал входные отверстия. Догадаться, кто это делал, было несложно. Еще через пару минут Женя встала и спокойно надела перчатки. Запись остановилась.

Снова включилось освещение, но Граф молчал. Видимо, не хотел разрушать атмосферу всеобщего шока. Лишь когда мы начали немного шевелиться, и по рядам прошел первый шепот, он спросил:

— Вопросы есть у кого-нибудь? — Руку поднял худощавый парень в очках с первого ряда.

— Простите, а кто такой мастер-лекарь?

— Мы не знаем вершины своих умений, каждый день ситуация меняется. Иногда кардинальным образом. Приставка «мастер» говорит о том, что перед вами лучший на сегодняшний день. Отсчет рангов для умений начинается от единицы и растет вверх. Чем выше цифра, тем более опытный маг перед вами. Система весьма условна, но лучше пока ничего не придумали. Еще вопросы? Ну тогда продолжим.

— А у вас есть такая приставка? — Нагловатый голос раздался из середины зала, когда Граф уже развернулся к экрану. Свет снова притушили, и полумрак помешал мне разглядеть выскочку.

— Да. Мастер-координатор. Я удовлетворил ваше любопытство, Дмитрий? — Не дождавшись ответа, он продолжил: — Я так и думал. Тогда смотрим следующую запись. Как магия лечит, вы только что посмотрели. Теперь будем смотреть, как она калечит. Эта запись с ролевой игры, снимали прошлым летом. Хоббитские Игрища 2009, если это вам о чем-то говорит. В главной роли некто Горелка, в жизни Максим Шаманов. Сейчас он работает с нами, весьма неплохой огневик. Внимание на экран.

Не знаю как других, а меня первый фильм впечатлил. Думая о магии, я в первую очередь представлял себе разрушения и проблемы. То что творила с ее помощью Женя меня просто потрясло. В первый раз я подумал, что все может быть не так уж и плохо, и даже немного расслабился. Второй фильм явно показал, что выводы я сделал поспешно.

Начало было вполне обычным. Явно любительская запись, человек двадцать подростков в доспехах сражаются на мечах. Девушки стреляют из луков. Оружие явно не металлическое и специально затуплено. Никогда особо не интересовался ролевиками, но размах и серьезный подход к развлечениям впечатлил. Даже на мой непрофессиональный взгляд некоторые из них двигались вполне грамотно, хотя таких было и немного.

— Обратите внимание на фигуру в правом углу. Максим отыгрывает мага. По условиям игры, вместо огненного шара он должен бросить теннисный мячик наполненный пластилином. В зависимости от школы магии к мячику прикрепляется яркая лента разных цветов. Красный цвет обозначает школу огня.

Действительно, рядом с лучницами стоял парень в халате и кидал что-то в толпу. Особой меткостью Максим не отличался, поэтому частенько попадал в своих. Не похоже, что он сильно переживал из-за этого, парень явно развлекался. Камера специально за ним не следила, поэтому довольно часто он пропадал с экрана. В какой-то момент движения на экране замедлились, запись пустили в покадровом режиме. Отчетливо видно, как из руки Максима вылетает шарик. Только вместо красной ленты за шариком тянется дымный след. Шарик воспламеняется и увеличивается в размере от кадра к кадру. Когда огненный шар врезался в толпу, размером он был с мою голову. Взрывом подростков раскидало в стороны, камеру дернуло и запись оборвалась.

— Ни фига себе! Это сколько ж там трупов?

— Пострадавших там не было. Мы стараемся держать все более-менее крупные сборища ролевиков под контролем. Среди представителей этой субкультуры нередко появляются одаренные. Может на них свежий воздух так влияет, я не знаю. Но подобные случаи не редкость. Конкретно этот всплеск уловила наша дежурная группа. Парни сработали оперативно. Подлечили раненых и немного затуманили воспоминания. Ну и Гэндальфа забрали. — По залу прошел нервный смешок.

— Его наказали?

— Его не за что наказывать, — отрезал координатор. — Обучили немного, рассказали что с ним произошло и попросили помочь. Теперь он работает с нами.

— А если мы не согласимся помогать? Нам тоже «затуманят воспоминания»?

Я думал Граф с ходу отметет такие предположения. Но он просто пожал плечами:

— Да ничего вам туманить не будут. Возьмут подписку о неразглашении на полгода и отпустят. Аналитики утверждают, что через два месяца в мире будет непротолкнуться от магов, оборотней, вампиров и прочей нечисти. — Голос у Графа был раздраженный. — Не буду отрицать, я и не таким занимался. Некоторых, возомнивших себя избранными, я кончил своими руками. Многих убили мои сотрудники. Если маг вредит окружающим в процессе инициации — это случайность. За это нельзя карать. Другое дело если кто-то возомнил себя мессией. На прошлой неделе, в Ростове, человеческие спецслужбы вышли на след маньяка. Одаренного, как и мы. Ситуация типичная, изменила любимая и у парня снесло крышу. Очень сильный кинетик. Убивал в основном девушек. Медленно. Когда за ним пришли, он почти весь отряд СОБРа положил. Успел, тварь, щит освоить. И ушел. Я чуть-чуть опоздал, чиновник ростовский послал людей на убой. Ему запретили вмешиваться, но он против приказа пошел. Думал, победителей не судят. Орден решил урвать, сука. Такие вот дела.

— А что с ним теперь?

— С чинушей? Да ничего. Дело завели, сядет как миленький. Да и рак у него, недолго осталось.

— Да не с ним. С кинетиком что?

— Выследил. И выдавил. Медленно. — Голос у Графа был усталый. У меня не возникло и тени сомнения, так и было. Выследил и выдавил. Зал молчал, переваривал информацию.

— Проходи, Саша. — Граф рухнул в кресло. После конференц-зала меня проводили в его кабинет. Предстоял разговор, в котором будет решаться моя дальнейшая судьба. Врать не буду — нервничал сильно. Хотя для себя я все решил, собственно и особого выбора у меня не было. Свою страну я люблю, хотя и немного стесняюсь этого. В будущем проблемы будут у всех, а совать голову в песок, в надежде что пронесет, я не привык. По опыту знаю, может пронести так, что мало не покажется.

— Как тебе представление? — Сидящий напротив меня координатор налил минеральной воды. — Прости, спиртного не держу. Нам нельзя, контроль ослабнет.

Я пожал плечами, отношение к алкоголю у меня было резко отрицательным. Хватило впечатлений в детстве. Вода была холодная и сильно газированная, с непривычки икнул, вызвав у Графа слабую улыбку.

— Впечатлило. Особенно финальные кадры с Гаити.

— Это да, не хотел бы я оказаться там, где Вуду — официальная религия. Даже с Православной Церковью у нас проблем хватает, а в Европе уже ходят слухи о возрождении Инквизиции. Ладно, о проблемах потом. Сейчас надо с тобой вопрос решать. Ты мне нужен.

— И чем я такой замечательный? Вон, у вас, полный зал сверхов.

— Сейчас объясню. Маг, которого ты убил возле клуба, выкачивал людей почти месяц. Убивал и питался, грубо говоря. Вообще, оборотни — низшая ступень сверхов. Вы неспособны оперировать силами вне своего тела, только перестраивать себя. Ты же технарь? Короче, энергия вырабатывается быстро, но объем аккумулятора маленький. По сравнению с магами естественно. Самый сильный из оборотней работает у нас в Питере. Хороший боевик, бывший афганец. Кстати, сверхи за тридцать — большая редкость, в основном почему-то молодежь. Так вот, даже у него потенциал до первой ступени не дотягивает. Чтобы пробить щит того хирурга, нужно не меньше пятерых оборотней. Причем ковырять они будут долго и с потерями. Тренер сказал, ты пробил его со второго удара. И выжил после «миксера» — это вообще сказка. Я сам сканировал, но до сих пор не верю.

— Ну допустим. Все равно, один в поле не воин.

— Ошибаешься, ты дослушай. Информация закрытая, болтать не советую. К появлению одиночных сверхов мы готовы. Армия, маги, спецслужбы. Мы даже церковь подключили. Проблема в ритуалах. Когда мы объединяемся — наши силы сильно возрастают. Трое недоносков с работающим ритуалом способны натворить чудес. Если к этому добавить жертвоприношение, особенно человеческое, то разгребать придется очень долго. А если за дело возьмется маг моего уровня, да еще с жертвоприношениями?! Город просто разнесут на части.

— А я-то вам чем помочь могу?

— Мы запечатываем области вокруг всех городов. Все заклятья конечно не удержать, но защиту от основных проблем мы получим. Как крупноячеистая сетка — мальки проскочат, но большую рыбу удержит. Загвоздка в том, что чем больше город — тем больше нагрузка на печати. Если в Питере хватило четырех, то в Москве их будет тринадцать. И каждая печать замыкается на сильного мага. Как на ключ. Мы поставили семь печатей, когда произошло ЧП. При установке восьмой мы потеряли всю группу. Что-то пошло не так, и я до сих пор не знаю что. Печать стоит, это факт. Значит, теоретически, один из них жив. Проблема в том, что теперь хватает двух человек, которые бы смогли установить заглушку и выжить. Когда не хватает резерва, ритуал тянет жизнь, а потом убивает оператора. По моим прикидкам, у тебя должно хватить сил, чтобы остаться в живых.

— Бред какой-то. Я же ничего не умею!

— Чтобы послужить батарейкой много мозгов не нужно, все сделают за тебя.

Я задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику. Не знаю почему, но я начал раздражаться.

— Почему нельзя использовать нескольких магов?

— Идет жуткий рассинхрон и заклинание распадается, с последствиями. Проще говоря — взрывается в центре города.

— Хорошо. А вы сами эту печать ставили? Или, как все начальство, чужими руками загребаете?

— Ставил. Ритуал — моя разработка, и первую печать я замкнул собой. Гагарин от магии. — Граф в очередной раз устало улыбнулся. Поднявшись с кресла, он подошел к окну и поднял жалюзи. Вместо стекла была кирпичная кладка.

— Есть еще один аргумент. Если я правильно понял твой характер, он будет для тебя железным. Саш, у тебя ведь есть младшая сестренка? Юля, верно? Видишь, на столе папка с фотографиями. Да не дергайся ты. К твоей семье они имеют косвенное отношение. Это фотоотчет, который я вчера привез из Ростова.

Папка лежала на столе, обычная пластиковая папка с надписью «Ростов. 18.08.2010. Кинетик». Но я не мог избавиться от ощущения, что передо мной готовая к броску ядовитая змея. Я уже знал что там, но досмотрел ее до конца. Зубами скрипел, но листал. Смотрел, и не понимал, как можно творить такое. Тела молодых девушек словно пропустили через мясорубку. Горжусь! Горжусь, тем что меня не вывернуло в тот момент наизнанку. И тем, что внутри поднялась волна ярости и боли, а не страха и паники.

Несколько минут мы сидели в тишине. Наконец, я спросил:

— Ну и что тебе от меня надо? — Даже самому себе, мой голос казался сухим и безжизненным.

— Да ты и сам все прекрасно понимаешь. — Граф положил на папку три деревянных шарика. Подарок сестренки. Чтобы рука не болела.

Граф сидел в темноте кабинета и пил кофе. Густой аромат прекрасно сваренного напитка обволакивал фигуру координатора. Короткий разговор с Александром вымотал больше чем беготня в Ростове. Время поджимало, а подходящих кандидатов не было. Чертова печать забрала сразу четырех ключников, Саша был нужен просто позарез. Работать пришлось на грани морали. Злополучную папку давно убрал в шкаф, кстати, прекрасный инструмент — эмоциональный. Не на всех правда подействует, но в этот раз — сработал. Не зря аналитики трудились сутки напролет, составить психо-портрет оборотня оказалось довольно сложно. Парень явно не стремился к известности, накопать против него удалось немного. Пришлось даже подключить Женю-Василька. Слепок ауры разбирали вместе, прикидывали, на что и с какой силой давить. Девчонка — профи, безошибочно определила уязвимое место. Семья для парня — святое. Иначе пришлось бы ломать по жесткой схеме. А эти перевертыши — совершенно непробиваемые. Результат пятьдесят на пятьдесят. Нет, маньяк попался как нельзя кстати, фотографии оказались последней соломинкой. Прикинув ситуацию так и эдак, Граф решил что действовал оптимально. Все разыграно как по нотам.

После разговора с Графом мне дали немного отдышаться. Позвонил домой, соврал, что мы с Черным застряли на даче у друзей. Уехать на неделю за город было совершенно не в моем стиле, но мама только обрадовалась и пожелала приятно провести время. Она давно собиралась отправить меня куда-нибудь на природу, но не настолько же чтобы поверить в наспех слепленную байку? Наивная! Вот сестренка сразу заподозрила неладное, еле отбрехался. И то, спасибо абонементу в клуб. Сергеич сказал, может подходить в любое время, карточку он для нее сделает. Вопрос с «молотилкой» мы благополучно замяли. В свете открывшихся обстоятельств, терять учеников ему не хотелось.

Остаток дня скучал, делать было откровенно нечего. Симпатичная медсестра, имя которой я сразу забыл, принесла мне ужин. Есть, после просмотра фотографий, совершенно не хотелось, и я решил разговорить девушку. Пожалел уже через пять минут. Я еще никогда не встречал настолько болтливого человека. Узнать местные порядки было бы полезно, раз уж я влез в этот гадючник, но она была просто невыносима. Постоянно сбивалась на разговоры о моде, музыке и прочей дребедени. Магия ее не интересовала, поэтому вытянуть что-нибудь полезное не удалось. Я даже начал подозревать, что она здесь специально, чтобы окончательно меня запутать. Выпроводить девушку оказалось гораздо сложней, чем разговорить. Единственное что я узнал — в эти комнаты часто помещали провинившихся магов. Стены были хорошо укреплены и мешали колдовать. Своего рода гауптвахта. Девчонке было чертовски любопытно, что я за зверь такой, и за что меня посадили. Я всячески увиливал, стараясь расспросить ее подробней. А когда ее болтовня начала утомлять, признался что я крайне нестабильный оборотень. У меня периодические провалы в памяти, а мой внутренний зверь нападает на окружающих. Поэтому меня и заперли внизу, пока не разберутся как лечить. Не понадобилось даже устраивать стриптиз и показывать чешую, на медсестру стоило посмотреть. В общем, уже через пару минут я сидел на кровати в одиночестве и уплетал теплое пюре с сочным куском мяса. Дела обстоят не лучшим образом, но если тут всегда так кормят — можно и потерпеть. Съев все, я завалился спать.

На следующее утро проснулся в паршивом настроении. Я прекрасно понимаю, что гулять по городу в таком виде не стоит, но и сидеть запертым в клетке я не собираюсь. Ходить кругами по комнате мне тоже надоело. Стены словно давили на меня. От нечего делать вышел в коридор и начал заглядывать во все двери. Оказалось, на всем этаже я один, зато набрел на душевую. Принял душ и почистил зубы. Свежий комплект одежды нашелся возле кровати еще вчера, но надевать его на грязное тело не хотелось. Теперь пригодился.

Я уже примеривался, как бы половчей разобрать панель у лифта и устроить тут небольшой переполох, когда двери наконец открылись. Мужчина, на вид лет сорока, с интересом посмотрел на меня. Вид сидящего перед сенсором парня говорил сам за себя.

— Сбежать вздумал? Уважаю! — И протянув руку для рукопожатия, представился: — Паша Волков.

— Саня. А я думал, про меня уже забыли.

— Не, я проспал. — Он демонстративно зевнул. — Аврал постоянный. Ладно, поехали, нас на полигоне ждут.

Наконец-то, выберусь из этой казармы, третий день не был на свежем воздухе. Граф вчера сказал, что полигон находится за городом, проветрюсь по дороге. Оказалось, со свежим воздухом я поторопился. Двери лифта открылись прямо в помещении гаража, а небольшой микроавтобус не слишком отличался от моей камеры. Хотя стекло опустить разрешили. Павел сел за руль, а я пристроился на переднее пассажирское. Фольксваген прибавил газу, и мы выбрались в город. Судя по количеству людей на улице — рань несусветная. Теперь понятно, почему Волков зевал.

— Так ты и есть знаменитый Ящер? Наслышан. Покажи, а? Ни разу не видел чешуйчатых. — Пришлось снять перчатку и продемонстрировать ладонь. — Нормально, и цвет нейтральный. Я боялся, ты как зеленый попугай будешь. Только этого в нашем цирке не хватает.

— А вы вообще в курсе, что мне предстоит? А то все спешат, никто толком не объяснил.

Волков почесал за ухом.

— Знаю, как не знать. У тебя, судя по чешуе, инициация повисла на межфазе. Ни туда, ни назад. Процесс надо подтолкнуть.

— Как подтолкнуть?

— Да придумают что-нибудь. Там затейников хватает. — Я с подозрением посмотрел на собеседника. Мне показалось, или он как-то слишком быстро закруглил разговор?

— Ладно. Нам ехать долго еще? Может расскажешь пока что-нибудь?

— Ну, думаю, часа за два доберемся, если пробки успеем проскочить. — Похоже, с Московским движением даже магией бороться бесполезно. Хотя мы все же проскочили. Выехав на трассу, микроавтобус прибавил газу. Все это время Павел травил байки. Кстати, Волков оказался не только оборотнем, но и майором. Правда армейским. Эдакий оборотень в погонах. Только обращался не в волка, а в медведя. И это несовпадение его сильно расстраивало.

— Такая непруха, представляешь? Нет, ты не думай, у моего мишки габариты хорошие, вес за восемьсот и ростом под трешку. Полуформа тоже жуткая, скорость и сила — танк отдыхает. Тут я доволен. А с фамилией не повезло, был бы Медведевым — совсем другое дело. — Рассмеялся Волков. — Знаешь, Санек, оборотней в России хватает. Городских мало, но это понятно, какому зверю захочется в кирпичной коробке жить? Даже мне неуютно, а я москвич коренной, всю жизнь в каменных джунглях. Пришлось даже дачу за городом купить. По уму, нашего брата в селах искать надо и в лесах. Там нам конкурентов нет, и атмосфера для оборотня — самая подходящая. В лесу мы даже с вампирами и магами на равных.

— Опа! Вампиры тоже существуют? Я думал Граф шутит.

— Куда ж без них. Особенно в последнее время расплодилось. Хотя церковники их крепко прижали — упыри пачками горят. По мне, туда им и дорога. С вампирами конечно сложнее. Маги все-таки, хоть и покореженные. Обычную силу они не принимают, работают через кровь. И колдунство у них поганое, поверь. Короче, у них свои проблемы, у нас — свои. Стараемся не пересекаться. Вот разгребемся — прижмем их к ногтю.

— А к нам церковь как относится?

— Как тебе сказать. У нас тоже с инициацией не все ладно, почти как у вампиров. И человеческое мясо для оборотня — сильный допинг, очень сильный. В общем, людоеды встречаются. А назад дороги нет, это как наркотик. Только вместо ломки — мы, да Церковь. Вампир может надкусить и отпустить, а оборотень что? Отгрыз ногу, и беги, парень, дальше? Короче, с перевертышами кресты не церемонятся, там же фанатик на фанатике. Меня на шубу пустят, тебя на сапоги. — Волков ощерился. — Держи с ними ухо востро.

За разговорами время пролетело незаметно, майор оказался хорошим рассказчиком и психологом. Наверное, именно он и помог мне окончательно принять изменившуюся реальность. В его рассказах все было как-то обыденно и мало похоже на сказку. Отдел, как мог, старался удержать мир от падения в пропасть. Люди собрались разные, многие без специальной подготовки. Инженеры, художники, певцы и программисты — кого только не было. С бору по сосенке. И всю эту пеструю толпу кинули на амбразуру. Учить было некогда и некому. Многие гибли. Но те, кто выживал — становились мастерами. Новообращенный такому профи на один зуб. Сейчас легче стало, но навалилось множество других проблем: обучение, контроль, система наказания, отношения между людьми и сверхами. Я попытался представить свое будущее, и голова пошла кругом.

— Сашка, ты башку себе не засоряй пока. Расслабься. — Майор по моему виду понял, что я перегрелся. — Само со временем устаканится. Мы приехали кстати, вон за тем поворотом начинается полигон. Пять минут и на месте.

Полигон был открытым. У меня чуть челюсть на землю не упала. Магистральная дорога федерального значения в десяти минутах езды. Там, между прочим, вертолеты МЧС регулярно патрулируют, и вдруг магическая учебка. Я думал меня опять под землю спрячут, а тут даже колючей проволоки нет. Десяток ангаров и асфальтированный выезд к трассе.

— Майор, ты куда меня привез? Где секретность? Где пулеметные вышки, рвы, колючка и мины-ловушки? Вы бы еще указатель на трассе поставили — «магический полигон — 10 км. Посторонним вход воспрещен!».

— А зачем прятаться? Правительство в курсе, гражданских пугнет заклинанием, а сверхам тут рады. Одного кстати так и нашли. К друзьям на дачу ехал и свернул не туда, у охраны дорогу остановился спросить. — Волков притормозил возле охранника. Двадцатилетний парень в мешковатой форме лениво махнул рукой приветствуя.

— Привет, командир. Мы к Золушке. — Парень молча указал в сторону дальнего строения.

— Что за Золушка? — Меня разобрало любопытство.

— Да полигоном командует. Девчонка ураган, но под горячую руку лучше не лезть. Один недоумок ее из лужи окатил и нахамил в придачу. Так она ему машину в шарик скатала — вылитая тыква получилась. С тех пор — Золушка.

Мы остановились возле здания, и майор заглушил машину. На полигоне было тихо. Неудивительно, на часах — полвосьмого. Хотя небольшие группы, по десять-пятнадцать человек, уже сидели на траве и медитировали. Как и я, все в белых штанах и футболках. За каждой группой присматривает человек. Костюм такой же, только черный.

— Паш, а в черном — это инструкторы?

— Почти. Старшие ученики. Черная одежда — закончил обучение, вышел на первый уровень. Дальше уже циферки меняют.

— Ну вы блин даете! Прям каратисты. Черная футболка, пятый дан. — Настроение улучшилось.

— А по-другому нельзя, иначе можно с катушек слететь. Ладно, подопытный, вылезай. Успеешь насмотреться, пойдем знакомиться.

В длинном, похожем на ангар, помещении было зябко. Толстые металлические стены еще хранили ночную прохладу, хотя днем тут должно быть пекло. Сначала я подумал, что попал в стрелковый тир. Бронелисты, установленные на подставках в конце зала, местами погнуты. Некоторые явно обгорели или раскололись. Много оружия, от пистолета до противотанкового гранатомета. И штабеля ящиков с боеприпасами. Все без охраны.

— Паш, это что, гранатомет?

— Не, РПО. Гранатометы дальше.

— РПО?