– Влад! – вновь позвала я.

Но он словно и не слышал. Мало того, стремительно отбежал в сторону, по-прежнему оставаясь на корточках и напоминая огромного удирающего паука. Злата вновь зарычала и прыгнула ко мне. Я с трудом увернулась от ее растопыренных толстенных лап с острыми когтями.

«Мне конец! – метались мысли. – Она меня сожрет, не задумываясь».

Заметив валяющийся неподалеку сук, я схватила его и приготовилась к нападению. Я не собиралась вот так просто расставаться с жизнью. И когда Злата снова прыгнула, я исхитрилась и врезала ей суком по морде со всей силы. Многолетние занятия тайцзицюань помогли мне предугадать ее движения и верно нанести удар. Злата жалобно и совсем по-кошачьи мяукнула, дернув мордой. Но тут же пришла в себя и снова прыгнула. Я отскочила в сторону. В этот момент из-за моей спины выпрыгнула рысь. Она встала передо мной и зарычала не менее злобно, чем Злата. Обрадовавшись этой так вовремя появившейся защитнице, я отбежала к плетню. Но Злата не стала сражаться. Она замерла, ее глаза горели. Рысь рычала, наступая на нее. Злата развернулась и бросилась прочь. Я кинула сук на землю и вытерла пот со лба. Рысь перестала шипеть, повернулась ко мне. И вот я вижу, как она превращается в девушку. Передо мной стояла Велеслава.

– С тобой все в порядке? – бросилась она ко мне.

– Эта Злата – сущий дьявол! – раздался позади меня голос, и я увидела Тина.

Он подошел к Велеславе и взял ее за руку.

– Все хорошо! – ответила я, переводя дух. – Но ты вовремя вмешалась! Спасибо!

– Я тоже хотел помочь! – встрял Тин.

– Еще чего! – засмеялась Велеслава. – Да рысь лисицу вмиг разорвет! Хорошо, что ты меня послушался и остался в стороне!

– Где Влад? – с тревогой спросила я и огляделась.

Но его и след простыл.

– Убежал, как только появилась Велеслава, – сообщил Тин. – Я затаился за березой и наблюдал за всем происходящим. Но если бы вам, милые девушки, понадобилась помощь, то можете не сомневаться, я бы пожертвовал жизнью! – хвастливо добавил он.

– Мы и не сомневаемся! – ласково ответила Велеслава и чмокнула его в щеку.

Я ощутила, как начинает кружиться голова, и опустилась на землю. Они бросились ко мне.

– Все хорошо! – сказала я.

– Не совсем! – тихо ответила Велеслава и провела по моей левой щеке.

На ее пальцах осталась кровь. Мало того, Злата задела и мое плечо. Куртка была разорвана, глубокие царапины жгли кожу.

– Черт побери! – нервно проговорила я. – Что я бабушке скажу? Она и так недовольна, что я целыми днями катаюсь по тайге.

– Больно? – нахмурилась Велеслава.

Мое нервное напряжение начало спадать, и я все острее ощущала, что кожа в местах ранений горит.

– Да, – тихо ответила я. – Но ведь это всего лишь царапины. Думаю, скоро все пройдет.

– Не пройдет! – озабоченным тоном проговорила она. – Тебя когда-нибудь царапала обыкновенная кошка?

– И не раз! – улыбнулась я. – Особенно в детстве, когда я обожала возиться с уличными помойными котами.

– Думаю, ты не забыла, какие болезненные и долго незаживающие следы оставляют их когти. Уверяю, что когти рыси-оборотня вызовут такое воспаление, что…

Велеслава замолчала и о чем-то задумалась.

– Жемчужина! – одновременно проговорили мы и переглянулись.

– Венцеславу все это очень не понравится, – пробормотала она. – Но другого выхода я не вижу. К тому же один раз Багровая Жемчужина уже спасла тебя от неминуемой смерти. А у нее есть своя память, так что ты для нее словно родная.

– Вставай! – сказал Тин и помог мне подняться.

Я чувствовала себя все хуже и навалилась на него.

– Пошли в хранилище! – решительно проговорила Велеслава и обняла меня с другой стороны.

Я повисла на них, так как у меня буквально подкашивались ноги. К тому же меня начало сильно знобить, а это был плохой признак. Видимо, поднималась температура. Мы с трудом спустились с берега.

– Влад что-то говорил? – спрашивала Велеслава.

– Он успел сказать лишь несколько отрывочных фраз, – морщась от все усиливающейся боли, сообщила я. – Что-то о черной рыси…

Велеслава так сильно вздрогнула, что выпустила меня. Я навалилась на Тина и с тревогой на нее посмотрела.

– Ты точно помнишь, что речь шла именно о черной рыси? – уточнила она. – И что конкретно говорил Влад?

– Что-то… о глубокой пропасти, на дне которой он находится… И к нему приходит черная рысь.

– Не может быть! – нервно проговорила она.

– Что за черная рысь? – испуганно спросил Тин.

– И еще что-то показавшееся мне крайне странным, – перебила я его.

– Что? – напряглась Велеслава.

– Дословно Влад сказал: моя душа в ней, я подчиняюсь только черной рыси.

Велеслава опустилась прямо на берег. Ее лицо покраснело, взгляд блуждал, словно она увидела что-то ужасное.

– Но этого не может быть! – прошептала она. – Черных рысей уже не существует. Их давно уничтожили!

И вдруг мне на ум пришло, что я читала легенду из сборника о славах. И речь там шла именно о черной рыси. Правда, сейчас подробностей я не помнила.

– Потом, потом! – сказал Тин и вгляделся в мое лицо. – Мне не нравится, что Лиля сильно побледнела! Давай-ка я ее отнесу!

– Но Венцеславу не понравится, что лис приближается к хранилищу! – возразила Велеслава. – К тому же тут недалеко. Нам нужно обойти озеро.

– Обойти озеро?! – возмутился он. – Вот что, я везу на себе Лилю до того места, которое ты укажешь. А затем удаляюсь.

– Хорошо! – согласилась она.

Я увидела забавную картину: Тин завертелся на месте, в движении превращаясь в рыжий факел. Впервые я видела такой странный способ превращения, но это выглядело эффектно.

– Не может без фокусов! – заметила Велеслава и вздохнула. – Лишь бы покрасоваться!

Но на ее губах появилась улыбка. Когда факел перестал вращаться, мы увидели встряхивающегося лиса. Он подскочил ко мне с веселым тявканьем и улегся на живот, подставляя спину. Я забралась и вцепилась в шерсть на шее. Велеслава уже превратилась в рысь и помчалась впереди нас. Мы двинулись следом.

Когда она остановилась на какой-то небольшой полянке, Тин затормозил, затем лег на живот. Я слезла с его спины и выпрямилась. Но слабость была такова, что я не устояла на ногах и упала. Они, уже в виде людей, подбежали ко мне.

– Тут недалеко! – торопливо произнесла Велеслава, поднимая меня.

Тин обнял меня за талию.

– Нет, нет! – сказала она ему. – Спасибо, ты уже помог! Но сейчас нам лучше обойтись без тебя. До хранилища рукой подать.

Тин на миг стал грустным. Велеслава поцеловала его в щеку.

– Увидимся! – прошептала она. – Жди меня на нашем месте.

Он кивнул и быстро углубился в тайгу.

– Потихоньку! – сказала она и повела меня. – Сейчас придем к Венцеславу. Он поможет.

Но мне становилось все хуже. Я уже плохо различала очертания пейзажа, раны жгло словно огнем, все мое тело сотрясала мелкая противная дрожь, ноги не слушались, сознание туманилось. Я не помню, как мы добрались до хранилища.

Когда я очнулась, то поняла, что лежу на охапке сена внутри деревянной пирамиды, которая и служила хранилищем Багровой Жемчужины. Возле меня сидел какой-то незнакомый мне молодой парень. Я попыталась заговорить с ним, но поняла, что во рту у меня находится округлый предмет. Парень, как только я открыла глаза, поднес к моему лицу перламутровую раскрытую раковину, затем поднял мою голову. Я поняла, что должна делать, и аккуратно выкатила языком Жемчужину на дно ракушки. Она вспыхнула малиновым светом и словно увеличилась в размере вдвое. Парень улыбнулся, поклонился то ли мне, то ли ей и скрылся в люке, находящемся посередине пирамиды. Я знала, что основное хранилище находится именно в подвале. Но доступ в него посторонним был закрыт.

«Где же Венцеслав? – подумала я и села. – И что это за новый юный хранитель?»

И тут только я поняла, что чувствую себя абсолютно здоровой. Я стянула куртку и осмотрела расцарапанное Златой плечо. Но от ран не осталось даже небольших шрамов, кожа была гладкой. Я провела пальцами по щеке, но и там явно не осталось никаких следов нападения. Я облегченно вздохнула и вскочила. Подойдя к люку и увидев, что он закрыт, я постеснялась стучать в него и решила выйти на улицу и там подождать. Но как только я открыла дверь пирамиды, то столкнулась с Венцеславом. Он как раз собирался войти.

– Здравствуйте, – растерянно произнесла я, отступая назад. – А там какой-то парень! – добавила я.

– Это мой сын Духослав, – приветливо пояснил он. – И он тоже хранитель. Здравствуй, Лиля! Не ожидал, что тебе снова понадобится наша помощь.

– Надеюсь, я не провела здесь, как в прошлый раз, несколько дней? – испуганно спросила я и вышла на улицу.

Венцеслав последовал за мной. Я огляделась. Солнце поднялось, я подумала, что сейчас около десяти утра.

– Не волнуйся! – мягко ответил хранитель. – Велеслава привела тебя всего несколько часов назад. Тогда только начало светать.

– Слава богу! – обрадовалась я.

– Жемчужина быстро тебя вылечила, – продолжил он, – да и раны были несравнимы с теми, что нанес тебе тогда летун.

– Вы знаете? – удивилась я.

– Братья рассказали, что это был вовсе не вампир, как все мы тогда подумали, – пояснил он. – Но вот кто сейчас тебя так расцарапал?

Несмотря на мягкую улыбку, его взгляд неприятно поразил меня своей остротой и пронзительностью. Словно Венцеслав хотел заглянуть мне в самую глубь души.

– Велеслава ничего не объяснила? – осторожно спросила я.

– Нет. Когда она привела тебя, хотя вернее сказать, притащила на себе, так как ты уже была без сознания, мы сразу уложили тебя и начали лечение. А Велеслава ушла, чтобы не мешать. К тому же вход обычным славам в хранилище заказан. И Велеслава это отлично знает. Поэтому оставаться возле тебя она просто не могла. Так что случилось, Лиля?

Я лихорадочно обдумывала, что можно ему рассказать, а о чем лучше умолчать, поэтому не отвечала. Но Венцеслав не торопил. Возле пирамиды находилась тщательно вычищенная площадка, посыпанная мелким белым песком. Два гладко обтесанных бревна лежали углом и образовывали что-то типа сидений. Венцеслав уселся на одно из них, однако глаз с меня не сводил. Я порадовалась, что он не умеет читать мысли.

«Я же сама хотела с ним встретиться, – размышляла я. – К тому же потеря души славом – событие из ряда вон выходящее. Правда, до сегодняшнего утра я не была до конца уверена, что именно Злата повинна в… краже. Неужели все-таки она пошла на такое?»

Этот вопрос по-прежнему меня мучил. Вера в добро глубоко сидела в душе, и я все надеялась, что ошибаюсь. Но пора было посмотреть правде в глаза: от Златы запросто можно было ожидать и не такого. Ради своей цели она шла на все. Вспомнить только ее сговор с Воем! А ведь рыси и летуны – враги! И все-таки душа Влада! Святая святых любого слава! Как она могла? К тому же у меня не выходили из головы слова Влада про черную рысь. И реакция Велеславы была весьма однозначной. Она явно испугалась.

«Как только окажусь у бабушки, первым делом найду легенду, – подумала я. – Хорошо, что я не расстаюсь со сборником! А сейчас не мешало бы выяснить у Венцеслава про это существо. А там видно будет, насколько я могу открыться».

Я приблизилась к бревнам и уселась не рядом с ним, а наискосок, чтобы видеть его лицо.

– Вначале я хотела бы поблагодарить вас за мое спасение, – вежливо проговорила я. – Уже не первый раз Жемчужина помогает мне. И я не могу не оценить то, что вы используете свою могущественную реликвию для спасения обычного человека.

– Ты уже не обычная, – тихо заметил Венцеслав.

И я вздрогнула.

– Что вы хотите сказать?

– Разве ты не заметила, что кое-что в тебе изменилось? – продолжил он, не сводя с меня глаз.

– Обострились слух и обоняние, – сказала я. – Вначале я решила, что это после пребывания в коме. Но потом подумала, что, возможно, Жемчужина каким-то образом изменила способности моего организма.

– Правильно, – кивнул он. – По правде говоря, в нашей практике это первый случай, когда мы помогаем обычному человеку. У вас свой мир, и мы стараемся не пересекаться с его обитателями.

– Однако люди и рыси частенько влюблялись друг в друга в прошлом, – улыбнулась я. – Я прочитала столько легенд на эту тему!

– И хотя бы одна имела счастливый конец? – сухо спросил Венцеслав и остро на меня глянул.

Я помрачнела. Он был прав. Все легенды, повествующие о любви рыси и человека, заканчивались трагически.

– А что это за черная рысь? – спросила я в лоб.

Венцеслав замер. Его лицо побледнело.

– Про нее ты в сборнике прочитала? – после паузы спросил он.

– Да, – кивнула я. – Мне кажется, на меня сегодня утром напала именно черная рысь. Я решила навестить Влада, который плохо себя чувствует, и пришла к вам в селение. И в лесу она на меня и напала. Хорошо, Велеслава оказалась рядом и спасла меня.

Хранитель вскочил. Он сжал руки, вся его поза выражала крайнее волнение.

– Этого не может быть! – пробормотал он. – Черные рыси давно уничтожены. Их род истреблен еще в позапрошлом веке.

– Они настолько опасны? – уточнила я, не понимая его волнения.

Впервые я видела обычно невозмутимого хранителя в таком состоянии. Он буквально был не в себе, пот стекал по его посеревшему лицу, бледные губы тряслись, в расширенных зрачках плескался ужас.

– Мне нужно уйти! – быстро сказал он, так и не ответив на мой вопрос. – А ты отправляйся к бабушке и не болтайся здесь. Никто в селении не одобряет, что слав влюблен в обычную девчонку! И нарекания слышу я не только как хранитель Багровой Жемчужины, но и как хранитель чистоты наших нравов. Понятно? – немного агрессивно спросил он и остановился напротив меня.