Рассказывал один из орков, средних лет мужик с иссеченным шрамами лицом. Он, съежившись, сидел у огня и шевелил палочкой камешки около края пламени.
- А! Явился! - Наблюдатель заметил наше появление.
Выражение лица у него было такое, что я испугался, что меня снова будут бить.
Полупрозрачные духи, наоборот, вскочили, словно они - рядовые, перед которыми материализовался целый полковник, и опустили головы в вежливом поклоне.
- А что здесь происходит? - как можно официальнее поинтересовался я.
- Вообще-то это я тебя хотел об этом спросить, - скривился Наблюдатель. - Вот объясни, пожалуйста, зачем ты изменил характеристики энергопотоков во всех капищах, в которых поклоняются тебе, идиоту этакому? Зачем тебе понадобилось наделять энергией молитв живых лекарей?
- А что? - искренне удивился я. - Жалко, что ли? Мне эта энергия, по большому счету, нафиг не нужна. Я не очень-то хотел быть богом. Пусть ребята пользуются! Порой больному помогает выжить только чудо, вот они и получили шанс его творить...
- Ему не жалко! В первый раз такое вижу! - Наблюдатель посмотрел на меня как на сумасшедшего. - А знаешь, чем это кончилось? Эти пятеро погибли в бою с эльфами Тиу, пытаясь спасти раненых. Энергия молится - штука тонкая, вот их, вместо пятого неба, где обитают души орков, занесло на Ось миров. Да еще они каким-то непостижимым образом оказались способны воспринимать энергию Истинного пламени. И что-то сделать с ними можешь только ты, и никто больше. Это - твои подданные, сам с ними и разбирайся!
От этих слов я чуть ни сел.
Если так дальше пойдет, то скоро у Костра будет не протолкнуться. Представляю удивление какой-нибудь попаданки из романтичных девочек, мнящих себя высокими эльфами, когда возле божественного светоча она обнаружит орочье стойбище. Думаю, даже у Арагорна не хватит обаяния, чтобы убедить девчонку в том, что он - на правильной стороне.
- И что теперь делать, - безнадежно пробормотал я. - Если бы я знал, где это самое грешное пятое небо!
- Ну, не такое уж грешное, туда попадают те, кто жил по совести и понятиям. В общем, вроде рая местечко, - встрял в разговор Асаль-тэ-Баукир.
- А ты знаешь, где оно? - обрадовался я.
- Где конкретно орочье - нет. Но как вообще на пятое небо попасть, знаю.
Наблюдатель, схватившись за голову, тихо застонал.
Духи, которые, видимо, не понимали и половины из нашего разговора, только лупали глазами, переводя взгляд с одного персонажа на другого. Нет, все-таки орки - крепкие ребята. Им только что пришлось пройти через не самую приятную смерть, очутиться вместо обещанного мифами пятого неба неизвестно где, но на мордах у мужиков уже - одно любопытство. Впрочем, может, это - отличительная черта лекарей, которые столько нагрешили перед богиней Смерти, уводя у нее из-под носа законные жертвы, что ничего хорошего уже не ждут. Вон, затесавшийся в орочью компанию человек, похоже - южанин с восточного побережья, тоже не бьется в истерике, а с интересом уставился в огонь, пытаясь понять, как же он все-таки горит.
- Ладно, мужики, - с безнадежностью в голосе скомандовал я. - Держитесь за нами, до пятого неба доберемся, а там - как карта ляжет.
И мы пошли.
Сложно описать все путешествие. Оказалось, что система миров гораздо сложнее, чем представлялась мне раньше. Каждый обитаемый мир имел с полдюжины обволакивающих его слоев тонких энергий. Потом еще было какое-то "седьмое небо", которое принадлежало одновременно всем и каждому в этом Веере миров. Восьмое больше походило на гирлянду не доведенных до ума проектов Вселенных.
Пятое небо оказалось ячеистым и переливчатым, словно стеклянные соты. Там был рай. Точнее, много райов. Самые разные. С гуриями и без. В вечноцветущих и одновременно плодоносящих сада или похожие на лазурное море. Мы шарахались по блистающему под ярким солнцем лабиринту, распугивая мирных праведников, отдыхающих от земных страданий. Нам вслед неслись вопросы и проклятья.
По дороге удалось познакомиться с десятком богов смерти и с доброй дюжиной сторожей мертвых миров. Один из церберов вознамерился сожрать моих подданных, приняв их за беглые души, но получил по одной из семи морд ятаганом и быстро успокоился.
В конце концов, с помощью неизвестно откуда взявшегося одноглазого толстяка, мы нашли наконец-то то, что искали. В орочьем раю была степь. И еще там было солнце и полынный ветер. Честно говоря, я так и не понял, зачем оркам умирать, если жизнь после смерти у них ничем не отличается от жизни на земле. Землю, кстати, отсюда было видно - достаточно только присмотреться внимательно, чтобы различить сквозь корни травы очертания континента, вздыбившегося горами и изрезанного реками.
- А мне здесь нравится, - разорвал блаженную тишину, окружавшую нас, голос человека. - Думаю, до моих предков я добраться не сумею...
Мужик осмотрелся и ленивой походкой направился к одинокой березе, растущей на берегу небольшого ручейка. Только сейчас я понял, что с дерева, вместо положенных сережек, свисают парочками небольшие бананы. Человек сорвал несколько и сунул в рот.
- Осторожно! Вдруг ядовитые? - испуганно вскрикнул самый старый из орков.
- Где? В счастливой обители предков? - саркастически спросил человек, прожевав очередной фрукт.
- Так, - тихо, чтобы слышал только я, пробурчал Асаль-тэ-Баукир. - Они, кажется, прекрасно освоятся и без тебя.
- Похоже на то, - кивнул я.
И крикнул:
- Мужики, в общем, я пошел!
Духи, вдруг обретшие, по крайней мере, с виду, полную материальность, хором обернулись ко мне:
- Прости нас, Скачущий-На-Льве! Мы обезумели от счастья обретения посмертной обители - именно такой, о которой рассказывали наши мудрецы. Я никогда не был шаманом и не представляю, что можно сделать с бессмертной душой. Нам нечего дать тебе сейчас потому, что хоронили нас не по обряду, и единственными могильщиками были пожиратели падали. Но если мы когда-нибудь тебе понадобимся...
Я снова кивнул:
- Да ладно вам, мужики! Вы уже заплатили. Присматривайте тут, чтобы другие орочьи души не пролетали прямиком на девятое небо, а попадали, куда надо.
"Иначе мне придется переквалифицироваться в проводника в загробный мир, а карьера Харона мне как-то совсем не светит", - добавил я для себя.
Карахоросан
Каратабан