— Сенат поручил мне найти убийцу Жордеса Валерия Рекнерта.

— Ну да, вы ведь Призв… Минуту! Жордес Валерий? Вы уверены, госпожа?

Наташа удивленно посмотрела на возбужденного телохранителя.

— Вы его знаете?

— Знаю ли я его? Да я начинал службу под его командованием в легионе. Он, кстати, дал мне сержантские нашивки, хотя многие возражали. Собственно, благодаря ему моя карьера в легионе и сложилась так удачно. Вот ведь как бывает… я и не знал, что он стал послом в Моригате… — Дарк нахмурился. — Он же вроде ближайший друг императора. Они оба потеряли родителей во время мятежа Торда, и оба спасались бегством из дворца… Император ни за что не простит убийства Жордеса.

— Даже так? — опять легкий прищур и взгляд в пол. — Я такие подробности не знала. Интересно… кто ж рискнул… Видно цена вопроса была и правда высока. А что он за человек был, этот Жордес Валерий?

— Честный, упрямый, настойчивый, умный. Я бы даже сказал излишне честный. Однажды отказался выводить легион из казарм только потому, что обещал врагу, что до утра не тронется с места. Это трудно объяснить тому, кто не воевал в степи. Там совсем другая война и другие понятия о чести, но Жордес оставался несгибаемым и там. Дав слово, он держал его чего бы это не стоило.

— Хм… — Девочка старательно массировала подбородок, видно пытаясь разобраться в каком-то сложном для себя вопросе. — Оригинальный посол, однако. Даже мне понятно, что такой человек на эту должность не подходит, разве что я чего-то не знаю. Это либо почетная ссылка, либо… Ладно, чем бесплодно гадать, лучше делом заняться.

В гостинице искомого купца не было, но хозяин клятвенно заверил, что тот отлучился ненадолго и что скоро вернется. Наташа и не сомневалась, что вернется. Куда он денется? Мат Свер не из тех, кто бросает слова на ветер.

— В таком случае я подожду его, а пока немного погуляю вокруг.

— Как скажете, госпожа. — Судя по всему, хозяин гостиницы испытывал громадное облегчение, что от него отстали и не будут дергать постояльцев. — Я прикажу, чтобы вам оказывали любую помощь, а как только купец появится — я отправлю за вами слугу.

— Спасибо.

Наташа медленно брела по тропинке, без устали вертя головой, но не столько в поисках каких-либо улик, сколько пытаясь понять, к какому классу отнести эту гостиницу. С одной стороны это явно не высший класс, но и вовсе не дешевая забегаловка. Скорее гостиница для среднего класса. Да и стоит на окраине города. Это и плюс ей и минус. Плюс в том, что гостиница располагалась на дороге из порта в город, и здесь даже ночью всегда было оживленно. Потому, кстати, столько народу и заметило посла ночью. Собственно, эта гостиница первая, которую замечал путник, едущий из порта в Моригат. А много свободного места позволяло построить множество отдельных хозяйственных построек, вплоть до кузни и обнести все это пусть небольшим, но забором. Территорию внутри забора постояльцы и называли парком. Хотя какой это парк? Так, кустики, деревья, тропинки и постройки. Тем не менее, Наташа неоднократно слышала слово «парк» применительно к территории внутри ограды и вскоре сама привыкла. Минус же заключался в том, что множество постояльцев разного достатка исключало превращение гостиницы в нечто большее, кроме как постоялого двора для всех сословий. Хотя минус, конечно, условный — недостаток средств постояльцев компенсировался их количеством.

Дарк Вром шел следом за девочкой. В отличие от нее он наблюдал не за местностью, а за людьми, пытаясь определить возможную угрозу, но все было спокойно. Тут девочка заметила конюшню и уверенно зашагала к ней. Замерла на входе, медленно прошла вдоль стойл, развернулась у дальней стены и замерла. Стойло, у которого она остановилась, было пустое, так что и скамейка напротив, куда складывали седла, тоже оказалась не занятой. На неё она и присела, медленно осматриваясь вокруг. Телохранитель прислонился к стене и замер рядом, терпеливо дожидаясь, когда девочке надоест тут сидеть. Однако та, похоже, нашла для себя занятие и теперь с любопытством наблюдала за лошадьми.

— Здесь убили посла? — догадался Вром. Он не был уверен, что об этом можно спрашивать, но решил, что если нет, то ему не ответят. Но Призванная играть в молчанку не стала, да ей и самой, похоже, хотелось поговорить об этом.

— Да. Вон там, — она мотнула головой в сторону центра прохода. — Напротив стойла, где стояла его лошадь. Но знаешь, что самое интересное? Лошадь посла, на которой он приехал в гостиницу в час ночи, оказывается находилась там с шести вечера.

Дарк моргнул.

— Это как?

— Вот и мне это хочется понять. Сейчас в посольстве империи пытаются выяснить, а та ли эта лошадь…

Тут раздался сигнал вызова, и девочка поспешно вытащила из кармана пластину.

— Господин председатель…

— Наташа, со мной только что связались из посольства. Вестарий Рок просил передать тебе, что Рик опознал коня. Это именно тот, на котором уехал посол.

— Спасибо, — вздохнула Наташа, дождалась отбоя и вернула пластину обратно в карман. — Ну вот, сами все слышали. Посол приехал в гостиницу на лошади, которая стояла вон в том стойле с шести вечера.

Девочка поднялась, махнула рукой Дарку, чтобы тот оставался на месте, и подошла к стойлу. Замерла около него на некоторое время, склонив голову на бок и изучая несчастную понурую кобылку, которая находилась там. Подергала запирающую дверцу.

— Эй, что это вы делаете с моим коняшкой? — у двери стоял крестьянин в потертой хламиде и хмуро взирал на девочку.

Наташа покосилась на несчастное животное, на крестьянина.

— Украсть хочу, и продать за три дежа, — призналась она.

— Да? — Гнев крестьянина мгновенно испарился. — Готов уступить вам его, госпожа, за деж, а те два, что вы выручите с продажи пусть останутся у вас.

У стены хрюкнул Дарк и поспешно зажал себе рот, чтобы не расхохотаться. Даже покраснел, бедняга.

— Спасибо, я передумала. — Наташа отошла в сторону.

Крестьянин снова нахмурился.

— Ну а раз так, то и неча тут стоять. — Он подошел к стойлу, стянул с шеи какую-то кожаную бляху на ремешке и приложил ее к выжженному на запирающей дверце рисунку, раскрыл. — Давай, доходяга, шагай.

Наташа с интересом наблюдала процесс снаряжения лошадки. Седла, конечно, не было, только хомут. Вот все готово.

— Простите, — Наташа шагнула к крестьянину, который повесил кожаный медальон на вбитый в опорный столб гвоздь и собрался уйти.

— Чего? — недовольно обернулся тот.

— А вы не будете ждать конюха?

— Еще чего. Опять, небось, выпил, ищи его. А за постой я заплатил, все честно.

— Ах вот как. — Наташа задумалась, и вернулась на скамейку. При этом Дарк видел, что девочка чем-то очень взбудоражена. Похоже, что-то никак не давало ей покоя. Вот она снова вскочила и подошла к освободившемуся стойлу, закрыла его, сняла с гвоздя амулет и приложила к метке, подергала ограду, снова приложила и открыла. Хмыкнула, отошла чуть в сторону и остановилась у другого стойла.

Дарк с интересом следил, как Призванная моталась от одного стойла к другому и обратно.

— Дарк… — голос девочки оторвал телохранителя от наблюдений. — Скажи, если бы ты убил вот здесь человека, а перед тобой стояла бы оседланная лошадь и открытый вольер, ты бы стал седлать другую лошадь, чтобы убраться отсюда?

— Разве что свою.

— Свою… — тихо пробормотала девочка. — Свою… Ну конечно же!!! Терять время стоило только из-за того, чтобы не оставлять вторую лошадь здесь. Но если та лошадь принадлежала убийце, то почему тот вольер был взломан, а не открыт медальоном?

Наташа отошла к входу в конюшню, медленно прошла по проходу, остановилась около места, где убили посла, повернулась.

— Дарк, — прошептала девочка, боясь спугнуть догадку. — Срочно! Разыщи местного конюха и гони его сюда! Кажется, я знаю какая именно лошадь стояла в том стойле, и почему убийца не мог её тут оставить. Но если это так…

— Я не могу вас оставить, госпожа.

— Значит, найди того, кто разыщет конюха, только быстрее ради бога! Но почему был взлом… А потому что… — Девочка лихорадочно достала пластину вызова и от волнения даже не сразу сумела связаться с Матом Свером.

— Господин председатель, это срочно, пожалуйста!

— Да? — Мат Свер, уловив волнение девочки, переспрашивать ни о чем не стал.

— Вы не могли бы связаться с Вестарием Роком и попросить его кое о чем?

— Я слушаю.

Наташа остановилась около того стойла, которое было взломано. Оно было пустое… как и гвоздь, на котором должен был висеть медальон.

— Я… — Наташа от волнения не сразу сумела взять себя в руки. — Пусть он еще раз обыщет одежду, в которой был посол. Мы не нашли медальон, отпирающий вольер.

— Как это не нашли? Он висел на гвозде, я точно помню, — в голосе Мата Свера слышалось недоумение вперемешку с раздражением.

— И тем не менее! Мы обыскали пояс, кошель, но надо было провести более полный обыск. Каюсь, моя вина, но пусть он сделает это сейчас.

— Ладно, я свяжусь с тобой, как только что-то станет мне известно.

Когда связь оборвалась, ожидающий Дарк вышел вперед.

— Я отправил на розыск конюха какого-то мальчишку. — Он с интересом поглядел на замершую девочку, хотя ее поза напоминала скорее готовую к броску на добычу лису, только выжидающую подходящее мгновение.

Конюха разыскали быстро. Тот вошел, слегка покачиваясь, и не очень уверенно огляделся. Нельзя сказать, что он был сильно пьян, но запах чувствовался.

— И кто мне тут ищ… ит…

Наташа достала из кармана небольшую монетку.

— Я хочу задать несколько вопросов. Не возражаете?

Конюх уставился на монетку.

— Я весь к вашим услугам госпожа.

— В тот день, когда здесь убили посла империи, вы сказали, что это стойло было занято с шести часов вечера?

— Конечно. Я лично ставил сюда коня.

— Откуда вы знаете, что его владелец не уехал, а на его место не поставили другого?

— Дык это… за другого не платили.

— Могли отсюда забрать коня, которого вы ставили в шесть, а потом на его место поставить другого?

— Ну дык это… теоретически оно, конечно, могли, госпожа. Токма тут дело в том, что хозяин заплатил до утра. А раз так, зачем ему забирать коня? Ну, даже ежели он ездил куда, так это место за ним числится. Он его и пустое закроет, чтоб, значит, не занял кто. А то ведь как оно бывает, заплатишь, к примеру, до утра, уедешь вечером погулять… У нас ведь, госпожа, вечером самое оно прогуляться верхом.

— Ну-ну, — поторопила словоохотливого конюха девочка.

— Ну я и говорю, что уедешь прогуляться вечером, вернешься, а все места в конюшне заняты. А все почему? Не закрыл за собой и медальон не взял. А раз так, то, значит, место свободно. Вот.

— То есть коня поставили в шесть вечера и заплатили до утра?

— Ну дык! — Конюх даже руками всплеснул. — Я ж и говорю про это.

— А вы можете вспомнить, кто ставил сюда коня?

Конюха озадаченно зачесал макушку, покосился на монету в руке.

— Я поняла, — спасла конюха от необходимости врать девочка. — А вот в это стойло во сколько коня поставили? — Наташа остановилась у того, что было взломано.

— После десяти точно, — уверено заявил конюх. — Когда часы пробили, моя смена закончилась. А оно было при мне пустым.

— А после десяти кто ставит коней гостей?

— Дык это. Открыто же тут. Сами постояльцы. Разве что кто-то знатный приедет, тогда швейцар ставит. Но раз такого не было, значит знатных не было. — Тут конюх опять зачесал макушку. — Ну, кто ж знал, что тот тип послом окажется? А плату за конюшни тоже получает швейцар.

Девочка лихорадочно зарылась в сумку, нашла нужные записи и перечитала допрос швейцара. Верно, человек, похожий на посла приехал где-то в час… и в половине третьего. Было двое похожих по описанию на Жордеса. В какое время приехал настоящий посол установить так и не удалось. Тогда не удалось, но сейчас, зная, во сколько посол выехал из дома можно почти уверенно сказать, что посол приехал сюда в половине третьего. В час он был еще дома. Но сюда от дома ему ехать, если не торопясь час, а он добирался полтора… Совсем не торопился. А в семь или семь тридцать он погиб. Что он делал пять часов? И кошелек. И… а почему, собственно, только кошелек? Была еще одна вещь, которая не вписывается в наряд посла. За каким лешим он потащил с собой счета за драгоценности?

— Понятно. — Наташа не стала больше мучить конюха и кинула ему монету. Тот рассыпался в благодарностях и поспешил исчезнуть.

Снова раздался вызов.

— Я переговорил с Вестарием, — хмуро начал Мат Свер. — Когда тело посла замораживали, его полностью раздели. Вестарий тогда одежду еще раз обыскал и нашел медальон, но не понял, что это и положил к остальным вещам. Точнее просто не задумался. Когда я его спросил о медальоне — вспомнил. Он сейчас едет вместе с ним к вам в гостиницу. Я скоро совсем чокнусь с этим делом. Откуда появился еще один отпирающий медальон?!

— Да нет, господин председатель, — радостно выпалила девочка. — Как раз сейчас кое-что прояснилось! А вы не спросили, где был тот медальон?

— В сапоге. В левом.

— В сапоге… Спасибо! Вы очень помогли.

Не дожидаясь разрешения, девочка прервала связь и замерла, покусывая губы и рассматривая что-то на полу.

— Если я права, то убийца мог уехать только на той лошади. И только ее он не мог оставить здесь ни при каких обстоятельствах. Но… опять не совпадает время. Что же это за проклятие такое?

Новый вызов.

— Не буду говорить про то, что обрывать разговор не очень прилично, — Мат Свер выдержал паузу, давая возможность девочке оценить его слова. — Но я списал это на то, что ты напала на какой-то след убийцы и хотела это обдумать. Я же вызвал тебя вот почему: только что один из патрулей сообщил, что обнаружили украденную лошадь купца. Ну ту, на которой уехал убийца. Я распорядился отвести ее в гостиницу, пусть хозяин опознает.

Дарк Вром стал свидетелем редкого зрелища — лицо Призванной вдруг вытянулось от удивления. Судя по всему, последние слова председателя сената только что разрушили какую-то ее теорию.

— Третий конь, — пробормотала она, все еще сжимая давно замолчавшую пластину. — Да сколько же их тут?

Девочка вздохнула и вновь замерла в центре конюшни, рассматривая стойла. Так и стояла, пока не явился слуга из гостиницы с известием, что вернулся купец.

Глава 6

Встретивший их мужчина находился явно не в духе, к тому же был чем-то встревожен.

— Значит, это из-за вас я вынужден торчать в этой дыре вместо того, чтобы заниматься делами? — с ходу обвинил он, нервно теребя бороду.

— Мне хотелось бы поговорить с вами… — начала Наташа.

— А мне хотелось бы заняться своими делами. Давайте ваши вопросы поскорее и закончим с этим, и я смогу убраться отсюда.

— Хорошо-хорошо, — поспешно согласилась девочка, присаживаясь на свободный стул. Дарк по своему обыкновению остался у двери. — Прежде всего, скажите, как вас зовут?

— Надо же, даже имени моего не выяснили, — опять забурчал мужчина. — Его могли бы и узнать, прежде, чем идти в гости.